Постановление от 17 июля 2024 г. по делу № А51-17771/2020

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-17771/2020
г. Владивосток
17 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 июля 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Ветошкевич,

судей Т.В. Рева, М.Н. Гарбуза,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-1451/2024

на определение от 12.02.2024

судьи К.А. Сухецкой

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделок недействительными

по делу № А51-17771/2020 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению Федеральной налоговой службы России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Приморскому краю о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Промышленный парк «Уссурийский»

при участии:

от конкурсного управляющего ООО «Промышленный парк «Уссурийский»: представитель ФИО3, по доверенности от 03.04.2024 сроком действия 1 год, паспорт;

от ООО «Приморская топливная компания»: представитель ФИО4, по доверенности от 09.01.2024 сроком действия 1 год, удостоверение адвоката.

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Приморскому краю (далее – уполномоченный орган) обратилась в суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Промышленный парк «Уссурийский» (далее – ООО «ПП «Уссурийский», должник, общество) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 17.11.2020 возбуждено производство по делу, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Определением суда от 04.03.2021 в отношении общества ведена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО2. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 13.03.2021 № 43.

Решением от 24.06.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 Соответствующие сведения размещены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 25.06.2021 сообщение № 6890643.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника 28.06.2022 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств ООО «ПП Уссурийский» в пользу ФИО1 (далее – ответчик) в качестве возврата сумм целевых беспроцентных займов на общую сумму 401 964 615,30 руб.

Определением суда от 15.01.2024 в порядке статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) удовлетворено ходатайство Прокуратуры Приморского края о вступлении в обособленный спор.

Определением суда от 12.02.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено; признаны недействительными сделки по перечислению должником в пользу ФИО1 денежных средств в качестве возврата целевых беспроцентных займов на общую сумму 401 964 615,30 руб.; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника 401 964 615,30 руб.; ФИО1 восстановлено право требования к должнику на сумму 401 964 615,30 руб., подлежащее удовлетворению в порядке пункта 2 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); с ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб. государственной пошлины по заявлению.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 (далее - апеллянт) обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, вынести новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. Одновременно податель жалобы заявил ходатайство о назначении экспертизы с целью определения наличия (отсутствия) признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения оспариваемой сделки; просил определить финансовое состояние должника на даты совершения оспариваемых платежей, проведение экспертизы просил поручить ООО «Гранд-Экспертиза и оценка». Опровергая доводы конкурсного управляющего, апеллянт отметил, что просроченная задолженность перед ПАО «Сбербанк России» возникла в середине 2020 года, после даты совершения оспариваемых платежей. Отметил, что согласно справке № 5751 по состоянию на 21.01.2020 у общества имелась переплата по обязательным платежам. Со ссылкой на мотивировочную часть решения Арбитражного суда Приморского края от 10.03.2021 по делу №А51-14152/2020 указал на неоплаченные поставки во второй половине 2020 года. Считал, что на момент совершения спорных перечислений у должника отсутствовали обязательства перед третьими лицами, что не позволяет установить факт неплатежеспособности должника. Указал на то, что неоплату конкретного долга отдельному кредитору не следует отождествлять с неплатежеспособность должника. Обратил внимание суда, что существенная часть оспариваемых платежей совершена в 2017-2018 годы, в то время как обязательства, на которые ссылается конкурсный управляющий, происходят из договоров, заключенных в 2019-2020 годы. Указал, что в 2017 году займы погашались за счет чистой прибыли организации и не превышали ее размер. Считал ошибочным вывод суда о нарушении положений о субординации и погашения займов перед ФИО1, предусмотренные пунктами 8.2.29 и 8.2.25 договоров об открытии невозобновляемой кредитной линии №0095- 3-105818 от 04.12.2018 №0055-1-102719 от 01.04.2019. Указал, что судом не принято во внимание, что погашение займов в период с 04.12.2018 осуществлялось должником исключительно с согласия и под контролем ПАО «Сбербанк». Со стороны ответчика в материалы дела предоставлялись доказательства того, что должник осуществлял возвраты займов с письменного согласия ПАО «Сбербанк». Однако, данные доказательства судом первой инстанции были проигнорированы, правовая оценка доказательствам не была дана. Указал, что в материалах дела имеются два заключения, содержащих диаметрально противоположные выводы, в финансовом анализе, подготовленном ООО «Консалтинговая фирма «ЭкономЪ» содержится вывод о том, что неплатежеспособность должника наступила 02.04.2019, при этом в финансовом анализе, подготовленном ООО «Центр налоговых экспертиз и аудита» указано, что признаки неплатежеспособности возникли у должника в 2020 году. Таким образом, в материалах дела имеются два заключения специалиста (один из которых представлен конкурсным управляющим, другой – ответчиком), выводы в которых противоречат выводам, изложенным в оспариваемом судебном акте. Ответчиком в суде первой инстанции заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы с целью определения наличия или отсутствия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения оспариваемых платежей. Считал, что суд первой инстанции отклонил заявленное ходатайство неправомерно.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 13.05.2024. Определениями апелляционного суда от 13.05.2024, 11.06.2024 судебное разбирательство откладывалось, последним определением судебное заседание отложено на 10.07.2024. Определениями апелляционного суда от 06.06.2024, 04.07.2024, в коллегиальном составе суда производилась замена судей, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начиналось сначала в порядке части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Через канцелярию суда от АО ББР Банк поступил ответ на запрос, который в порядке статьи 66 АПК РФ приобщен к материалам дела.

