Постановление от 24 июня 2024 г. по делу № А54-1830/2022

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Тула                                                                                                      Дело № А54-1830/2022

                                                                                                                             20АП-1603/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 24.06.2024

Постановление изготовлено в полном объеме 25.06.2024


Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Тимашковой Е.Н., судей Большакова Д.В. и Макосеева И.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем Тяпковой Т.Ю., в отсутствии представителей истца – общества с ограниченной ответственностью «Сервисное обслуживание» (г. Рязань, ОГРН <***>, ИНН <***>), ответчика – акционерного общества «Страховая компания «Астро-Волга» (г. Самара, ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице филиала акционерного общества «Страховая компания «Астро-Волга» в г. Рязани, и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, –автономной некоммерческой организации «Служба обеспечения деятельности финансового уполномоченного» (г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО1 и страхового акционерного общества «Ресо-Гарантия» (г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>), извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сервисное обслуживание» на решение Арбитражного суда Рязанской области от 01.02.2024 по делу № А54-1830/2022 (судья Колбасова Е.В.),   



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Сервисное обслуживание» (далее – истец, ООО «Сервисное обслуживание») обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Страховая компания «Астро-Волга»  (далее – ответчик, АО «СК «Астро-Волга») о взыскании неустойки за период с 18.07.2018 по 21.01.2019 в сумме 232 548 руб. и финансовой санкции в сумме 36 600 руб.

К участию в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены автономная некоммерческая организация «Служба обеспечения деятельности финансового уполномоченного», ФИО1 и страховое акционерное общество «Ресо-Гарантия» (далее – третьи лица, АНО «Служба обеспечения деятельности финансового уполномоченного», ФИО1 и САО «Ресо-Гарантия»).

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 01.02.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Сервисное обслуживание» обратилось в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Рязанской области от 01.02.2024 отменить и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования.

В обоснование своей позиции указывает на безосновательное принятие судом в качестве надлежащего доказательства существования сделки представленной ответчиком черно-белой копии соглашения от 26.12.2018 при отсутствии оригинала документа. Считает, что судом необоснованно отдано предпочтение доказательству ответчика в обход равнозначного доказательства истца.

Не соглашается с выводом суда, что подпись лица, подписавшего спорное соглашение, скрепленная печатью ООО «Сервисное обслуживание», в отсутствие доказательств ее незаконного выбытия свидетельствует об одобрении сделки со стороны истца.

Обращает внимание на несоответствие вывода суда о том, что истцу о наличии соглашения по спорному страховому случаю было известно до обращения к финансовому уполномоченному и в суд.

Также апеллянт полагает, что на страховщиков возложено обязательство по урегулированию страхового случая в пределах 20-дневного срока со дня поступления заявления от потерпевшего, включая и заключение соглашения.

Утверждает, что соглашение от 26.12.2018 не освобождает страховщика от обязательств по выплате уже образовавшейся неустойки, так как заключение соглашения о выплате страхового возмещения влечет изменение соответствующих обязательств сторон лишь на будущее время и не освобождает стороны от ответственности за нарушение обязательств, возникших до такого изменения.

Кроме этого, апеллянт просит по настоящему делу назначить судебно-техническую экспертизу.

АО «СК «Астро-Волга» в отзыве на апелляционную жалобу просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и изложенные в отзыве возражения, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между АО «СК «Астро-Волга» (страховщик) и ФИО1 (страхователь) заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (страховой полис) серии ЕЕЕ № 2003509381 в отношении использования транспортного средства Renault LAGUNA государственный регистрационный номер <***>, сроком действия с 12.11.2017 по 11.11.2018.

По адресу: <...> 27.06.2018 в 17:25 произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) при участии транспортных средств Renault LAGUNA, государственный регистрационный номер <***>, и Renault, государственный регистрационный номер <***>, в результате которого транспортному средству страхователя причинен ущерб.

В связи с наступлением страхового случая собственник автомобиля Renault LAGUNA, государственный регистрационный номер <***>, 28.06.2018 обратился в АО «СК «Астро-Волга» с заявлением о возмещении ущерба, причиненного застрахованному имуществу в рамках договора страхования.

Для установления наличия и характера технических повреждений произведен осмотр автомобиля Renault LAGUNA государственный регистрационный номер <***>, о чем составлен акт осмотра аварийного транспортного средства от 28.06.2018. С выявленными повреждениями страхователь был ознакомлен и согласен, дополнений и возражений не имел, каких-либо замечаний не высказывал, на проведении независимой технической экспертизы не настаивал.

