Постановление от 19 сентября 2025 г. по делу № А53-31652/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-31652/2023
город Ростов-на-Дону
20 сентября 2025 года
15АП-8054/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 10 сентября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 сентября 2025 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сулименко Н.В., судей Димитриева М.А., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Пилипенко Н.В.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: представители ФИО2 по доверенности от 18.09.2023, ФИО3 по доверенности от 12.10.2023;

от Прокуратуры Ростовской области: представитель ФИО4, удостоверение от 09.10.2024;

от Федеральной налоговой службы по Ростовской области: представитель ФИО5 по доверенности от 10.02.2025,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Ростовской области от 28.05.2025 по делу № А53-31652/2023 по иску ИФНС России по г. Таганрогу к ФИО1, ФИО6, ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области (далее - уполномоченный орган) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о привлечении ФИО1 (далее - ФИО1), ФИО8 (далее - ФИО9) к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Таганрогский Колбасный Завод» (далее - должник, ООО «Таганрогский Колбасный Завод») и взыскании солидарно с ответчиков в пользу уполномоченного органа задолженности в размере 86 889 109,22 руб., из которой: основной долг - 47 836 455 руб., пени - 30 279 531,22 руб., штраф - 8 773 123 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 17.06.2024 производство по делу приостановлено до установления правопреемника умершего 06.03.2024 ФИО8

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 04.12.2024 произведена процессуальная замена ответчика - ФИО8 на его наследников, принявших

наследство в установленном законом порядке - ФИО6 и ФИО7.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 28.05.2025 по делу № А53-31652/2023 исковые требования удовлетворены частично. ФИО1, ФИО6 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Таганрогский колбасный завод». В солидарном порядке с ФИО1, ФИО6 в пользу ФНС России взысканы денежные средства в размере 78 115 986,22 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с решением Арбитражного суда Ростовской области от 28.05.2025 по делу № А53-31652/2023, ФИО1 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое решение отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что судом не установлено, что ФИО1 участвовал в создании схемы дробления бизнеса, в связи с этим основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отсутствуют. Суд первой инстанции не установил и не указал, какие противоправные и недобросовестные действия совершены ответчиком; выводы суда первой инстанции фактически основаны на результатах проведенной в отношении должника налоговой проверки и решении инспекции о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения. Апеллянт указал, что судом первой инстанции не учтены показания свидетелей, данные в рамках уголовного дела, которые указали на непричастность ФИО1 к выявленному факту неуплаты обществом налогов.

В отзыве на апелляционную жалобу уполномоченный орган просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности решения суда первой инстанции только в обжалуемой части не заявлено.

Законность и обоснованность решения Арбитражного суда Ростовской области от 28.05.2025 по делу № А53-31652/2023 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, только в обжалуемой части

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «Таганрогский Колбасный Завод» зарегистрировано в качестве юридического лица 07.02.2009, вид деятельности - производство продукции из мяса убойных животных и мяса птицы, ОКВЭД -10.13.

Основанием для обращения уполномоченного органа в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности послужил вывод налогового органа о том, что ответчики совершили действия, повлекшие неплатежеспособность должника; сумма иска определена уполномоченным органом

исходя из размера задолженности ООО «Таганрогский Колбасный Завод» перед бюджетом, которая установлена решением инспекции о привлечении ООО «Таганрогский Колбасный Завод» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 28.06.2021 № 6, которое принято по итогам выездной налоговой проверки.

В обоснование заявленного требования инспекция указала следующие обстоятельства.

В период с 30.08.2019 по 17.08.2020 налоговым органом проведена выездная проверка в отношении ООО «Таганрогский Колбасный Завод» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов, сборов, страховых взносов за период 01.01.2016 -31.12.2018, по результатам которой вынесено решение от 28.06.2021 № 6 о привлечении ООО «Таганрогский Колбасный Завод» к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому обществу доначислены налоги, пени и штрафы в размере 86 889 109,22 руб., в том числе: основной долг - 47 836 455 руб., пени - 30 279 531,22 руб., штраф - 8 773 123 руб.

Инспекция по итогам проведенной выездной налоговой проверки пришла к выводу о том, что обстоятельства, установленные в ходе проверки, свидетельствуют о формальном разделении (дроблении) бизнеса, а также о том, что должностными лицами ООО «ТКЗ» допущено сознательное искажение бухгалтерской и налоговой отчетности, сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете, либо налоговой отчетности налогоплательщика, что является нарушением положений пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 28.07.2021 по делу № А53-45261/2021, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 16.02.2023, решение уполномоченного органа от 28.06.2021 № 6 по результатам выездной налоговой проверки оставлено без изменения.

В соответствии со статьей 69 Налогового кодекса Российской Федерации должнику направлены требования об уплате налога (сбора) с указанием неуплаченной суммы налога (сбора), а также об обязанности уплатить в установленный срок неуплаченную сумму налога (сбора) № 40508 от 11.10.2021 на сумму 77 897 780,72 руб., № 4470 от 22.02.2022 на сумму 2 461 976,87 руб., № 5307 от 09.03.2022 на сумму 29,38 руб., № 28232 от 20.04.2022 на сумму 2 025 781,04 руб., № 49554 от 12.08.2022 на сумму 5 268 059,64 руб.

В соответствии со статьей 46 Налогового кодекса Российской Федерации налоговым органом принято решение о взыскании задолженности за счет денежных средств на счетах налогоплательщика № 5389 от 15.11.2021 на сумму 75 421 352,72 руб., № 1565 от 27.04.2022 на сумму 335 376,87 руб., № 1847 от 22.06.2022 на сумму 2 025 810,42 руб., № 3567 от 05.10.2022 на сумму 5 268 59,64 руб.

В связи с отсутствием денежных средств на счетах налогоплательщика, в соответствии со статьей 47 Налогового кодекса Российской Федерации налоговым органом приняты постановления о взыскании денежных средств за счет имущества должника: № 126 от 17.02.2022 на сумму 75 421 352,72 руб., № 1091 от 28.07.2022 на сумму 2 361 187,29 руб.

В отношении должника возбуждены исполнительные производства № 975033930/6118 от 25.08.2022, № 699435985/6176 от 22.02.2022.

