Решение от 13 июля 2020 г. по делу № А65-12227/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН


ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-12227/2019


Дата принятия решения – 13 июля 2020 года.

Дата объявления резолютивной части – 06 июля 2020 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Хамитова З.Н., при ведении протокола судебного заседания до и после перерыва секретарем судебного заседания ФИО1 рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению

ИП ФИО2, г. Казань, (ИНН <***>) к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Республике Татарстан, г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании решения УФАС по РТ от 26.02.2019г. №04-08-2714 незаконным, с привлечением в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора – ООО «Негоциант», граждан ФИО3, ФИО4, Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатент)

При участии:

До перерыва (29.06.2020)

от заявителя – ФИО5 по доверенности от 06.03.2019, ФИО2 - лично по паспорту

от ответчика – ФИО6 доверенность от 09.01.2020

от третьих лиц без самостоятельных требований – от ФИО3 – ФИО4 доверенность от 24.09.2019, от ООО «Негоциант» - ФИО7 доверенность от 01.08.2019, от ООО «Негоциант» директор ФИО8 по решению №1, ФИО4 – лично по паспорту.


После перерыва(06.07.2020)

от заявителя – ФИО5 по доверенности от 06.03.2019, ФИО2 - лично по паспорту

от ответчика – ФИО6 доверенность от 09.01.2020

от третьих лиц без самостоятельных требований – от ФИО3 – ФИО4 доверенность от 24.09.2019, от ООО «Негоциант» директор ФИО8 по решению №1, ФИО4 – лично по паспорту.


УСТАНОВИЛ

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – предприниматель) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительным выраженного в письме от 26.02.2019 № 04-08-2714 решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Татарстан (далее – антимонопольный орган, управление) об отказе в возбуждении дела по признакам нарушения антимонопольного законодательства и дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 14.33 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

В порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле привлечены третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора - ООО «Негоциант» г.Казань, Роспатент г.Москва (Федеральная служба по интеллектуальной собственности), ФИО3 и ФИО4

В судебном заседании 29.06.2020 был объявлен перерыв до 06.07.2020 после перерыва судебное заседание было продолжено в том же составе суда.

Представитель заявителя на судебном заседании до и после перерыва поддержал требования в полном объеме.

Представитель ответчика до и после перерыва требования заявителя не признал, по доводам, изложенным в отзыве на заявление, в удовлетворении заявления просил отказать.

Третьи лица на судебном заседании до и после перерыва поддержали позицию ответчика, в удовлетворении заявления просили отказать.

В Управление Федеральной антимонопольной службы по Республике Татарстан (далее – Управление) на рассмотрение поступило обращение ИП ФИО2 (Вх. №18229/ж от 19.11.2018 г.) по факту подачи заявки на регистрацию товарного знака «Приют Холостяка» Обществом с ограниченной ответственностью «Негоциант» (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения (юридический адрес): 420111, <...>).

Исходя из обращения и приложенных к нему документов, представленных в Управление, следует, что наименование и логотип придуманы по инициативе заявителя в 2006 году и тогда же начато их использование в качестве обозначения ресторана «Приют Холостяка» в рекламе, а также при подготовке документов, связанных с вышеуказанным рестораном и используется по настоящее время, что подтверждается приложенными документами. Согласно обращению, заявитель до даты подачи ООО «Негоциант» заявки на регистрацию товарного знака, активно продвигал обозначение «Приют Холостяка» путем рекламы в СМИ, наружной рекламы, путем заказа и распространения разнообразной полиграфической продукции, путем продвижения в сети Интернет, в том числе через сайт http://prihol.ru/ и иные известные сайты.

В указанном заявлении в УФАС по РТ ИП ФИО2 просил:

1) признать Общество с ограниченной ответственностью «Негоциант» (ОГРН <***>) нарушившим ч. 1 ст. 14.4 Федерального закона «О защите конкуренции», согласно которой не допускается недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ и услуг.

2) привлечь Общество с ограниченной ответственностью «Негоциант» (ОГРН <***>) к административной ответственности, предусмотренной ст. 14.33 КоАП РФ.

Письмом от 26.02.2019 г. №04-08/2714 Управлением Федеральной антимонопольной службы отказано в возбуждении дела, в связи с отсутствием признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.08.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2019, в удовлетворении заявленных требований предпринимателю было отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, предприниматель обратился в Суд по интеллектуальным правам при Экономической коллегии Верховного суда РФ с кассационной жалобой.

Постановлением от 14.02.2020 Суда по интеллектуальным правам при Экономической коллегии Верховного суда РФ, вышеуказанные судебные акты отменены, а дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд РТ.

В кассационном постановлении суд кассационной инстанции указал на следующие обстоятельства.

Порядок рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства регламентирован главой 9 Закона о защите конкуренции. В силу части 1 статьи 39 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган в пределах своих полномочий возбуждает и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства, принимает по результатам их рассмотрения решения и выдает предписания.

Одним из оснований для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства является заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства (пункт 2 части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции).

