Решение от 12 февраля 2025 г. по делу № А24-6002/2023

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-6002/2023
г. Петропавловск-Камчатский
13 февраля 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 03 февраля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 13 февраля 2025 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Голубевой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску краевого государственного профессионального образовательного бюджетного учреждения «Камчатский педагогический колледж» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Альтаир» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 12 097 454,76 руб. убытков,

при участии:

от истца: ФИО1 – представитель по доверенности от 10.01.2025 (сроком до 31.12.2025), диплом № 2803/10,

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности от 20.07.2024 (сроком на 1 год), диплом № 3328/3,

установил:

краевое государственное профессиональное образовательное бюджетное учреждение «Камчатский педагогический колледж» (далее – истец, Учреждение; адрес: 683031, <...>) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Альтаир» (далее – ответчик, Общество; адрес: 683009, <...>) о взыскании 12 097 454,76 руб. убытков.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 395, 450.1, 715, 783, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств контракту на выполнение работ по ремонту кровли от 16.10.2018 № 0338200006118000006_184707.

Ответчик в отзыве на иск считает требования истца необоснованными, обязательства по контракту – исполненными подрядчиком надлежащим образом. Обращает внимание на неисполнение заказчиком встречных обязательств, неоказание должного содействия подрядчику в устранении недостатков.

В ходе рассмотрения дела между сторонами возник спор относительно качества выполненных по контракту работ, в связи с чем суд по ходатайству ответчика назначил судебную строительно-техническую экспертизу, производство по делу определением суда от 20.06.2024 приостановлено до получения результатов экспертизы.

07.12.2024 от общества с ограниченной ответственностью «Проектная организация «Стройэкспертиза-ПК» поступило заключение эксперта от 30.11.2024 № ЗЭ.6002/2024, в связи с чем суд назначил судебное заседание для рассмотрения вопроса о возобновлении производства по делу

В судебном заседании, состоявшемся 03.02.2025, суд протокольным определением от 03.02.2025 возобновил производство по делу на основании статьи 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и перешел к рассмотрению спора по существу.

Выслушав в судебном заседании правовые позиции сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Из материалов дела судом установлено, что 16.10.2018 между истцом (заказчик) и ответчиком (подрядчик) заключен контракт № 0338200006118000006_184707 «на выполнение работ по ремонту кровли здания общежития и учебного корпуса КГПОБУ «Камчатский педагогический колледж» по адресу: <...>».

По условиям контракта подрядчик принял на себя обязательство выполнить по заданию заказчика работы по ремонту кровли здания общежития и учебного корпуса указанного выше объекта в соответствии с техническим заданием в объеме, установленном в сметной стоимостью работ и ведомостью объемов работ, передать результат работ заказчику в сроки, указанные в контракте и графике выполнения работ, а заказчик – принять и оплатить выполненные работы в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом.

Цена работ определена в размере 12 097 454,76 руб. (без НДС) (пункт 2.1).

Расчет за выполненные работы производится после завершения всех видов и объемов работ в течение 15 рабочих дней с даты подписания акта приемки-передачи выполненных работ после предъявления подрядчиком счета и счета-фактуры, оформленного на основании справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, составленной на основании подписанного между заказчиком и подрядчиком акта о приемке выполненных работ по форме КС-2 без замечаний заказчика (пункт 2.4).

Согласно пункту 3.1 контракта работы надлежало выполнить в течение 60 календарных дней, исчисляемых со дня, следующего после даты подписания контракта, в соответствии с графиком выполнения работ (приложение № 3). Порядок приемки выполненных работ определен разделом 4 контракта, из которого следует, что работы считаются принятыми, если заказчик по итогам проверки выполненных работ по объему и качеству подписал предоставленные подрядчиком акт приемки-передачи выполненных работ, акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 (пункты 4.4, 4.7). При этом заказчик вправе мотивированно отказаться от приемки работ, направив соответствующий отказ и акт о недостатках подрядчику, который должен устранить выявленные заказчиком недостатки и повторно предъявить результат работ к приемке (пункты 4.4, 4.6).

На результат работ по контракту стороны установили гарантийный срок, равный 60 месяцам с даты подписания акта о приемке выполненных работ по форме КС-2, в течение которого подрядчик несет ответственность за устранение дефектов, возникших на объекте по его вине (пункт 6.2).

При этом пунктом 6.3 контракта установлено, что если в период гарантийной эксплуатации объекта обнаружатся дефекты, возникшие по вине подрядчика, последний обязан их устранить за свой счет и в сроки, согласованные в установленном порядке. При нарушении срока устранения дефектов заказчик вправе взыскать неустойку с подрядчика в порядке, предусмотренном в контракте. Для участия в составлении акта, фиксирующего дефекты, согласования порядка и сроков их устранения, подрядчик обязан направить своего представителя не позднее 3 дней со дня получения письменного извещения заказчика. Если гарантийные обязательства не выполняются в установленные сроки, заказчик вправе привлечь для выполнения этих работ другого подрядчика с последующим взысканием расходов с подрядчика в установленном действующим законодательством порядке. При отказе подрядчика от составления или подписания акта обнаруженных дефектов заказчик составляет односторонний акт с привлечением экспертов, все расходы по которым при установлении вины подрядчика компенсируются подрядчиком в полном объеме (пункт 6.4).