В канцелярию суда от конкурсного управляющего ООО «ПП «Уссурийский» поступили дополнительные пояснения, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

Судом установлено, что к дополнительным пояснениям конкурсного управляющего ООО «ПП «Уссурийский» приложены дополнительные документы согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

На основании статей 159, части 2 статьи 268 АПК РФ суд апелляционной инстанции, совещаясь на месте, приобщил в материалы дела дополнительные документы, как связанные с обстоятельствами настоящего спора и устраняющие неполноту материалов дела.

Также через канцелярию суда от ФИО1 поступили письменные возражения на дополнительные пояснения, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

Представитель конкурсного управляющего ООО «ПП «Уссурийский» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, а также дополнительных пояснений. Обжалуемое определение считал законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, ответил на вопросы суда.

Представитель ООО «Приморская топливная компания» поддержал доводы, изложенные в своем отзыве на апелляционную жалобу, а также правовую позицию конкурсного управляющего ООО «Промышленный парк «Уссурийский», ответил на вопросы суда.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статей 121, 123, 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителя лица, участвующего в судебном заседании, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как установлено судом и следует из имеющихся в материалах дела выписок по счетам должника, на начальном этапе деятельность организации осуществлялась преимущественно за счет заемных средств, предоставленных ее единственным участником и руководителем ФИО1

Из анализа выписок установлено, что с расчетных счетов должника № 40702810300010001105 (открыт в ПАО ББР Банк), № 40702810050000009480 (открыт в ПАО Сбербанк) за период с 17.11.2017 по 07.07.2021 (счет Сбербанк) и за период с 22.11.2017 по 19.05.2020 (счет ББР Банк) в пользу ФИО1 в качестве возврата денежных средств по договорам целевых беспроцентных займов, датированных 2016-2018 годами, перечислено 401 964 615,30 руб.

По оценке конкурсного управляющего, начиная со второй половины 2019 года у ООО «ПП Уссурийский» начались финансовые проблемы, выразившиеся, в том числе в наличии просроченной кредиторской задолженности, в 2020 году финансовые трудности предприятия усугубились, финансовое состояние достигло критической точки. Однако, несмотря на финансовые трудности и наращивание кредиторской задолженности, общество возвращало займы его единственному участнику ФИО1

Полагая, что указанные выплаты обладают признаками подозрительности, регламентированными пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершены в течение трех лет до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (17.11.2020) и осуществлены в целях причинения имущественного вреда кредиторам в пользу заинтересованного лица, конкурсный управляющий ООО «ПП Уссурийский» ФИО2 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Повторно исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, коллегия пришла к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе, в частности, подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

Для целей настоящего Федерального закона сделка, совершаемая под условием, считается совершенной в момент наступления соответствующего условия (пункт 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Из материалов дела следует, что оспариваемые выплаты (с 17.11.2017 по 07.07.2021) совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (17.11.2020) и в пределах периода подозрительности, регламентированного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, приведенными в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность должника - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При повторном рассмотрении заявления конкурсного управляющего, коллегией установлено следующее.

Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, ООО «ПП Уссурийский» зарегистрировано 29.06.2015, место нахождения и адрес юридического лица: 692501, <...> ОГРН <***>, основной вид экономической деятельности «производство гофрированной бумаги и картона, бумажной и картонной тары» - код ОКВЭД 17.21, дополнительный вид деятельности «производство целлюлозы и древесной массы» - код ОКВЭД 17.11.

Единственным учредителем ООО «ПП Уссурийский» является ФИО1

К заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными (пункт 1 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

При рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный управляющий ссылался на наличие признаков заинтересованности должника и ответчика.

Проверяя указанный довод, апелляционным судом по материалам дела усматривается заинтересованность и аффилированность ООО «ПП Уссурийский» и ФИО1, поскольку, как отмечено выше, единственным учредителем ООО «ПП Уссурийский» является ФИО1 (информация размещена в свободном доступе на сайте ФНС России (https://egrul.nalog.ru). Кроме того, из заявления управляющего усматривается, что ООО «Экзект Партнере Груп», ООО «Экзект БТ», ООО «Торговый Дом Примснабконтракт» являются взаимосвязанными с должником, входят в одну в группу, контролируемую общим бенефициаром - ФИО1

Выпиской по расчетному счету № <***> (ББР Банк) подтверждается, что на начальном этапе деятельность предприятия осуществлялась преимущественно за счет заемных средств, предоставленных ее единственным участником и руководителем ФИО1

Так, в частности, в первый год существования общества (период с 16.11.2016 по 18.11.2018) ФИО1 профинансировал его займами на общую сумму 385 635 000 руб.

Анализ движения денежных средств по спорным расчетным счетам показал, что поступления денежных средств в период с 18.11.2015 по 31.12.2017 обеспечивались за счет заемных денежных средств не только ФИО1, но подконтрольных ему организаций: ООО «Экзект Партнере Груп», ООО «Экзект БТ», также выручка поступала от ООО «Торговый Дом Примснабконтракт» - взаимосвязанным с должником лицом, входящим в группу, контролируемую общим бенефициаром - ФИО1 (обстоятельства заинтересованности и подконтрольности лиц раскрыты кредитором на основании судебных актов от 31.08.2020 по настоящему делу).

Из бухгалтерской отчетности должника следует, что чистая прибыль предприятия по состоянию на 2017 год составляла 5 485 000 руб., при этом за указанный период в пользу ФИО1 со счета № 40702810300010001105 (ББР Банк) было возвращено заемных средств в общей сумме 21 323 350 руб., что значительно превышает чистую прибыль организации.

Анализируя источник средств для возврата займов, суд первой инстанции установил, что в 2017 году на расчетный счет должника поступили денежные средства в сумме 600 000 000 руб. от АО «ББР Банк» по договору кредитной линии от 14.07.2017 № КЛ-17/920.

За счет заемных денежных средств обеспечивалась текущая деятельность общества, в частности, выплата заработной платы, налогов, комиссии за банковское обслуживание, оплата товарно-материальных ценностей, иных платежей (в том числе возврат средств ФИО1), что позволяет сделать вывод о нахождении предприятия в ситуации имущественного кризиса.

По материалам дела судом установлено, что на следующий год после заключения договора с АО «ББР Банк», между ПАО «Сбербанк» и должником заключены договор об открытии невозобновляемой кредитной линии №0095-3-105818 от 04.12.2018 и договор об открытии возобновляемой кредитной линии №0055-1-102719 от 01.04.2019.