Между ФИО1 (цедент) и ООО «Сервисное обслуживание» (цессионарий) 28.06.2018 заключен договор уступки права требования (цессии) страхового возмещения по ОСАГО, согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает все права требования в полном объеме, которые цедент имеет к АО «СК «Астро-Волга» (должник) по выплате страхового возмещения в пределах страховой суммы ответственности должника вследствие следующего страхового события: дата и место страхового случая (ДТП): 27.06.2018 в 17:25 по адресу: <...>.

Между АО «СК «Астро-Волга» (страховщик) и ООО «Сервисное обслуживание» (потерпевший) 26.12.2018 было заключено соглашение о выплате страхового возмещения. По условиям указанного соглашения страховщик выплачивает потерпевшему по спорному страховому случаю страховое возмещение в размере 145 340 руб. Указанная сумма возмещения признана сторонами окончательной и не подлежащей пересмотру.

На основании акта о страховом случае № 0000000000034413/ПВУ ответчик перечислил ООО «Сервисное обслуживание» страховое возмещение в сумме 145 340 руб., что подтверждается платежным поручением от 21.01.2019 № 2616.

Полагая, что выплата страхового возмещения произведена ответчиком с нарушением сроков, установленных статьей 12 Федерального закона от 25.04.2002                                 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон № 40-ФЗ), ООО «Сервисное обслуживание» 29.10.2021 обратилось к ответчику с претензией с требованием о выплате неустойки за период с 18.07.2018 по 21.01.2019 в сумме 271 785 руб. 80 коп.

Письмом от 22.11.2021 № 66645 АО «СК «Астро-Волга» отказало в удовлетворении требований.

ООО «Сервисное обслуживание» 18.11.2021 обратилось к ответчику с претензией с требованием о выплате неустойки за период с 18.07.2018 по 21.01.2019 в сумме 271 785 руб. 80 коп. и финансовой санкции в размере 37 400 руб. за указанный период.

Письмом от 08.12.2021 № 7173 АО «СК «Астро-Волга» отказало в удовлетворении требований.

ООО «Сервисное обслуживание» 03.12.2021 обратилось к Уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг в сферах страхования, микрофинансирования, кредитной кооперации, деятельности кредитных организаций с обращением У-21-169962 о взыскании с ответчика неустойки в сумме 271 785 руб. 80 коп. и финансовой санкции в размере 37 400 руб.

Решением Уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах страхования, микрофинансирования, кредитной кооперации и деятельности кредитных организаций от 19.01.2022 № У-21-169962/5010-004 требования ООО «Сервисное обслуживание» о взыскании с ответчика неустойки и финансовой санкции оставлены без удовлетворения.

Ссылаясь на неисполнение ответчиком требования по выплате неустойки и финансовой санкции, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением.

Рассматривая спор по существу и отказывая истцу в удовлетворении его требований, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

Пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) на владельцев транспортных средств, используемых на территории Российской Федерации, возложена обязанность страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

На основании статьи 929 ГК РФ страховщик обязан выплатить страхователю или выгодоприобретателю страховое возмещение в пределах определенной договором страховой суммы при наступлении страхового случая, в результате которого имущественным интересам страхователя причинены убытки.

Согласно статье 1 Закона об ОСАГО страховым случаем признается наступление гражданской ответственности страхователя, иных лиц, риск ответственности которых застрахован по договору обязательного страхования, за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату.

В соответствии с пунктом 4 статьи 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования (потерпевший), вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Пунктом 1 статьи 382 ГК РФ установлено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии со статьей 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Как следует из позиции ВАС РФ, изложенной в определении от 15.08.2013                                  № ВАС-10596/13, в силу положений статьи 384 ГК РФ кредитор вправе передать право, которым сам обладает.

Статья 383 ГК РФ запрещает уступку требования, неразрывно связанного с личностью кредитора, что в данном деле не имеет места. В рассматриваемом случае уступлены не права по договору ОСАГО, а требование суммы выплаты в рамках этого договора.

На основании пункта 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Положения статьи 956 ГК РФ и статьи 13 Закона об ОСАГО не содержат запрета на передачу потерпевшим (выгодоприобретателем), заявившим страховщику требование о выплате, принадлежащего ему требования.

