Решение от 9 октября 2019 г. по делу № А54-7704/2018

Арбитражный суд Рязанской области

ул. Почтовая, 43/44, г. Рязань, 390000; факс (4912) 275-108;

http://ryazan.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А54-7704/2018
г. Рязань
09 октября 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 02 октября 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 09 октября 2019 года.

Арбитражный суд Рязанской области в составе судьи Котовой А.С.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев материалы дела по иску общества с ограниченной ответственностью "Простор+" (390026, <...>, литера А, помещение Н3; ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Железобетонный комбинат - 8" (390029, <...>; ОГРН <***>)

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2 (г. Рязань)

о признании недействительными договора и дополнительного соглашения

при участии в судебном заседании:

от истца: ген. директор ФИО3 на основании решения №3 от 10.05.2018;

от ответчика: представитель ФИО4 по доверенности от 11.01.2019;

от третьего лица: не явился, извещен надлежащим образом,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Простор+" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Железобетонный комбинат - 8" (далее - ответчик) о признании недействительными договора поставки продукции №34 от 20.07.2017 и дополнительного соглашения от 20.07.2017.

Определением суда от 25.01.2019 в соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2.

В процессе рассмотрения спора представителем истца заявлено о фальсификации доказательств, представленных ответчиком: договора поставки №34 от 20.07.2017 и дополнительного соглашения к нему. Указывая на то, что подпись в данных документах от имени генерального директора ООО "ПРОСТОР+" выполнена не ФИО5

Определением суда от 25 февраля 2019 года, в целях проверки заявления истца о фальсификации документов, по делу назначена судебная экспертиза с целью определения подлинности подписи, проведение которой поручено ООО "Центр экспертизы и оценки "ЕСИН" эксперту ФИО6.

01 апреля 2019 года в материалы дела от ООО "Центр экспертизы и оценки "ЕСИН" поступило заключение эксперта №52-70-1Э/19 от 25.03.2019 и счет №60 от 13.03.2019 на сумму 7000 руб.

Определением суда от 19 июня 2019 года по делу назначена судебная экспертиза с целью определения подлинности печати Общества, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью "Экспертное партнерство-Рязань" эксперту - криминалисту ФИО7.

19.07.2019 от ООО "Экспертное партнерство-Рязань" поступило экспертное заключение №27 от 17.07.2019, счет на оплату №27 от 17.07.2019 на сумму 7000 руб.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие третьего лица, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в порядке, предусмотренном статьями 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца поддержал заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика по заявленным исковым требованиям возражал, полагает, что договор поставки продукции №34 от 20.07.2017 и дополнительное соглашение от 20.07.2017 являются действительными поскольку, как показало заключение эксперта печать принадлежит организации, обществом об утере печати заявлено не было; кроме того, во исполнение договора истец на счет ответчика переводил денежные средства, что свидетельствует об одобрении данной сделки.

В судебном заседании представитель истца поддержал поступившее 02.10.2019 в материалы дела заявление о приобщении к материалам дела дополнительного соглашения к муниципальному контракту №2 от 18.06.2018г., акта о приемке выполненных работ №1 от 15.08.2018, акта о приемке выполненных работ №1 от 30.11.2018, акта о приемке выполненных работ №2 от 30.11.2018., актов о приемке выполненных работ №№1-12 от 27.06.2019г. и приложения №4 к муниципальному контракту - акт сдачи - приемки выполненных работ. Кроме того поддержал ходатайство об истребовании из материалов дела №А54-1914/2018 оригиналов договоров за период 2016-2017 гг., содержащие подпись ФИО5 и печать ООО «Простор+». А также поддержал ходатайство о назначении по делу дополнительной экспертизы, производство которой просит поручить ООО "Экспертное партнерство - Рязань". На разрешение эксперта считает необходимым поставить следующие вопросы:

- одним и тем же клише выполнена печать в договоре №34 от 20 июля 2017г., а также дополнительных соглашениях к нему и договорах периода 2016-2017г.г.;

- одним и тем же клише выполнена печать в договоре №34 от 20 июля 2017г., а также дополнительных соглашениях к нему и дополнительном соглашение к муниципальному контракту №2 от 18.06.2018г на выполнение строительных работ в с.Новопокровское Богородицкого района тульской области, акте о приемке выполненных работ №1 от 30.11.2018г., и приложение №4 к муниципальному контракту - акте сдачи - приемки выполненных работ.