Вынесено постановление о наложении ареста от 28.02.2022.

Однако должник не исполнил обязанность по уплате обязательных платежей в бюджет Российской Федерации.

Уполномоченный орган обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании ООО «Таганрогский Колбасный Завод» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 22.08.2023 по делу № А53-14933/2023 производство по делу о банкротстве по заявлению уполномоченного органа о признании ООО «Таганрогский Колбасный Завод» несостоятельным (банкротом) прекращено в связи с отсутствием источников финансирования процедуры банкротства.

Со ссылкой на положения пункта 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) уполномоченный орган заявил о наличии оснований для привлечения ФИО1, ФИО6 и ФИО7 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Таганрогский Колбасный Завод».

Выводы суда первой инстанции в части привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Таганрогский Колбасный Завод» и в части отказа в привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не оспариваются сторонами и в силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежат проверке судом апелляционной инстанции.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Субсидиарная ответственность лиц, контролирующих должника-банкрота, регулируется положениями Закона о банкротстве.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с этим при ее применении судами должны учитываться общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Вред, причиненный имущественным правам кредиторов, в силу статьи 2 Закона о банкротстве состоит в уменьшении стоимости или размера имущества должника и (или) увеличении размера имущественных требований к должнику, а также иных последствиях совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящих к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». Новая глава содержит материально-правовые нормы, регулирующие основания и условия для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также процессуальные положения, устанавливающие порядок подачи и правила рассмотрения соответствующих заявлений.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017 и вменяемые контролирующим должника лицам действия (бездействие) имели место после указанной даты, то заявление подлежит рассмотрению в соответствии с нормами главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

По общему правилу заявления о привлечении лица к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным Законом о банкротстве, подлежат рассмотрению в деле о банкротстве. Исключения из общего правила предусмотрены статьями 61.19, 61.20 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 данного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований

для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

После возвращения заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, уполномоченный орган вправе обратиться в суд в общеисковом порядке с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или о возмещении ими убытков (статьи 61.14 и 61.20 Закона о банкротстве).

На основании изложенного, уполномоченный орган, как заявитель по делу о банкротстве ООО «Таганрогский Колбасный Завод» (дело № А53-14933/2023), имеет право на обращение с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве.

При рассмотрении иска по существу суд установил, что ФИО1 является единственным учредителем должника с 07.02.2009.

Уполномоченный орган указал, что по результатам проведенных в отношении ООО «Таганрогский Колбасный Завод» мероприятий налогового контроля установлен факт создания контролирующими должника лицами схемы по «дроблению бизнеса» путем использования льготного режима налогообложения УСН тремя вновь созданными хозяйствующими субъектами. Данная схема направлена на предупреждение превышения предельного лимита выручки и численности организации, для получения и сохранения права на применение упрощенной системы налогообложения с целью уменьшения налоговых платежей и получения необоснованной налоговой экономии в виде неуплаты налогов по общей системе налогообложения предприятием ООО «Таганрогский Колбасный Завод».

Заявитель указал, что ФИО1 с момента образования ООО «Таганрогский Колбасный Завод» являлся единственным учредителем и осуществлял фактическое руководство должником, несмотря на то, что с 27.08.2013 на должность руководителя должника назначен ФИО8 Учредитель должника ФИО1 умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, занимался «дроблением» деятельности ООО «Таганрогский Колбасный Завод» с намерением исказить объекты налогообложения и снизить налоговое бремя путем неправомерного применения специальных режимов налогообложения, что противоречит нормам пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Уполномоченный орган указал, что ФИО1, создавая в 2009 году ООО «Таганрогский Колбасный Завод», использовал действующее законодательство для создании «схемы» дробления бизнеса с целью ухода от общей системы налогообложения и ухода от уплаты налога на прибыль, налога на имущество организаций и налога на

добавленную стоимость (НДС), что повлекло за собой нанесение ущерба государству в виде неуплаты налогов.

Налоговый орган установил факт необоснованного вывода денежных средств в размере 129 800 100 руб. в пользу учредителя должника, сэкономленных в результате применения незаконной налоговой оптимизации.

Указанные действия привели к последующей невозможности общества рассчитаться по своим обязательствам, причинили вред имущественным правам должника, кредиторов и послужили возникновению признаков банкротства должника.

Противоправные действия ФИО1 установлены решением налогового органа от 28.06.2021 № 6 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которое в силу пункта 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, является доказательством при рассмотрении настоящего спора.

Уполномоченный орган заявил требование о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника заявитель связывает с совершением ответчиком неправомерных действий, направленных на уменьшение активов должника, повлекших невозможность погашения задолженности перед кредитором.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что обстоятельства, установленные выездной налоговой проверкой, в совокупности и взаимной связи свидетельствуют о формальном разделении (дроблении) бизнеса, а также о том, что должностными лицами ООО «Таганрогский Колбасный Завод» ФИО1 при соучастии ФИО8 допущено сознательное искажение бухгалтерской и налоговой отчетности, сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете, либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Так, при анализе информации о поступивших на личные счета физического лица ФИО1 денежных средств установлено, что за период 2016 - 2018гг. поступило посредством внесения наличных денежных средств 129 800 100 руб. (ФИО1 внес на счет 117,4 млн. руб. и ФИО10 (главный бухгалтер ООО «Таганрогский Колбасный Завод») внес на счет 12 400 000 руб., при полученном доходе согласно справкам 2-НДФЛ в размере 774 175 руб. Поступившие денежные средства не были задекларированы как доходы от предпринимательской деятельности или как доходы физического лица - ФИО1

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО1 являлся бенефициаром деятельности ООО «Таганрогский Колбасный Завод», создал схему организации бизнеса, в результате которой извлекал выгоду из незаконной деятельности должника, ставшей причиной его объективного банкротства, а также координировал указанную деятельность.