Следовательно, заключенный договор уступки права требования от 28.06.2018 соответствует требованиям главы 24 ГК РФ, к истцу в силу названных норм права перешло право требования к лицу, ответственному за убытки.

Согласно пункту 2 статьи 12 Закона об ОСАГО при причинении вреда имуществу потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховую выплату, обязан представить поврежденное имущество или его остатки страховщику для осмотра и (или) организации независимой экспертизы (оценки) в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению убытков.

Определение размера страхового возмещения, выплачиваемого страховщиками по договорам обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, производится в соответствии со статьей 12.1 Закона об ОСАГО. Согласно указанной статье Закона об ОСАГО в целях установления обстоятельств причинения вреда транспортному средству, установления повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов и стоимости его восстановительного ремонта проводится независимая техническая экспертиза.

На основании статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной данным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Страховщик обязан осмотреть поврежденное транспортное средство, иное имущество или его остатки в срок не более чем пять рабочих дней со дня поступления заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными Правилами, если иной срок не согласован страховщиком с потерпевшим. В случае, если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества страховщик и потерпевший достигли согласие о размере страховой выплаты и не настаивают на организации независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества, такая экспертиза может не проводиться. При наличии разногласий между потерпевшим и страховщиком о характере и перечне видимых повреждений имущества и (или) об обстоятельствах причинения вреда в связи с повреждением имущества в результате дорожно-транспортного происшествия страховщик в течение пяти рабочих дней со дня поступления заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными Правилами, если иной срок не согласован страховщиком с потерпевшим, организует независимую техническую экспертизу или независимую экспертизу (оценку).

В течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате. При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что при заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере и порядке осуществления потерпевшему страхового возмещения в пределах срока, установленного абзацем первым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО (пункт 12 статьи 12 Закона об ОСАГО). После осуществления страховщиком оговоренного страхового возмещения его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Факт наступления страхового случая и причинение ущерба страхователю в настоящем деле подтвержден материалами дела и не оспаривается сторонами.

Как установлено судом на основе материалов дела, в рассматриваемом случае после совместного осмотра транспортного средства противоречий между потерпевшим и страховщиком, касающихся характера и перечня видимых повреждений имущества и (или) обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением имущества в результате ДТП, не обнаружено. Какого-либо несогласия с размером страховой выплаты потерпевший (цессионарий) также не выразил, равно как и несогласия с актом осмотра.

Таким образом, со стороны страховщика были выполнены все требования Закона об ОСАГО и Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (приложение 1 к положению Банка России от 19.09.2014 № 431-П).

Из материалов дела не следует, что истец после получения страхового возмещения высказывал несогласие с его размером, настаивал на проведении независимой технической экспертизы или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества.

Напротив, как следует из материалов дела, 26.12.2018 года между АО «СК «Астро-Волга» и ООО «Сервисное обслуживание» было заключено соглашение о выплате страхового возмещения, из буквального прочтения которого видно, что между потерпевшим и страховщиком достигнуто согласие относительно размера страховой выплаты по данному страховому случаю, при этом пунктом 3 соглашения стороны признали, что сумма страхового возмещения составляет 145 340 руб., признается сторонами окончательной и не подлежащим пересмотру. В связи с достигнутой сторонами договоренностью независимая экспертиза поврежденного имущества не проводится.

Пунктом 4 соглашения установлено, что после осуществления страховщиком страхового возмещения, его обязанность по урегулированию требований потерпевшего о страховом возмещении считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом. Иных требований имущественного характера, прямо или косвенно связанных со спорным страховым случаем, потерпевший к страховщику не имеет и не будет иметь. Потерпевший в дальнейшем отказывается от предъявления требований и претензий относительно суммы страхового возмещения, в том числе утраты товарной стоимости, неустойки, расходов за услуги эвакуации, хранения либо иных претензий относительно спорного страхового случая.

Обосновывая свою позицию, истец настаивает на том, что между ним и ответчиком отсутствуют какие-либо соглашения, соглашение от 26.12.2018 не подписывалось, в связи с чем им сделано заявление о фальсификации соглашения.

