Постановление от 11 февраля 2022 г. по делу № А56-40104/2019

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-40104/2019
11 февраля 2022 года
г. Санкт-Петербург
/сд.38

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 февраля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Аносовой Н.В.

судей Барминой И.Н., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:

от ООО «Пальмира»: представитель ФИО2, по доверенности от 10.03.2021;

от конкурсного управляющего ООО «Мостоотряд №75»: представитель ФИО3, по доверенности от 02.12.2020;

от конкурсного управляющего ООО «75 Мостотряд»: представитель ФИО4, по доверенности от 10.01.2022;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-43476/2021) конкурсного управляющего ООО «75 Мостоотряд» ФИО7 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.12.2021 по делу № А56-40104/2019/сд.38, принятое по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО5 об оспаривании сделки должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мостоотряд № 75» (адрес: 194100, Санкт-Петербург, Большой Сампсониевский просп., д. 68, ОГРН <***>),

ответчик: ООО «75 Мостоотряд»,

третье лицо: конкурсный управляющий ООО «75 Мостоотряд» ФИО7,

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 10.07.2019 в отношении ООО «Мостоотряд № 75» (далее – Общество, должник) введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО6 (далее – ФИО6).

Решением арбитражного суда от 10.03.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом); в отношении должника открыто конкурсное производство; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО6

Определением арбитражного суда от 30.10.2020 ФИО6 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом, а определением суда от 06.12.2020 конкурсным управляющим Обществом утвержден ФИО5 (далее – ФИО5), член ассоциации саморегулируемая организация арбитражных управляющих "Межрегиональный центр экспертов и профессиональных управляющих".

04.03.2021 конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками следующих договоров купли – продажи, заключенных между должником и ООО «75 Мостоотряд» (далее – ответчик):

- №75МО/АТ-01 от 15.03.2019;

- №02 от 15.03.2019;

- №3 от 15.03.2019;

- №4 от 15.03.2019;

- №5 от 15.03.2019;

- №6 от 15.03.2019;

- №7 от 15.03.2019;

- №8 от 15.03.2019;

- №9 от 15.03.2019;

- №10 от 15.03.2019;

- №ОС-1 от 12.03.2019;

В качестве применения последствий недействительности оспариваемых сделок заявитель просил взыскать с ответчика в конкурсную массу должника денежные средства в размере 10 543 821,68 руб.

Определением арбитражного суда от 15.09.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен конкурсный управляющий ООО «75 Мостоотряд» ФИО7 (далее – ФИО7).

Определением арбитражного суда от 06.12.2021 заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «75 Мостоотряд» ФИО7 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением судом первой инстанции норм материального и процессуального права, и указывая на неправомерный вывод суда первой инстанции о совершении спорных сделок при неравноценном встречном исполнении, в обоснование которого суд принял представленные заявителем распечатки объявлений с сайтов о продаже машин в 2021 году. При этом, согласно приведенным конкурсным управляющим ФИО7 данным открытых источников, среднее увеличение стоимости автомобилей на вторичном рынке за 2019 -2021 гг. составило 40% и выше.

Податель жалобы привел следующую таблицу, в которой с учетом среднего увеличения цены автомобилей на 40% ретроспективно произведен примерный расчет стоимости автомобилей по состоянию на дату отчуждения:

№
Марка

Цена договора

Цены, представленные Заявителем

Стоимость (данные из таблицы 4 разделить 1,4)

Отличие в цене с учетом подорожания стоимости автомобиля

1
2

3
4

5
6

1
Автомобиль Toyota Landcruiser 200 2016 г.

4 322 735,92

4 700 000

3 357 142,86

Отклонение несущественно

2
Автомобиль УАЗ, 2018 г.

481 148

750 000 в СПБ, в регионах не менее 573 000

535 714,29

Отклонение в пределах 10%

3
Автомобиль Toyota Landcruiser 100 2006 г.

720 000'

1 440 000-

5 000 000

1 028 571,43

Отклонение в пределах 30%

4


RENAU DUSTER 2013 г.

360 000

600 000 -700 000

428 571,43

Отклонение в пределах от 20%

5


LADA LARGUS, 2017 г. '

225 242,

420 000 - 600 000

428 571,43

Отклонение примерно 50%

6


LADA LARGUS, 2017 г.

225 242,

420 000 - 600 000

428 571,43

Отклонение примерно 50%

7


LADA GRANTA, 2016 г.

113 833,00

249 000-350 000

177 857,14

Отклонение от 30%

8


Toyota Camry 2012 r.

