Постановление от 21 апреля 2024 г. по делу № А32-34906/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-34906/2023
город Ростов-на-Дону
22 апреля 2024 года
15АП-4872/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Емельянова Д.В.,

судей Илюшина Р.Р., Сулименко О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

при участии:

участника ООО «Радикал» ФИО2, посредством системы веб-конференции ИС «Картотека арбитражных дел»: лично и её представителя ФИО3 по доверенности от 01.01.2023;

от директора ООО «Радикал» ФИО4, посредством системы веб-конференции ИС «Картотека арбитражных дел»: представитель ФИО5 по доверенности от 11.07.2023;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу участника ООО «Радикал» ФИО2 Викторовны

на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.02.2024 по делу № А32-34906/2023

по иску участника ООО «Радикал» ФИО2 Викторовны

к директору ООО «Радикал» ФИО4

при участии третьего лица: общества с ограниченной ответственностью «Радикал»

о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ФИО4 о взыскании в пользу общества с ограниченной ответственностью «Радикал» 3 662 935,52 руб. убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Радикал» (определение суда от 10.07.2023).

Решением суда от 26.02.2024 по делу № А32-34906/2023 в иске отказано.

Не согласившись с решением суда, участник ООО «Радикал» ФИО2 обратилась в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое решение отменить, заявленные требования удовлетворить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что отсутствие арендных отношений после прекращения деятельности ООО «Радикал» с 01.12.2020 истцом доказано в полном объеме. Вывод суда об аффилированности матери истца – ФИО7 является неверным. Ответчиком не представлено доказательств того, что убытки возникли в результате принятия разумных, добросовестных решений, не выходящих за пределы предпринимательского риска (вопрос об одобрении сделки, в которой имеется заинтересованность, на повестку дня не выносился; решение по одобрению заключения договора аренды с ответчиком от 01.12.2017 не ставился, обсуждение и голосование по нему не проходило). Факт отсутствия ООО «Радикал» на арендованной территории, прекращение пользования арендованным имуществом, признаны ответчиком в полном объеме.

В отзыве на апелляционную жалобу директор ООО «Радикал» ФИО4 просит обжалуемое решение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании апелляционной инстанции участвующие в деле лица поддержали свои правовые позиции по спору.

Законность и обоснованность решения от 26.02.2024 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является участником ООО «Радикал», расположенного по адресу: <...>, с долей в уставном капитале 49%.

ФИО4 является участником ООО «Радикал», с долей в уставном капитале 51%, а также является директором общества с сентября 2017 года.

ФИО4 и ФИО7 являются участниками общей долевой собственности следующего недвижимого имущества:

1) по адресу: <...>:

– земельный участок площадью 1 246 кв.м, кадастровый номер 23:48:0303011:1045 (категория земель: земли населенных пунктов – под производственную базу);

– нежилое здание склад-ангар площадью 365,9 кв.м, кадастровый номер 23:48:0303011:1175;

2) по адресу: <...>:

– земельный участок площадью 1 389 кв.м, кадастровый номер 23:48:0303011:62 (категория земель: земли населенных пунктов – для склада);

– нежилое строение склад-ангар площадью 484,1 кв.м, кадастровый номер 23:48:0303011:1122.

01.12.2017 между ООО «Радикал» и ИП ФИО4 и ИП ФИО7 были заключены договоры аренды данных объектов недвижимости с размером арендной платы в общей сумме 200 000 руб. в месяц.

Как указано истцом, 01.12.2020 ФИО4 прекратил деятельность ООО «Радикал», уволил персонал, произвел отчуждение имущества общества, перестал платить за аренду указанных объектов недвижимости, при этом, несмотря на неоднократные требования арендодателя, умышленно не расторгал договор, и не возвращал арендованное имущество по акту приема-передачи, арендная плата продолжала начисляться.

В обоснование заявленных требований истец сослался на то, что убытки, причиненные обществу вследствие действий бывшего директора ФИО4, подтверждаются судебными актами, вынесенными в рамках дел № А32-3611/2022 и № А32-52839/2022.

В рамках указанных дел арендодателями, в том числе самим ответчиком была взыскана арендная плата и другие суммы в общем размере 3 662 935,52 руб., что, по мнению истца, является убытками, подлежащими взысканию с ответчика.