Статьей 44 Закона о защите конкуренции определен порядок рассмотрения заявления, материалов и возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства. Частью 1 указанной статьи Закона о защите конкуренции установлены требования к форме и содержанию заявления, направляемого в антимонопольный орган. Согласно части 2 статьи 44 Закона о защите конкуренции к заявлению прилагаются документы, свидетельствующие о признаках нарушения антимонопольного законодательства. В случае невозможности представления таких документов указываются причины этого, а также предполагаемые лицо или орган, у которых эти документы могут быть получены.

В соответствии с пунктом 2 части 5 статьи 44 Закона о защите конкуренции при рассмотрении заявления или материалов антимонопольный орган устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению. В силу пункта 2 части 9 названной статьи Закона о защите конкуренции антимонопольный орган принимает решение об отказе в возбуждении дела, в 14 том числе в случае, если признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют.

Оценка доказательств и доводов обратившегося с заявлением лица по существу на этой стадии не осуществляется. Исходя из положений пункта 1 части 1 статьи 49 Закона о защите конкуренции доказательства и доводы, представленные лицами, участвующими в деле, оценивает комиссия при принятии решения по делу о нарушении антимонопольного законодательства.

Таким образом, на стадии возбуждения дела на основании поданного заявления исследуются само заявление на предмет наличия в нем доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые указывает сам заявитель, и то, приложены ли к заявлению доказательства, на которые заявитель ссылается как на подтверждающие эти доводы. При этом по делам о недобросовестной конкуренции к признакам нарушения антимонопольного законодательства, наличие или отсутствие которых проверяется на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства, относятся не обстоятельства, указанные в конкретных статьях главы 21 Закона о защите конкуренции, а обстоятельства, приведенные в пункте 9 статьи 4 названного Закона и в статье 10.bis Конвенции по охране промышленной собственности (заключена 20.03.1883 в Париже). Так, из определения недобросовестной конкуренции, содержащегося в пункте 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции, следует, что для признания действий недобросовестной конкуренцией они должны одновременно выполнять несколько условий, а именно: действия должны совершаться хозяйствующими субъектами – конкурентами; быть направлены на получение преимуществ в предпринимательской деятельности; противоречить законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости; причинить или быть способными причинить убытки другому 15 хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации (причинение вреда). Обстоятельства, подтверждающие факт совершения нарушения антимонопольного законодательства (либо факт отсутствия нарушения), которые должны быть установлены антимонопольным органом при производстве по делу в случае его возбуждения, в данном случае (на стадии рассмотрения вопроса о возбуждении дела) установлению не подлежат. Выводы о наличии либо отсутствии нарушения антимонопольного законодательства могут быть установлены лишь при рассмотрении дела в порядке главы 9 Закона о защите конкуренции.

Доводы о признаках нарушения антимонопольного законодательства в заявлении должны свидетельствовать о том, что, по мнению подателя заявления, действия нарушителя в том виде, в котором они охарактеризованы в заявлении, охватываются составом недобросовестной конкуренции.

С учетом этого представленные в антимонопольный орган вместе с заявлением о нарушении антимонопольного законодательства доказательства исследуются им на стадии решения вопроса о возбуждении дела лишь на предмет того, направлено ли содержание этих доказательств на подтверждение доводов заявления о наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.11.2011 № 1570-О-О «По запросу Ачинского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений частей 1 и 6 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», в соответствии с Законом о защите конкуренции комиссия антимонопольного органа возбуждает по предусмотренным этим Федеральным законом основаниям и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства и по результатам их рассмотрения принимает решения (статьи 39 и 41 Закона о защите конкуренции).

Возбуждение комиссией производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства не предрешает вывода о том, что факт административного правонарушения будет выявлен, а производство по делу об административном правонарушении будет возбуждено. При возбуждении и рассмотрении дела в таком производстве лицо не может быть привлечено к административной ответственности.

Вместе с тем такое производство позволяет при установлении нарушения антимонопольного законодательства выявить и обстоятельства, свидетельствующие о наличии административного правонарушения. Таким образом, на стадии решения вопроса о возбуждении административного дела антимонопольный орган обязан установить лишь наличие признаков недобросовестной конкуренции, необходимых и достаточных для возбуждения дела, а не устанавливать на этой стадии все юридически значимые обстоятельства, предусмотренные соответствующими статьями Закона о защите конкуренции.

Судам при проверке оспариваемого ненормативного правового акта управления, исходя из приведенных выше норм права, следовало проверить, исследовал ли административный орган заявление предпринимателя на предмет наличия в нем доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые данное лицо указывало при обращении в антимонопольный орган, а также фактического наличия доказательств, на которые заявитель ссылался в подтверждение этих доводов, либо же административный орган устанавливал наличие/отсутствие состава правонарушения, оценивал представленные предпринимателем документы по существу. При этом суд кассационной инстанции отмечает, что в случае, если антимонопольный орган на стадии проверки заявления предпринимателя устанавливал наличие/отсутствие состава правонарушения в действиях общества, то оспариваемый ненормативный правовой акт, по сути, являлся бы решением об отказе в удовлетворении заявления предпринимателя вне рамок установленной процедуры для принятия такого решения, которая предусматривает принятие решения коллегиальным составом в открытом заседании в присутствии представителей лиц, участвующих в административном деле, с необходимым применением надлежащих норм материального права и подзаконных актов (в частности, Административного регламента и приказа № 220).

