Постановление от 29 сентября 2024 г. по делу № А34-4711/2021

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-10076/2024
г. Челябинск
30 сентября 2024 года
Дело № А34-4711/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 сентября 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Ковалевой М.В., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Макушевой А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Администрации Звериноголовского муниципального округа Курганской области на определение Арбитражного суда Курганской области от 21.06.2024 по делу № А34-4711/2021 о частичном удовлетворении заявления о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок.

В судебное заседание посредством вебконференц-связи явился конкурсный управляющий МУП Звериноголовского сельсовета «Тепловик» ФИО1 (паспорт).


Решением Арбитражного суда Курганской области от 29.11.2021 (резолютивная часть) муниципальное унитарное предприятие Звериноголовского сельсовета «Тепловик» (далее – МУП «Тепловик», предприятие, должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим муниципального унитарного предприятия Звериноголовского сельсовета «Тепловик» утверждена ФИО2, член Ассоциации межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».

Определением суда от 24.08.2022 (резолютивная часть) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1, член Ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

05.12.2022 конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – заявитель) обратился в арбитражный суд с заявлением (с учетом принятых уточнений от 28.02.2024) о признании недействительными сделки оформленные посредством распоряжения от 28.01.2022 №7-р «Об изъятии имущества в муниципальную собственность».

Просит применить последствия недействительности сделки в видевозложения         на Администрацию муниципального образования «Звериноголовского района» (далее – ответчик, Администрация, податель жалобы) обязанности возвратить в конкурсную массуМуниципального унитарного предприятия «Тепловик» имуществанаходящегося в казне Администрации муниципального образования«Звериноголовский район» в виде:

- нежилого здания, расположенного по адресу: Курганская область,<...>,кадастровый номер 45:05:020114:491, общей площадью 72 кв.м.;

-   сооружение - подземные тепловые трассы, расположенное поадресу: Курганская область, р-н Звериноголовский, с. Звериноголовское,ул. Мира;

-     твердотопливный водогрейный котел, расположенное по адресу: Курганская область, <...> а;

-     твердотопливный водогрейный котел, расположенное по адресу: Курганская область, <...> а.

В случае признания вышеуказанных объектов социальными объектами просит:

- удовлетворить альтернативные требования взыскать с Администрации Звериноголовского муниципального округа в пользу Муниципального унитарного предприятия Звериноголовского сельсовета «Тепловик» денежную компенсацию:

- за нежилое здание, расположенное по адресу: Курганская область,<...>,кадастровый номер 45:05:020114:491, общей площадью 72 кв.м.компенсацию в размере 708 000 рублей;

-  за сооружение – подземные тепловые трассы, расположенное поадресу: Курганская область, р-н Звериноголовский, с. Звериноголовское,ул. Мира, компенсацию в размере 598 000 рублей;

-    за два твердотопливных водогрейных котла с насосамикомпенсацию в размере 832 000 рублей.

Всего компенсацию в размере 2 138 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 21.06.2024 заявление удовлетворено частично: сделки, оформленные посредством распоряжения от 28.01.2022 № 7-р «Об изъятии имущества в муниципальную собственность» в отношении нежилого здания, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 45:05:020114:491, общей площадью 72 кв.м, и сооружения – подземные тепловые трассы, расположенные по адресу: <...> – признаны недействительными; применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу здания, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 45:05:020114:491, общей площадью 72 кв.м. Этим же определением с Администрации Звериноголовского муниципального округа (ИНН <***>, ОГРН <***>) за сооружение – подземные тепловые трассы, расположенные по адресу: <...> взыскана компенсация в размере 598 000 руб. В остальной части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Администрация обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, производство по делу прекратить, ссылаясь на спорное  имущество является муниципальной собственностью принадлежащей на праве собственности Администрации. Оно было передано в хозяйственное ведение МУП «Тепловки», а не в его собственность, и в связи с этим оно не подлежит включению в конкурсную массу, а его обратное изъятие из хозяйственного ведения не ведет к нарушению прав кредиторов. Должник осуществлял обслуживание и использование имущества заявителя в целях исполнения своих уставных видов деятельности. Право на изъятие заявителем своего имущества проистекает из общих принципов содержания права собственности, согласно которому собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия (ст. 209 ГК РФ). Довод суда о том, что сделки совершенные с нарушением требования изложенного в п. 3. ст. 18 Закона об унитарных предприятиях, являются ничтожными, нельзя принимать во внимание, так как Должник на момент изъятия имущества фактически не осуществлял свою деятельность и изъятие имущества в данном случае не лишало права на осуществление им своей деятельности.

