Решение от 2 июня 2021 г. по делу № А42-10504/2020

Арбитражный суд Мурманской области

улица Книповича, дом 20, город Мурманск, 183038

http://www.murmansk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

город МурманскДело № А42-10504/2020

02.06.2021

Арбитражный суд Мурманской области в составе Евсюковой А.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дринько Е.А., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ООО «Фертоинг» (ОГРН <***>, <...> лит. А корп. 4 офис А 7060) к АО «НТ «Лавна» (ОГРН <***>, <...>) о взыскании ущерба в размере 1 123 000 долларов США, упущенной выгоды в сумме 15 717 600 рублей,

третьи лица - ФГБУ «Морская спасательная служба» (125993, <...>), ПАО «НК «Роснефть» (115035, Москва, Софийская набережная, д.26/1),

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО1, по доверенности от 13.05.2021, ФИО2, по доверенности от 15.01.2021 № 1287; от ответчика – ФИО3, по доверенности от 16.12.2020 № 16/12/220; от третьих лиц – ПАО «НК «Роснефть» - ФИО4, по доверенности от 28.11.2018, ФГБУ «Морская спасательная служба» - не явился, извещен,

Резолютивная часть решения вынесена и оглашена 26 мая 2021 года

Мотивированное решение изготовлено 2 июня 2021 года

установил:

ООО «Фертоинг» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с исковым заявлением к АО «НТ «Лавна» (далее – ответчик) о взыскании реального ущерба в размере средней стоимости ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» в сумме 1 123 000 долларов США и 15 717 600 руб. упущенной выгоды.

В соответствии с положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд рассмотрел дело по существу в отсутствие представителя третьего лица ФГБУ «Морская спасательная служба» по имеющимся в деле доказательствам.

Представители истца в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, в обоснование ссылались на правовую позицию, изложенную в исковом заявлении. Ранее заявленное ходатайство о назначении инженерно-технической экспертизы поддержали.

Представитель ответчика в судебном заседании возражения против удовлетворения исковых требований поддержал, ссылался на доводы, изложенные в отзыве на иск. Возражения против назначения в рамках спора инженерно-технической экспертизы поддержал.

Представитель третьего лица ПАО «НК «Роснефть» в судебном заседании поддержала правовую позицию ответчика по существу спора. Пояснила, что доводы ООО «Фертоинг» о наличии состава правонарушения АО «НТ «Лавна», являются необоснованными, выводы о вине и причинно-следственной связи носят предположительных характер. Допустимых и достоверных доказательств для взыскания вреда с АО «НТ «Лавна» не представлено. Истец не доказал совершение ответчиком действий, приведших к повреждению аппарата, противоправный характер таких действий. Обоснованием вины ответчика, по мнению истца, является тот факт, что вред причинен имуществу на территории, принадлежащей ответчику. Данный довод необоснован и не соответствует фактическим обстоятельствам.

Между ПАО «НК «Росненфть» и ООО «Фертоинг» заключен Договор на выполнение работ ТНПА от 11.12.2019 № 100019/05831Д (далее - Договор), в соответствии с которым истец обязался выполнить работы телеуправляемыми необитаемыми подводными аппаратами при строительстве поисково-оценочных скважин. АО «НТ «Лавна» не является стороной Договора. Передача какого-либо имущества или подписание АО «НТ «Лавна» каких-либо актов Договором не предусмотрены.

Предусмотренные Договором работы основным ТНПА выполнены в полном объеме, приняты и оплачены ПАО «НК «Роснефть». Представленный в материалы дела акт демобилизации оборудования, подписанный ООО «Фертоинг» и ПАО «НК «Роснефть», составлен в отношении основного ТНПА, а не резервного -спорного ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic». При этом акты в отношении основного ТНПА подписывались только представителями ООО «Фертоинг» и ПАО «НК «Роснефть». АО «НТ «Лавна» не является стороной Договора, соответственно не имеет права участвовать в приемке работ и подписании каких-либо актов. Договором не предусмотрено каких-либо обязанностей АО «НТ «Лавна».

