Постановление от 24 февраля 2025 г. по делу № А45-28173/2021

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А45-28173/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 25 февраля 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Фаст Е.В., судей: Логачева К.Д., ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дубаковой А.А., с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 ( № 07АП-3778/22 (46)) на определение от 13.12.2024 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Красникова Т.Е.) по делу № А4528173/2021 о несостоятельности (банкротстве) Автономной некоммерческой организации «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» (ИНН <***>, ОГРН <***>, 630091, Новосибирск, улица Фрунзе, дом 19А, офис 305, далее – должник, АНО «Клиника НИИТО», клиника), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 (далее – заявитель, управляющий) к Благотворительному фонду помощи тяжелобольным детям, сиротам и инвалидам «РУСФОНД» (далее – заинтересованное лицо, Русфонд) о признании недействительной сделкой – одностороннего отказа от 28.12.2021 от исполнения договора об оказании услуг от 01.01.2013, применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании приняли участие: от заявителя: ФИО3 по доверенности от 24.12.2024;

от заинтересованного лица: ФИО4 по доверенности от 09.01.2024;

от Минздрава России: ФИО5 по доверенности от 13.02.2024; от ООО «Авелон»: ФИО6 по доверенности от 22.01.2025;

от ООО «ЛизингГарантСервис»: ФИО7 по доверенности от 01.12.2024.

от ООО «ТехинКом»: ФИО8 по доверенности от 01.03.2024; Суд

установил:

в деле о банкротстве должника его управляющий 28.05.2024 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании недействительной сделкой – односторонний отказ Русфонда от 28.12.2021 от исполнения договора от 01.01.2013, заключенного с клиникой (далее - договор от 01.01.2013), применении последствий недействительности сделки в виде признания договора от 01.01.2013 действующим, об исключении требования Русфонда в размере 49 813 230,80 руб. из реестра требований кредиторов должника.

Определением суда от 13.12.2024 в удовлетворении заявления управляющего о признании недействительной сделки - одностороннего отказа Русфонда от 28.12.2021 от исполнения договора от 01.01.2013, заключенного с АНО «Клиника НИИТО», - отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 13.12.2024 отменить полностью, вынести новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам, нарушение норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы её податель приводит следующие доводы: отказ Русфонда от договора от 01.01.2013 заявлен в условиях осведомлённости о неплатежеспособности должника и в целях причинения вреда кредиторам клиники, поскольку вплоть до настоящего времени (спустя 2,5 года) должник продолжает осуществлять свою деятельность, не отказывался от исполнения договора, не нарушал условия договора, не допускал просрочку исполнения обязательства, не приостанавливал деятельность; договором не предусмотрена возможность одностороннего расторжения договора; не установлен факт существенного изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора; должником от ответчика были получены средства на лечение конкретных детей, в связи с отказом от исполнения договора должник лишился возможности осуществлять лечение детей, для которых были собраны денежные средства; договор залога носит мнимый характер; Русфонд, отказываясь от исполнения

договора и заключая его с учредителем должника - ФГБУ «ННИИТО им. Я.Л. Цивьяна» (далее – ФГБУ), незаконно осуществляющего деятельность на территории клиники, действовал согласованно с ФГБУ, формируя в лице должника «центр убытков», а в лице ФГБУ - «центр прибыли», то есть намеренно осуществлял действия по установлению контроля над процедурой банкротства должника через учредителя должника; ответчик, направляя 28.12.2021 отказ от исполнения договора и требование о возврате неосновательного обогащения, осознавал, что указанное требование увеличил размер имущественных требований к должнику, тем самым причинил вред кредиторам, получил контроль над процедурой банкротства должника; в действиях ответчика имеются признаки злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российский Федерации, далее - ГК РФ); суд применил закон, не подлежащий применению, - положения главы 60 ГК РФ о неосновательном обогащении, квалифицировав денежные средства, перечисленные Русфондом по договору как неосновательное обогащение на стороне исполнителя.