Апеллянта также не согласен с вывод суда о том, что спорное имущество было передано должнику именно на праве хозяйственного ведения и не было зарегистрировано за заявителем на праве собственности, поскольку право хозяйственного ведения относится к вещным правам, то соответственно право хозяйственного ведения на недвижимое имущество возникает с момента его государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости, а отсутствие регистрации вещного права за заявителем не свидетельствует об отсутствии у него права собственности, так как унитарные предприятия не наделены правом собственности на имущество, переданное ей собственником. Исходя из этого нежилое здание и тепловые трассы, не являются собственностью должника и не могут включаться в конкурсную массу, в связи с этим признание распоряжения №7-р от 28.01.2022 недействительным и применение последствия недействительности сделки является незаконным и необоснованным, к тому же не доказано каким образом такое действие нанесло или могло нанести вред интересам кредиторов.

Кроме того апеллянт указал, что он не отвечает по обязательствам Должника и не привлечен к субсидиарной ответственности.

По мнению подателя жалобы компенсация в размере 598 000 рублей взыскана необоснованно. Суд в своем определении от 21.06.2024 признал подземные тепловые трассы социально-значимым объектом, соответственно следующим этапом должны быть организованы торги, а взыскание компенсации на данном этапе законом не предусмотрено, соответственно суд нарушил требования Закона о банкротстве, к тому же законом не установлено взыскание компенсации с учредителя должника без привлечения его к субсидиарной ответственности.

В уточненной апелляционной жалобе ее податель указал, что 27.07.2022 между Администрацией и ООО «Стройотдел» был заключен договор аренды муниципального имущества № 2, предметом которого является передача нежилого здания площадью 72 кв.м., кадастровый номер 45:05:020114:491, расположенного по адресу: <...>, в аренду; 05.08.2022 между Администрацией и ООО «Стройотдел» был заключен договор аренды муниципального имущества № 3, предметом которого является передача подземных тепловых трасс расположенные по адресу: <...> в аренду. Данное имущество было передано в аренду ООО «Стройотдел» для обеспечения теплоснабжением населения села Звериноголовское. Оставление в силе оспариваемого определения приведет к нарушению гражданских прав и обязанностей Заявителя и ООО «Стройотдел», что в свою очередь поставит под угрозу обеспечение теплоснабжением населения села Звериноголовское. Конкурсным управляющим не оспаривались данные сделки.

Лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте судебного разбирательства в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также посредством размещения информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.


Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, муниципальное образование Звериноголовский сельсовет Звериноголовского района Курганской области согласно закону Курганской области от 30.11.2021 был преобразован путём объединения в Звериноголовский муниципальный округ Курганской области.

Звериноголовский муниципальный округ Курганской области является правопреемником Звериноголовский сельсовет Звериноголовского района Курганской области.

На основании распоряжения Главы Звериноголовского сельсовета было передано в хозяйственное ведение МУП Звериноголовского Сельсовета «Тепловик» муниципальное имущество:

- нежилое здание, расположенное по адресу: Курганская область, <...>, кадастровый номер: 45:05:000000:204, общей площадью 61,4 кв.м.;

- нежилое здание, расположенное по адресу: Курганская область, <...> а, кадастровый номер: 45:05:020114:491, общей площадью 72 кв.м.;

- сооружение – подземные тепловые трассы, расположенное по адресу: Курганская область, <...>;

- твердотопливный водогрейный котел, расположенный по адресу: Курганская область, <...> а;

- твердотопливный водогрейный котел, расположенный по адресу : Курганская область, <...> а.

В дальнейшем главой Звериноголовского сельсовета было вынесено распоряжение от 28.01.2022 №7-р «Об изъятии имущества в муниципальную собственность», по которому изымается имущество, принадлежащее Администрации Звериноголовского сельсовета, ранее переданное в хозяйственное ведение муниципальному унитарному предприятию.

Полагает, что изъятие вышеуказанного имущества в период конкурсного производства, на основании распоряжение от 28.01.2022 №7-р «Об изъятии имущества в муниципальную собственность», повлекло невозможность включения имущества в конкурсную массу должника и последующей реализации для расчетов с кредиторами, конкурсный управляющий ссылаясь на пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обратился в суд с настоящим требованием.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В силу пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Статей 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в самом Законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абз. 3 - 5 данного пункта.

