Постановление от 21 марта 2018 г. по делу № А07-3269/2017

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-2062/2018
г. Челябинск
21 марта 2018 года
Дело № А07-3269/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 марта 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Хоронеко М.Н.,

судей Ершовой С.Д., Забутыриной Л.В.,

при ведении протокола помощником судьи Тихоновой Ю.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.01.2018 по делу №А07-3269/2017 (судья Кутлин Р.К.).



Вахитов Риф Ахунович (далее – ФИО2) обратился с заявлением в Арбитражный суд Республики Башкортостан о признании ФИО3 (далее – ФИО3, должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.05.2017 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО4 (далее - ФИО4, финансовый управляющий).

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление ФИО1 (далее – ФИО1) о включении требования в реестр требований кредиторов должника по договорам займа в размере 23 800 000 руб. суммы основного долга и 23 660 000 руб. процентов по займам.

Определением от 26.01.2018 (резолютивная часть от 22.01.2018) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 (далее также податель апелляционной жалобы) обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО1 ссылается на то, что на момент заключения договора займа от 01.05.2014 у нее было достаточно денежных средств для передачи должнику. Полученные от продажи недвижимого имущества денежные средства, с учетом личных сбережений, ФИО1 передала должнику под большой процент. Указанная сделка представляла интерес для ФИО1, так как ФИО3 на тот момент был платежеспособным лицом. Между вторым договором купли-продажи и договором займа с должником прошло 15 месяцев, за время которых вырученные от продажи квартиры деньги в размере 2 900 000 руб. не только не должны были быть потрачены, но и должны были приумножиться.

По поводу приобретения прав требования к должнику у физических лиц, апеллянт указывает следующее. Цеденты не обладают юридическими познаниями и опытом участия в судебных спорах, в связи с чем они согласились уступить ФИО1 требования к ФИО3 с существенным дисконтом и рассрочкой платежей. По состоянию на 10.09.2014, ФИО5 располагал денежными средствами минимум в размере 18 331 650 руб. ФИО6 также имела достаточный размер дохода и была способна передать должнику сумму займа в размере 4 800 000 руб. Относительно кредитоспособности ФИО7 апеллянт пояснил, что займа предоставлялся им должнику за счет личных накоплений.

До начала судебного заседания от конкурсного кредитора ООО «СК «Гарант» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором общество возражает против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, указанным в отзыве.

Лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте судебного разбирательства в соответствии со ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также посредством размещения информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда, в судебное заседание не явились.

В соответствии со ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 01.05.2014 между ФИО1 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа (т.1, л.д.6), согласно которому должник получил в долг сумму займа в размере 4 000 000 руб. под 3,5% в месяц.

Срок возврата - 15.06.2016.

В установленный срок денежные средства возвращены не были.

22.07.2014 между ФИО6 (далее – ФИО6, займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа (т.1, л.д.7), согласно которому должник получил в долг сумму займа в размере 4 800 000 руб. под 3% в месяц.

Срок возврата - 30.05.2016.

В установленный срок денежные средства возвращены не были.

30.05.2014 между ФИО7 (далее – ФИО7, займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа (т.1, л.д.8), согласно которому должник получил в долг сумму займа в размере 5 000 000 руб. под 3% в месяц.

Срок возврата - 30.07.2016.

В установленный срок денежные средства возвращены не были.

10.09.2014 между ФИО5 (далее – ФИО5, займодавец) и должником заключен договор займа (т.1, л.д.9), согласно которому должник получил в долг сумму займа в размере 10 000 000 руб. 2,5% в месяц.

Срок возврата - 10.08.2016.

В установленный срок денежные средства возвращены не были.

Решением суда от 10.05.2017 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4

19.06.2017 между ФИО6 (цедент) и ФИО1 (цессионарий) заключен договор цессии № 1 (т.1, л.д.10), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает права (требования) в полном объеме к ФИО3 по договору займа от 22.07.2014 в сумме 4 800 000 руб.

