Постановление от 20 сентября 2018 г. по делу № А46-16040/2016

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А46-16040/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 20 сентября 2018 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Лошкомоевой В.А.

судей Доронина С.А.

Мельника С.А.

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств видеоконференц-связи при ведении протокола помощником судьи Нурписовым А.Т. кассационные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение от 02.02.2018 Арбитражного суда Омской области (судья Распутина В.Ю.) и постановление от 26.04.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Бодункова С.А., Зорина О.В., Шарова Н.А.) по делу № А46-16040/2016 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (город Омск), принятые по заявлению финансового управляющего имуществом должника ФИО3 о признании недействительными договоров дарения от 21.01.2015 земельного участка с кадастровым номером 55:20:200101:315 и жилого дома с кадастровым номером 55:20:200101:4219, а также земельного участка с кадастровым номером 55:20:200801:105.

Другие лица, участвующие в деле: ФИО1, ФИО4, Управление опеки и попечительства департамента образования администрации города Омска.

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Омской области (судья Воронов Т.А.) в заседании участвовали: финансовый управляющий ФИО3, представитель ФИО2 Бадер В.В по доверенности от 14.09.2017, представитель публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» ФИО5 по доверенности от 12.09.2018.

Суд установил:

решением от 24.05.2017 Арбитражного суда Омской области ФИО2 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждён ФИО3

Финансовый управляющий 30.11.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок, совершённых супругой должника ФИО1, оформленных договором дарения от 21.01.2015, предметом которого являются земельный участок с кадастровым номером 55:20:200101:315 и жилой дом с кадастровым номером 55:20:200101:4219; договором дарения от 21.01.2015, предметом которого является земельный участок с кадастровым номером 55:20:200801:105, в пользу одаряемого ФИО4.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление опеки и попечительства Департамента образования администрации города Омска.

Определением суда от 02.02.2018 (судья Распутина В.Ю.) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Постановлением апелляционного суда от 26.04.2018 определение суда от 02.02.2018 отменено, принят новый судебный акт, которым договоры дарения от 21.01.2015 признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника земельный участок с кадастровым номером 55:20:200101:315 площадь 1 305 квадратных метров, расположенный по адресу: <...> стр. поз. 211 А, и жилой дом с кадастровым номером 55:20:200101:4219 площадью 269 квадратных метров, расположенный по адресу: <...>; земельный участок с кадастровым номером 55:20:200801:105 площадью 1 833 квадратных метров из земель сельскохозяйственного назначения для ведения сельскохозяйственного производства, находящийся по адресу: Омская область, Омский район.

С определением суда от 02.02.2018 и постановлением апелляционного суда от 26.04.2018 не согласны ФИО1 и ФИО2, в кассационной жалобе просят их отменить.

По мнению ФИО2, имущество, являющее предметом оспариваемых договоров дарения, не подлежало включению в конкурсную массу, поскольку согласно условиям брачного договора, действительность которого была ранее проверена в судебном порядке, находилось в собственности ФИО1 При этом, несмотря на то, что брачный договор заключён 17.08.2016, действие режима раздельной собственности распространялось на спорное имущество супругов с момента регистрации права собственности за ФИО1 Соответственно, рассматривая настоящий спор, суд апелляционной инстанции в силу принципа обязательности судебного акта не вправе был игнорировать заключённый между супругами брачный договор, в силу условий которого имущество, зарегистрированное на имя ФИО1, не является собственностью должника. Вывод суда о том, что в действиях ФИО2 и ФИО1 по дарению объектов недвижимости усматриваются признаки злоупотребления правом при отсутствии сведений о возбуждении в отношении ФИО2 исполнительного производства и принятия мер принудительного исполнения, а также о том, что выдача должником поручительства была обусловлена его платёжеспособностью за счёт спорного имущества, является необоснованным. Более того, судом не учтено, что на момент совершения спорных сделок ни у поручителя – ФИО2, ни у основного заёмщика не было просрочки исполнения обязательств. В материалах дела не содержится доказательств того, что сделки совершены исключительно с целью причинения вреда, а также в обход закона. Установив наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), суд фактически произвёл подмену нормы, регулирующей спорные правоотношения, более абстрактной статьёй 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, сославшись в качестве злоупотребления правом со стороны ФИО2 на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника. Применив последствия недействительности сделки, суд апелляционной инстанции в нарушение конституционных прав на неприкосновенность собственности неправомерно указал на включение спорного имущества в состав конкурсной массы, поскольку оно всегда находилось в собственности супруги должника. ФИО2 может принадлежать только доля в совместно нажитом имуществе.

