Решение от 29 июня 2025 г. по делу № А65-19593/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, <...>

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

https://tatarstan.arbitr.ru

https://my.arbitr.ru

тел. <***>


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань                                                                                                        Дело № А65-19593/2024


Дата принятия решения – 30 июня 2025 года

Дата объявления резолютивной части – 17 июня 2025 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Путяткина А.В.,

при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шариповым А.З.,

рассмотрев в открытом судебном заседании заявление Некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан», г. Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>), о взыскании убытков с ФИО1 и ФИО2,  

с участием:

от истца – ФИО3 на основании доверенности от 24.12.2024;

от ответчика ФИО1 – ФИО1 на основании паспорта;

от ответчика ФИО2 – не явился, извещен;

от третьих лиц – не явились, извещены;

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд Республики Татарстан  поступило исковое заявление Некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан», г. Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>), о взыскании убытков с ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан исковое заявление оставлено без движения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан исковое заявление принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.

На основании ст. 46 АПК РФ к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО1. На основании статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО «Завод КЭС»; ИП ФИО4; ООО «Казанская чулочно-носочная фабрика»; ФИО5; ООО «Гранд»; ООО «СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «АРСЕНАЛЪ»; Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс»; ООО «Казанский трикотаж».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Объединенная страховая компания».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан на основании ст. 46 АПК РФ к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО2. В порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Союз арбитражных управляющих «Возрождение»; ООО «Страховая компания «ТИТ»; финансовый управляющий ФИО6;  ООО Страховая компания «Аскор»; АО «Д2 Страхование»; ООО «Страховой дом БСД»; Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РТ. Изменено наименование привлеченного третьего лица ООО «СК Арсенал» на ООО «Сапфир».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Некоммерческая организация «Гарантийный Фонд РТ».

Информация о месте и времени судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленном статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец, ответчики, третьи лица извещены о времени и месте судебного заседания по адресам, указанным в адресных справках и по адресам государственной регистрации надлежащим образом в порядке ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

До судебного заседания истец представил уточнение к иску, которое принято судом на основании ст. 49 АПК РФ. 

В судебном заседании 17.06.2025 представитель истца просил исковое заявление удовлетворить, до судебного заседания представил письменные пояснения и дополнительные документы, которые приобщены судом к материалам дела. Представил ходатайство об отложении судебного заседания, которое судом отклонено на основании ст. 158 АПК РФ в связи с его необоснованностью и отсутствием оснований для отложения судебного заседания.

 Ответчик ФИО1 в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требования отказать, до судебного заседания представил отзывы на иск и дополнительные документы, которые приобщены судом к материалам дела. Заявил о пропуске срока исковой давности и о несоблюдении претензионного порядка. Заявил ходатайство об истребовании доказательств, в удовлетворении которого судом отказано в связи с его необоснованностью и частичным наличием истребуемых документов в материалах дела.

 Ответчик ФИО2, третьи лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, ходатайств не заявили. Арбитражный суд на основании части 3 статьи 156 АПК РФ определил провести судебное разбирательство в отсутствие не явившихся лиц, извещенных надлежащим образом.

До судебного заседания ответчик ФИО2 представил отзывы на иск и дополнительные документы, которые приобщены судом к материалам дела. Заявил о пропуске срока исковой давности и о несоблюдении претензионного порядка.

До судебного заседания третье лицо Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс» представило отзыв на заявление, который приобщен судом к материалам дела. Заявило о пропуске срока исковой давности.

До судебного заседания третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РТ представило отзыв на заявление, который приобщен судом к материалам дела.

До судебного заседания третье лицо ООО «Сапфир» представило отзыв на заявление, который приобщен судом к материалам дела. Заявило о пропуске срока исковой давности.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьями 65, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в материалах дела документы и представленные доказательства, выслушав доводы участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам.

Истец Некоммерческая микрокредитная компания «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан» обратился в суд с настоящим заявлением о взыскании убытков с ФИО1 и ФИО2 в связи с не подачей заявлений об оспаривании сделок должника и заявления о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 27 февраля 2019 года поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Текстильоптторг», г.Москва (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 марта 2019 года заявление принято к производству, назначено судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 апреля 2019 года в отношении общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж» введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО2.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №71 (6551) от 20.04.2019.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.06.2019 требование некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан», г.Казань, в размере 15 708 053,75 рублей включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.07.2019 требование некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан», г.Казань, включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж» в размере 10 025 648,69 рублей, как обеспеченное залогом имущества должника по договору залога оборудования №64/2017-ДЗО от 31.01.2017.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 августа 2019 года ООО  «Казанский трикотаж» признано несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство.

Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 декабря 2019 года исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО2 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж».

Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж» утвержден ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 ноября 2020 года конкурсный управляющий ФИО1 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 апреля 2021 года (дата оглашения резолютивной части определения 23 апреля 2021 г.) конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) утвержден ФИО7, ИНН <***>; регистрационный номер в реестре СРО 485, почтовый адрес: 420061, г.Казань, а/я 109, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» (630132, <...>), с вознаграждением за каждый месяц осуществления им своих полномочий в размере фиксированной суммы 30 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 августа 2022 года (дата резолютивной части 19.08.2022) конкурсный управляющий ФИО7 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>), назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года (дата резолютивной части 10.02.2023) производство по делу №А65-5455/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) прекращено.

В силу ст. 32 Федерального закона Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002 (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Материально-правовые нормы о порядке привлечения к гражданско-правовой ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Поскольку исковое заявление о взыскании убытков подано в Арбитражный суд Республики Татарстан после 01.07.2017 (22.06.2024), вмененные правонарушения совершены в период процедуры банкротства ООО «Казанский трикотаж» (2019 – 2023 г.г.), исковое заявление подлежит рассмотрению по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях".

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Пунктом 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве предусмотрено, что требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

На основании пункта 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 настоящей статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику.

Заявление о взыскании в свою пользу убытков, поданное в соответствии с пунктом 3 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, возвратившим заявление о признании должника банкротом или прекратившим производство по делу о банкротстве (пункт 5 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

Указанные нормы также отражены в пункте 68 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", которым предусмотрено, что согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель. Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа (пункт 4 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ ответственность за убытки, причиненные обществу виновными действиями, несут перед обществом: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ и пунктов 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон № 14-ФЗ) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее Постановление № 25), применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В пункте 12 Постановления № 25 указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При этом возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. В предмет доказывания по спорам о возмещении убытков включается совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков и их размер, противоправность действий (бездействия) лица, причинившего убытки, причинная связь между его противоправными действиями (бездействием) ответчика и возникшими убытками, вина ответчика в причинении убытков.

Доказывание указанных обстоятельств в соответствии с положениями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится на заявителя. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" даны разъяснений о том, что в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (п.4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Согласно пунктам 1, 2, 3 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием). При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Не несут ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, те члены коллегиальных органов юридического лица, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение убытков, или, действуя добросовестно (статья 1 ГК РФ), не принимал участия в голосовании (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах, пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Кроме того, надлежит принимать во внимание ограниченные возможности членов коллегиальных органов юридического лица по доступу к информации о юридическом лице, на основании которой они принимают решения.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

По общему правилу, право требовать убытков в связи с тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, принадлежит юридическому лицу или его участникам. В данном случае интерес в защите активов должника реализуется конкурсным управляющим.

По общему правилу, интересы юридического лица, его участника и руководителя должны совпадать. Однако, не исключена ситуация действий руководителя (участника) от имени юридического лица за пределами нормальных предпринимательских соображений, чем обществу причинены убытки.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статей 9 и 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве. Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в действиях, не причиняющих вреда кредиторам, должнику и обществу.

Интересы должника, кредиторов и общества считаются соблюденными при условии соответствия действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность арбитражного управляющего по осуществлению процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129, 130, 133, 139, 142, 143 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными.

Таким образом, незаконными могут быть признаны только действия (бездействия) конкурсного управляющего, в которых имеется состав нарушений - невыполнение установленных законом обязанностей, которые повлекли нарушение прав кредиторов или должника.

В силу ст. 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Конкурсный управляющий обязан:

принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника;

включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания;

привлечь оценщика для оценки имущества должника в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц;

принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника;

уведомлять работников должника о предстоящем увольнении не позднее чем в течение месяца с даты введения конкурсного производства;

предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом;

заявлять в установленном порядке возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику;

вести реестр требований кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом;

передавать на хранение документы должника, подлежащие обязательному хранению в соответствии с федеральными законами. Порядок и условия передачи документов должника на хранение устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

заключать сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, только с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов;

исполнять иные установленные настоящим Федеральным законом обязанности.

