Постановление от 6 февраля 2019 г. по делу № А32-23934/2015

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-23934/2015
город Ростов-на-Дону
06 февраля 2019 года
15АП-16293/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 февраля 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Попова А.А.,

судей Ванина В.В., Малыхиной М.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 22.01.2016,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Департамента имущественных отношений Краснодарского края, ФИО2

на решение Арбитражного суда Краснодарского края

от 05 августа 2018 года по делу № А32-23934/2015

по иску Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея

к Департаменту имущественных отношений Краснодарского края, ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Росресурс»

при участии третьих лиц: Управления государственного строительного надзора Краснодарского края, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральная кадастровая палата Росреестра» в лице филиала по Краснодарскому краю, Кубанского бассейнового водного управления, Министерства природных ресурсов Краснодарского края, Федерального агентства лесного хозяйства, государственного казённого учреждения Краснодарского края «Комитет по лесу», администрации муниципального образования Туапсинский район,

о признании недействительным договора аренды земельного участка, истребовании земельного участка из чужого незаконного владения, признании права собственности Краснодарского края на земельный участок отсутствующим, признании права собственности Российской Федерации на земельный участок,

принятое в составе судьи Назыкова А.Л.,

УСТАНОВИЛ:

Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея (далее – истец, МТУ Росимущества) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к Департаменту имущественных отношений Краснодарского края (далее – ДИО КК), ФИО2 (далее – ФИО2), в котором просило:

- признать недействительным (ничтожным) договор аренды № 0000000701 от 18.10.2004 земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, заключенный между Департаментом имущественных отношений Краснодарского края и обществом с ограниченной ответственностью «Росресурс»;

- признать недействительным (ничтожным) договор от 25.01.2008 о передаче прав и обязанностей арендатора по договору аренды земельного участка № 0000000701 от 18.10.2004, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Росресурс» и ФИО2;

- истребовать из чужого незаконного владения Краснодарского края и ФИО2 земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25, расположенный по адресу: Краснодарский край, Туапсинский район, пгт. Джубга, Ленинградская щель, примерно в 200 м. по направлению на юго-восток от ФГУП «Дом отдыха «Голубая бухта»;

- признать отсутствующим право собственности субъекта Российской Федерации - Краснодарского края на указанный земельный участок и признать право собственности Российской Федерации на него.

Исковые требования мотивированы следующим. Земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25 площадью 31 770 кв.м. (категории земель особо охраняемых территорий и объектов) пересекает границы земельного участка с кадастровым номером 23:33:0605003:304, отнесенного к категории земель лесного фонда. Земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25 частично расположен в пределах береговой полосы Черного моря. Береговая полоса является неотъемлемой частью водного объекта, составляет с ним единое целое как природный комплекс, береговая полоса Черного моря в силу Водного кодекса Российской Федерации является собственностью Российской Федерации независимо от государственной регистрации права. Поскольку земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25 находится в пределах береговой полосы Черного моря, он является федеральной собственностью в силу закона независимо от государственной регистрации права. Земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25 частично образован из земель лесного фонда и частично из береговой полосы Черного моря, которые в силу закона являются федеральной собственностью. Между тем, право собственности Краснодарского края на указанный земельный участок было зарегистрировано в 2004 году. Сделка по предоставлению данного земельного участка в аренду и последующая сделка по передаче прав арендатора земельного участка являются недействительными (ничтожными). На земельном участке расположены объекты капитального строительства, право собственности на которые зарегистрировано за ФИО2

Определением от 07.07.2015 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Управление государственного строительного надзора Краснодарского края, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, общество с ограниченной ответственностью «Росресурс».

Определением от 20.08.2015 к участию в деле в качестве ответчика привлечено ООО «Росресурс».

