Постановление от 5 июня 2023 г. по делу № А11-9837/2019

г. Владимир

Дело № А11-9837/2019


«05» июня 2023 года


Резолютивная часть постановления объявлена 29.05.2023.

Полный текст постановления изготовлен 05.06.2023.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кузьминой С.Г.,

судей Волгиной О.А., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Владимирской области от 24.08.2022 по делу № А11-9837/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЖКХ Строй Сервис» ФИО2, по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Энергосбыт Волга» о привлечении бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью «ЖКХ Строй Сервис» ФИО4 к субсидиарной ответственности,


при участии:

от ФИО4 - ФИО3, по доверенности от 13.07.2022 № 33 АА 2322587 сроком действия три года,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЖКХ Строй Сервис» (далее - ООО «ЖКХ Строй Сервис», Общество, должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее - конкурсный управляющий ФИО2) обратился в Арбитражный суд Владимирской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя ООО «ЖКХ Строй Сервис» ФИО4 (далее - ФИО4) к субсидиарной ответственности. Также с заявлением о привлечении бывшего руководителя ООО «ЖКХ Строй Сервис» ФИО4 обратил кредитор - общество с ограниченной ответственностью «Энергосбыт Волга» (далее - ООО Энергосбыт Волга»).

Арбитражный суд Владимирской области определением от 24.08.2022 заявления конкурсного управляющего ООО «ЖКХ Строй Сервис» ФИО2, ООО Энергосбыт Волга» удовлетворил.

ФИО4, не согласившись с принятым по делу судебным актом, обратилась в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просила отменить обжалуемое определение суда и принять по делу новый судебный акт.

ФИО4 полагает, что судом первой инстанции сделаны неверные выводы, не исследованы все обстоятельства дела. По мнению заявителя апелляционной жалобы, у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения ее к субсидиарной ответственности, поскольку вся бухгалтерская документация, активы должника были переданы арбитражному управляющему. ФИО4 указывает, что данный факт отражен в проведенном арбитражным управляющим финансовом анализе должника. Заявитель апелляционной жалобы указывает, что бухгалтерские документы и финансовая отчетность были переданы конкурсному управляющему. Несмотря на неоднократные обращения ФИО4 к конкурсному управляющему, последним не были приняты меры по приему имеющейся документации. При рассмотрении спора об истребовании документации, судом не был исследован вопрос о исполнимости требования о передаче документации. Арбитражному управляющему были переданы сведения о наличии дебиторской задолженности, 95 % которой составляла задолженность физических лиц.

Заявитель жалобы полагает, что заявителями не доказана дата объективного банкротства, обязывающая руководителя должника обратиться в суд с заявлением о банкротстве. Доводы заявителей противоречат материалам дела, а именно, сведениям, содержащимся в отчете временного управляющего о результатах финансового анализа должника.

В дополнение к апелляционной жалобе ФИО4 указывает, что вывод суда о непредставление документов конкурсному управляющему, который послужил основанием для невозможности формирования конкурсной массы сделан ошибочно и не соответствует действительности.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и дополнении к ней.

Представитель ФИО4 в судебном заседании поддержал позицию заявителя апелляционной жалобы, просил ее удовлетворить, определение суда отменить.

ООО «Энергосбыт Волга» в отзыве и дополнениях к отзыву на апелляционную жалобу просило отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, определение суда оставить без изменения, просило рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие своего представителя.

В судебном заседании рассмотрено ходатайство о приобщении к материалам дела следующих документов: копии кассовых чеков от 12.04.2023; копия уведомление арбитражному управляющему ФИО2; копии кассовых чеков от 14.03.2023; копия письма ФИО4 временному управляющему от 13.02.2020 исх. №1 с отметкой о получении; копия отчета временного управляющего о результатах финансового анализа должника; копия заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника; копия пояснений ООО «Энергосбыт Волга» к заявлению о привлечении контролирующего должника к субсидиарной ответственности; копия письма ФИО4 временному управляющему от 13.02.2020 исх. № 1 с приложениями; копия акта обследования кровли здания от 05.02.2020; копия письма ФИО4 главе администрации МО п.Мстера Вязниковского района Владимирской области от 19.11.2018; копия письма администрации МО Вязниковского района Владимирской области от 26.12.2019 № 9372/01-23; копия письма администрации МО Вязниковского района Владимирской области от 03.12.2019 № 47.