Конкурсный управляющий вправе:

распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом;

увольнять работников должника, в том числе руководителя должника, в порядке и на условиях, которые установлены федеральным законом;

заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном статьей 102 настоящего Федерального закона. Конкурсный управляющий не вправе заявлять отказ от исполнения договоров должника при наличии обстоятельств, препятствующих восстановлению платежеспособности должника;

подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника;

осуществлять иные права, связанные с исполнением возложенных на него обязанностей, установленных настоящим Федеральным законом.

Арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет такую деятельность, регулируемую названным Законом, занимаясь частной практикой. Конкурсный управляющий выполняет полномочия руководителя и иных органов управления должника. При исполнении этих полномочий он обязан, в частности, анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности, заявлять возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику (абзац второй пункта 1 статьи 20, абзац третий пункта 2 статьи 20.3, пункт 1 статьи 129, абзац девятый пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Исходя из приведенных норм и положений части 1 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий должен оценивать все предъявленные к должнику требования на предмет их действительности, проверять наличие задолженности и ее размер, а затем по результатам оценки представлять суду мотивированные суждения относительно заявленных кредиторами требований в виде отзыва, содержащего профессиональное мнение управляющего по доводам, касающимся существа заявленных требований, с приложением к нему документов, подтверждающих позицию управляющего (пункт 3 части 5 статьи 131, часть 7 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Вознаграждение, предусмотренное статьей 20.6 Закона о банкротстве, управляющий получает, в том числе за осуществление такого рода деятельности.

Прежде всего арбитражный управляющий как профессиональный участник антикризисных отношений, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства, а не кредиторы должника, планирует и реализует меры, направленные на воспрепятствование включению в реестр необоснованных требований (в частности, с использованием механизмов подготовки отзыва, обжалования судебных актов).

Законодательство о банкротстве, определяя круг обязанностей конкурсного управляющего, не допускает возможность принятия им произвольных и немотивированных управленческих решений по требованиям кредиторов. Независимый характер деятельности арбитражного управляющего (абзац второй пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве) не предполагает наличие у него самостоятельного интереса в исходе дела о банкротстве. Управляющий действует в интересах гражданского правового сообщества, объединяющего кредиторов, и должника. Поэтому в подготавливаемых процессуальных документах он не вправе отражать личную позицию о законности требования того или иного кредитора, не имеющую под собой разумного обоснования. Равным образом управляющий не может отказаться от представления мотивированного отзыва - от оценки требования кредитора. При ином подходе (сообщение суду явно недостоверных сведений управляющим, умолчание о существенных обстоятельствах), помимо прочего, возрастает вероятность судебных ошибок, подлежащих исправлению вышестоящими судами.

Данная позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.08.2020 N 305-ЭС19-17553 по делу N А40-64173/2017.

В силу п. 14 «Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 11.10.2023),  конкурсный управляющий обязан осуществлять первоначальную проверку обоснованности требований кредиторов. Именно арбитражный управляющий как профессиональный участник антикризисных отношений, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства, планирует и реализует меры, направленные на воспрепятствование включению в реестр необоснованных требований.

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 20, абзаца третьего пункта 2 статьи 20.3, пункта 1 статьи 129, абзаца девятого пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве и части 1 статьи 131 АПК РФ конкурсный управляющий оценивает все предъявленные к должнику требования на предмет их действительности, проверяет наличие задолженности и ее размер. Затем по результатам оценки он должен представлять суду мотивированные суждения относительно заявленных кредиторами требований в виде отзыва, содержащего профессиональное мнение по существу заявленных требований, с приложением к нему подтверждающих свою позицию документов. Произвольные и немотивированные управленческие решения по требованиям кредиторов недопустимы. Равным образом управляющий не может отказаться от представления мотивированного отзыва (пункт 3 части 5 статьи 131, часть 7 статьи 131 АПК РФ).

