Постановление от 30 июня 2022 г. по делу № А56-33586/2018

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-33586/2018
30 июня 2022 года
г. Санкт-Петербург
/з.6


Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 июня 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова

судей Е.В. Будариной, Д.В. Бурденкова

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

при участии:

представитель финансового управляющего ФИО2 по доверенности от 10.01.2022 г.

представитель ПАО Сбербанк ФИО3 по доверенности от 06.07.2021 г.

ФИО7; представители ФИО7 – ФИО4 и ФИО5 по доверенностям от 03.11.2021 и 25.06.2022 г., соответственно

от иных лиц: не явились, извешены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-16001/2022, 13АП-16004/2022) ПАО «Сбербанк России» и финансового управляющего ФИО6 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.04.2022 г. по делу № А56-33586/2018/з.6, принятое

по заявлению ФИО7

о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта – определения от 24.06.2020 г., принятого

по заявлению финансового управляющего ФИО6

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

ответчик по обособленному спору: ФИО7

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО8 (<...>, ДД.ММ.ГГГГ г.р., зарегистрированного по адресу: 197730, Санкт-Петербург, <...>, ИНН: <***>)

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) от 22.05.2018 г., вынесенным по заявлению ПАО «Сбербанк России» (далее – кредитор, Банк), в отношении гражданина ФИО8 (далее – должник ФИО8) введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9; решением арбитражного суда от 18.09.2018 г. должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим должника утвержден ФИО10, а определением от 22.04.2019 г. последний освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, которым утверждена ФИО6 (далее – управляющий).

При этом, определением от 24.06.2020 г., вынесенным по результатам рассмотрения заявления управляющего и оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.09.2020 и 14.12.2020 г., соответственно, признан недействительным договор уступки права от 21.03.2016 г. (дата государственной регистрации договора уступки права 25.10.2016 г., запись регистрации № 47-47/013-47/013/016/2016-2922/1, далее - Договор), заключенный между ФИО8 и ФИО7 (далее – ответчик, ФИО7); применены последствия недействительности, а именно - прекращено право собственности ФИО7 на двухкомнатную квартиру 6 этаж общей площадью 68,38 кв.м. кадастровый номер: 47:07:0712002:1238 по адресу: Ленинградская область, Всеволожский муниципальный район, Муринское сельское поселение, <...> в Лаврики, д. 34, корп. 3, кв. 146., и зарегистрировано право собственности должника на указанную квартиру.

12.07.2021 г. (направлено по почте) ФИО7 (далее также – заявитель) обратилась в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения от 24.06.2020 г. по вновь открывшимся обстоятельствам; определением суда от 29.09.2021 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в рамках настоящего обособленного спора привлечен ФИО11, а определением суда от 25.04.2022 г. заявление ответчика признано обоснованным; определение от 24.06.2020 г. по делу № А56-33586/2018/сд.4 отменено, с прекращением, вместе с тем, производства в части требований о разделе совместно нажитого имущества и выделе доли в натуре А.А. Джагарьян и с назначением судебного заседания по рассмотрению заявления финансового управляющего об оспаривании сделки уступки права требования от 25.10.2016 г., заключенного между сторонами, на иную дату.

Определение от 25.04.2022 г. обжаловано управляющим и Банком в апелляционном порядке, в жалобах их податели просят данное определение отменить, отказать в удовлетворении заявления ответчика о пересмотре определения от 24.06.2020 г. по вновь открывшимся обстоятельствам, полагая недоказанным (с учетом их консолидированной позиции) наличие таких обстоятельств и, в частности – невозможность выявить (доказать, в т.ч. путем обращения за содействием в этом к суду – заявления ходатайства об истребовании) факт оплаты по оспоренному в рамках настоящего спора договору цессии, а требования ФИО7 в этой связи основаны исключительно на новых доказательствах, что в силу соответствующих правовых подходов не может являться основанием для пересмотра судебного акта в указанном порядке.