Согласно представленным в материалы дела документам работы по контракту выполнены подрядчиком в полном объеме, что подтверждается актами о приемке выполненных работ от 15.12.2018 № 1, 2, подписанными сторонами без возражений и замечаний по объему, качеству, стоимости выполненных работ.

Платежным поручением от 27.12.2018 № 27319 на сумму 12 097 454,76 руб. заказчик оплатил подрядчику стоимость выполненных работ.

Как указывает истец, в период гарантийного срока заказчиком выявлялись недостатки выполненных подрядчиком работ, повлекшие протекание отремонтированной кровли и систематическое залитие помещений (акты от 15.01.2020, от 21.09.2021, от 11.08.2022, от 08.09.2023, от 15.09.2023, от 20.09.2023, от 04.10.2023, от 23.10.2023), о чем Общество уведомлялось письмами от 16.01.2020 № 42, от 07.04.2021, от 28.09.2021 № 544, от 02.12.2021 № 761, от 22.08.2022 № 352, от 19.07.2023 № 226, от 15.08.2023 № 254 в том числе содержащими предложения к направлению представителя подрядчика для совместного осмотра и фиксации дефектов, требования заказчика об устранении недостатков. В свою очередь, подрядчик исполнял гарантийные обязательства, устраняя выявляемые заказчиком дефекты, что сторонами не оспаривается.

В ответ на очередное уведомление о залитии Общество письмом от 16.10.2023 сообщило о готовности устранить недостатки 19.10.2023, просило назначить дату совместного осмотра, а письмом от 03.11.2023 уведомило Учреждение, что приступило к устранению дефектов, направило заказчику для подписания акт осмотра от 26.10.2023, составленный по итогам совместного осмотра недостатков, запросило сведения по протечкам кровли после дождей. В прилагаемом к письму акте осмотра от 26.10.2023 отражены выявленные недостатки.

Заказчик письмом от 09.11.2023 отказался о подписания акта осмотра от 26.10.2023, указав, что представитель Учреждения, присутствовавший на осмотре (заместитель директора по административно-хозяйственной части), не уполномочен решать те вопросы, которые локальными актами отнесены к компетенции руководителя. Дополнительно в письме указано, что 11.10.2023 выявленные недостатки работ зафиксированы независимым экспертом по итогам комиссионного осмотра.

В последующем по итогам указанного осмотра привлеченным заказчиком экспертом ООО «Камчатский центр сертификации» на основе проведенного строительно-технического исследования составлено заключение от 13.11.2023 № 095/И, согласно которому результат выполненных подрядчиком работ не соответствует требованиям контракта и технического задания, при производстве работ допущены нарушения нормативных предписаний, наличие выявленных дефектов является основанием для переделывания результатов работ в объеме, предусмотренном техническим заданием, и проведением дополнительных работ по демонтажу устроенных подрядчиком песчано-цементных стяжек, выявленные отступления являются следствием нарушения подрядчиком технологии выполнения работ в процессе строительства, стоимость работ по устранению дефектов превысит стоимость работ по контракту, устранение дефектов является экономически не целесообразным, дефекты являются неустранимыми.

Письмом от 09.11.2023, подрядчик сообщил, что устранил все недостатки, перечисленные в составленном им акте осмотра от 26.10.2023, а письмом от 21.11.2023 дополнительно обращено внимание, что разрушение кровельного полотна (многочисленные трещины и смещения кровельного материала, плиты кровли относительно парапета) происходит из-за подвижек в конструкции здания, о чем свидетельствуют многочисленные трещины на кровле здания и стенах внутренних помещений.

20.11.2023 заказчиком составлен очередной акт фиксации протечек кровли, а подрядчик письмом от 22.11.2023 инициировал проведение совместного осмотра выявленных повреждений, указав, что готов приступить к выполнению работ по их устранению.

Письмом от 23.11.2023 заказчик уведомил подрядчика, что причины протечек не выявлены и не устранены, залития продолжаются, для осмотра помещений предложил согласовать время.

05.12.2023 Учреждением подготовлен документы, названный как «заявление об отказе от исполнения контракта и возмещении убытков», согласно которому заказчик, ссылаясь на выявленные в период гарантийного срока недостатки работ и заключение экспертизы от 13.11.2023 № 095/И, а также на неисполнение подрядчиком обязательства по устранению недостатков работ, выявленных в пределах гарантийного срока, отказался от исполнения контракта в одностороннем порядке и потребовал возвратить уплаченные по контракту денежные средства.

В письме от 05.12.2023 подрядчик обратил внимание, что к заявлению об отказе от контракта не приложено заключение эксперта, в связи с чем запросил его, указав на приостановление срока рассмотрения решения заказчика об отказе от контракта до получения экспертного заключения. Дополнительным письмом от 12.12.2023 подрядчик направил заказчику акт сдачи-приемки работ по устранению недостатков от 09.11.2023.

В ответ заказчик направил подрядчику претензию о возмещении убытков от 13.12.2023, к которой прилагалось заключение эксперта, на следующий день, 14.12.2023, предъявил рассматриваемый иск в суд, а письмом от 18.12.2023 отказался от подписания акта об устранении недостатков.

Исходя из условий контракта и документов, связанных с его исполнением, между истцом и ответчиком сложились правоотношения, регулируемые положениями главы 37 ГК РФ (подряд), общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре, а также положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. К отдельным видам договора подряда (бытовой подряд, строительный подряд, подряд на выполнение проектных и изыскательских работ, подрядные работы для государственных нужд) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами Кодекса об этих видах договоров (пункт 2 статьи 702 ГК РФ).

