Постановление от 16 января 2018 г. по делу № А41-104225/2015

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-104225/15
17 января 2018 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 января 2018 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Коротковой Е.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2:  ФИО3 по нотариально удостоверенной доверенности от 02.08.17, зарегистрированной в реестре за № 5-6564, выданной в порядке передоверия ФИО4, действующей по нотариально удостоверенной доверенности от  11.01.16, зарегистрированной в реестре за № 1.912,

от публичного акционерного общества «Сбербанк России»: ФИО5 по доверенности № МБ/1232-Д от 06.03.17,

от акционерного общества «Верхневолжский кожевенный завод»: ФИО6 по доверенности № 138 от 05.09.16; ФИО7 по доверенности № 330 от 26.12.16,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 21 февраля 2017 года по делу №А41-104225/15, принятое судьей Пономаревым Д.А., по заявлению ФИО2 о признании ничтожными сделок, заключенных между ФИО2 и публичным акционерным обществом «Сбербанк России»,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании ничтожным договора поручительства № П/1805-3 от 13.10.11 и дополнительного соглашения к нему № 1 от 23.12.11 между ФИО2 и публичным акционерным обществом (ПАО) «Сбербанк России» (т. 1, л.д. 3-4).

Заявление подано на основании статей 153, 160, 168, 183 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21 февраля 2017 года в удовлетворении заявления было отказано (т. 2, л.д. 31-32).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 2, л.д. 34-38).

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Представители ПАО «Сбербанк России» и АО «Верхневолжский кожевенный завод» возражали против доводов заявителя апелляционной жалобы, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 121-123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя финансового управляющего должника ФИО8, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 13.10.11 между ПАО «Сбербанк России» (Кредитор) и ООО «ПромТехКомплект» (Заемщик) был заключен договор № <***> об открытии невозобновляемой кредитной линии, по условиям которого Кредитор обязался открыть Заемщику невозобновляемую кредитную линию для финансирования затрат по приобретению 75% акций ЗАО «Осташковская генерирующая компания» на срок по 25.06.18 с лимитом в 1 628 000 000 рублей на период с 20.10.11 по 12.02.12, а Заемщик обязался возвратить Кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование им (т. 1, л.д. 13-35).

На основании договора о переводе долга № 1805/У от 23.12.11 права и обязанности Заемщика по договору № <***> об открытии невозобновляемой кредитной линии от 13.10.11 перешли к ЗАО «Осташковская генерирующая компания» (т. 1, л.д. 44-45).

Исполнение обязательств Заемщика по договору № <***> от 13.10.11 в том числе обеспечено поручительством ФИО2, который на основании договора поручительства № П/1805-3 от 13.10.11 и дополнительного соглашения № 1 от 23.12.11 к нему обязался отвечать перед ПАО «Сбербанк России» по всем обязательствам ЗАО «Осташковская генерирующая компания» из вышеназванного кредитного договора  (т. 1, л.д. 68-76).

Заочным решением Истринского городского суда Московской области по гражданскому делу № 2-336/14 от 13.02.14 с ФИО2 в пользу ПАО «Сбербанк России» было взыскано 1 604 205 665 рублей 27 копеек задолженности по договору № <***> от 13.10.11 о предоставлении невозобновляемой кредитной линии, а также 60 000 рублей судебных расходов (т. 1, л.д. 95-100).

02.06.15 между ПАО «Сбербанк России» (Цедент) и ООО «Прайм. Консультационные и оценочные услуги» (Цессионарий) был заключен договор уступки прав (требований) № 1805/Ц, в соответствии с которым Цедент уступил Цессионарию права (требования) к ЗАО «Осташковская генерирующая компания», вытекающие из договора об открытии невозобновляемой кредитной линии № <***> от 13.10.11 и договора о переводе долга от 23.12.11, за исключением прав в отношении задолженности по основному долгу в размере 30 000 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21 декабря 2015 года на основании заявления ООО «Прайм. Консультационные и оценочные услуги» было возбуждено производство по делу о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 24 февраля 2016 года ООО «Прайм. Консультационные и оценочные услуги» в порядке процессуального правопреемства в деле о банкротстве ФИО2 было заменено на ООО «РИТМ?Холдинг» с требованием в размере 1 574 205 665 рублей 27 копеек.

 Определением Арбитражного суда Московской области от 10 марта 2016 года в отношении ФИО2 была введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим назначен ФИО8, требования ООО «РИТМ-Холдинг» в сумме 1 574 205 665 рублей 27 копеек, из которых: 1 458 154 800 рублей - основной долг, 108 371 399 рублей 27 копеек – проценты, 2 528 881 рубль 68 копеек - неустойка за просроченный основной долг, 5 150 584 рубля 32 копейки - неустойка за просроченные проценты, были включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2

14.03.16 между ООО «РИТМ-Холдинг» и АО «Верхневолжский кожевенный завод» был заключен договор уступки прав требований к должнику, основанных на договоре об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1805/У от 23.12.11, в размере 400 000 000 рублей основного долга.

Определением Арбитражного суда Московской области от 08 июня 2016 года в порядке процессуального правопреемства в деле о банкротстве ФИО2 ООО «РИТМ-Холдинг» было заменено на АО «Верхневолжский кожевенный завод» с требованием в размере 400 000 000 рублей основного долга.

Определением Арбитражного суда Московской области от 31 мая 2016 года в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2 были включены требования ПАО «Сбербанк России» в размере 29 999 999 рублей 90 копеек.

