Постановление от 29 февраля 2024 г. по делу № А47-5040/2017

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-15825/2023
г. Челябинск
29 февраля 2024 года
Дело № А47-5040/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 22 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 февраля 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой А.Г.,

судей Курносовой Т.В., Ковалевой М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия» ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 06.10.2023 по делу № А47-5040/2017.

В судебном заседании, проведенном в соответствии со ст. 153.1 АПК РФ, путем использования систем видеоконференц-связи, приняли участие:

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия» - ФИО2 (паспорт);

представитель ФИО3 – ФИО4 (паспорт; доверенность от 26.12.2022 сроком на 3 года).


11.10.2018 (отметка экспедиции суда) в арбитражный суд поступило заявление ООО «Уфимский завод каркасного домостроения» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия».

Определением суда от 21.02.2021 заявление ООО «Уфимский завод каркасного домостроения» признано обоснованным; в отношении ООО «Оренстройиндустрия» введено наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО5.

Решением суда от 26.07.2021 (резолютивная часть решения объявлена 20.07.2021) должник признан банкротом с открытием конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 (далее - заявитель) 15.07.2022 (согласно отметке экспедиции суда) обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО3 о признании недействительным договора №18 от 19.10.2015г. уступки прав по договору участия № 3 от 10.02.2015 в долевом строительстве многоквартирного дома и применении последствий недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу 2 899 800 руб.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10.

Определением от 06.10.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Оренстройиндустрия» ФИО2 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что суд не выяснил наличие реальной возможности заключить сделку и оплатить ее в установленные соглашением сроки, за счет собственных денежных средств. Ответчиком и ФИО11 было перечислено 2 137 000 руб., что на 55 000 руб. больше, чем перечислено на расчетный счет должника по кредитному договору. ФИО3, являясь стороной сделки, должна была знать об указанных обстоятельствах, в связи с чем должна была понимать неправомерность своих действий и действий своего супруга по перечислению на их личные счета денежных средств, достаточных для погашения кредитного договора и уплаты по нему процентов, при одновременном оформлении на нее договора уступки прав требования, по которому из собственности должника выбывал ликвидный актив. Суду, когда он делал вывод о расходовании денежных средств, поступивших на счет 26.10.2015, в полном объеме в этот же день, и отсутствии дополнительных поступлений на счет, следует учитывать, что денежные средства являются обезличенными. Суду следовало применить повышенный стандарт доказывания.

Определением от 15.01.2024 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание на 22.02.2024.

В судебном заседании податель жалобы доводы апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 11 сентября 2012 года, между муниципальным унитарным предприятием "Муниципальный имущественный фонд" (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью "Промышленный строительный комплекс" (инвестор) заключен инвестиционный договор № 211 (т.1 л.д. 72-83).

В соответствии с условиями договора, инвестор принимает на себя обязательство по финансированию предпроектных, проектных и строительных работ по строительству жилого дома по адресу: <...>.

В соответствии с Приложением №1 к договору объектом инвестирования, в том числе, является однокомнатная квартира № 26, площадью 64, 44 кв.м., расположенная на 8 этаже указанного дома (т. 1 л.д. 76).

Дополнительным соглашением №5 от 15 мая 2015 года к инвестиционному договору, произведена замена инвестора-общества с ограниченной ответственностью "Промышленный строительный комплекс", новым инвестором-обществом с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия» (должник по делу) (т. 1 л.д. 84-85).

Помимо этого, 10 февраля 2015 года, между муниципальным унитарным предприятием "Муниципальный имущественный фонд" (застройщик) и обществом с ограниченной ответственностью "Промышленный строительный комплекс" (дольщик) заключен договор участия в долевом строительстве многоквартирного дома (т. 2 л.д. 99-103).

В соответствии с условиями договора, застройщик обязуется построить дом и после получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию предоставить дольщику объекты долевого строительства.

В соответствии с соглашением №1 от 15 мая 2015 года к договору долевого участия, в состав участников договора введено обществом с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия»-дольщик №2, который, в свою очередь, получает право на оформление в собственность объектов долевого строительства, указанных в Приложении №3 к договору (в том числе и квартиры №26) (т. 2 л.д. 104-106).

