Решение от 28 октября 2020 г. по делу № А33-5750/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

28 октября 2020 года

Дело № А33-5750/2020

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена 21 октября 2020 года

В полном объеме решение изготовлено 28 октября 2020 года

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Красовской С.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Синерджетик Проджектс» (ИНН 7727601141, ОГРН 1077746248183, г.Москва)

к акционерному обществу «Ачинский нефтеперерабатывающий завод Восточной нефтяной компании» (ИНН <***>, ОГРН <***>, промышленный район Промзона НПЗ Большеулуйского района Красноярского края)

о взыскании убытков (упущенной выгоды, понесенных расходов),

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора:

- временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Синерджетик Проджектс» – ФИО1 (ИНН <***>),

в присутствии в судебном заседании:

от истца- ФИО2, представителя по доверенности от 24.07.2019, ФИО3, представителя по доверенности от 20.01.2020,

от ответчика- ФИО4, представителя по доверенности от 01.12.2017, ФИО5, представителя по доверенности от 10.03.2020,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО6,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Синерджетик Проджектс» (далее - ООО «Синерджетик Проджектс», истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к акционерному обществу «Ачинский нефтеперерабатывающий завод Восточной нефтяной компании» (далее –ответчик) о взыскании 173 135 948 рублей 14 копеек убытков на основании договора строительного подряда № 2991818/0654Д на производство строительно-монтажных работ по объекту «ОЗХ «Комплекса гидрокрекинга».

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 13.02.2020 исковое заявление принято к производству суда.

Определением суда от 27.07.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца, привлечен временный управляющий общества с ограниченной ответственностью "Синерджетик Проджектс" – ФИО1.

Третье лицо в судебное заседание не явилось, о времени и месте судебного заседания уведомлено надлежащим образом, возражений относительно рассмотрения дела в его отсутствие не заявляло, в связи с чем суд рассматривает дело в отсутствие представителей третьего лица.

Представители истца в судебном заседании поддержали заявленные требования.

Представители ответчика в судебном заседании возразили против удовлетворения заявленных требований.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

10.10.2018 между АО «Ачинский нефтеперерабатывающий завод Восточной нефтяной компании» (далее – заказчик) и ООО «Синерджетик Проджектс» (далее – подрядчик) заключен договор строительного подряда № 2991818/0654Д на производство строительно-монтажных работ по объекту «ОЗХ «Комплекса гидрокрекинга» (далее – договор), по условиям которого, согласно пункту 2.1. договора, Подрядчик обязуется в рамках реализации плана капитальных вложений на 2018-2019гг. «ОЗХ Комплекса гидрокрекинга» выполнить Работы по Объектам: Закрытая насосная подачи автобензина, авиакеросина и дизельного топлива на автоматизированную установку тактового налива, тит.4019; Товарный парк автобензина, тит.4065; Товарный парк авиокеросина, тит. 4066, Товарный парк дизельного топлива Л., тит. 4067, Факельное хозяйство установки гидрокрекинга, Факельное хозяйство установки гидрокрекинга, тит.4114/1, Наружная аппаратура, тит. 4114/2, Насосная открытая, тит. 4114/3, Насосная открытая, тит. 4114/3, Тепломатериалопроводы, тит. 4114/4, Аппаратная с РП, тит. 4114/5, Насосная станция I подъема речной воды, тит. 4350, Насосоная станция подачи технической воды на завод с узлом очистки речной воды, тит.4353, Насосная станция II подъема речной воды (подача на ТЭЦ), тит. 4353/1, Блок оборотного водоснабжения, тит.4370-4373,4412, Блок напорных нефтеотделителей, Тит. 4370/1., Приемные камеры. Блок градирен. Тит 4371-4374, Насосная станция охлажденной воды I, II, На систем. Отделение фильтрации. Стабилизационная, тит.4412, Трансформаторная подстанция 4412/1, Шламонакопитель ХВО, тит.4430, Установка утилизации нефтешлама, тит. 4431, Насосная, тит. 4431/1, Склад ЛВЖ, ГЖ и резервуар декантированной воды, тит. 4431/2, Тепломатериалопроводы, тит. 4431 (4292), Рассеивающий выпуск, тит. 4471, Насосная станция пожаротушения с резервуарами запаса воды, тит. 4358:, Здание насосной, тит. 4358/1, Сети, тит. 4358/2, Насосная станция пожаротушения с резервуарами запаса воды, тит.4358, Сети водоснабжения, канализации и пожаротушения, тит.4360-4365,4457,4458, 4460, 4471,Сооружения очистки сточных вод комплекса гидрокрекинга:,Сооружения очистки сточных вод комплекса гидрокрекинга, тит.4432, 4466, 4468, 4465, 4470, Механическая очистка, тит. 4432,Блок доочистки и обеззараживания, тит. 4465, Физико -химическая очистка, тит. 4466,Биологическая очистка сточных вод, тит. 4468, Сооружения очистки ливневых и талых вод с незастроенной территории, тит.4470, Внутризаводские автодороги, тит.4335, Тепломатериалопроводы, тит. 4292, 4293, 4301, Подготовка территории. Генплан и транспорт, тит. 4007 (кроме ГП1 и ГП4), Подготовка территории. Генплан и транспорт. Реконструкция системы сбора, отвода и очистки ливневых и талых вод с незастроенной территории проектируемых и производственных мощностей и объектов ОЗХ комплекса гидрокрекинга, тит.4008, Благоустройство и озеленение. Вертикальная планировка. Генплан. Генплан и транспорт. Водоотвод. Тит 4475, Насосная станция пенотушения при товарных парках, тит.4212, Демонтаж существующих сооружений, тит. 4012, в соответствии с Проектной и Рабочей документацией, Техническим Заданием и передать Заказчику завершенный строительством Объект, а Заказчик обязуется принять результат Работ и оплатить его.