Определениями от 28.10.2015, от 28.10.2016, от 02.03.2017, от 27.02.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Кубанское бассейновое водное управление, Министерство природных ресурсов Краснодарского края, Федеральное агентство лесного хозяйства, ГКУ Краснодарского края «Комитет по лесу», администрация муниципального образования Туапсинский район, ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Росреестра» в лице филиала по Краснодарскому краю.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2018 признано отсутствующим право собственности Краснодарского края и право аренды ФИО2 на части земельного участка с кадастровым номером 23:33:01020001:25, координаты и площади которых установлены экспертными заключениями ОАО «Государственный проектно-изыскательский институт земельно-кадастровых съемок им. П.Р. Поповича» № 27 от 20.09.2016 и № 83 от 15.12.2017. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Судебный акт мотивирован следующим. Право собственности Краснодарского края на спорный земельный участок было зарегистрировано как на земельный участок краевого курорта, истец относимость земельного участка к территории краевого курорта не опроверг. Также истцом не представлено доказательств незаконности регистрации права собственности Краснодарского края на спорный участок и наличия оснований для отнесения всего земельного участка к собственности Российской Федерации. Суд отметил ошибочность позиции МТУ Росимущества об отнесении к федеральной собственности береговой полосы водного объекта, поскольку полоса земли вдоль береговой линии водного объекта общего пользования не является частью водного объекта, и по одному только признаку прилегания к водному объекту не может быть отнесена к федеральной собственности. Судом по результатам проведения землеустроительной экспертизы установлено нахождение отдельных частей спорного земельного участка непосредственно в Черном море (за береговой линией), а также на территории земель лесного фонда, в указанной части земельный участок на дату регистрации права собственности Краснодарского края относился к федеральной собственности в силу закона. Суд пришел к выводу об истечении срока исковой давности по требованиям о признании недействительными договора аренды № 0000000701 от 18.10.2004 и договора от 25.01.2018 передачи прав и обязанностей арендатора земельного участка, а также по требованию о признании отсутствующим права собственности Краснодарского края на спорный земельный участок. Оснований для истребования данных частей земельного участка из чужого незаконного владения не имеется, поскольку Российская Федерация не нуждается в восстановлении своего владения водным объектом и лесным фондом, доступ к указанным частям участка остается открытым для иных лиц.

Департамент имущественных отношений Краснодарского края обжаловал решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил его отменить, в иске отказать по следующим основаниям:

- право собственности Краснодарского края на спорный земельный участок было зарегистрировано правомерно в силу закона, а именно статьи 18 Земельного кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 14.03.1995 № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях», Закона Краснодарского края от 07.08.1996 № 41-КЗ «О природных лечебных ресурсах, лечебно-оздоровительных местностях и курортах Краснодарского края»;

- с учетом того, что в соответствии с пунктом 5.8 Положения о Росимуществе на ТУ ФАУГИ в Краснодарском крае возложена обязанность осуществлять контроль за управлением, распоряжением, использованием по назначению и сохранностью земельных участков, находящихся в федеральной собственности, истец не мог не знать о том, что его право собственности на земельный участок нарушено и срок исковой давности следует исчислять с момента государственной регистрации права собственности Краснодарского края на данный земельный участок;

- из представленных в материалы дела доказательств следует, что истец не владеет спорным земельным участком;

- судом не исследовался вопрос о том, что границы земельного участка с кадастровым номером 23:33:0605003:304 определены с недостаточной точностью, то есть являются декларированными.

ФИО2 также обжаловала решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просила:

1) изменить мотивировочную часть решения:

- в части выводов о признании отсутствующим права собственности Краснодарского края и права аренды ФИО2 на части земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, которые расположены непосредственно в акватории Черного моря и на землях лесного фонда;

- в части выводов суда о нахождении отдельных частей спорного земельного участка в Черном море и на землях лесного фонда;

- в части отсутствия выводов о невозможности рассмотрения одновременно исковых требований о признании права собственности на недвижимое имущество, о признании права собственности отсутствующим и об истребовании того же недвижимого имущества как взаимоисключающих;

- в части неприменения исковой давности к требованиям о виндикации и признании права собственности на земельный участок, последствия истечения срока исковой давности к требованию о признании права собственности отсутствующим;

- в части отсутствия выводов о невозможности истребования части земельного участка;

2) изменить резолютивную часть решения Арбитражного суда Краснодарского края от 05.08.2018:

- исключить признание отсутствующим права собственности Краснодарского края и права аренды ФИО2 на части спорного земельного участка, занятые водным объектом и лесным фондом, с соответствующими координатами;

- исключить взыскание с ФИО2 судебных расходов по оплате стоимости судебной экспертизы в размере 47 000 руб.;

- исключить взыскания с ФИО2 государственной пошлины по иску в размере 6 000 руб.