Кроме того, Банк в своей жалобе полагает, что эти – вновь представленные ответчиком (выявленные/истребованные судом) доказательства – не влияют на выводы суда по существу спора, изложенные в пересматриваемом судебном акте, и в частности – платежи ФИО7 в пользу ООО «МИСК», на которые сослалась ответчик, не могут быть соотнесены с исполнением по договору между сторонами, а суд вышел за пределы установления наличия вновь открывшихся обстоятельств, сделав выводы, противоречащие ранее вынесенным судебным актам, как обращает внимание кредитор, в т.ч. применительно к изложенному, и на то, что в рамках спора № А56-33586/2018/тр.9 по настоящему делу ФИО7 было отказано во включении в реестр требований кредиторов (как раз по мотиву недоказанности факта передачи должнику денежных средств по Договору), а имущество по этому договору – право требования в отношении которого было уступлено по нему и возвращенное в конкурсную массу должника в соответствии с определением от 24.06.2020 г. – на данный момент уже реализовано (покупатель – ФИО11).

В свою очередь, управляющий в своей жалобе оспаривает, помимо прочего, вывод суда (довод заявителя) о сокрытии им значимых для дела обстоятельств (зачислении на счет ООО «МИСК» денежных средств, поступивших от ФИО7), при том, что об этих обстоятельствах (соответствующих платежах – движении спорных денежных средств и т.п.) пояснения мог дать (представить необходимые доказательства) и сам должник, что им сделано не было; ответчик в ходе рассмотрения спора по признанию Договора недействительным в полном объеме реализовала (могла реализовать) свои права на истребование необходимых, по ее мнению, доказательств, а заявляя о необходимости пересмотра судебного акта по мотиву выявления ей дополнительных доказательств оплаты по Договору, ФИО7 иные выводы суда, послужившие основанием для признания его недействительной сделкой (аффилированность ответчика, наличие у должника на момент совершения сделки признаков банкротства и т.д.), не опровергла (не оспорила).

В заседании апелляционного суда представители подателей жалоб поддержали доводы своих жалобы; ответчик, в т.ч. в лице своих представителей, возражал против их удовлетворения по мотивам, изложенным в представленном отзыве.

Иные участвующие в деле лица, и в частности - сам должник и привлеченное к участию в деле третье лицо, позиций (отзывов/возражений) по рассматриваемым жалобам не представили; в заседание не явились; однако, о месте и времени судебного разбирательства считаются извещенными в силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – Кодекс), с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 Кодекса, в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело (апелляционные жалобы) рассмотрено без их участия при отсутствии также с их стороны каких-либо ходатайств, обосновывающих невозможность явки в заседание.

При этом, как пояснили (уточнили в заседании) представители управляющего и Банка, они обжалуют судебный акт только в части удовлетворения заявления ФИО7, т.е. не обжалуют его в части прекращения производства по требованию о разделе совместно нажитого имущества и выделе доли в натуре А.А. Джагарьян, в связи с чем и при отсутствии возражений иных участвующих в деле лиц апелляционный суд в соответствии с частью 5 статьи 268 Кодекса проверяет определение только в обжалуемой части.

Кроме того, суд исходит из того, что предметом данного рассмотрения (обжалования) является судебный акт, вынесенный по результатам оценки именно (только) заявления ФИО7, поскольку несмотря на наличие в материалах дела (настоящего обособленного спора) заявления о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения от 24.06.2020 г., поданного от имени ФИО12 (супруга ответчика), сведения о его принятии к производству суда (опять же в рамках настоящего спора) отсутствуют, какие-либо доводы по нему (как в его поддержку, так и в качестве возражений на него) от сторон по делу не поступало и соответствующие выводы в обжалуемом судебном акте не содержатся, а равно не настаивал на рассмотрении данного заявления и сам его податель - А.А. Джагарьян, в т.ч. не обжаловал он определение от 25.04.2022 г. в апелляционном порядке, что, однако, не препятствует ему или иным заинтересованным в этом лицам настаивать впоследствие на его рассмотрении по существу судом первой инстанции (с учетом того, что в его обоснование положены доводы (обстоятельства), отличные от предмета настоящего спора (доводов заявления самого ответчика)), а суду – рассмотреть заявление ФИО12.