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: - руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; - лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; - лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Возможность признания недействительными сделок должника (банкрота) в деле о банкротстве по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах) по требованию арбитражного управляющего закреплена в статьях 32, 61.1, 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В рассматриваемом случае заявление о признании должника банкротом принято к производству определением арбитражного суда от 11.05.2021, оспариваемая сделка совершена 28.01.2022, т.е. после принятия заявления о признании должника банкротом, соответственно, на момент изъятия спорного имущества должник обладал признаками неплатежеспособности.

В силу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

По смыслу перечисленных материальных правовых норм, недействительность сделки означает, что действие, совершенное в форме сделки, не влечет возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, на которые она была направлена, а одной из предпосылок для возможного обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной является сам факт наличия таких действий участников гражданских правоотношений, которые охватываются понятием сделки.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пунктов 1, 2 статьи 216 Гражданского кодекса Российской Федерации вещными правами наряду с правом собственности, в частности, являются право хозяйственного ведения имуществом (статья 294) и право оперативного управления имуществом (статья 296). Вещные права на имущество могут принадлежать лицам, не являющимся собственниками этого имущества.

Право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника (пункт 1 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений пункта 5 статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 7 Закона № 161, унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 295 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник имущества, находящегося в хозяйственном ведении, в соответствии с законом решает вопросы создания предприятия, определения предмета и целей его деятельности, его реорганизации и ликвидации, назначает директора (руководителя) предприятия, осуществляет контроль за использованием по назначению и сохранностью принадлежащего предприятию имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что поскольку в федеральном законе, в частности в статье 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

Таким образом, добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного   за   ним   на   праве   хозяйственного   ведения,   не   допускается (пункт 3 статьи 18 Закона об унитарных предприятиях). Аналогичным образом положения пункта 1 статьи 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 20 Закона об унитарных предприятиях не предоставляют собственнику имущества, переданного унитарному предприятию на праве хозяйственного ведения, права изымать у него указанное имущество.

В соответствии с пунктом 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации право хозяйственного ведения прекращается, в том числе, в случае правомерного изъятия имущества у предприятия по решению собственника.

При этом отказ или согласие унитарного предприятия, на основании которого собственник изымает имущество, не должны приводить к прекращению осуществления уставной деятельности предприятия, имеющего специальную правоспособность (пункт 1 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 статьи 18 Закона № 161-ФЗ движимым и недвижимым имуществом муниципальное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом предприятия.

Сделки совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, изымая имущество у предприятия без проведения процедур ликвидации либо реорганизации, собственник должен доказать, что изъятие произведено правомерно, не нарушает интересы кредиторов и не влечет невозможность осуществления уставной деятельности предприятия.

Из материалов дела следует, что учредителем МУП «Тепловик» с 05.11.2003 по настоящее время с долей участия в уставном капитале 100% номинальной стоимостью 100000 руб. является Администрация Звериноголовского района, следовательно, в силу статьи 19 Закона о банкротстве и пункта 1 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» Администрация является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Установлено, что спорные объекты недвижимости использовались должником с 2016 года по январь 2022 года для осуществления уставных видов деятельности.

С учетом положений статьи 295, пункта 2 статьи 296 и пункта 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации изъятие излишнего, неиспользуемого или используемого не по назначению имущества допускается только в отношении имущества, закрепленного за казенным предприятием или учреждением на праве оперативного управления. Добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, не допускается в силу положений пункта 3 статьи 18 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях, который прямо обязывает предприятие распоряжаться своим имуществом только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом.

 В соответствии со статьей 131 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Далее-Закон) все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе его развития, составляет конкурсную   массу   и   по   общему   правилу   подлежит   продаже   с   торгов:   в   составе  предприятия (п. 3 - 8 ст. 110, п. 6 ст. 139 Закона) или как часть имущества - если такая продажа предусмотрена планом внешнего управления (ст. 111, п. 6 ст. 139 Закона).

Таким образом, если в отношении рассматриваемого МУП введена процедура конкурсного производства, то спорное имущество должно быть включено в конкурсную массу.

Это означает (независимо от разрешения собственника) запрет на его свободное отчуждение         вне проведения открытых торгов.

Принимая во внимание, наличие в материалах дела доказательств передачи муниципального имущества в хозяйственное ведение предприятия, последующее признание предприятия несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции пришел к выводу, что изъятие имущества собственником в процедуре конкурсного производства привело к нарушению имущественных прав, как должника, так и его кредиторов, рассчитывающих на соразмерное удовлетворение их требований за счет сформированной конкурсной массы.

