Постановление от 10 ноября 2023 г. по делу № А56-106472/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-106472/2021
10 ноября 2023 года
г. Санкт-Петербург
/уб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 10 ноября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Кротова С.М.

судей Герасимовой Е.А., Радченко А.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 10.10.2022 в порядке передоверия по доверенности от 12.06.2022;

от конкурсного управляющего ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности от 23.05.2023,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-25311/2023) (заявление) ФИО2 (регистрационный номер 13АП-25311/2023) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.06.2023 по обособленному спору № А56-106472/2021/уб.1 (судья Ильенко Ю.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 к ФИО2, ФИО6

о взыскании убытков

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Торис»

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Торис» (далее – ООО «Торис») в лице ликвидатора ФИО7 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.02.2022 ООО «Торис» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника введена процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В арбитражный суд посредством электронного сервиса «Мой арбитр» поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 (далее – заявитель) к ФИО2, ФИО6 о взыскании убытков, в котором заявитель просит взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО6 в пользу ООО «Торис» убытки в размере 15 000 000 руб.

Определением от 28.06.2023 (резолютивная часть оглашена 23.06.2023) Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области удовлетворил заявленные требования в полном объеме.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 обратилась в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просила определение отменить, принять новый судебный акт об отказе во взыскании убытков с ФИО2 в размере 15 000 000 руб.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ответчик указала, что заем между ООО «Торис» и ООО «Калейдоскоп» представлял собой перемещение финансовых средств внутри группы компаний, а последующая уступка требования в адрес ФИО2 обусловлена структурой бизнеса группы компаний и не причинила ООО «Торис» убытков. Так, ФИО2 через ООО «Торис» произвела инвестирование денежных средств во все компании группы с целью финансовой поддержки развития их нового направления бизнеса - открытия розничных магазинов торговли. Юридическим оформлением отношений стали договоры займа с каждой компанией группы. В частности, договором займа № 4 от 06.09.2013 финансирование было предоставлено в адрес ООО «Калейдоскоп».

В последующем ООО «Торис» осуществило уступку требования, вытекающего из договора займа № 4 с ООО «Калейдоскоп», в адрес учредителя и единственного участника ФИО2 Как поясняет податель жалобы, экономическая цель уступки заключалась в том, чтобы перевести на собственника бизнеса требования к аффилированным компаниям, какого-либо умысла на вывод актива у ФИО2 не было.

По мнению ответчика, действия по совершению уступки права требования между ООО «Торис» и ФИО2 не образуют состава ответственности, предусмотренного ст. 53.1 ГК РФ и не является злоупотреблением правом.

Также податель жалобы отметил, что требование конкурсного управляющего об убытках в рамках настоящего дела неразрывно связано с процессом по взысканию задолженности ООО «Торис» с ООО «Калейдоскоп» по договору займа № 4 от 06.09.2013 (дело № А56-81560/2022). На момент рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции в иске управляющего ООО «Торис» к ООО «Калейдоскоп» о взыскании задолженности по договору займа № 4 от 06.09.2013 было отказано, поскольку суды признали уступку действительной, а действия ФИО2 по внутрикорпоративному финансированию правомерными. Однако судом кассационной инстанции дело направлено на новое рассмотрение (постановление от 29.06.2023 по делу № А56-81560/2022). В этой связи, по мнению ответчика, в будущем создается риск возникновения двойного взыскания денежных средств в конкурсную массу должника (с ФИО2 (убытки) и с ООО «Калейдоскоп» (задолженность по займу)).

В судебном заседании 07.11.2023 представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель конкурсного управляющего против удовлетворения жалобы возражал.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Исходя из системного толкования статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве" (статьи 61.10 - 61.22 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации, от 08.10.2020 года N 305-ЭС20-1476(2), когда из-за противоправных действий (бездействия) руководителя, не обеспечившего сохранность имущества, оно выбыло из собственности возглавляемой им организации и поступило третьим лицам, защита конкурсной массы должна осуществляться путем предъявления иска о возмещении руководителем убытков на основании пункта 1 статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) или о привлечении его к субсидиарной ответственности (если эти действия (бездействие) не только привели к убыткам, но и стали необходимой причиной банкротства; глава III.2 Закона о банкротстве).

Пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе, в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Пунктом 2 статьи 15 ГК РФ определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 1064 ГК РФ общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, причинившего вред, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков заявитель обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, ответственность лица, исполняющего функции единоличного исполнительного органа должника, за причинение ему убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно лишь при наличии условий, предусмотренных гражданским законодательством.

При обращении с заявлением о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями, лицо, требующее их возмещения, должно доказать наличие и размер понесенных убытков, противоправность поведения ответчика, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Для удовлетворения требования о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Торис» создано 09.10.2007, запись в ЕГРЮЛ за ГРН 1077847628055. Единственным участником общества с 06.04.2011 по 01.10.2021 являлась ФИО2.

ООО «Калейдоскоп» создано 05.08.2013, запись в ЕГРЮЛ за ГРН 1137847296267. Уставный капитал общества составил 500 000 руб. Единственным участником общества в период с 05.08.2013 по 01.02.2019 являлась ФИО2.

Таким образом, с 05.08.2013 по 01.02.2019 оба общества принадлежали одному лицу ФИО2 и входили в одну группу компаний.

Между ООО «Торис» и ООО «Калейдоскоп» был заключен договор займа № 4 от 06.09.2013, в соответствии с которым ООО «Торис» предоставило ООО «Калейдоскоп» займ в размере 15 000 000 руб., а ООО «Калейдоскоп» обязалось возвратить полученный займ в срок до 06.09.2019, а также уплачивать предусмотренные договором проценты за пользование займом.

ООО «Торис», в лице генерального директора ФИО6, переуступило права требования к ООО «Калейдоскоп» своему единственному участнику ФИО2 на основании договора уступки прав от 27.06.2014 № 61.

Согласно пункту 1.4 данного договора за уступку цессионарий выплачивает цеденту 15 000 000 руб. в течение года со дня подписания настоящего договора.

В последующем на основании договора уступки от 12.05.2015 ООО «Торис» были также переданы ФИО2 права процентов за пользование займом с указанием на то, что с момента подписания настоящего договора начисление дальнейших процентов на сумму займа не осуществляется.

Задолженность ООО «Калейдоскоп» перед ФИО2 частично погашена, остаток составляет 10 000 000 руб.

Ссылаясь на то, что оплата цессионарием - ФИО2, стоимости уступленных прав не осуществлялась, договор цессии 27.06.2014 подписан со стороны ООО «Торис» ФИО6, в то время как его полномочия были прекращены решением единственного участника от 24.06.2014, полагая, что ФИО6 и ФИО2, являясь контролирующими лицами должника, вывели из активов должника дебиторскую задолженность к ООО «Калейдоскоп» на сумму 15 000 000 руб., причинив ущерб должнику, а также кредиторам, включенным в реестр требовании кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что действиями ответчиков должнику причинены убытки в заявленной сумме, при этом доказательства, подтверждающие отсутствие вины ответчиков в причинении убытков, при рассмотрении настоящего обособленного спора не представлены, в связи с чем удовлетворил заявленные требования в полном объеме.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

Пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 названного Закона).

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 3 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В случае, если в соответствии с положениями настоящей статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом является солидарной (пункт 4 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Судом установлено и сторонами спора не оспаривается, что 24.06.2014 полномочия ФИО6 как генерального директора Общества были прекращены.

Вместе с тем, 27.06.2014, то есть через три дня после прекращения полномочий ФИО6, между ФИО2 и ООО «Торис» подписан договор № 61 уступки прав (цессии). При этом, от имени ООО «Торис» договор был подписан ФИО6 с указанием, что он действует в качестве генерального директора.