Разрешая вопрос о том, соотносились ли действия управляющего по представлению отзыва на требование кредитора, его отказ от обжалования судебного акта, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование, с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации". По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 апреля 2019 года (дата объявления резолютивной части определения 08 апреля 2019 года) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж» введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 августа 2019 года (дата оглашения резолютивной части 19 августа 2019 года) общество с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж» признано несостоятельным (банкротом) и открыто в отношении него конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 декабря 2019 года исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО2 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж».

Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж» утвержден ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 ноября 2020 года конкурсный управляющий ФИО1 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж».

Истцом указано, ФИО2 и ФИО1 в период осуществления ими полномочий конкурсного управляющего не оспорены сделки ООО «Казанский трикотаж» по перечислению денежных средств в пользу ООО «Завод КЭС», ИП ФИО4, ООО «Казанская чулочно-носочная фабрика», ФИО5, ООО «Гранд». Также истцом указано, что ФИО2 и ФИО1 в период осуществления ими полномочий конкурсного управляющего не подано заявление о привлечении ФИО5 (контролирующего ООО «Казанский трикотаж» лица) к субсидиарной ответственности, не подано заявление о принятии обеспечительных мер в отношении принадлежащего ФИО5 имущества, в результате чего реализован принадлежащий ФИО5 земельный участок.

Вместе с тем, истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что осуществление мероприятий по оспариванию сделок должника и подаче заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, о принятии обеспечительных мер привело бы к пополнению конкурсной массы, в связи с чем, наличие убытков в заявленной сумме нельзя признать доказанным. Само по себе не оспаривание сделок должника, не подача заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности и о принятии обеспечительных мер не свидетельствует о причинении вреда имущественным правам истца как кредитору ООО «Казанский трикотаж». Указание истца на возможность пополнения конкурсной массы должника за счет указанных мероприятий носит предположительный характер, доказательства, которые бы с достоверностью и достаточной степенью определенности подтвердили бы такую возможность, не представлены.

Данная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 26.11.2024 N Ф06-7730/2024 по делу N А57-7135/2020.

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановления от 30.07.2013 N 62), следует, что, в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, заявитель должен также доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления от 30.07.2013 N 62).

Соответственно, для определения недобросовестности и неразумности в действиях (бездействии) конкретного лица его поведение нужно сопоставлять с реальными обстоятельствами дела, в том числе с характером лежащих на нем обязанностей и условиями оборота и с вытекающими из них требованиями заботливости и осмотрительности, которые во всяком случае должен проявлять любой разумный и добросовестный участник оборота.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Институт оспаривания сделок должника является одним из предусмотренных положениями статьи 129 Закона о банкротстве способов формирования конкурсной массы.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 N 308-ЭС19-18779(1,2), в конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований. Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен с одной стороны предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником. С другой стороны, деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов

Действительно, возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков.

Само по себе наличие оснований для оспаривания сделок должника ООО «Казанский трикотаж» истцом не доказано. 

Кроме того, в рамках дела № А65-5455/2019 о банкротстве ООО «Казанский трикотаж» судом рассмотрена жалоба Некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>), о признании незаконным бездействия арбитражного управляющего ФИО7 и отстранении его от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж» (вх. 32332).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.11.2022 в удовлетворении жалобы отказано.

Как следует из данного судебного акта, исходя из доводов заявления, кредитор Некоммерческая микрокредитная компания «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан» просил признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ООО «Казанский трикотаж» ФИО7, выразившиеся в т.ч. в не представлении ответа на запрос кредитора о представлении заключения на предмет подозрительности сделок, совершенных ООО «Казанский трикотаж» в преддверии банкротства в трехлетний период и о направлении в арбитражный суд заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; не проведении финансового анализа должника; не подаче заявлений об оспаривании сделок должника.

При рассмотрении данного обособленного спора судом установлено, что в материалы дела представлено заключение о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок ООО «Казанский трикотаж» от 2019 года, а также финансовый анализ должника, подготовленные временным управляющим ФИО2 В финансовом анализе указано об отсутствии достаточных данных для его проведения, отсутствии признаков фиктивного банкротства.  

Как следует из сопроводительного письма со входящим штампом суда временного управляющего ФИО2, им в Арбитражный суд РТ направлены анализ финансового состояния ООО «Казанский трикотаж», заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника ООО «Казанский трикотаж», приложение к анализу финансово – хозяйственной деятельности. 