Аналогичное право должника на оформление в собственность квартиры № 26 закреплено и в соглашении №2 от 11 октября 2015 года к договору долевого участия (т. 2 л.д. 107-108).

19 октября 2015 года, между обществом с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия» (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключен договор №18 уступки прав по договору №3 от 10.02.2015 года участия в долевом строительстве многоквартирного дома (т.2 л.д. 110-112).

В соответствии с условиями договора, цедент уступает, а цессионарий принимает право требования к застройщику - муниципальному унитарному предприятию "Муниципальный имущественный фонд" по передаче в собственность <...>.

Впоследствии, по цепочке договоров уступок (цессии) права требования на указанную квартиру передавались третьим лицам ФИО7, ФИО6, ФИО9

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указывал, что договор уступки прав требования №18 от 19 октября 2015 года заключен в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, между аффилированными лицами. Его исполнение повлекло за собой безвозмездный вывод ликвидного актива должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, исходил из недоказанности причинения вреда имущественным правам кредиторов совершенной сделкой.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанным выводом.

Статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Закона о банкротстве предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абз. 3 - 5 данного пункта.

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: - руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; - лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; - лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии разъяснениями, содержащимися в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», судам, в случае оспаривания подозрительной сделки надлежит проверять наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка совершена 19.10.2015, производство по делу о банкротстве возбуждено 15.05.2017.

Следовательно, оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

Судом в ходе судебного разбирательства было установлено, что оспариваемая сделка совершена между аффилированными лицамиобществом с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия» в лице директора ФИО10 и его женой ФИО3

Указанное обстоятельство никем из лиц, участвующих в споре не оспаривается.

Однако, как верно указал суд, сам по себе факт аффилированности не является безусловным основанием для признания сделки недействительной в отсутствие доказательств совершения сделки в ущерб его кредиторам. Совершение сделок между аффилированными лицами действующим законодательством не запрещено.

В обосновании довода о причинении ущерба интереса должника конкурсный управляющий ссылался на безвозмездность сделки со стороны ответчика, т.е. на отсутствие факт равноценного встречного предоставления.

Судом установлены следующие обстоятельства.

В соответствии с п. 9. договора уступки прав №18 от 19 октября 2015 года, размер оплаты за уступленное право требования составляет 3 800 000 рублей и осуществляется цессионарием следующим образом:

- 1 718 000 рублей выплачивается за счет собственных средств;

- 2 082 000 рублей выплачивается за счет кредитных денежных средств, на основании кредитного договора № <***> от 19.10.2015 года.

Из материалов спора усматривается, что действительно, 19.10.2015 года, между ПАО "Сбербанк России" и созаемщиками ФИО10 и ФИО3 был заключен кредитный договор № <***>, в соответствии с которым созаемщикам был выдан кредит в сумме 2 082 000 рублей с целевым назначением - инвестирование строительства <...> (п.п. 1, 11 договора) (т. 1 л.д. 24-29).

Платежным поручением № 264245 от 26.10.2015 года денежные средства в сумме 2 082 000 рублей перечислены должнику с назначением платежа-"оплата по договору №18 от 19 октября 2015 года (т. 1 л.д. 30).

Конкурсный управляющий, не оспаривая реальность кредитного договора и факт перечисления полагал, что, фактически, данные денежные средства были использованы в интересах супругов Ш-ных, поскольку менее чем через 1 месяц с момента перечисления были перечислены следующим образом:

-20.11.2015 года перечислено ФИО10 в счет возврата займа 412 000 рублей (т. 2 л.д. 145);

-20.11.2015 года перечислено в ПАО "МДМ Банк" 1 525 000 рублей в счет оплаты кредитной задолженности ФИО3 (т. 2 л.д. 146);

-20.11.2015 года перечислено ФИО10 в счет возврата займа 200 000 рублей (т. 2 л.д. 147).