В связи с нарушением ООО «Фертоинг» требований п. 6.5 и 8.13 Технического задания к Договору, работы по мобилизации ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» не приняты ПАО «НК «Роснефть».

В соответствии с п. 2.1 и 6.5 Технического задания (Приложение № 2 к Договору) работы ТНПА включают, в том числе, его мобилизацию. Мобилизация резервного комплекта ТНПА считается завершенной в дату, когда резервный комплект ТНПА доставлен в пункт мобилизации в полном объеме в исправном состоянии и готов к выполнению работ. Все оборудование ТНПА должно быть упаковано и подготовлено для оффшорной транспортировки (транспортировка морем на открытой палубе судна с перегрузками Судно-БУ-Судно), в том числе, транспортировке в таре (включая подъемные стропы), соответствующей требованиям стандартов EN 12079/DNV 2.7-1 и сертифицированной классификационным обществом в соответствии с циркуляром IMP MSC/Circ 860 (п. 8.13).

Для завершения этапа мобилизации ООО «Фертоинг» необходимо было самостоятельно произвести работы по подготовке ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» к оффшорной транспортировке (затаривание).

По окончании мобилизации Стороны оформляют акт о завершении мобилизации резервного комплекта ТНПА по форме Компании (п. 6.5 Технического задания).

То есть, в соответствии с Договором завершение мобилизации подтверждается одним единственным документов - актом о завершении мобилизации, подписываемым только ПАО «НК «Роснефть» и ООО «Фертоинг». В материалы дела подписанный сторонами акт завершения мобилизации не представлен.

Довод истца о наличии между ПАО «НК «Роснефть» и АО «НТ «Лавна» договора, согласно которому База берегового обеспечения «Лавна» является пунктом для проведения погрузо-разгрузочных мероприятий, в рамках исполнения контрактов ПАО «НК «Роснефть», и обязана обеспечить сохранность имущества, поступающего на территорию базы для перегрузки не соответствует действительности.

Данный довод основан на неправильном понимании ООО «Фертоинг» условий Договора, в частности, в отношении выполнения работ по мобилизации ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic».

Согласно пункту 2.11 Договора ПАО «НК «Роснефть» обязано заблаговременно обеспечить прибытие персонала и доставку необходимого оборудования в место, указанное в соответствующем уведомлении заказчика (далее - пункт мобилизации), чтобы к дате начала выполнения работ персонал и оборудование подрядчика были готовы к выполнению работ.

Письмом от 20.07.2020 № 74-38872 во исполнение Договора ПАО «НК «Роснефть» направило уведомление ООО «Фертоинг» о необходимости завершения мобилизации до 26.07.2020, порт - Мурманск, База берегового обеспечения «Лавна».

По окончании мобилизации Стороны (то есть, ПАО «НК «Роснефть» и ООО «Фертоинг») оформляют акт о завершении мобилизации резервного комплекта ТНПА по форме заказчика (пункт 6.5 Технического задания).

Ни в Договоре, ни в письмах ПАО «НК «Роснефть» не уведомляло ООО «Фертоинг», что АО «НТ «Лавна» имеет право и наделена полномочиями на подписание актов по Договору или обязано предоставить ООО «Фертоинг» какие-либо услуги.

В соответствии с частью 7 статьи 17 Федерального Закона «О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты» от 8 ноября 2007 года № 261-ФЗ услуги в морском порту оказываются юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями на основании договоров с пользователями.

ПАО «НК «Роснефть» и АО «НТ «Лавна» не заключали договоры, обязывающие АО «НТ «Лавна» оказывать услуги третьим лицам или в отношении третьих лиц.

Тот факт, что ТНПА обрыв стропа произошел при перегрузке оборудования в морскую грузовую корзину также доказывает, что он в нарушение условий Договора не был помещен в тару и готов к оффшорной транспортировке, соответственно, мобилизация не была завершена.

Представленный в материалы дела акт приема-передачи имущества не является допустимым доказательством, содержит недостоверную информацию о передаче АО «НТ «Лавна» ТНПА 24.07.2020, что подтверждается материалами дела.

