Постановление от 6 ноября 2025 г. по делу № А32-51754/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-51754/2023
город Ростов-на-Дону
07 ноября 2025 года
15АП-12662/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 ноября 2025 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сулименко Н.В., судей Долговой М.Ю., Пипченко Т.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Пилипенко Н.В.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 27.09.2025,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2025 по делу № А32-51754/2023 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мегаполис»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мегаполис» (далее - должник, ООО «Мегаполис») в Арбитражный суд Краснодарского края обратилась конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее - конкурсный управляющий должника ФИО3) с заявлением о привлечении ФИО1 (далее - ответчик, ФИО1) к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2025 по делу № А32-51754/2023 ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника. Производство по рассмотрению заявления в части установления размера привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2025 по делу № А32-51754/2023, ФИО1 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил

обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документов, поскольку 12.02.2025 по акту приема-передачи ФИО1 передал конкурсному управляющему должника документы бухгалтерского учета ООО «Мегаполис». Ответчик исполнил обязанность по передаче конкурсному управляющему должника документации в отношении деятельности должника, что также подтверждается ходатайством конкурсного управляющего, направленным в суд первой инстанции, однако, факт передачи ответчиком документации должника управляющему не учтен судом первой инстанции. В отношении вывода суда первой инстанции о совершении ответчиком операций по выводу денежных средств апеллянт указал, что конкурсному управляющему переданы документы, подтверждающие обоснованность совершенных операций, в частности: авансовые отчеты, договор подряда от 21.08.2020 и первичная бухгалтерская документация, подтверждающая факт выполнения работ. Вступившим в законную силу судебным актом конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления о взыскании неосновательного обогащения с ФИО1 в размере 15 114 000 руб. Апеллянт указал, что у ответчика отсутствовала обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку наличие непогашенной задолженности перед отдельным кредитором само по себе не свидетельствует о наличии у должника признаков банкротства и не подтверждает наличие у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом. Основанием обращения налогового органа с заявлением о признании должника банкротом явилось наличие задолженности по НДС, налогу на прибыль и страховым взносам; задолженность перед бюджетом образовалась единовременно, а не нарастающим итогом ввиду продолжения хозяйственной деятельности должника. Налоговый орган направил в адрес должника требование от 27.06.2023 № 3763, вместе с тем, уже 26.09.2023 по заявлению уполномоченного органа возбуждено дело о банкротстве. Податель жалобы указал, что, начиная с 3 квартала 2022 г. вся налоговая отчетность сдавалась с нулевыми показателями, так как деятельность не осуществлялась, контракты и договоры не заключались, работники отсутствовали. С даты, указанной конкурсным управляющим должника, и до дня возбуждения дела о банкротстве какая-либо задолженность не образовалась, новые обязательства не возникли.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника ФИО3 просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения; судебное заседание провести в отсутствие конкурсного управляющего.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2025 по делу № А32-51754/2023 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.04.2024 ООО «Мегаполис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

В Арбитражный суд Краснодарского края обратилась конкурсный управляющий должника ФИО3 с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Повторно рассмотрев обособленный спор о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для отмены обжалованного судебного акта, принимая во внимание нижеследующее.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 является генеральным директором и единственным учредителем (100 %) должника.

Таким образом, в период, предшествующий банкротству должника, ФИО1 являлся контролирующим должника лицом.

Конкурсный управляющий должника, обосновывая наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательства должника, указал, что ФИО1 не передал конкурсному управляющему первичную документацию в отношении деятельности должника, отсутствие первичной документации, связанной с хозяйственной деятельностью должника, препятствует формированию конкурсной массы, а также существенно затрудняет проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Признавая обоснованными доводы конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции исходил из того, что бывший руководитель ООО «Мегаполис» не передал конкурсному управляющему должника бухгалтерские и иные документы должника, печати, штампы, материальные и иные ценности. В связи с неисполнением руководителем должника обязанности по передаче конкурсному управляющему первичной документации бухгалтерского учета, документов подтверждающих наличие дебиторской задолженности, а также имущества и товарно-материальных ценностей, конкурсный управляющий лишен возможности выявить какое-либо имущество или права требования, принадлежащие должнику, и вследствие этого удовлетворить требования

кредиторов, взыскать дебиторскую задолженность должника с целью возврата имущества в конкурсную массу, что повлекло причинение вреда кредиторам.