Ссылаясь на то, что спорные сделки могут быть оспорены только по основаниям, предусмотренным семейным законодательством, в то время как финансовым управляющим было заявлено требование об оспаривании сделок по общегражданским основаниям, ФИО2 считает, что производство по заявлению подлежит прекращению на основании пункта 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ФИО1 в дополнении к кассационной жалобе просит отменить постановление апелляционного суда, оставить в силе определение суда первой инстанции.

Податель жалобы полагает, что дарение объектов недвижимости нельзя было рассматривать с точки зрения вывода ликвидных активов должника, поскольку данное имущество не принадлежало ФИО2 как поручителю, а также им не обеспечивалось исполнение обязательств заёмщика. Кроме того, судом не рассматривался вопрос о наличии признаков неплатёжеспособности заёмщика на момент совершения оспариваемой сделки. Исходя из того, что ранее в судебном порядке отказано в признании недействительным брачного договора, устанавливающего режим раздельной собственности супругов ФИО6, судом апелляционной инстанции, по сути, пересмотрен вступивший в законную силу судебный акт путём вынесения другого судебного акта по спору между теми же лицами, о том же предмете спора, что недопустимо.

Финансовый управляющий ФИО3, публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» в отзывах на кассационные жалобы не согласились с приведёнными в них доводами, просят оставить принятый судебный акт без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

В заседании суда кассационной инстанции участники процесса поддержали каждый свои доводы, изложенные в кассационных жалобах и отзывах на них.

Проверив в соответствии со статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность принятых по обособленному спору судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления апелляционного суда.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО1 (даритель) и ФИО4, действующей в лице законного представителя ФИО2 (одаряемый) заключены:

договор дарения от 21.01.2015, предметом которого являются земельный участок с кадастровым номером 55:20:200101:315, расположенный по адресу: <...> стр. поз. 211 А, площадь 1 305 квадратных метров, и жилой дом с кадастровым номером 55:20:200101:4219 площадью 269 квадратных метров, расположенный по адресу: <...>;

договор дарения от 21.01.2015 земельного участка площадью 1 833 квадратных метра с кадастровым номером 55:20:200801:105 из земель сельскохозяйственного назначения для ведения сельскохозяйственного производства, расположенного по адресу: Омская область, Омский район.

На момент заключения указанных выше договоров ФИО1 состояла в браке с ФИО2 Одаряемый – ФИО4 является несовершеннолетней дочерью ФИО1 и ФИО2

Полагая, что указанные сделки дарения недвижимого имущества супругой должника близкому родственнику – дочери являются подозрительными, финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением об их оспаривании по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из отсутствия признаков злоупотребления права в действиях сторон договоров дарения ввиду констатации того, что на дату заключения договоров дарения у закрытого акционерного общества «СибАльпИндустрия Группы компаний «ЛИК» (далее – Компания) (основной заёмщик) отсутствовал признак неплатёжеспособности или недостаточности имущества, неисполненных обязательств перед собственными кредиторами на момент заключения спорных договоров у ФИО2 (поручитель) также не имелось.

Судом отмечено, что в соответствии с условиями заключённого между ФИО2 и ФИО1 брачного договора от 17.08.2016, которым установлен режим раздельной собственности супругов как на уже имеющееся у супругов, так и на будущее имущество, признание договоров дарения недействительными не приведёт к пополнению конкурсной массы должника.

Повторно рассмотрев спор, суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился.

Учитывая, что в момент заключения брачного договора от 17.08.2016 спорное имущество у супругов отсутствовало, так как было ранее отчуждено по договорам дарения от 21.01.2015, суд указал на наличие в отношении указанного имущества режима совместной собственности супругов.

Признав, что совершение супругой должника сделок по дарению совместно нажитого имущества повлекло за собой уменьшение конкурсной массы должника, в результате чего был причинён вред имущественным правам кредиторов, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о наличии оснований, предусмотренных статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания договоров дарения недействительными сделками.