В своей апелляционной жалобе ФИО2 привела следующие доводы:

- истец не заявлял требование о признании отсутствующим права аренды спорного земельного участка и не изменял предмет иска;

- признание отсутствующим права собственности и права аренды в данном случае не носит негаторный характер, поскольку на части земельного участка, которая, по мнению суда, относится к землям лесного фонда, расположен гостевой дом, принадлежащий ФИО2 на праве собственности;

- экспертные заключения являются недостоверными и недопустимыми доказательствами, могущими объективно подтверждать факт расположения спорного земельного участка в границах водного объекта, его береговой полосы и земель лесного фонда;

- реестровая (кадастровая) ошибка не является основанием для признания недействительным договора и (или) применения последствий его недействительности, а подлежит исправлению в порядке статьи 61 Федерального закона № 128-ФЗ от 13.07.2015 «О государственной регистрации недвижимости»;

- исковые требования о признании права собственности на недвижимое имущество или о признании права собственности отсутствующим и об истребовании того же недвижимого имущества являются взаимоисключающими и не подлежащими рассмотрению одновременно.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержала доводы апелляционных жалоб, просила решение суда первой инстанции в части удовлетворения исковых требований отменить, в данной части принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска в полном объёме.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей не обеспечили, будучи надлежащим образом уведомлены о времени и месте рассмотрения дела. В отношении указанных лиц апелляционные жалобы рассмотрены в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав представителя ответчицы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что решение суда первой инстанции подлежит частичной отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, на земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:0025 право собственности субъекта Российской Федерации - Краснодарского края было зарегистрировано в ЕГРП 06.12.2004 на основании постановления главы Туапсинского района Краснодарского края № 819 от 05.08.2004, что следует из копии свидетельства о государственной регистрации права от 07.12.2004 серия 23-АБ № 774344 (т. 1 л.д. 118).

ДИО КК и ООО «Росресурс» заключен договор № 0000000701 от 18.10.2004 аренды земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:0025, площадью 31 770 кв.м., расположенного по адресу: Краснодарский край, Туапсинский р-н, курорт Джубга, Ленинградская щель, для строительства и эксплуатации реабилитационного центра на 150 мест, сроком до 15.10.2014 (т. 1, л.д. 29-36).

Договор аренды заключен по результатам торгов (т. 2 л.д. 59-62).

По договору от 25.01.2008 ООО «Росресурс» передало права и обязанности арендатора указанного земельного участка ФИО2 (т. 1 л.д. 25-27).

В соответствии с выпиской из ЕГРН № 23/153/008/2017-6243 от 31.05.2017 на земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25, площадью 31 770 кв.м., относящийся к категории земель особо охраняемых территорий и объектов, зарегистрировано право аренда в пользу ФИО2 (т. 5 л.д. 12).

В данной выписке из ЕГРН адрес земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25 определен следующим образом: Краснодарский край, Туапсинский район, г/п Джубгское, курорт Джубга (т. 5 л.д. 9).

В соответствии с кадастровым планом № 33/04-03-2517 от 27.10.2004 земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:0025, площадью 31 770 кв.м. относится к категории земель особо охраняемых территорий и объектов (т. 5 л.д. 64).

В статье 18 Земельного кодекса Российской Федерации закреплено, что в собственности субъектов Российской Федерации находятся земельные участки, которые признаны таковыми федеральными законами. Земли особо охраняемых природных территорий относятся к объектам общенационального достояния и могут находиться в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации и в муниципальной собственности.

В статьях 31, 32 Федерального закона Российской Федерации № 33-ФЗ от 14.03.1995 «Об особо охраняемых природных территориях» закреплено, что лечебно-оздоровительные местности и курорты могут иметь федеральное, региональное или местное значение. Внешний контур округа санитарной (горно-санитарной) охраны является границей лечебно-оздоровительной местности или курорта.

Согласно пункту 6 статьи 2 Закона № 33-ФЗ особо охраняемые природные территории регионального значения являются собственностью субъектов Российской Федерации и находятся в ведении органов государственной власти субъектов Российской Федерации.

Первоначально статус курорта ряд местностей Туапсинского района получили с принятием постановления Совета Министров РСФСР № 83 от 04.08.1972 «О некоторых вопросах землепользования», которым был утвержден перечень курортных местностей Краснодарского края, куда вошли курорты Шепси, Гизель-Дере, Небуг, Новомихайловский, Джубга.

Постановлением Совета Министров РСФСР № 406 от 27.09.1988 «Об установлении границ и режима курортов округа санитарной охраны курортов Туапсинского района (Джубга, Ново-Михайловка, Небуг, Гизель-Дере, Шепси) в Краснодарского крае» утверждены границы и режим санитарной охраны курортов Туапсинского района.