Одновременно судебная коллегия в кассационном постановлении отмечает, что принятие административным органом решения с превышением полномочий и с нарушением установленной процедуры являлось бы существенным нарушением приведенных выше норм Закона о защите конкуренции, а также то что судами первой и апелляционной инстанций указанные обстоятельства не исследовались, несмотря на то, что предприниматель ссылался на несоблюдение соответствующих положений Закона о защите конкуренции, обращаясь с заявлением в суд. Мотивов, по которым суды не исследовали указанные доводы, вынесенные судебные акты не содержат.

Кроме того, суд кассационной инстанции в кассационном постановлении отмечает, что осуществленная судами оценка доводов предпринимателя о наличии в действиях общества признаков недобросовестной конкуренции по существу, а также исследование содержания представленных участвующими в деле лицами доказательств в подтверждение нарушения антимонопольного законодательства в рассматриваемом случае являлись преждевременными.

Как было отмечено выше, в рамках настоящего дела подлежало проверке соблюдение УФАС по РТ требований законодательства при возбуждении административного дела, в связи с чем проверка фактических обстоятельств этого дела (в частности, наличие конкурентных отношений, достоверность и достаточность представленных предпринимателем доказательств с точки зрения обоснованности заявления) не входила в предмет рассматриваемого спора. Исследование указанного довода предпринимателя, а также контрдоводов общества и третьих лиц, а также выявление иных необходимых обстоятельств осуществляется комиссией антимонопольного органа при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства, а не судом в рамках оспаривания решения антимонопольного органа об отказе в возбуждении административного дела.

А также суд кассационной инстанции указал, что в материалах судебного дела отсутствуют копии материалов административного дела по заявлению, поданному предпринимателем в антимонопольный орган. Данное обстоятельство само по себе свидетельствует о том, что судами не исследовалось поданное в управление заявление предпринимателя и приложенные к нему документы на предмет наличия либо отсутствия в нем указания на признаки совершения обществом акта недобросовестной конкуренции.

Во исполнение постановления суда кассационной инстанции судом получены материалы административного дела представленные ответчиком, фактически состоявшие из заявления ФИО2 и запроса в Роспатент, проведена проверка соблюдение управлением требований законодательства при возбуждении административного дела, а также того исследовал ли административный орган заявление предпринимателя на предмет наличия в нем доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые данное лицо указывало при обращении в антимонопольный орган, и фактического наличия доказательств, на которые заявитель ссылался в подтверждение этих доводов.

В результате чего суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 3 ст. 189 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, законности оспариваемых решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, возлагается на органы и лиц, которые приняли оспариваемый акт, решение, совершили оспариваемые действия (бездействие).

Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ предусмотрено, что граждане, организации вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов органов государственной власти, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту и нарушает их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагает на них какие-либо обязанности, создает иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами оспариваемых актов, возлагается на соответствующие органы.

Как было установлено судом при первоначальном рассмотрении, ИП ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании незаконными бездействий Татарстанского УФАС России, просит признать бездействие антимонопольного органа незаконными ввиду того, что УФАС по РТ в решении об отказе в возбуждении дела указало на то, что согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Негоциант» не осуществляет ресторанную деятельность и соответственно не является хозяйствующим субъектом конкурентом по отношению к заявителю, не причинило и не способно причинить убытки Истцу.

Со слов заявителя, Управление Федеральной антимонопольной службы по РТ не учло, что регистрация товарного знака за ООО «Негоциант» приведет к дальнейшему возможному открытию им ресторана, кафе, столовой или киоска фаст-фуд. Таким образом, произойдет введение в заблуждение потребителя относительно лица, оказывающего услуги, категории заведения и качества оказываемых услуг.

Заявитель отмечает, что в 2006 году был открыт ресторан «Приют Холостяка»,

Заявитель длительное время интенсивно использовал обозначение "Приют Холостяка" в гражданском обороте до даты подачи заявки на регистрацию товарного знака, активно продвигал его на рынке общепита; что обеспечило возникновение, как у казанских потребителей, так и у гостей города устойчивой ассоциативной связи обозначения "Приют Холостяка" именно с рестораном Заявителя.

Наименование ресторана «Приют Холостяка», выполненное строчным шрифтом; как и логотип в виде «зонтиков укропа» в квадратном обрамлении, были придуманы по инициативе заявителя в 2006 году и тогда же использованы в качестве обозначения ресторана в рекламе и документах, и используется по настоящее время.

По утверждениям заявителя ООО «Негоциант» не имел и не имеет никакого отношения к ресторану. “Приют Холостяка", а другого такого заведения общепита в России нет.

Таким образом, согласно позиции заявителя, Управление ФАС по РТ должно было учесть тот факт, что‚ ООО «Негоциант» не имеет законного интереса в индивидуализации заявленных услуг и должно было привлечь ООО «Негоциант» к административной ответственности за недобросовестную конкуренцию, предусмотренную ст.14.33 КоАП РФ.

Также в адрес Арбитражного суда Республики Татарстан, поступили дополнительные письменные пояснения, согласно которым Заявитель при рассмотрении настоящего дела просит учесть следующие обстоятельства.

Согласно подпункту 6 пункта 2 статьи 1512 ГК РФ предоставление правовой охраны товарному знаку может быть оспорено и признано недействительным полностью или частично в течении всего срока действия правовой охраны, если связанные с государственной регистрацией товарного знака действия правообладателя признаны в установленном порядке злоупотреблением правом либо недобросовестной конкуренцией.