В соответствии со статьей 763 ГК РФ подрядные строительные работы (статья 740 ГК РФ), проектные и изыскательские работы (статья 758 ГК РФ), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату (пункт 2 статьи 763 ГК РФ).

В силу 1 статьи 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

Из пункта 1 статьи 722, пунктов 3, 5 статьи 724 ГК РФ следует, что, если договором подряда для результата работы предусмотрен гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве. Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока, который начинает течь с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком (если иное не предусмотрено договором).

Распространяя свое действие на период после приемки выполненных работ, гарантийное обязательство придает отношениям сторон по договору подряда длящийся характер. Презюмируется, что при обычной надлежащей эксплуатации предмета, явившегося результатом работ, недостаток, появившийся в течение гарантийного срока, возникает в связи с ненадлежащим исполнением подрядчиком своих обязательств (определение Верховного Суда РФ от 25.08.2016 № 305-ЭС16-4427).

Указанные нормы регулируют обязательства сторон по качеству исполнения подрядных работ и гарантируют заказчику соответствие результата его обоснованным ожиданиям как одну из целей договора подряда.

Последствия выполнения работ с недостатками установлены в статье 723 ГК РФ.

По общему правилу в случае выполнения подрядчиком работы с недостатками, которые делают результат непригодным для использования, заказчик вправе по своему выбору потребовать от подрядчика либо безвозмездного устранения недостатков в разумный срок, либо соразмерного уменьшения установленной за работу цены, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (пункт 1 статьи 723 ГК РФ).

В соответствии со статьей 12 ГК РФ истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. Право на судебную защиту, как оно сформулировано в статье 46 Конституции Российской Федерации, не свидетельствует о возможности выбора по своему усмотрению того или иного способа и процедуры судебной защиты, особенности которых применительно к отдельным категориям дел определяются федеральными законами (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22.04.2010 №548-О-О, от 17.06.2010 №873-О-О, от 15.07.2010 №1061-О-О).

Из существа рассматриваемого спора следует, что требование истца о взыскании убытков, составляющих сумму уплаченной цены контракта от 16.10.2018, обусловлено совершенным односторонним отказом от контракта по основанию, предусмотренному пунктом 3 статьи 723 ГК РФ, который, помимо права на отказ от контракта, предоставляет заказчику право требовать возмещения убытков.

В силу пункта 3 статьи 723 ГК РФ, положенного в основание иска и определяющего избранный истцом способ защиты, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

Таким образом, предусмотренное приведенной правовой нормой право заказчика требовать возмещения убытков, причиненных ненадлежащим качеством работ, обусловлено предшествующим отказом заказчика от исполнения контракта в порядке, установленном законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 450 ГК РФ договор может быть изменен или расторгнут по решению суда по требованию одной из сторон только при существенном нарушении договора другой стороной, и в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. При этом существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Названная норма закона, определяющая понятие существенного нарушения договора одной из сторон как основания изменения или расторжения договора по решению суда по требованию одной из сторон (подпункт 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ), направлена на защиту интересов стороны по договору при нарушении договора другой стороной (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24.10.2013 № 1617-О, от 23.06.2016  № 1289-О, от 29.09.2016 № 1958-О) и предполагает определение в рамках дискреционных полномочий судом в конкретном деле, является ли нарушение договора одной из сторон существенным по смыслу данной нормы.

Прекращение обязательства по требованию одной из сторон является одним из способов прекращения обязательств (пункт 2 статьи 407 ГК РФ), возможно лишь в случаях, установленных законом либо договором, и предполагает расторжение договора, которым данные обязательства были установлены.

Право Учреждения на отказ от контракта при недостижении согласованного контрактом результата, несоответствии качества работ предъявляемым требованиям, следует из пункта 3 статьи 723 ГК РФ, а также предусмотрено пунктами 9.4, 9.5, 9.6 контракта.

Согласно статье 450.1 ГК РФ предоставленное Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ) (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление № 25).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Постановление № 54), разъяснено, что при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (часть 3 статьи 307, часть 4 статьи 450.1 ГК РФ). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (часть 2 статьи 10, часть 2 статьи 168 ГК РФ).

Приведенные разъяснения направлены на формирование у участников гражданского оборота разумного и добросовестного поведения при установлении, исполнении и прекращении обязательств, в том числе, при одностороннем отказе стороны от договора.

Отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок урегулированы Законом № 44-ФЗ, и в рассматриваемом случае спорные работы выполнены ответчиком в рамках исполнения обязательств по контракту, финансируемому из средств краевого бюджета и заключенному в порядке, установленном Законом № 44-ФЗ.

Соответственно при разрешении спора, связанного с односторонним отказом стороны контракта от его исполнения и последствиями такого отказа, судом не только устанавливаются указанные в решении об одностороннем отказе от исполнения контракта основания, но и оценивается соблюдение процедуры (порядка) расторжения контракта, урегулированной положениями Закона № 44-ФЗ.

Порядок расторжения государственных (муниципальных) контрактов определен статьей 95 Закона № 44-ФЗ, из системного толкования положений которой следует, что односторонний отказ от исполнения контракта не может быть произвольным, а возможен только в случае нарушения его условий. Данный правовой подход соответствует принципу эффективности осуществления закупок (часть 1 статьи 12 Закона № 44-ФЗ), а также направлен на защиту участника закупки как более слабой стороны в данных правоотношениях.