Суд указал, что ФИО1 не обеспечил передачу документации, а также имущества должника конкурсному управляющему, поэтому пришел к выводу, что в отсутствие первичной бухгалтерской документации общества, отражающей информацию о хозяйственной деятельности должника, невозможно идентифицировать активы или установить основания их выбытия, что является препятствием для формирования конкурсной массы должника и расчетов с кредиторами.

Между тем, как из материалов дела, ответчик, возражая против привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по данному основанию, указал, что 12.02.2025 между ответчиком и конкурсным управляющим должника подписан акт приема-передачи, согласно которому ФИО1 передал конкурсному управляющему должника документы и бухгалтерскую базу ООО «Мегаполис», таким образом, ответчик исполнил обязанность по передаче конкурсному управляющему документации, касающейся деятельности должника.

Конкурсный управляющий должником заявил в суде первой инстанции ходатайство о рассмотрении заявления в его отсутствие (т. 1 л.д. 46), в котором указал, что 12.02.2025 бывший руководитель должника ФИО1 передал конкурсному управляющему должника бухгалтерскую и иную документацию ООО «Мегаполис», о чем оставлен акт. В распоряжение конкурсного управляющего переданы документы, подтверждающие обоснованность выдачи денежных средств, авансовые отчеты, а также договор подряда и первичная бухгалтерская документация, подтверждающая выполнение работ.

Обращаясь с апелляционной жалобой, ответчик указал, что у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с непередачей документов, поскольку 12.02.2025 по акту приема-передачи ФИО1 передал конкурсному управляющему должника документы бухгалтерского учета ООО «Мегаполис».

В силу абзаца 2 пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при принятии постановления суд апелляционной инстанции действует в пределах полномочий, определенных статьей 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения, суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

Обжалование мотивировочной части судебного акта должно преследовать цель изменения или исключения выводов об обстоятельствах, которые нарушают права сторон, в том числе, приобретя обязательный характер (статьи 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), могут воспрепятствовать в будущем реализации гражданских прав или судебной защите в рамках иных отношений и по иным делам.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции усмотрел правовые основания для исключения из мотивировочной части судебного акта вышеуказанного вывода суда о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документации ООО «Мегаполис», учитывая, что ответчик исполнил обязанность по передаче документации должника конкурсному управляющему, что подтверждено конкурсным управляющим должника в тексте ходатайства о рассмотрении судебного заседания в отсутствие стороны (т. 1 л.д. 46) и отзыве на апелляционную жалобу.

Поскольку выводы суда первой инстанции в части привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документации

ООО «Мегаполис, изложенные в мотивировочной части судебного акта, не повлекли за собой принятия неправильного судебного акта, суд апелляционной инстанции признает возможным изменить мотивировочную часть, не отменяя резолютивную часть обжалуемого определения.

Конкурсный управляющий должника в качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника указал, что ответчик не исполнил обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

По мнению конкурсного управляющего должника, у должника возникла задолженность, превышающая 300 000 руб., по обязательным платежам в бюджет по требованию от 11.01.2022 со сроком исполнения обязанности по оплате задолженности 08.02.2022. В течение последующих трех месяцев должник задолженность не погасил, руководитель должника в течение последующего месяца с заявлением о признании должника в суд не обратился.

Суд указал, что постановлением Правительства от 28.03.2022 № 497 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами. Мораторий на банкротство введен сроком на 6 месяцев с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Таким образом, месячный срок для подачи заявления на банкротство, предусмотренный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, следует исчислять с даты окончания срока действия моратория. В связи с этим, срок для исполнения руководителем обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) истек 02.11.2022 (срок окончания действия моратория 02.10.2022+1 месяц), заявление о банкротстве в арбитражный суд подано не было.