Как установлено судом, 10 июля 2006 года в соответствии с протоколом №1 ФИО2 и ФИО3 было принято решение о создании Общества с ограниченной ответственностью «Сингл». Директором был избран ФИО2

В период работы Общества с ограниченной ответственностью «Сингл» был открыт ресторан «Приют Холостяка».

В 2009 году ФИО2 зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя, а в 2011 году принял решение создать собственное юридическое лицо — Общество с ограниченной ответственностью «Приют Холостяка».

23.05.2012г. ООО «Приют Холостяка» подало заявку № 2012716630 на регистрацию товарного знака. Федеральной службой по интеллектуальной собственности 26.11.2013г. было принято решение о государственной регистрации товарного знака. Для получения было необходимо произвести оплату государственной пошлины за регистрацию товарного знака и выдачу свидетельства.

В связи с неоплатой государственной пошлины, Федеральной службой по интеллектуальной собственности было принято решение о признании заявки № 2012716630 от 23.05.2012г. отозванной.

В 2018 году ФИО2 сдал ресторан «Приют Холостяка» в аренду Обществу с ограниченной ответственностью «Шелтер», а юридическое лицо ООО «Приют Холостяка» продал. Покупатель переименовал ООО «Приют Холостяка» в ООО «Зарур». Тем не менее, ресторан продолжает функционировать под изначальным наименованием «Приют Холостяка».

13.06.2018 года ООО «Негоциант» (ИНН: <***>; ОГРН: <***>, <...>) была подана заявка на регистрацию товарного знака «Приют Холостяка», а 27.12.2018г. ФГБУ Федеральной службой по интеллектуальной собственности было принято решение о регистрации указанного товарного знака

Заявитель считает что, действия ООО «Негоциант» по регистрации товарного знака «Приют Холостяка» являются недобросовестной конкуренцией, а доводы представителя данного Общества необоснованными по следующим основаниям:

1. ФИО3 не имеет никакого отношения к ООО «Негоциант». Указание на то, что ФИО4 работал в ООО «Сингл» и лично придумал наименование строчным шрифтом «Приют Холостяка» и нарисовал обозначение не подтверждено ни одним доказательством - все эти утверждения являются голословными.

2. Кроме того, шрифт, которым выполнено название «Приют Холостяка» - стандартный и называется «РТ Dесог», является общедоступным в сети Интернет, хотя и платным.

3. ФИО2 является автором наименования «Приют Холостяка» и логотипа в виде зонтиков укропа, обрамленных квадратной рамкой. Это подтверждается следующими обстоятельствами:

При разработке концепции ресторана, его названия, шрифта написания, ФИО2 выбрал понравившийся ему вариант, внес свои корректировки и именно он принял решение об использовании наименования, шрифта, логотипа.

В соответствии со ст. 1257 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — «ГК РФ»): «Автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 настоящего Кодекса, считается его автором, если не доказано иное».

Согласно ст. 1301 ГК РФ: «В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

Поскольку текстовое обозначение «Приют Холостяка» и логотип в виде зонтиков укропа, обрамленных квадратной рамкой, были созданы творческим трудом ФИО2, произведенная регистрация товарного знака, тождественного обозначению, правообладателем которого он является как создатель данного логотипа, является нарушением положений ГК РФ, направленных на защиту авторских прав.

Исходя из положений п. 62-63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5, Пленума ВАСРФ № 29 от 26.03.2009 г. «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»: «62. В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ исключительное право использования товарного знака принадлежит лицу, на имя которого соответствующий товарный знак зарегистрирован (правообладателю).

Следовательно, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в его защите (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительной в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 Кодекса.

Вместе с тем суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия_по_государственной регистрации соответствующего товарного знака могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

На момент подачи заявки на регистрацию товарного знака «Приют Холостяка» Обществом с ограниченной ответственностью «Негоциант» - 13.06.2018 г. (это дата регистрации заявки, отправлена она была еще раньше) — Общество с ограниченной ответственностью «Приют Холостяка» еще не было переименовано в ООО «Зарур». Решение о переименовании принято 23.07.2018 и указанные изменения внесены в ЕГРЮЛ 30.07.2018.

Из заявления Тулисова следует, что ООО «Негоциант», на момент подачи знало не только о существовании ресторана «Приют Холостяка», но и о существовании юридического лица с фирменным наименованием «Приют Холостяка».

В соответствии с п. 1 ст. 1474 ГК РФ Юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет".

В соответствии с п. 8 ст. 1483 ГК РФ не могут быть в отношении однородных товаров зарегистрированы в качестве товарных знаков обозначения, тождественные или сходные до степени смешения с охраняемым в Российской Федерации фирменным наименованием или коммерческим обозначением (отдельными элементами таких наименования или обозначения) либо с наименованием селекционного достижения, зарегистрированного в Государственном реестре охраняемых селекционных достижений, права на которые в Российской Федерации возникли у иных лиц ранее даты приоритета регистрируемого товарного знака.

Таким образом, по утверждениям заявителя, ООО «Негоциант» незаконно инициировало регистрацию товарного знака, тождественного фирменному наименованию ООО «Приют Холостяка».