К категории особо охраняемых природных территорий относятся лечебно-оздоровительные местности и курорты (пункт 1 статьи 2 Закона № 33-ФЗ).

Согласно пункту 7 статьи 2 Закона № 33-ФЗ территории государственных заказников, памятников природы, дендрологических парков и ботанических садов, лечебно-оздоровительных местностей и курортов могут быть отнесены либо к особо охраняемым природным территориям федерального значения, либо к особо охраняемым природным территориям регионального значения.

Согласно пункту 4 статьи 31 Закона № 33-ФЗ отнесение территорий (акваторий) к лечебно-оздоровительным местностям и курортам осуществляется в порядке, устанавливаемом Федеральным законом о природных лечебных ресурсах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Федерального закона Российской Федерации № 26-ФЗ от 23.02.1995 «О природных лечебных ресурсах, лечебно-оздоровительных местностях и курортах» признание территории лечебно-оздоровительной местностью или курортом осуществляется в зависимости от ее значения Правительством Российской Федерации, соответствующим органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления на основании специальных курортологических, гидрогеологических и других исследований. Согласно пункту 2 приведенной статьи территория признается лечебно-оздоровительной местностью или курортом регионального значения органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации по согласованию с соответствующими федеральными органами исполнительной власти.

Пунктом 2 статьи 4 Закона Краснодарского края № 41-КЗ от 07.08.1996 «О природных лечебных ресурсах, лечебно-оздоровительных местностях и курортах Краснодарского края» и постановлением главы администрации Краснодарского края № 1098 от 06.12.2006 «О курортах краевого значения» курортам Туапсинского района, городов Ейска, Горячего Ключа в границах утвержденных округов санитарной охраны придан статус курортов краевого значения, находящихся в ведении органов государственной власти Краснодарского края. Впоследствии постановлением главы администрации Краснодарского края № 1136 от 10.12.2007 утверждено «Положение о курортах краевого значения Туапсинского района (Джубга, Новомихайловка, Небуг, Гизель-Дере, Шепси)», согласно пункту 1.2 которого курорты Туапсинского района расположены в Краснодарском крае и являются курортами краевого значения в границах и с режимом округа санитарной охраны курортов.

С учётом изложенного, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что право собственности Краснодарского края на земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25 было правомерно зарегистрировано в ЕГРП как на земельный участок краевого курорта. Относимость данного участка к территории краевого курорта МТУ Росимущества не опровергло, доказательств возникновения права собственности Российской Федерации на весь земельный участок не представило. Материалами дела не подтверждается отнесение всего спорного земельного участка к собственности Российской Федерации по установленным законом критериям разграничения государственной собственности на землю. В связи с этим, суд правомерно указал, что он не может удовлетворить полностью такие требования МТУ Росимущества как истребование из чужого незаконного владения Краснодарского края и арендатора ФИО2 земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, признание права собственности Российской Федерации на данный земельный участок и признание отсутствующим право собственности Краснодарского края на него. Доказательства незаконности регистрации права собственности Краснодарского края на спорный земельный участок и наличие оснований для отнесения всего земельного участка к собственности Российской Федерации истец не представил.

Суд первой инстанции также обоснованно отклонил довод МТУ Росимущества о необходимости отнесения всего земельного участка к собственности Российской Федерации по мотиву его частичного нахождения в береговой полосе водного объекта - Черного моря, поскольку полоса земли вдоль береговой линии водного объекта общего пользования, в том числе и такого как Черное море, не является частью водного объекта, и по одному только признаку прилегания к водному объекту не может быть отнесена к федеральной собственности. Соответствующий правовой подход сложился в практике арбитражных судов. Земли, покрытые поверхностными водами, сосредоточенными в водных объектах (то есть внутри береговой линии), а также земли, занятые гидротехническими и иными сооружениями, расположенными на водных объектах, относятся к землям водного фонда. В то же время земли, расположенные за береговой линией и не занятые гидротехническими и иными сооружениями, расположенными на водных объектах, могут относиться к землям любой иной категории, кроме земель водного фонда. Следовательно, законодатель разделил правовой режим земель, занятых поверхностными водными объектами, и земель (территорий), примыкающих к поверхностным водным объектам по береговой линии. Частью 1 статьи 65 Водного кодекса предусмотрено, что территории, которые примыкают к береговой линии поверхностных водных объектов, являются водоохранными зонами. На указанных территориях устанавливается специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения, засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира. В границах водоохранных зон выделяют береговую полосу (часть 6 статьи 6 Водного кодекса) и прибрежные защитные полосы (часть 2 статьи 65 Водного кодекса), на территории которых действует больший перечень публично-правовых запретов и ограничений. Вместе с тем в силу норм Водного кодекса (часть 2 статьи 2, часть 1 статьи 4) водное законодательство регулирует водные отношения - правоотношения по использованию и охране водных объектов. Положения действующего водного законодательства не содержат каких-либо норм об отнесении земельных участков, относящихся к водоохранной зоне федеральных водных объектов, к собственности публично-правовых образований. Отнесение земельного участка к водоохранной зоне само по себе не означает, что у собственника водного объекта возникает право собственности на такой участок. Отношения по использованию и охране земель регулируются не водным, а земельным законодательством (пункт 1 статьи 3 Земельного кодекса). При этом в пункте 3 статьи 3 Земельного кодекса закреплен приоритет норм земельного законодательства как специального закона перед гражданским законодательством в регулировании имущественных отношений по владению, пользованию и распоряжению земельными участками.