Применив последствия недействительности сделок, суд возложил на ФИО4 обязанность по возврату в конкурсную массу имущества, полученного по спорным сделкам.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют нормам законодательства и фактическим обстоятельствам дела.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат сделки, совершённые, в том числе, супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством.

При этом согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сделки граждан, не являвшихся индивидуальными предпринимателями, совершённые до 01.10.2015 с целью причинения вреда кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Для установления ничтожности сделки на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагентов по сделке, а также то обстоятельство, что стороны сделки действовали злонамеренно, имея намерение причинить вред третьим лицам.

Из содержания части 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 33, части 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации следует, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Исходя из приобретения спорного имущества супругами в период брака и отчуждения путём заключения договоров дарения от 21.01.2015 суд апелляционной инстанции сделал выводы о том, что на данное имущество распространяется режим совместной собственности супругов без учёта положений брачного договора от 17.08.2016, который не изменил статуса имущества супругов для третьих лиц (статья 46 Семейного кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с частями 2, 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов также предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Судами установлено, что ФИО2, являясь совместно с ФИО1 учредителем Компании, а также исполняя функции единоличного исполнительного органа, выступал поручителем по заключённым Компанией с публичным акционерным обществом «Промсвязьбанк» кредитным договорам, неисполнение которых с декабря 2014 года повлекло возникновение признаков неплатёжеспособности, как у заёмщика, так и у поручителя.

Кроме того, на дату совершения оспариваемых сделок у ФИО2 имелась непогашенная задолженность перед публичным акционерным обществом «Финансовая корпорация «Открытие».

Следовательно, при заключении в личных целях сделки по безвозмездному отчуждению объектом недвижимого имущества, за счёт которых могли быть удовлетворены требования кредиторов, супругой должника с его согласия были совершены недобросовестные действия по выводу ликвидного имущества из конкурсной массы.

Также судом апелляционной инстанции учтено, что в этот день супругой должника были заключены и исполнены и иные договоры дарения имущества, являющегося совместно нажитым имуществом супругов ФИО6, в том числе в пользу сына – ФИО7 и в пользу матери супруги должника – ФИО8.

Установив непосредственную заинтересованность между должником, его супругой и дочерью, предусмотренную пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции указал на доказанность у участников сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и удовлетворил заявление финансового управляющего о признании договоров дарения от 21.01.2015 недействительными сделками в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

У суда кассационной инстанции не имеется оснований для иной правовой оценки установленных обстоятельств по настоящему обособленному спору.

Приведённые в кассационных жалобах заявителей доводы о неправильном применении специальных норм об оспаривании сделок, предусмотренных Законом о банкротстве, противоречат особенностям оспаривания сделок должника, совершённых до 01.10.2015, по общим основаниям.

Ссылка на необходимость применения к спорным отношениям супругов положений брачного договора не может быть принята во внимание, как несоответствующая установленным обстоятельствам по настоящему спору, правильно оценёнными судом апелляционной инстанции.

Применение реституции путём обязания ФИО4 возвратить отчуждённое недвижимое имущество в конкурсную массу ФИО2 соответствует пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениям статей 61.6, пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

Установленные пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве правила о порядке и условиях реализации имущества должника, признанного банкротом, направлены на обеспечение удовлетворения требований кредиторов за счёт имущества, включённого в конкурсную массу, и носят специальный характер, поэтому подлежат приоритетному применению.

Свою долю из общей собственности в виде денежных средств ФИО1 сможет получить после реализации имущества, составляющего конкурсную массу должника, то есть Законом о банкротстве предусмотрены достаточные гарантии соблюдения её прав и законных интересов.

Доводы подателей жалоб о невозможности оспаривания сделок по основаниям, изложенным в Гражданского кодекса Российской Федерации, при отсутствии противоречий при их совершении положениям Семейного кодекса Российской Федерации, являются несостоятельными ввиду неверного толкования норм материального права, не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанции, а выражают несогласие с ними в связи иной правовой оценкой установленных обстоятельств.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом округа не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 02.02.2018 Арбитражного суда Омской области и постановление от 26.04.2018 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-16040/2016 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий В.А. Лошкомоева


Судьи С.А. Доронин


ФИО9