Согласно части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело. Таким образом, разрешение вопроса о принятии, а также оценке доказательств находится в пределах рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

В силу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Протокольным определением суд удовлетворил ходатайство заявителя апелляционной жалобы о приобщении к материалам дела копии выше указанных документов.

Рассмотрение апелляционной жалобы в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации откладывалось.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Владимирской области от 24.07.2019 возбуждено производство по делу № А11-9837/2019 о признании ООО "ЖКХ Строй Сервис" несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 24.09.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим ФИО2

Решением суда от 18.02.2020 ООО «ЖКХ Строй Сервис» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Определением от 18.02.2020 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

В рамках дела о банкротстве ООО «ЖКХ Строй Сервис» поступило заявление конкурсного управляющего должника, также заявление ООО Энергосбыт Волга» о привлечении бывшего руководителя ФИО4 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «ЖКХ Строй Сервис».

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием) (пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в Постановлении № 62.

В пунктах 4 и 5 Постановления № 62 установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Указанные конкурсным управляющим и ООО «Энергосбыт Волга» в обоснование названного требования обстоятельства возникли после 01.07.2017, в связи с чем суд первой инстанции правомерно применил к этим отношениям нормы главы III.2 Закона о банкротстве.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. В случае, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1). Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункт 2).

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяется в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4).

Обязанность руководителя юридического лица по организации бухгалтерского учета, хранению учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности предприятия (организации) установлена статьей 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО "ЖКХ Строй Сервис" зарегистрировано в качестве юридического лица 24.09.2009 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 8 по Владимирской области.

В период (с 10.07.2017 - 04.03.2020), предшествующий возбуждению дела о банкротстве должника, генеральным директором ООО «ЖКХ Строй Сервис» являлась ФИО4.

По правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Как следует из материалов дела обязанность по передаче конкурсному управляющему должника документации Общества надлежащим образом не исполнена, в связи с чем в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника заявители - конкурсный управляющий, ООО Энергосбыт Волга» обратились в арбитражный суд с ходатайством об истребовании у бывшего руководителя должника бухгалтерской и иной документации Общества.

Определением Арбитражного суда Владимирской области от 24.11.2020 по делу № А11 -9837/2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании у ФИО4 документов и сведений. Указанная обязанность ФИО4 не исполнена.

Судом первой инстанции указано, что адрес конкурсного управляющего не передавалось каких-либо доказательств пропажи, гибели, причин отсутствия документов Общества и/или невозможности их восстановления. Оснований считать указанные документы утраченными не имеется.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, в силу разъяснений, содержащихся в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" (далее -
Постановление № 53), должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице.

Исходя из смысла указанной нормы, арбитражный суд устанавливает обстоятельства наличия или отсутствия бухгалтерской документации для цели привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности на основе исследования представленных доказательств в подтверждение имущественного состояния должника, которое отражается в бухгалтерском балансе. В данном случае имеют существенное значение для дела обстоятельства наличия имущества должника, ведение им хозяйственной деятельности за отчетный период, предшествующий процедуре банкротства.

Согласно действующей как ранее, так и в настоящее время презумции, отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Однако, когда передача документации становится невозможной ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы контроля директора, соответствующая презумпция применена быть не может (правовая позиция изложена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986 и от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Между тем, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено надлежащих и бесспорных доказательств, свидетельствующих о наличии у бывшего директора должника ФИО4 документации и материальных ценностей должника, которые не позволили конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу.

Из доказательств, представленных в дело, не следует, что отсутствие документации, которая формировалась при деятельности должника под руководством ФИО4. не позволила сформировать конкурсную массу должника.

