Постановление от 14 декабря 2018 г. по делу № А32-14112/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-14112/2018
город Ростов-на-Дону
14 декабря 2018 года
15АП-18856/2018

15АП-18948/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 14 декабря 2018 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Емельянова Д.В., Стрекачёва А.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель по доверенности от 10.09.2018 ФИО3;

от Федеральной налоговой службы России: представитель по доверенности от 29.05.2018 ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы страхового акционерного общества "ВСК" и арбитражного управляющего ФИО2 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.09.2018 по делу № А32-14112/2018 по исковому заявлению Федеральной налоговой службы России о взыскании с арбитражного управляющего ФИО2 убытков,

третьи лица: Ассоциация саморегулируемой организации управляющих "Межрегиональный центр экспертов и профессиональных управляющих"; ОАО "Военно-страховая компания"; Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю,

принятое в составе судьи Миргородской О.П.,

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая службы обратилась в арбитражный суд с иском к арбитражному управляющему ФИО2 о взыскании убытков в размере 1 221 794 руб. 74 коп.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.09.2018 по делу № А32-14112/2018 с ФИО2 в пользу Федеральной налоговой службы России взысканы убытки в размере 1 221 794 руб. 74 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, арбитражный управляющий ФИО2 и страховое акционерное общество "ВСК" обжаловали решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просили обжалуемое решение отменить.

Апелляционная жалоба арбитражного управляющего ФИО2 мотивирована тем, что суд не исследовал вероятность признания сделок недействительными, а лишь формально указал на факт их не оспаривания арбитражным управляющим. Также не обоснован вывод суда об удовлетворении Федеральной налоговой службой своих требований в случае оспаривания сделок должника. ФИО2 полагает, что судебные акты о признании незаконными его действий и привлечении его к административной ответственности, не являются преюдициальными.

Согласно доводам апелляционной жалобы, судом ненадлежащим образом исследован вопрос о пропуске срока исковой давности для взыскания убытков, а также не исследован довод о бездействии Федеральной налоговой службы по самостоятельному оспариванию сделок должника.

Податель апелляционной жалобы указывает, что судом первой инстанции не исследован довод арбитражного управляющего о неверной квалификации суммы 1 221 794 руб. 74 коп. в качестве убытков. Указанная сумма является размером задолженности ФИО5 (банкрот) перед Федеральной налоговой службой России. Принимая во внимание, что производство по делу о признании его несостоятельным (банкротом) было прекращено, а не завершено, у уполномоченного органа сохраняется возможность взыскания денежных средств непосредственно с должника. В результате взыскания той же суммы с арбитражного управляющего, Федеральная налоговая службы России получит неосновательное обогащение, сохранив свое право требования к первоначальному должнику.

Апелляционная жалоба САО "ВСК" мотивирована тем, что Федеральная налоговая служба России не приняла самостоятельных мер для оспаривания сделок должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5. Также страховая компания указывает, что суд первой инстанции не указал оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

В отзыве на апелляционную жалобу Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю просит обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представители ФИО2 и Федеральной налоговой службы России пояснили свои правовые позиции по спору.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, арбитражный управляющий ФИО2 являлся временным и конкурсным управляющим в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО5, возбужденного по заявлению уполномоченного органа – Федеральной налоговой службы России.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 30.07.2013 по делу № А53-15461/2013 заявление уполномоченного органа о признании ИП ФИО5 несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.12.2013 (резолютивная часть объявлена 26.11.2013) в отношении ИП ФИО5 введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член НП СРО "МЦПУ".

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 01.04.2014 (резолютивная часть объявлена 25.03.2014) ИП ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим назначен ФИО2, член НП СРО "МЦПУ".

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 15.03.2016 (резолютивная часть объявлена 09.03.2016) ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 05.05.2016 (резолютивная часть объявлена 27.04.2016) конкурсным управляющим ИП ФИО5 утвержден ФИО6, член НП СРО «Эгида».

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.12.2017 производство по делу № А53-15461/2013 о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО5 прекращено.

