Постановление от 24 сентября 2024 г. по делу № А40-301831/2023

№ 09АП-53088/2024-ГК

Дело № А40-301831/23
г. Москва
25 сентября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2024 года


Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный  суд в составе:

председательствующего судьи Головкиной О.Г.,

судей Левченко Н.И., Мезриной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бабарыкиной М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Общества с ограниченной ответственностью "Газпромбанк Автолизинг" и Общества с ограниченной ответственностью "Юг Бизнес Компани" на решение Арбитражного суда г. Москвы от 27.06.2024 г. по делу № А40-301831/23 по иску Общества с ограниченной ответственностью "Газпромбанк Автолизинг" к Обществу с ограниченной ответственностью "Юг Бизнес Компани" о взыскании 7 726 292 руб.                09 коп.

при участии в судебном заседании: от истца ФИО1 (по доверенности от 19.12.2023 г.); от ответчика - не явился, извещен 



У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью "Газпромбанк Автолизинг" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью "Юг Бизнес Компани", с учетом принятых в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений, задолженности в размере 6 961 796 руб. 80 коп., пеней в размере 0,45 % от просроченной суммы платежа за каждый день просрочки за период 15.11.2023 г. и 19.01.2021 г. по дату оглашения резолютивной части решения суда.

Обращение с иском последовало в связи с необходимостью рассчитать сальдо после расторжения договоров финансовой аренды (лизинга) №№ ДЛ140130-23, ДЛ-140131-23 от 20.03.2023 г.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.06.2024 г. исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано сальдо в размере                      4 358 222 руб. 93 коп., в остальной части иска отказано.

Ответчик, не согласившись с принятым судом первой инстанции решением, обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, выражая несогласие с расчетом сальдо встречных обязательств.

Также не согласившись с принятым судом первой инстанции, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение суда отменить в части отказа во взыскании неустойки и принять в данной части новый судебный акт, взыскав с ответчика пени в размере 9 312 руб. 41 коп. за каждый день просрочки, начисленные на сумму задолженности в размере 2 069 424 руб. 54 коп. по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-140130-23 от 20.03.2023 г. за период с 15.11.2023 г. по дату оглашения резолютивной части решения суда 10.06.2024 г. в размере 1 946 293 руб. 78 коп.; пени в размере 10 299 руб. 59 коп. за каждый день просрочки, начисленные на сумму задолженности в размере 2 288 798 руб. 39 коп. по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-140131-23 от 20.03.2023 г. за период с 19.01.2024 г. по дату оглашения резолютивной части решения суда 10.06.2024 г. в размере 1 444 261 руб. 36 коп. В обоснование своих возражений истец указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права.

Истец свою апелляционную жалобу поддержал, против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика возражал по доводам, изложенным в отзыве.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явился, в связи с чем, жалобы рассмотрены без его участия по представленным в материалы дела документам.

Заслушав объяснения представителя истца, исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности, с учетом положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив выводы суда первой инстанции, апелляционным судом не усматривается правовых оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

При этом апелляционный суд исходит из следующего.

Как усматривается из материалов дела, между ООО "Юг Бизнес Компани" (лизингополучатель, истец) и ООО "Газпромбанк Автолизинг" (лизингодатель, ответчик) заключены договоры лизинга №№ ДЛ-140130-23, ДЛ-140131-23 от 20.03.2023 г. (далее – договоры лизинга № 30 и № 31).

Согласно договорам лизинга лизингодатель на условиях согласованного с лизингополучателем договора купли-продажи обязуется приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца имущество, которое обязуется предоставить лизингополучателю за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей, с правом последующего приобретения права собственности.

Договоры лизинга расторгнуты 10.10.2023 г., предметы лизинга изъяты 10.10.2023 г.

Предмет лизинга по договору № 30 реализован по договору № РА-140130-23 от 14.11.2023 г., по договору № 31 –реализован по договору № РА-140131-23 от 18.01.2024 г.

Истцом рассчитано сальдо согласно формуле, установленной п. 6.10 Общих условий, которое составило по договору № 30 – 3 392 003 руб. 29 коп., по договору                 № 31 – 3 569 793 руб. 51 коп.