Выводы суда первой инстанции соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (например, любые неформальные личные отношения, в том числе установленные оперативно-разыскными мероприятиями, например, совместное проживание (в том числе состояние в гражданском браке), длительная совместная служебная деятельность (в том числе военная служба, гражданская служба), совместное обучение (одноклассники, однокурсники) и прочее).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума ВС РФ № 53, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 постановления Пленума ВС РФ № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим лицом (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы

действия контролирующего лица соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

Судебная практика выработала совокупность косвенных признаков, свидетельствующих о наличии группы и подконтрольности ее единому центру. В частности, об этом могут свидетельствовать следующие обстоятельства:

- действия названных субъектов синхронны при отсутствии к тому объективных экономических причин;

- они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы;

- данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.

В свою очередь, субъекту субсидиарной ответственности при защите против предъявленного иска недостаточно ограничиться только отрицанием обстоятельств, на которых настаивает заявитель.

В пункте 21 постановления Пленума ВС РФ № 53 разъясняется, что, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности,

и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В этой связи, заявитель при обращении с подобным заявлением обязан доказать наличие ряда фактических обстоятельств, а именно: факта наличия у ответчика признаков контролирующего должника лица, факта совершения сделки вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, факт существенной убыточности сделки для должника, а также то, что совершение данных сделок привело к банкротству должника.

Вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание условий, при которых кредиторы не могут получить полное исполнение обязательства за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника.

По смыслу разъяснений, содержащихся в абзаце четырнадцатом пункта 24 постановления Пленума ВС РФ № 53, и правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 305-ЭС19-13326, лицо, являющееся сопричинителем вреда кредиторам, наряду с контролирующими должника лицами, как участник операций по выводу активов должника, также несет субсидиарную ответственность перед кредиторами должника, даже если он не является формально-юридически его контролирующим лицом.

Таким образом, Законом о банкротстве предусматривается возможность привлечения к субсидиарной ответственности не только контролирующих должника лиц, но и лиц, получивших выгоду за счет совершения должником неправомерных действий. Соответственно, подлежит установлению факт получения выгоды на стороне ответчика.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в результате мероприятий налогового контроля, проведенных в ходе выездной налоговой проверки в отношении ООО «Таганрогский Колбасный Завод», за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 выявлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих об использовании проверяемым налогоплательщиком искусственного «дробления» бизнеса, с целью ухода от общей системы налогообложения и, как следствие, не исчисления налога на добавленную стоимость и налога на прибыль организации, налога на имущество, страховых взносов всего на сумму более 50 000 тыс. руб., используя подконтрольные лица - ИП ФИО11 и ООО «Таганрогские Колбасы», применяющие специальные налоговые режимы (упрощенную систему налогообложения и ЕНВД).

В рамках выездной налоговой проверки установлены обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий ООО «Таганрогский Колбасный Завод», ИП ФИО11, ООО «Таганрогские Колбасы», а также доказательства их подконтрольности одному лицу при ведении хозяйственной деятельности при реализации колбасных изделий через ИП ФИО11 и ООО «Таганрогские Колбасы» под единым товарным знаком.

ФИО1 обладал возможностями для распределения финансовых результатов деятельности хозяйствующих субъектов, с целью применения льготных режимов налогообложения: упрощенной системы налогообложения и единого налога на вмененный доход, и ухода от уплаты налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, что подтверждается мероприятиями налогового контроля, проведенными в соответствии со статьями 90, 92, 93, 93.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Инспекция пришла к выводу, что учредитель ООО «Таганрогский Колбасный Завод» ФИО1 умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, искусственно дробил деятельность ООО «Таганрогский Колбасный Завод», с намерением исказить объекты налогообложения и неправомерно снизить налоговое бремя, путем неправомерного применения специальных режимов налогообложения, что противоречит нормам пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Первоначально свидетельство о государственной регистрации предпринимателя выдано ФИО1 Администрацией г. Таганрога Ростовской области 11.07.1997 (вид деятельности с 28.06.2000 - Переработка и консервирование мяса и мясной пищевой продукции (ОКВЭД 10.1)).

07.02.2009 ФИО1 зарегистрировал в ИФНС России по г. Таганрогу ООО «Таганрогский колбасный завод» (ООО «ТКЗ»), в котором являлся директором и учредителем с долей участия 100 %. Адрес регистрации ООО «ТКЗ»: <...>. По адресу местонахождения ООО «Таганрогский Колбасный Завод» расположен колбасный цех, который является собственностью ФИО1 (дата фактической постановки на учет колбасного цеха - 29.05.2009).

Основной вид деятельности ООО «Таганрогский Колбасный Завод»«Производство продукции из мяса убойных животных и мяса птицы» (ОКВЭД 10.13) – аналогичен виду деятельности ИП ФИО1

Все сотрудники ООО «ТКЗ», заявленные в сведениях по форме 2-НДФЛ за 2009 год, за исключением двух человек, раннее являлись сотрудниками ИП ФИО1

ФИО1 использовал схему искусственного «дробления» бизнеса путем создания юридического лица ООО «Таганрогские Колбасы» и ИП ФИО11 в целях неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиком своими правомочиями, что причинило ущерб государству в виде неуплаты налогов ООО «ТКЗ».

Налоговым органом установлено, что фактически ФИО1 по-прежнему производил и реализовывал свою собственную продукцию, первоначально в качестве индивидуального предпринимателя, затем - создав ООО «Таганрогский колбасный завод».

ИП ФИО1 получал доход от реализации колбасных изделий и вносил наличные денежные средства на свои личные лицевые счета (банковские карты), за проверяемый период 2016 - 2018 г.г. сумма внесенных наличных денежных средств составила 129 800 100 руб. ФИО1 не декларировал доходы от реализации колбасных изделий.

Все вышеперечисленные факты свидетельствуют о создании ФИО1 схемы «дробления бизнеса» путем использования льготного режима налогообложения УСН тремя вновь созданными хозяйствующими субъектами (ООО «ТКЗ», ИП ФИО11 и ООО «Таганрогские Колбасы»), деятельность которых координировалась ФИО1 Данная схема направлена на предотвращение превышения предельного лимита выручки и численности организации, для получения и сохранения права на применение упрощенной системы налогообложения с целью уменьшения налоговых платежей и получения необоснованной налоговой экономии в виде неуплаты налогов по общей системе налогообложения предприятием ООО «ТКЗ».