Истец указал, что действия и бездействие ответчика привели к тому, что в рамках арбитражных дел №№ А32-3611/2022 и А32-52839/2022 арендодателями, в том числе самим ответчиком была взыскана арендная плата и другие суммы, а именно было постановлено:

- взыскать с ООО «Радикал» в пользу ИП ФИО7 1 300 000 руб. задолженности по договору аренды от 01.12.2017 № 10/А за период декабрь 2020 – декабрь 2021 гг., 269 400 руб. неустойки за период с 01.01.2021 по 24.01.2022, 3 000 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе;

- взыскать с ООО «Радикал» в доход федерального бюджета 28 694 руб. государственной пошлины по иску;

- взыскать с ООО «Радикал» в пользу ИП ФИО7 судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 63 000 руб.;

- взыскать с ООО «Радикал» в пользу ИП ФИО7 1 300 000 руб. задолженности по арендной плате, 209 600 руб. неустойки по договору аренды № 10/А от 01.12.2017;

- взыскать с ООО «Радикал» в пользу ИП ФИО4 2 600 000 руб. задолженность по арендной плате, 423 500 руб. неустойки по договору аренды № 10/А от 01.12.2017, а также 24 992,38 руб. расходов по уплате госпошлины;

- взыскать с ООО «Радикал» в доход федерального бюджета 40 749,14 руб. госпошлины.

Соответственно, сумма убытков в результате действий и бездействий ответчика составила 3 662 935,52 руб.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

При рассмотрении заявленных требований суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 указанной статьи).

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Кодекса).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 44 Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзацах 3-5 пункта 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) исполняющего обязанности директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Таким образом, при рассмотрении данной категории дел общее правило предусматривает обязанность истца доказать наличие в действиях исполняющего обязанности директора признаков недобросовестности и/или неразумности при том, что действия последнего должны иметь свойство противоправности. Именно при наличии противоправности в действиях привлекаемого к гражданско-правовой ответственности лица – директора хозяйственного общества – и при уклонении указанного лица от опровержения вменяемого ему гражданско-правового нарушения вина последнего презюмируется.

Следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В настоящем случае истцом не доказано отсутствие необходимости в заключении договора аренды, а также в продолжении арендных отношений.

Как установлено судом первой инстанции, арендуемые помещения, а именно: 2 склада-ангара (пункт 1.1 договоров №№ 10-А и 12/17 от 01.12.2017), принадлежат ИП ФИО4 и ИП ФИО7 на праве собственности по 1/2 каждому.

Сам по себе факт того, что договор аренды подписаны ФИО4 (арендодатель) (учредитель общества) и директором ООО «Радикал» (арендатор) не свидетельствует о порочности арендных отношений, не лишает ответчика права сдавать имущество в аренду данному арендатору, поскольку указанные лица действуют в гражданском обороте как самостоятельные хозяйствующие субъекты.

При этом в рамках дела № А32-17980/2021 суды приняли во внимание, что с августа 2020 года в обществе имеется корпоративный конфликт между участниками, инициированный ФИО2 и ее матерью ФИО7, сособственником производственных помещений, арендованных обществом для производственной деятельности (дела №№ А32-46570/2020, А32-46302/2020, А32-49042/2020, А32-15883/2021, А32-15972/2021, A32-10840/2021).

Таким образом, в рамках настоящего спора судом также установлено, что вторым арендодателем по договору выступала ИП ФИО7, которая является матерью ФИО2 и обладает признаком аффилированности.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» в круг аффилированных лиц физического лица входят лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо.

Согласно статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ) группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам, например, физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные неполноводные братья и сестры.

ФИО7 является матерью ФИО2 (данный факт сторонами не оспаривается), в силу чего входит с ней в одну группу лиц в соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 9 Закона № 135-ФЗ, в связи с чем судом апелляционной инстанции отклоняется ссылка истца на необоснованность выводов суда об аффилированности между ФИО2 и ФИО7 и ООО «Радикал».

Предоставление имущества в пользование может рассматриваться как разновидность внутрикорпоративного финансирования (определение Верховного Суда РФ от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2) по делу № А32-19056/2014).

Создание внутрикорпоративных обязательств не является неправомерным, однако требования из таких обязательств не могут быть противопоставлены требованиям независимых кредиторов.

Доказательств признания недействительным договоров аренды, заключенных 01.12.2017 в установленном законом порядке, в материалы дела не представлено. При этом заключение договоров аренды истцом, как одним из учредителей, было утверждено путем принятия ежегодного отчета.

Доводы истца о том, что ответчик не доказал разумность, добросовестность своих решений, не выходящих за пределы предпринимательского риска (вопрос об одобрении сделки, в которой имеется заинтересованность, на повестку дня не выносился; решение по одобрению заключения договора аренды с ответчиком от 01.12.2017 не ставился, обсуждение и голосование по нему не проходило), при этом факт отсутствия ООО «Радикал» на арендованной территории, прекращение фактического пользования арендованным имуществом, признан ответчиком в полном объеме, отклоняются судом апелляционной инстанции ввиду следующего.

Так, в рамках дела № А32-46570/2020 по иску ИП ФИО7 к ООО «Радикал» о взыскании задолженности по арендной плате за период с 01.09.2020 по 13.09.2020 суды пришли к выводу о том, что соглашением от 14.11.2017 между собственниками спорного имущества установлено, что сторона вправе осуществлять распоряжение имуществом, принадлежащим сторонам на праве общей долевой собственности, только с согласия другой стороны. С учетом квалификации договоров аренды как единого договора со множественностью лиц на стороне арендодателя, ИП ФИО7 была не вправе самостоятельно принимать решение о прекращении арендных правоотношений с ООО «Радикал» без согласия ФИО4 (судами установлена незаконность уведомлений ФИО7 о расторжении договора аренды в одностороннем порядке, а также создания условий невозможности ООО «Радикал» пользоваться арендованным имуществом).

