Постановление от 9 июня 2022 г. по делу № А27-27245/2020

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



г. Томск Дело № А27-27245/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 июня 2022 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего


Иващенко А. П.,

судей


Дубовика В.С.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной И.Н. с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 (№07АП-5278/2021(5)) на определение от 05.04.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-27245/2020 (судья ФИО2) о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (СНИЛС <***>, ИНН <***>, 650070, <...>), принятое по заявлению финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, принадлежащей должнику, и применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО4: ФИО5 доверенность от 24.03.2021 (сроком на 3 года), паспорт,

от ФИО6: ФИО7, доверенность 42АА2967031 от 25.09.2020 (сроком на 3 года), паспорт,

от ФИО3: ФИО8, доверенность д от 16.12.2020 (сроком на 3 года), паспорт.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 17.02.2021 (резолютивная часть от 11.02.2021) ФИО3 (далее – ФИО3, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6

20.02.2021 финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 11.09.2020 квартиры, назначение: жилое помещение общей площадью 85,6 кв.м., расположенную по адресу: <...>, кадастровый номер: 42:24:0101051:8276, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и применении последствий его недействительности в виде возврата в конкурсную массу отчужденного по договору недвижимого имущества.

Определением суда от 05.04.2022 заявление финансового управляющего удовлетворено, договор купли-продажи от 11.09.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО4 в отношении квартиры общей площадью 85,6 кв.м., расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 42:24:0101051:8276), признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки путем возврата сторон в первоначальное положение, аннулирования в ЕГРН регистрационной записи о праве собственности ФИО4 на квартиру (общая площадь 85,6 кв.м., расположена по адресу: <...>, кадастровый номер 42:24:0101051:8276), восстановления в ЕГРН регистрационной записи о праве собственности ФИО3 на квартиру (общая площадь 85,6 кв.м., расположена по адресу: <...>, кадастровый номер 42:24:0101051:8276).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего в полном объеме.

В обоснование к отмене судебного акта указано, что выводы суда о недоказанности факта оплаты ФИО4 цены сделки и наличия у ответчика финансовой возможности для такой оплаты противоречат материалам дела. В подтверждение факта оплаты ФИО4 в материалы дела представлена расписка о получении должником денежных средств в размере 4 500 000 руб. О фальсификации расписки финансовым управляющим не заявлялось. Финансовая возможность ФИО4 по оплате цены сделки подтверждается представленными в материалы дела выписками по расчетным счетам сына ФИО4 Материалами дела не подтверждается аффилированность сторон сделки. По мнению апеллянта, судом необоснованно применен повышенный стандарт доказывания к ФИО4 Осведомленность ответчика о наличии задолженности ФИО3 по коммунальным платежам на дату совершения сделки не может расцениваться как знание ФИО4 об ущемлении интересов кредиторов должника. Материалы дела не содержат доказательств продажи спорной квартиры по заниженной стоимости. Кроме того, у суда отсутствовали основания для признания сделки недействительной как по статье 61.2 Закона о банкротстве, так и по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ. Подробнее доводы изложены в апелляционной жалобе.

В порядке статьи 262 АПК РФ финансовый управляющий ФИО6 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Доводы апеллянта направлены на переоценку фактических обстоятельств дела, выражают только несогласие с выводами суда. Подробнее позиция изложена в отзыве.

ФИО8 (сын должника) в отзыве на апелляционную жалобу просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Денежные средства по оспариваемой сделке в пользу ФИО3 не поступили. Финансовое состояние должника после заключения сделки не изменилось, расчет с кредиторами не производился.

ФИО3 в отзыве также просит обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Судом первой инстанции сделаны верные и обоснованные выводы о недействительности сделки.

ФИО9, ФИО10, ФИО11 представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просили в удовлетворении требований апеллянта отказать.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы, представители финансового управляющего и ФИО3 поддержали доводы отзывов на апелляционные жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд с учетом мнения сторон считает возможным на основании 156 АПК РФ рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзывы на нее, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене, в силу следующего.

Как следует из материалов дела, ФИО3 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: <...>, что подтверждалось свидетельством о государственной регистрации права от 17.07.2002, выпиской из ЕГРН от 08.09.2020.

11.09.2020 между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель), в лице представителя ФИО4, заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец продает, а покупатель покупает квартиру, назначение: жилое помещение общей площадью 85,6 кв.м., расположенную по адресу: <...>, кадастровый номер: 42:24:0101051:8276.

Стоимость квартиры определена в пункте 2.1 договора и составляет 4 500 000 рублей (л.д.64-68 Т.2).

В качестве подтверждения факта оплаты представлена расписка от 11.09.2020 (л.д.70 Т.2).

В установленном порядке право собственности ФИО4 зарегистрировано 23.09.2020.