В рамках выездной налоговой проверки инспекция допросила свидетелей и установила, что именно ООО «ТКЗ» во главе с ФИО1 контролировало все аспекты доведения товаров до конечного потребителя, осуществляло всесторонний контроль за процессом сбыта продукции, качеством продукции, ценой, контролировало ассортиментную линейку на полке, формат торговой точки, получало большую прибыль, так как из структуры цены исключалась наценка посредника.

В ходе проведенных контрольных мероприятий установлено, что ООО «ТКЗ», ООО «Таганрогские Колбасы», ИП ФИО11 имеют одни и те же номера телефонов, которые используются в целях развития общего бизнеса - закупки сырья, переработки и реализации колбасных изделий под единым брендом ТКЗ, принадлежащим ФИО1

Факт подконтрольности бизнеса указанных лиц единому центру - ФИО1 подтверждается совокупностью следующих обстоятельств:

- единый центр управления; расположение исполнительных органов по одному адресу;

- единые службы, осуществляющие ведение бухгалтерского учета, кадрового делопроизводства, подбор персонала;

- ведение идентичных видов деятельности;

- участники «дробления» бизнеса применяют специальные режимы налогообложения;

- расчетные счета открыты в одном и том же банке;

- использование для распоряжения денежными средствами одного IP-адреса и предоставление в налоговый орган отчетности с одного IP-адреса;

- идентичность реализуемого товара под единой вывеской «Таганрогский Колбасный Завод», идентичная специальная одежда работников;

- распределение выручки между участниками схемы дробления бизнеса;

- распределение затрат между хозяйствующими субъектами и несение расходов участниками схемы друг за друга;

- формальное перераспределение между участниками схемы персонала без изменения их должностных обязанностей.

При этом, вывод о подконтрольности бизнеса группы лиц непосредственно ФИО1 свидетельствует и тот факт, что у ООО «ТКЗ» отсутствуют здания, помещения, торговые точки и собственный специальный фирменный автотранспорт. Здания, помещения, торговые точки и собственный специальный фирменный автотранспорт принадлежит на праве собственности учредителю ООО «ТКЗ» ФИО1, который согласно представленным документам как индивидуальный предприниматель сдает в аренду ООО «ТКЗ» помещения и транспортные средства.

Согласно выписке из ЕГРИП ФИО1 заявил о себе, как индивидуальный предприниматель, получающий доход от сдачи в аренду собственного недвижимого имущества. Арендаторами ИП ФИО1 являются ИП ФИО11 и ООО «Таганрогские Колбасы». При этом, ФИО1 сдает в аренду ИП ФИО11 площади по более низкой цене, оплата производится несвоевременно, за некоторые площади оплата в проверяемом периоде отсутствовала, акты сверок между ИП ФИО1 и ИП ФИО11 ни одной из сторон не представлены. При отсутствии регулярной оплаты со стороны ИП ФИО11, ИП ФИО1 не предпринимались попытки взыскать задолженность, договоры аренды не расторгались.

Данные факты свидетельствуют о том, что заинтересованность ИП ФИО1 в осуществлении им предпринимательской деятельности заключается не в получении дохода от сдачи в аренду собственного имущества ИП ФИО11, а в развитии собственной розничной сети магазинов под брендом ТКЗ и получении от этой деятельности прибыли.

Таким образом, заключенные договоры аренды между ИП ФИО1 и ИП ФИО11 в период 2016 - 2018 г.г. носили формальный характер. Торговые площади, используемые для организации розничной торговли под маркой ТКЗ, арендовались ИП ФИО11 у собственника ИП ФИО1 (учредителя ООО «ТКЗ») на условиях, не соответствующих рыночным условиям.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО1, учредив в 2009 году ООО «Таганрогский колбасный завод», использовал юридическое лицо в создании «схемы» дробления бизнеса с целью ухода от общей системы налогообложения и ухода от оплаты налога на прибыль, налога на имущество организаций и налога на добавленную стоимость.

В результате нарушения должником налогового законодательства установлен размер незадекларированных обязательств: по налогу на добавленную стоимость на товары (работы, услуги), реализуемые на территории Российской Федерации за периоды 1 - 4 кварталы 2016 г., 1 - 4 кварталы 2017 г., 1 - 4 кварталы 2018 г. - 39 716 690 руб.; по налогу на прибыль организаций (за исключением консолидированных групп

налогоплательщиков), зачисляемый в федеральный бюджет за период 1, 2, 3 кварталы 2016 г.,1, 2, 3 кварталы 2017, 1 квартал 2018 г. - 1 453 442 руб.; по налогу на прибыль организаций (за исключением консолидированных групп налогоплательщиков), зачисляемый в бюджеты субъектов Российской Федерации за 1 квартал 2018 г. - 2 762 324 руб.; по налогу на имущество – 2016 г., 2017 г., 2018 г. - 823 342 руб.; по страховым взносам на ОПС за 2017 г., 2018 г. - 607 987,57 руб.; по страховым взносам на ОМС за 2017 г., 2018 г. - 1 550 360,9 руб.; по страховым взносам на ОСС за 2017 г., 2018 г. - 881 577,76 руб.; по транспортному налогу с организаций за 2018 год. - 145,32 руб.

ФИО1 зарегистрировал 07.02.2009 в ИФНС России по г. Таганрогу ООО «ТКЗ» по адресу: <...>, где расположен колбасный цех, который является собственностью ФИО1, и который ФИО1 как ИП сдает в аренду вновь созданному им ООО «ТКЗ».

Проведенными контрольными мероприятиями в рамках выездной проверки ООО «ТКЗ» установлено, что ИП ФИО1 до образования ООО «ТКЗ» являлся производителем колбасных и мясных изделий, что подтверждается показаниями свидетелей и сведениями по форме 2-НДФЛ бывшего работника ФИО12 (в настоящее время - технолог ООО «ТКЗ»), а также постоянными покупателями его продукции (протокол допроса от 11.08.2020 ФИО13, протокол допроса от 12.08.2020 ФИО14).

ФИО1, зарегистрировав ООО «ТКЗ», перестал быть производителем колбасных изделий, основной вид деятельности ФИО1 как индивидуального предпринимателя - сдача в аренду собственного имущества.