АО «НТ «Лавна» оспаривает односторонний Акт приема-передачи имущества от 24.07.2020, подписание которого не обусловлено имеющимися между истцом и ответчиком договорными отношениями и не предусмотрено в рамках договора, заключенного между ПАО «НК «Роснефть» и ООО «Фертоинг». Кроме того, согласно транспортной накладной разгрузка имущества (20-фут. стальной контейнер управления ТНПА Quantum и ТНПА Quantum) была завершена 25.07.2020. Следовательно, передача имущества не могла состояться 24.07.2020.

Помещения ТНПА на территорию, принадлежащую ответчику, сам по себе не подтверждает факт причинения вреда именно АО «НТ «Лавна».

Более того, изложенные в Акте № 1 о повреждении оборудования обстоятельства свидетельствуют о наличии вины истца в произошедшем инциденте, поскольку «причиной порчи груза является падение груза с высоты около 2 метров в результате обрыва предоставленного ООО «Фертоинг» ГПЗ. При выгрузке груза из автомобиля, представителем ФИО5 было дано указание об использовании нейлонового стропа № 2266, СТП, 10 тонн, 3 метра с указанием точки крепления стропа и метода строповки - «U».

Акт подписан представителем ООО «Фертоинг» и в данной части возражений не содержит. При таких условиях, ввиду отсутствия вины ответчика и при имеющейся грубой неосторожности самого потерпевшего в соответствии со ст. 1083 ГК РФ возмещение вреда не может быть возложено на ответчика.

Кроме того, истцом не подтвержден размер убытков. Для возмещения убытков истец должен представить доказательства их наличия в заявленном размере. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности (п. 5 ст. 393 ГК РФ). Ни одного документа, подтверждающего размер заявленного требования, в материалы дела не представлено (подтверждение стоимости ТНПА, не указано что именно повреждено, отсутствуют указанный в иске анализ рынка предложений и т.д). Истцом совокупность обстоятельств для удовлетворения требований не доказана.

По мнению ПАО «НК «Роснефть», заслуживает внимания довод АО «НТ «Лавна» о недоказанности права ООО «Фертоинг» на иск о возмещении вреда, причиненного ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic», в отношении которого не представлены документы, подтверждающие право пользования имуществом, или документы, дающие право на возмещение истцу убытков, связанных с повреждением этого имущества. В материалы дела представлен Договор № 5822/2020 от 06.08.2020, предусматривающий правоотношения по оказанию услуг, а не аренду ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic».

По ходатайствам представителей истца, подлежащих рассмотрению в судебном заседании, представитель ПАО «НК «Роснефть» возражала.

Третье лицо ФГБУ «Морская спасательная служба» в письменной позиции, представленной в материалы дела, указало, что 23 июля 2020 года третье лицо передало, а истец принял в исправном состоянии и готовое к работе оборудование ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic», что подтверждается Актом приема-передачи оборудования и готовности его к работе от 23.07.2020г., подписанном с обеих сторон.

26 июля 2020 года стало известно о том, что при перемещении резервного ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» по внутрипортовой территории Базы берегового обеспечения «Лавна» с целью дальнейшей погрузки, произошло падение и повреждение резервного ТНПА.

Для проведения детального осмотра, освидетельствования и фиксации повреждений ТНПА истцом была организована комиссия в составе представителей ООО «Фертоинг», АО «НТ «Лавна», ФГБУ «Морспасслужба», ООО «ТехноРесурс Интернешнл». Для этой цели истцом в адрес третьего лица направлено уведомление исх. № С.3202.21.1-ОРД-ИСХ-3274-20-01 от 01.10.2020.

02 октября 2020 года комиссией в составе вышеуказанных представителей был произведен осмотр и освидетельствование ТНПА на территории ББО «Лавна», о чем был составлен соответствующий Акт освидетельствования и фиксации повреждений ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» от 02.10.2020 г.

После проведенного освидетельствования аппарат «Quantum ХР 25 Arctic» был вывезен с территории ББО «Лавна», доставлен на территорию ООО «Фертоинг», где продолжает находиться по настоящее время.