822 000

1 200 000

857 142,86

Отклонение менее 10%

Как указывает апеллянт, в отношении остальных трех оспариваемых договоров заявителем не представлено доказательств неравноценного встречного исполнения по сделкам.

Кроме того, податель жалобы, ссылаясь на судебную практику Верховного суда Российской Федерации, указывает, что недействительными признаются сделки, которые совершены при превышении рыночной стоимости реализованных объектов над фактической ценой их продажи более чем на 30%. В данном случае отклонение от цены свыше 30% наблюдается только при реализации автомобилей марки Toyota Landcruiser 100 2006 г.в., LADA LARGUS, 2017 г.в., LADA LARGUS, 2017 г.в., LADA GRANTA, 2016 г.в.

Помимо прочего, апеллянт указывает, что стоимость активов должника, согласно последней сданной бухгалтерской отчетности (за 2017 г.), составляла 2,6 млрд руб., 1% от балансовой стоимости составляет 26 000 000 руб. При этом, совокупная стоимость всех сделок составила 10 062 675,05 руб., однако, основания считать их взаимосвязанными отсутствуют и в любом случае это составляет менее 1% балансовой стоимости активов должника.

Более того, податель жалобы не согласен с выводами суда в части применения последствий признания сделок недействительными, указывая на то, что должник уже получил по сделке 10 062 675,05 руб., следовательно, у заявителя возникла обязанность возвратить ответчику денежные средства в размере 10 062 675,05 руб.

Конкурсный управляющий ООО «Мостоотряд № 75» представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего ООО «75 Мостоотряд» ФИО7 доводы жалобы поддержал.

Представители ООО «Пальмира» и конкурсного управляющего должником ФИО5 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между должником и ответчиком был заключен ряд договоров, а именно:

- договор купли-продажи транспортного средства № 75МО/АТ-01 от 11.03.2019, по условиям которого должник произвел отчуждение в пользу ООО «75 МОСТООТРЯД» автомобиля TOYOTA LAND CRUISER 200 VIN <***> года выпуска (далее - договор № 75МО/АТ-01);

- договор купли-продажи транспортного средства № 02 от 15.03.2019, по условиям которого должник произвел отчуждение в пользу ООО «75 МОСТООТРЯД» автомобиля УАЗ 220695-04 VIN <***> года выпуска (далее - договор № 02);

- договор купли-продажи транспортного средства № 3 от 15.03.2019, по условиям которого должник произвел отчуждение в пользу ООО «75 МОСТООТРЯД» автомобиля TOYOTA LAND CRUISER 100 VPN JTEHT05J102104590 2006 года выпуска (далее - договор № 3);

- договор купли-продажи транспортного средства № 4 от 15.03.2019, по условиям которого должник произвел отчуждение в пользу ООО «75 МОСТООТРЯД» автомобиля RENAULT DUSTER VPN X7LHSRH8N49843574 2013 года выпуска (далее - договор № 4);

- договор купли-продажи № 5 от 15.03.2019, по условиям которого должник произвел отчуждение в пользу ООО «75 МОСТООТРЯД» автомобиля LADA L ARGUS VPN XTAKS035LH1000703 2017 года выпуска (далее - договор № 5);

- договор купли-продажи № 6 от 15.03.2019, по условиям которого должник произвел отчуждение в пользу ООО «75 МОСТООТРЯД» автомобиля LADA LARGUS VIN <***> года выпуска (далее - договор № 6);

- договор купли-продажи № 7 от 15.03.2019, по условиям которого должник произвел отчуждение в пользу ООО «75 МОСТООТРЯД» автомобиля LADA GRANTA VIN <***> года выпуска (далее - договор № 7);

- договор купли-продажи № 9 от 15.03.2019, по условиям которого должник произвел отчуждение в пользу ООО «75 МОСТООТРЯД» автомобиля TOYONA CAMRY VIN <***> года выпуска (далее - договор № 9).