Ресторан «Приют Холостяка» существует с 2006 года, следовательно, а также его логотип в виде зонтиков укропа, обрамленных квадратной рамкой являются коммерческим обозначением, индивидуализирующим предприятие — ресторан «Приют холостяка».

В соответствии с п. 1 ст 1538 ГК РФ Юридические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность (в том числе некоммерческие организации, которым право на осуществление такой деятельности предоставлено в соответствии с законом их учредительными документами), а также индивидуальные предприниматели могут использовать для индивидуализации принадлежащих им торговых, промышленных и других предприятий (статья 132) коммерческие обозначения, не являющиеся фирменными наименованиями и не подлежащие обязательному включению в учредительные документы и единый государственный реестр юридических лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1539 ГК РФ Правообладателю принадлежит исключительное право использования коммерческого обозначения в качестве средства индивидуализации принадлежащего ему предприятия любым не противоречащим закону способом (исключительное право на коммерческое обозначение), в том числе путем указания коммерческого обозначения на вывесках, бланках, в счетах и на иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет", если такое обозначение обладает достаточными различительными признаками и его употребление правообладателем для индивидуализации своего предприятия является известным в пределах определенной территории.

В соответствии с п. 8 ст. 1483 ГК РФ не могут быть в отношении однородных товаров зарегистрированы в качестве товарных знаков обозначения, тождественные или сходные до степени смешения с охраняемым в Российской Федерации фирменным наименованием или коммерческим обозначением (отдельными элементами таких наименования или обозначения) либо с наименованием селекционного достижения, зарегистрированного в Государственном реестре охраняемых селекционных достижений, права на которые в Российской Федерации возникли у иных лиц ранее даты приоритета регистрируемого товарного знака.

Таким образом, ООО «Негоциант» незаконно инициировало регистрацию товарного знака, тождественного коммерческому обозначению, принадлежащему Истцу.

Товарный знак "Приют Холостяка" способен ввести потребителя в заблуждение относительно исполнителя соответствующих услуг ресторана «Приют Холостяка» - ФИО2, который длительное время использовал обозначение "Приют Холостяка" в гражданском обороте до даты подачи заявки на регистрацию товарного знака, активно продвигал его на рынке общепита, что обеспечило возникновение как у казанских потребителей, так и у гостей города устойчивой ассоциативной связи обозначения "Приют Холостяка" именно с рестораном ФИО2.

Таким образом, по мнению ФИО2, подача ООО «Негоциант» заявки на регистрацию товарного знака свидетельствует о злоупотреблении правом, поскольку это лицо знало (т.к. оно расположено в Казани, намерено оказывать услуги в области общепита и должно было провести анализ рынка о том, что ФИО2 на момент подачи заявки на регистрацию обозначения в качестве товарного знака законно использовал соответствующее обозначение для индивидуализации его ресторана в качестве коммерческого обозначения и фирменное наименование для индивидуализации своей организации без регистрации в качестве товарного знака, а также о том, что такое обозначение приобрело известность среди потребителей.

Таким образом, действия ООО «Негоциант» по подаче заявки на регистрацию товарного знака заведомо на 100% совпадающего с существующим используемым коммерческим обозначением ресторана, являются недобросовестной конкуренцией, что неминуемо причинит ФИО2 существенные убытки, а ООО «Негоциант» может получить необоснованную выгоду.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы сторон на судебном заседании, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований исходя из следующего.

Из письма Роспатента от 05.07.2019 на заявление ФИО2 следует, что согласно сведениям Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Госреестр) комбинированный товарный знак со словесным элементом «Приют Холостяка» по заявке № 2018724319 с приоритетом от 13 июня 2018 года зарегистрирован Роспатентом 04 марта 2019 года за № 701718 в отношении товаров 16 и услуг 35, 36, 41, 43 классов МКТУ на имя ООО «Негоциант». Соответствующая справка, составленная на основании сведений Госреестра прилагается.

Из письма УФАС по РТ от 26.02.2019 в ответ на обращение ФИО2, поименованное и обжалованное ФИО2, как решение, следует что на основании вышеизложенного/руководствуясь пунктом 2 части 9 статьи 44 №135-Ф-3 «О защите конкуренции», пунктом 3.43 Административного регламента Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дела о. нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации, утвержденного Приказом ФАС России от 25.05.2012 г. №339, Управлением принято решение об отказе в возбуждении дела в связи с отсутствием признаков нарушения антимонопольного законодательства» и КоАП РФ.

Третье лицо, директор ООО «Негоциант» ФИО9, пояснил, что указанное общество лицензировано советом муфтиев России как производитель продукции под брендом «Халяль», т.е. без включения в продукт свинины, имеет свое оборудование и сертифицировано по Гостам РФ. является поставщиком в адрес таких крупных компаний как ООО «Карсар», ООО «Грин», ООО «Рассвет Зарядья» ООО «Эдельвейс Интеграл» и других.

Также в распоряжении ООО «Негоциант» в его собственности находятся и используются еще 5 законных товарных знаков (брендов), а именно «Казанский Кучтэнэч» с 2 марта 2018 г. «Казанское подворье» с 16 апреля 18 г. «Раифская лягушка» с 9 февраля 201818 г. «Казанский кот» с 7 марта 2018 г. «Хранители Традиций» с 1 марта 2018 г. Все они активно используются и 4 из них владеются в паритете с иными компаниями.