Полагая, что в результате незаконного бездействия ФИО2 в период осуществления им полномочий конкурсного управляющего ИП ФИО5, уполномоченным органом была утрачена возможность удовлетворения своих требований, Федеральная налоговая служба России обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением о взыскании убытков в размере 1 221 794 руб. 74 коп.

В соответствии с частью 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве установлено, что арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Пунктом 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

После завершения конкурсного производства либо прекращения производства по делу о банкротстве требования о возмещении упомянутых убытков, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке в пределах оставшегося срока исковой давности.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, убытки подлежат взысканию также в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В обоснование причинения убытков в результате бездействия арбитражного управляющего ФИО2, уполномоченный орган указывает, что в период осуществления им полномочий конкурсного управляющего ИП ФИО5 им не были приняты меры, направленные на поиск и возврат в конкурсную массу имущества должника.

Пунктом 1 статьи 129 Закона о банкротстве установлено, что с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены названным Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан: принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника; включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания; привлечь оценщика для оценки имущества должника в случаях, предусмотренных названным Федеральным законом; принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

В целях принятия мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Согласно выписке из ЕГРП от 11.08.2014 № 37/043/25014-555 ИП ФИО5 принадлежали на праве собственности следующие объекты недвижимого имущества, которые были отчуждены в течение трех лет до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве), либо непосредственно после возбуждения дела:

1)квартира, площадью 104,4 кв.м, по адресу: <...> дом № 3-5-7, кв. 23, кадастровый номер 23:38:0110064:111 (общая долевая собственность 1/2).

Дата государственной регистрации прекращения права - 12.12.2011 на основании договора купли-продажи от 15.11.2011, заключённого с ФИО7, на сумму 185 000,00 рублей.

2)квартира, площадью 89,1 кв.м, по адресу <...> дом № 3-5-7, кв. 24, кадастровый номер 23:38:0110064:115 (общая долевая собственность 1/2).

Дата государственной регистрации прекращения права - 12.12.2011 на основании договора купли-продажи от 15.11.2011, заключённого с ФИО7, на сумму 182 000,00 рублей.

3)квартира, площадью 103,5 кв.м, по адресу <...> дом № 3- 5-7, кв. 21, кадастровый номер 23:38:0110064:112 (общая долевая собственность 1/2).

Дата государственной регистрации прекращения права - 12.12.2011 на основании договора купли-продажи от 14.11.2011, заключённого со ФИО8 (брат ФИО5) на сумму 454 841,00 рублей.

4)квартира, площадью 89,1 кв.м, по адресу <...>, кв. 20, кадастровый номер 23:38:0110064:102 (общая долевая собственность 1/2).

Дата государственной регистрации прекращения права - 13.12.2011 на основании договора купли-продажи от 14.11.2011, заключённого со ФИО8 (брат ФИО5) на сумму 363 044,00 рублей.

5)нежилое помещение, площадью 467,3 кв.м, по адресу: <...>, кадастровый номер 23:38:0110071:93 (общая долевая собственность 1/4).

Дата государственной регистрации прекращения права - 13.12.2011 на основании договора купли-продажи от 14.11.201 заключённого со ФИО8 (брат ФИО5) на сумму 90 000,00 рублей.

6)нежилое помещение, площадью 484,5 кв.м, по адресу: <...>, кадастровый номер 23:38:0110071:102 (общая долевая собственность 1/4).

Дата государственной регистрации прекращения права - 13.12.2011 на основании договора купли-продажи от 14.11.2011, заключённого со ФИО8 (брат ФИО5) на сумму 92 000,00 рублей.

7)гаражный бокс № 2, площадью 20,4 кв.м, по адресу: <...> дом № 3-5-7, кадастровый номер 23:38:0110064:86.

Дата государственной регистрации, прекращения права - 18.08.2011 на основании договора купли-продажи от 22.07.2011, заключённого с ФИО9, на сумму 100 000,00 рублей.

8)гаражный бокс № 10, площадью 20,4 кв.м, по адресу: <...> дом № 3-5-7, кадастровый номер 23:38:0110064:95.

Дата государственной регистрации прекращения права - 12.12.2011 на основании договора купли-продажи от 15.11.2011, заключённого с ФИО7, на сумму 70 000,00 рублей.

