Постановление от 16 сентября 2024 г. по делу № А60-46969/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4194/24

Екатеринбург

17 сентября 2024 г.


Дело № А60-46969/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 сентября 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кочетовой О. Г.,

судей Артемьевой Н. А., Кудиновой Ю. В.

при ведении протокола помощником судьи Московкиным М.Ю. рассмотрел в судебном заседании посредством системы веб-конференции кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Автоматика» на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2024 по делу № А60-46969/2022 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Автоматика» - ФИО1 (доверенность от 01.07.2022 б/н, паспорт).

В судебном заседании 29.08.2024 в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 03.09.2024 в 14 час. 30 мин.

После перерыва судебное заседание продолжено 03 сентября 2024 г. в 14 час. 35 мин. в том же составе суда при ведении протокола помощником судьи Московкиным М.Ю. при той же явке.


общество с ограниченной ответственностью «Автоматика» (далее – истец, общество «Автоматика») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании убытков в размере 415 213 руб. 03 коп.

Решением арбитражного суда Свердловской области от 22.12.2022  исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2024 решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе общество «Автоматика» просит указанное постановление отменить, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права.

По мнению заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции незаконно и необоснованно удовлетворил ходатайство ответчика о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы и перешел к рассмотрению дела по правилам первой инстанции. При этом заявитель указывает на то, что досудебная претензия направлена ответчику за 2 месяца до смены им адреса регистрации (14.09.2022), а возможность  получения судебную корреспонденции после помещения в почтовый ящик 07.09.2022 существовала в течение календарной недели.

Заявитель считает, что общество как самостоятельный субъект гражданского оборота понесло убытки из-за неразумных действий ответчика, обязанного возместить ему данные убытки, а выводы апелляционного суда об ином со ссылкой на то, что на момент совершения действий (бездействия), повлекших для общества убытки, ФИО2 являлась единственным участником и директором общества, основаны на неверном толковании норм права и соответствующих разъяснений (пункт 10 постановления Пленума № 62), правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (Определение от 31.01.2023 № 169-О), при этом ФИО3, включенный в состав участников общества решением единственного участника от 15.10.2019 № 3, подал иск о возмещении директором убытков в интересах общества, а сделки по перечислению денежных средств в счет погашения налоговых платежей совершались по распоряжению ФИО2 в сентябре 2019 года, то есть перед включением ФИО3 в состав участников общества, от которого данные обстоятельства были скрыты, в связи с чем, при таких обстоятельствах вывод апелляционного суда о том, что ФИО2, являясь единственным участником общества, действовала в ущерб самой себе, является несостоятельным, а также не соответствует сложившейся практике суда округа.

ФИО2 в отзыве по доводам кассационной жалобы возражает, считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, решением № 1 от 15.12.2017 единственного учредителя общества «Автоматика» утвержден уставный капитал общества в размере 30 000 руб. с долей ФИО2 в размере 100% уставного капитала, она же назначена на должность директора общества сроком на 3 года.

Решением единственного участника № 3 от 17.09.2019 полномочия ФИО2 как директора прекращены, на должность директора назначен ФИО3, который 15.10.2019 обратился к директору общества «Автоматика» ФИО3 с заявлением о принятии в состав участников общества «Автоматика» и внесении дополнительного вклада в размере                         30 000 руб.

Решением единственного участника № 3 от 15.10.2019 увеличен уставный капитал общества до 60 000 руб. за счет вклада ФИО3, который принят в состав участников общества. В соответствии с решением участников доли между ФИО2 и ФИО3 распределены по 50% у каждого, номинальной стоимостью по 30 000 руб. Указанное решение оформлено нотариально. Заявление об изменениях, вносимых в учредительные документы, с приложением документов направлено в налоговый орган почтовым отправлением, отправителем значится ФИО4

ФИО2 27.02.2020 оформила нотариальное заявление о выходе из состава участников общества «Автоматика».

Решением № 4 от 25.07.2020 единственного участника ФИО3 доля, принадлежащая обществу, размером 50% уставного капитала общества, номинальной стоимостью 30 000 руб. перераспределена, размер доли ФИО3 изменен на 100% в уставном капитале общества номинальной стоимостью 60 000 руб.