ООО «Негоциант» является законным владельцем товарного знака «Приют холостяка» на момент регистрации товарного знака.

Совместно со знаком ООО «Негоциант» владеет и одноименным интернет доменом «приютхолостяка.рф.» усиливающим идентичность товарного знака в сети интернет.

Никаких действий в отношении истца ООО «Негоциант» не совершало. Претензий от ФИО2 в том или ином виде не получало. Доказательств тому истцом не представлено.

Доводы ФИО2 о том, что гипотетически возможно какое-либо нарушение его прав считает голословными, бездоказательными.

Наименование строчным шрифтом и обозначение в виде зонтиков цветка «Борщевик» были придуманы и бенефициаром ООО «Негоциант» ФИО4, а нарисованы ФИО3 у которых имеются все исходные файлы данного контента. Разрешения на использование данных изображений в коммерческих целях они никому не предоставляли.

ИП ФИО2 не представлены доказательства того, что данные графические дизайны имеют к нему какое-либо отношение и выработаны именно по его просьбе и для него. Также не представлено доказательств, что ООО «Негоциант» допустил какую-либо недобросовестную конкуренцию по отношению к ФИО2 либо его бизнесу.

Вышеуказанное ООО «Приют Холостяка» на данный момент и переименовано в ООО «ЗАРУР».

Третье лицо ФИО4 в обоснование позиции относительно авторства на художественное изображение «Борщевик», в ходе судебного заседания представил на лазерном диске оригиналы первоначального наброска файла, выполненные указанным лицом в 2006 году.

Со слов ФИО4 в рассматриваемый период, он работал вместе с ФИО3 в ее группе компаний и имел прямое отношение к ее предпринимательской деятельности. Именно этот период накладывается на период основания ООО «Сингл» и работой над концепцией ресторана «Приют Холостяка», в том числе художественное изображение борщевика, которое они разработали вместе с ФИО3 и которое передали в пользование ООО «Негоциант», бенефициаром которого являеться он сам и его брат ФИО9 – директор ООО «Негоциант».

На основании вышесказанного и опираясь на материалы интервью самого ФИО2, ФИО4 настаивает на том, что ФИО2 не имеет никакого отношения к процессам и причинно-следственной связи в создании концепции ресторана «Приют Холостяка».

Создание компании ООО «Негоциант» 15.05.2017 г., которую учредил ФИО4 и бенефициаром которого является, было осуществлено для коммерческой деятельности и законного осуществления предпринимательской деятельности.

В ходе судебного заседания ФИО3 продемонстрировала как именно она собственноручно нарисовала рисунок в виде борщевика, в нем имеются присущие только ее почерку элементы, которые в ходе проведения экспертизы, подтвердили бы ее авторство по оформлению рисунка и формы знака.

Согласно пояснениям третьего лица ФИО3 именно она с компаньоном ФИО4 разрабатывала концепцию ресторана «Приют Холостяка», ФИО2 только предоставил помещение и часть финансовых средств на итоговую реализацию, они были соучредителями ООО «Сингл», но из-за разногласий с заявителем она вышла из общества

Согласно статье 1500 ГК РФ решения федерального органа исполнительной власти по интеллектуальной собственности об отказе в принятии заявки на товарный знак к рассмотрению, о государственной регистрации товарного знака, об отказе в государственной регистрации товарного знака и о признании заявки на товарный знак отозванной, решение о предоставлении или об отказе в предоставлении правовой охраны на территории Российской Федерации товарному знаку в соответствии с международными договорами Российской Федерации могут быть оспорены заявителем путем подачи возражения в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности в течение четырех месяцев со дня направления соответствующего решения или запрошенных у указанного федерального органа исполнительной власти копий противопоставленных заявке материалов при условии, что заявитель запросил копии этих материалов в течение двух месяцев со дня направления соответствующего решения.

Оспаривание предоставления правовой охраны товарному знаку означает оспаривание решения Роспатента о государственной регистрации товарного знака и основанного на ней признания исключительного права на товарный знак.

Признание недействительным предоставления правовой охраны товарному знаку влечет отмену решения Роспатента о регистрации товарного знака.

Татарстанским УФАС России был отправлен запрос в Федеральный институт промышленной собственности, в ответ на который были предоставлены данные о заявленном на государственную регистрацию в качестве товарного знака комбинированное обозначении со словесным элементом «Приют Холостяка» по заявке №2018724319, заявителем по которой является ООО «Негоциант» (420111, <...>). Однако делопроизводство по указанной заявке на момент ответа в Татарстанское УФАС России, не было завершено.

Следовательно, на момент рассмотрения жалобы ФИО2 (вх. №18229/ж от 19.11.2018 г.) поступившей в УФАС по РТ, ООО «Негоциант» еще не зарегистрировало товарный знак «Приют Холостяка», а только подало заявку на его регистрацию.