Представитель ответчика полагает, что назначение дополнительной экспертизы нецелесообразно.

Рассмотрев ходатайство истца о назначении по делу повторной экспертизы, арбитражный суд не нашел оснований для его удовлетворения в связи с отсутствием предусмотренных статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для назначения повторной экспертизы.

Часть 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что повторная экспертиза назначается в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам.

Из анализа указанной нормы права следует, что повторная экспертиза может быть назначена при наличии сомнения у суда либо у лиц, участвующих в деле, в правильности и обоснованности первоначального заключения. Правильность экспертного заключения - это его достоверность. Обоснованность - это подтвержденность, мотивированность выводов, сделанных экспертом, определенными фактами, т.е. соответствие проведенного исследования на основании определенных методик выводам эксперта.

Определение достаточности экспертного заключения является прерогативой суда.

Проанализировав заключение эксперта-криминалиста ФИО7, суд пришел к выводу, что экспертное заключение является ясным и полным, отвечает на поставленные судом вопросы. Каких-либо противоречий в экспертном заключении суд не усматривает. Какие-либо недостатки в заключении эксперта судом не установлены, необходимость в постановке новых вопросов в отношении уже исследованных обстоятельств отсутствует. Оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта, предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется. Квалификация эксперта подтверждена (л.д. 23-24 т.3). Одно лишь несогласие стороны с выводами экспертизы не является основанием для назначения по делу повторной либо дополнительной экспертизы.

Исходя из существа заявленных требований, фактических обстоятельств дела, суд пришел к выводу, что назначение экспертизы по обозначенным вопросам нецелесообразно. В связи с чем ходатайство о назначении экспертизы подлежит отклонению.

Ходатайство истца об истребовании доказательств судом рассмотрено и оставлено без удовлетворения, поскольку отсутствуют основания. С учетом обстоятельств дела и представленных лицами, участвующими в деле, доказательств, учитывая отклонение ходатайства о назначении экспертизы, суд пришел к выводу о том, что в материалах дела достаточно доказательств для рассмотрения настоящего спора по существу

Исследовав материалы дела, арбитражный суд считает исковые требования необоснованными и неподлежащими удовлетворению.

Из материалов дела судом установлено:

Между обществом с ограниченной ответственностью "Простор+" (покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью "Железобетонный комбинат - 8" (поставщик) 20 июля 2017 года подписан договор №34 поставки продукции, по условиям которого истец обязуется поставить железобетонные изделия, бетонные изделия, товарные смеси (товарный бетон, товарный пескобетон, товарный раствор) и другую продукцию, а ответчик - надлежащим образом принять и оплатить продукцию на условиях договора.

Количество, развернутая номенклатура (ассортимент), стоимость указываются в накладных и счетах-фактурах, составляемых на каждую партию продукции.

Пунктом 4.2 договора предусмотрена возможность оказание услуг поставщиком по доставке продукции до строительного объекта покупателя (транспортные услуги).

Сторонами подписаны Дополнительные соглашения от 20.07.2017 с указанием наименования продукции, его количество, цены за единицу измерения и его стоимость.

ООО "Простор+" обращаясь с настоящим иском, указывает на то, что подписи на оспариваемых документах (договоре поставки продукции от 20.07.2017 №34 и дополнительных соглашениях к нему от 20.07.2017) не принадлежат директору, подписание договора другим лицом с подделкой подписи лица, указанного в качестве стороны сделки, свидетельствует об отсутствии воли последнего на совершение сделки, что является основанием для признания его ничтожным в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходит из следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки. По смыслу указанной нормы способы защиты подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Согласно части 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

По смыслу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

При этом, положения статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации указывают на то, что письменная форма договора предполагает составление документа, выражающего его содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно статье 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства, однако влечет недействительность сделки лишь в случаях, прямо установленных законом.