Факт неисполнения ФИО4, как бывшим руководителем должника, определения суда об истребовании документации, равно как указание на лишение конкурсного управляющего возможности формирования конкурсной массы, выявить дебиторов, установить правовые основания выбытия имущества должника, сами по себе, не являются достаточными основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4

Как следует из материалов дела о банкротстве Общества, конкурсным управляющим при наличии вступившего в законную силу определения суда об истребовании документации, заявление о выдаче исполнительного листа в суд не направлялось, принудительное исполнение указанного судебного акта не осуществлялось.

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий не мотивировал, какую хозяйственную деятельность вело Общество в период с 10.07.2017 по 18.02.2020 (когда директором Общества являлась ФИО4), отсутствие документации, в отношении которой существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства должника и не позволило сформировать конкурсную массу, равно как и доказательств, свидетельствующих о том, что в результате указанной хозяйственной деятельности под руководством ФИО4 причинен вред должнику и его кредиторам в заявленном размере.

Материалы дела также не содержат доказательств того, что конкурсный управляющий в ходе исполнения своих обязанностей осуществил все возможные действия по формированию конкурсной массы, однако непредставление документации именно ФИО4 привело к невозможности ее формирования.

При исследовании вопроса, какие именно действия осуществлены конкурным управляющим по формированию конкурсной массы (истребование документов у контрагентов, оспаривание сделок и иные действия), суд апелляционной инстанции установил, что из материалов дела не следует, что конкурсный управляющий осуществлял истребование информации движения по счетам должника, документов у контрагентов (при наличии выписки по счету за период с 24.09.2016 по 11.12.2019), истребовал отчетность из налогового органа.

Судом первой инстанции указано, что одним из основных активов Общества является дебиторская задолженность, которая по состоянию на 31.12.2018 составляла 17285 тыс. руб. ФИО4 обладала всеми возможностями для целей выбора способа и деталей передачи документов, однако подобные действия не были предприняты. Дебиторская задолженность, являющаяся одним из основных активов должника была попросту была списана в связи с истечением сроков давности по ее взысканию.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что конкурный управляющий при формировании конкурсной массы ограничился лишь установлением имущества у должника, осуществив основные запросы, предъявлением требований по истребованию документов должника у бывшего руководителя и привлечением его к субсидиарной ответственности.

Как следует из отчета временного управляющего о результатах финансового анализа должника - ООО «ЖКХ Строй Сервис» (т. 1 , л.д. 140 - 153) должником были предоставлены учредительные документы, а также лицевые счета в отношении дебиторов - физических лиц с указанием адреса и суммы задолженности. С учетом деятельности Общества (оказание услуг по водоснабжению и водоотведению п. Мстера, деревень Вязниковского района), дебиторская задолженность составляла большую часть активов должника (99,04 % по состоянию на 31.12.2018).

Из доказательств, представленных в дело, не следует, что из-за не предоставления документов ФИО4 не раскрыта строка дебиторской задолженности, которая числится в отчетности должника, не оспорены сделки, которые непосредственно связаны с перечислением денежных средств должника, что позволило бы пополнить конкурсную массу Общества для погашения требований кредиторов.

При этом, как следует из материалов дела, между конкурсным управляющим и ООО «Энергосбыт Волга» был заключен агентский договор по взысканию дебиторской задолженности

Из материалов дела не следует, что ФИО4 преднамеренно не исполняла свою обязанность по передаче имеющейся у нее документации Общества, осуществляла искажение в документации соответствующей информации, не позволяющей формировать конкурсную массу.

Как следует из представленных ФИО4 в материалы дела доказательств, невозможность передачи документов конкурсному управляющему связана с утратой документов (в том числе компьютерного оборудования) в связи с проливом кровли помещений, в которых располагалось Общество, о чем ФИО4 уведомляла как собственника помещений (администрацию п. Мстера Вязниковского района), так и конкурсного управляющего. Кроме того, материалами дела подтверждается уведомление ФИО4 конкурсного управляющего о необходимости забрать из помещения, расположенного по адресу: <...>, документацию персонифицированного учета, документацию по ремонту сетей, финансовую документацию, переписку по договорам.

