Постановление от 6 февраля 2023 г. по делу № А49-11620/2015

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№ 11АП-18867/2022

Дело № А49-11620/2015
г. Самара
06 февраля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 06 февраля 2023 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В.,

судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

с участием:

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 27 декабря 2022 года,

от АО "Россельхозбанк" - ФИО4, доверенность от 28 июля 2021 года,

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 30 января 2023 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Пензенской области от 26 октября 2022 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении контролирующего должника лица - ФИО2 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Пензенский железобетонный завод № 3»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 29.10.2015 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Пензенский железобетонный завод № 3».

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 19.01.2016 в отношении ООО «Пензенский железобетонный завод №3» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 27.07.2016 ООО «Пензенский железобетонный завод №3» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 14.08.2019 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего должника о прекращении производства по делу, производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Пензенский железобетонный завод №3» прекращено с 14.08.2019.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2019 определение Арбитражного суда Пензенской области от 14.08.2019 по делу № А49-11620/2015 отменено, по делу принят новый судебный акт, которым в удовлетворении ходатайства конкурного управляющего должника о прекращении производства по делу №А49-11620/2015 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Пензенский железобетонный завод №3» отказано, дело № А49-11620/2015 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Пензенский железобетонный завод №3» направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пензенской области.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 25.10.2019 дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Пензенский железобетонный завод №3» принято на новое рассмотрение.

Определением суда от 18.11.2019 ходатайство конкурсного управляющего о прекращении производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Пензенский железобетонный завод № 3» оставлено без удовлетворения, срок конкурсного производства в отношении должника продлен.

В Арбитражный суд Пензенской области обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении бывшего директора должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Пензенский железобетонный завод №3» в сумме 244 017 599 рублей по основаниям ст. 10 п. 4 абз 3,4 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 15.05.2017 производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя ФИО2 к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 13.01.2020 ФИО7 освобожден от исполнения обязательств конкурсного управляющего ООО «Пензенский железобетонный завод №3», конкурсным управляющим утвержден ФИО8, член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

От конкурсного управляющего поступило заявление о привлечении контролирующего должника лица ФИО2 к субсидиарной ответственности в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Пензенский железобетонный завод № 3».

Определением Арбитражного суда Пензенской области 12.01.2022 заявление конкурсного управляющего ФИО5 удовлетворено, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности в размере 248 299 561,54 рублей в виде взыскания их в конкурсную массу ООО «Пензенский железобетонный завод №3».

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022 определение суда первой инстанции от 12.01.2022 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 31.05.2022 определение Арбитражного суда Пензенской области от 12.01.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022 отменены в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО2, обособленный спор в данной части направлен для рассмотрения по существу в Арбитражный суд Пензенской области.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 26.10.2022 заявление конкурсного управляющего ФИО5 удовлетворено частично. ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности в размере 113 760 000 рублей. В остальной части заявление оставлено без удовлетворения

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Пензенской области от 26.10.2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 18.01.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 30.01.2023.

24.12.2022 от конкурсного управляющего ФИО5 в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

23.01.2022 от конкурсного управляющего ФИО5 в материалы дела поступило заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

24.01.2023 от АО "Россельхозбанк" в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции.

Представитель АО "Россельхозбанк" возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить без изменения определение суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением суда от 12 января 2022 года, вступившим в законную силу, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по долгам ООО «ПЖЗ №3».

В указанном судебном акте арбитражный суд установил, что бездействия ФИО2, выразившиеся в непередаче конкурсному управляющему ФИО7 (впоследствии правопреемнику ФИО5) документов, свидетельствующих о наличии какого-либо имущества, в том числе дебиторской задолженности, о возможности выявления сделок, подлежащих оспариванию, привели к затруднению проведению процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формированию и реализации конкурсной массы (ст. 10 п. 4 абз. 4 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Отсутствие первичной документации должника, подтверждающей наличие дебиторской задолженности (данных о дебиторах, размерах сумм каждого дебитора, оснований возникновения), препятствовало ее возможному взысканию, без документации должника конкурсный управляющий не смог полноценно провести анализ деятельности должника, проверить совершенные им сделки, выявить сделки, которые необходимо оспаривать с целью возврата в конкурсную массу денежных средств и имущества.

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «Пензенский железобетонный завод №3» за 2014 год у должника имелись активы в размере 101 337 000 рублей, в том числе дебиторская задолженность 62 423 000 рублей, запасы 12 372 000 рублей. На конец 2015 года активы должника составляли 113 760 000 рублей, в том числе 98 870 000 рублей -дебиторская задолженность, 12 415 000 рублей - запасы.

Отраженный в бухгалтерской отчетности должника размер дебиторской задолженности ФИО2 документально не опровергнут. Наличие запасов на сумму свыше 12 000 000 рублей бывшим руководителем также не опровергнуто, доказательства их отчуждения не приведены. Запасы ООО «ПЖЗ №3» в ходе процедуры банкротства конкурсным управляющим не обнаружены.

В ходе оценки имущества, выявленного в процедуре конкурного производства, его рыночная стоимость составила 3 146 000 рублей, в том числе 2 136 000 рублей - основные средства, 968 042 рублей - дебиторская задолженность.

Определением суда от 10.06.2022 заявление конкурсного управляющего ФИО5 принято к производству на новое рассмотрение после отмены Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 31.05.2022 определения Арбитражного суда Пензенской области от 12.01.2022 и постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022 в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО2

При новом рассмотрении спора, удовлетворяя частично заявление конкурсного управляющего ФИО5 в виде привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в размере 110 614 000 рублей, суд первой инстанции руководствовался следующим.

Согласно п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Аналогичные положения содержались в ст. 10 Закона о банкротстве.