Отклоняя данный довод, суд исходил из того, что согласно выписке о движении денежных средств по расчетному счету должника, денежные средства в сумме 2 082 000 рублей поступившие 26.10.2015 года были в полном объеме израсходованы в этот же день (т. 3 л.д. 37) для оплаты текущих расходов-оплаты задолженности за оказанные услуги, приобретение строительных материалов, оплату банковских комиссий и т.п. При этом никаких дополнительных поступлений на счет должника в этот же период, что затрудняло бы идентификацию поступивших и израсходованных денежных средств, не было.

Доказательств неправомерности либо подозрительности произведенных платежей, за счет полученных кредитных денежных средств, в материалы спора не представлено.

Следовательно, их расходование способом, указанным конкурсным управляющим, было невозможно.

Согласно той же выписке, указанные платежи были произведены за счет денежных средств поступивших на счет должника 20.11.2015 года в сумме 2 000 000 рублей от ФИО12 и 1 592 000 рублей от ООО "ОПК-56" (т. 3 л.д. 40).

В части оплаты стоимости приобретенного права требования за счет собственных денежных средств в сумме 1 718 000 рублей ответчик указывал, что 14 октября 2016 года, между ФИО3 (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия» (покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры (т.2 л.д. 142-144).

В соответствии с условиями договора, продавец продал, а покупатель приобрел жилое помещение, расположенное по адресу: <...>.

Стоимость продаваемого жилого помещения стороны согласовали в размере 3 300 000 рублей (п. 2.1. договора).

Согласно пояснениям ответчика денежные средства в указанной сумме были получены её в наличной форме, а необходимая для оплаты договора уступки часть была внесена наличными денежными средствами в кассу должника, что подтверждается корешком к ПКО №78 от 19 августа 2016 года (т.1 л.д. 31).

Суд критически отнесся к заявленным доводам.

В материалах спора отсутствуют какие-либо доказательств свидетельствующие о наличии у должника наличных денежных средств (в кассе либо снятии с расчетного счета) в сумме 3 300 000 рублей и их последующей передаче ФИО3

Равным образом, корешок к ПКО №78 от 19 августа 2016 года не может быть использован в качестве доказательства частичной оплаты приобретенного права требования поскольку датирован 19 августа 2016 года, т.е. за 3 месяца до заключения договора купли-продажи, имеет иное назначение платежа-"оплата по соглашению №31 от 23.02.2016 года", по данным бухгалтерской документации должника факт внесения наличных денежных средств не подтверждается, оригинал документы в материалы спора не представлен. Вместе с тем, установленный факт безденежности указанного договора не повлек за собой причинение вреда должнику.

Из материалов спора усматривается, что договор купли-продажи прошел государственную регистрацию перехода права собственности и вышеуказанное жилое помещение поступило в собственность должнику.

Следовательно, никакого умаления имущественной сферы должника на 1 718 000 рублей не произошло.

Более того, в счет оплаты по уступленному праву требования должник получил в собственность объект недвижимого имущества стоимостью 3 300 000 рублей.

Более того, постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 года по настоящему делу было установлено, что данная квартира была реально использована должником для погашения задолженности перед обществом с ограниченной ответственностью «АСК-ГРУПП» путем заключения соглашения о зачете взаимных требований от 31.03.2017 года.

При этом, то обстоятельство, что для цели оплаты задолженности и перехода права собственности между сторонами был использован тот же механизм заключения формального договора купли-продажи, определяющего значения не имеет.

Данный подход правовой подход апелляционного суда, суд первой инстанции посчитал возможным использовать и при оценке сходных фактических обстоятельств в рамках настоящего спора.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что, хотя оспариваемая сделка и была заключена в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и между аффилированными лицами, она носила реальный и рыночный характер, а должник, при её исполнении, получил реальное и равноценное встречное представление в виде кредитных денежных средств в сумме 2 082 000 рублей и жилого помещения, расположенного по адресу: <...> стоимостью 3 300 000 рублей.