19.06.2017 между ФИО7 (цедент) и ФИО1 (цессионарий) заключен договор цессии № 2 (т.1, л.д.11), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает права (требования) в полном объеме к ФИО3 по договору займа от 30.05.2014 в сумме 5 000 000 руб.

19.06.2017 между ФИО5 (цедент) и ФИО1 (цессионарий) заключен договор цессии № 3 (т.1, л.д.12), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает права (требования) в полном объеме к ФИО3 по договору займа от 30.05.2014 в сумме 10 000 000 руб.

Поскольку имеющаяся задолженность в общей сумме 47 460 000 руб. не была погашена, кредитор обратился в арбитражный суд с требованием о

включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Должник в суде первой инстанции не возражал против включения в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 23 800 000 руб. суммы основного долга и 23 660 000 руб. процентов по займам.

ФИО8 и ООО СК «Гарант» возражали против включения требования ФИО9 в реестр требований кредиторов должника.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований, усмотрев в действиях ФИО1 по включению в реестр требований должника ФИО3 несуществующих требований, злоупотребление правом, направленным на искусственное увеличение имеющейся задолженности ФИО3 и в ущерб другим кредиторам должника.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело по обособленному спору, соглашается с выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

В силу п. 2 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» в соответствии с п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 11 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 6 ст.16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В силу п. 1, 2 ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Если иное не предусмотрено договором займа, сумма беспроцентного займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном п. 1 ст. 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных п. 1 ст. 809 настоящего Кодекса (п. 1 ст. 811 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным (п. 3 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе представленных доказательств.

01.05.2014 между ФИО1 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа (т.1, л.д.6), согласно которому должник получил в долг сумму займа в размере 4 000 000 руб. под 3,5% в месяц на срок до 15.6.2016.

В подтверждение выдачи займа представлена расписка от 01.05.2014 на сумму 4 000 000 руб. (т.1, л.д.75).

В обоснование финансовой возможности выдачи данного займа ФИО1 представила договоры купли-продажи объектов недвижимости от 14.05.2010, 18.02.2014(т.1, л.д.79-80), указав, что полученные от продажи недвижимого имущества денежные средства, с учетом личных сбережений, она передала должнику под большой процент. Указанная сделка представляла интерес для ФИО1, так как ФИО3 на тот момент был платежеспособным лицом.

Между тем, как обоснованно указал суд, договор займа между ФИО1 и ФИО3 был заключен по прошествии значительного времени после реализации объектов недвижимости.

ФИО1 не представлено сведений о сохранении у нее денежных средств, вырученных от реализации квартир, по день предоставления займов. Утверждение об обратном в апелляционной жалобе ничем не подтверждено.

Кроме того, в материалах дела имеется копия решения Октябрьского районного суда г. Уфы по делу №2-5238/2017 (т.1, л.д.145-153), согласно которому 25.06.2014 ФИО1 получила в ЗАО «КБ «Дельта Кредит» заемные денежные средства на приобретение жилого дома и в установленные договором сроки не возвратила заемные денежные средств.

Таким образом, ФИО1, не имея финансовой возможности для приобретения за счет собственных средств жилого дома для удовлетворения личных жилищных нужд, менее чем за два месяца до даты получения кредита (01.05.2014) предоставила ФИО3 заем в сумме 4 000 000 руб. сроком на два года без уплаты ежемесячных процентов.

Указанные обстоятельства вызывают обоснованные сомнения в реальности факта выдачи заемных денежных средств ФИО1 ФИО3

Таким образом, ФИО1 не доказала наличие у нее финансовой возможности предоставить должнику денежные средства в общей сумме 4 000 000 руб.

22.07.2014 между ФИО6 и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа (т.1, л.д.7), согласно которому должник получил в долг сумму займа в размере 4 800 000 руб. под 3% в месяц на срок до 30.05.2016.