Рассматривая заявление истца о фальсификации, суд первой инстанции, предупредив об уголовно-правовых последствиях заявления о фальсификации и отказа от исключения спорного доказательства из материалов дела, правомерно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в случае, когда лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

Проверка подлинности документа необязательно осуществляется судом только путем проведения судебной экспертизы, на необходимости которой настаивает истец, закон не запрещает сторонам доказывать достоверность представленного доказательства путем представления другого доказательства.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 22.03.2012                 № 560-О-О разъяснил, что закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности.

Назначение экспертизы в целях проверки заявления о фальсификации является одной из тех мер, которые может принять суд для проверки обоснованности заявления о фальсификации доказательств и, соответственно, выбор такого способа и меры проверки является прерогативой суда.

На это обращено внимание, в том числе в определении ВС РФ от 16.11.2017                             № 307-ЭС17-1676 по делу № А56-71402/2015.

Как правомерно установлено судом и следует из пояснений ответчика, у страховой компании отсутствует оригинал спорного соглашения. В то же время истцом не оспорены атрибуты соглашения, не представлено объективных доказательств отсутствия воли на заключение оспариваемого соглашения, в том числе доказательств того, что именно кем-либо из сотрудников ответчика было подписано соглашение от 26.12.2018, равно как не представлено доказательств, что в период заключения соглашения и позже печать истца выбыла из его воли в результате противоправных действий третьих лиц, с соответствующим заявлением истец в компетентные органы не обращался, доказательств этому не представлено.

Поскольку в материалах проверки отсутствует оригинал спорного соглашения, ответчиком в целях опровержения заявления о фальсификации представлен нотариальный протокол осмотра доказательств от 16.09.2022, которым подтверждается дата создания оспариваемого доказательства.

Ответчик в материалы дела представил нотариальный протокол осмотра доказательств от 16.09.2022 в качестве подтверждения даты создания оспариваемого документа, согласно которому осмотр произведен следующим образом: «На рабочем столе своего рабочего компьютера для доступа к удаленному серверу (подключения к удаленному рабочему столу) АО «СК «Астро-Волга», где располагаются документы, предварительно установлен файл «AstroVolga TECH.RDP», предоставленный заявителем, открываю данный файл, ввожу «a.kobzev» в графу «логин», ввожу «IYRY2uo*» в графу «пароль». Учетные данные были предварительно предоставлены заявителем».

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что нотариус получил доступ к удаленному серверу АО «СК «Астро-Волга», где хранятся документы ответчика.

Таким образом, протокол осмотра доказательств от 16.09.2022 представленный ответчиком подтверждает наличие и дату создания документа – соглашения от 26.12.2018.

В совокупности с указанным доказательством судом по правилам статьи                  71 АПК РФ приняты пояснения ответчика о том, что все действия по переводу соглашений, заключенных с истцом, в электронные образы совершались самим ответчиком в ходе стандартной деятельности по урегулированию убытков в соответствии со сложившимся порядком электронного документооборота в обществе. При этом данные мероприятия проводились задолго до возникновения спора с истцом и в отсутствие каких-либо претензий истца по страховым случаям или несогласия с действиями общества по осуществлению страховых выплат.

Возражая против указанного протокола осмотра истец указал на то, что свойства любого электронного файла легко меняются при необходимости в нужную для заинтересованного лица сторону, в подтверждение чего им представлен протокол осмотра доказательств от 02.09.2022, согласно которому истец обратился к нотариусу с целью фиксации свойств электронных файлов (приобщенных в материалы судебных дел ответчиком) с разными датами создания и изменения в диапазоне от 01.01.1999 до 01.01.2035, предоставив при этом некий флэш-накопитель.

Не соглашаясь с позицией истца, суд первой инстанции правомерно отметил, что из протокола от 02.09.2022, составленного по заказу истца, следует, что нотариальные действия по заверению осуществлены с электронного носителя USB-флэш-накопитель, а не путем доступа к серверу, на котором они находятся. К тому же представитель истца пояснил, что документы на электронный носитель загружались в измененном виде, персональный компьютер, на котором производились изменения, истцом не указан, а доказательства изъятия представленных на флеш-накопителе документов с сервера страховщика отсутствуют.

С учетом сказанного представленный истцом протокол осмотра обоснованно не принят судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства, поскольку не представляется возможным достоверно установить, какой именно файл осматривался нотариусом и из какого источника он был получен, а, значит, он не может служить доказательством фальсификации представленной ответчиком заверенной надлежащим образом копии соглашения и электронного образа соглашения, размещенного на сервере ответчика, и не опровергает утверждение ответчика о том, что электронный образ соглашения был размещен на сервере ответчика в неизменном виде после сканирования с оригинала, после его подписания сторонами, и представлен в суд в неизменном виде.