На основании изложенного, суд пришел к выводу о признании спорного распоряжения недействительной сделкой.

Из материалов дела следует, что спорное имущество было передано должнику именно на праве хозяйственного ведения и не было зарегистрировано за Администрацией на праве собственности.

В соответствии с пп. 2 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают, в том числе из актов государственных органов и органов местного самоуправления которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

В силу статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации вещные права, включая право хозяйственного ведения, на недвижимое имущество подлежат государственной регистрации. В то же время отсутствие государственной регистрации вещного права не свидетельствует об отсутствии у лица права владения вещью, полученной им на законной сделке.

Право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника (пункт 1 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу абз. 5 пункта 1 статьи 216 Гражданского кодекса Российской Федерации, право хозяйственного ведения и право оперативного управления относятся к вещным правам лиц, не являющихся собственниками. В этой связи право хозяйственного ведения и право оперативного управления на недвижимое имущество возникают с момента их государственной регистрации (пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22).

Вместе с тем, учитывая, что срок государственной регистрации права хозяйственного ведения в отношении имущества, переданного предприятию собственником, законом не ограничен, в том числе осуществление государственной регистрации возможно и в период конкурсного производства для целей формирования конкурсной массы, отсутствие государственной регистрации права хозяйственного ведения на недвижимое имущество, находившееся в законном владении и пользовании должника, не может послужить препятствием для оспаривания сделки и применения последствий ее недействительности.

По общему правилу, в силу положений статей 8 и 131 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позиции, изложенной абзаце втором пункта 5 Постановления № 10/22, право хозяйственного ведения относится к вещным правам лиц, не являющихся собственниками; право хозяйственного ведения на недвижимое имущество возникает с момента его государственной регистрации.

Между тем, ограничение права собственника на распоряжение переданным предприятию имуществом установлено абзацем третьим пункта 5 Постановления № 10/22, согласно которому собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия. Следовательно, с момента передачи спорного имущества муниципальному предприятию заинтересованное лицо не вправе изымать и передавать другому предприятию имущество, используемое для ведения уставной деятельности первого.

Данные выводы суда являются правильными, а доводы апелляционной жалобы об ином, несостоятельными, поскольку добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, не допускается в силу положений пункта 3 статьи 18 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях, который прямо обязывает предприятие распоряжаться своим имуществом только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом.


Рассмотрев требования управляющего должника в части применения последствий недействительности сделок, судом первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким   образом, последствием недействительности сделки в соответствии с названной нормой Кодекса является реституция (восстановление прежнего состояния) сторон по сделке.

Применяемые судом последствия признания сделки должника-банкрота недействительным по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, по смыслу данного закона должны способствовать достижению целей конкурсного производства, то есть увеличивать конкурсную массу должника для дальнейшего восстановления имущественных прав кредиторов должника-банкрота.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что былопередано должником или иным лицом за счет должника или в счетисполнения обязательств перед должником, а также изъято у должникапо сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящейглавой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случаеневозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуреприобретатель должен возместить действительную стоимость этогоимущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванныепоследующим изменением стоимости имущества, в соответствии сположениями Гражданского кодекса Российской Федерации обобязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Из отчета ООО «Эксперт» № 38-22 от 27.09.2022 следует, чтоздание, расположенное по адресу: <...>, площадью 72 кв.м, это отдельно стоящее одноэтажное кирпичное здание котельной, расположенное на выделенном земельном участке, используется по назначению. Предполагается, что при продаже нежилое здание будет использоваться в качестве котельной.

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу, что нежилое здание по адресу: <...>, кадастровый номер 45:05:020114:491, может быть возвращено в конкурсную массу должника в натуре.

В отношении сооружение – подземные тепловые трассы, расположенные по адресу: <...>  суд исходил из того, что данный объект является социально-значимым имуществом.

Отсутствие возможности включения данного сооружения (подземные тепловые трасы) в конкурсную массу должника, необходимо принимать во внимание, что данный объект находился в хозяйственном ведении должника, следовательно, должник и его кредиторы были вправе рассчитывать на получение соответствующей компенсации его стоимости.

При этом следует учитывать баланс публичных и частных интересов, то есть, с одной стороны - интересов муниципалитета, обязанного обеспечивать оказание населению коммунальных услуг и несущего обязанности по содержанию соответствующего имущества (если иное не предусмотрено законом), а с другой - интересов должника (пополнение конкурсной массы) и его кредиторов, обоснованно рассчитывающих на погашение их требований, включенных в соответствующий реестр.