9)гаражный бокс № 1, площадью 20,4 кв.м, по адресу: <...> дом № 3-5-7, кадастровый номер 23:38:0110064:87. Дата государственной регистрации прекращения права - 07.11.2013, на основании договора купли-продажи от 29.10.2013, заключённого со ФИО8 (брат ФИО5) на сумму 100 000,00 рублей.

Как установлено судом, конкурсный управляющий ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании лишь одной из указанных выше сделок по отчуждению имущества (гаражный бокс № 1, площадью 20,4 кв.м, по адресу: <...> дом № 3-5-7, кадастровый номер: 23:38:0110064:8 дата государственной регистрации прекращения права - 07.11.2013).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.07.2015 по делу №А53-15461/2013 договор купли-продажи вышеуказанного гаражного бокса № 1, площадью 20,4 кв.м, по адресу: <...> дом № 3-5-7, кадастровый номер: 23:38:0110064:8, был признан недействительным, применены последствия недействительности сделки.

Каких-либо иных мер, направленных на возврат остального имущества должника конкурсным управляющим ФИО2 предпринято не было. Тем самым конкурсным управляющим были нарушены требования, установленные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, выразившиеся в непринятии мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 30.03.2015 по делу №А53-15461/2013 действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО2 были признаны незаконными, в том числе по изложенному выше основанию. Указанное определение в данной части не было обжаловано и вступило в законную силу.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 30.10.2015 по делу №А53-25385/2015 арбитражный управляющий ФИО2 также был привлечен к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Основанием для привлечения к административной ответственности послужило то, что конкурсный управляющий ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО5 не провел мероприятия по поиску указанного выше имущества, а также не оценил обстоятельства его отчуждения в целях оспаривания сделок, направленных на возврат данного имущества.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Доводы апелляционных жалоб, согласно которым суд должен был оценить наличие оснований для признания сделок недействительными, отклоняются в силу того, что бездействие арбитражного управляющего ФИО2 в данной части было установлено вступившими в законную силу судебными актами. Тем самым доводы относительно отсутствия оснований для оспаривания сделок направлены на переоценку выводов суда, которые являются преюдициальными, что не допустимо.

По смыслу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдиция распространяется на содержащуюся во вступившем в законную силу судебном акте констатацию тех или иных обстоятельств, которые входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21 декабря 2011 года N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела; тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности; наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные правовые институты, необходимые для достижения данной цели; введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой; такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Довод апелляционной жалобы арбитражного управляющего ФИО2 о том, что определение Арбитражного суда Ростовской области от 30.03.2015 по делу № А53-15461/2013 и решение Арбитражного суда Ростовской области от 30.10.2015 по делу № А53-25385/2015 не являются преюдициальными в рамках настоящего дела о взыскании убытков, также подлежит отклонению.

В обоснование заявленного довода арбитражный управляющий ссылается на определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.07.2017 N 301-ЭС17-8600 по делу № А43-9362/2016, указывая, что признание незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего и привлечение к административной ответственности не означает наступления материальной ответственности в виде возмещения причиненных убытков.

Вместе с тем, в рамках указанного дела, рассмотренного Верховным Судом Российской Федерации, преюдициальными решением были признаны незаконными действия (бездействия) конкурсного управляющего, выраженные в перечислении денежных средств по текущим обязательствам в нарушение очередности.

При этом суды установили, что нарушение очередности было обусловлено разумными мотивами, расходы на погашение текущих обязательств вне очереди были связанным с проведением мероприятий по недопущению возникновения чрезвычайных ситуаций, так как предприятие обеспечивало функционирование объектов инфраструктуры населенного пункта. Более того, указанными действиями не были причинены фактические убытки.

Таким образом, несмотря на формальное нарушение требований закона, в рамках дела № А43-9362/2016 действия конкурсного управляющего являлись разумными и не повлекли убытков.

Вместе с тем, бездействие конкурсного управляющего ФИО2, установленное определением Арбитражного суда Ростовской области от 30.03.2015 по делу №А53-15461/2013 и решением Арбитражного суда Ростовской области от 30.10.2015 по делу №А53-25385/2015, повлекло убытки виде утраты возможности по возврату отчужденного имущества в конкурсную массу и удовлетворения за счет указанного имущества требований кредиторов.