Также в рамках дела № А32-3611/2021 было установлено, что из представленного в дело письма Межрайонной ИФНС России № 16 по Краснодарскому краю от 12.01.2022 следует, что в результате проведения мероприятий по проверке достоверности сведений, внесенных в ЕГРЮЛ, установлена достоверность сведений об адресе ООО «Радикал».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Радикал» юридическим адресом общества является: <...>, что соответствует адресу арендуемых обществом у истца помещений.

Основной вид деятельности ООО «Радикал» по ОКВЭД – «33.12. Ремонт машин и оборудования», в связи с чем ФИО4, действуя в интересах общества, пытался сохранить действие договоров аренды, поскольку склады-ангары необходимы для нормальной деятельности общества.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что в рамках дела № А32-34044/2023 по иску ФИО2 к ФИО4 об исключении участника из ООО «Радикал» не установлено, что действия (бездействия) ответчика, как участника общества, повлекли за собой невозможность деятельности общества или существенно её затруднили, а также не представлено доказательств наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий. Доказательств того, что хозяйственная деятельность общества приостановлена в связи с неправомерными действиями ответчика, истцом в дело не представлено (факт причинения ФИО4 убытков обществу на сумму 360 000 руб. не является достаточным основанием для его исключения из числа участников, поскольку ущерб ответчиком погашен).

В рассматриваемом случае нормальной деятельности хозяйственного общества препятствуют не действия одного из участников общества (ответчика), а противостояние обоих его участников (истца и ответчика), находящихся в корпоративном конфликте, о чем свидетельствует наличие возбужденных гражданских дел (постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024 по делу № А32-34044/2023).

Согласно пункту 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что в данном споре требование о взыскании убытков может быть удовлетворено при доказанности противоправного поведения ФИО4, наличия причинной связи между понесенными убытками и противоправными действиями бывшего руководителя, документально подтвержденного размера убытков, вины ФИО4 Недоказанность хотя бы одного элемента приведенного состава означает невозможность удовлетворения требований в целом.

В силу пункта 2 названного постановления под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При этом как было указано ранее, арбитражные суды принимают во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) оборота.

Из материалов дела усматривается, что заключение договоров аренды направлено на осуществление основной деятельности общества, ответчик свои действия не скрывал. Доказательств, что ответчик при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей действовал недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску, суду не представлены.

Ответчик указывает, что приведенные доводы истца о падении выручки с 2020 года связаны с началом коронавирусной инфекции и введенных ограничений, а также начавшимся корпоративным конфликтом. Мер по расторжению договоров не предпринималось, поскольку ответчик исходил из необходимости сохранения юридического лица и продолжения хозяйственной деятельности.

Доказательств обратного истцом в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Более того, несмотря на то, что корпорация предполагает обособление имущества участников (акционеров) для ведения предпринимательской деятельности и является самостоятельным участником гражданского оборота, следует исходить из того, что преимущественно интересы корпорации сводятся именно к интересам всех ее участников и обусловлены ими. С необходимостью реализации общих интересов участников и достижением общей цели и связывается создание участниками самой корпорации. Указанная позиция нашла отражение в судебной практике (пункт 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019).

Таким образом, в ситуации причинения корпорации вреда, предполагается, что одновременно именно ее участники понесли убытки. Соответственно, в опровержение факта причинения вреда корпорации может быть выдвинут довод о том, что в результате вменяемых действий сами участники не пострадали (либо совершение спорных действий было одобрено участниками). Названный довод может быть принят во внимание, по крайней мере, в ситуации, когда не нарушены права иных заинтересованных лиц (кредиторов корпорации, ее работников, общества и т.д.).

Применительно к обстоятельствам настоящего дела это означает, что при наличии корпоративного конфликта ФИО4, как одно из двух контролирующих лиц, мог причинить вред фирме только посредством причинения вреда второму контролирующему лицу – ФИО2

Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2021 № 308-ЭС21-1740 по делу № А32-2305/2020.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что деятельность ФИО4 и ФИО2 (через мать ФИО7) в части предоставления имущества в аренду и последующих расходов по ее оплате носила совместный характер, в связи с чем оснований для возложения ответственности на одного из участников по корпоративным основаниям (ФИО4) суд апелляционной инстанции не усматривает.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приведенные и другие представленные в материалы дела доказательств в их совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.02.2024 по делу № А32-34906/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                              Д.В. Емельянов


Судьи                                                                                                               Р.Р. Илюшин


                                                                                                                           О.А. Сулименко