Конкурсный управляющий должником, проанализировав условия данных договоров, в том числе условия о цене, по которой производилось отчуждение автомобилей, а также сопоставив ее с условиями, на которых отчуждается аналогичное имущество, установил, что цена по большей части договоров была существенно занижена, и указав на то, что сделки совершены в пользу заинтересованного лица и с целью причинения имущественного вреда конкурсным кредиторам, обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями о признании сделок недействительными по пунктам 1 и 2 статьи 61.2, пункту 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также на основании статей 10, части 2 статьи 168 ГК РФ и части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод о наличии условий для удовлетворения заявленных требований.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Также в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При этом, в пункте 9 Постановления N 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Такая сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Пунктом 3 этой же статьи установлено, что сделка, указанная в пункте 1, и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Из разъяснений, данных в пункте 12 Постановления N 63, следует, что если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Таким образом, обязательным условием для признания оспариваемой сделки недействительной является представление доказательств осведомленности контрагента о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

По общему правилу бремя доказывания факта осведомленности контрагента по сделке о неплатежеспособности должника лежит на оспаривающим сделку лице.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Законом о банкротстве предусмотрен исчерпывающий перечень условий, при которых сделка должника может быть признана недействительной как сделка с предпочтением. Само по себе ухудшение финансового положения должника, наличие убытков по результатам хозяйственной деятельности за определенный период, убыточный характер деятельности в целом такими условиями не являются, тем более что указанные обстоятельства не влекут с обязательностью несостоятельность должника.

В данном случае, как установлено судом, дело о банкротстве в отношении должника было возбуждено определением арбитражного суда от 10.07.2019.

При этом, оспариваемые сделки заключены в период с 12.03.2019 по 15.03.2019 , то есть в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (10.07.2019), такие сделки могут быть оспорены по заявленным конкурсным управляющим основаниям (пункты 1 и 2 статьи 61.2 и пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В этой связи, конкурсный управляющий указал на недействительность спорных договоров на основании статей 10, 167 и 170 ГК РФ, с учетом того, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления № 63).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Также недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки является основанием для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ и согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна, и из данной нормы следует, что для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, а обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон; при этом, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений исполнять ее либо требовать ее исполнения.

В данном случае конкурсный управляющий сослался на неравноценное встречное исполнение ответчиком по спорным сделкам, в результате совершения которых в его собственность перешли следующие транспортные средства:

- автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 200 2016 года выпуска, который был отчужден по договору № 1 по цене 4 322 735,92 руб. При этом, цены на аналогичные автомобили того же года выпуска в г. Санкт-Петербург (месте передачи автомобиля покупателю) варьируются от 3 910 000 рублей до 5 300 000,00 руб. и в среднем равны 4 700 000 руб.;

- автомобиль УАЗ 220695-04 2018 года выпуска, который был отчужден по договору № 2 по цене 481 148,00 руб. При этом, цены на аналогичные автомобили того же года выпуска в г. Санкт-Петербург выше - 750 000,00 руб., а в иных регионах - не менее чем 573 000 руб.;

- автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 100 2006 года выпуска, который был отчужден по договору № 3 по цене 720 000 руб. При этом, цены на аналогичные автомобили того же года выпуска в г. Санкт-Петербург превышает 5 000 000 руб.;

- автомобиль RENAULT DUSTER 2013 года выпуска, который был отчужден по договору № 4 по цене 360 000 руб. При этом, цены на аналогичные автомобили того же года выпуска в г. Санкт-Петербург варьируются от 600 000 до 700 000 руб., а минимальная цена составляет 499 000 руб.;

- автомобиль LADA LARGUS 2017 года выпуска, который был отчужден по договору № 5 по цене 225 242 руб. При этом, цены на аналогичные автомобили того же года выпуска в г. Санкт-Петербург составляют 600 000 руб., а минимальная цена - 420 000,00 руб.

- применительно к автомобилю LADA LARGUS 2017 года выпуска, отчужденному по договору № 6, условия аналогичны предыдущему пункту;

- автомобиль LADA GRANTA 2016 года выпуска, который был отчужден по договору № 7 по цене 113 833 руб. При этом, цены на аналогичные автомобили того же года выпуска в г. Санкт-Петербург составляют 350 000 руб., а минимальная цена составляет 249 000 руб.;

- автомобиль TOYONA CAMRY 2012 года выпуска, который был отчужден по договору № 9 по цене 822 000 руб. При этом цены на аналогичные автомобили того же года выпуска в г. Санкт-Петербург составляют 1 200 000 руб.

Указанные выше цены для сравнения конкурсным управляющим приведены по состоянию на 2021 год, в то время как спорные договоры купли-продажи заключались в 2019 году. При этом, им указано, что цена на автомобили зависит от года их выпуска и с учетом того, что спорные договоры были заключены более двух лет назад, очевидно, что разница между ценой, согласованной должником и ответчиком в договорах купли-продажи (7 270 200, 92 рублей), и ценой на аналогичные автомобили на момент заключения договоров (10 800 000 рублей) была более существенной.