Критерии разграничения государственной собственности на землю установлены статьей 3.1 Закона № 137-ФЗ (в редакции Федерального закона № 53-ФЗ от 17.04.2006). Нахождение земельного участка в границах водоохранных зон (территорий со специальным режимом использования и охраны природных ресурсов) в качестве критерия разграничения публичной собственности в названной статье Закона не упомянуто. Уровень публичной собственности в отношении земельных участков определяется на основании критериев, закрепленных в статьях 17 - 19 Земельного кодекса, а также в статье 3.1 Закона № 137-ФЗ (постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.08.2017 по делу № А53-14875/2015, от 24.01.2017 по делу № А32-1130/2015).

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции по делу были проведены первичная и дополнительные судебные экспертизы, заключениями судебного эксперта № 27 от 20.09.2016 и № 83 от 15.12.2017 установлены следующие обстоятельства:

- земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25 частично расположен в границах Чёрного моря (в заключении эксперта приведено описание двух частей земельного участка площадью 30 кв.м. и 29 кв.м., которые располагаются непосредственно на водном объекте). При этом эксперт указал, что установить точную причину пересечения земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25 с границами водного объекта не представляется возможным. Одной из возможных причин данного пересечения эксперт указал на ошибку, допущенную лицом, подготовившим описание земельного участка № 33/04-01/1018 от 05.08.2004;

- земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25 имеет пересечение с границами земельного участка с кадастровым номером 23:33:0605003:304 площадью 15 556 128 кв.м. (земли лесного фонда), площадь пересечения составляет 2 999 кв.м., приведено описание границ пересечения земельных участков друг с другом. В качестве причины пересечения границ земельных участков эксперт указал на допущение кадастровой ошибки;

- за границами земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25 располагаются КПП лит. «В, в» общей площадью 16,4 кв.м. и КПП лит. «Ж» общей площадью 4,1 кв.м.; объекты «баня», железобетонная смотровая площадка и железобетонный причал частично располагаются за границами земельного участка, все остальные объекты недвижимого имущества расположены в границах земельного участка. Земельный участок частично огорожен, свободный проход и доступ иных лиц через земельный участок осуществляется с юго-западной его части, вдоль береговой полосы водного объекта Чёрное море.

Суд первой инстанции указал, что земельный участок с кадастровым номером 23:33:0102001:25 не мог формироваться за счёт территорий водного объекта и земель лесного фонда (земельного участка с кадастровым номером 23:33:0605003:304), распоряжение ДИО КК земельным участком с кадастровым номером 23:33:0102001:25 в существующих границах являлось неправомерным, т.к. фактически в аренду были переданы части водного объекта и земель лесного фонда, которыми Краснодарский край распоряжаться не мог.

Вместе с тем, с учётом даты подписания договора аренды и началом его фактического исполнения (18.10.2004), суд первой инстанции пришёл к выводу о пропуске МТУ Росимущества срока исковой давности для оспаривания в судебном порядке действительности данной сделки, о чём было заявлено ответчиками и что является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска в части требований о признании недействительными (ничтожными) договора аренды № 0000000701 от 18.10.2004 и договора от 25.01.2008 о передаче прав и обязанностей арендатора по договору аренды земельного участка № 0000000701 от 18.10.2004. В данной части решение суда первой инстанции лицами, участвующими в деле не оспаривается, в связи с чем не является предметом исследования суда апелляционной инстанции.