В силу части, 9 статьи 95 Закона № 44-ФЗ заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Статьей 12.1 Закона № 44-ФЗ установлено, что в случае принятия заказчиком предусмотренного частью 9 настоящей статьи решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, заключенного по результатам проведения электронных процедур, закрытых электронных процедур, заказчик с использованием единой информационной системы формирует решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, подписывает его усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени заказчика, и размещает такое решение в единой информационной системе. Не позднее одного часа с момента размещения решения об одностороннем отказе от исполнения контракта в единой информационной системе оно автоматически с использованием единой информационной системы направляется поставщику (подрядчику, исполнителю). Датой поступления поставщику (подрядчику, исполнителю) решения об одностороннем отказе от исполнения контракта считается дата размещения в соответствии с настоящим пунктом такого решения в единой информационной системе в соответствии с часовой зоной, в которой расположен поставщик (подрядчик, исполнитель. Поступление решения об одностороннем отказе от исполнения контракта в соответствии с пунктом 2 настоящей части считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком исполнителя об одностороннем отказе от исполнения контракта (часть 13 статьи 95 Закона № 44-ФЗ).

В соответствии с частью 14 статьи 95 Закона № 44-ФЗ заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления исполнителя о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения.

Положения статьи 95 Закона № 44-ФЗ ориентированы на предоставление участнику закупки возможности устранить выявленные заказчиком нарушения в целях урегулирования возникшего спора (часть 14 статьи 95 Закона).

Аналогичная процедура расторжения контракта по решению заказчика установлена и заключенным сторонами контрактом от 16.10.2018, в пункте 9.5 которого указано, что решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта в течение одного рабочего дня, следующего за датой принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется подрядчику по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу подрядчика, указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении подрядчику. Выполнение заказчиком требований настоящей части считается надлежащим уведомлением Подрядчика об одностороннем отказе от исполнения контракта. Датой такого надлежащего уведомления признается дата получения заказчиком подтверждения о вручении подрядчику указанного уведомления либо дата получения заказчиком информации об отсутствии подрядчика по его адресу, указанному в контракте. При невозможности получения указанных подтверждения либо информации датой такого надлежащего уведомления признается дата по истечении тридцати дней с даты размещения решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта в единой информационной системе.

Решение Заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком подрядчика об одностороннем отказе от исполнения контракта (пункт 9.6).

Пунктом 9.7 контракта установлено, что заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления подрядчика о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с частью 9.4 настоящего контракта.

Проанализировав материалы дела, а также сведения, размещенные в карточке контракта в ЕИС Закупки, суд установил, что Учреждением процедура расторжения контракта, установленная статьей 95 Закона № 44-ФЗ, не соблюдена.

Прежде всего, решение об отказе от исполнения контракта в единой информационной системе заказчиком не сформировано, и до настоящего времени в карточке контракта в ЕИС Закупки сведения о его расторжении заказчиком в одностороннем порядке не размещены.

Вопреки установленному порядку заказчик выразил односторонний отказ от контракта, оформив его заявлением об отказе от исполнения контракта от 05.12.2023 № 444, которое также не размещено в ЕИС Закупки в нарушение статьи 95 Закона № 44-ФЗ и пункта 9.5 контракта.

Указанное заявление направлено подрядчику 05.12.2023, но без приложения документов, положенных в основу отказа (без заключения эксперта), на что подрядчик обратил внимание в письме от 05.12.2023; экспертное заключение передано подрядчику лишь с претензией от 13.12.2023. Причем отказ от контракта основан исключительно на выводах экспертизы, подготовленной по итогам осмотра, состоявшегося 11.10.2023, без учета того обстоятельства, что уже после этого осмотра подрядчик проводил на объекты работы по устранению недостатков, о чем указал в письме от 09.11.2023, изложив итоги работ в акте осмотра от 26.10.2023, который проводился в присутствии представителя заказчика, отказавшегося от подписания акта. Заказчик в последующем также отказался от подписания акта, но отказ не связан с замечаниями к существу осмотра, а лишь обусловлен отсутствием надлежащих полномочий у работника заказчика, проводившего осмотр совместно с подрядчиком, а также результатами комиссионного осмотра, состоявшегося 11.10.2023.

Отдельно следует отметить, что, не признавая полномочия лица, производившего с подрядчиком совместный осмотр 26.10.2023, и на этом основании отказываясь подписывать акт, заказчик противоречил собственному поведению, поскольку тот же его работник О.Е. Пак, заместитель директора по АХР, проводивший с ответчиком осмотр 26.10.2023, принимал участие в иных осмотрах, организованных самим заказчиком (акты от 04.10.2023, от 23.10.2023, от 20.11.2023), и, более того, в осмотре, положенном в основу заключения экспертизы, организованной заказчиком (пункт 1.2.6 заключения эксперта) а значит, полномочия этого лица для ответчика явствовали из обстановки. Причем из пояснений истца следует, что именно акту осмотра от 11.10.2023 он придает безусловную юридическую силу, однако на данном осмотре иные представители заказчика (включая руководителя) не присутствовали, только его заместитель О.Е.Пак.