В этой связи суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные заявителем сведения для сравнения аналогов, правомерно признал их достаточными доказательствами для определения рыночной цены автомобилей, которая ниже на 32, 683%, при том, что ответчик документально не опроверг указанные сведения, а ходатайство о назначении экспертизы при рассмотрении спора судом первой инстанции не заявлено.

Как установлено судом, впоследствии ответчик в течение года после приобретения спорных автомобилей у должника произвел их отчуждение в пользу иного аффилированного с должником лица - ООО «Завод ЖБИ № 5», что подтверждает намерение сторон на вывод ликвидного имущества.

Конкурсный управляющий также представил в материалы дела договор купли-продажи от 02.04.2020, заключенный между ответчиком и ООО «Завод ЖБИ № 5», по условиям которого ответчик произвел отчуждение следующих автомобилей, переданных ему годом ранее должником:

- автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 200 2016 года выпуска, который был отчужден по цене 4 005 832,72 руб. (снижение цены на 316 903,20 руб.);

- автомобиль УАЗ 220695-04 2018 года выпуска, который был отчужден по цене 392 878,40 руб. (снижение цены на 88 269,60 руб.);

- автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 100 2006 года выпуска, который был отчужден по цене 576 816,00 руб. (снижение цены на 143 184,00 руб.);

- автомобиль RENAULT DUSTER 2013 года выпуска, который был отчужден по цене 210 595,02 руб. (снижение цены на 149 404,98 руб.);

- автомобиль LADA LARGUS 2017 года выпуска, который был отчужден по цене 145 454,53 руб. (снижение цены на 79 787,47 руб.);

- автомобиль LADA LARGUS 2017 года выпуска, который был отчужден по цене 145 454,53 руб. (снижение цены на 79 787,47 руб.);

- автомобиль LADA GRANTA 2016 года выпуска, который был отчужден по цене 66 997,61 руб. (снижение цены на 46 835,39 руб.);

- автомобиль TOYONA CAMRY 2012 года выпуска, который был отчужден по цене 480 094,98 руб. (снижение цены на 341 905,02 руб.).

Также на основании данного договора был отчужден автомобиль грузовой ГАЗ-330232 VIN <***> года выпуска.

Очевидно, что в рамках данных договоров цена отклонилась от ее рыночных показателей в сторону занижения.

Из материалов дела, а также из картотеки арбитражных дела следует, что на дату совершения спорной сделки у должника имелась задолженность перед иными кредиторами, которая подтверждается следующими судебными актами:

- решением арбитражного суда от 21.02.2017 по делу № А56-47471/2016, согласно которому с ООО "Мостоотряд №75" в пользу ОАО «Мостостроительный Трест № 6» взыскано 26 717 руб. 42 коп. долга, а также 2 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины;

- решением арбитражного суда от 31.05.2017 по делу № А56-8770/2017, по которому с ООО «Мостоотряд №75» в пользу ООО «Регионэнергострой» взыскано 2 112 906 руб. задолженности, 253 549 руб. 20 коп. пени и 34 832 руб. расходов по госпошлине;

- решением арбитражного суда от 30.05.2017 по делу № А56-12713/2017, в соответствии с которым с ООО «Мостоотряд №75» в пользу ООО «МАРКЕН МЕТАЛЛ» взыскано 7 380 443 руб. 01 коп. задолженности, 3 025 387 руб. 86 коп. пени и пени в размере 0,1% от суммы задолженности с 23.05.2017г. по день фактической уплаты задолженности, а также 79 932 руб. расходов по госпошлине;

- решением арбитражного суда от 27.06.2018 по делу № А56-17227/2018, согласно которому с ООО «Мостоотряд №75» в пользу ООО «РЕГУЛ ПЛЮС» взыскано 329 243,82 руб. задолженности, 161 658,70 руб. пени за период с 09.02.2017г. по 14.06.2018г, всего - 490 902,52 руб., а также 11 942,00 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Таким образом, судом установлено и не опровергнуто ответчиком, что в период заключения и исполнения оспариваемой сделки должник обладал признаками неплатежеспособности.

Более того, судом установлено, что на момент заключения и исполнения оспариваемых договоров генеральным директором ООО «75 МОСТООТРЯД» являлся ФИО8, который также являлся и работником должника.