В нарушение требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, ответчик не обратился в суд с соответствующим заявлением.

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

По правилам абзаца второго пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах). Таким образом, презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

В пунктах 9 и 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 2 статьи 3 Закона о банкротстве установлены признаки банкротства юридического лица: юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как

только активы общества стали уменьшаться, напротив, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 06.03.2023 в отношении руководителя ООО «Мегаполис» ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, согласно которому по состоянию на 06.03.2023 задолженность по налогам, сборам, пеням, штрафам ООО «Мегаполис» составляет 7 060 085,91 руб., в том числе: 6 703 280,54 руб. - основной долг, в том числе просроченный свыше 3-х месяцев, 354 141,37 руб. - пени, 2 664 руб. - штраф. У организации первоначально возникла задолженность, превышающая 300 000 руб. по обязательным платежам в бюджет по требованию об уплате налога от 11.01.2022 № 338 со сроком исполнения обязанности по оплате задолженности 08.02.2022. В течение последующих 3-х месяцев предприятие данную задолженность не уплатило, в течение последующего месяца заявление о банкротстве руководитель не подал. Срок для исполнения руководителем обязанности по подаче в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) истек 02.11.2022 (срок окончания действия моратория 02.10.2022 + 1 месяц), заявление о банкротстве не подано.

Постановлением от 20.03.2023 ФИО1 привлечен к административной ответственности по части 5 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде наложения штрафа в размере 10 000 руб. за неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании общества банкротом (дата совершения правонарушения - 03.11.2022).

Суд указал, что у организации первоначально возникла задолженность, превышающая триста тысяч рублей по обязательным платежам в бюджет по требованию об уплате налога от 11.01.2022 № 338 со сроком исполнения обязанности по оплате задолженности 08.02.2022 (задолженность образовалась за 3 квартал 2021 г.).

В течение последующих трех месяцев с даты истечения срока исполнения требования об уплате налога (08.02.2022) предприятие данную задолженность не уплатило, в течение последующего месяца заявление о банкротстве руководитель должника не подал.

ФИО1, являясь руководителем и учредителем должника, знал о неудовлетворительном материальном состоянии должника, знал о наличии у общества признаков неплатежеспособности уже на момент подачи налоговых деклараций за 3 квартал 2021 года и отсутствии у должника возможности произвести уплату налогов и сборов в бюджет, мог и должен был предвидеть наступление негативных последствий своего противоправного бездействия.

Уполномоченный орган, обращаясь в суд с заявлением о признании ООО «Мегаполис» банкротом, указал, что по состоянию на 21.09.2023 размер задолженности по обязательным платежам и страховым взносам во внебюджетные фонды

составлял: 7 465 554,73 руб., в том числе: 6 722 685,54 руб. - налог; 740 205,19 руб. - пени, 2 664 руб. - штрафы.

Основанием образования данной задолженности является неуплата налогов и сборов в соответствии с установленными сроками уплаты по декларации по страховым взносам за 2021 - 2022 г.г., по декларациям по НДС за 2021 - 2022 г.г., по налогу на прибыль организации за 2021 - 2022 г.г.

Из приложенных уполномоченным органом к заявлению о признании должника несостоятельным (банкротом) налоговых деклараций следует, что 25.10.2021 должником сдана в налоговый орган декларация по налогу на добавленную стоимость за 3 квартал 2021 года, согласно которой сумма налога, подлежащего уплате в бюджет по разделу 3, составляет 3 382 609 руб.

25.04.2022 должником сдана в налоговый орган декларация по налогу на добавленную стоимость за 1 квартал 2022 г., согласно которой сумма налога, подлежащего уплате в бюджет по разделу 3, составляет 5 029 248 руб.

Указанная задолженность должником не погашена, что послужило основанием для обращения уполномоченного органа с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Из заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «Мегаполис» от 29.07.2024, следует, что 31.12.2020 и на 31.12.2021 обеспеченность обязательств должника его активами ниже нормативного значения - должник не имел возможности полностью погасить свои обязательства.