Из изложенного следует, что заказчик, принимая решение об отказе от контракта, оформленное заявлением от 05.12.2023, не принял во внимание, что уже после осмотра от 11.10.2023, положенного в основу выводов привлеченного им эксперта, подрядчик совершал действия по устранению недостатков, оформил результаты актом осмотра от 26.10.2023 и актом устранения недостатков от 09.11.2023, проводил осмотр не произвольно, а был допущен и сопровождался работником истца. Истец, перед принятием решения об отказе от контракта, не проверил результат выполнения подрядчиком работ по устранению недостатков и отклонил акт устранения недостатков от 09.11.2023 лишь на том основании, что уже принял решение об отказе от контракта (письмо от 18.12.2023).

Таким образом, 05.12.2023 заказчик принял решение об отказе от контракта, не сформировав его в ЕИС Закупки, как того требуют положения Закона № 44-ФЗ и контракта, а оформив заявлением, проигнорировав поступившие от ответчика сведения об устранении недостатков и не проверив фактическое выполнение работ по устранению недостатков, а также не предоставив подрядчику документы, на которых основаны выводы заказчика о ненадлежащем качестве работ (заключение экспертизы). 13.12.2023 с претензией заказчик по требованию подрядчика передал ему экспертное заключение, но уже 14.12.2023 обратился с рассматриваемым иском в суд, а 18.12.2023 направил отказ от подписания акта от 09.11.2023 об устранении недостатков, то есть фактически лишив подрядчика предоставленного ему статье 95 Закона № 44-ФЗ права на проверку доводов заказчика о ненадлежащем качестве, на представление аргументированных возражений в установленный законом срок либо на устранение недостатков (если какие-либо из них еще не были устранены в октябре 2023 года).

Более того, акт от 09.11.2023 об устранении недостатков передан подрядчиком заказчику сопроводительным письмом от 12.12.2023, то есть в пределах десятидневного срока, предоставленного ему частью 14 статьи 95 Закона № 44-ФЗ для исполнения требований заказчика, а значит, в силу этой же правовой нормы, заказчик должен был проверить факт устранения недостатков с целью установления наличия либо отсутствия правовых оснований для отмены ранее принятого решения об отказе от контракта. Однако, как отмечено ранее, указанные действия заказчиком не совершались, спор передан в суд.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что решение об отказе от исполнения контракта от 16.10.2018, оформленное заявлением от 05.12.2023, принято заказчиком с нарушением установленной Законом № 44-ФЗ и контрактом процедуры, без учета прав и интересов подрядчика, а значит, исходя из разъяснений, приведенных в пункте 14 Постановления № 54, пункте 1 Постановления № 25, такой отказ как одностороння сделка является ничтожным в силу части 2 статьи 10, части 2 статьи 168 ГК РФ.

Поскольку ничтожная сделка не порождает тех последствий, на которые она направлена, соответственно контракт от 16.10.2018 не может быть признан прекращенным вследствие одностороннего отказа заказчика от его исполнения, оформленного заявлением от 05.12.2023, а значит условия для применения пункта 3 статьи 723 ГК РФ и определяющие возникновение у заказчика права на возмещение убытков в рамках данного способа защиты не наступили.

Соответственно, контракт является действующим, и к правоотношениям сторон подлежат применению последствия обнаружения недостатков выполненных работ в пределах гарантийного срока, установленные пунктом 1 статьи 723 ГК РФ, а также правила статьи 720 ГК РФ, регламентирующие последствия выявления недостатков работ после приемки результата работ.

Соответственно, выявив в пределах гарантийного срока недостатки работ, заказчик должен был уведомить об этом подрядчика (пункт 4 статьи 720 ГК РФ), при возникновении разногласий о характере недостатков организовать экспертизу (пункт 5 статьи 720 ГК РФ), а при доказанной (или неоспариваемой) вине подрядчика в возникновении недостатков потребовать либо безвозмездного устранения недостатков, либо соразмерного уменьшения цены работ, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре.

В рассматриваемом случае заказчику предоставлено право привлечь для устранения недостатков другого подрядчика с возложением расходов на Общество лишь в случае, если гарантийные обязательства не выполняются Обществом в установленные сроки (пункт 6.3), однако, как видно из представленной в дело переписки, ответчик не уклонялся от устранения недостатков, гарантировал их устранения, приступал к их устранению, принимал меры к сдаче заказчику результата устранения недостатков, однако получил отказ в приемке этих работ лишь на том основании, что заказчик уже отказался от контракта (то есть без проверки самого факта устранения недостатков и качества этих работ). При этом заказчик не обращался к иным подрядчикам за устранением недостатков, не требовал соразмерного уменьшения цены работ, а отказался от контракта с требованием вернуть уплаченные по нему денежные средства, ограничившись выводами эксперта о том, что работы необходимо делать заново, основанными на акте осмотра от 11.10.2023, которым не учтены совершенные в последующем подрядчиком работы по устранению недостатков, отраженные в односторонних актах осмотра от 26.10.2023 и устранения недостатков от 09.11.2023.

Таким образом, на сегодняшний день контракт в установленном законом порядке не расторгнут, и истец не понес каких-либо реальных расходов в заявленном им размере, связанных с устранением выявленных недостатков.

Более того, принимая решение об отказе от контракта со ссылкой на выводы эксперта о необходимости повторного выполнения всего объема работ, истец не учел право подрядчика, закрепленное в пункте 2 статьи 723 ГК РФ, согласно которому вместо устранения недостатков, за которые подрядчик отвечает, он вправе безвозмездно выполнить работу заново с возмещением заказчику причиненных просрочкой исполнения убытков. Соответственно, истец не только не предоставил подрядчику до принятия решения об отказе от контракта возможности возразить по выводам эксперта (заключение экспертизы передано подрядчику значительно позже принятия решения и накануне подачи иска), но и в случае отсутствия у подрядчика возражений, воспользоваться правом полностью переделать результат работ.

