Постановление от 20 июня 2019 г. по делу № А40-165851/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

20.06.2019

Дело № А40-165851/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 13.06.2019

Полный текст постановления изготовлен 20.06.2019


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего судьи – Кручининой Н.А.

судей: Холодковой Ю.Е., Голобородько В.Я.,

при участии в заседании:

от ФИО8 – ФИО1 по доверенности от 06.12.2017,

финансовый управляющий ФИО8 – ФИО2 (лично, паспорт);

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 17.0.2019,

от ФИО5 – ФИО6 и ФИО7 по доверенности от 03.06.2019,

рассмотрев 13.06.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО8

на определение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2018,

вынесенное судьей Е.В. Кравченко,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2019,

принятое судьями О.И. Шведко, П.А. Порывкиным, М.С. Сафроновой,

о признании недействительной сделкой договора дарения квартиры от 21.10.2014,

заключенного между ФИО8 и ФИО3, кадастровый номер 77:05:0001006:2987, о применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО3 вернуть в конкурсную массу должника указанное имущество,

в рамках дела о признании ФИО8 несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 12.10.2018 ФИО8 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО2

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2019 признан недействительным договор дарения квартиры, заключенный 21.10.2014 между ФИО8 и ФИО3, суд обязал ФИО3 возвратить в конкурсную массу ФИО8 квартиру, кадастровый номер 77:05:0001006:2987.

Не согласившись с принятыми судебными актами, должник обратился с кассационной жалобой, в которой указал на нарушение судом первой инстанции положений статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, процессуального законодательства, а также несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

По мнению заявителя, суд первой инстанции, приняв после изменения и основания, и предмета иска уточненное заявление финансового управляющего, нарушил статью 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Также заявитель не согласен с исчислением судами срока исковой давности, указывая, что к оспариваемой сделке должны применяться общие правила исчисления названного срока. Должник полагает, что суды не учли наличие у него на момент подписания спорного договора дарения активов в сумме значительно превышающей сумму долга перед ФИО5 по заемной расписке.

В кассационной жалобе заявитель просит суд кассационной инстанции определение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2019 отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель ФИО3 также поддержал доводы кассационной жалобы, представил отзыв, который в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела.

Финансовый управляющий и представители кредитора ФИО5 возражали относительно доводов, заявленных в кассационной жалобе.

Финансовый управляющий представил отзыв, приобщенный в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания суда кассационной инстанции, в том числе путем публичного уведомления на официальном сайте арбитражных судов http://arbitr.ru и официальном сайте Арбитражного суда Московского округа http://fasmo.arbitr.ru, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в жалобе.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ) применяется к совершенным после 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Как установлено судами и следует из материалов дела, финансовый управляющий должника оспаривает сделку в виде заключенного 21.10.2014 между должником и ФИО3 договора дарения принадлежавшей ФИО8 квартиры с кадастровым номером 77:05:0001006:2987, с учетом уточнений принятых судом, на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Спорная сделка по безвозмездному отчуждению принадлежавшего ФИО8 жилого помещения в пользу его матери ФИО3 была осуществлена в условиях наличия у ФИО8 перед ФИО5 неисполненных денежных обязательств в размере 8.367.033 руб. При этом в ходе осуществления в отношении должника процедуры банкротства установлен факт отсутствия у ФИО8 имущества, стоимость которого позволила бы удовлетворить требования его кредитора.

Суды, принимая обжалуемые судебные акты, исходили из того, что пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление гражданином своими гражданскими правами всегда выражается в уменьшении должником стоимости или размера своего имущества, которые привели или могут привести к исключению возможности кредиторов получить удовлетворение за счет его стоимости (например, в случае отчуждения безвозмездно либо по заведомо заниженной цене третьим лицам).

То есть, такое уменьшение означает наличие цели (намерения) в причинении вреда кредиторам (злоупотребление правом).

Презумпция добросовестности сторон при совершении сделок является опровержимой.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами.

Суды, установив, что иск в Нагатинский районный суд города Москвы поступил 04.09.2014, после чего 09.10.2014 заключен оспариваемый договор по отчуждению квартиры в пользу матери должника, а 21.10.2014 произведена государственная регистрация, пришли к выводу о наличии при совершении спорной сделки признака злоупотребления правом, поскольку ее совершение было направлено для вывода ликвидного актива должника из конкурсной массы, то есть направлено на нарушение прав и законных интересов иных лиц, и, в частности, кредитора ФИО5, перед которым у должника на момент совершения спорной сделки имелось неисполненное обязательств по договору займа.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (части 1, 2 статьи 65, части 1 - 5 статьи 71, пункта 2 части 4 статьи 170, пункта 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как верно отмечено апелляционным судом, по правилам части 3 статьи 433 ГК РФ (в ред. до внесения изменений Федерального законом от 08.03.2015 №42-ФЗ) договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом. В силу положений части 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества считается заключенным с момента государственной регистрации. Вместе с тем правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 01.03.2013, что следует из части 8 статьи 2 Федерального закона от 30.12.2012 №302-ФЗ.