Общество «Автоматика», ссылаясь на несение обществом убытков в период осуществления ФИО2 полномочий директора, указало, что согласно выписке по расчетному счету общества «Автоматика» 4070*************971 в Филиале «Бизнес» публичного акционерного общества «Совкомбанк» далее – Совкомбанк), за период с 01.09.2019 по 30.09.2019 совершено 14 платежей на общую сумму 5 908 229 руб. 49 коп., получателями которых являлись налоговые органы, при этом налоговые платежи осуществлены за пять предприятий: общество с ограниченной ответственностью «Ремэнергоресурс» (далее – общество «Ремэнергоресурс») – на сумму 1 072 968 руб. 30 коп.; общество с ограниченной ответственностью «Энергопром-ЕК» (далее – общество «Энергопром-ЕК») – на сумму 1 366 031 руб. 19 коп.; общество с ограниченной ответственностью «Арктика» (далее – общество «Арктика») – на сумму 591 961 руб.; общество с ограниченной ответственностью «ТК «Трансвер» (далее – общество «Трансвер») – на сумму 564 269 руб.; общество с ограниченной ответственностью «БТЕ» (далее – общество «БТЕ») – на сумму 2 313 000 руб.

Ранее общество «Автоматика» подавало в арбитражный суд заявления к обществу с ограниченной ответственностью «Энергопром-ЕК» о взыскании неосновательного обогащения в размере 65286 руб. и 349 927 руб. 03 коп. по делам № А60-51969/2020 и № А60-52455/2020, при рассмотрении которых установлено, что в протоколе опроса от 27.04.2021 по делу № А60-51969/2020 ФИО4 пояснил, что одной из задач для разрешения кризисной ситуации в обществе являлось погашение кредиторской задолженности общества «Автоматика» перед поставщиками, а в связи с тем, что денежные средства общества были только на заблокированном счете в Совкомбанке, директором ФИО2 принято решение о погашении кредиторской задолженности общества путем оплаты налоговых платежей за третьих лиц (кредиторов).

Так, согласно выписке по расчетному счету общества «Автоматика», в банке в период с 04.09.2019 произведены платежи за общество «Энергопром-ЕК» (65286 руб., 145 638 руб. 69 коп., 204 288 руб. 34 коп.).

Суды в удовлетворении исков отказали, указав, что при наличии ограничений, наложенных банком, и налоговых обязательств самого общества, им осуществлен налоговый платеж в интересах третьего лица при отсутствии взаимных обязательств, что формально порождает право на получение обратно указанных денежных средств в виде неосновательного обогащения, а потому указанная сделка посягает на публичные интересы, и влечет признание ее ничтожной и не порождающей никаких правовых последствий в силу положений пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства и необоснованное перечисление 04.09.2019 денежных средств обществом «Автоматика» в лице единственного участника и директора ФИО2 в общей сумме 415 213 руб. 03 коп., общество «Автоматика» в лице единственного участника и директора ФИО3 обратилось с иском о взыскании убытков с бывшего директора ФИО2 и ФИО4 как лица, фактически контролирующего деятельность общества, солидарно.

Суд апелляционной инстанции рассмотрел требования по существу по правилам суда первой инстанции и, отказывая в удовлетворении требований, исходил из следующего.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело (должно будет произвести) для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), и неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из совокупного толкования положений части 3 статьи 40, части 1 статьи 44, части 2 статьи 44 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах) следует, что единоличный исполнительный орган общества, представляя его интересы, должен действовать в интересах общества добросовестно, разумно и несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами, аналогичные нормы закреплены также в статьях 53 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзаце 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума № 62).

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы.