Кроме того, истцом представлен альтернативный расчет сальдо по формуле, установленной постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление № 17), согласно которому по договору № 30 завершающая обязанность составляет 2 069 424 руб. 54 коп., а по договору № 31 – 2 288 798 руб.                 39 коп.

Согласно п. 3.3.4 Общих условий лизинга лизингополучатель обязан в случае возникновения просроченной задолженности уплатить лизингодателю пени в размере 0,45 % от просроченной суммы платежа, включая задолженность по сальдо, за каждый день просрочки, начисляемую лизингодателем начиная с 3 дня просрочки исполнения обязательств по оплате лизингополучателем. При этом если на дату возникновения задолженности у лизингополучателя уже имеется иная просроченная и непогашенная задолженность, то указанная неустойка начисляется, начиная с 1 дня просрочки.

За просрочку оплаты задолженности истец просил взыскать с ответчика пени в размере 15 264 руб. 01 коп. за каждый день просрочки, начисленные на сумму задолженности по договору № 30 за период с 15.11.2023 г. по дату оглашения резолютивной части решения; 16 054 руб. 70 коп. за каждый день просрочки, начисленные на сумму задолженности по договору № 31 за период с 19.01.2024 г. по дату оглашения резолютивной части решения.

Ответчик представил контррасчет, согласно которому задолженность по договору № 30 составляет 1 138 530 руб. 52 коп. и 646 571 руб. 64 руб. по договору № 31.

Суд первой инстанции, произведя расчет завершающей обязанности по методике постановления № 17, признал альтернативный расчет истца методологически и арифметически верным, контррасчет ответчика отклонил, установив, что сальдо составляет по договору № 30 – 2 069 424 руб. 54 коп., а по договору № 31 –                            2 288 798 руб. 39 коп.

Таким образом, совокупное сальдо по спорным договорам составило 4 358 222 руб. 93 коп. в пользу лизингодателя.

Ввиду признания ничтожным п. 6.10 Общих условий и расчета завершающей обязанности в порядке постановления № 17, судом первой инстанции не было усмотрено правовых оснований для начисления неустойки в порядке п. 3.3.4 Общих условий.

Таким образом, судом первой инстанции, на основании оценки представленных в материалы дела доказательств, исковые требования удовлетворены частично.

Суд апелляционной инстанции соглашается с принятым судом первой инстанции решением, отклоняя доводы жалоб, исходя из следующего.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г.), условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании положений ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, договор лизинга является договором присоединения в соответствии с положениями ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Наличие в договоре условия, существенным образом нарушающего баланс интересов сторон, в ситуации, когда лизингополучатель был лишен возможности повлиять на его содержание, свидетельствует о том, что при заключении договора равенство участников гражданского оборота являлось формальным, и лизингодатель, предложивший проект договора, нарушил установленные законом (п. 3 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) требования разумности и добросовестности поведения.

Ответчик заявлял о злоупотреблении правом со стороны лизингодателя - истца, при формировании условий договора и условий лизинга, которые заведомо устанавливают на стороне лизингодателя преимущества, против которых присоединяющаяся сторона не могла возражать при заключении договора лизинга.

Порядок распределения имущественных последствий расторжения договора лизинга, установленный договором лизинга, влечет ущемление интересов лизингополучателя и нарушает баланс интересов сторон.

В этой связи, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что на основании положений ст.ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г.) условия договора лизинга (п. 6.10 Общих условий), существенным образом нарушающие баланс интересов сторон являются недействительными (ничтожными).

Таким образом, суд первой инстанции, произведя расчет завершающей обязанности по методике постановления № 17 признал альтернативный расчет истца методологически и арифметически верным, установив следующее.

До расторжения договора 30 лизингополучатель уплатил 390 000 руб. аванса и 721 200 руб. лизинговых платежей и 393 000 руб. аванса и 721 200 руб. платежей по договору 31.

Договором предусмотрено, что право собственности на предмет лизинга переходит к лизингополучателю по истечении срока аренды и уплаты предусмотренных договором платежей.