В ходе дополнительных мероприятий налогового контроля проанализированы доходы учредителя ФИО1

Проанализировав банковские счета ФИО1, инспекция установила, что сумма поступивших арендных платежей и возмещение коммунальных платежей на счета, открытые в ПАО «Сбербанк России», ПАО «Акционерный Городской Банк «Таганрог Банк», ПАО Коммерческий Банк «Центр-Инвест», ПАО «Ханты-Мансийский Банк Открытие», ПАО Банк ВТБ-24, ПАО «Промсвязьбанк», ПАО «Донхлеббанк», ПАО «Донской Коммерческий Банк», за период 2016 - 2018 г.г. составила 89 049 284 руб.

Исследовав декларации по упрощенной системе налогообложения за 2016 г., 2017 г., 2018 г., инспекция установила, что доход от сдачи в аренду имущества (ОКВЭД 68.20), отраженный ИП ФИО1 в декларациях по упрощенной системе налогообложения за 2016 - 2018, составляет 93 912 680 руб., в том числе: за 2016 год - 28 773 791 руб., за 2017 год - 27 172 068 руб., за 2018 год - 37 966 821руб.

В рамках дополнительных мероприятий налогового контроля ООО «ТКЗ» по требованию инспекции № 10605 от 11.12.2020 представило договоры аренды (ответ вх. № 40149 от 29.12.2020), заключенные между ИП ФИО1 (арендодатель) и арендаторами ИП ФИО15, ООО «Соль-Финанс», ООО «СК ТМК», гр. ФИО16, гр. ФИО17, ООО «Ника и К», гр. ФИО18 и т.д. Представленные договоры подтверждают, что ИП ФИО1 сдавал в аренду ИП ФИО11 площади для точек розничной торговли на особых условиях, предусматривающих манипулирование ценой за квадратный метр сдаваемых помещений и сроками оплаты. Кроме этого, все представленные договоры аренды заключены от имени ИП ФИО1 в лице сотрудников ООО «ТКЗ» ФИО8 (генеральный директор ООО «ТКЗ») и ФИО19 (технолог ООО «ТКЗ»), которые действовали на основании доверенностей, выданных ФИО1 При этом, ФИО8 и ФИО19 не являются сотрудниками ИП ФИО1 Сведения по форме 2-НДФЛ в отношении указанных работников представляло только ООО «ТКЗ».

В соответствии со статьей 93.1 Налогового кодекса Российской Федерации в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля инспекция направила в адрес ИП ФИО1 требование о предоставлении документов (информации)

№ 10605 от 11.12.202. В данном требовании инспекция запросила книги учета доходов и расходов за 2016, 2017, 2018 годы.

В ответ на требование ИП ФИО1 представил книги учета доходов и расходов за 2016, 2017, 2018 годы (вх. № 39779 от 25.12.2020). Анализ книг учета доходов и расходов показал, что расчеты между ИП ФИО1 и другими арендаторами осуществляются регулярно, согласно условиям договоров, в то время как расчеты между ИП ФИО1 и участниками схемы дробления бизнеса (ИП ФИО11 и ООО «Таганрогские колбасы») производятся с нарушениями срока оплаты.

Сумма внесенных наличных денежных средств ФИО1, как физического лица, на счета, открытые в АО «Альфа-Банк», составила 129 800 100 руб., из них: 117 400 100 руб. с назначением платежа «внесение наличных рублей на счет» внесены лично ФИО1; 12 400 000 руб. поступили от главного бухгалтером ООО «ТКЗ» ФИО20 с назначением платежа «внесение наличных рублей на счет».

В то же время доход ФИО20, как физического лица, согласно сведениям по форме 2-НДФЛ, представленным в ИФНС России по г. Таганрогу Ростовской области составил 774 175 руб., в том числе: за 2016 г.- 232 503,53 руб., за 2017 г.- 238 143,79 руб., за 2018 г.- 303 527,68 руб.

Исследовав лицевые счета ФИО20, инспекция не установила за 2016 -2018 гг. поступление денежных средств от продажи имущества, ценных бумаг, или иных поступлений. Также согласно имеющейся информации, отсутствуют факты отчуждения имущества, получения наследства и кредитов, прочих источников доходов в период внесения ФИО20 наличных денежных средств на лицевые счета ФИО1 Декларации по форме 3-НДФЛ за 2016 - 2018 ФИО20 в ИФНС по г. Таганрогу Ростовской области не представлял и доходы не заявлял.

В представленных декларациях по форме 3-НДФЛ за 2016 г., 2017 г., 2018 г. ФИО1 отражена сумм полученных доходов 3 406 688,30 руб., в том числе: за 2016 г. в размере 500 000 руб. (денежные средства получены от физического лица ФИО21 по договору купли-продажи транспортного средства); за 2017 г. в размере 1 010 500 руб. (денежные средства получены от физических лиц ФИО12 в сумме 10 500 руб. за продажу доли в уставном капитале ООО Торговый Дом «Таганрогский мясокомбинат» и ФИО22 в сумме 1 000 000 руб. по договору купли-продажи транспортного средства); за 2018 г. в размере 1 896 188,3 руб. (денежные средства получены от ФИО22 в сумме 1 000 000 руб., ФИО23 в сумме 250 000 руб. и ООО «Главрыба» в сумме 646 188,30 руб.).

Проанализировав движение денежных средств по расчетным и лицевым счетам ИП ФИО1, инспекция установила, что на счета ФИО1 денежные средства от продажи имущества, дивидендов, займов не поступали.