Степень платежеспособности по текущим обязательствам характеризует текущую платежеспособность организации, объемы ее краткосрочных заемных средств и период возможного погашения организацией текущей задолженности перед кредиторами за счет выручки. Степень платежеспособности определяется как отношение текущих обязательств должника к величине среднемесячной выручки. Показатель степени платежеспособности по текущим обязательствам (СПТО) определяет текущую платежеспособность компании и период возможного погашения ею текущей задолженности перед кредиторами исключительно за счет выручки. При этом при расчете среднемесячной выручки учитывается показатель выручки (нетто) из отчета о прибылях и убытках. Значения показателя платежеспособности по текущим обязательствам и характеристики надежности контрагента соотносятся следующим образом: 0 - 3 месяца - высокая степень платежеспособности, 3 - 6 месяцев - нормальная степень платежеспособности; более 6 месяцев - зона риска, существует риск неплатежеспособности. Значение этого показателя у должника с 2020 года имеет значение близкое к риску неплатежеспособности.

Таким образом, конкурсный управляющий должника пришел к выводу, что динамика коэффициентов, характеризующих платежеспособность ООО «Мегаполис», характеризует предприятие как неплатежеспособное, начиная с 2021 года. Должник является неплатежеспособным. Задолженность по краткосрочным обязательствам (кредиторская задолженность) превышает возможное поступление средств от взыскания дебиторской задолженности. Ввиду отсутствия у должника производственных мощностей, транспортных средств, специализированной техники, денежных средств безубыточная деятельность невозможна; со 2 квартала 2022 г. должник деятельность не осуществляет.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что для ФИО1, как для руководителя должника, являлось очевидным уже в 3 квартале 2021 года то обстоятельство, что должник не имел возможности рассчитаться в полном объеме со всеми кредиторами, в частности с уполномоченным органом, и погасить задолженность перед бюджетом ввиду недостаточности имущества у должника.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по

уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Учитывая фактическое финансовое состояние должника, по мнению суда апелляционной инстанции, ООО «Мегаполис» соответствовало признакам неплатежеспособности уже в 3 квартале 2021, поскольку задолженность должника по обязательным платежам (по основному долгу) превышала 300 000 руб. (задолженность образовалась за 3 квартал 2021 г.).

Должник не имел возможности рассчитаться со всеми кредиторами уже по состоянию на конец 3 квартала 2021 года. Поэтому руководитель ООО «Мегаполис» ФИО1 в силу требований статьи 9 Закона о банкротстве был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника не позднее 01.01.2022.

Однако указанная обязанность не исполнена руководителем должника, при отсутствии возможности произвести расчеты со всеми кредиторами, должник продолжал осуществлять деятельность и наращивать задолженность по налогам и сборам.

Вопреки доводам апеллянта, после 01.01.2022 у должника образовалась новая задолженность перед бюджетом, возможность погашения которой у должника заведомо отсутствовала.

Довод апеллянта о том, что налоговый орган направил в адрес должника единственное требование от 27.06.2023 № 3763, вместе с тем, уже 26.09.2023 по заявлению уполномоченного органа возбуждено дело о банкротстве, отклоняется судом апелляционной инстанции, как необоснованный, поскольку момент выставления требований уполномоченным органом не тождественен моменту возникновения обязательств должника.

Материалами дела подтверждается, что у ООО «Мегаполис» образовалась задолженность по обязательным платежам в бюджет РФ свыше 300 тыс. рублей по итогам 3 квартала 2021 года. В связи с неисполнением обязанности по уплате налога должнику направлено требование об уплате налога от 11.01.2022 № 338 со сроком исполнения обязанности по оплате задолженности 08.02.2022.