Таким образом, вопреки доводам заявителя некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан» финансовый анализ проведен еще временным управляющим. 

Более того, конкурсным управляющим ФИО7 в адрес кредитора некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан» направлен ответ на запрос, где детально расписаны выявленные сделки должника с указанием контрагентов по сделкам и датам их совершения. Исходя из дат совершения сделок и сведений о нахождении контрагентов в процедурах банкротства конкурсным управляющим сделан вывод об отсутствии оснований для оспаривания сделок.    

Также конкурсным управляющим ФИО7 в адрес контрагентов по сделкам  направлены запросы о предоставлении сведений о взаимоотношениях с должником ООО «Казанский трикотаж».

Кредитором некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан» каких – либо сведений о наличии подозрительных сделок должника не представлено.

При этом абстрактное указание на необходимость оспаривания сделок должника не свидетельствует о наличии оснований для признания бездействия конкурсного управляющего незаконным, поскольку каждая конкретная сделка подлежит анализу на предмет возможности ее оспаривания с учетом различных обстоятельств (сроков ее совершения, наличия встречного исполнении по сделке, и т.д.).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", отдельный кредитор или уполномоченный орган вправе обращаться к арбитражному управляющему с предложением об оспаривании управляющим сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве; в случае отказа или бездействия управляющего этот кредитор или уполномоченный орган вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться в суд с жалобой на отказ или бездействие арбитражного управляющего; признание этого бездействия (отказа) незаконным может являться основанием для отстранения арбитражного управляющего.

По смыслу приведенных разъяснений, незаконное бездействие конкурсного управляющего может быть установлено при наличии соответствующего мотивированного обращения конкурсного кредитора, если конкурсным управляющим не произведен анализ убедительности аргументов об оспаривании сделки, либо при установлении признаков недействительности совершенной должником сделки, которые конкурсный управляющий, действуя добросовестно, должен быть установить самостоятельно.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 N 305-ЭС17-8225, при установлении неправомерности поведения арбитражного управляющего в части неоспаривания сделок должника заявителем должны быть установлены такие обстоятельства, как наличие достаточных оснований считать сделки недействительными, а также реальность (высокая вероятность) признания их судом недействительными.

Суд пришел к выводу, что с учетом ответа конкурсного управляющего об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, кредитором некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан» не представлен анализ перспективности направления соответствующих заявлений, при подаче которых подлежит уплате государственная пошлина за счет конкурсной массы должника.

Суд пришел к выводу, что оспаривание сделок должника в отсутствие конкретных ссылок на их недействительность и в отсутствие первичных документов, подтверждающих требования, является нецелесообразным и влечет необоснованное затягивание процедуры банкротства общества, в связи с чем само по себе не оспаривание их конкурсным управляющим не может в данном случае быть квалифицировано как неправомерное.

Относительно доводов о не подаче заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности судом указано следующее. 

Пунктом 5 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсному управляющему предоставлено право обращаться в арбитражный суд с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности третьих лиц по обязательствам должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы в пределах сроков, установленных пунктом 5 названной статьи.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве; возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 Закона о банкротстве, заявитель в силу части 1 статьи 65 Кодекса обязан доказать, когда именно наступил срок по обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока по обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника. Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления; бремя доказывания относится на лицо, заявившее соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Конкурсным управляющим в арбитражный суд подано заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. 

При таких обстоятельствах суд не усмотрел оснований для удовлетворения заявления кредитора Некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан» в части признания незаконными действий (бездействие) конкурсного управляющего ООО «Казанский трикотаж» ФИО7, выразившихся в т.ч. в не представлении ответа на запрос кредитора о представлении заключения на предмет подозрительности сделок, совершенных ООО «Казанский трикотаж» в преддверии банкротства в трехлетний период и о направлении в арбитражный суд заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; в не проведении финансового анализа должника; не подаче заявлений об оспаривании сделок должника.

В настоящем случае, истец, ссылаясь лишь на сами факты совершения сделок, не раскрыл относительно каждой заявленной им сделки ее значимость и существенную убыточность, тогда как бремя доказывания данных обстоятельств лежит на заявителе.

Истцом не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих, что ответчики имел возможность, но не предпринимал меры по оспариванию сделок должника и подаче заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, о принятии обеспечительных мер.