Согласно п. 1 ст. 28 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» выкупная цена может включаться в общую сумму договора лизинга только в случае, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

В соответствии с п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя – в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

По смыслу положений ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации упомянутое обеспечение прекращается при внесении лизингополучателем всех договорных платежей, в том случае, когда лизингодатель находится в процессе банкротства либо уклоняется от оформления передаточного акта, договора купли-продажи или прочих документов.

Согласно п. 3.1 постановления № 17 расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением аванса) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (п. 3.2 постановления № 17).

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (п. 3.3 Постановления № 17).

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю (п. 3.4 постановления № 17).

Судом первой инстанции установлено, что лизингодатель предоставил лизингополучателю финансирование в размере 7 441 200 руб. по договору № 30 и 438 440 руб. по договору № 31.

В соответствии с п. 1 ст. 168 Налогового кодекса Российской Федерации при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав налогоплательщик (налоговый агент, указанный в п.п. 4 и 5 ст. 161 настоящего кодекса) дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг), передаваемых имущественных прав обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг), имущественных прав соответствующую сумму налога. Таким образом, сумма НДС входит в стоимость транспортного средства. В связи с этим в стоимость транспортного средства включается НДС.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового платежа) и размером финансирования, а также срока договора (п. 3.5 постановления № 17).

Плата за финансирование = (общий размер платежей по договору лизинга - сумма аванса по договору лизинга = размер финансирования): (размер финансирования х срок договора лизинга в днях) Х 365 дней Х 100 = 13,2 процентов годовых по договору № 30 и 13,57 % год. по договору № 31.

Таким образом, вопреки доводам жалобы ответчика, суд первой инстанции правомерно установил, что плата за финансирование согласно данному расчету составляет 3 033 032 руб. 88 коп. по договору № 30 и 3 116 138 руб. 70 коп. по договору № 31.

Как указано в ответе № 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденном 20.12.2016 г. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, из п. 1 ст. 28 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данных в п. 2 постановления от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", следует, что денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования) и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Излишнее исполнение указанного денежного обязательства со стороны лизингополучателя возникает в том случае, когда внесенные им платежи в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превысили сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, причитающейся платы за финансирование, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором.

Таким образом, лизингодатель должен узнать о получении им лизинговых платежей в сумме большей, чем его встречное предоставление, с момента, когда ему должна была стать известна стоимость возвращенного предмета лизинга.

Стоимость предмета лизинга определяется из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Соответственно, начисление платы за финансирование не может быть прекращено до реализации предмета лизинга или до истечения разумного срока для его реализации. В связи с этим, в расчет сальдо встречных обязательств подлежит включению плата за финансирование, определённая лизингодателем.

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга (п. 3.6 постановления № 17).

В состав убытков по договору № 30 суд первой инстанции правомерно включил 397 217 руб. 03 коп., из которых 360 317 руб. 03 коп. пени, 36 900 руб. расходов на хранение, по договору № 31 – 441 003 руб. 03 коп., включающих 360 317 руб. 03 коп. пеней, 62 400 руб. расходов на хранение, 4 500 руб. расходов на оценку и 11 986 руб. расходов на экспозицию.

Сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя составляет (актив лизингодателя: размер финансирования + плата за финансирование + неустойка + расходы) – (актив лизингополучателя: фактические платежи по договору + стоимость предмета лизинга).

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства (п. 4 ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно договорам купли-продажи стоимость предмета лизинга составляет 5 691 000 руб. по договору № 30 и 5 710 000 руб. по договору № 31.

Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте, где должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей цены в указанном месте - цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом транспортных и иных дополнительных расходов.

Таким образом, согласно расчету, произведенному судом первой инстанции сальдо составляет по договору № 30 – 2 069 424 руб. 54 коп., по договору № 31 – 2 288 798 руб. 39 коп. Итого, совокупное сальдо составило 4 358 222 руб. 93 коп. в пользу лизингодателя.

Расчет, произведенный судом первой инстанции, апелляционным судом проверен и признан правильным.

Ответчиком в жалобе неверно произведен расчет сальдо в соответствии с методикой, изложенной в постановлении № 17.