Относительно самого существа вменяемых подрядчику недостатков работ, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 755 ГК РФ подрядчик несет ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, разработанных самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами, ненадлежащего ремонта объекта, произведенного самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами.

Таким образом, в пределах гарантийного срока действует презумпция вины подрядчика за недостатки (дефекты) выполненных работ и на него в соответствии со статьей 65 АПК РФ возлагается обязанность доказать, что работы им выполнены качественно, а возникшие в период гарантийного срока недостатки (дефекты) обусловлены ненадлежащей эксплуатацией объекта либо возникли по иным причинам, за которые ответственность подрядчика не предусмотрена.

При этом в силу пункта 1 статьи 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ. При отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается, что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в смете.

Истец (принявший в 2018 году все работы без замечаний и возражений, в том числе на стадии приемки скрытых работ) в подтверждение довода о том, что обнаруженные недостатки явились следствием ненадлежащего качества выполненных подрядчиком работ, ссылается на заключение экспертизы ООО «Камчатский центр сертификации» от 13.11.2023 № 095/И.

Однако суд не принимает в качестве доказательства указанное заключение и критически оценивает изложенные в нем выводы, прежде всего, исходя из того выводы эксперта основаны на результатах осмотра, состоявшегося 11.10.2023, тогда как уже после осмотра подрядчиком принимались меры к устранению недостатков, составлялся акт осмотра от 26.10.2023, акт устранения недостатков от 09.11.2023, которые заказчиком немотивированно (без замечаний по существу) не подписаны и привлеченным заказчиком экспертом не учитывались. Кроме того, суд обратил внимание на вывод эксперта о несоответствии выполненных подрядчиком работ требованиям технического задания, тогда как в рассматриваемом случае техническое задание к контракту не оформлялось, о чем в дальнейшем укажет эксперт, назначенный судом. Доказательств обратного в материалы дела не представлено и не раскрыто, какое техническое задание передавалось эксперту ООО «Камчатский центр сертификации», положенное в основу его выводов. Также эксперт пришел к выводу, что для устранения дефектов работы необходимо начинать с устройства качественных бетонных оснований с демонтажем существующих стяжек, однако не учел, что в состав работ, возложенных на подрядчика сметой, заказчик такие работы не включал. Экспертное заключение не содержит исследования конструктивных особенностей самого здания и влияния этих особенностей на вероятность воздействия на результат работ.

Поскольку вопрос о качестве выполненных подрядчиком работ и наличии его вины в обнаруженных недостатках является принципиальным для рассмотрения дела, суд назначил судебную строительно-техническую экспертизу, поручив ее проведение экспертной организации, которую предложил истец – обществу с ограниченной ответственностью «Проектная организация «Стройэкспертиза-ПК».

По итогам исследования экспертом подготовлено заключение от 30.11.2024 № ЭЗ.6002/2024, согласно которому, исследуя выявленные недостатки, характер работ, условия заключенного контракта, перечень работ, указанный в смете, эксперт установил, что согласно ведомости объемов и состава работ, подрядчик выполнял объемы только по замене верхнего наплавляемого покрытия кровли корпусов с подготовкой основания из цементно-песчаной стяжки, уложенной на два слоя пленки по существующей конструкции кровли. При этом информация о техническом состоянии нижних слоев конструкции кровли учебного корпуса, общежития и перехода отсутствует в имеющейся договорной документации и материалах аукционной документации. В соответствии со сметным расчетом на здание учебного корпуса из материалов состава работ на «Устройство мелких покрытий (брандмауэры, парапеты, свесы и т.п.) из листовой оцинкованной стали» исключены материалы из оцинкованного листа для выполнения работ, что ставит под сомнение эксплуатационные показатели карнизных свесов при отсутствии отливов.

Эксперт обратил внимание на содержание подготовленного подрядчиком акта осмотра кровли от 26.10.2023, который не подписан заказчиком без мотивированных возражений по его содержанию, а лишь со ссылкой на то, что принявший участие в осмотре заместитель директора учреждения по административно-хозяйственной части не обладает необходимыми полномочиями руководителя учреждения. Проанализировав содержание акта от 26.10.2023, выполненные подрядчиком на основе этого акта работы по устранению недостатков, произведя самостоятельный визуальный осмотр объекта в присутствии сторон, результаты которого отражены в пункте 11 заключения и в отраженной в заключении фототаблице, эксперт установил, что выводы заказчика в письме от 05.12.2023 № 444 относительно превышения стоимости устранения дефектов над стоимостью работ по контракту основаны не на результатах осмотра кровли, а лишь на заключении ООО «Камчатский центр сертификации» от 13.11.2023 № 095/И, согласно которому осмотр объекта произведен 11.10.2023, то есть до установления повреждений и/или дефектов покрытия кровли совместно подрядчиком и представителем заказчика и составления акта.