Так, несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (ст. 331 ГК РФ), также влечет недействительность договора, в случаях: несоблюдение формы договора продажи недвижимости (ст. 550 ГК РФ), несоблюдение формы договора продажи предприятия (ст.560 ГК РФ), несоблюдение формы договора аренды здания или сооружения (ст.651 ГК РФ), несоблюдение формы договора аренды предприятия (ст. 658 ГК РФ), несоблюдение письменной формы кредитного договора (ст.820 ГК РФ), несоблюдение письменной формы договора банковского вклада (ст. 836 ГК РФ), несоблюдение формы договора номинального счета (ст. 860.2 ГК РФ), несоблюдение письменной формы договора страхования (ст. 940 ГК РФ), несоблюдение формы договора доверительного управления имуществом (ст. 1017 ГК РФ), несоблюдение письменной формы договора коммерческой концессии (ст. 1028 ГК РФ), несоблюдение письменной формы завещания (ст. 1124 ГК РФ), договора об отчуждении исключительного права (ст. 1234 ГК РФ), лицензионного договора (ст. 1235 ГК РФ).

Таким образом, несоблюдение письменной формы договора поставки не влечет его недействительность в силу ГК РФ.

Отсутствие воли одной из сторон на заключение спорного договора услуг не является основанием для признания такой сделки недействительной. Такая сделка может быть признана незаключенной либо заключенной в зависимости от последующих действий поименованных в сделке сторон (пункт 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Указанный вывод подтверждается судебной практикой, в том числе Определением Верховного суда Российской Федерации от 12.12.2017 № 5-КГ17-210.

Ответчик – ООО "ПРОСТОР+" в ходе рассмотрения спора в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявил о фальсификации доказательств – договора поставки №34 от 20.07.2017 и дополнительных соглашений к нему, указывая на то, что подпись на данных документах выполнена не ФИО5, которая в спорный период являлась генеральным директором общества.

В целях проверки заявления о фальсификации доказательств суд по ходатайству ответчика назначил по делу судебную почерковедческую экспертизу, проведение которой поручил ООО "Центр экспертизы и оценки "ЕСИН", эксперту ФИО6

Согласно заключению судебной экспертизы от 25.03.2019 №52-70-1Э/19 (л.д. 91-97 т.2), выявленные различающие признаки в подписях устойчивы, существенны и достаточны для категорического отрицательного вывода о том, что подписи от имени генерального директора ООО "Простор+" в договоре № 34 от 20 июля 2017 г. и дополнительных соглашениях от 20.07.2017 в строке "от покупателя" выполнены не ФИО5, а иным лицом.

Совпадающие общие признаки несущественны, на сделанный вывод не влияют, так как относятся к числу часто встречающихся в почерках разных лиц.

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В соответствии с пунктом 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 N 57 "О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 ГК РФ, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

В рамках рассмотрения настоящего спора судом по ходатайству ответчика была назначена судебная техническая экспертиза, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью "Экспертное партнерство-Рязань" эксперту - криминалисту ФИО7.

Согласно заключению судебной технической экспертизы от 17.07.2019 №27 (л.д. 45-62 т.3) оттиски круглой печати с реквизитами ООО «Простор+», расположенные в представленных на исследование документах:

- договоре № 34 поставки продукции от 20 июля 2017 года заключенном между ООО «Железобетонный комбинат-8» и ООО «Простор+»;

- дополнительном соглашении к Договору № 34 поставки продукции от 20 июля 2017 года, датированном 20 июля 2017 года, между ООО «Железобетонный комбинат-8» и ООО «Простор+» (поставка бетона);

- дополнительном соглашении к Договору № 34 поставки продукции от 20 июля 2017 года, датированном 20 июля 2017 года, между ООО «Железобетонный комбинат-8» и ООО «Простор+» (поставка изделий БР-100-30-15, ФБС-12-4-6т и т.п.), -

- выполнены не клише круглой печати ООО «Простор+», экспериментальные оттиски которого оставлены в судебном процессе 19 июня 2019 года.