При таких обстоятельствах, проверив законность и обоснованность определения от 25.04.2022 г. в обжалуемой части в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 данного Кодекса, суд пришел к следующим выводам:

В силу пункта 1 статьи 32 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Кодекса дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со статьей 309 Кодекса арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, которые предусмотрены в главе 37 Кодекса; согласно части 1 статьи 311 данного Кодекса вновь открывшиеся обстоятельства – это указанные в части 2 настоящей статьи и существовавшие на момент принятия судебного акта обстоятельства по делу, а как установлено пунктом 1 части 2 статьи 311 Кодекса, к вновь открывшимися обстоятельствами, помимо прочего, относятся существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю.

При этом в соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.06.2011 г. № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» (далее - постановление Пленума № 52), обстоятельства, которые согласно пункту 1 статьи 311 Кодекса являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта, а при рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного разбирательства по данному делу; кроме того, в пункте 5 названного постановления разъяснено, что существенным для дела обстоятельством может быть признано указанное в заявлении вновь обнаруженное обстоятельство, которое не было и не могло быть известно заявителю, неоспоримо свидетельствующее о том, что если бы оно было известно, то это привело бы к принятию другого решения.

В данном случае судом первой инстанции, установлено, что между ООО «МИСК» и ПАО «Сбербанк» был заключен кредитный договор № <***> об открытии НКЛ от 25.12.2012 г.; данный договор обеспечивался поручительством ФИО8, как генерального директора ООО «МИСК»; в дальнейшем - 23.03.2018 г. было возбуждено дело о банкротстве ФИО8, а 06.08.2018 г. возбуждено дело о банкротстве ООО «МИСК» за № А56-97319/2018.

При этом, как следует из судебных актов по делу о банкротстве, ФИО13 и Е.С. Греб являлись в определенный период времени арбитражными управляющими как должника, так и поручителя, как следствие, имели полную осведомленность о распоряжении ООО «МИСК» своими денежными средствами по кредитному договору перед ПАО «Сбербанк»; кроме того, в судебном заседании 02.06.2021 г. бухгалтер ООО «МИСК» ФИО14 подтвердила факт передачи ФИО7 наличных денежных средств в качестве оплаты спорного договора уступки и последующего внесения переданных средств ФИО8 в кассу ООО «МИСК», в подтверждение чего представлены доказательства внесения денежных средств как на расчетный счет, так, и в последующем - на ссудный счет ООО «МИСК», и аналогичные действия осуществлялись ФИО8 также в рамках иных подобных договоров.

В этой связи суд полагал, что сведения о зачислении денежных средств на расчетный счет ООО «МИСК» и последующем их перечислении на ссудный счет в Банке были доступны как финансовому управляющему В.В Ершовым, так и конкурсному управляющему ООО «МИСК», но не были и не могли быть доступны заявителю в силу режима банковской и коммерческой тайны, а также не были доступны суду в силу сокрытия их заявителем, и данные сведения (выписка по ссудному счету) были представлены в материалы обособленного спора только после запроса данных сведений арбитражным судом; вместе с тем, данные сведения не могли не быть известны финансовому управляющему как профессиональному антикризисному менеджеру, который должен действовать разумно и добросовестно, истребовать данные по счетам в кредитных организациях, и содействовать арбитражному суду при судопроизводстве по делу о банкротстве в силу принципа его независимости и равноудаленности от всех участников дела о банкротстве.