Суд первой инстанции также указал, что спорный земельный участок застроен объектами недвижимости, на которые зарегистрировано право собственности ФИО2 (т. 1 л.д. 192-203). МТУ Росимущества не приведено доказательств признания данных объектов самовольными постройками, признания отсутствующим права собственности на данные объекты, требований о сносе их истцом не заявлено. При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу о том, что истребование земельного участка из чужого незаконного владения не представляется возможным, в связи с чем отклонил виндикационное требование МТУ Росимущества. В данной части законность и обоснованность решения суда первой инстанции также не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Вместе с тем, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что права МТУ Росимущества подлежат восстановлению посредством признания отсутствующим права собственности Краснодарского края и права аренды ФИО2 на части земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, которые расположены непосредственно в акватории Черного моря и на землях лесного фонда.

Суд апелляционной инстанции полагает, что данный способ защиты нарушенного права с учётом фактических обстоятельств дела является допустимым только в отношении частей земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, которые расположены непосредственно в акватории Черного моря.

Прежде всего, в силу разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010, следует, что правовая квалификация спорных отношений является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор.

Из содержания иска и процессуальной позиции МТУ Росимущества непосредственно следует, что оно усматривает нарушение прав Российской Федерации фактом включения в состав спорного земельного участка частей водного объекта – Чёрного моря.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, закрепленными в статье 12 Гражданского кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 2 Федерального закона Российской Федерации № 122-ФЗ от 21.07.1997 «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», действовавшего в период формирования спорного правоотношения (аналогичная норма содержится в частях 3, 5 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации № 218-ФЗ от 13.07.2015 «О государственной регистрации недвижимости», вступившего в действие с 01.01.2017), государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним определяется как юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права и может быть оспорена только в судебном порядке.

В пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Таким образом, по общему правилу такой способ защиты, как признание зарегистрированного права отсутствующим, подлежит применению в том случае, когда заинтересованное лицо фактически владеет спорным недвижимым имуществом, однако, не имеет иной возможности защиты своих прав в связи с наличием в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о правах ответчика на это же имущество. Обязательным условием для реализации данного способа защиты права является отсутствие необходимости защиты владения.

Собственником водного объекта общего пользования может быть только Российская Федерация, независимо от момента обращения федерального собственника с соответствующим иском.

Заключениями судебного эксперта, достоверность которых не опровергнута ответчиками, подтверждается тот факт, что часть границ спорного земельного участка действительно располагается в акватории Чётного моря. При этом формирования границ земельного участка за счёт поверхности водного объекта общего пользования является недопустимым.

Российская Федерация, действующая в лице МТУ Росимущества, не нуждается в восстановлении владения водным объектом, т.к. последний (его спорные части) не находятся в фактическом господстве ответчиков, при этом истец не имеет иной возможности защиты своих прав в связи с наличием в ЕГРН записи о правах ответчиков на спорные части водного объекта.

Причина, по которой часть водного объекта в настоящее время входит в состав границ земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, не имеет значения для правильного разрешения существующего спора, т.к. в рассматриваемом случае определяющее значение имеет сам факт наложения границ земельного участка на водный объект.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает, что решение суда первой инстанции в части признания отсутствующим права собственности Краснодарского края и права аренды ФИО2 на две части земельного участка с кадастровым номером 23:33:01020001:25, налагающиеся на водный объект общего пользования, является законным и обоснованным.

Однако суд апелляционной инстанции полагает, что требование о признании отсутствующими права собственности Краснодарского края и права аренды ФИО2 на часть земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, налагающуюся на границы земельного участка лесного фонда с кадастровым номером 23:33:0605003:304, является для МТУ Росимущества ненадлежащим способом защиты нарушенного права, не приведёт к реальному восстановлению прав Российской Федерации в силу следующего.

Из содержания заключения судебного эксперта № 27 от 20.09.2016 следует, что эксперт произвёл сравнительный анализ границ земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25 как они были описаны в градостроительном плане земельного участка № Ru 23534101-000-0000-2100009 от 22.02.2007 и как они описаны в настоящее время по сведениям ГКН. При этом эксперт установил, что конфигурации данных границ земельного участка не соответствуют друг другу, а именно: при уточнении границ земельного участка его площадь в северной части была уменьшена и фактически часть участка отнесена к землям лесного фонда, а в южной части, наоборот – увеличена (т. 3 л.д. 158). При этом эксперт указал, что в материалах дела отсутствуют документы, согласно которым были проведены работы по перераспределению земель между земельными участками с кадастровыми номерами 23:33:0102001:25 и 23:33:0605003:304 или иная документация, на основании которой произошли изменения в конфигурации границы спорного земельного участка.