Исходя из конкретных обстоятельств спора, финансовый управляющий, полагая наличие у оспариваемой сделки признаков недействительности, закрепленных как в Гражданском Кодексе Российской Федерации (статьи 10, 168 ГК РФ), так и в Законе о банкротстве (ст. 61.2 Закона о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя требования финансового управляющего и признавая сделку недействительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статье 170 ГК РФ, суд первой инстанции исходил из недоказанности ответчиком наличия встречного предоставления по сделке, а также финансовой возможности ФИО4 по оплате цены сделки.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

Оспариваемая в рамках настоящего спора сделка совершена 11.09.2020, то есть менее чем за три года до принятия судом заявления о признании должника банкротом (11.01.2021), в связи с чем они подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В апелляционной жалобе ее податель ссылается на отсутствие заинтересованности ФИО4 и должника – ФИО3, в связи с чем ФИО4 не была осведомлена о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Оценивая заявленный довод, апелляционный суд принимает во внимание правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенную в Определении № 305-ЭС21-21196 (2) от 28.04.2022, согласно которой осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При разрешении подобных споров суду в том числе следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.

Признавая сделку недействительной, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности осуществления оплаты по оспариваемой сделке. При этом, приобретение имущества должника по безвозмездной сделке само по себе предполагает осведомленность контрагента по сделке о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторам должника.

Недействительность сделки в рамках дела о банкротстве может быть подтверждена и через доказывание его мнимости (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), когда, например, соглашение не носило реального характера, а было заключено исключительно де-юре (определение Верховного Суда от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405(1,2)).

Гражданский кодекс Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) исходит из ничтожности мнимой сделки, то есть сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (пункт 1 статьи 170).

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон.

При этом, как следует из толкования положений статей 166, 168, 170 ГК РФ и разъяснений, изложенных в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» одним из показателей мнимости сделки служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Если же стороны исполнили предусмотренные сделкой обязательства, то признать такую сделку мнимой нельзя, даже если первоначально стороны не имели намерения ее исполнять.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 2 статьи 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Таким образом, исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в пункте 1 статьи 170 ГК РФ, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, при этом поведение сторон свидетельствует о порочности воли обеих сторон сделки.

Вопрос наличия фактических обстоятельств, совокупность которых позволяет признать сделку недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, разрешается судом при оценке имеющихся в обособленном споре доказательств и доводов участвующих в деле лиц.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В апелляционной жалобе ее податель ссылается на наличие в материалах дела доказательств реальности заключенной сделки.

Как следует из условий договора, покупатель оплатил стоимость квартиры, указанной в п. 2.1 договора до его подписания. Согласно п. 2.3 договора все расчеты произведены в наличной форме.

В подтверждение ответчик ссылается на расписку от 11.09.2020, согласно которой ФИО3 получил от ФИО4 денежные средства в размере 4 500 000 руб. за проданную квартиру, расположенную по адресу: <...>.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 26 постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Тем более это важно, так как процедура банкротства нередко сопровождается предъявлением лицами, близкими к должнику (его исполнительному органу, участникам), искусственно созданных требований в целях возможности контроля за процедурами банкротства, а также в целях выведения части имущества в ущерб реальным кредиторам.

Изложенные разъяснения высшей судебной инстанции применимы не только при проверке обоснованности требований кредиторов, но по аналогии распространяются и на иные ситуации, в частности, при проверке поступления оплаты по сделке с должником в кассу последнего в целях разрешения спора по заявлению об оспаривании сделок с его участием (определение Верховного Суда РФ от 15.08.2019 № 307-ЭС17-12832 (5), определение Верховного Суда РФ от 07.11.2019 № 309-ЭС19-19537 (3)).

Таким образом, довод апеллянта о необоснованном применении судом первой инстанции повышенного стандарта доказывания к ФИО4 основан на неверном толковании норм права.

Судом первой инстанции установлено, что из представленных ФНС сведений (исх. от 19.11.2021, поступили в суд 25.11.2021), доходы ФИО4 за 2020 составили 227 909,05 руб., что очевидно не позволило бы осуществить оплату по спорной сделке в размере 4 500 000 руб. Как указано ответчиком, денежные средства на покупку квартиры были предоставлены ей сыном, ФИО4

При этом, как следует из сведений по форме 2-НДФЛ, предоставленных в отношении ФИО4 доход последнего в 2018 оставил 18290 руб., в 2019 – 15943 руб., в 2020 году - 21600 руб.

Анализ выписок по счетам ФИО4 и ФИО4 свидетельствует, что в исследуемом периоде (сентябрь 2020) последними не производилось снятие, либо перечисление кому – либо денежных средств в сумме 4 500 000 руб.

Не представлено доказательств передачи денежных средств на основании какого – либо договора (дарения, займа) от ФИО4 к ФИО4

Сторонами не представлено убедительных пояснений относительно обстоятельств передачи денежных средств.

В деле также отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, каким образом должник распорядился полученными денежными средствами, об отражении их получения в налоговой декларации; другие обстоятельства, которые бы объективно свидетельствовали о реальном исполнении сторонами обязательств по реальной передаче и получению указанных денежных средств.

