Постановление от 30 сентября 2024 г. по делу № А41-48479/2023

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-17015/2024

Дело № А41-48479/23
01 октября 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена  23 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  01 октября 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Семикина Д.С.,

судей: Катькиной Н.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Горбачевой А.С.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 Василеги И.В. на определение Арбитражного суда Московской области от 08.07.2024 по делу № А41-48479/23 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего ФИО1 Василеги И.В. - Герб А.В., представитель по доверенности от 20.09.2024;

от ФИО3 - ФИО4, представитель по доверенности от 19.09.2024,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены;

установил:

определением Арбитражного суда Московской области от 20.11.2023 заявление ФИО3 признано обоснованным, в отношении ФИО2 введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим должником утвержден ФИО5.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 02.12.2023 № 225.

Финансовый управляющий ФИО1 ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФИО1 в размере 8 942 640 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 08.07.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО1 ФИО6 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Московской области отменить, заявление удовлетворить.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству размещена на официальном сайте в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети интернет - http://kad.arbitr.ru/ в режиме ограниченного доступа.

Финансовый управляющий ФИО2 ФИО5 направил отзыв, в котором возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО1 Василеги И.В. поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменных объяснениях.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на сайте http://kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции в обжалуемой части.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Установление размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в порядке, установленном в статьях 71 и 100 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в абзаце первом пункта 26 Постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Федерального закона № 127-ФЗ проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно части 1 статьи 549 Гражданского кодекса по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли- продажи (часть 1 статьи 485 Гражданского кодекса).

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре (пункт 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, (пункт 2 статьи 8.1 ГК РФ).

Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права (пункт 5 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, требования заявителя основано на договоре купли-продажи земельного участка от 15.02.2022.

Поскольку переход права собственности от продавца (ФИО2) к покупателю (ФИО1) не состоялся в силу наличия ареста на указанное в договоре имущество, покупатель 30.03.2023 в адрес продавца направил уведомление о расторжении договора с приложением соглашения о расторжении договора купли-продажи земельного участка.

Указанное соглашение подписано продавцом и направлено посредством электронной связи в адрес покупателя (кредитора).

Согласно пункту 2 соглашения о расторжении договора продавец обязуется вернуть покупателю полученную согласно пункту 2.2. договора оплату стоимости имущества в размере 8 942 640 руб. в срок до 30.04.2023.

Между тем денежные средства по соглашению от 30.03.2023 кредитору не были возвращены, в связи с чем кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим требованием.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии признаков мнимости договора купли-продажи земельного участка от 15.02.2022, уведомления о расторжении договора купли-продажи от 30.03.2023, соглашения о расторжении договора купли-продажи земельного участка от 30.03.2023 с целью искусственного создания видимости задолженности.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции, переход права собственности от продавца к покупателю по договору купли-продажи от 15.02.2022 не зарегистрирован в силу наличия ареста на указанное в договоре имущество, который наложен 05.04.2022.

Заявитель апелляционной жалобы указывает, что после заключения договора принял меры для подачи заявления и необходимых документов в Росреестр, в частности, подготовил пакет необходимых документов, однако зарегистрировать переход права на земельный участок не удалось из-за уклонения должника от явки в МФЦ и Росреестр.

Впоследствии регистрация перехода права собственности откладывалась в связи с рассмотрением Красногорским городским судом Московской области дела № 2-4012/2022. Вступившим в законную силу решением от 28.04.2022 по указанному делу должник признан добросовестным приобретателем земельного участка.

Как указывает заявитель апелляционной жалобы, в середине января 2023 года, после вступления в законную силу указанного решения в силу, кредитор обратился к должнику с требованием явки для регистрации перехода права собственности и выразил намерение подать иск о понуждении.

Таким образом, задержка подачи документов в Росреестр, как указывает заявитель апелляционной жлобы, вызвана недобросовестным уклонением должника от явки в МФЦ, судебными спорами относительно земельного участка, наложением ареста на земельный участок после его передачи кредитору.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

При обычных условиях покупатель недвижимого имущества, который действительно имеет намерение получить его в собственность в кратчайшие сроки после подписания договора обращается в регистрирующий орган для государственной регистрации перехода права собственности.

В данном случае, как установлено судом первой инстанции, с момента заключения договора и до наложения ареста прошло почти два месяца, в течение которого покупатель не предпринял мер для государственной регистрации перехода права собственности.