Поскольку наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности арбитражный суд признал вступившим в законную силу судебным актом доказанными, размер активов должника, содержащихся в бухгалтерской балансе, никем не опровергнут, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости установления размера субсидиарной ответственности последнего равным 110 614 000 рублей = 113 760 000 рублей (размер активов должника) - 3 146 000 рублей (рыночная стоимость обнаруженного в ходе процедуре банкротства имущества).

При этом оснований для вывода о том, что в результате передачи ФИО2 документации должника могла быть сформирована конкурсная масса на большую сумму по сравнению с размером активов, отраженных в документах бухгалтерского учета должника, не имеется.

Судом установлено, что в настоящее время формирование конкурсной массы завершено, взыскание и реализация имущества для последующих расчетов с кредиторами не возможно.

Доводы ФИО2 о том, что погашение задолженности в деле о банкротстве ФИО2 повлияют на размер ответственности в настоящем деле, были отклонены судом первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно абз 3 п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам.

Вместе с тем, обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий в обоснование своего заявления, имели место до введения главы III.2 Закона о банкротстве. Следовательно, нормы материального права применяются в той редакции, которая действовала в соответствующий период. Новые правила, предусмотренные в главе III.2 Закона о банкротстве, в данном случае применяются только в части процессуальных правоотношений.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (решение от 01.10.1993 N 81 -р; определения от 25.01.2007 N 37-О-О, от 15.04.2008 N 262-О-О, от 20.11.2008 N 745-О-О, от 16.07.2009 N 691-О-О, от 23.04.2015 N 821-О, постановление от 15.02.2016 N 3-П).

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица.

Конкурсный управляющий привел обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, которые имели место до 2016 года, поэтому основания ответственности (материально-правовые нормы) должны применяться те, которые действовали в момент совершения правонарушения.

С учетом обстоятельств дела и оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности при разрешении спора применяются положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 222-ФЗ. Оснований для применения третьего абзаца пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не имеется.

Кроме того, в своем заявлении конкурсный управляющий просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение сделок, признанных судом недействительными.

Согласно действовавшей на момент совершения указанных в заявлении конкурсного управляющего сделок редакции п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В настоящее время аналогичные нормы содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что определением суда от 14.11.2016 признан недействительным договор уступки прав требования от 11.12.2015, заключенный между ИП ФИО9 и ООО «Пензенский железобетонный завод №3»; восстановлена задолженность ФИО10 перед ООО «Пензенский железобетонный завод №3» в размере 1 600 000 рублей.

Определение суда в части взыскания с ФИО10 задолженности в размере 1 600 000 рублей исполнено последней, денежные средства поступили в конкурсную массу и распределены на погашение текущих обязательств.

Кроме этого, определением суда от 19.11.2018 признан недействительным договор уступки права требования от 11.06.2015, заключенный между ООО «ДИС» и ООО «Пензенский железобетонный завод №3»; применены последствия недействительности сделки: восстановлено право требования ООО «Пензенский железобетонный завод №3» к ОАО «Пензапромстрой» ОГРН <***> в сумме 4 000 000 рублей, вытекающего из инвестиционного договора от 06.10.2014 г., восстановлено право требования ООО «ДИС» к ООО «Пензенский железобетонный завод № 3» в размере 8 000 000 рублей.

Право требования ООО «Пензенский железобетонный завод №3» к ОАО «Пензапромстрой» в сумме 4 000 000 рублей реализовано в ходе конкурного производства за 42 000 рублей, которые частично покрыли текущие обязательства должника.

Таким образом, разница между незаконно выбывшими и поступившим в конкурсную массу денежными средствами, составила 3 958 000 рублей.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом как указал суд первой инстанции, следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума N 53, следует, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно пункту 56 Постановления от 21.12.2017 N 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию совершения и одобрения контролирующими лицами сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

В силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Конкурсный управляющий в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора указал, что каждая отдельная оспоренная сделка не довели должника до банкротства в результате своего совершения.

Учитывая результаты рассмотрения обособленных споров по заявлениям конкурсного управляющего должника об оспаривании сделок, совершенных последним , которыми установлено, что в результате действий ответчика из собственности должника выбыло ликвидное имущество, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что вследствие недобросовестных и неразумных действий ФИО2 должник лишился ликвидных активов (денежных средств) на общую сумму 5 600 000 рублей, а его кредиторы -возможности удовлетворения своих требований в сумме 3 958 000 рублей.

Вместе с тем, оспоренные и признанные недействительными сделки на общую сумму 3 958 000 рублей (с учетом возвращения денежных средств и продажи права требования) не стали причиной объективного банкротства, в незначительной степени повлияли на финансовое состояние должника и возможность формирования конкурсной массы для удовлетворения требований кредиторов.

Вышеизложенные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, суд первой инстанции заявление конкурного управляющего удовлетворил частично и привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности в размере 110 614 000 рублей (с учетом определения Арбитражного суда Пензенской области от 26.10.2022 по настоящему делу об исправлении описки в части указания размера субсидиарной ответственности)..

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, не находит оснований для отмены судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.

Довод заявителя об идентичности части кредиторов в настоящем деле с кредиторами в рамках дела о банкротстве ФИО2 в связи с чем, удовлетворение требований таких кредиторов в рамках дела о банкротстве ФИО2 уменьшит размер его субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве ООО «ПЖЗ № 3», судом отклоняется, поскольку названные обстоятельства подлежат разрешению в рамках исполнительного производства, а при наличии спорных вопросов - в судебном порядке.

Ссылка заявителя на судебную практику не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку судебные акты, на которые ссылается заявитель, приняты по иным фактическим обстоятельствам и документальным доказательствам.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пензенской области от 26 октября 2022 года по делу № А49-11620/2015 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.


ПредседательствующийА.В. Машьянова


Судьи Д.К. Гольдштейн


Я.А. Львов