При визуальном осмотре кровли экспертом учтено состояние самого здания, на котором ответчиком выполнялся ремонт кровли (технические зазоры во всех сборных железобетонных конструкциях, появившиеся, вероятно, вследствие землетрясений), и установлено, что работы по ремонту кровли выполнены по существующей ранее конструкции кровли с демонтажем только наплавляемых слоев кровли, которые с высокой вероятностью также не были герметичными, наплавляемая конструкция кровли выполнена с учетом имеющегося зазора между существующими конструктивными элементами и вновь выполненной стяжкой, динамические колебания между элементами конструкций повлекли деформации верхних слоев покрытия с перекосами.

Приходя к выводу, что результат, объем и качество выполненных Обществом работ, а также качество использованных подрядчиком строительных материалов, изделий и конструкций соответствует условиям контракта, эксперт исходил из условий контракта и исполнительной документации в сопоставлении со сметными расчетами, то есть состава работ, который определил сам заказчик в смете. При этом эксперт обратил внимание, что техническое задание к контракту не оформлялось. Объем работ, указанный в сметных расчетах аукционной документации и актах о приемке выполненных работ формы КС-2 от 15.12.2018 № 1, № 2, соответствует объему выполненных подрядчиком работ на трех объектах. Качество работ и результат работ на момент приемки соответствовал требованиям по ремонту наплавляемых слоев кровли, замечания со стороны заказчика отсутствовали. Исполнительная документация в составе актов освидетельствования скрытых работ подписана представителем строительного контроля со стороны заказчика. К актам приложены сертификаты на используемые материалы при ремонте кровель зданий.

При этом эксперт отметил, что требования нормативной документации к устройству кровель из битумосодержащих и полимерных рулонных материалов при проектировании, реконструкции и капитальном ремонте должны соответствовать своду правил СП 17.13330.2017 «Кровли». Однако эти требования применяются при разработке проектных решений для конкретных объектов с учетом их технологических особенностей, а не для отдельных элементов покрытий с различными условиями выполнения работ. Поскольку подрядчиком не выполнялся капитальный ремонт или реконструкция кровли, а выполнен локальный ремонт замены наплавляемого покрытия с выравнивающей стяжкой по пленке с примыканием к существующим конструкциям кровли без нормативных требований, такие требования мог установить заказчик при формировании технического задания, но не сделал этого, а само техническое задание не оформлялось. Подрядчик произвел работы в соответствии с составом работ сметного расчета. Ни при выполнении работ, ни по их окончании замечания от специалиста строительного контроля заказчика не поступали, то есть результат работ соответствовал ожиданиям заказчика и условиям контракта.

С учетом изложенного эксперт пришел к выводу о возможности утверждать, что спустя несколько лет результат выполнения ремонта части конструкции кровли без замены конструкции всей кровли с разработкой технических решений с учетом конструктивных особенностей объекта не может обеспечить долговременную нормальную эксплуатацию кровли. Состояние нижних слоев конструкции кровли под пленкой не известно. Заказчик, фактически уклонился от осмотров объекта совместно с подрядчиком для установления дефектов и описания видимых недостатков конструкции кровли, выявления причин перекосов и разрывов покрытия.

По вопросу о потребительской ценности для заказчика результата выполненных подрядчиком работ эксперт пришел к выводу, что потребительская ценность результата работ для заказчика имеется на непродолжительном периоде эксплуатации кровли, учитывая, что качество работ на момент приемки соответствовало требованиям по ремонту наплавляемых слоев кровли, замечания со стороны заказчика отсутствовали, исполнительная документация в составе актов освидетельствования скрытых работ согласована представителем строительного контроля со стороны заказчика, к актам приложены сертификаты на используемые материалы при ремонте кровель зданий, заказчик использует результат выполнения работ с 2018 года, при этом конструктивное и нормативное состояние конструкций нижних слоев кровли неизвестно.

По итогам осмотра объекта эксперт установил, что наплавленные ранее (до ремонта кровли подрядчиком) верхние слои кровли имели те же дефекты в виде перекосов и разрывов покрытия, что и замененное покрытие. Соответственно, простая замена покрытия без учета сейсмозащитных мероприятий для обеспечения целостности конструкции кровли не может обеспечить нормативную эксплуатацию кровли.

Отвечая на вопрос о недостатках работ, эксперт указал, что учитывая результаты визуального и документарного анализа объекта, а также исследования по вопросам № 1 и № 2, можно сделать вывод о том, что скрытыми недостатками конструкции кровли являются дефекты устройства нижних слоев кровельного покрытия, приведшие к повреждению верхних слоев примыканий и, как следствие, к образованию протечек, прогрессирующих с течением времени эксплуатации. Повреждение верхних слоев в местах примыканий к вертикальным конструкциям наплавленного покрытия кровли с перекосом и разрывами материала по всей протяженности, не относится к недостаткам работ, так как имеет характерное механическое повреждение из-за динамических (сейсмических) колебаний конструкций здания. Также эксперт обратил внимание, что намокание несущих конструкций внутри здания в зимний период времени при отрицательных температурах могут свидетельствовать о наличии мостика холода от парапета, как следствие промерзании бетонных конструкций, образования конденсата внутри помещений, которые и приводят к отслоению отделочных слоев. Однако утепление поверхности парапета со стороны крыши не предусмотрено условиями контракта.

По выводу эксперта, основанному на полном исследовании и анализе предыдущих вопросов, недостатки (дефекты) выполненных Обществом работ в сопоставлении с условиями контракта отсутствуют. Возникающие протечки кровли, не являются следствием каких-либо недостатков производства работ подрядчиком, а являются недостатками технологии выполнения работ, предложенной заказчиком в сметных расчетах с учетом зимнего периода их выполнения, выразившиеся в отсутствии предварительного обследования кровли для установления необходимости объема фактического ремонта и причин устранения, существующих ранее дефектов, соответственно возможности разработки технических решений для их устранения в техническом задании определенных требований к выполнению работ.