В отзыве на заявление, представленном в суде первой инстанции, ФИО6 признал факт подписания им договора, при этом он указал, что данный договор он подписал не в 2014 году, а в 2019 году.

Суд справедливо отметил, что ФИО2, подписывая договор цессии с лицом, чьи полномочия генерального директора были прекращены, не могла не понимать, что заключает указанный договор с лицом, неуполномоченным действовать от имени ООО «Торис». Такое поведение учредителя Общества нельзя признать добросовестными.

При этом стороны не оспаривают того обстоятельства, что ФИО2, вопреки принятому на себя в пункте 1.4. договора № 61 уступки прав (цессии) по договору займа уплатить ООО «Торис» 15 000 000 руб. в течение года с момента подписания договора, данное обязательство не исполнила ни полностью, ни частично, и не совершила каких-либо действий, свидетельствующих о намерении исполнить обязательство по оплате.

Как было отмечено выше, по смыслу положений статей 15, 1064 ГК РФ, основанием для возникновения ответственности руководителя по возмещению убытков является совокупность следующих обстоятельств: совершение руководителем противоправных действий (бездействия), факт причинения ущерба и причинно-следственная связь между указанными обстоятельствами.

Целью создания юридического лица - должника являлось осуществление деятельности, направленной на получение прибыли.

В данном случае арбитражный суд полагает, что имеется причинно-следственная связь между недобросовестными действиями со стороны ответчиков и причинением прямого материального ущерба должнику в виде выбытия имущества (денежных средств).

Доводы, изложенные ответчиком в апелляционной жалобе, уже являлись предметом исследования суда первой инстанции и были обоснованно отклонены.

Так, вопреки позиции ФИО2, оформление договором займа предоставление ООО «Торис» ООО «Калейдоскоп» финансирования для развития бизнеса не исключает факта возникновения между ними заемных правоотношений в соответствии с буквальным смыслом заключенного между ними договора и не исключает направленности волезиъявления сторон на установление возвратного и платного характера предоставления денежных средств, в соответствии с теми условиями, которые сформулированы в договоре займа.

Каких-либо доказательств, которые подтверждали бы притворность займа и намерения сторон договора по безвозмездному предоставлению денежных средств ООО «Торис» в пользу ООО «Калейдоскоп» в материалы дела не представлено.

Финансирование участником деятельности контролируемого им лица самостоятельной сделкой не является, и условия предоставления такого финансирования, равно как и содержание правоотношений сторон зависят, в первую очередь, от избранной им формы финансирования.

Вместе с тем, оформление предоставления финансирования договором займа влечет наступление для его сторон соответствующих правовых последствий, в частности, в виде обязательства возвратить заемные денежные средства на условиях, оговоренных в договоре.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что действиями ответчиков должнику причинены убытки в заявленной сумме, при этом доказательства, подтверждающие отсутствие вины ответчиков в причинении убытков, при рассмотрении настоящего обособленного спора не представлены.

В материалы дела не представлено доказательств того, что должник получил возмещение своих имущественных потерь, как и не представлено доказательств, свидетельствующих о необходимости осуществления указанных действий направленных на обеспечение хозяйственной деятельности должника. Причиненный должнику реальный ущерб не может быть отнесен к обычному в гражданском обороте риску предпринимательской деятельности.

Доказательств возврата денежных средств в конкурсную массу должника, не представлено, в результате чего права должника фактически не восстановлены.

В противовес доводу подателя жалобы относительно возможности двойного взыскания (с ФИО2 (убытки) и с ООО «Калейдоскоп» (задолженность по займу)), апелляционная коллегия отмечает, что ответственность контролирующего лица в виде возмещения убытков носит самостоятельный характер и не зависит от иных возможных вариантов восстановления нарушенного имущественного положения должника.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Выводы суда являются верными. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.06.2023 по обособленному спору № А56-106472/2021/уб.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий


С.М. Кротов


Судьи


Е.А. Герасимова


А.В. Радченко