Оттиски круглой печати с реквизитами ООО «Простор+», расположенные в:

- договоре № 34 поставки продукции от 20 июля 2017 года заключенном между ООО «Железобетонный комбинат-8» и ООО «Простор+»;

- дополнительном соглашении к Договору № 34 поставки продукции от 20 июля 2017 года, датированном 20 июля 2017 года, между ООО «Железобетонный комбинат-8» и ООО «Простор+» (поставка бетона);

- дополнительном соглашении к Договору № 34 поставки продукции от 20 июля 2017 года, датированном 20 июля 2017 года, между ООО «Железобетонный комбинат-8» и ООО «Простор+» (поставка изделий БР-100-30-15, ФБС-12-4-6т и т.п.);

- карточке с образцами подписей и оттиска печати ООО «Простор+» от 18 июля 2016 года для операционного офиса «Аркада» в г. Рязань АО «Альфа-банк», -

- выполнены одним клише круглой печати с реквизитами ООО «Простор+».

Согласно п. 3.25 ГОСТ Р 6.30-2003 "Государственный стандарт Российской Федерации. Унифицированные системы документации. Унифицированная система организационно-распорядительной документации. Требования к оформлению документов" (постановление Госстандарта РФ от 03.03.2003 N 65-ст "О принятии и введении в действие государственного стандарта Российской Федерации") оттиск печати заверяет подлинность подписи должностного лица на документах, удостоверяющих права лиц, фиксирующих факты, связанные с финансовыми средствами, а также на иных документах, предусматривающих заверение подлинной подписи.

Судебная практика исходит из того, что в отсутствие доказательств утраты или хищения печати следует, что лица, владевшие печатью данного юридического лица, действовали от имени данного юридического лица, то есть что их полномочия в силу владения печатью явствовали из обстановки, поскольку по своей правовой сути проставление оттиска печати на документе преследует основную цель дополнительного удостоверения подлинности документа, а свободное распоряжение печатью организации свидетельствует о полномочиях лица на совершение операций от лица данной организации.

Как пояснил представитель истца, при передаче полномочий ФИО2 (директора общества до назначения директором ФИО5) ФИО5 вместе с учредительными документами была передана и печать ООО "ПРОСТОР+", которая имеется сейчас у общества и которой на данный момент владеет генеральный директор ФИО3

При этом из материалов дела следует, что с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по признакам преступления, ответственность за которые предусмотрена ч. 5 ст. 159 и ч. 3 ст. 327 УК РФ, директор общества "ПРОСТОР+" ФИО3 (сын ФИО2) обратился лишь 30.01.2019 (л.д. 131-143 т.2).

О наличии у ФИО2 полномочий на совершение от имени ООО "ПРОСТОР+" сделок свидетельствует также и тот факт, что данное лицо имело право второй подписи платежных документов от ООО "ПРОСТОР+", что подтверждается документами, представленными акционерным обществом "Альфа Банк" в соответствии с определением суда об истребовании доказательств (л.д. 76-78 т.2).

Также суд учитывает, что договор который исполнялся сторонами, нельзя признать недействительной сделкой.

Так, согласно п. 2 ст. 431.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо, действует недобросовестно, в том числе, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Исходя из абзаца 4 части 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление № 25), сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки.

Согласно абзацу 5 пункта 1 Постановления № 25, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов другой стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данная норма направлена на укрепление действительности сделок и преследует своей целью пресечение недобросовестности в поведении стороны, намеревающейся изначально принять исполнение и, зная о наличии оснований для ее оспаривания, впоследствии такую сделку оспорить.

Аналогичная позиция содержится в пункте 70 Постановления № 25: сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом, решением Арбитражного суда Рязанской области от 03.05.2018 по делу №А54-2119/2018 были удовлетворены исковые требования общества с ограниченной ответственностью "Железобетонный комбинат - 8" к обществу с ограниченной ответственностью "Простор+" о взыскании задолженности в сумме 851977 рублей 80 копеек