Проанализировав даты внесения наличных денежных средств на лицевые счета ФИО1 и даты отражения доходов в его книгах учета доходов и расходов, инспекция установила, что ФИО1 не отражал в доходной части в книгах учета доходов и расходов за 2016 - 2018г. суммы в размере взноса наличных денежных средств, и соответственно, в декларациях не заявлял, а именно: 17.03.2016 - 10 000 200 руб. внесено ФИО1, 06.07.2016 - 2 500 000 руб. внесено ФИО1, 08.09.2016 - 1 000 000 руб. внесено ФИО1, 21.09.2016 - 1 900 000 руб. внесено ФИО20, 12.10.2016 - 1 300 000 руб. внесено ФИО20, 21.11.2016 - 1 000 000 руб. внесено ФИО1, 28.03.2016 - 300 000 руб. внесено ФИО20, 12.04.2017 - 300 000 руб. внесено ФИО20, 20.04.2017 - 300 000 руб. внесено ФИО20, 12.05.2017 - 300 000 руб. внесено ФИО20, 29.05.2017 - 200 000 руб. внесено ФИО20, 07.07.2017 - 200 000 руб. внесено ФИО20, 24.08.2017 - 300 000 руб. внесено ФИО20, 18.09.2017 - 200 000 руб. внесено ФИО20, 22.09.2017 - 200 000 руб. внесено ФИО20, 28.09.2017 - 15 000 000 руб. внесено ФИО1, 29.09.2017 - 300 000 руб. внесено ФИО24

А.М., 12.10.2017 - 300 000 руб. внесено ФИО20, 29.11.2017 - 1 400 000 руб. внесено ФИО20, 20.12.2017 - 10 000 000 руб. внесено ФИО1, 22.12.2017 - 200 000 руб. внесено ФИО20, 27.12.2017 - 3 000 000 руб. внесено ФИО20, 27.12.2017 - 200 000 руб. внесено ФИО1, 05.01.2017 - 200 000 руб. внесено ФИО20, 22.01.2018 - 5 200 000 руб. внесено ФИО20, 23.01.2018 - 2 000 000 руб. внесено ФИО20, 26.02.2018 - 19 000 000 руб. внесено ФИО1, 27.02.2018 - 200 000 руб. внесено ФИО20, 01.03.2018 - 3 400 000 руб. внесено ФИО1, 05.03.2018 - 3 800 000 руб. внесено ФИО20, 27.03.2018 - 350 000 руб. внесено ФИО20, 02.04.2018 - 250 000 руб. внесено ФИО20, 01.06.2018 - 500 000 руб. внесено ФИО20, 04.06.2018 - 4 000 000 руб. внесено ФИО1, 02.07.2018 - 500 000 руб. внесено ФИО1, 23.07.2018 - 8 500 000 руб. внесено ФИО1, 01.08.2018 - 500 000 руб. внесено ФИО20, 17.08.2018 - 5 000 000 руб. внесено ФИО1, 30.08.2018 - 200 000 руб. внесено ФИО1, 31.08.2018 - 200 000 руб. внесено ФИО1, 03.09.2018 - 100 000 руб. внесено ФИО1, 13.09.2018 - 8 000 000 руб. внесено ФИО1, 26.09.2018 - 200 000 руб. внесено ФИО1, 27.09.2018 - 200 000 руб. внесено ФИО1, 01.10.2018 - 100 000 руб. внесено ФИО1, 04.10.2018 - 6 000 000 руб. внесено ФИО1, 29.10.2018 - 200 000 руб. внесено ФИО1, 30.10.2018 - 200 000 руб. внесено ФИО1, 01.11.2018 - 100 000 руб. внесено ФИО1, 07.11.2018 - 10 000 000 руб. внесено ФИО1, 29.11.2018 - 200 000 руб. внесено ФИО1, 30.11.2018 - 200 000 руб. внесено ФИО1 03.12.2018 - 100 000 руб. внесено ФИО1

Итого внесено наличными денежными средствами на счета ФИО1 129 800 100 руб.

Всего поступивших платежей за аренду, возмещение коммунальных платежей и внесено наличными на счета ФИО1 за 2016 г., 2017 г., 2018 г. - 218 849 384 руб. (89 049 284 + 129 800 100).

Сумма дохода, отраженная ФИО1 в декларации по УСН, составила 93 912 680 руб.

Сумма задекларированных доходов в декларации по форме 3-НДФЛ - 3 406 688,30 руб.

Учитывая, что платежи от арендаторов ФИО1 поступали не только на расчетные и лицевые счета в банки, но и вносилась в кассу наличными платежами (в декларациях по УСН сумма дохода за 2016 - 2018 г.г. составила 93 912 680 руб., сумма поступивших денежных средств на счета за аренду и коммунальные платежи составляет 89 049 284 руб.), следовательно, размер незадекларированных денежных средств за 2016-2018 гг. ФИО1 составил 121 530 015,70 руб. (129 800 100 - (93 912 680 - 89 049 284) - 3 406 688,3).

Таким образом, внесение значительных сумм денежных средств на счета ФИО1, как физического лица, которые не задекларированы и источник их происхождения не раскрыт, правомерно и обоснованно квалифицированы налоговым органом как получение неучтенной выручки ООО «ТКЗ».

В рамках мероприятий налогового контроля в отношении ООО «ТКЗ» инспекцией проанализированы сведения операторов фискальных данных по онлайн-кассам точек розничной торговли ИП ФИО11 (ООО «Такском» ИНН <***> и ООО «Энергетические системы и коммуникации» ИНН<***>) и установлено следующее: по всем кассам, зарегистрированным в налоговых органах за ИП ФИО11 в период с 01.07.2018 по 31.12.2018, выручка с учетом возвратов по кассе составила 190 091 170,42 руб.; на расчетный счет ИП ФИО11 внесено наличными денежными средствами 175 759 760,00 руб., что на 14 331 410,42 руб. меньше, чем по кассовым чекам.

Указанные обстоятельства могут свидетельствовать о том, что наличные денежные средства, полученные в точках розничной торговли от продажи колбасных и мясных изделий ООО «ТКЗ», вносились на счет ФИО1, минуя расчетный счет подконтрольного лица - ИП ФИО11

Инспекция установила, что ИП ФИО1 в 2016, 2017, 2018 году систематически получал доходы от продажи колбасных и мясных изделий производства ООО «ТКЗ» через точки розничной торговли ИП ФИО11 Данная выручка не отражалась на расчетном счете ИП ФИО11 в полном объеме и, следовательно, на счета ФИО1 вносилась неучтенная выручка от продажи готовой продукции ООО «ТКЗ» лично ФИО1 и главным бухгалтером ООО «ТКЗ» ФИО20

ООО «ТКЗ» в период 2016-2018 г.г. применяло упрощенную систему налогообложения «Доходы минус расходы».