Аналогичная позиция приведена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 N 300-ЭС18-3308, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 05.12.2024 N Ф05-6445/2023 по делу N А40-59460/2020. Определением Верховного Суда РФ от 03.04.2025 N 305-ЭС24-23058(3) отказано в передаче дела N А40-59460/2020 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления.

Кроме того, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года (дата резолютивной части 10.02.2023) производство по делу №А65-5455/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) прекращено.

В настоящее время ООО «Казанский трикотаж» не исключено из ЕГРЮЛ, является действующим юридическим лицом. Соответственно, истец не лишен права на принятие мер по взысканию задолженности непосредственно с должника ООО «Казанский трикотаж».

Более того, после прекращения дела о банкротстве определениями Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.10.2023 выданы исполнительные листы о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>), в пользу некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>), денежных средств в размере 15 708 053,75 рублей, в размере 10 025 648,69 рублей, об обращении взыскания путем реализации с публичных торгов на заложенное имущество по договору залога оборудование №64/2017-ДЗО от 31.01.2017. 

Таким образом, препятствий для взыскания задолженности непосредственно с должника ООО «Казанский трикотаж» не имеется, в связи с чем само по себе наличие убытков истцом не доказано.

Также судом отмечается наличие залога по договору залога оборудование №64/2017-ДЗО от 31.01.2017 в пользу некоммерческой микрокредитной компании «Фонд поддержки предпринимательства Республики Татарстан», что также свидетельствует о возможности взыскания долга за счет заложенного имущества, и как следствие, об отсутствии причинения убытков ответчиками.          

С учетом изложенного, наличие убытков, факт совершения ответчиками правонарушения (действия, бездействие), причинную связь между противоправными действиями ответчиков и наступившими последствиями, не доказаны.

Относительно заявленных ходатайств о пропуске срока исковой давности судом указывается следующее.  

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце втором пункта 10 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен быть узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

Из разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", следует, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Положения статьи 61.20 Закона о банкротстве не содержат специальных правил исчисления сроков исковой давности по требованию о взыскании убытков. То есть подлежит применению общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации - три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее по тексту - Постановление N 53), по смыслу пункта 3 статьи 61.20 Закона о банкротстве право на предъявление требований о возмещении убытков по корпоративным основаниям возникает у уполномоченного органа - при возврате судом его заявления о признании должника банкротом в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, а также у конкурсных кредиторов и уполномоченного органа, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, - при прекращении производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства.

В рассматриваемом случае производство по делу №А65-5455/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Казанский трикотаж», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) прекращено определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2023 года.

Соответственно, течение срока исковой давности началось не ранее 16.02.2023. С рассматриваемым иском истце обратился в суд 22.06.2024, т.е. в пределах срока исковой давности.   

Исходя из целей законодательного регулирования процедур банкротства, возможность обращения с заявлением о взыскании убытков вне рамок дела о банкротстве должна осуществляться с учетом особенностей, установленных Законом о банкротстве. Иной подход к разрешению указанного вопроса ставит заявителя в преимущественное положение по отношению к другим кредиторам должника.

Таким образом, право кредитора на привлечение к субсидиарной ответственности руководителя должника не утрачивается в связи с прекращением производства по делу о банкротстве и не ставится в зависимость от соблюдения претензионного порядка по заявлениям о взыскании убытков.

Таким образом, вопреки заявленным доводам, соблюдение досудебного порядка данного спора, подлежащего рассмотрению в соответствии с Законом о банкротстве, не предусмотрено (абзац четвертый части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статей 9 и 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе в части представления (непредставления) доказательств, заявления ходатайств о проверке достоверности сведений, представленных иными участниками судебного разбирательства, а также имеющихся в материалах дела.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (пункт 1 статьи 71 АПК РФ).

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) лицо обязано доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований.

С учетом вышеприведенных обстоятельств, оценив по правилам ст. 71 АПК РФ представленные доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца. 

В силу ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате госпошлины подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 61.19 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 184 – 188 АПК РФ, Арбитражный суд Республики Татарстан

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении ходатайства истца об отложении судебного заседания отказать.

В удовлетворении ходатайства ответчика ФИО1 об истребовании доказательств отказать.

В удовлетворении искового заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок через Арбитражный суд Республики Татарстан.


Судья                                                                                                                        А.В. Путяткин