Применение указанной ответственности возможно при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, включая наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для общества, наличие и размер убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, а недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении подобного требования.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения о своих действиях (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (пункт 1 постановления Пленума № 62).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Апелляционным судом установлено и материалами дела подтверждается, что, в соответствии со сведениями из Единого государственного реестра юридических лиц (далее (ЕГРЮЛ), ФИО2 была указана единственным участником и директором общества «Автоматика» в период с 20.12.2017 по 17.09.2019, а ФИО3, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, приступил к исполнению обязанностей единоличного  исполнительного органа общества с момента принятия решения № 3 единственного участника ФИО2 от 17.09.2019, из чего следует, что спорные платежи от 04.09.2019 осуществлялись в период, когда, в соответствии со сведениями из ЕГРЮЛ, единственным участником и директором общества «Автоматика» являлась ФИО2, в то время как несколько платежей из названных четырнадцати платежей на общую сумму 5 908 229 руб. 49 коп. в пользу налоговых органов за третьих лиц в период с 17.09.2019 по 30.09.2019 были совершены в период, когда единоличным исполнительным органом в ЕГРЮЛ уже был указан ФИО3

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все материалы дела и представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что, как следует из ЕГРЮЛ, ФИО3 стал директором общества «Автоматика» с 17.09.2019, а с 15.10.2019 ФИО3 является участником общества, из чего следует, что являясь директором общества с 17.09.2019, ФИО3, как добросовестный и разумный участник гражданского оборота, на момент обращения с заявлением о вступлении в состав участников общества 15.10.2019 ФИО3 должен был быть и не мог не быть знаком с документами о деятельности общества, при том, что ряд из четырнадцати платежей на общую сумму 5 908 229 руб. 49 коп. в пользу налоговых органов за третьих лиц в период с 17.09.2019 по 30.09.2019 совершены в период, когда единоличным исполнительным органом в ЕГРЮЛ уже был указан непосредственно сам ФИО3, а иное не доказано, и при этом все платежи совершены посредством банковских переводов в безналичной форме, скрыть информацию о которых от руководителя общества не представляется возможным, в связи с чем, планируя войти в состав участников общества с приобретением 50 % доли, ФИО3, как руководитель общества, имел все возможности изучить финансовое состояние общества, проанализировать финансовые результаты его предпринимательской деятельности за предыдущие периоды, изучить отчетные документы, провести due dilligence (в том числе финансовый: оценка финансовой системы бизнеса, адекватности системы бухгалтерского и управленческого учета, достоверности отчетности, анализ структуры доходов и расходов, круга юридических лиц, результаты деятельности которых участвуют в формировании финансовых показателей бизнеса, инвентаризация и оценка активов компании (имущества, кредиторской и дебиторской задолженности и т.п.), что является добросовестным поведением в рамках сложившихся правил поведения в предпринимательской деятельности (обычаев), в то время как иное не доказано.

Между тем, несмотря на вышеуказанные обстоятельства, как следует из материалов дела, ФИО3 не только не смог дать никаких пояснений о целях и намерениях приобретения им доли в уставном капитале общества «Автоматика», о видах деятельности общества, том, кто является бухгалтером, какая система налогообложения у общества, сдается ли отчетность в налоговый орган, какие активы имеются у общества, какую деятельность оно ведет после сентября и октября 2019 года, по какому адресу оно находится и пр., но ФИО3 также не располагал и сведениями о выплате ФИО2 действительной стоимости ее доли в связи с выходом из состава участников общества, подтвердив лишь факт знакомства и доверительных отношений с ФИО4, в отношении которого он указал, что вложиться в соответствующий бизнес ему предложил именно ФИО4, но никаких конкретных сведений о том, за счет каких средств и как именно ФИО3 приобрел долю в уставном капитале общества и собирался вести бизнес, какую хозяйственную деятельность осуществляет общество после октября 2019 года и какие конкретные действия в связи с этим осуществляет ФИО3, в то время как, согласно материалам дела, в соответствующий период общество деятельность не ведет, и иное не доказано.  

Учитывая вышеизложенное, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, проанализировав совокупность представленных в материалы дела доказательств и пояснений ФИО3, числящегося единственным участником общества «Автоматика» с 15.10.2019 и директором общества - с 17.09.2019, приняв во внимание абсолютное отсутствие у ФИО3 какого-либо представления о деятельности общества «Автоматика» (видах деятельности, формирования бухгалтерского учета, юридического адреса, системы налогообложения и т.п.), неспособность ФИО3 дать хоть сколь-нибудь вразумительные пояснения относительно целей приобретения им общества «Автоматика»,  о конкретных обстоятельствах совершения вышеназванных действий по вхождению в состав участников и руководителей общества,  апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии какой-либо заинтересованности ФИО3 в деятельности общества и о факте его формального (номинального) участия в общества «Автоматика», при том, что никаких доказательств, опровергающих данные выводы, и, свидетельствующих об ином, в материалы дела не представлено.