Таким образом, в деле отсутствуют бесспорные и надлежащие доказательства, которые бы подтверждали тот факт, что бездействие ФИО4 в виде не передачи имеющейся у нее документации являлось существенным настолько, что являлось причиной невозможности осуществления расчетов с кредиторами или данные действия привели к банкротству должника.

Из доказательств, представленных в дело, не представляется возможным установить из-за не передачи каких именно документов, связанных с деятельностью должника при руководстве ФИО4 сформировалась обязанность по возмещению всего размера кредиторской задолженности, что также исключает доказанность правомерности привлечения ФИО4

Ссылка суда первой инстанции о наличии иных обстоятельств, связанных с доведением должника до банкротного состояния, а именно, совершение Обществом в период руководства ФИО4 ряда действий, направленных на вывод имущества должника (уменьшения конкурсной массы) в предбанкротный период, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Как установлено судом первой инстанции, судом рассматривалось заявление конкурсного управляющего о признании договора купли - продажи недвижимости от 01.02.2018, заключенного между должником и ФИО5 (Владимирская область, г. Вязники), недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки. По мнению заявителя ООО «Энергосбвыт Волга», названная сделка была заключена с целью вывода имущества должника (уменьшения конкурсной массы) в предбанкротный период. Так, на момент совершения спорной сделки ООО "ЖКХ Строй Сервис" имело признаки неплатежеспособности, а также недостаточности имущества. Отчуждение спорного имущества (центральный канализационный коллектор) привело к уменьшению конкурсной массы должника.

Суд определением от 29.10.2020 признал указанную сделку недействительной и применил последствия недействительности сделки.

Вместе с тем, из определения суда от 29.10.2020 не представляется возможным установить обстоятельства того, что заключение именно указанной сделки явилось причиной невозможности осуществления расчетов с кредиторами или данные действия по выводу указанного актива (при установлении продажной стоимости имущества в 5000 руб.) привели к банкротству должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

С учетом приведенных норм и разъяснений, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: 1) возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) наличие обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления; бремя доказывания относится на лицо, заявившее соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Данная правовая позиция отражена в пункте 9 Постановления № 53.

Исходя из указанных норм права конкретный момент возникновения у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества и момент, когда руководитель должника должен был объективно определить наличие этих признаков и возникновение у него соответствующей обязанности, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, должен установить арбитражный суд.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 2 статьи 3 Закона о банкротстве установлены признаки банкротства юридического лица: юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

В пункте 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018 (в редакции от 26.12.2018), отмечено, что по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 Постановления № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Как ранее установлено судом, в период (с 10.07.2017 - 04.03.2020), предшествующий возбуждению дела о банкротстве должника, генеральным директором ООО «ЖКХ Строй Сервис» являлась ФИО4, в связи с чем на нее возлагалась обязанность по подаче заявления при возникновении признаков неплатежеспособности, названных в части 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно позиции заявителя - ООО «Энергосбыт Волга», поддержанной судом первой инстанции, начиная с 31.05.2018 у руководителя ФИО4 возникла обязанностей по подаче в суд заявления о банкротстве ООО "ЖКХ Строй Сервис".

Как указано судом первой инстанции, из заключения арбитражного управляющего о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника - ООО «ЖКХ Строй Сервис» от 10.02.2020 следует: по итогам 2017 года наблюдается резкое ухудшение значений всех коэффициентов. На протяжении всего анализируемого периода деятельность Предприятия носит прибыльный характер, однако, начиная с 2017 года прибыль существенно снижена. Так, по итогам 2016 года в процентном соотношении чистая прибыль Предприятия по отношению к выручке составляла 14% (В 2015 году -12%), тогда как по итогам 2017 года процент прибыли составил 3%, а по итогам 2018 года -1%. При этом, размер дебиторской задолженности в 2017 году оставался на уровне 2016 года. В 2017 году существенно возросли прямые расходы Предприятия.