Русфонд в представленном отзыве возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

ООО «Авелон» в представленном отзыве просило оставить апелляционную жалобу без удовлетворения обжалуемый судебный акт - без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы; представители ООО «ЛизингГарантСервис» и ООО «ТехинКом» считают доводы апелляционной жалобы обоснованными, обжалуемый судебной акт – незаконным и подлежащим отмене; представитель Русфонда возражал против удовлетворения апелляционной жалобы; представитель ООО «Авелон» поддержал доводы своего отзыва, считает апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения

суда от 13.12.2024, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Из материалов дела следует, определением суда от 19.10.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности клиники.

Решением суда от 25.05.2023 должник признан несостоятельным, в отношении его имущества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

01.01.2013 между Русфондом и клиникой был заключен договор, предметом которого является оказание клиникой стационарных медицинских услуг по оперативному и реабилитационно-восстановительному лечению детей (далее - пациентов) с ортопедической патологией (деформацией позвоночника) (пункт 1 договора от 01.01.2013).

В соответствии с пунктом 1.2 договора от 01.01.2013 оплата вышеуказанных услуг осуществляется Русфондом за счет собранных денежных средств читателей-жертвователей.

Согласно пункту 3.1 договора от 01.01.2013 данный договор ежегодно продлевался на каждый последующий календарный год.

В период действия договора от 01.01.2013 Русфонд производил перечисление авансовых платежей в пользу клиники, а клиника оказывала медицинские услуги пациентам.

Уведомлением от 28.12.2021 Русфонд в одностороннем порядке отказался исполнения от договора от 01.01.2013, заявил требование о возврате излишне уплаченных денежных средств.

Вступившим в законную силу определением суда от 22.09.2022 по делу № А452817/2021 требование Русфонда в размере 49 813 230,8 руб., излишне уплаченных денежных средств по договору от 01.01.2013, включено в реестр требований кредиторов должника с отнесением в третью очередь реестра.

Управляющий, ссылаясь на причинение односторонним отказом Русфонда от исполнения от договора от 01.01.2013, оформленным уведомлением от 28.12.2021, вреда интересам должника, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из отсутствия необходимой совокупности обстоятельств для признания оспариваемого

одностороннего отказа от исполнения договора от 01.01.21013 недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 32 Закон о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве следует, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало ряд обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - Постановление № 63)).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В случае недоказанности хотя бы одного из обстоятельств, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (абзац шестой пункта 5 Постановления № 63).

Дело о банкротстве должника возбуждено 19.10.2020, оспариваемая сделка – 28.12.2021, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 154 ГК РФ, односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

В соответствии с требованиями статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом; односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Правила главы 39 ГК РФ применяются, в том числе к договорам оказания медицинских услуг.

В соответствии со статьей 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

B соответствие с пунктом 1 статьи 782 ГК РФ заказчик вправе в любое время отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг.

В соответствии с пунктом 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно пункту 1 статьи 450.1 ГК РФ, в случае одностороннего отказа от исполнения договора договор прекращается с момента получения уведомления об отказе.

В силу абзаца 2 пункта 4 статьи 453 ГК РФ в случае, когда до расторжения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 ГК РФ): получившая исполнение сторона обязана вернуть другой стороне сумму исполненного.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в

обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В рассматриваемом случае правовые основания для признания одностороннего отказа от исполнения договора от 01.01.2013, оформленного уведомлением от 28.12.2021, недействительным по специальным основаниям, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отсутствовали, поскольку факт противоправного поведения со стороны Русфонда по одностороннему отказу от исполнения договора от 01.01.2013 не установлен.

Денежные средства, перечисленные Русфондом на счет должника в форме авансовых платежей, не являются имуществом должника.