Приняв во внимание все вышеназванные обстоятельства, исходя из конкретных обстоятельств дела, по результатам исследования и оценки доказательств и материалов дела, из которых следует, что ФИО2 ссылается на то, что она фактически не вела финансово-хозяйственную деятельность в обществе, действительную стоимость доли не получала, а все документы, находящиеся в регистрационном деле общества «Автоматика» до 17.09.2019 она оформляла и предоставляла в налоговый орган по указанию ФИО4, при этом ФИО2 согласилась на оформление общества «Автоматика» также по просьбе ФИО4 и выдала ему нотариальную доверенность от 19.06.2019 № 66 АА 560363 на право действовать от имени общества, что подтверждается материалами дела, из которых следует, что ФИО4 знаком и с ФИО2 и с ФИО3, действовал от имени общества «Автоматика», и как видно из  пояснений ФИО3 и ФИО2, представленных в ходе рассмотрения судами настоящего спора, в отличие от последних, ФИО4 располагает информацией о деятельности общества, что не оспаривается и доказательства иного не представлены.

Учитывая все вышепоименованные установленные апелляционным судом обстоятельства настоящего дела, по результатам исследования и оценки материалов дела и всех доказательств, включая выписку из ЕГРЮЛ, из которой следует, что налоговым органом в отношении общества «Автоматика» неоднократно вносились записи о недостоверности сведений (в т.ч. запись от 01.12.2021 о недостоверности сведений об адресе общества), а также принимались решения о предстоящем исключении общества «Автоматика» из ЕГРЮЛ от 22.03.2021, 19.09.2022, 15.01.2024, приняв во внимание, что при таких обстоятельствах из представленных в материалы дела доказательств не следует, что ФИО2 в период осуществления полномочий директора общества и ФИО3 после назначения его директором общества 17.09.2021 фактически действовали в интересах общества, а иное не доказано, и при этом сами названные лица в установленном порядке в полном объеме не раскрывают информацию о том, кто именно, при таких обстоятельствах, фактически является реально контролирующим общество лицом, и из заявленного обществом «Автоматика» требования не представляется возможным с достаточной степенью достоверности установить, на защиту чьих именно интересов направлено рассматриваемое исковое заявление, а также учитывая, что обществом не представлены бухгалтерская отчетность общества «Автоматика», расшифровка строк баланса на период 17.09.2019, из которой бы следовало наличие отрицательных активов (конкретных убытков), и иные доказательства в подтверждение иска в материалах дела отсутствуют, картотека арбитражных дел не содержит сведений о процедуре банкротства общества «Автоматика», апелляционный суд пришел к выводу, что при изложенных обстоятельствах ФИО3, указанный в ЕГРЮЛ как единственный участник и директор общества «Автоматика», не доказал своего нарушенного права и, соответственно, не доказал всю совокупность обстоятельств, входящих в состав гражданско-правового правонарушения, предусмотренного статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем апелляционный суд оснований для удовлетворения иска не усмотрел.

При этом апелляционным судом по результатам исследования и оценки доказательств также принято во внимание, что, как следует из Картотеки арбитражных дел, в тех делах, в которых иски о взыскании неосновательного обогащения удовлетворены (№ А60-51731/2020, №А60-52452/2020), в порядке процессуального правопреемства произведена замена истца общества «Автоматика» на ФИО5, который в рамках настоящего дела также заявил аналогичное ходатайство, но впоследствии 18.12.2023 от него отказался, при этом из объяснений ФИО2 следует, что в 2019 году у ФИО4 возник конфликт с его компаньоном ФИО5, в связи с чем были переоформлены документы общества «Автоматика» и  предъявлен настоящий иск, но соответствующая информация о взаимоотношениях ФИО5 с обществом «Автоматика» в полном объеме и надлежащим образом суду также не раскрыта.