Также третье лицо указало, что право пользования возникает в тот момент, когда владелец вещи передал пользователю полномочия на её использование. Оно может быть ограниченно временными рамками, условиями договора или устным соглашением с собственником имущества либо законодательными нормами.

Пользование имуществом предполагает извлечение выгоды, для которой вещь была предназначена изначально. Это право неотделимо от владения, поскольку использовать имущество, извлекая из него полезные свойства, невозможно, не владея им законно.

В силу п. 3 ст. 298 ГК РФ, п. 10 ст. 9.2 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» распоряжение государственным имуществом возможно только с согласия собственника данного имущества.

Согласно п. 1.3. Устава ФГБУ «Морспасслужба», Учредителем и собственником имущества Учреждения является Российская Федерация.

Функции и полномочия учредителя осуществляет Федеральное агентство морского и речного транспорта. Учреждение находится в ведении Росморречфлота.

24 июля 2020 года Учредителю третьего лица было направлено письмо исх. № МСС-3677 с соответствующим запросом о согласовании сделок, с последующим заключением с ООО «Фертоинг» договоров, из которых, в том числе и присутствовал Договор на выполнение подводно-технических работ на лицензионных участках Восточно-Приновоземельский 1, 2 и 3, в акватории Карского моря с применением телеуправляемого необитаемого глубоководного аппарата Quantum, в качестве резервного и услуги пилотов-техников, супервайзеров по управлению ТНПА.

05 августа 2020 года ФГБУ «Морспасслужба» получило согласие Учредителя № ДУ-27/9025 на совершение взаимосвязанных сделок при условии соблюдения законодательства Российской Федерации.

Третье лицо считает, что в случае надлежащего выполнения ответчиком погрузо-разгрузочных работ ТНПА (в результате чего произошло повреждение имущества) не возникли бы процессуальные действия со стороны истца в части требования о возмещении стоимости ущерба.

Учитывая изложенное, третье лицо считает заявленные исковые требования истца подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Рассмотрев ходатайство истца о назначении инженерно-технической экспертизы, суд не находит оснований для его удовлетворения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 82 АПК РФ, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Согласно разъяснениям пункта 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", в силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы.

Назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью.

Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос. Определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 09.03.2011 № 13765/10 разъяснил, что судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

Исследовав материалы дела и, учитывая позиции сторон по спору, арбитражный суд считает, что имеющиеся в деле доказательства позволяют рассмотреть спор по существу без привлечения к участию в деле экспертов, обладающих специальными познаниями.

При разрешении ходатайства истца о вызове в суд в качестве свидетелей менеджера ББО АО НТ «Лавна», супервайзера по логистике, стивидора, менеджера, сообщившего представителю ООО «Фертоинг» в телефонном разговоре о случившемся инциденте, судом приняты во внимание показания свидетеля ФИО5 и в совокупности с имеющимися материалами дела данное ходатайство отклонено, как необоснованное.

Ходатайство истца об истребовании доказательств у Северо-Западного управления Ростехнадзора отклонено как поданное с нарушением положений ст. 66 АПК РФ.

Из материалов дела следует, между ООО «Фертоинг» (Подрядчик) и ПАО «НК Роснефть» (ИНН <***>) (Заказчик) 11 декабря 2019 года заключен Договор № 100019/05831Д на выполнение работ телеуправляемыми необитаемыми подводными аппаратами (далее - Договор).

Согласно п. 1.1 Договора Подрядчик обязуется выполнить работы телеуправляемыми необитаемыми подводными аппаратами при строительстве поисково-оценочных скважин в соответствии с требованиями и условиями Договора, а Заказчик обязуется оплатить работы в порядке, установленном Договором.

Для выполнения обязательств по Договору между истцом и ФГБУ «Морская спасательная служба» (ИНН <***>) 06 августа 2020 года заключен Договор № 5822/2020, согласно которому ФГБУ «Морская спасательная служба» передало в аренду истцу оборудование, а также обязалось оказывать содействие Подрядчику в выполнении работ с применением телеуправляемого необитаемого глубоководного аппарата Quantum, в качестве резервного, а именно ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic».