В рамках вышеуказанного дела установлен факт поставок товара истцом в адрес ООО "Простор+" и оказание ему услуг в соответствии с товарными накладными: от 31.07.2017 №00001616/00002955, от 07.08.2017 №00001696/00003092, от 14.08.2017 №00001763/00003219, от 14.08.2017 №00001764/00003220, от 17.08.2017 №00001805/00003306, №00001806/00003307, N 00001807/00003308, от 18.08.2017 №00001818/00003325, от 22.08.2017 №00001867/00003405 и актами выполненных работ (оказанных услуг): от 31.07.2017 №00000643/00002980, от 07.08.2017 №00000674/00003112, от 14.08.2017 №00000715/00003253, №00000716/00003254, от 17.08.2017 №00000723/00003304, №00000724/00003305, от 18.08.2017 №00000728/00003330, подписанными сторонами спора без замечаний и разногласий.

Из товарных накладных и актов выполненных работ (оказанных услуг) следует, что от имени ответчика они подписаны ФИО2, наделенным соответствующими полномочиями доверенностью от 16.08.2017. При этом подлинность подписей данного лица, равно как и оттисков печати организации на указанных документах ответчиком не оспорено.

По смыслу действующего законодательства преюдиция фактических обстоятельств, установленных по одному делу, возникает для другого арбитражного дела, если эти обстоятельства входят в предмет доказывания по обоим делам.

Обстоятельства, установленные решением арбитражного суда по делу №А54-2119/2018, не подлежат доказыванию вновь и имеют преюдициальное значение для рассмотрения данного спора (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание вышеизложенное, в удовлетворении исковых требований следует отказать.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются со стороны.

Поскольку истцу была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, и в удовлетворении исковых требований отказано, подлежащая уплате за рассмотрение настоящего дела государственная пошлина, взыскивается с истца в доход федерального бюджета.

В соответствие со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, судебные расходы по оплате судебной экспертизы относятся на истца.

В силу пункта 1 статьи 108 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации денежные средства, подлежащие выплате экспертам, вносятся на депозитный счёт арбитражного суда лицом, заявившим соответствующее ходатайство в срок, установленный арбитражным судом.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оплата судебной экспертизы производится по ее окончании путем перечисления денежных средств с депозитного счета Арбитражного суда Рязанской области.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" денежные суммы, причитающиеся эксперту, согласно части 1 статьи 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выплачиваются после выполнения им своих обязанностей в связи с производством экспертизы, за исключением случаев применения части 6 статьи 110 Кодекса. Перечисление денежных средств эксперту (экспертному учреждению, организации) производится с депозитного счета суда или за счет средств федерального бюджета финансовой службой суда на основании судебного акта, в резолютивной части которого судья указывает размер причитающихся эксперту денежных сумм. Суд выносит такой акт по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта.

Истцом в материалы дела представлен чек-ордер от 19.06.2019, подтверждающее перечисление на депозитный счет арбитражного суда денежных средств в сумме 12000 руб., подлежащих выплате эксперту.

Согласно счету ООО "Экспертное партнерство-Рязань" на оплату №27 от 17.07.2019 стоимость экспертизы составляет 7000 руб.

Определением суда от 25 февраля 2019 года расходы по оплате услуг по проведению судебной экспертизы были возложены на истца с последующим распределением между сторонами по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании части 1 статьи 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации денежные средства в сумме 7000 руб. подлежат перечислению обществу с ограниченной ответственностью "Экспертное партнерство-Рязань" с депозитного счета арбитражного суда. Излишне перечисленные денежные средства в сумме 5000 руб., подлежат возврату обществу с ограниченной ответственностью "Простор+" с депозитного счета Арбитражного суда Рязанской области.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Простор+" (390026, <...>, литера А, помещение Н3; ОГРН <***>) в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 6000 руб.

Перечислить обществу с ограниченной ответственностью "Экспертное партнерство-Рязань" (390011, <...>) с депозитного счета Арбитражного суда Рязанской области в счет оплаты экспертизы 7000 руб.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "Простор+" с депозитного счета Арбитражного суда Рязанской области излишне перечисленные денежные средства в сумме 5000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Рязанской области.

На решение, вступившее в законную силу, может быть подана кассационная жалоба в порядке и сроки, установленные статьями 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, через Арбитражный суд Рязанской области.

Судья А.С. Котова