Уведомление от 28.12.2021 по своей природе представляет собой одностороннюю сделку, а потому не может быть оспорено по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из судебных актов о включении требования Русфонда в реестр требований кредиторов должника по настоящему делу следует, что основания удерживать денежные средства, излишне уплаченные должнику, признаны арбитражными судами трех инстанций отсутствующими, а сами такие денежные средства квалифицированы, как неосновательное обогащение.

Соответственно, такая квалификация заведомо предполагает отсутствие факта получения встречного предоставления от должника.

Доказательств того, что авансовые платежи были отработаны и должник имел право рассчитывать на сохранение денежных средств в своей имущественной массе, в материалы обособленного спора не представлено.

В результате совершения оспариваемого отказа имущественная масса должника не уменьшена, размер требований кредиторов не увеличен, поскольку должник в любом случае обязан был вернуть неотработанный аванс в случае прекращения действия договора, каких либо возвратов должником в пользу заинтересованного лица не производилось.

Исходя из содержания статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Доказательства того, что Русфонд в данном случае действовал исключительно с целью причинения вреда должнику и его кредиторам (статья 10 ГК РФ), не представлены, при этом оспариваемая сделка носит односторонний характер, отношения Русфонда и ФГБУ «ННИИТО им. Я.Л. Цивьяна» к предмету оспариваемой сделки не имеют.

Довод управляющего о возможном исполнении договора от 01.01.2013 со стороны должника после введения процедуры банкротства правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку неопределенность относительно возможности дальнейшего продолжения должником осуществления своей деятельности имела место как на момент совершения оспариваемого отказа (28.12.2021) от договора от 01.01.2013, так и на текущую дату, тогда как характер правоотношений, урегулированных договором от 01.01.2013, исключал возможность допущения такой неопределенности, поскольку договор от 01.01.2013 был заключен в интересах третьих лиц – детей, остро нуждающихся в медицинской помощи, и регулировал предоставление заранее оплаченных услуг по оперативному и реабилитационно-восстановительному лечению детей с ортопедической патологией (деформацией позвоночника).

К аналогичным выводам арбитражные суды трех инстанций пришли при рассмотрении требования Русфонда о включении требования размере необработанного аванса по договору от 01.01.2013 в реестр требований кредиторов должника.

Доводы о том, что договором не предусмотрена возможность одностороннего расторжения договора, договор залога носит мнимый характер, отклоняются, поскольку не могут свидетельствовать о причинении вреда кредиторам должника.

Конструкция рамочных договоров (статья 429.1 ГК РФ) в рамках реализации принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ) активно использовалась участниками гражданского оборота и признавалась высшими судебными инстанциями в период заключения договора от 01.01.2013 (Постановление Президиума ВАС РФ от 30.07.2013 № 1162/13 по делу № А03-1338/2012, пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием

договоров незаключенными», пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Таким образом, законодательство не требует и не требовало обязательного согласования в рамочном договоре всех условий. Стороны вправе заключить рамочный договор об оказании услуг (в том числе, медицинских), определив общие условия сотрудничества, а впоследствии конкретизировать условия посредством, в том числе, подачи заявок.

При этом получение медицинской услуги от конкретного исполнителя услуг является безусловным правом исключительно пациента, а не Русфонда.

Закон о банкротстве не содержит положения о том, что открытие в отношении должника процедуры конкурсного производства автоматически лишает контрагента права на отказ договора.

Вопреки доводу о необходимости исключения требования Русфонда из реестра требований кредиторов должника, как последствия недействительной сделки, оснований для подобного исключения судом первой инстанции правомерно не установлено.

Определение суда от 22.09.2022 о включении требования Русфонда в реестр вступило в законную силу, отдельного заявления об исключении в суд первой инстанции со стороны управляющего или кредиторов не подавалось.