Указанным договором фактически рефинансирован кредит, ранее предоставленный АО «ББР Банк».

Пунктом 8.2.29 названных договоров установлено, что заемщик обязан обеспечить субординацию, то ест обеспечение выполнения условия о том, что обязательства заемщика по полному погашению кредита по договору должны быть исполнены ранее погашения обязательств по займам, кредитам и иным формам привлечения денежных средств на возвратной основе от третьих лиц, и обеспечить переоформление существующих на дату заключения договора займов и кредитов, привлеченных заемщиком в соответствии с договорами займа от ФИО1 таким образом, чтобы платежи в погашение основного долга по таким займам и кредитам производилось не ранее полного исполнения заемщиком своих обязательств по договору.

В нарушение указанного условия должник производил погашение займов перед ФИО1 до выплаты кредитных денежных средств.

В связи с нарушением сроков выплаты по договорам банком предъявлено требование о досрочном возврате денежных средств и в последующем возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Права требования по договорам передано ООО «Инвестиционная группа Базальт» и включено в реестр требования кредиторов.

По данным основного и дополнительно проведенного анализа финансового состояния должника, в период с 01.01.2018 по 31.12.2020 основными источниками имущества должника являются заемные денежные средства, как долгосрочные, так и краткосрочные (страница 61 дополнительного анализа). Коэффициенты текущей и срочной ликвидности находится в диапазоне ниже нормативных значений и последовательно уменьшались, что свидетельствует о неплатежеспособности должника и недостаточности активов для погашения кредиторской задолженности на протяжении всего анализируемого периода (страница 66 основного и страница 69 дополнительного анализа).

Проведенная в ходе конкурсного производства оценка имущества должника по данным отчета об оценке от 18.01.2022 №2Ю670-ОА составила 532 850 654 руб., по данным дополнительного проведенного отчета об оценке в размере 821 697 421,00 руб.

Имущество должника реализовано на торгах за 821 697 421 руб.

Таким образом, рыночная стоимость активов должника значительно ниже в сравнении с отраженной в бухгалтерской отчетности и анализе финансового состояния должника, что свидетельствует о недостаточности активов должника для исполнения существующих денежных обязательств.

При этом кредиторская задолженность ООО «ПП «Уссурийский» с каждым годом увеличивалась: в 2017 году задолженность составляла 120,5 млн. руб., в 2018 году – 436,8 млн. руб., в 2019 году – 668,7 млн. руб., в 2020 году – 956 млн. руб.

По данным бухгалтерской отчетности в 2019 году выручка предприятия снизилась на 14,2 %, чистая прибыль – на 54,3 %, и уже в 2020 году уполномоченный орган обратился с заявлением о признании должника банкротом.

Совокупность представленных доказательств свидетельствует о том, что систематическое предоставление займов единственным участником преследовало цель сохранения видимости платежеспособности общества при его фактической «закредитованности» и избежание предъявления кредиторами требований, в том числе банком на сумму более полумиллиарда рублей.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, предоставление АО «ББР Банк» кредита должнику в сумме 600 000 000 руб. по договору кредитной линии от 14.07.2017 № КЛ-17/920, судебная коллегия отклоняет доводы апеллянта о возникновении просроченной задолженности перед ПАО «Сбербанк России» в середине 2020 года, после даты совершения оспариваемых платежей, поскольку обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику (пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»).

Принимая во внимание наличие у ООО «ПП «Уссурийский» на дату совершения оспариваемых перечислений неисполненных обязательств перед АО «ББР Банк» в сумме 600 000 000 руб. по договору кредитной линии от 14.07.2017 № КЛ-17/920, ФИО1, являясь участником должника, не мог не располагать информацией о наличии у должника на момент совершения оспариваемых перечислений неисполненных обязательств перед кредитной организацией, чьи требования остались не удовлетворенными и включены в последующем в реестр требований кредиторов общества.

В результате осуществления спорных платежей кредиторы лишились возможности получить удовлетворение своих требований за счет данного имущества должника, следовательно, совершенными сделками причинен вред имущественным правам кредиторов.