Согласно пп. d п. 2.1. Технического задания (Приложение № 2 к Договору, далее - Техническое задание) работы телеуправляемыми необитаемыми подводными аппаратами включают в себя мобилизацию и демобилизацию оборудования и персонала.

В соответствии с п. 6.2. Технического задания мобилизация оборудования ТНПА проводится в даты и в места, указанные в соответствующем уведомлении Заказчика о завершении мобилизации.

Согласно Письму ПАО «НК «Роснефть» № 74-38872 от 20.07.2020 г. мобилизация Резервных комплексов ТНПА должна быть завершена 26 июля 2020 года в пункте мобилизации - порт Мурманск, База берегового обеспечения «Лавна» (далее - База, ББО «Лавна»), принадлежащая АО «НТ «Лавна».

В рамках обязательств по Договору 24 июля 2020 года Подрядчиком в место мобилизации был доставлен и разгружен в указанное сотрудниками Базы место резервный аппарат ТНПА тяжелого рабочего класса «Quantum ХР 25 Arctic», что подтверждается транспортной накладной грузоперевозчика о выгрузке оборудования с указанием точного времени и адреса разгрузки оборудования, официальным письмом грузоперевозчика, а также односторонне-подписанным актом приема-передачи имущества от 24 июля 2020 года.

Все оборудование на момент погрузки и разгрузки было исправно и не имело никаких повреждений, что засвидетельствовано в транспортных накладных грузоперевозчика от 24 июля 2020 года, в официальном письме грузоперевозчика ООО «СК Аванстрой», в Акте о готовности оборудования к работе от 23 июля 2020 года, подписанном представителями ООО «Фертоинг» и ФГБУ «Морская спасательная служба», а также в ранее указанном односторонне-подписанном Акте приема-передачи имущества от 24 июля 2020 года.

Согласно правовой позиции истца 26 июля 2020 года без согласования и уведомления Подрядчика, в отсутствие представителя Подрядчика, с помощью оборудования и силами сотрудников АО «НТ «Лавна» началось перемещение резервного ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» по внутрипортовой территории Базы берегового обеспечения «Лавна» с целью дальнейшей погрузки, повлекшее падение и повреждение резервного ТНПА. Информация об инциденте была сообщена представителю Подрядчика менеджером АО «НТ «Лавна» в тот же день, при помощи телефонного звонка, в котором было сказано, что при перемещении ТНПА сотрудниками Базы строп оборвался, аппарат упал, и на нем имеются повреждения.

27 июля 2020 года специалистами ООО «Фертоинг» предварительно были осмотрены и зафиксированы повреждения ТНПА при помощи фотосъемки.

В адрес ответчика было направлено письмо исх. № С.9001.21.1-ОРД-ИСХ-2623-20-01 от 03.08.2020 с запросом о предоставлении видеоматериалов инцидента,

объяснительных персонала, участвующих в погрузо-разгрузочных работах с ТНПА

«Quantum ХР 25 Arctic» в день инцидента, скан-копий удостоверений и журналов по Охране труда и Промышленной безопасности, технологических карт на погрузо- разгрузочные работы. В адрес ответчика был направлен повторный запрос исх. № С.9001.21.1-ОРД-ИСХ-2772-20-01 от 18.08.2020 с просьбой предоставить данные о лице, ответственном за безопасное производство работ (в том числе с применением кранов), находящемся на территории Базы в день инцидента, но ответов на данные запросы не поступало.

В письме исх. № С.3202.21.1-ОРД-ИСХ-3392-20-01 от 09.10.2020 истец еще раз просил ответчика предоставить записи с видеокамер за 24.07.2020-26.07.2020 в целях установления обстоятельств размещения ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic», но ответ на данный запрос также не поступил.

Для проведения детального осмотра, освидетельствования и фиксации повреждений ТНПА истцом была организована комиссия в составе представителей

ООО «Фертоинг», АО «НТ «Лавна», ФГБУ «Морспасслужба», ООО «ТехноРесурс

Интернешнл».