При этом, ООО «75 МОСТООТРЯД» было создано менее чем за два месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом и менее чем за месяц до заключения первого из оспариваемых договоров, при том, что в период с момента регистрации Общества вплоть до 24.07.2019 единственным участником должника являлся также ФИО8

Данные обстоятельства указывают на наличие между должником и контрагентом фактической аффилированности и – как следствие - заинтересованности по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

При этом, как обоснованно указал суд первой инстанции, в данном случае необходимо учитывать и фигуру покупателя ООО «Завод ЖБИ № 5», поскольку учредителем данного общества являлся ФИО9, которому принадлежала 50% доля участия в Обществе в период с 20.10.2017 (даты создания Общества) по 25.11.2019. В настоящее время ФИО9 принадлежит 100% долей в указанном Обществе. При этом ФИО9 является участником должника с 60% долей участия с момента образования Общества (07.08.2015) по настоящее время.

Таким образом, очевидно, что должник и конечный покупатель - ООО «Завод ЖБИ №5» являются аффилированными лицами, а сделки заключались с целью вывода активов должника по заниженной цене в пользу контролирующего должника лица.

В этой связи суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что оспариваемые сделки были совершены при неравноценном встречно исполнении, что свидетельствует о том, что должник лишился ценных активов, не получив эквивалентного встречного исполнения взамен, чем причинен вред кредиторам должника.

При указанных обстоятельствах требование конкурсного управляющего о признании недействительными договоров купли-продажи автомобилей, заключенных между должником и ООО «75 Мостоотряд», при наличии квалифицирующих признаков недействительности спорных сделок в соответствии с условиями, предусмотренными положениями статьи 61.2 и пунктам 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

Применяя последствия признания сделок недействительными, суд первой инстанции правомерно руководствовался пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и положениями статьи 167 ГК РФ, и установив, что на основании оспариваемых договоров должник передал ООО «75 МОСТООТРЯД» десять автомобилей и дизельные установки и восемь автомобилей согласно представленным договорам впоследствии были отчуждены ООО «Заводу ЖБИ № 5», при том, что как указал конкурсный управляющий, судьба остальных двух автомобилей, а также дизельных установок в настоящее время неизвестна, как неизвестно и то, сохранились ли в настоящее время спорные восемь автомобилей у ООО «Завод ЖБИ № 5», а доказательств наличия автомобилей в натуре материалы спора не содержат, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что с ответчика в конкурсную массу должника подлежит взысканию 10 543 821,68 руб. (стоимость отчужденного имущества, определенная договорами купли-продажи).

Отклоняя доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО7, суд апелляционной инстанции исходит из того, что им не опровергнуто совершение должником сделок при отсутствии равноценного встречного исполнения. При этом, несоответствие цены договоров рыночной стоимости имущества документально ответчиком не опровергнуто.

Ссылка апеллянта на несущественность разницы между стоимостью отчужденных ответчику автомобилей и их рыночной стоимостью, не принята апелляционным судом, поскольку, вопреки доводам ответчика, такое расхождение (32,683%) является существенным, а значит, его наличие является достаточным основанием для признания сделки недействительной как в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.2, так и на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, установив, что с учетом всего изложенного, наличие у должника цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и осведомленность об этом ответчика предполагается, а равно как имеется и сам вред для должника (его кредиторов – в виде выбытия имущества по заниженной цене, что влияет на возможность удовлетворения их требований), суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что оспариваемые договоры являются мнимыми сделками, поскольку совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, а соответственно – имеются предпосылки для вывода о наличии условий для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным как пунктами 1 и 2 статьи 61.2 и пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, так и положениями статей 10 и 170 ГК РФ.

В порядке применения последствий недействительности сделки суд правомерно взыскал с ответчика в конкурсную массу должника 10 543 821,68 руб. (стоимость отчужденного имущества, определенная договорами купли-продажи).

Как указывает ответчик, по оспоренным одиннадцати договорам купли-продажи им произведена оплата в пользу должника.

В то же время, если сделка признана недействительной на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, требование ответчика к должнику подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном пунктами 2 - 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя о неприменении в отношении его требования к должнику названной нормы права отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку ответчик не лишен возможности заявить о включении своего требования в реестр требований кредиторов должника.

Кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Таким образом, только в случае возврата полученного по недействительным сделкам ответчик приобретет право требования к должнику, которое может быть удовлетворено по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Иные доводы апелляционной жалобы отклонены апелляционным судом, поскольку они основаны на ошибочном толковании норм права и обстоятельств дела, при том, что приведенные подателем жалобы доводы не опровергают выводы суда о заинтересованности ответчика по отношению к должнику и об отсутствии равноценного встречного исполнения по сделкам.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права, обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме, выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.12.2021 по делу № А56-40104/2019/сд.38 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Н.В. Аносова


Судьи


И.Н. Бармина


И.В. Юрков