Кроме того, проверяя заявление о фальсификации, суд первой инстанции правомерно принял во внимание наличие на оспариваемом соглашении печати общества, оттиск которой им не оспорен, о фальсификации которого не заявлено.

В соответствии со статьей 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку.

Согласно позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в пункте 5 информационного письма от 23.10.2000 № 57  «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 ГК РФ, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Исходя из абзаца 4 пункта 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац второй пункта 1 статьи 182 ГК РФ).

Следовательно, полномочия на подписание каких-либо документов могут подтверждаться не только выданной представителю доверенностью, но и явствовать из обстановки, в которой действует представитель.

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати лица, о потере которой или ее подделке в судебном процессе не заявлялось (определения ВС РФ от 07.04.2017 № 309-ЭС17-2491, от 09.03.2016                                     № 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 № 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 № 307-ЭС15-9787).

Применительно к пункту 5.24 ГОСТ Р 7.0.97-2016. «Национальный стандарт Российской Федерации. Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Организационно-распорядительная документация. Требования к оформлению документов» (утв. приказом Росстандарта от 08.12.2016 № 2004-ст), печать заверяет подлинность подписи должностного лица на документах, удостоверяющих права лиц, фиксирующих факты, связанные с финансовыми средствами, а также на иных документах, предусматривающих заверение подписи печатью в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции, печать ООО «Сервисное обслуживание» из владения истца в результате противоправных действий третьих лиц не выбывала, печать на соглашениях принадлежит ООО «Сервисное обслуживание», оттиск печати не оспаривается, письменные доказательства передачи печати ООО «Сервисное обслуживание» с указанием целей таковой отсутствуют, акт приема-передачи печати не представлен и отсутствует в принципе.

Согласно позиции ВАС РФ, изложенной в определении от 24.12.2009                                          № ВАС-14824/09, заверение печатью организации, являющейся одним из способов идентификации юридического лица в гражданском обороте, подписи конкретного лица на документе, при отсутствии доказательств обратного, свидетельствует о полномочности такого лица выступать от имени данной организации.

В этой связи, как верно указал суд первой инстанции, не имеет значения, кто именно подписывал соглашение о страховом возмещении, существенное значение имеет именно подтверждение воли юридического лица на заключение сделки проставлением печати данного юридического лица.

В отсутствие доказательств утраты или хищения печати истца следует признать, что лица, владеющие печатью юридического лица, при подписании ими документов и проставлении на них этой печати на документах, подтверждают тем самым свои полномочия на совершение операций от имени конкретной организации.

Наличие у лица, подписавшего спорное соглашение, доступа к печати истца, подтверждает, что его полномочия явствовали из обстановки, в которой оно действовало, а также о свободном распоряжении печатью истца (определения ВС РФ от 10.06.2021 № 305-ЭС18-22181, от 18.01.2018  № 305-ЭС17-13822).

Ссылка апеллянта на то, что в силу статьи 2 Федерального закона от 08.02.1998                                   № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ), согласно которой печать не является обязательным реквизитом, а ее наличие является правом самого общества, отклоняется, поскольку в настоящем случае истец данное право реализовал и использует печать в качестве дополнительного атрибута своей индивидуализации в хозяйственных отношениях.

Кроме того, судом по праву принято во внимание, что о наличии соглашения по спорному страховому случаю истцу было известно до обращения к финансовому уполномоченному и в суд. Данное обстоятельство подтверждается претензией от 18.11.2021, в которой указано на то, что «на момент заключения соглашения, по первоначальному обязательству, возмещению подлежала выплата финансовой                         санкции …». После получения от страховой компании страхового возмещения истец, уведомленный ответчиком и финансовым уполномоченным о заключенном соглашении и осведомленный о его наличии, не предпринимал никаких мер по его оспариванию, а также о необходимости его представления в адрес истца.

При установленных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что подпись лица, подписавшего спорное соглашение, скрепленная печатью ООО «Сервисное обслуживание», при отсутствии доказательств ее незаконного выбытия свидетельствует об одобрении сделки со стороны истца и, как следствие, о действительности заключенного соглашения от 26.12.2018 и воли сторон на его исполнение.