В подтверждение выдачи займа представлена расписка от 22.07.2014 на сумму 4 800 000 руб. (т.1, л.д.72).

В обоснование финансовой возможности выдачи данного займа кредитором представлена справка о получении 25.02.2014 ФИО6 кредитных денежных средств в ПАО Банк «УралСиб» в размере 800 000 руб. для личных нужд (кредитный договор №0025-№83/01896 от 25.02.2014) (т.1, л.д.64, 97-100).

Однако данный факт свидетельствует лишь о том, что у ФИО6 по состоянию на февраль 2014 года отсутствовали собственные денежные средства, в связи с чем, остается не выясненным вопрос, каким образом спустя четыре месяца после получения данного кредита, у ФИО6 появилась возможность предоставить ФИО3 денежную сумму в размере 4 800 000 рублей.

Помимо факта получения кредитных денежных средств в размере 800 000 руб. ФИО1 в апелляционной жалобе указывает на следующие обстоятельства.

Согласно сведениям ПАО «Сбербанк России» за период с 07.10.2013 по 28.09.2017 на счет ФИО6 поступили денежные средства в размере 8 909 829 руб. Также ФИО6 на праве собственности принадлежит автомобиль RAV4. Суд же, по мнению апеллянта, ограничился лишь констатацией факта наличия кредитного договора.

Действительно, в материалах дела имеется справка ПАО «Сбербанк России» о состоянии вклада ФИО6 (т.1, л.д. 102-121).

Между тем, из данной справки следует, что с момента открытия вклада и до дня заключения договора займа (с 07.10.2013 по 22.07.2014) на счет №40817.810.1.0600.0555224 были зачислены денежные средства лишь в размере 150 475 руб., что также не свидетельствует о финансовой возможности ФИО6 выдачи займа в размере 4 800 000 руб.

Поступление денежных средств на вклад ФИО6 после дня выдачи займа должнику не принимается во внимание.

То обстоятельство, что за ФИО6 зарегистрировано транспортное средство с октября 2014 года (ПТС – т.1, л.д.122), также с достоверностью не свидетельствует о ее благополучном материальном положении, позволяющем заключить с ФИО3 договор займа.

30.05.2014 между ФИО7 и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа (т.1, л.д.8), согласно которому должник получил в долг сумму займа в размере 5 000 000 руб. под 3% в месяц на срок до 30.07.2016.

В подтверждение выдачи займа представлена расписка от 30.05.2014 на сумму 5 000 000 руб. (т.1,л.д.73)

В обоснование финансовой возможности выдачи данного займа кредитором в суде первой инстанции не было представлено ни одного доказательства.

В апелляционной жалобе апеллянт пояснил, что заем ФИО7 предоставлялся должнику за счет личных накоплений.

Между тем, выводы о доказанности того или иного обстоятельства не могут быть основаны только на односторонних утверждениях одной из спорящих сторон без предоставления доказательств (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, финансовая возможность ФИО7 предоставления займа ФИО3 документально не подтверждена.

10.09.2014 между ФИО5 и должником заключен договор займа (т.1, л.д.9), согласно которому должник получил в долг сумму займа в размере 10 000 000 руб. 2,5% в месяц на срок до 10.08.2016.

В подтверждение выдачи займа представлена расписка от 10.09.2014 на сумму 10 000 000 руб. (т.1,л.д.74).

В обоснование финансовой возможности выдачи данного займа кредитором представлены договоры купли-продажи от 16.10.2013, 11.08.2014 (т.1, л.д.84-85), согласно которым, по мнению ФИО1, ФИО5 продал свое имущество третьим лицам на сумму 12 524 300 руб. По состоянию на 10.09.2014 ФИО5 располагал денежными средствами минимум в размере 18 331 650 руб.

Между тем, суд апелляционной инстанции учитывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства фактических денежных расчетов по указанным сделкам.