02 октября 2020 года комиссией в составе вышеуказанных представителей был произведен осмотр и освидетельствование ТНПА на территории ББО «Лавна», о чем был составлен соответствующий Акт освидетельствования и фиксации повреждений ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» от 02.10.2020 г.

После проведенного освидетельствования аппарат «Quantum ХР 25 Arctic» был вывезен с территории ББО «Лавна», доставлен на территорию ООО «Фертоинг», где продолжает находиться по настоящее время.

В адрес ответчика 15 октября 2020 года была направлена претензия исх. № С.3202.21.1-ОРД-ИСХ-3255-20-01 с требованиями выплатить стоимость восстановительного ремонта и упущенную выгоду, оставление которой без удовлетворения последним явилось для истца основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Заслушав представителей сторон и третьего лица, исследовав письменные доказательства по делу, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат исходя из следующего.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред возмещается имуществу юридического лица.

Между тем, истец не представил документы, подтверждающие право владения имуществом, либо иные документы, дающие право на имущество или на получение истцом убытков, связанных с повреждением оборудования.

Согласно представленных истцом доказательств предметом договора № 5822/2020 от 06.08.2020г. является «оказание услуг по выполнению подводно-технических работ на лицензионных участках Восточно-Приновоземелъский 1,2,3, в акватории Карского моря с применением телеуправляемого необитаемого глубоководного аппарата Quantum, в качестве резервного (далее по тексту - ТНПА) и услуги пилотов-техников, суперваизеров по управлению ТНПА) далее по тексту «услуги»».

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 432 ГК РФ предмет отнесен к существенным условиям любого гражданско-правового договора и должен быть согласован.

Согласно разъяснениям п.43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Существом законодательного регулирования услуг в соответствии с п. 1 ст. 779 ГК РФ является совершение исполнителем по заданию заказчика определенных действий или осуществление им определенной деятельности. Ценность договора услуг представляют действия исполнителя, которые при этом могут не иметь овеществленного результата.

Согласно положений ч.1 ст.606 ГК РФ предметом договора аренды является предоставление имущества за плату во временное владение и пользование или во временное пользование, в связи с чем, в договоре определенно указываются данные, позволяющие установить имущество, подлежащее передаче арендатору, а если такие данные не указаны, условие об объекте считается не согласованным, а договор - незаключенным (п. 3 ст. 607 ГК РФ).

Вместе с тем, договор № 5822/2020 от 06.08.2020г. не содержит обязательств о передаче имущества.

Обязательства ФГБУ «Морская спасательная служба», как исполнителя по договору, не связаны с предоставлением вещных прав на имущество заказчику. Акты на передачу не оформляются, исполнитель оказывает услуги с использованием собственного оборудования и сохранение контроля над ним.

В соответствии с п. 4.1 Устава ФГБУ «Морская спасательная служба» имущество учреждения находится в федеральной собственности, закреплено за учреждением на праве оперативного управления.

В силу п. 3 ст. 298 ГК РФ, п. 10 ст. 9.2 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организация» распоряжение государственным недвижимым имуществом возможно только с согласия собственника.

Согласно статье 3 Федерального закона «Об автономных учреждениях» имущество автономного учреждения закрепляется за ним на праве оперативного управления в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Собственником имущества автономного учреждения является соответственно Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование. Автономное учреждение без согласия учредителя не вправе распоряжаться недвижимым имуществом и особо ценным движимым имуществом, закрепленными за ним учредителем или приобретенными автономным учреждением за счет средств, выделенных ему учредителем на приобретение этого имущества.

Между тем, доказательств согласования (одобрения) учредителей на передачу ТНПА Quantum ХР 25 Arctic» в аренду не представлено.

Таким образом, истцом не представлены документы, подтверждающие нарушение его прав и, соответственно, права на обращение в суд.

Исходя из разъяснений п. 12 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Истцом не представлено доказательств того, что АО «НТ «Лавна» является причинителем вреда или лицом, ответственным за вред.

В качестве доказательства передачи имущества в распоряжение ответчика истец приводит Акт приема-передачи имущества от 24.07.2020, подписанный со стороны ООО «Фертоинг» в одностороннем порядке.