Суд также учитывал, что в последующем ответчик ФИО3 осуществила гашение кредитной задолженности по кредитному договору № <***> от 19.10.2015 года за счет собственных денежных средств в своей подавляющей части полученных от последующей реализации приобретенного права требования последующему приобретателю ФИО7 по договору уступки от 01 ноября 2019 года и последующему внесению вырученных денежных средств в сумме 1 820 480 рублей в ПАО "Сбербанк России" для досрочного погашения задолженности (т.2 л.д. 124-129, 138-141).

В силу изложенного, довод конкурсного управляющего об умышленном заключении кредитного договора и погашения кредитной задолженности за счет средств должника также отклонен.

Суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой фактических обстоятельств дела судом.

Доводы о том, что суд не применил повышенный стандарт доказывания: не выяснил наличие реальной возможности заключить сделку и оплатить ее в установленные соглашением сроки, за счет собственных денежных средств; ответчиком и ФИО11 было перечислено на 55 000 руб. больше, чем перечислено на расчетный счет должника по кредитному договору; ФИО3, являясь стороной сделки, должна была понимать неправомерность своих действий и действий своего супруга по перечислению на их личные счета денежных средств, достаточных для погашения кредитного договора и уплаты по нему процентов, при одновременном оформлении на нее договора уступки прав требования, по которому из собственности должника выбывал ликвидный актив; вывод суда о расходовании денежных средств, поступивших на счет 26.10.2015, в полном объеме в этот же день, и отсутствии дополнительных поступлений на счет, сделан без учета того, что денежные средства являются обезличенными; суду следовало применить повышенный стандарт доказывания, отклоняются.

В соответствии с п. 9. договора уступки прав №18 от 19 октября 2015 года, размер оплаты за уступленное право требования составляет 3 800 000 рублей и осуществляется цессионарием следующим образом:

- 1 718 000 рублей выплачивается за счет собственных средств;

- 2 082 000 рублей выплачивается за счет кредитных денежных средств, на основании кредитного договора № <***> от 19.10.2015 года.

Из материалов спора усматривается, что действительно, 19.10.2015 года, между ПАО "Сбербанк России" и созаемщиками ФИО10 и ФИО3 был заключен кредитный договор № <***>, в соответствии с которым созаемщикам был выдан кредит в сумме 2 082 000 рублей с целевым назначением - инвестирование строительства <...> (п.п. 1, 11 договора) (т. 1 л.д. 24-29).

Платежным поручением № 264245 от 26.10.2015 года денежные средства в сумме 2 082 000 рублей перечислены должнику с назначением платежа-"оплата по договору №18 от 19 октября 2015 года (т. 1 л.д. 30).

Конкурсный управляющий, не оспаривая реальность кредитного договора и факт перечисления полагал, что, фактически, данные денежные средства были использованы в интересах супругов Ш-ных, поскольку менее чем через 1 месяц с момента перечисления были перечислены следующим образом:

-20.11.2015 года перечислено ФИО10 в счет возврата займа 412 000 рублей (т. 2 л.д. 145);

-20.11.2015 года перечислено в ПАО "МДМ Банк" 1 525 000 рублей в счет оплаты кредитной задолженности ФИО3 (т. 2 л.д. 146);

-20.11.2015 года перечислено ФИО10 в счет возврата займа 200 000 рублей (т. 2 л.д. 147).

Отклоняя данный довод, суд исходил из того, что согласно выписке о движении денежных средств по расчетному счету должника, денежные средства в сумме 2 082 000 рублей поступившие 26.10.2015 года были в полном объеме израсходованы в этот же день (т. 3 л.д. 37) для оплаты текущих расходов-оплаты задолженности за оказанные услуги, приобретение строительных материалов, оплату банковских комиссий и т.п. При этом никаких дополнительных поступлений на счет должника в этот же период, что затрудняло бы идентификацию поступивших и израсходованных денежных средств, не было.

Доказательств неправомерности либо подозрительности произведенных платежей, за счет полученных кредитных денежных средств, в материалы спора не представлено.

Следовательно, их расходование способом, указанным конкурсным управляющим, было невозможно.

Согласно той же выписке, указанные платежи были произведены за счет денежных средств поступивших на счет должника 20.11.2015 года в сумме 2 000 000 рублей от ФИО12 и 1 592 000 рублей от ООО "ОПК-56" (т. 3 л.д. 40).