При этом по результатам исследования и оценки доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, апелляционный суд не усмотрел в данном случае наличие корпоративного конфликта в обществе между ФИО2 и ФИО6 в период совершения спорных платежей (04.09.2019), когда ФИО2, числилась в ЕГРЮЛ единственным участником общества и его директором, а наличие какого-либо иного корпоративного конфликта, который мог с учетом состава участников сформироваться лишь в период с 15.10.2019 (принятие в состав участников ФИО3) по 27.02.2020 (заявление о выходе ФИО2), не доказано и из материалов дела не следует (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при вынесении обжалуемого постановления апелляционный суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для взыскания с ФИО2 и ФИО4 в пользу общества «Автоматика» убытков, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, опровергающих названные выводы и свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Апелляционным судом верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что суд апелляционной инстанции необоснованно восстановил срок на подачу апелляционной жалобы, судом округа отклоняется, поскольку наличие законодательно установленных сроков не может рассматриваться как препятствие для реализации права на обжалование судебных актов.

Исходя из положений статей 117, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о восстановлении пропущенного срока разрешается апелляционным судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела. При этом каких-либо критериев для определения уважительности причин пропуска срока в тех или иных случаях не установлено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – Постановление № 12), в силу части 2 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции восстанавливает срок на подачу апелляционной жалобы, если данный срок пропущен по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой. Для лиц, извещенных надлежащим образом о судебном разбирательстве, такими причинами могут быть признаны, в частности, причины, связанные с отсутствием у них по обстоятельствам, не зависящим от этих лиц, сведений об обжалуемом судебном акте, а также связанные с независящими от лица обстоятельствами, в силу которых оно было лишено возможности своевременно подготовить и подать мотивированную жалобу. При указании заявителем на эти причины как на основание для восстановления срока суду следует проверить, имеются ли в материалах дела доказательства надлежащего извещения заявителя о судебном разбирательстве в суде первой инстанции. Если лицо не извещено о судебном разбирательстве надлежащим образом, суд рассматривает вопрос о наличии оснований для восстановления срока на подачу апелляционной жалобы с учетом того, что данный срок исчисляется с даты, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав или законных интересов обжалуемым судебным актом.

Лицам, не участвующим в деле, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт, либо лицам, не принимавшим участия в судебном разбирательстве по причине ненадлежащего извещения их о времени и месте заседания, срок подачи жалобы может быть восстановлен судом по ходатайству данного лица, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав или законных интересов обжалуемым судебным актом (абзац второй пункта 14 Постановления № 12).

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев доводы, приведенные ФИО2 в ходатайстве о восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, установив факт состоявшейся фикции извещения ответчика, исходил из отсутствия оснований для вывода об осведомленности ФИО2 о принятом судебном акте,  в пределах своей компетенции установил наличие оснований для восстановления срока на обжалование гражданину, с которого на основании судебного акта суда первой инстанции взыскано 415 213 руб. 03 коп., что прямо отнесено к дискреционным полномочиям суда, и перешел к рассмотрению спора по правилам первой инстанции. Таким образом, выводы суда апелляционной инстанции в указанной части являются законными и обоснованными. Кроме того, следует отметить, что в рамках дела А60-49025/2022 арбитражный апелляционным судом также восстановлен срока на подачу апелляционной жалобы, суд перешёл к рассмотрению спора по правилам первой инстанции и отказал в удовлетворении иска.

 Вместе с тем, следует отметить, что выводы апелляционного суда о том, что согласование ФИО2 своих действий с кем-либо, не требовалось, распоряжение денежными средствами осуществлялось по воле единственного участника общества, поэтому действия ФИО2 по распоряжению денежными средствами в спорный период не могли противоречить интересам общества до того момента, пока ФИО2 была единственным участником и одновременно директором общества, являются неверными и основаны на неправильном толковании норм корпоративного права, но данные выводы не повлияли на правильность резолютивной части обжалуемого постановления.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права, являлись предметом оценки апелляционного суда, документально не подтверждены и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемый судебный акт следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2024 по делу № А60-46969/2022 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Автоматика» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 



Председательствующий                                             О.Г. Кочетова


Судьи                                                                          Н.А. Артемьева


                                                                                      Ю.В. Кудинова