Согласно данным налоговых деклараций:

- сумма полученных доходов в 2016 году составила 44 891 765 руб., в 2017 году - 43 220 279 руб., в 2018 году - 54 329 049 руб.;

- сумма расходов за 2016 год составила 37 979 037 руб., в 2017 году - 41 677 600 руб., в 2018 году - 54 171 053 руб.;

- налоговая база в 2016 году составила 6 912 728 руб., в 2017 году - 1 542 679 руб., в 2018 году - 157 996 руб.;

- сумма исчисленного налога в 2016 году составила 691 273 руб., в 2017 году - 154 268 руб., в 2018 году - 15 800 руб.;

- сумма исчисленного минимального налога 1% в 2016 году составила 448 918 руб., в 2017 году - 432 203 руб., в 2018 году - 543 290 руб.;

- сумма налога, подлежащая уплате за налоговый период, в 2016 году составила 691 273 руб., в 2017 году - 432 203, в 2018 году - 543 290 руб.

Доходы и расходы ООО «ТКЗ» в отчетности практически равны, налог исчислен к уплате в минимальном размере. Минимальный налог уплачивается в случае, если за налоговый период сумма исчисленного в общем порядке налога меньше суммы исчисленного минимального налога.

Учитывая, что предприятие ООО «ТКЗ» является участником схемы «дробления» бизнеса и пользуется упрощенной системой налогообложения, налогоплательщик максимально указал суммы расходов, приближенные к полученным доходам, для минимизирования налоговых обязательств.

Согласно данным бухгалтерской отчетности должника за 2016 - 2018 г.г.:

- активы в 2016 году составляли 33 437 тыс. руб., в 2017 году - 34 437 тыс. руб., в 2018 году - 35 697 тыс. руб.;

- материальные внеоборотные активы в 2016 году составляли 13 882 тыс. руб., в 2017 году - 9 828 тыс. руб., в 2018 году - 8 143 тыс. руб.;

- денежные средства и денежные эквиваленты в 2016 году составляли 51 тыс. руб., в 2017 году - 8 тыс. руб., в 2018 году - -;

- финансовые и другие оборотные активы в 2016 году составляли 15 504 тыс. руб., в 2017 году - 24 595 тыс. руб., в 2018 году - 27 554 тыс. руб.;

- пассивы в 2016 году составляли 33 437 тыс. руб., в 2017 году - 34 431 тыс. руб., в 2018 году - 35 697 тыс. руб.;

- капитал и резервы в 2016 году составляли 33 062 тыс. руб., в 2017 году - 27 938 тыс. руб., в 2018 году - 28 414 тыс. руб.;

- краткосрочные заемные средства в 2016 году составляли - -; в 2017 году - 6 309 тыс. руб.; в 2018 году - 6 320 тыс. руб.;

- кредиторская задолженность в 2016 году составляла 375 тыс. руб., в 2017 году - 184 тыс. руб., в 2018 году - 963 тыс. руб.

Таким образом, с учетом объема незадекларированных должником налоговых обязательств к 01.01.2017 дисбаланс между активами и пассивами должника составил: за

2016 год: размер кредиторской задолженности по бухгалтерскому балансу 375.00 тыс. руб. + 13 972.13 тыс. руб. (размер незадекларированных налоговых обязательств за 2016 год) – 33 437.00 тыс. руб. (активы должника по итогам 2016 года) = - 19 089.87 тыс. руб.

Далее динамика обеспеченности должника активами, достаточными для исполнения обязательств перед кредиторами, также имела отрицательное значение:

За 2017 год дисбаланс между активами и пассивами должника составил: 184.00 тыс. руб. (размер кредиторской задолженности по бухгалтерскому балансу) + 15 565.69 тыс. руб. (размер незадекларированных налоговых обязательств за 2017 год) - 34 431.00 тыс. руб. (активы должника по итогам 2017 года) = - 18 681.31 тыс.руб.

За 2018 год дисбаланс между активами и пассивами должника составил: 963.00 тыс. руб. (размер кредиторской задолженности по бухгалтерскому балансу) + 16 597.22 тыс. руб. (размер незадекларированных налоговых обязательств за 2018 год) - 35 697.00 тыс. руб. (активы должника по итогам 2018 года) = - 18 136.78 тыс.руб.

Таким образом, объективное банкротство должника наступило по итогам 2016 года в результате превышения размера обязательств над размером его активов на сумму 19 089,87 тыс. руб., а также учитывая последующие превышения размера обязательств над активами должника.

Согласно отчету о финансовых результатах деятельности за 2022 год выручка должника составила 0 руб., за 2021 - 36 535 тыс. руб.

ФИО1, создавая организации и ИП с целью дробления бизнеса и применения специальных налоговых режимов, действовал умышленно, поскольку он осознавал противоправный характер своих действий, желал наступления вредных последствий для бюджета от таких действий в виде занижения сумм налогов, подлежащих уплате в бюджет. В ходе проверки налоговым органом установлены обстоятельства, порочащие деловую цель бизнеса, организованного ФИО1, и позволяющие утверждать, что поведение налогоплательщика продиктовано, прежде всего, целью получения налоговой экономии. Для целей налогообложения группы, организованной ФИО1, в которую входили ООО «ТКЗ», ООО «Таганрогские Колбасы», ИП ФИО11, учтены операции по льготной системе налогообложения.

ФИО1 создал условия для ухода ООО «ТКЗ» от уплаты налогов. В ходе проверки установлено, ФИО1 осознанно совершил противоправное деяние, выразившееся в неуплате ООО «ТКЗ» налога на добавленную стоимость, налога на прибыль, налога на имущество, неполной уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

В результате создания контролирующим должника лицом недобросовестной бизнес-модели, основанной на применении «схемы» ухода от налогообложения в виде

дробления бизнеса, с целью неправомерного применения упрощенной системы налогообложения, должник оказался неспособным полностью погасить требования уполномоченного органа.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам апеллянта и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ФИО1 использовал схему дробления бизнеса путем создания юридического лица ООО «Таганрогские Колбасы» и ИП ФИО11, для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиком правомочиями, что причинило ущерб государству в виде неуплаты налогов ООО «ТКЗ».

Фактически ФИО1 контролировал и координировал деятельность всех лиц, вовлеченных в схему дробления бизнеса.