Решением Арбитражного суда Московской области от 11 августа 2016 года ФИО2 был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, ФИО2 указал, что договор поручительства № П/1805-3 от 13.10.11, заключенный с ПАО «Сбербанк России» является ничтожной сделкой, поскольку должником не подписывался.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции указал, что заявителем был пропущен срок исковой давности.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При этом, в силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона № 154-ФЗ от 29.06.15 «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор поручительства и дополнительное соглашение к нему были заключены в 2011 году, следовательно, они не могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Если гражданин вследствие физического недостатка, болезни или неграмотности не может собственноручно подписаться, то по его просьбе сделку может подписать другой гражданин. Подпись последнего должна быть засвидетельствована нотариусом либо другим должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, с указанием причин, в силу которых совершающий сделку не мог подписать ее собственноручно (п. 3 ст. 160 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку.

Из текста договора поручительства № П/1805-3 от 13.10.11 и дополнительного соглашения № 1 от 23.12.11 к нему следует, что данные документы подписаны лично ФИО2

В обоснование заявленных требований ФИО2 указывает, что договор поручительства от 13.10.11 и дополнительное соглашение № 1 от 23.12.11 к нему не подписывал, полномочий на заключение указанных сделок третьим лицам не передавал.

Апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о пропуске ФИО2 срока исковой давности по заявленным требованиям.

В суде первой инстанции АО «Верхневолжский кожевенный завод» было заявлено о применении срока исковой давности (т. 2, л.д. 1-5).

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Таким образом, пропуск срока исковой давности в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемой сделки) предусмотрено, что срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Оспариваемый договор был заключен 13.10.11, а дополнительное соглашение № 1 к нему – 23.12.11, следовательно, срок исковой давности по требованиям о признании данных сделок недействительными истек 13.10.14 и 23.12.14 соответственно.

Поскольку рассматриваемое заявление было подано в арбитражный суд только 17.01.17, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о пропуске заявителем срока исковой давности, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Довод заявителя апелляционной жалобы об отсутствии у него информации о заключении оспариваемых сделок до марта 2015 года подлежит отклонению как противоречащий материалам дела.

Из материалов дела следует, что исполнение обязательств ЗАО «Осташковская генерирующая компания» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № <***> от 13.10.11 помимо поручительства ФИО2 по договору № П/1805-3 от 13.10.11 обеспечивалось также договором залога ценных бумаг № З/<***>-2 от 12.12.11 и договором поручительства № П/1805-2 от 13.10.11, заключенными с ЗАО «Осташковский кожевенный завод» в лице президента ООО «Управляющая компания «Интеркожа» ФИО2 (т. 1, л.д. 46-67).

Данные договоры и дополнительные соглашения к ним со стороны ЗАО «Осташковский кожевенный завод» подписаны ФИО2, в установленном законом порядке указанные сделки не оспорены, подлинность подписи ФИО2 в данных договорах не оспаривается.

Из пункта 1.2. договора поручительства № П/1805-2 от 13.10.11 следует, что Поручитель ознакомлен со всеми условиями кредитного договора № <***> от 13.10.11, следовательно, подписав указанный договор от имени ЗАО «Осташковский кожевенный завод», ФИО2 не мог не знать условия кредитного договора от 13.10.11, в том числе и как физическое лицо.

В соответствии с пунктом 9.1.7 договора об открытии невозобновляемой кредитной линии № <***> от 13.10.11 исполнение обязательств Заемщика по указанному договору, в том числе, обеспечивается поручительством ФИО2 в соответствии с договором поручительства № П/1805-3 от 13.10.11 на всю сумму обязательств Заемщика по договору.

Следовательно, ФИО2 мог узнать о наличии оспариваемого договора поручительства с момента ознакомления с условиями кредитного договора № <***> при подписании договора поручительства № П/1805-2 от 13.10.11, то есть с 13.10.11.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о пропуске ФИО2 срока исковой давности по заявленным требованиям соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Выводы экспертного заключения не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Определением от 19 июля 2017 года Десятый арбитражный апелляционный суд определением назначил по обособленному спору - о признании сделки недействительной в рамках дела № А41?104225/15 почерковедческую экспертизу, проведение которой было поручено экспертам ООО «Бюро независимой экспертизы «Версия» ФИО9, ФИО10 (т. 3, л.д. 57-58).

Перед экспертами был поставлен следующий вопрос: 

- кем, ФИО2 или другим лицом, совершена подпись от имени ФИО2 в договоре поручительства                № П/1805-3 от 13.10.11 и дополнительном соглашении № 1 от 23.12.11.

Согласно заключению экспертов № 1012 от 11.09.17 подписи от имени ФИО2, расположенные в договоре поручительства № П/1805-3 от 13.10.11 и в дополнительном соглашении № 1 от 23.12.11, выполнены не ФИО2, а другим лицом (выд.т., л.д. 4-12).

Между тем, с учетом вышеизложенного выводы экспертного заключения о не подписании ФИО2 договора поручительства № П/1805-3 от 13.10.11, не могут повлиять на правильность выводов суда первой инстанции относительно пропуска срока исковой давности, поскольку ссылка на названный договор имелась в кредитном договоре № <***> от 13.10.11, с которым ФИО2 был ознакомлен при подписании  договора поручительства № П/1805-2 от 13.10.11, т.е. должник узнал об оспариваемом договоре 13.10.11 и, полагая, что не подписывал его, мог оспорить в установленный законом срок.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 21 февраля 2017 года по делу № А41-104225/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


Н.Н. Катькина


Судьи:


Е.Н. Короткова


В.П. Мизяк