С учетом установленных обстоятельств, в том числе выбытия от должника денежных средств в сумме 401 964 615,30 руб. в пользу аффилированного лица, суд апелляционной инстанции признал доказанным факт того, что выдача денежных средств совершена с целью причинения вреда кредиторам.

Таким образом, доводы апеллянта о совершении значительной части спорных перечислений в 2017-2018 годы и отсутствия признаков неплатежеспособности в указанный период опровергаются материалами дела. Доказательств обратного апеллянтом не предоставлено.

Отклоняя доводы апеллянта о недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий, определенных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в отношении спорных перечислений коллегия отмечает следующее.

В пункте 9 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020) разъяснено, что очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства.

Таким образом, правовые последствия предоставления должнику его контролирующим лицом корпоративных займов на начальном этапе предпринимательской деятельности должника с целью перераспределения риска на случай банкротства аналогичны последствиям, наступающим при финансировании деятельности должника в период его финансового кризиса, то есть при компенсационном финансировании.

Возврат должником своему контролирующему лицу компенсационного финансирования причиняет имущественный вред независимым кредиторам и подлежит оспариванию на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку в данном случае ответчиком и должником созданы условия для максимально возможного погашения обязательств, возникших из отношений по компенсационному финансированию (для изъятия этого финансирования) в ущерб интересам независимых кредиторов, то есть для переложения на последних риска утраты компенсационного финансирования, что очевидно свидетельствует о нарушении их имущественных интересов. Удовлетворение ответчиком (аффилированным лицом) своего требования путем возврата займа (осуществления зачета) влечет причинение вреда имущественным правам кредиторов и подпадает под признаки подозрительной сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Аналогичная правовая позиция приведена в определении Верховного суда РФ от 26.06.2024 № 302-ЭС23-30103 (1, 2).

Таким образом, настоящее заявление конкурсного управляющего о признании спорных перечислений недействительными направлено на защиту прав внешних кредиторов, понесших от данных сделок имущественные потери.

При этом коллегия исходит из того, что по смыслу указанных разъяснений наличие либо отсутствие кредиторов на даты возврата такого финансирования, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов должника, правового значения не имеет, так как при финансировании должника на начальном этапе деятельности посредством схемы предоставления займов, а не увеличения уставного капитала, кредиторов вообще может не быть, в то же время такая конструкция, используемая контролирующим должника лицом, направлена исключительно на перераспределение риска на случай банкротства.

Поскольку материалами дела подтверждена совокупность обстоятельств, необходимая для признания спорных платежей недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, перечисления денежных средств в пользу аффилированного лица правомерно признаны судом первой инстанции недействительными.

С учетом установленных обстоятельств, в том числе перечисления денежных средств, которые по своей сути являются возвратом компенсационного финансирования должника, контролирующему лицу, суд апелляционной инстанции признал доказанным факт того, что оспариваемые перечисления совершены с целью причинения вреда кредиторам, справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Если сделка, признанная в порядке главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки (пункт 29 Постановления № 63).

В порядке применения последствий недействительности сделки суд взыскал с ФИО1 в конкурсную массу должника 401 964 615,30 руб., восстановив ФИО1 право требования к должнику на сумму 401 964 615,30 руб.

Доводы апеллянта о необснованном отказе в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы с целью определения наличия (отсутствия) признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения оспариваемых сделок, определения финансового состояния должника на даты совершения оспариваемых платежей подлежат отклонению, поскольку указанные выводы могут быть сделаны судом по имеющимся в материалах дела документам.

Принимая во внимание изложенные нормы права и обстоятельства, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу, с правильным применением норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

С учетом итогов рассмотрения апелляционной жалобы ФИО1, понесенные при ее подаче расходы по уплате государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ не подлежат возмещению апеллянту.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 12.02.2024 по делу №А51-17771/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

А.В. Ветошкевич

Судьи

Т.В. Рева

М.Н. Гарбуз