Таким образом, ФИО1, как конечный бенефициар (выгодоприобретатель), создал схему дробления бизнеса, в результате которой извлекал выгоду из незаконной деятельности должника, а также координировал указанную деятельность.

Довод апеллянта о том, что судом первой инстанции не были установлены обстоятельства для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, отклоняется судебной коллегией, поскольку ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности как конечный бенефициар должника и лицо, являвшееся выгодоприобретателем незаконного поведения руководителя должника.

Статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений.

При ином недопустимом подходе, бенефициары должника в связи с подконтрольностью им документооборота организации имели бы возможность в одностороннем порядке определять субъекта субсидиарной ответственности выгодным для них образом и уходить от ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480).

В данном случае факт организации ФИО1 модели бизнеса, при которой прибыль получена посредством уклонения от уплаты налогов, а также контроля ФИО1 за всеми участниками схемы оптимизации налогообложения, факт получения ФИО1 материальной выгоды от незаконной организации бизнеса, подтверждены доказательствами, полученными инспекцией при проведении выездной налоговой проверки ООО «ТКЗ».

Доказывание того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощено законодателем для истцов посредством введения опровержимых презумпций, при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 № 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091).

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не предоставляющего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие или искажение этих документов. Привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо может опровергнуть презумпцию и доказать иное, представив свои документы и объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов, насколько они уважительны и т.п. (пункт 56 постановления Пленума ВС РФ № 53).

В силу вышеуказанного правового регулирования вне зависимости от рассмотрения требований о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве или вне рамок дела о банкротстве действуют общие вышеуказанные процессуальные презумпции.

Кредиторы, прибегая к судебной защите своих имущественных прав, вправе рассчитывать на добросовестное поведение контролирующих должника лиц, не только в материально-правовых, но и в процессуальных отношениях: на их содействие правосудию, на раскрытие информации о хозяйственной деятельности контролируемой организации, на предоставление документов и иных доказательств, необходимых для оценки судом наличия либо отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и могут его ограничить по своему усмотрению.

Если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил доказательства подтверждающие наличие долга перед ним, то суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника.

Если кредитор, действующий добросовестно, лишен доступа к указанной информации, а контролирующее лицо отказывается или уклоняется от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или предоставляет явно неполную информацию, то обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

При этом стандарт разумного и добросовестного поведения последнего в сфере корпоративных отношений предполагает аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

ФИО1 не опроверг основанные на материалах налоговой проверки выводы суда первой инстанции о том, что он является конечным бенефициаром (выгодоприобретателем) деятельности ООО «ТКЗ», создал схему дробления бизнеса, в результате которой извлекал выгоду из незаконной деятельности должника, ставшей причиной его объективного банкротства.

Довод апеллянта о том, что результаты налоговой проверки не могут являться преюдициальными для рассмотрения вопроса о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности, подлежит отклонению апелляционным судом, так как согласно абзацу 2 пункта 56 постановления Пленума ВС РФ № 53 доказательства, полученные в ходе производства по делам об административных правонарушениях и уголовным делам, могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается заявитель, предъявивший требование о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности. Такие материалы не имеют для суда заранее установленной силы и подлежат оценке наряду с другими доказательствами (статьи 71, 75 и 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод апеллянта о том, что судом первой инстанции не раскрыта степень вины и участия всех лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку ФИО1 является конечным бенефициаром должника, осуществлял непосредственное руководство и координировал деятельность

должника и группы лиц, организованной ФИО1 - ООО «ТКЗ», ООО «Таганрогские Колбасы» и ИП ФИО11, задействованных в схеме дробления бизнеса.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, доказано, поскольку противоправные действия ответчика установлены решением налогового органа от 28.06.2021 № 6, а также подтверждены материалами выездной налоговой проверки. Негативные последствия для должника от действий ФИО1 выразились в невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие создания конечным бенефициаром должника недобросовестной бизнес-модели, основанной на искусственном дроблении бизнеса, с целью ухода от общей системы налогообложения, сопряженной с выводом в течение 2016 - 2018 денежных средств в сумме 129 800 100 руб.

Материалы налоговой проверки подтверждают причинно-следственную связь между противоправными действиями ФИО1 и невозможностью полного погашения требований кредиторов. ФИО1 не мог не знать о наличии неисполненных обществом-должником обязательств перед бюджетом, но, не пытаясь рассчитаться с налоговым органом, выводил активы должника, тем самым, исключая возможность расчетов с налоговым органом, законно рассчитывающего на удовлетворение его требований за счет имущества должника.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно взыскал с ФИО1 в пользу ФНС России в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 78 115 986,22 руб.

Суд первой инстанции правильно определил размер субсидиарной ответственности ФИО1, исключил из размера ответственности налоговые санкции за неуплату налогов.

В апелляционной жалобе ФИО1 заявил довод о том, что согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 07.02.2023 № 18-КГ22-106-К4, имеющийся приговор суда в отношении аффилированного обществу лица и отсутствие такого приговора в отношении учредителя не позволяет привлечь учредителя к субсидиарной ответственности только в силу наличия такого статуса. В рассматриваемом случае уголовное дело было возбуждено в отношении руководителя ООО «ТКЗ», в отношении ФИО1 уголовное дело не было возбуждено, поскольку отсутствуют доказательства его участия в незаконной схеме оптимизации налогообложения. Ввиду этого, основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отсутствуют.

Однако, вопреки доводам апеллянта, ФИО1 привлечен судом к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольного ему лица не в связи с наличием у него статуса учредителя ООО «ТКЗ», а потому, что заявитель доказал подконтрольность деятельности общества и лиц, включенных в схему оптимизации налогообложения, непосредственно ФИО1, а также представил доказательства, что ФИО1 является бенефициаром этого бизнеса и извлек из незаконной деятельности должника существенную имущественную выгоду. Выводы, сделанные в определении Верховного Суда РФ от 07.02.2023 № 18-КГ22-106-К4, основаны на оценке конкретных установленных судом обстоятельств, которые не тождественны тем обстоятельствам, которые доказал заявитель по делу.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела,

соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 28.05.2025 по делу № А53-31652/2023 в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу

Председательствующий Н.В. Сулименко

Судьи М.А. Димитриев

Д.В. Николаев