Из положений части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ следует, что заключение экспертизы является одним из видов доказательств и подлежит оценке судом в совокупности с иными представленными в дело доказательствами.

Оценив представленное в материалы дела по результатам проведенной судебной строительно-технической экспертизы заключение от 30.11.2024 № ЭЗ.6002/2024, суд установил, что судебная экспертиза проведена в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ, а также Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», подлежащим применению к негосударственным экспертным организациям, экспертам с учетом ограничений, указанных в статье 41 данного закона. Экспертиза проведена экспертом компетентной организации, имеющим соответствующую квалификацию и образование. Доказательства, свидетельствующие о заинтересованности эксперта в исходе дела или наличии иных обстоятельств, которые могли вызвать сомнение в его беспристрастности, материалы дела не содержат. Заключение эксперта содержит ответы на поставленные перед ним вопросы, которые понятны, непротиворечивы, отсутствует двоякое толкование, следуют из проведенного исследования, подтверждены фактическими данными.

Таким образом, заключение, подготовленное экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, отвечает установленным требованиям действующего законодательства, выполнено квалифицированным специалистом, содержит все необходимые сведения и является надлежащим доказательством по делу. Оснований для признания экспертного заключения ненадлежащим доказательством судом не установлено, выводы эксперта не опровергнуты.

Доводы истца о ненадлежащей квалификации эксперта суд отклоняет как противоречащие документам, приложенным к экспертному заключению, а также представленным самим же истцом при заявлении ходатайства об избрании в качестве экспертной организации именно общества с ограниченной ответственностью «Проектная организация «Стройэкспертиза-ПК», то есть судебная экспертиза поручалась и проводилась именно предложенным истцом экспертом. Попытки истца подвергнуть сомнению квалификацию эксперта, им же самим предложенного, с учетом результата экспертизы, который не устроил истца, оцениваются судом как не соответствующие требованиям статей 1, 10 ГК РФ.

Ссылка истца в опровержение выводов эксперта на рецензию от 31.01.2025 № НА-25/01/25-1, составленную Национальной Ассоциацией Судебных экспертов, судом отклоняется, поскольку действующее законодательство об экспертной деятельности не предусматривает дачу специалистом заключения на заключение другого независимого эксперта, тем более привлеченного судом и предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (в отличие от рецензента истца). Более того, рецензия отражает лишь субъективное мнение отдельного лица, в то время как заключение судебной экспертизы проведено объективно, на научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, квалификации эксперта, всесторонне и в полном объеме с учетом всех обстоятельств спора. Причем истец, не соглашаясь с выводами эксперта, не заявил ни о назначении дополнительной или повторной экспертизы, ни о вызове эксперта для разъяснений по возникшим у истца вопросам.

Доводы истца о недостоверности заключения эксперта, подготовленного по итогам осмотра иного объекта и без составления акта осмотра, также несостоятельны, поскольку верный объект исследования указан на титульном листе заключения и в разделе 11 «Результаты визуального осмотра», который по структуре соответствует акту осмотра и содержит все необходимые сведения. Указание в первом абзаце раздела 11 иного адреса (ФИО3, д. 25) при одновременном указании верного адреса объекта (Бохняка, д. 13) расценивается судом как опечатка, тем более, что при осмотре присутствовал все тот же представитель Учреждения Пак О.Е., полномочия которого истцом то признаются (при проведении собственных осмотров и при проведении осмотра экспертом, привлеченным истцом), то ставятся под сомнения (при проведении осмотра, организованного ответчиком). При этом на заданный в судебном заседании вопрос суда, относительно того, опровергает ли Пак О.Е. факт осмотра судебным экспертом именно того объекта, на котором ответчик производил работы, представитель истца сообщила, что не выясняла у него данный момент.

Таким образом, по результатам судебной строительно-технической экспертизы, признанной судом надлежащим доказательством, установлено, что ответчик выполнил работы в точном соответствии с заданием заказчика, условиями контракта и составом работ, определенных сметой, технология конкретных работ, порученных ответчику, не нарушена, с учетом всех объективных обстоятельств, при которых ответчик выполнял работы в объеме, определенном заказчиком.

Более того, выполнив работы в соответствии с заданием заказчика и определенным им составом работ, ответчик, тем не менее, регулярно устранял выявляемые заказчиком недостатки, не уклонялся от их устранения, вплоть до обращения истца в суд, тогда как истец, отказавшись от контракта с нарушением установленной законом процедуры, проигнорировал попытки подрядчика передать результат устранения недостатков, не проверил их устранение, которое имело место уже после осмотра эксперта истца, не предоставил подрядчику возможности в досудебном порядке и в установленный законом десятидневный срок ознакомиться с выводами привлеченного истцом эксперта, возразить по нему либо, согласившись, устранить недостатки или переделать работу за свой счет.

На основании совокупности установленных обстоятельств суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска.

Понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ в связи с отказом в иске возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Взыскать с краевого государственного профессионального образовательного бюджетного учреждения «Камчатский педагогический колледж» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Альтаир» 150 000 руб. расходов по оплате судебной экспертизы.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья                                                                                             О.А. Душенкина