В части оплаты стоимости приобретенного права требования за счет собственных денежных средств в сумме 1 718 000 рублей ответчик указывал, что 14 октября 2016 года, между ФИО3 (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия» (покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры (т.2 л.д. 142-144).

В соответствии с условиями договора, продавец продал, а покупатель приобрел жилое помещение, расположенное по адресу: <...>.

Стоимость продаваемого жилого помещения стороны согласовали в размере 3 300 000 рублей (п. 2.1. договора).

Согласно пояснениям ответчика денежные средства в указанной сумме были получены её в наличной форме, а необходимая для оплаты договора уступки часть была внесена наличными денежными средствами в кассу должника, что подтверждается корешком к ПКО №78 от 19 августа 2016 года (т.1 л.д. 31).

Суд критически отнесся к заявленным доводам.

В материалах спора отсутствуют какие-либо доказательств свидетельствующие о наличии у должника наличных денежных средств (в кассе либо снятии с расчетного счета) в сумме 3 300 000 рублей и их последующей передаче ФИО3

Равным образом, корешок к ПКО №78 от 19 августа 2016 года не может быть использован в качестве доказательства частичной оплаты приобретенного права требования поскольку датирован 19 августа 2016 года, т.е. за 3 месяца до заключения договора купли-продажи, имеет иное назначение платежа-"оплата по соглашению №31 от 23.02.2016 года", по данным бухгалтерской документации должника факт внесения наличных денежных средств не подтверждается, оригинал документы в материалы спора не представлен. Вместе с тем, установленный факт безденежности указанного договора не повлек за собой причинение вреда должнику.

Из материалов спора усматривается, что договор купли-продажи прошел государственную регистрацию перехода права собственности и вышеуказанное жилое помещение поступило в собственность должнику.

Следовательно, никакого умаления имущественной сферы должника на 1 718 000 рублей не произошло.

Более того, в счет оплаты по уступленному праву требования должник получил в собственность объект недвижимого имущества стоимостью 3 300 000 рублей.

Более того, постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2023 года по настоящему делу было установлено, что данная квартира была реально использована должником для погашения задолженности перед обществом с ограниченной ответственностью «АСК-ГРУПП» путем заключения соглашения о зачете взаимных требований от 31.03.2017 года.

При этом, то обстоятельство, что для цели оплаты задолженности и перехода права собственности между сторонами был использован тот же механизм заключения формального договора купли-продажи, определяющего значения не имеет.

Данный подход правовой подход апелляционного суда, суд первой инстанции посчитал возможным использовать и при оценке сходных фактических обстоятельств в рамках настоящего спора.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что, хотя оспариваемая сделка и была заключена в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и между аффилированными лицами, она носила реальный и рыночный характер, а должник, при её исполнении, получил реальное и равноценное встречное представление в виде кредитных денежных средств в сумме 2 082 000 рублей и жилого помещения, расположенного по адресу: <...> стоимостью 3 300 000 рублей.

Суд также учитывал, что в последующем ответчик ФИО3 осуществила гашение кредитной задолженности по кредитному договору № <***> от 19.10.2015 года за счет собственных денежных средств в своей подавляющей части полученных от последующей реализации приобретенного права требования последующему приобретателю ФИО7 по договору уступки от 01 ноября 2019 года и последующему внесению вырученных денежных средств в сумме 1 820 480 рублей в ПАО "Сбербанк России" для досрочного погашения задолженности (т.2 л.д. 124-129, 138-141).

В силу изложенного, довод конкурсного управляющего об умышленном заключении кредитного договора и погашения кредитной задолженности за счет средств должника также отклонен.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно признал заявление арбитражного управляющего о взыскании вознаграждения также подлежащим удовлетворению и не усмотрел оснований для снижения.

Определение арбитражного суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе должника в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 06.10.2023 по делу № А47-5040/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оренстройиндустрия» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья


Судьи




А.Г. Кожевникова


Т.В. Курносова


М.В. Ковалева