Многочисленные доводы управляющего об аффилированности Русфонда с должником, в том числе через учредителя ФГБУ «ННИИТО им. Я.Л. Цивьяна», об установлении Русфондом контроля над процедурой банкротства должника (в том числе через учредителя ФГБУ «ННИИТО им. Я.Л. Цивьяна») отклоняются апелляционным судом, как не имеющие правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора, могли быть заявлены и рассмотрены при включении требования Русфонд в реестр требований кредиторов должника, доводы о создании схемы «центр прибыли» и «центр убытков» и осуществлении кредитором контроля деятельности должника подлежат при рассмотрении спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или взыскания кредиторских убытков.

Из сложившихся отношений (в том числе установлено в судебных актах арбитражных судов трех инстанции при рассмотрении обособленного спора по заявлению Русфонда о включении требования в реестр требований кредиторов должника) следует, что со стороны Русфонда имел место контроль за исполнением условий договора от 01.01.2013, поскольку такой договор являлся целевым и заключенным в интересах третьих

лиц – тяжелобольных пациентов – за счет денежных средств, предоставленных Русфондом на их лечение.

Данная социальная направленность договора от 01.01.2013 обусловила его адресность и целевой характер, соблюдение которых Русфонд в пределах своих полномочий контрагента по сделке обязан был контролировать.

Ссылки на причинение вреда кредиторам клиники ввиду того, что должником от Русфонда были получены денежные средства на лечение конкретных детей, а в связи с отказом от исполнения договора от 01.01.2013 должник лишился возможности осуществлять лечение этих детей, для которых были собраны денежные средства, должник приобрел для лечения конкретных пациентов товарно-материальные ценности и не может их использовать для других пациентов, отклоняются апелляционным судом, поскольку в предмет рассматриваемого спора не входят требования о причинении потенциальных убытков, причинённых отказом от договора от 01.01.2013, которые могут быть предъявлены Русфонду в рамках отдельного искового производства при наличии правовых оснований.

Русфонд является благотворительной организацией, не преследует в своей деятельности какие-либо коммерческие цели, не может и не должен отслеживать информацию о контрагентах, которые не исполняют обязательства по лечению подопечных Русфонда, целью деятельности заинтересованного лица является, в том числе, социальная поддержка и защита тяжелобольных детей, инвалидов, детей, оставшихся без попечения родителей, содействие деятельности в сфере профилактики и охраны здоровья граждан.

Денежные средства, перечисленные на счет должника по договору от 01.01.2013, которые на момент оспариваемого отказа не были отработаны должником, были собраны из пожертвований (являются благотворительностью), предназначены для помощи тяжелобольным пациентам, имеют целевое назначение.

При этом, Русфонд не является коммерческой организацией, не обладает штатом юристов для отслеживания какой-либо информации о своих контрагентах. Соответственно, Русфонда не мог и не должен был знать о каких-либо признаках неплатежеспособности должника, анализировать финансово-хозяйственную деятельность медицинского учреждения.

Таким образом, цель причинения вреда должнику и осведомленность о ней Русфонда оспариваемой сделкой в данном случае управляющим не доказаны.

Учитывая изложенное, управляющим не доказаны основания для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, отсутствуют основания для признания сделки недействительной по статье 10 ГК РФ, поскольку управляющим в материалы дела не представлены какие-либо доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении сделки, выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2018 № 309- ЭС18-14765).

Иные основания для признания оспариваемой сделки недействительной судом апелляционной инстанции, исходя из заявленных конкурсным управляющим оснований требования и материалов настоящего дела, не установлены.

С учетом изложенного в удовлетворении заявленного требования отказано правомерно.

Доводы апелляционной жалобы проверены и признаются апелляционным судом несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Новосибирской области от 13.12.2024.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на ее подателя и подлежат взысканию с должника ввиду предоставленной при принятии апелляционной жалобы отсрочки.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

определение от 13.12.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-28173/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с Автономной некоммерческой организации «Клиника травматологии, ортопедии и нейрохирургии НИИТО» в доход федерального бюджета 30 000 рублей 00 копеек государственной пошлины по апелляционной инстанции.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий Е.В. Фаст

Судьи К.Д. Логачев

ФИО1