Ответчик должен был осознавать неплатежеспособность должника по состоянию на конец 3 квартала 2021 года и обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, не наращивая задолженность по налогам и сборам.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 9, 12 постановления Пленума ВС РФ № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Доказательства обращения ФИО1 в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мегаполис» в материалах дела отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ФИО1, обладая информацией о неплатежеспособности должника, не имея возможности рассчитаться со всеми кредиторами, не предпринимая никаких мер по восстановлению платежеспособности должника, не исполнил обязанность по обращению в суд с

заявлением должника, в связи с этим должен нести субсидиарную ответственность в соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

При этом, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что при наличии у должника признаков банкротства, должник обязан обратиться с заявлением о собственном банкротстве независимо от размера долга перед кредиторами и наличия (отсутствия) денежных средств для финансирования процедуры банкротства.

Как следует из материалов дела, должник прекратил осуществление предпринимательской деятельности со второго квартала 2022 года, у должника отсутствует какое-либо имущество и денежные средства.

Кполномоченный орган обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Мегаполис». Определением суда от 13.11.2023 возбуждено дело о банкротстве. Суд ввел в отношении должника процедуру конкурсного производства как отсутствующего должника.

ФИО1 являлся единственным лицом, контролировавшим деятельность должника.

При принятии настоящего судебного акта суд апелляционной инстанции учитывает позицию, изложенную в пункте 18 постановления Пленума ВС РФ № 53, согласно которой, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Применительно к рассматриваемому делу указанное означает, что руководитель должен представить разумные обоснования принятого делового решения не обращаться в суд с заявлением о признании общества банкротом, при том, что должник не имел возможности исполнять обязательства, в частности, перед уполномоченным органом.

Между тем какие-либо разумные пояснения ответчик не представил. Позиция ответчика сводится к тому, что единственное требование об уплате налога направлено должнику 27.06.2023, при этом, 26.09.2023 уполномоченный органа обратился в суд с заявлением о банкротстве должника, в связи с этим у руководителя отсутствовала обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Однако указанная позиция ответчика не соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом апелляционной инстанции, поскольку в адрес должника направлено требование об уплате налога от 11.01.2022 № 338 со сроком исполнения обязанности по оплате задолженности 08.02.2022. Задолженность перед бюджетом не погашена.

Исходя из указанных обстоятельств, судебная коллегия пришла к выводу о том, что ФИО1 , являясь руководителем и учредителем должника, обладая сведениями о финансовом состоянии должника, не принял меры по организации мероприятий по выводу подконтрольной ему организации из состояния имущественного кризиса, а, напротив, прекратил осуществление какой-либо деятельности, за счет прибыли от которой могла быть погашена задолженность. ФИО1 не предпринимал меры по внесению дополнительных капиталовложений, не совершал иных действий для погашения обязательств перед бюджетом. Ответчик не осуществил каких-либо действий по выводу общества из состояния имущественного кризиса, фактически бросив предприятие с налоговой задолженностью, что повлекло банкротство организации и невозможность погашения требований перед уполномоченным органом. В связи с этим ответственность

по обязательствам должника несет контролирующее эту организацию лицо - ФИО1

В качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должника указал на совершение ответчиком сделок по отчуждению имущества должника - денежных средств в пользу ответчика при наличии непогашенной задолженности перед бюджетом. Должник в преддверии банкротства совершил сделки по выводу активов в пользу руководителя и единственного учредителя - ФИО1

Недобросовестные действия ФИО1 по выводу денежных средств привели к возникновению задолженности перед бюджетом, при наличии на тот момент в обороте денежных средств у должника, достаточных для уплаты налогов.

В обоснование своих доводов о необходимости привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника указал в качестве основания статью 61.11 Закона о банкротстве.

Признавая доводы конкурсного управляющего должника обоснованными, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с положениями подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в результате причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В силу разъяснений, данных в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В пункте 16 постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления

должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) - кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

Довод апеллянта о том, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника сделки недействительными не признаны, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку в разъяснениях, приведенных в абзаце четвертом пункта 23 постановления Пленума ВС РФ № 53, указано, что для применения презумпции вины контролирующего должника лица в доведении до банкротства в результате совершения существенно убыточной сделки наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Таким образом, отсутствие судебного акта о признании сделки недействительной не препятствует привлечению к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В рамках дела о банкротстве платежи должника в пользу контролирующего лица конкурсным управляющим не оспаривались.