Доказательства изменения финансового положения ФИО3 после заключения оспариваемого договора отсутствуют, расчёт по задолженности перед имеющимися кредиторами, в том числе по оплате за жилищно-коммунальные услуги не производился, фактов приобретение должником дорогостоящего имущества не усматривается, равно как и отсутствуют доказательства поступления денежных средств на какой-либо счет должника в исследуемый период в указанной сумме.

Данные обстоятельства подтверждаются выписками по счетам и ответами уполномоченного и регистрирующих органов (поступили в электронном виде 30.09.2021).

Из ответа ИФНС России по г. Кемерово от 22.03.2021 № 12-23/012065 следует, что инспекция не располагает сведениями о доходах по форме 2 НДФЛ и по форме 3 НДФЛ в отношении ФИО3 за 2018-2021.

Согласно ответу Управления Гостехнадзора по Кемеровской области от 12.03.2021 № 72 за последние три года за ФИО3 не регистрировались трактора, самоходные машины и другие виды техники.

В соответствии с ответом УГИБДД по Кемеровской области от 12.03.2021 № 3/215402352675, за период от 11.01.2018 по 12.03.2021 за ФИО3 автомототранспортные средства не регистрировались.

Исходя из ответа Филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной государственной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Кемеровской области-Кузбассу от 12.03.2021 № КУВИ-002/2021-21672917 ФИО3 не приобретал какое-либо недвижимое имущество.

Апелляционный суд отклоняет за необоснованностью довод апеллянта о том, что денежные средства в наличной форме в столь значительном размере (4 500 000 руб.) хранились в жилом помещении ответчика.

В нарушение статьи 65 АПК РФ апеллянтом в материалы дела не представлено соответствующих доказательств действительного наличия у ФИО4 денежных средств в указанном размере.

Доводы апелляционной жалобы в указанной части направлены на переоценку фактических обстоятельств дела, выражают несогласие с выводами суда, не опровергают их, что не является основанием для отмены законного и обоснованного судебного акта.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание тот факт, что в материалах дела отсутствуют доказательства поступления денежных средств от ФИО4 в пользу должника, на что также указал финансовый управляющий и сам должник.

Судом первой инстанции достоверно установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки, должник, имеющий доход лишь в виде пенсии, отвечал признаку неплатежеспособности, так как у него имелись неисполненные обязательства, что подтверждается сведениями о возбужденных исполнительных производствах (№ 229622/19/42005-ИП от 214.05.2019, № 257344/19/42005-ИП от 02.07.2019, № 264971/19/42005-ИП от 18.07.2019, № 292247/19/42005-ИП от 06.09.2019, № 28518/20/42005-ИП от 28.02.2020) и реестром требований кредиторов.

Как следует из материалов дела (отчет управляющего, поступил в электронном виде 28.01.2022), в реестр требования кредиторов включены требования четырех кредиторов на сумму 795 843,11 (основной долг, штрафные санкции). Задолженность возникла до даты совершения оспариваемой сделки.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика не отрицала, что ее доверителю было известно о наличии у ФИО3 задолженности по коммунальным услугам.

В совокупности с имеющимися в свободном доступе данными об исполнительных производствах указанное свидетельствует, что у ФИО3 на дату совершения сделки имелись кредиторы, перед которыми он длительное время не исполняет добровольно денежные обязательства. При такой осведомленности ФИО4 должна была предполагать об ущемлении интересов кредиторов должника при отчуждении должником ликвидного имущества.

Доводы апеллянта об обратном направлены на переоценку обстоятельств дела.

Учитывая изложенное в совокупности, в отсутствие убедительных доказательств фактической оплаты квартиры, в отсутствие доказательств поступления денежных средств в пользу должника и их дальнейшего расходования, наличие у должника на момент совершения сделки задолженности перед кредиторами, осведомленность ответчика о наличии у должника задолженностей, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО4 и должник, подписывая 11.09.2020 договор купли-продажи квартиры, не имели намерения создать соответствующие последствия, характерные для данного вида сделок, что в силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствует о мнимости договора. Убедительных доказательств обратного материалы дела не содержат.

Кроме того, в результате заключения оспариваемой сделки должник в отсутствие какого-либо встречного предоставления лишился ликвидного актива, на который могло быть обращено взыскание по обязательствам должника перед кредиторами, что причинило вред имущественным правам кредиторам должника, повлекло уменьшение конкурсной массы.

Кроме того, судом первой инстанции верно применены последствия недействительности сделки.

Ссылка ФИО4 на отсутствие оснований для оспаривания настоящей сделки по правилам статьи 170 Гражданского кодекса РФ отклоняется апелляционным судом, как основанная на неверном толковании норм права.

Иные доводы апелляционной жалобы, отклоняются апелляционным судом за необоснованностью, поскольку не опровергают правильные выводы суда первой инстанции и направлены на несогласие с принятым судебным актом.

На основании выше изложенного, с учетом доводов апелляционной жалобы, апелляционный суд приходит к выводу о соответствии оспариваемого определения требованиям законодательства. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 05.04.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-27245/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий А.П. Иващенко


Судьи В.С. Дубовик


ФИО1