При этом из материалов дела следует, что кадастровые работы в целях уточнения границ земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25 были проведены 27.09.2010, по итогам которых был подготовлен межевой план земельного участка (компакт-диск – т. 3 л.д. 68). Данный межевой план был согласован и.о. директора «Джубгское лесничество» ФИО5, действовавшего на основании доверенности 23 АГ № 609498, выданной ГУК КК «Комитет по лесу». На основании данного межевого плана уточненные сведения о границах земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25 были внесены в ГКН, именно в данном межевом плане прослеживается изменение конфигурации земельного участка по сравнению с градостроительным планом земельного участка № Ru 23534101-000-0000-2100009 от 22.02.2007, о чём указывал судебный эксперт в выше приведённом заключении первичной судебной экспертизы. При этом в заключении кадастрового инженера указано, что изменение конфигурации земельного участка фактически вызвано наложением его границ на границы земельного участка с кадастровым номером 23:33:0605003:442, который является частью земельного участка с кадастровым номером 23:33:0605003:304.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в настоящее время между сторонами имеются разногласия по поводу наличия у и.о. директора Джубгского лесничества компетенции, достаточной для согласования границ земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, граничащего с земельным участком с кадастровым номером 23:33:0605003:304, относящимся к категории земель лесного фонда и входящим в состав Джубгского лесничества (МТУ Росимущества, как и ГУК КК «Комитет по лесу» полагает, что границы земельного участка должны были согласовываться сами Росимуществом, а ФИО2, ссылаясь на судебную практику, указывает на то, что данные действие мог совершать ГУК КК «Комитет по лесу» в лице его уполномоченного представителя, как орган государственной власти, непосредственно ведающий землями лесного фонда).

Из материалов дела следует, что работы по описанию границ самого земельного участка с кадастровым номером 23:33:0605003:304 производились в отношении его отдельных частей в период 2012- 2016 годов (т. 4 л.д. 97А, 167), при этом до настоящего времени границы земельного участка не установлены в соответствии с требованиями действующего законодательства (т. 6 л.д. 84). На данное обстоятельство указывал и судебный эксперт, опрошенный 05.04.2018 в судебном заседании суда первой инстанции (т. 7 л.д. 2-8).

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что в настоящее время между Российской Федерации и Краснодарским краем имеется спор по поводу установления общей межевой границы между земельными участками с кадастровыми номерами 23:33:0102001:25 и 23:33:0605003:304.

В соответствии с абзацем 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» к искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об установлении границ земельного участка.

В рамках настоящего дела МТУ Росимущества в качестве искового не заявляло требование об установлении общей межевой границы между земельными участками с кадастровым номером 23:33:0102001:25 и 23:33:0605003:304.

Кроме того, суд первой инстанции не дал оценку следующим фактическим обстоятельствам дела.

Из заключения судебного эксперта № 27 от 20.09.2016 следует (т. 3 л.д. 34-35), что та часть земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, которую суд отнёс к категории земель лесного фонда, занята легальными объектами недвижимости, принадлежащими ФИО2 на праве собственности, а именно: ангаром лит. М, м, общей площадью 189,2 кв.м. и гостевым домом лит. Л,Л1,л, общей площадью 704,2 кв.м. (право собственности ответчицы на данные объекты недвижимого имущества зарегистрировано в ЕГРН 24.03.2011).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что действующее законодательство устанавливает принцип единства правовой судьбы земельного участка и расположенных на нём объектов недвижимого имущества. Принимаемое по делу решения суда не должно вносить правовую определённость в статус объекта гражданского оборота.