Так, наряду с ООО «ЭСВ», в реестр требований кредиторов должника включены требования иных кредиторов:

- ПАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья», задолженность, возникшая в связи с неисполнением условий договора энергоснабжения от 01.07.2017 № 51-5630, в размере 466 304, 49 руб. (задолженность за июль-август 2017, подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 26.01.2018 по делу № А11-11134/2017;

- 386 073, 26 руб. (задолженность за сентябрь 2017, подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 27.02.2017 по делу № А11 -12242/2017;

- 234 098, 26 руб. (задолженность за октябрь 2017, подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 26.01.2018 по делу № А11 -202/2018;

- 891 772, 85 руб. (задолженность за ноябрь 2017, подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 23.04.2018 по делу № А11 -634/2018;

- 224 513, 94 руб. (задолженность за декабрь 2017, подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 26.02.2018 по делу № A11-1819/2018);

- 783 616, 75 руб. (задолженность за январь 2018, подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 28.05.2018 по делу № A11-3754/2018);

- 2 139 752, 64 руб. (задолженность за февраль-март 2018, подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 20.11.2018 по делу № А11- 13453/2018).

- Администрация муниципального образования п. Мстера Вязниковского района, задолженность, возникшая в связи с неисполнением условий договора аренды № 5 от 02.12.2013, за период 11.07.2017- 30.09.2017, в размере 373 598,83 руб., подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 25.12.2018 по делу № А11-14539/2018;

- КУМИ администрации Вязниковского района, задолженность, возникшая в связи с неисполнением условий договора аренды муниципального имущества от 28.12.2009 № 423, в размере:

- 185 150 руб. (задолженность за февраль - сентябрь 2017, подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 25.12.2017 по делу № А11-11351/2017);

- 105 800 руб. (задолженность за сентябрь - декабрь 2017, подтвержденная решением Арбитражного суда Владимирской области от 27.06.2018 по делу № A11-5472/2018);

- 105 800 руб. (задолженность за январь - апрель 2018, подтвержденная Арбитражным судом Владимирской области от 05.09.2018 по делу № А11-8872/2018);

- 105 800 руб. (задолженность за май- август 2018, подтвержденная Арбитражным судом Владимирской области от 24.12.2018 по делу № A11- 13972/2018).

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии у Общества признаков банкротства по состоянию на 2018 год.

Между тем, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что одним из условий привлечения контролирующих лиц к ответственности является установление того обстоятельства, что долги перед кредиторами возникли из-за их неразумности и недобросовестности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180).

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств наличия в поведении ФИО4 в период исполнения обязанностей руководителя должника недобросовестных и неразумных действий (бездействия), выразившихся в неосуществлении действий по инициированию дела о банкротстве, существенного отклонения поведения от обычного стандарта участника оборота не представлено.

Как следует из материалов дела и подтверждено выпиской из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности Общества является управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе., дополнительными видами деятельности - распределение пара и горячей воды (тепловой энергии) распределение воды для питьевых и промышленных нужд. сбор и обработка сточных вод.

Согласно отчету временного управляющего о результатах финансового анализа должника - ООО "ЖКХ Строй Сервис" основным видом деятельности Предприятия является оказание услуг по водоснабжению и водоотведению. указанные услуги оказывались Обществом на территории п. Мстера и деревень Вязниковского района.

В рассматриваемом случае, Общество функционировало в целях выполнения социально-значимых обязанностей по обеспечению граждан коммунальными ресурсами - водоснабжение, в связи с чем на него возложена обязанность по реализации населению коммунальных ресурсов исключительно по утвержденным тарифам, ограниченным предельными (максимальными) индексами размера платы за коммунальные услуги, в условиях недопустимости прекращения оказания соответствующих коммунальных услуг населению в связи с наличием прямого законодательного запрета. При этом, основными неплательщиками должника являлось население.

Вместе с тем, специфика функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества. Соответствующая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2017 № 306-ЭС16-20500.

Таким образом, специфика деятельности Общества уже изначально не позволяла ему получать прибыль в объеме, на которую могут рассчитывать коммерческие предприятия, с учетом его связанности с соответствующими тарифами на оказание услуг и износом оборудования.