Таким образом, невозможность включения соответствующего имущества (социально значимых объектов) в конкурсную массу должника не лишает его права на получение разумной компенсации их стоимости в целях пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов.

На основании изложенного, суд взыскать с Администрации за вышеуказанное сооружение компенсацию в размере 598 000 руб. на основании отчета №37-22 от 27.09.2022 ООО «Эксперт» (л.д. 139, т. 1).

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами в силу следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 132 Закона о банкротстве социально значимые объекты, объекты культурного наследия, а также иные объекты, продажа которых в соответствии с законодательством Российской Федерации должна осуществляться путем проведения торгов в форме конкурса, продаются в порядке, установленном статьей 110 этого же Федерального закона.

Таким образом, законодателем не исключена возможность продажи социально значимых объектов, а лишь установлен особый порядок их реализации.

В соответствии с пунктом 5 статьи 132 Закона о банкротстве социально значимые объекты, не проданные в порядке, установленном пунктами 4 и 4.1 настоящей статьи, подлежат передаче в муниципальную собственность соответствующего муниципального образования в лице органов местного самоуправления, о чем конкурсный управляющий уведомляет указанные органы.

Согласно положениям статьи 131, пунктов 4 и 5 статьи 132 Закона о банкротстве принадлежащие должнику объекты теплоснабжения относятся к объектам коммунальной инфраструктуры, подлежат реализации на торгах в форме конкурса, а в случае нереализации их на торгах такие объекты передаются в собственность муниципального образования.

Нормы действующего законодательства допускают возможность взыскания с муниципального образования разумной, справедливой компенсации за переданные ему объекты теплоснабжения, которые не были реализованы на торгах по продаже имущества должника.

Размер такой компенсации определяется судом в каждом конкретном случае с учетом физического состояния и степени ликвидности переданных объектов в пределах установленной в положении о реализации имущества должника цены отсечения. При этом, если торги признаны несостоявшимися ввиду отсутствия заявок, презюмируется, что соответствующее имущество является неликвидным, в связи с чем на муниципальное образование не подлежит возложению обязанность по выплате за него компенсации. Данная презумпция может быть опровергнута заинтересованными лицами (арбитражным управляющим, конкурсными кредиторами).

Вместе с тем, доказательств проведения торгов в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что сооружение – подземные тепловые трассы, расположенные по адресу: <...> также подлежат возврату в конкурсную массу.

В остальной части заявленных требований суд отказал, так как в материалах дела имеются акты списания от 20.11.2020 № 1, 2 твердотопливных водогрейных котлов (2 шт.), расположенных по адресу: <...> в связи с износом (л.д. 149-150, т. 1), новые 2 котла водогрейных КВр-0,5ТТ с заводскими №№ 6834 и 6835 в хозяйственное ведение должнику не передавались, что не отрицается конкурсным  управляющим.

Поскольку судебный акт в указанной части не обжалуется, что исключает оценку выводов суда первой инстанции в указанной части.

Доводы апелляционной жалобы о наличии арендных отношений в отношении спорного имущества не влекут за собой оснований для отмены судебного акта, поскольку в данном случае возврат в конкурсную массу спорного имущества не влечет за собой последствий для арендатора, не влечет за собой расторжение договоров аренды применительно к ст. 617 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда подлежит изменению, поскольку выводы суда, изложенные в определении, не соответствуют обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.


Руководствуясь статьями 176, 268-272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции         



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Курганской области от 21.06.2024 по делу № А34-4711/2021 - изменить в части применения последствий недействительности сделки, апелляционную жалобу Администрации Звериноголовского муниципального округа Курганской области - удовлетворить частично.

Изложить резолютивную часть определения в следующей редакции:

«заявление удовлетворить частично.

Признать сделки, оформленные посредством распоряжения от 28.01.2022 № 7-р «Об изъятии имущества в муниципальную собственность» в отношении нежилого здания, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 45:05:020114:491, общей площадью 72 кв.м., и сооружения – подземные тепловые трассы, расположенные по адресу: <...> – недействительными.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу здания, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 45:05:020114:491, общей площадью 72 кв.м. и сооружения – подземные тепловые трассы, расположенные по адресу: <...>.

В  остальной  части  требований  отказать.»


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          М.В. Ковалева

                                                                                     Т.В. Курносова