С учетом вступивших в законную силу преюдициальных судебных актов, которыми признано незаконным бездействие ФИО2 по не оспариванию сделок, необходимость установления в рамках настоящего дела вероятности того, что сделки в случае их оспаривания были бы признаны недействительными, не требуется.

Пунктом 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих" разъяснено, что под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков. Не оспаривание сделки потенциально связано с возможностью не увеличения конкурсной массы, а значит, с убытками для должника и его кредиторов.

При этом, помимо наличия вступивших в законную силу преюдициальных судебных актов, суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить, что сделки по отчуждению ИП ФИО5 имущества имели явные признаки недействительности по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как все выявленные сделки были совершены в течение трех лет до возбуждения дела, при наличии обязательств перед уполномоченным органом.

Сделки, совершенные с ФИО7 имели признаки недействительных как совершенные в целях причинения вреда кредиторам, в силу явно заниженной стоимости реализации объектов недвижимости. При этом между ФИО7 и ИП ФИО5 имелись длительные экономические отношения.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.05.2008 по делу № А32-2757/2008 за ИП ФИО7 и ИП ФИО5 признаны в равных долях – по 1/2 доле право собственности на 24-х квартирный жилой дом со встроенным нежилым помещением на первом этаже по адресу: <...>, литер Б, как совладельцам земельного участка, на котором был возведен объект недвижимости.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать: поведение лиц в хозяйственном обороте, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Тем самым, несмотря на отсутствие юридической аффилированности ИП ФИО7 и ИП ФИО5, сложившиеся между ними отношения можно квалифицировать как фактическую аффилированность, что могло быть принято судом в качестве основания для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Сделки, совершенные с ФИО8 - родным братом ИП ФИО5, также имели признаки недействительности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенные в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. С учетом наличия родственных отношений, наличие у стороны сделки осведомленности об указанной цели презюмируется.

Сделки, совершенные с ФИО9, являлись идентичными той сделки, которая была оспорена конкурсным управляющим ФИО2 и которая была признана недействительной. При этом все сделки были заключены в один период времени, с учетом чего оснований полагать об отсутствии у них признаков недействительности, не имеется.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве" наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Материалы настоящего дела не содержат сведений о рыночной стоимости объектов недвижимости, которые были отчуждены по сделкам, не оспаривание которых вменяется в вину ФИО2

Между тем, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что должник и заинтересованные с ним указанные выше лица при заключении спорных сделок допустили злоупотребление правом, которое выразилось в совершении сделок заинтересованными лицами, продаже должником объектов недвижимого имущества по явно заниженной цене с целью выведения активов должника в преддверии банкротства.

Так, согласно общедоступной информации, содержащейся в различных информационных ресурсах в сети "Интернет", средняя цена квартир в г. Армавире от 40 000 рублей за 1 кв.м., в то время, как должник продавал вышеуказанные квартиры в новостройках от 2000 до 4000 рублей за 1 кв.м., а нежилые помещения - от 200 до 500 рублей за 1 кв.м. Столь существенное занижение цены должно было быть очевидным для покупателя и свидетельствует о явном злоупотреблении при совершении сделки, что не мог не знать или не заметить конкурсный управляющий. Указанное обстоятельство само по себе также свидетельствует о совершении спорных сделок по заведомо заниженной цене вследствие злоупотребления правом с целью нарушения прав и законных интересов кредиторов.

Доводы апелляционных жалоб о том, что Фдеральная налоговая служба, являясь заявителем по делу и конкурсным кредитором ИП ФИО5, не приняла мер, направленных на самостоятельное оспаривание сделок и на предотвращение утраты имущества, подлежат отклонению, так как необходимость совершения данных мер законом возложена на конкурсного управляющего в силу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Поскольку требования Федеральной налоговой службы были включены в реестр требований кредиторов ИП ФИО5 на сумму 1215071 руб. 74 коп., а размер текущих требований составил 6 723 руб., в отсутствие иных доказательств, суд апелляционной инстанции признает, что в результате оспаривания сделок и включения имущества в конкурсную массу с последующей реализацией, было бы возможным погашение требований перед Федеральной налоговой службой в полном объеме.