Вместе с тем, АО «НТ «Лавна» не состоит в каких-либо гражданско-правовых отношениях с ООО «Фертоинг», у АО «НТ «Лавна» нет обязанности принять имущество. Указанный акт не является самостоятельной сделкой и не оформляет какие-либо отношения между сторонами.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно ст. 608 ГК РФ право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

В силу п.1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случая форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договора данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Уведомление Заказчика (ПАО «НК «Роснефть») № 74-38872 от 20.07.2020 предписывает ООО «Фертоинг» осуществить мобилизацию в срок до 26.07.2020г. в пункте мобилизации - порт Мурманск, База берегового обеспечения «Лавна».

Как вытекает из условий Договора № 100019/05831Д от 11.12.2019 пункт мобилизации, это место непосредственного присутствия ПАО «НК «Роснефть» (Заказчика по Договору).

Согласно п.6.2. Договора мобилизация включает следующие операции:

-доставку в пункт мобилизации;

-подготовку необходимой товаросопроводительной документации и документов таможенного контроля;

-проведение мероприятий по контролю количества и качества оборудования ТНПА, доставленного в пункт мобилизации.

Согласно пп. d. п.6.2. Договора в рамках проведения мероприятий по контролю количества и качества ООО «Фертоинг» обязался самостоятельно в присутствии представителя ПАО «НК «Роснефть» осуществить осмотр Оборудования ТНПА на предмет комплектности и наличия либо отсутствия повреждений Оборудования ТНПА.

Не позднее 3 (трех) календарных дней с даты проведения мероприятий по контролю количества и качества Подрядчик должен предоставить Заказчику подписанный со своей стороны отчет относительно комплектности и наличия либо отсутствия повреждений Оборудования ТНПА с приложением фото или видеосъемки в случае необходимости;

Согласно п.6.3. Договора мобилизация резервного ТНПА считается завершенной в дату, когда резервный комплект ТНПА доставлен в Пункт мобилизации в полном объеме в исправном состоянии и готов к выполнению работ ТНПА.

По окончании мобилизации стороны составляют акт о завершении мобилизации, по форме установленной договором.

Учитывая обязательства ООО «Фертоинг» по доставке, контролю и ведению товаросопроводительной документации в отношении ТНПА, допустимыми средствами доказывания надлежащего нахождения Оборудования в порту Мурманск на Базе берегового обеспечения являются документы установленные договором: Акт мобилизации оборудования ТНПА подписанный со стороны ПАО «НК «Роснефть, как Заказчика по договору, отчет с приложением фото или видеосъемки.

Риск случайной гибели или случайного повреждения результата выполненной работы до ее приемки заказчиком несет подрядчик (ст. 705 ГК РФ).

Обязательство должно быть исполнено надлежащему лицу (ст. 312 ГК РФ).

Истец документально не подтвердил принятие мер, направленных на передачу имущества надлежащему лицу по договору.

Истец в качестве Стороны приемки указывает не ПАО «НК «Роснефть», а АО «НТ «Лавна» в лице Генерального директора, что опровергается тем, что у АО «НТ «Лавна» не было обязательств принять товар; каких-либо официальных уведомлений о намерении передать имущество или намерении подписать, оформить документы о передаче имущества от истца не исходило; приглашений для приемки имущества в адрес АО «НТ «Лавна» не направлялось; полномочия представителей АО «НТ «Лавна» на участие в приемке не оформляло; указанный в качестве уполномоченного лица генеральный директор АО «НТ «Лавна» ФИО6 не присутствует на территории Базы берегового обеспечения, вследствие чего, физически не мог выразить согласие или отказ от подписи в указанную дату (текст Акта не содержит сведений относительно личности представителя АО «НТ «Лавна», отказавшегося от подписи, однако, в преамбуле указан генеральный директор АО «НТ «Лавна» ФИО6).

Истец документально не подтвердил, что спорный акт был получен ответчиком и последний необоснованно уклонился от его подписания.