Вступление должника в правоотношения с кредиторами, существенную часть которых составляют ресурсоснабжающие организации, было обусловлено выполнением должником публичных обязательств по обеспечению населения муниципального образования соответствующими коммунальными ресурсами.

В силу указанных причин, должник не мог произвольно прекратить соответствующие правоотношения с ресурсоснабжающими организациями. Прекращение этой деятельности без передачи соответствующих функций иному лицу (наличие которого в спорный период не подтверждено) могло привести к неблагоприятным социальным последствиям.

Доказательств наличия организаций, которые могли быть продолжить осуществлять функции должника, в случае незамедлительного обращения руководителя в арбитражный суд с заявлением при появлении у Общества признаков банкротства в материалы дела не представлено.

При этом стоит отметить, что дебиторская задолженность населения по оплате за потребленные жилищно-коммунальные услуги обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности граждан, мероприятия по ее истребованию, как правило, характеризуются как низкоэффективные.

Кроме того, как следует из отчета временного управляющего о результатах финансового анализа должника - ООО "ЖКХ Строй Сервис" показатель обеспеченности обязательств Предприятия его активами по итогам 2018 года составлял 1,007, по итогам 2017 - 1,022, а по итогам 2016 года - 1,188. Коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами определяет степень обеспеченности организации собственными оборотными средствами, необходимыми для ее финансовой устойчивости и по состоянию на 31.12.2018 составлял 0,01, по итогам 2017 года - 0,02, по итогам 2016 года - 0,16. Показатель отношения дебиторской задолженности к совокупным активам в 2016 и 2018 составляет 100%, исключение - 2017 года, когда показатель составлял 67%. Это означает, что основную долю активов составляет дебиторская задолженность. Коэффициент рентабельности активов составляет по итогам 2018 года - 0,01. на 31.12.2017 - 0,02. на 31.12.2016 - 0,16.

Согласно данным, приведенным в отчете о результатах финансового анализа должника - ООО "ЖКХ Строй Сервис", временным управляющим установлено, что деятельность Предприятия на протяжении всего анализируемого периода носит прибыльный характер, однако Предприятие не обладает ликвидными активами. Почти 100% активов составляет дебиторская задолженность.

С учетом изложенного, на фоне снижения финансовых результатов в деятельности должника, функционирование которого было обусловлено необходимостью осуществления в социальной сфере, необращение в суд с заявлением о признании Общества банкротом не могло быть объективно связано с недобросовестными действиями бывшего руководителя.

Доказательств того, что инициирование руководителем должника процедуры банкротства должника могло бы привести к уменьшению задолженности перед кредиторами, в том числе ресурсоснабжающими организациями, что позволило бы исключить возникновение задолженности в указанных заявителями суммах, не представлено.

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что на указанную конкурсным кредитором дату (31.03.2018) должник обладал объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника. Таким образом, в предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, входит следующее обстоятельство - объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявители - конкурсный управляющий и ООО «Энергосбыт Волга», не представили доказательств того, что после 31.03.2018 до возбуждения дела о несостоятельности у Общества возникли какие-либо обязательства.

Безусловные доказательства наличия кредиторской задолженности, за наращивание которой после возникновения признаков банкротства, руководитель должника подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, в материалах дела отсутствуют.

При таких обстоятельствах материалами дела не подтверждается противоправность действий (бездействия) ФИО4, наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступлением неплатежеспособности (объективного банкротства) должника, причинения убытков должнику такими действиями.

С учетом изложенного, у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

Таким образом, апелляционная жалоба ФИО4 обоснованна, а определение Арбитражного суда Владимирской области от 24.08.2022 по делу № А11-9837/2019 подлежит отмене в обжалуемой части на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 24.08.2022 по делу № А11-9837/2019 отменить, апелляционную жалобу гражданки ФИО4 – удовлетворить.

Конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «ЖКХ Строй Сервис» ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Энергосбыт Волга» в удовлетворении заявлений о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий судья

С.Г. Кузьмина


Судьи

О.А. Волгина



Е.А. Рубис