Поскольку договор дарения заключен 09.10.2014, зарегистрирован в установленном законом порядке 21.10.2014, с учетом пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ, признание его недействительным возможно лишь на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Оценив представленные в материалы дела доказательства и дав правовую оценку поведению ФИО8 его матери ФИО3, суды пришли к выводу, что в результате дарения квартиры из конкурсной массы должника выбыл единственный ликвидный актив, денежные средства от реализации которого могли бы пойти на погашение долгов должника.

Доводы должника о несогласии с исчислением судами срока исковой давности подлежат отклонению, в связи со следующим.

Исковая давность по требованию о признании недействительной сделки должника, как совершенной со злоупотреблением правом и направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Поскольку, как верно указано апелляционным судом, процедура реструктуризации долгов гражданина введена в отношении должника определением суда первой инстанции от 07.03.2018, то срок на подачу настоящего заявления о признании недействительным договора дарения не мог начаться ранее указанной даты. С настоящим заявлением финансовый управляющий обратился в арбитражный суд 24.04.2018, следовательно, срок исковой давности, составляющий три года, финансовым управляющим не пропущен.

Так согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Доводы должника о том, что суды при квалификации оспариваемого договора дарения не учли наличие у него на момент его подписания иных активов, в сумме значительно превышающей сумму долга перед ФИО5 по заемной расписке, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку реализация принадлежащих должнику активов в результате совершения спорной сделки дарения привела к тому, что из состава имущества должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, за счет которого кредитор мог получить удовлетворение своих требований. Отчуждение ликвидного актива произведено в отношении заинтересованного лица, при этом должник не утратил возможности пользоваться этим имуществом, в то время как его мать ФИО3, как следует из материалов дела, долгое время не проживала в этой квартире, сдавала ее в наем.

Поскольку спорный договор дарения оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы, что следует из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 02.11.2010 №6526/10.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Однако материалы обособленного спора не содержат доказательств наличия у должника иного ликвидного имущества, на которое может быть обращено взыскание в объеме кредиторской задолженности.

При совершении оспариваемого договора дарения у должника имелись неисполняемые им обязательства перед кредитором – ФИО5, по заявлению которого и было возбуждено дело о банкротстве должника и его требования, основанные на вступившем в законную силу решении суда, включены в реестр требований кредиторов должника. При этом совершение оспариваемой сделки было осуществлено должником сразу же после предъявления ФИО5 искового заявления в суд общей юрисдикции о взыскании с должника суммы займа.

Доводы жалобы о нарушении судом первой инстанции статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отклонению судом округа, как основанные на неверном толковании положений действующего законодательства, применительно к конкретным обстоятельствам дела.

Так, должник указывает, что финансовый управляющий, уточняя заявленные требования, изменил ссылки на правовые нормы и на правовые позиции высших судебных инстанций, тем самым, изменив предмет и основание иска.

В соответствии с пунктом 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 №13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» разъяснено, что изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику. Одновременное изменение предмета и основания иска Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не допускает.

Согласно содержанию требования и уточнения к нему, и в том и в другом случае предметом иска указано материально-правовое требование о признании недействительным договора дарения квартиры. Таким образом, изменение правового обоснования иска (вместо статей 61.2 Закона о банкротстве и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации финансовый управляющий указал статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) в данном случае не привело к изменению одновременно и предмета, и основания исковых требований.

Изложенные заявителями доводы в кассационных жалобах не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении дела и могли повлиять на обоснованность и законность судебных актов либо опровергнуть выводы судов, вследствие чего не могут служить поводом для отмены принятых судами судебных актов.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, установив в судебном заседании доказанность наличия при совершении спорной сделки признака злоупотребления правом, в связи с нарушением спорной сделкой прав и законных интересов кредитора ФИО5, перед которым у должника на момент совершения спорной сделки имелось неисполненное обязательств по договору займа, пришли к обоснованному и правомерному выводу о признании недействительным договора дарения квартиры, заключенного 21.10.2014 между ФИО8 и ФИО3 и применении последствия его недействительности.

В соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления. Таких нарушений судами не допущено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу, в том числе безусловных оснований, не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2019 по делу № А40-165851/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.


Председательствующий – судья Н.А. Кручинина


Судьи: Ю.Е. Холодкова


В.Я. Голобородько