Каким образом наличие судебного разбирательства между предыдущим собственником земельного участка и должником в Красногорском городском суде Московской области препятствовало кредитору обратиться в регистрирующий орган, представитель финансового управляющего ФИО1 поясмнить не смог.

Кроме того, кредитор не обосновал, почему до 30.03.2023 (уведомление о расторжении договора купли-продажи земельного участка) не предпринимал действий, направленных на понуждение должника исполнению обязательств по оплате долга, не направлял требований, претензий, не обращался с иском в суд.

С настоящим требованием заявитель обратился в арбитражный суд 26.01.2024 после введения в отношении должника процедура банкротства.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что при заключении договора купли-продажи от 15.02.2022 стороны уклонились от обязательств составления каких-либо документов, подтверждающих оплату по договору.

Доказательства передачи либо перечисления денежных средств в материалы дела не представлены, факт оплаты судом первой инстанции не установлен.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 №305-ЭС18-413, при рассмотрении заявлений о включении рядовых гражданско - правовых кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности.

При повышенном стандарте доказывания указанные в заявлении и в письменных пояснениях доводы и представленные доказательства, сам текст договора, текст уведомления о расторжении договора купли - продажи земельного участка и соглашения о расторжении договора купли - продажи земельного участка сами по себе не подтверждают наличие задолженности должника перед кредитором.

В связи с чем судом первой инстанций сделан обоснованный вывод о том, что действия сторон договора купли-продажи от 15.02.2022 свидетельствует о фиктивном характере договора.

Таким образом, в рассматриваемом споре прослеживается злоупотребление правом с обеих сторон сделки, направленной на искусственное наращивание кредиторской задолженности.

В силу разъяснений, данных в пунктах 9, 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», суд вправе признать сделки недействительными на основании совокупности применения положений статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации даже при нарушении специальных норм права. При этом суды имеют возможность со ссылкой на конструкции статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации или статьей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации признавать ничтожными сделки в случае, когда совокупность правоотношений или обстоятельств дела очевидно свидетельствует о том, что они направлены на обход закона или иные злоупотребления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям, необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции правовой нормы, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон, и отсутствие намерений создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Следовательно, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.05.2011 №17020/10 указано, что данная норма (статья 170 ГК РФ) применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Формальное оформление сделок направлено на создание фиктивного требования к должнику с целью вывода активов должника, что неминуемо ведет к причинению вреда иным независимым кредиторам.

Как установлено судом первой инстанции, в действиях сторон сделки усматривается согласованность, направленная на создание видимости задолженности.

С учетом установленных фактических обстоятельств дела поведение ФИО1 не отвечает критерию добросовестности, поскольку обычно независимый кредитор заинтересован в скорейшем исполнении сделки. В данном случае поведение кредитора не свидетельствует о его достижении правового результата сделки.

В соответствии с позицией, изложенной в Определениях Верховного Суда России?скои? Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридическои?, но и фактическои?.

О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее исполнение их на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Если судом установлена аффилированность кредитора и должника, к требованию общества должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.

Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

При этом наличия в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Нежелание аффилированного кредитора представить дополнительные доказательства, находящие в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, в силу статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2017 № 305-ЭС17-14948, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда «дружественный» с должником кредитор инициирует судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п.

По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному «дружественным» кредитором и должником, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и «дружественным» кредитором.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции находит заслуживающими внимания доводы финансового управляющего должника о том, что должник и ФИО1 являются заинтересованными лицами.

Так, должник совместно с ФИО1, ФИО7 и ФИО8 являются участниками инвестиционного проекта по строительству многоквартирного жилого дома на земельных участках: с кадастровыми номерами № 50:11:0040217:1867, № 50:11:0040217:1876, № 50:11:0040217:1873, № 50:11:0040217:1878, расположенными по адресу: Московская область, р-н Красногорский, вблизи дер.Поздняково,

С учетом указанных обстоятельств суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии признаков мнимости договора купли-продажи земельного участка от 15.02.2022, уведомления о расторжении договора купли-продажи от 30.03.2023, соглашения о расторжении договора купли-продажи земельного участка от 30.03.2023.

В отсутствие доказательств реальности договора, а также получения должником денежных средств в заявленном размере, оснований для удовлетворения требований кредитора у суда первой инстанции не имелось.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Московской области от 08.07.2024 по делу № А41- 48479/23, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 223, 266 – 268, 271 АПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 08.07.2024 по делу № А41-48479/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий                                                               Д.С. Семикин


Судьи                                                                                                             Н.Н. Катькина


В.П. Мизяк