Удовлетворив иск в части признания отсутствующим права собственности Краснодарского края и права аренды ФИО2 на часть земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25 площадью 2 999 кв.м., как относящейся к землям лесного фонда, не разрешив вопрос о правовой судьбе размещённых на данной части объектов недвижимого имущества, суд первой инстанции фактически проигнорировал выше указанный правовой принцип. Фактически в результате принятия данного судебного акта складывается ситуация, при которой истец не может фактически владеть и пользоваться спорными землями, т.к. на них размещаются легальные объекты недвижимого имущества ответчицы, с другой стороны, из-под легальных объектов недвижимости «выбивается» титул ответчицы на использование земель.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в рамках настоящего дела МТУ Росимущества не заявляло требований, направленных на оспаривание легальности существования ангара лит. М,м и гостевого дома лит. Л,Л1,л, в том числе посредством предъявления иска о признании данных объектов самовольно возведёнными постройками и о их сносе.

Суд апелляционной инстанции полагает, что применённый судом способ защиты нарушенного права не приведёт к реальному восстановит данного права, т.к. Российская Федерация не сможет получить в своё фактическое владение земли, свободные от прав ФИО2, как собственника зданий, располагающихся на данной части земельного участка, легальность существования которых до настоящего времени не оспорена и не опровергнута.

Из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 24.01.2012 № 12576/11, следует, что иск о признании права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим законодательством.

Аналогичная судебная практика сформировалась и в Северо-Кавказском судебном округе, согласно которой, иск о признании права (собственности либо аренды) не может быть удовлетворён в том случае, если земельный участок обременён объектом недвижимого имущества ответчика, легальность существования которого не оспорена (аналогичная позиция высказана в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 08.04.2016 по делу № А32-41697/2014, от 27.03.2018 по делу №А32-22003/2017).

Оспаривание зарегистрированного права (обременения) путем признания его отсутствующим не может быть использовано для обхода норм закона об исковой давности, о применении которой может быть заявлено при рассмотрении специальных исков (о сносе объекта самовольного строительства, об установлении границ земельных участок). При изложенных обстоятельствах удовлетворение требования о признании зарегистрированного права (обременения) отсутствующим не способно восстановить полноту прав публичного собственника на спорное недвижимое имущество.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции полагает, что в данной части суд первой инстанции не имел правовых оснований для удовлетворении иска МТУ Росимущества, в связи с чем решение суда в данной части подлежит отмене с принятием нового судебного отказа об отказе в удовлетворении иска.

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении, в том числе, иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения).

Ввиду того, что исковые требования МТУ Росимущества носили имущественный характер, не подлежавший оценке, и часть данных требований была правомерно удовлетворена, суд первой инстанции правомерно отнёс судебные расходы истца по оплате стоимости судебной экспертизы и государственной пошлины по иску на ответчиков.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 05 августа 2018 года по делу № А32-23934/2015 отменить в части, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции:

«Признать отсутствующим право собственности Краснодарского края и право аренды ФИО2, зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости на основании договора аренды от 18.10.2004 № 0000000701, на части земельного участка с кадастровым номером 23:33:01020001:25, расположенные в Черном море, со следующими координатами и площадями частей указанного наложения (установлены экспертным заключением ОАО «Государственный проектно-изыскательский институт земельно-кадастровых съемок имени П.Р. Поповича» от 20.09.2016 № 27):


часть № 1


№№ точек

Дирекционные углы

Меры линий

1-2

133°57?05"

13.88

2-3

232°26?23"

4.43

3-1

332°17?23"

13.94

Периметр: 32,25 м.


№№ точек

Координаты

Y
X

1
1354199.95

398403.00

2
1354209.94

398393.36

3
1354206.43

398390.66

Площадь: 30 кв.м.;


часть № 2


№№ точек

Дирекционные углы

Меры линий

1-2

51°58?25"

4.56

2-3

143°50?28"

5.97

3-4

236°35?09"

5.39

4-1

332°17?23"

5.63

Периметр: 21.55 м


№№ точек

Координаты

Y
X

1
1354211.01

398381.93

2
1354214.60

398384.74

3
1354218.13

398379.92

4
1354213.63

398376.95

Площадь: 29 кв.м.


Настоящее решение является основанием для внесения изменений в сведения о границах и площади земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25 в Едином государственном реестре недвижимости в виде исключения частей земельного участка с кадастровым номером 23:33:0102001:25, расположенных в Черном море, в соответствии с координатами указанных частей наложения, приведенных в резолютивной части постановления.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать с Департамента имущественных отношений Краснодарского края в пользу Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея судебные расходы по оплате стоимости судебной экспертизы в размере 47 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея судебные расходы по оплате стоимости судебной экспертизы в размере 47 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину по иску в размере 6 000 рублей».

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий А.А. Попов


Судьи В.В. Ванин


М.Н. Малыхина