Согласно части 1 и 2 статьи 2 Федерального закона от 02.05.2006 N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации" граждане имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения, включая обращения объединений граждан, в том числе юридических лиц, в государственные органы, органы местного самоуправления и их должностным лицам, в государственные и муниципальные учреждения и иные организации, на которые возложено осуществление публично значимых функций, и их должностным лицам. Граждане реализуют право на обращение свободно и добровольно. Осуществление гражданами права на обращение не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно части 9 статьи 4 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" недобросовестная конкуренция - любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Часть 1 статьи 14.4 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ (ред. от 18.07.2019) "О защите конкуренции" гласит, что не допускается недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ или услуг (далее - средства индивидуализации).

В пункте 63 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 марта 2009 г. №5/29 указано, что недобросовестную конкуренцию, связанную с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ или услуг, составляет только совокупность действий по приобретению и использованию исключительных прав на средство индивидуализации, а не одно из них.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием (статья 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 6 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 5 названной статьи обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В соответствии с пунктами 1 и 5.3.1.1 Положения о Федеральной 12 антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331 (далее – Положение о службе), ФАС России является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору за соблюдением законодательства в сфере конкуренции на товарных рынках, в том числе осуществляющим контроль и надзор за соблюдением коммерческими и некоммерческими организациями, федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления антимонопольного законодательства, законодательства о естественных монополиях, законодательства о рекламе (в части установленных законодательством полномочий антимонопольного органа), законодательства о государственном оборонном заказе, законодательства в сфере государственного регулирования цен (тарифов) на товары (услуги) в пределах своей компетенции.

Согласно пункту 4 Положения о службе ФАС России осуществляет свою деятельность непосредственно и через свои территориальные органы во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, общественными объединениями и иными организациями.

Доводы предпринимателя при обращении в суд сводятся, в числе прочего, к тому, что антимонопольным органом не совершены в установленном порядке действия по рассмотрению вопроса о возбуждении дела по заявлению о нарушении антимонопольного законодательства и не применены нормы и правила, регламентирующие совершение указанного действия.

Порядок рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства регламентирован главой 9 Закона о защите конкуренции.

В силу части 1 статьи 39 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган в пределах своих полномочий возбуждает и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства, принимает по результатам их рассмотрения решения и выдает предписания.

Одним из оснований для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства является заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства (пункт 2 части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции).

Статьей 44 Закона о защите конкуренции определен порядок рассмотрения заявления, материалов и возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства. Частью 1 указанной статьи Закона о защите конкуренции установлены требования к форме и содержанию заявления, направляемого в антимонопольный орган.

Согласно части 2 статьи 44 Закона о защите конкуренции к заявлению прилагаются документы, свидетельствующие о признаках нарушения антимонопольного законодательства. В случае невозможности представления таких документов указываются причины этого, а также предполагаемые лицо или орган, у которых эти документы могут быть получены. В соответствии с пунктом 2 части 5 статьи 44 Закона о защите конкуренции при рассмотрении заявления или материалов антимонопольный орган устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению.

В силу пункта 2 части 9 названной статьи Закона о защите конкуренции антимонопольный орган принимает решение об отказе в возбуждении дела, в том числе в случае, если признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют. Оценка доказательств и доводов обратившегося с заявлением лица по существу на этой стадии не осуществляется. Исходя из положений пункта 1 части 1 статьи 49 Закона о защите конкуренции доказательства и доводы, представленные лицами, участвующими в деле, оценивает комиссия при принятии решения по делу о нарушении антимонопольного законодательства.

Таким образом, на стадии возбуждения дела на основании поданного заявления исследуются само заявление на предмет наличия в нем доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые указывает сам заявитель, и то, приложены ли к заявлению доказательства, на которые заявитель ссылается как на подтверждающие эти доводы.

При этом по делам о недобросовестной конкуренции к признакам нарушения антимонопольного законодательства, наличие или отсутствие которых проверяется на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства, относятся не обстоятельства, указанные в конкретных статьях главы 21 Закона о защите конкуренции, а обстоятельства, приведенные в пункте 9 статьи 4 названного Закона и в статье 10.bis Конвенции по охране промышленной собственности (заключена 20.03.1883 в Париже).

Так, из определения о недобросовестной конкуренции, содержащего пункт 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции, следует, что для признания действий недобросовестной конкуренцией они должны одновременно выполнять несколько условий, а именно: действия должны совершаться хозяйствующими субъектами – конкурентами; быть направлены на получение преимуществ в предпринимательской деятельности; противоречить законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости; причинить или быть способными причинить убытки другому хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации (причинение вреда).

Обстоятельства, подтверждающие факт совершения нарушения антимонопольного законодательства (либо факт отсутствия нарушения), которые должны быть установлены антимонопольным органом при производстве по делу в случае его возбуждения, в данном случае (на стадии рассмотрения вопроса о возбуждении дела) установлению не подлежат. Выводы о наличии либо отсутствии нарушения антимонопольного законодательства могут быть установлены лишь при рассмотрении дела в порядке главы 9 Закона о защите конкуренции.

Доводы о признаках нарушения антимонопольного законодательства в заявлении должны свидетельствовать о том, что, по мнению подателя заявления, действия нарушителя в том виде, в котором они охарактеризованы в заявлении, охватываются составом недобросовестной конкуренции.