Следовательно, по мнению суда, при первоначальном рассмотрении дела управляющий скрыл от арбитражного суда и от ответчика ключевое доказательство – выписки о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «МИСК» и по ссудным счетам ООО «МИСК» в ПАО «Сбербанк», которые подтверждают факт возмездности оспариваемого договора; также управляющим суду не была представлена информация об аналогичных сделках и действиях ФИО8 в отношении иных объектов недвижимости по сходным сделкам, что должно было быть отражено в анализе финансового состояния должника.

С учетом изложенного суд также установил, что, как следует из материалов дела, во исполнение спорного договора ФИО7 передала ФИО8 денежные средства в общем размере 3 072 000 руб., что подтверждается расписками, а из дополнительно представленной в материалы дела выписки по ссудному счету ООО «МИСК» по договору долевого участия в строительстве жилого многоквартирного дома № 146-Д от 23.04.2014 г. поступили денежные средства в общем размере 3 078 447 руб. 38 коп. (платежи от 21.03.2016, 20.05.2016, 19.06.2018, 22.08.2016 и 21.12.2016 г.), и данные обстоятельства были скрыты финансовым управляющим от суда и ответчика; при том, что общий размер средств по спорной сделке, направленных на погашение требований ПАО «Сбербанк» за счет поступивших средств, составил 2 940 514 руб. 06 коп., что также было скрыто финансовым управляющим от суда и участников процесса, при отсутствии со стороны конкурсного кредитора и управляющего ясных и убедительных доказательств, опровергающих вышеуказанные сведения.

Таким образом, арбитражный суд полагал имеющими место быть (выявил) существенные для дела обстоятельства, которые не могли быть известны на момент рассмотрения спора, а именно - обстоятельства возмездности спорного договора цессии, которые ранее от суда и ответчика скрывались, ввиду чего суд квалифицировал процессуальное поведение управляющего в качестве злоупотребления процессуальными правами и критически оценил его довод о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения спорной сделки, поскольку управляющим не представлено суду информации о неисполненных обязательствах, которые имелись у должника на момент совершения сделки, а также о том, что данная информация являлась общедоступной и имела критическое значение для всех контрагентов должника, при том, что данные признаки, а равно осведомленность об этом ответчика должны быть подтверждены финансовым управляющим дополнительными доказательствами, как в свете вышеуказанных обстоятельств, суд критически отнесся к доводу управляющего об аффилированности должника и ответчика, поскольку последний являлся рядовым специалистом отдела продаж, выполняющим технические функции, в организации, где должник выполнял функции генерального директора, что само по себе не свидетельствует об аффилированности ответчика, а равно о влиянии данного обстоятельства на реальность правоотношений между ответчиком и должником, вследствие чего управляющему, по мнению суда, в указанной части следует представить доказательства сговора сторон с целью вывода имущества из конкурсной массы должника.

Равным образом, суд исходил из того, что управляющим не представлено доказательств наличия в отношении спорного имущества на момент совершения сделки обременения в форме залога, сведения о которых носили бы публичный характер и были бы доступны ответчику при запросе сведений из регистрирующего органа, при том, что право собственности на жилье зарегистрировано в установленном порядке, а управляющим не опровергнут довод ответчика о том, что с 2016 г. по настоящее время ответчик и члены его семьи проживают в данной квартире, оплачивая коммунальные платежи, что подтверждает позицию ответчика о реальности спорного договора, ввиду чего управляющий в указанной части должен представить доказательства сговора сторон с целью вывода имущества из конкурсной массы должника, как судом при оспаривании сделки не был исследован вопрос о том, является ли спорный объект для должника и членов его семьи единственным жильем, поскольку целью оспаривания сделки в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов, а поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Таким образом, суд, руководствуясь вышеприведенными нормами и разъяснениями, приняв также во внимание правовые подходы, изложенные, помимо прочего, в постановлении Конституционного Суда РФ от 19.03.2010 г. № 7-П, в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 г. № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» и определении Верховного Суда РФ от 11.03.2021 г. № 306-ЭС20-16785 (1, 2), признал заявленные ответчиком обстоятельства имеющими признаки вновь открывшихся по смыслу статьи 311 Кодекса, поскольку они имеют существенное значение для рассмотрения и разрешения настоящего обособленного спора; отказ же в пересмотре судебного акта в данном случае по вновь открывшимся обстоятельствам, по мнению суда, будет представлять собой нарушение права А.А. Джагарьян на судебную защиту (статья 46 Конституции РФ), а также нарушать принцип недопустимости существования объективно ошибочных решений и поощрять злоупотребление процессуальными правами со стороны отдельных участников дела о банкротстве, в том числе, намеренное введение суда в заблуждение относительно обстоятельств дела.