Как следует из материалов, за период с 21.09.2020 по 22.12.2021 в пользу ответчика должник перечислил денежные средства на общую сумму 13 214 000 руб. с назначением платежа «перевод средств по договору № 5048386469».

За период с 27.08.2020 по 30.12.2021 в пользу ответчика должник перечислил денежные средства на общую сумму 4 286 087 руб. по договору № 2л/а-2020 от 25.08.2021.

За период с 02.04.2021 по 29.12.2021 с расчетного счета должника на хозяйственные нужды сняты наличные денежные средства на общую сумму 5 974 000 руб.

Вместе с тем, как установлено ранее судом апелляционной инстанции, у должника имелась задолженность перед бюджетом, которая образовалась за 3 квартал 2021 г., то есть должник при наличии на расчетном счете денежных средств в размере, достаточном для погашения задолженности перед бюджетом, не исполнил обязанность по уплате обязательных платежей, при этом погасил задолженность перед руководителем и учредителем по договорам № 5048386469 и № 2л/а-2020.

Размер выведенных (перечисленных) денежных средств в пользу ответчика значительно превышает общий размер кредиторской задолженности (у предприятия имелась только задолженность по налогам), что свидетельствует о том, что несостоятельность вызвана именно необоснованным перечислением денежных средств ответчику преимущественно перед налоговым органом.

Действуя разумно и предусмотрительно, руководитель должника в целях погашения задолженности перед бюджетом по уплате налогов и сборов был обязан дать указания на перечисление денежных средств, прежде всего, для уплаты налогов в бюджет. Однако, вместо погашения задолженности перед уполномоченным органом, ответчик погасил задолженность перед самим собой.

Материалами дела не подтверждается наличие у ФИО1 экономически обоснованного плана вывода общества из кризисной ситуации, успешного урегулирования задолженности перед бюджетом.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что на счетах должника имелись денежные средства в размере, достаточном для погашения задолженности перед уполномоченным органом, однако в бюджет они не были перечислены, а направлены в

распоряжение контролирующего должника лица - ФИО1 в качестве оплаты за выполненные работы/оказанные услуги.

В апелляционной жалобе ответчик заявлен довод о том, что конкурсному управляющему переданы документы, подтверждающие обоснованность совершенных операций, в частности: авансовые отчеты, договор подряда от 21.08.2020 и первичная бухгалтерская документация, подтверждающая факт выполнения работ. Вступившим в законную силу судебным актом конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления о взыскании неосновательного обогащения с ФИО1 в размере 15 114 000 руб.

Давая правовую оценку указанному доводу, судебная коллегия исходит из того, что даже в случае реального оказания ответчиком услуг (выполнения работ) для должника, погашение должником реального обязательства может быть признано недействительным на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, если это нарушает права кредиторов (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2018 № 301-ЭС18-9388(1) по делу № А43-5622/2016).

В настоящем случае суд апелляционной инстанции полагает необходимым применить правовые подходы, выработанные Верховным Судом Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5), возврат мажоритарным участником не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки финансирования, ранее предоставленного им для завуалирования кризиса, в ситуации, когда должник в силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве уже обязан был обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве, является злоупотреблением правом со стороны выдавшего заем мажоритарного участника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2018 № 301-ЭС18-9388(1) по делу № А43-5622/2016).

Применяя вышеуказанные разъяснения, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае ответчик, являясь аффилированным по отношению к должнику лицом, обладая информацией о неплатежеспособности общества (у должника имелись неисполненные обязательства перед бюджетом), получил денежные средства за выполнение работ/оказание услуг, в то время как уполномоченный орган не получил удовлетворение своих требований и вынужден был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В результате недобросовестных действий руководителя и единственного участника должника ФИО1 в бюджетную систему Российской Федерации не поступили денежные средства.