Так, ответчик неверно рассчитывает плату за финансирование, указывая даты изъятия по обоим договорам, тогда как в постановлении № 17 установлено, что должна учитываться должна дата возврата финансирования, а именно даты договоров реализации - 14.11.2023 г. по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-140130-23 от 20.03.2023 г. и 18.01.2024 г. по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ-140131-23 от 20.03.2023 г.

Сам ответчик в жалобе ссылается на п. 4 постановления № 17, согласно которому указанная в п.п. 3.2 и 3.3 настоящего постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу ст. 669 Гражданского кодекса Российской Федерации - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Поскольку предмет лизинга был реализован в разумный срок и по разумной цене - то и дата возврата финансирования - дата подписания договоров купли-продажи, в соответствии с которыми предмет лизинга был реализован лизингодателем.

Кроме того, ответчиком учтены не все убытки лизингодателя, помимо заявленных убытков по хранению предметов лизинга, постановление № 17 указывает на необходимость включения всех начисленных пеней по акту сверки, так как погашенная часть пеней учитывается в предоставлениях лизингополучателя.

Ответчик также включает в качестве стоимости возвращенного предмета лизинга свою цену, взятую из некоего консультационного заключения, тогда как настоящая рыночная стоимость возвращенных предметов лизинга подтверждаются реальными договорами купли-продажи, которые имеют первостепенное значение при определении рыночной стоимости предметов лизинга.

При расчете сальдо взаимных обязательств, в любом случае, в качестве стоимости возвращенного предмета лизинга должна быть учтена цена реализации предмета лизинга по договору купли-продажи, поскольку именно указанная сумма позволяет определить сумму фактически полученных лизингодателем денежных средств.

В соответствии с п. 4 постановления № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или порчи предмета лизинга, исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга.

Доказательств того, что при продаже предметов лизинга истец действовал недобросовестно или неразумно, равно как и достаточных доказательств, свидетельствующих о продаже транспортных средств по заниженной цене ответчиком не представлено.

В силу абз. 1 ст. 12 ФЗ от 29.07.1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены указанным Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

При этом отличие определенной оценщиком рыночной стоимости предмета лизинга от фактической цены продажи не носит выраженного и очевидного характера, при этом определенная оценщиком рыночная стоимость согласно ст. 3 ФЗ от  29.07.1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» является лишь одним из вероятных (возможных) значений цены отчуждения имущества на рынке.

Таким образом, сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме. Отчет независимого оценщика при этом может применяться в случае, когда изъятое имущество не реализовано (не продано) на момент разрешения спора.

С учетом положений ФЗ от 29.07.1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и норм Федеральных Стандартов Оценки, устанавливающих возможность оценки имущества тремя различными способами (затратный, доходный, сравнительный - глава III ФСО № 1), а также с учетом правовой позиции, изложенной в пп. 4.1 и 4.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.07.2016 г. № 15-П, о вероятностном характере определения рыночной стоимости.

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств, то он не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортное средство.

Таким образом, апелляционный суд полагает, что при рассмотрении данного спора необходимо исходить не из возможного получения денежных средств, а из реальных, фактических обстоятельств по делу.

При этом заключение, на которое ссылается ответчик, не является надлежащим доказательством по делу, в суде первой инстанции ходатайство о проведении судебной экспертизы не заявлял.

Отклоняя доводы жалобы истца, апелляционный суд исходит из того, что судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении требования о взыскании неустойки ввиду признания ничтожным п. 6.10 Общих условий и расчета завершающей обязанности в порядке постановления № 17.

Начисляя договорную неустойку на сумму неосновательного обогащения, истец нарушает закон, поскольку в сумму сальдо уже включены пени за просрочку оплаты обязательств по договору, а также иные убытки (ст. ст. 330, 394 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, апелляционный суд полагает, что разрешая спор, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.

На основании изложенного, у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые основания, предусмотренные ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда первой инстанции.

Судебные расходы между сторонами распределяются в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 



П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 27.06.2024 г. по делу № А40-301831/23 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 



Председательствующий судья:                                                                 О.Г. Головкина



Судьи:                                                                                                          Н.И. Левченко



Е.А. Мезрина