Истцом также в качестве довода о причастности ответчика к причинению вреда, указывается на наличие обязательственных отношений ответчика перед ПАО «НК «Роснефть» о сохранности грузов. Вместе с тем, ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» не является предметом отношений ответчика со сторонними организациями, обязательства ответчика перед сторонними компаниями не имеют отношения к настоящему делу, а также противоречат пояснениям истца о требованиях иска как внедоговорных (вытекающих из деликта).

АО «НТ «Лавна» добросовестно приняло участие в процессе фиксации заявленных истцом повреждений, о чем совместной комиссией с участием надлежаще уполномоченных представителей сторон составлен «Акт освидетельствования и фиксации повреждений ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic».

На момент участия в комиссии по осмотру повреждений АО «НТ «Лавна» письмом от 29.09.2020 № 871-20/01 «В ответ на запрос об участии в комиссии» обратило внимание истца, на то, что: информация о поступлении и/или передаче груза, или иная, подтверждающая мобилизацию, и/или контроль количества и качества груза отсутствует; все операции с грузом на территории АО «НТ «Лавна» ООО «Фертоинг» осуществлял самостоятельно и должен обладать достоверными данными о состоянии собственного груза; по состоянию на 29.09.2020 имущество имеет признаки брошенного, заявки, оплаты, требования по хранению, иные указания по обращению – отсутствуют.

Кроме того, Акт освидетельствования и фиксации повреждений ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» от 02.10.2020 содержит особое мнение, выраженное АО «НТ «Лавна» при осмотре, а именно, что АО «НТ «Лавна» подтверждает обстоятельства осмотра оборудования, указанные в пунктах 1-2 «Акта освидетельствования и фиксации повреждений ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» от 02.10.2020 и обращает внимание, что на момент осмотра оборудование не находится и не находилось на хранении, не является объектом складского учета, не состоит и не состояло под охраной, видео или физическим наблюдением, иным присмотром или контролем со стороны АО «НТ «Лавна. Обстоятельства размещения указанного оборудования на территории АО «НТ «Лавна», а равно перемещения, затаривания (помещения в 20-ти футовую оффшорную корзину) и оставления не выяснены; Администрацией АО «НТ «Лавна», а также представителями, направленными для участия в комиссии, не чинилось препятствий в вывозе оборудования за пределы территории АО «НТ «Лавна». Решение об осмотре ТНПА «Quantum ХР 25 Arctic» на территории ББО принято представителями ООО «Фертоинг» самостоятельно на свое усмотрение.

Запрошенная ООО «Фертоинг» видеосъемка на момент осмотра ограничена условиями режима пункта пропуска через государственную границу. Фотофиксация проводилась представителями ООО «Фертоинг» без ограничений по количеству кадров и времени. АО «НТ «Лавна» подтверждает обстоятельства, отраженные в фотоматериалах приложения к Акту, вместе с тем, сотрудники АО «НТ «Лавна» не обладают соответствующей компетенцией и техническими знаниями для оценки состояния приведенных участков и отнесения выявленных фактов к повреждениям. Приведенная в текстовой части акта информация не может быть подтверждена или опровергнута со стороны АО «НТ «Лавна» в силу невозможности оценки корректности и применимости использованных терминов, а также ввиду отсутствия специальных познаний о нормативном состоянии оборудования.

Представленные в материалы дела фотографии не могут быть признаны надлежащими доказательствами, подтверждающими факт причинения вреда, поскольку на них отсутствуют какие-либо идентифицирующие признаки: происходящих в момент фотосъемки процессов; лиц, участвующих в процессах и степени их участия; лиц, производивших фотосъёмку.

Из фотоматериалов невозможно достоверно определить, что именно происходит в момент фотосъемки.

Из представленного истцом расчета убытков невозможно определить объем ущерба и вероятность получения истцом неполученной прибыли, причинно-следственную связь с обстоятельствами причинения вреда.

Таким образом, при недоказанности того, что АО «НТ «Лавна» является причинителем вреда, довод истца о том, что в соответствии с п.2 ст. 1064 ГК РФ на ответчике лежит бремя доказывания своей невиновности неправомерен.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, в удовлетворении исковых требований следует отказать.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины (п/п № 9412 от 08.12.2020 № 9412) остаются на истце.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Евсюкова А. В.