Совершение указанных действий ФИО1 привело к наступлению негативных последствий для налогового органа: невозможность погашения требования в полном объеме за счет имущества должника (у должника отсутствует какое-либо имущества; открыто конкурное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника).

Указанные действия руководителя должника являются недобросовестными, поскольку у общества имелась возможность погасить задолженность перед налоговым органом, однако, вместо добросовестного погашения недоимки перед бюджетом, денежные средства были перечислены в пользу руководителя и учредителя ООО «Мегаполис».

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в результате перечисления должником денежных средств в пользу аффилированного лица - ФИО1 (руководитель и единственный учредитель должника), уполномоченному органу причинен вред, поскольку он лишился возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника (в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника - у должника отсутствует какое-либо движимое и недвижимое имущество); в

силу аффилированности ответчик знал о совершении сделок с целью причинить вред имущественным правам кредитора.

ФИО1 в процессе управления обществом не мог не располагать информацией о наличии признаков неплатежеспособности у должника, и умышлено осуществлял платежи в свою пользу, игнорируя необходимость погашения задолженности по платежам в бюджет.

При недостаточности имущества должника, ФИО1, как учредитель и руководитель должника, фактически предоставивший компенсационное финансирование подконтрольному ему лицу, мог получить удовлетворение своих требований только после исполнения обязательств перед уполномоченным органом и кредиторами.

Как указано в пункте 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025, при оспаривании сделок по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, истец должен доказать факт нарушения сделкой имущественных интересов кредиторов должника.

В данном случае ответчиком и должником созданы условия для максимально возможного погашения обязательств, возникших из отношений по компенсационному финансированию (для изъятия этого финансирования) в ущерб интересам независимых кредиторов, то есть для переложения на последних риска утраты компенсационного финансирования, что очевидно свидетельствует о нарушении их имущественных интересов.

Приняв во внимание, что при наличии кредиторской задолженности исполнены требования перед аффилированным лицом, и в результате совершения платежей в 4 квартале 2021 в пользу ответчика уполномоченный орган лишился денежных средств, которые могли быть использованы для удовлетворения его требований, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что платежи совершены в целях возврата ответчику компенсационного финансирования деятельности должника, в условиях наличия у последнего неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами и самостоятельной финансовой возможности для их погашения. Спорные платежи привели к уменьшению имущественной массы должника, как следствие, причинили вред имущественным правам уполномоченного органа, который выражен в уменьшении размера имущества должника, отчужденного им в пользу заинтересованного лица, и утрате возможности уполномоченного органа получить за счет такого имущества удовлетворение своих требований.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу

о наличии у сделок по перечислению должником денежных средств в пользу ответчика признаков подозрительности и недействительности.

Исследовав материалы дела, доводы и возражения сторон в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав обстоятельства возникновения задолженности по налогам, исследовав движение денежных средств по счетам должника за период с 21.09.2020 по 22.12.2021 и установив, что на счетах организации имелись денежные средства в размере, достаточном для погашения задолженности перед уполномоченным органом, однако в бюджет они не были перечислены, а направлены на погашение задолженности перед контролирующим должника лицом - ФИО1, приняв во внимание, что денежные средства являлись единственным активом, за счет которого возможно было погашение задолженности перед бюджетом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ФИО1 не только не предпринял меры по преодолению финансовых трудностей, но и совершил действия, существенно ухудшившие положение подконтрольной организации. Соответственно, невозможность полного погашения требований кредиторов должника, то есть доведение его до банкротства, является результатом неправомерных действий ответчика.

Поскольку ответчик не доказал, что он действовал с той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота, и что он принял все меры для исполнения обществом обязательств перед уполномоченным органом, исходя из того, что виновные действия (бездействие) контролирующего лица повлекли невозможность исполнения обязательств перед бюджетом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку конкурсным управляющим должника не завершены мероприятия по формированию конкурсной массы и не проведены расчеты с кредиторами, суд первой инстанции приостановил производство по рассмотрению заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности до окончания формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2025 по делу № А32-51754/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко

Судьи М.Ю. Долгова

Т.А. Пипченко