Поскольку в ходе проверки заявления о фальсификации спорного соглашения об урегулировании убытков, соответствующий факт не подтвердился, оснований для назначения судебной экспертизы на предмет определения подписи на соглашении, нанесения оттиска печати посредством клише печати общества, а также срока давности в части проставления оттиска и подписей на соглашении, не имеется, в связи с чем соответствующее ходатайство оставлено судом без удовлетворения правомерно.

Проанализировав материалы дела, руководствуясь положениями статей 64, 65, 71 и 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная инстанция также не нашла оснований для удовлетворения ходатайства истца о назначении по делу судебно-технической экспертизы. 

Мнение истца о том, что спорное соглашение следует рассматривать как соглашение об отступном, правомерно не принято судом первой инстанции, поскольку основано на неверной трактовки условий соглашения и буквального его прочтения, не допускающего двоякого понимания и неверном понимании права, регулирующего спорные отношения.

Ссылка истца на отсутствие в материалах дела оригинала соглашения о выплате страхового возмещения и невозможности по этой причине принимать в качестве доказательства заверенную ответчиком копию, отклоняется апелляционным судом в силу следующего.

Письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии (часть 8 статьи 75 АПК РФ).

По смыслу указанной нормы надлежащим доказательством может признаваться документ, копия которого, в частности, заверена уполномоченным лицом, участвовавшим в его составлении (постановление Президиума ВАС РФ от 19.07.2011 № 1930/11, постановление Президиума ВАС РФ от 22.02.2011 № 14501/10, определение ВАС РФ от 10.01.2012 № ВАС-17112/11).

Исходя из части 6 статьи 71 АПК РФ, при двух нетождественных копиях возможность установления подлинного содержания первоисточника должна подтверждаться иными доказательствами.

Поскольку в настоящем таких документов не имеется, а представленная копия соглашения, вопреки позиции истца, заверена ответчиком, как стороной, участвовавшей в его составлении, оснований для ее исключения из числа доказательств не имеется и указанный документ обоснованно принят судом в качестве надлежащего доказательства.

Утверждение истца о заключении соглашения о выплате страхового возмещения после истечения двадцатидневного срока со дня принятия заявления потерпевшего о страховом возмещении, установленного абзацем первым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, отклоняется судом, поскольку само по себе указанное обстоятельство не влечет за собой недействительность соглашения.

В материалы дела не представлено письменных доказательств наличия у сторон разногласий по вопросу о подлежащей выплате сумме. Истец согласился с выплатой, произведенной в размере, указанном в данном соглашении. Предметом настоящего спора является взыскание неустойки за нарушение сроков исполнения обязательства и финансовой санкции.

Между тем состав требований, от которых отказалось общество (пункт 4 соглашения), прямо предусматривает неустойку.

С учетом установленных  обстоятельств, положений пункта 18 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Президиумом ВС РФ 22.06.2016, пункта 1 статьи 408 ГК РФ, заключенного между сторонами соглашения об урегулировании страхового случая, последующего исполнения страховщиком обязанности по выплате страхового возмещения и установление сторонами соглашения отказа потерпевшего от предъявления требований к страховщику, в том числе относительно неустойки, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика неустойки.

Аналогичные выводы содержат судебные акты по делу № А54-2031/2022 (определением ВС РФ от 06.03.2024 № 310-ЭС24-1145 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ отказано).

Таким образом, следует признать, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выводы суда не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для отмены судебного акта.  По существу доводы жалобы направлены на переоценку доказательств по делу и установленных фактических обстоятельств. 

Нарушений или неправильного применения норм процессуального права, в том числе при рассмотрении заявления о фальсификации доказательств и назначении экспертизы, которые могли бы явиться основанием для изменения или отмены судебных актов или которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных актов, не установлено.

При этом доводов, способных повлечь за собой отмену судебного акта, в жалобе не приведено, а судом апелляционной инстанции не установлено.   

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

            Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда  Рязанской области от 01.02.2024 по делу № А54-1830/2022    оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.


Участвующим в деле лицам разъясняется, что постановление будет выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной электронно-цифровой подписью. В связи с этим на основании статей 177 и 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление будет направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия, и будет считаться полученными на следующий день после его размещения на указанном сайте.



Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Е.Н. Тимашкова

Д.В. Большаков

И.Н. Макосеев