Однако апелляционный суд не может согласиться с изложенными выводами, как противоречащими приведенным самим судом первой инстанции нормам и правовым подходам, исходя из того, что изначально основанием для обращения ответчика в суд с рассматриваемым заявлением послужило вынесение арбитражным судом определения от 17.06.2021 г. по обособленному спору № А56-33586/2018/тр.9, которым в реестр требований кредиторов должника было включено требование ФИО7 и которым судом установлен факт оплаты последней в пользу по Договору цессии между ними.

Вместе с тем, впоследствие указанное определение было отменено постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2021 г., поддержанным (оставленным в силе) постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.11.2021 г., и в удовлетворении заявления ФИО7 о включении ее в реестр требований было отказано, при этом - как раз по мотиву недоказанности факта оплаты по Договору; а соответственно, поддержанные ответчиком требования по настоящему спору – о пересмотре определения от 24.06.2020 г. – фактически направлены на пересмотр выводов как по этому спору, так и по указанному спору - о включении требования ФИО7 в реестр, что недопустимо в силу самостоятельного характера каждого из этих споров.

Несмотря на это, ФИО7 поддержала свое заявление о пересмотре определения от 24.06.2020 г., ссылаясь уже на то, что ей были получены сведения о поступлении на ссудный счет ООО «МИСК» (стороны договора долевого участия в строительстве с должником, права требования последнего по которому были уступлены ответчику в соответствии с оспоренным по настоящему спору Договором цессии), открытый в ПАО «Сбербанк», денежных средств в счет исполнения обязательств ФИО8, в сумме, сопоставимой с переданной ответчиком должнику согласно Договору цессии, а суд первой инстанции в этой связи – по ходатайству заявителя – истребовал соответствующие доказательства.

Однако, как указано выше, пересмотр судебного акта в соответствии с правилами главы 37 Кодекса, как экстраординарный способ оспаривания судебного акта, возможен в исключительных случаях, к которым выявление стороной новых доказательств (появление сведений о них) не относится, что нашло свое отражение и в пункте 4 (абзац 4) Постановления № 52, согласно которому судам при проверке соответствующих требований (о пересмотре) следует проверять, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о представлении новых доказательств, имеющих отношение к уже исследовавшимся ранее судом обстоятельствам, при том, что представление новых доказательств не может служить основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам по правилам главы 37 Кодекса, и в таком случае заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворению не подлежит.

В этой связи суд отмечает, что заявителем не обоснована невозможность предоставления всех необходимых доказательств ранее - непосредственно при рассмотрении спора об оспаривании сделки по существу, в т.ч. возможность их получения путем обращения за содействием в этом к суду – в порядке части 4 статьи 66 Кодекса (истребования доказательств); более того, суд полагает, что новые доказательства (подтверждаемые ими обстоятельства) – поступление денежных средств на счет ООО «МИСК» - напрямую не подтверждают факт расчетов по Договору цессии непосредственно между ответчиком и должником, а утверждение ответчика о совпадении средств, переданных ей должнику, и поступивших впоследствие на счет ООО «МИСК», является исключительно умозрительным, а соответственно – приведенные в качестве основания для пересмотра судебного акта обстоятельства не могут быть признаны таковыми и в силу их несущественности для разрешения спора (абзацы 1 и 2 пункта 4 Постановления № 52).