Следовательно, размер убытков, причиненных Федеральной налоговой службе в результате незаконных действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО2, составил 1 221 794 руб. 74 коп.

В связи с не оспариванием конкурсным управляющим ФИО2 сделок должника по отчуждению принадлежащего ему имущества пропущены сроки исковой давности, что привело к невозможности удовлетворении требований кредиторов, в том числе – Федеральной налоговой службы России.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Если основание недействительности сделки связано с нарушением, совершившим ее от имени должника арбитражным управляющим Закона о банкротстве, исковая давность по заявлению о ее оспаривании исчисляется с момента, когда о наличии оснований для ее оспаривания узнал или должен был узнать следующий арбитражный управляющий.

Исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника - унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности.

Если исковая давность по требованию о признании сделки недействительной пропущена по вине арбитражного управляющего, то с него могут быть взысканы убытки, причиненные таким пропуском, в размере, определяемом судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности.

Принимая во внимание, что ФИО2 был утвержден конкурсным управляющим ИП ФИО5 на основании решения Арбитражного суда Ростовской области от 01.04.2014 (резолютивная часть объявлена 25.03.2014) и осуществлял полномочия конкурсного управляющего более года, не принятие мер по оспариванию сделок должника привело к пропуску срока исковой давности для следующего конкурсного управляющего.

В ходе производства по делу в суде первой инстанции ФИО2 было заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности по заявлению о взыскании убытков.

Согласно части 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

ФИО2, в обоснование заявления о пропуске срока исковой давности указывает, что начало его течения срока необходимо считать с момента, когда истек срок на обжалования сделок, те есть не ранее 25.03.2015.

Между тем, указанный довод конкурсного управляющего также подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555, при определении начала течения срока исковой давности необходимо учитывать, что моменты получения истцом (заявителем) информации об определенных действиях ответчика и о нарушении этими действиями его прав могут не совпадать. При таком несовпадении исковая давность исчисляется со дня осведомленности истца (заявителя) о негативных для него последствиях, вызванных поведением нарушителя.

При определении момента начала течения срока исковой давности по требованию о взыскании с конкурсного управляющего убытков, представляющих собой неудовлетворенные в ходе конкурсного производства требования, следует исходить из того, что с даты прекращения в отношении должника процедуры конкурсного производства, когда заинтересованные лица обладают информацией о невозможности погашения их требований. Следовательно, течение срока исковой давности по предъявленному требованию в рассмотренном случае следует исчислять с момента вступления в законную силу определения суда о прекращении в отношении должника конкурсного производства.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.03.2018 № 301-ЭС18-710 по делу № А29-13028/2016.

В настоящем случае, Федеральная налоговая служба рассчитывала на получение удовлетворения в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО5 до даты прекращения производства по делу.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 12.12.2017 по делу № А53-15461/2013 производство по делу было прекращено в связи с отсутствием у ИП ФИО5 средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Таким образом, именно с указанной даты для Федеральной налоговой службы наступили негативные последствия, вызванные незаконными действиями (бездействием) ФИО2 по не оспариванию сделок. Соответственно до указанной даты у Федеральной налоговой службы не было оснований полагать, что ей причинены убытки.

При этом, с учетом прекращения производства в связи с отсутствием средств у ИП ФИО5, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы, изложенные в апелляционных жалобах относительно того, что в результате взыскания убытков Федеральная налоговая службы получит неосновательной обогащение посредством реализации возможности взыскания той же задолженности с ИП ФИО5 Более того, данные доводы не основаны на нормах права, так как под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы (пунктом 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150).

Апелляционные жалобы не содержат доводов, которые бы могли повлиять на правовую оценку спорных правоотношений. Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционных жалобах, у судебной коллегии не имеется.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.09.2018 по делу № А32-14112/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Краснодарского края.

Председательствующий Г.А. Сурмалян

Судьи Д.В. Емельянов

А.Н. Стрекачёв