С учетом этого представленные в антимонопольный орган вместе с заявлением о нарушении антимонопольного законодательства доказательства исследуются им на стадии решения вопроса о возбуждении дела лишь на предмет того, направлено ли содержание этих доказательств на подтверждение доводов заявления о наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.11.2011 № 1570-О-О «По запросу Ачинского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений частей 1 и 6 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», в соответствии с Законом о защите конкуренции комиссия антимонопольного органа возбуждает по предусмотренным этим Федеральным законом основаниям и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства и по результатам их рассмотрения принимает решения (статьи 39 и 41 Закона о защите конкуренции).

Возбуждение комиссией производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства не предрешает вывода о том, что факт административного правонарушения будет выявлен, а производство по делу об административном правонарушении будет возбуждено. При возбуждении и рассмотрении дела в таком производстве лицо не может быть привлечено к административной ответственности.

Вместе с тем такое производство позволяет при установлении нарушения антимонопольного законодательства выявить и обстоятельства, свидетельствующие о наличии административного правонарушения.

Таким образом, на стадии решения вопроса о возбуждении как антимонопольного а в последующем административного дела антимонопольный орган обязан установить лишь наличие признаков недобросовестной конкуренции, необходимых и достаточных для возбуждения дела, а не устанавливать на этой стадии все юридически значимые обстоятельства, предусмотренные соответствующими статьями Закона о защите конкуренции.

Из вышеуказанного и руководствуясь указаниями суда кассационной инстанции, Арбитражный суд РТ приходит к выводу, что административным органом не представлены доказательства надлежащего исследования заявления предпринимателя на предмет наличия в нем доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства и соответсвенно КоаП РФ в тех действиях, на которые данное лицо указывало при обращении в антимонопольный орган, а также фактического наличия доказательств, на которые заявитель ссылался в подтверждение этих доводов, либо же того, что административный орган устанавливал наличие/отсутствие состава правонарушения, оценивал представленные предпринимателем документы по существу.

При этом суд отмечает, что в случае, если антимонопольный орган на стадии проверки заявления предпринимателя устанавливал наличие/отсутствие состава правонарушения в действиях общества, то оспариваемый ненормативный правовой акт, по сути, являлся бы решением об отказе в удовлетворении заявления предпринимателя вне рамок установленной процедуры для принятия такого решения, которая предусматривает принятие решения коллегиальным составом в открытом заседании в присутствии представителей лиц, участвующих в административном деле, с необходимым применением надлежащих норм материального права и подзаконных актов (в частности, Административного регламента и приказа № 220).

Таким образом административным органом было принято решения с нарушением установленной процедуры.

Так как в рамках настоящего дела подлежит проверке факт соблюдения УФАС по РТ требований законодательства при возбуждении антимонопольного а впоследствии административного дела, в связи с чем проверка фактических обстоятельств этого дела в частности, наличие конкурентных отношений, достоверность и достаточность представленных предпринимателем доказательств с точки зрения обоснованности заявления не входит в предмет рассматриваемого спора.

Исследование указанного довода предпринимателя, а также контрдоводов общества и третьих лиц, а также выявление иных необходимых обстоятельств осуществляется комиссией антимонопольного органа при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства, а не судом в рамках оспаривания решения антимонопольного органа об отказе в возбуждении административного дела.

Иной подход подменял бы последующий судебный контроль, предусмотренный главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, непосредственным рассмотрением судом административного дела, что по данной категории споров недопустимо.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами оспариваемых актов, возлагается на соответствующие органы. Арбитражный суд в силу предоставленных ему статьей 71 АПК РФ полномочий оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. При этом никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии с ч.2 ст.201 АПК РФ, арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В соответствии с вышеуказанным, суд исследовав все существенные для правильного рассмотрения дела обстоятельства, считает требования заявителя подлежащими удовлетворению.

Также с учетом указания суда кассационной инстанции относительно распределения расходов по оплате государственной пошлины, Арбитражный суд считает необходимым, с учетом ошибочной оплаты заявителем при подачи заявления в суд государственной пошлины в сумме 3000 рублей вместо 300 рублей, взыскать с ответчика в пользу заявителя госпошлину в общей сумме 600 рублей, из которых 300 рублей в возмещение расходов заявителя на оплату государственной пошлины за подачу заявления в АС РТ, 150 рублей за апелляционное обжалование и 150 рублей за рассмотрение кассационной жалобы судом кассационной инстанции, так как государственная пошлина за апелляционное и кассационное рассмотрение жалоб заявителя не уплачивалась.

Оставшаяся сумма в размере 2400 рублей подлежит возвращению заявителю из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 167-170, 198, 201, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан,



РЕШИЛ:

Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным Решение выраженное в письме от 26.02.2019 № 04-08-2714 Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Татарстан об отказе в возбуждении дела по признакам нарушения антимонопольного законодательства и дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 14.33 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Татарстан г. Казань, ОГРН <***>, ИНН <***> за счет средств бюджетной системы Российской Федерации, находящихся на соответствующем счете федерального казначейства в пользу ФИО2, г. Казань, (ИНН <***>) 600 (Шестьсот) руб. 00 коп. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины.

Возвратить ФИО2, г. Казань, (ИНН <***>) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 2400 (Две тысячи четыреста) рублей, как излишне уплаченную.

Решение может быть обжаловано в десятидневный срок в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Татарстан.



Судья Хамитов З.Н.