Равным образом, доводы заявителя (выводы суда первой инстанции) о том, что отсутствие у ответчика соответствующих сведений стало следствием злоупотребления со стороны управляющего – сокрытия им этих сведений, что могло бы влечь необходимость предоставления ответчику дополнительных мер защиты (в виде пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам), по мнению апелляционного суда, также носят неподтвержденный характер, поскольку какие-либо доказательства в обоснование этих доводов/выводов в материалах дела отсутствуют, в т.ч. из них не следует, что финансовый управляющий должником - Е.С. Греб – каким-либо образом была осведомлена о движении денежных средств по счетам иного лица - ООО «МИСК» - и сознательно скрыла эти сведения от суда.

Кроме того, настаивая на требовании о пересмотре судебного акта по мотиву появления у ответчика дополнительных сведений (доказательств) применительно к факту оплату (ее подтверждения) по Договору, ответчик не приводит иные – вновь открывшиеся - обстоятельства, которые влияли бы на другие выводы суда, послужившие основаниям для признания этого Договора недействительным, как то: аффилированность сторон, признаки несостоятельности (банкротства) у должника на момент совершении сделки, наличие у него цели причинения вреда кредитора и – соответственно – осведомленность об этом – об указанных признаках и цели (как условия (презумции) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротства, наличие которых подтверждена всеми судебными инстанциями), а равно настаивая на акте оплаты Договора, ответчик, как и при первоначальном рассмотрении дела (спора), не представила каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, позволяло ли ее финансовое положение (с учетом ее доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником и т.д., что предусмотрено подлежащими применению в настоящем споре по аналогии разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 26 постановления от 22.06.2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

В этой связи, по мнению апелляционного суда, суд первой инстанции пересматривая первоначально сделанные им самим выводы (помимо вывода о недоказанности оплаты по Договору, это также и выводы о аффилированности сторон, наличии у должника признаков банкротства и т.д.), необоснованно вышел как за пределы заявленных ответчиком доводов, так и пределы условий для пересмотра судебного акта по правилам главы 37 Кодекса, равно надлежаще заявителем не обоснованы и такие основания для пересмотра, как квалификация спорного имущества (квартиры) в качестве единственного жилья для нее и ее близких, а также в качестве имущества, относящегося к общему для ее и ее супруга - ФИО12 (доводы о чем как раз содержатся в заявлении последнего), применительно к чему суд также исходит из того, что, как уже указано выше, заявление ФИО12 в рамках настоящего обособленного спора по существу не рассматривалось (к производству суда не принималось, что не исключает возможность его принятия (рассмотрения) в дальнейшем), а ответчиком опять же каким-либо образом не мотивирована (не обоснована) невозможность заявления этих доводов (обстоятельств) при первоначальном рассмотрении дела (спора об оспаривании сделки), что тем более верно (имеет значение для оценки требований ФИО7) ввиду того, что на данный момент это – спорное – имущество уже продано, с учетом чего суд оценивает заявление ответчиком подобных доводов только на данном этапе, как злоупотребление своими процессуальными правами.

Ввиду изложенного, обжалуемое определение, как содержащее выводы, не соответствующие фактическим обстоятельствам (материалам), и принятое в этой связи при неправильном применении норм процессуального права, а также при неполном исследовании обстоятельств дела и недоказанности обстоятельств, которые суд первой инстанции признал установленными, в обжалуемой части подлежит отмене с принятием нового судебного акта – об отказе в пересмотре (отмене) по вновь открывшимся обстоятельствам по заявлению ФИО7 определения от 24.06.2020 г.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.04.2022 г. по делу № А56-33586/2018/сд.4/НР в обжалуемой части отменить.

Принять в этой части новый судебный акт.

В удовлетворении заявления ФИО7 о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.06.2020 г. по делу № А56-33586/2018/сд.4 отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

И.В. Сотов


Судьи


Е.В. Бударина


Д.В. Бурденков