Кроме того, в отношении ФИО5 имеются возбужденные исполнительные производства (т.1, л.д.45), в связи с чем, у суда первой инстанции обоснованно возникли сомнения в финансовой состоятельности ФИО5 и его возможности передать ФИО3 денежные средства в сумме 10 000 000 руб. по договору займа.

Из материалов дела также следует, что ФИО7 является родным братом бывшей жены ФИО3 – ФИО10, также претендующей на включение в реестр требований кредиторов в сумме 12 000 000 руб. (т.2, л.д.11-15).

Должник ФИО3 и кредитор ФИО1 являются соучредителями ООО «Башкирская правовая компания «ГАРАНТ».

ФИО6 и ФИО1 являются соучредителями ООО «Группа компаний «ГАРАНТ» и ООО «Строительно-монтажная компания «Сфера».

Адреса всех вышеперечисленных обществ располагаются в одном и том же месте – в помещении, принадлежащем на праве собственности ФИО11

При рассмотрении настоящего обособленного спора суд апелляционной инстанции учитывает правовой подход, изложенный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), в соответствии с которым наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника, обязанность которого при нормальном функционировании гражданского оборота состояла в своевременном внесении арендных платежей.

В соответствии с разъяснениями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимися в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Должник в подтверждение факта получения денежных средств указал, что денежные средства на сумму 23 800 000 руб., полученные по вышеуказанным договорам займа, переданы гражданину ФИО12 30.12.2015 на сумму 20 000 000 руб., а также гражданину ФИО13 на сумму 3 478 000 руб., остальная сумма (300 000 руб.) была потрачена на текущие расходы должника (т.1, л.д.68).

Вместе с тем, при установлении требования кредитора ФИО2 должник также ссылался на то, что полученные от данного кредитора денежные средства на сумму 3 900 000 руб. были переданы по договору займа ФИО12 (определение от 06.10.2017 по настоящему дело по установлению требования ФИО2).

Также суд учитывает то обстоятельство, что 09.12.2014 должник взял в заем у ФИО8 на сумму 15 000 000 руб., о чем предъявлено кредитором ФИО8 требование на сумму 15 000 000 руб. по договору займа с начисленными процентами (определение от 26.01.2018 по настоящему делу по установлению требования ФИО8).

Суд также отмечает, что никакая разумная и добросовестная цель кредитования физическими лицами ФИО3 на крупные суммы (от 4 000 000 руб. до 10 000 000 руб.) в отсутствие обеспечения необоснованна.

Займодавцы не обосновали, каким образом они убедились в том, что должник в 2016 году вернет им сумму займа с процентами.

Совокупностью изложенных обстоятельств подтверждается, что заемщика с займодавцами связывали доверительные отношения, а целью заключения договоров займа и выдачи расписок, с последующей уступкой прав ФИО1, являлось создание искусственной задолженности с целью уменьшения конкурсной массы в ущерб иным кредиторам должника.

В рассматриваемом случае факт реальности договоров займа не подтверждается материалами дела.

А поскольку факт передачи наличных денежных средств в рамках дела о банкротстве с учетом специфики установления требований кредиторов в таком деле не подтверждается материалами дела, то отсутствие достоверных доказательств, подтверждающих передачу денежных средств от займодавца заемщику по договору займа (расписке), свидетельствует о незаключенности данного договора займа в силу абзаца 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ и пункта 3 статьи 812 ГК РФ.

По общему правилу незаключенный договор не влечет никаких правовых последствий для сторон.

При этом признание долга должником в силу специфики дел о банкротстве не могут являться безусловным основанием для включения основанного на них требования в реестр.

Следовательно, оснований для включения требований ФИО1 в реестр требований кредиторов должника задолженности по договорам займа не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в результате чего не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Арбитражный суд первой инстанции применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает. Апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на обжалуемый судебный акт государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.01.2018 по делу №А07-3269/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья М.Н. Хоронеко

Судьи С.Д. Ершова


Л.В. Забутырина