Пунктом 2.2. договора стороны предусмотрели, что подрядчик обязуется выполнить все Работы собственными силами и силами привлеченных субподрядных организаций в соответствии с Договором и Рабочей Документацией, техническим заданием (Приложение № 5), утвержденным расчетом Цены Договора с разбивкой на Этапы Работ (Приложение № 2), строительными нормами и правилами (СНиП), ведомственными строительными нормами (ВСН), требованиями градостроительного плана земельного участка, требованиями технических регламентов и при этом обеспечивать безопасность работ для третьих лиц и окружающей среды, выполнение требований безопасности труда, сохранности объектов культурного наследия и сдать результат работ заказчику.

Пунктом 5.1. договора установлены календарные сроки выполнения Работ по Договору: срок начала выполнения Работ -с даты заключения Договора; срок окончания выполнения Работ - 30.11.2019.

Работы, предусмотренные Договором по Объекту, выполняются Подрядчиком согласно Графику производства Работ (Приложение № 4) по законченным Этапам и Оперативному Графику производства Работ.

Согласно пункту 8.3. договора подрядчик обязуется в течение 30 (тридцати) дней с даты заключении Договора разработать и представить на утверждение Заказчику Оперативный График производства Работ по Договору на 6 (шесть) месяцев вперед, включая изготовление и поставку Материально-Технических Ресурсов, Работы по доставке материалов. Заказчик в согласует Оперативный График производства Работ, требования к формированию которого обозначены в Приложении №9, или направляет отказ и доработку. Подрядчик предоставляет подписанный со своей стороны Оперативный График производства Работ на последующие 3 (три) месяца вперед, не позднее 20-го числа месяца, предшествующему началу очередного периода. Подрядчик со своей стороны предоставляет Оперативный Графики производства Работ в бумажном экземпляре подписанные и заверенные, а также в электронном виде, в т.ч. в редактируемом формате.

В соответствии с п. 15.5 Договора, подрядчик в счет цены договора, своими силами и средствами обеспечивает сооружение/демонтаж/и/или аренду «Временных зданий и сооружений», необходимых для выполнения Работ, размещение персонала подрядчика и представителей заказчика, по нормам не ниже предусмотренных законодательством РФ.

Конкретные нарушения и меры ответственности за конкретные нарушения согласованы сторонами в Приложении №7 (пункт 24.1. договора).

Споры, возникшие при исполнении Договора, рассматриваются с соблюдением претензионного порядка рассмотрения споров, в арбитражном суде по мету нахождения заказчика в соответствии с процессуальным законодательством (пункт 26.1. договора).

Согласно пункту 27.5 договора уведомление об одностороннем отказе от исполнения Договора по основаниям, оговоренным в п. 27.4, вручается Подрядчику за 30 календарных дней до предполагаемой Даты одностороннего расторжения Договора. К уведомлению должны быть приложены документы, подтверждающие обстоятельства, являющиеся основанием для отказа от исполнения Договора (Акты о невыходе на Объект, срыве сроков, некачественном выполнении Работ и т.д. подписанные представителем Заказчиком, представителем Строительного Контроля Заказчика). В этом случае Подрядчик, до даты одностороннего отказа от исполнения Договора, обязан прекратить выполнение Работ на Объекте, передать Заказчику Объекты незавершенного строительства, Рабочую и Исполнительную Документацию, неиспользованные Материально-технические ресурсы, вывезти со Строительной Площадки собственную Строительную Технику и неиспользованные Расходные Материалы.

Уведомлением от 18.01.2019 исх. № 236/0220 заказчик в одностороннем порядке расторгнул договор подряда № 2991818/0654Д от 10.10.2018, поскольку подрядчик не приступил своевременно к выполнению работ. Уведомление направлено по юридическому адресу общества "Синерджетик Проджектс", согласно отчету об отслеживании отправления получено 28.01.2019.

Согласно настоящему иску, подрядчик не мог приступить к выполнению работ, поскольку Заказчик не выполнил встречные обязательства, предусмотренные Договором и Графиком производства работ (Приложение № 4 к Договору), а именно.

Графиком работ предусмотрено, что Подрядчик обязан приступить к выполнению работ «Строительно-монтажные работы по устройству сетей водоснабжения, канализации и пожаротушения» (п. 14 Графика) 27.10.2018, Заказчик взял на себя выполнение обязательств, предшествующих выполнению работ Подрядчиком.

В период с 01.09.2018 по 15.09.2018 Заказчик обязался провести технический аудит площадки, в период с 16.09.2018 по 30.10.2018 выдать проектно-сметную документацию на ремонтно-восстановительные работы по результатам проведенного аудита, а в период с 16.09.2018 по 30.10.2018 заключить дополнительные соглашения на проведение дополнительных ремонтно-восстановительных работ объектов незавершенного строительства, если такая необходимость возникала.

Из пояснений истца следует, что перечисленные обязательства заказчиком выполнены не были.

Согласно Техническому заданию (приложение № 5 к Договору), утвержденному Заказчиком 13.03.2017 (т.е. за год до объявления тендера), Подрядчик должен был, в том числе, выполнить работы по завершению строительства и вводу в эксплуатацию объектов, работы по которым были начаты и не закончены предыдущими подрядчиками Заказчика.

Необходимость проведения технического аудита на объектах незавершенного строительства была обусловлена, прежде всего, тем, что указанные объекты по факту находились в сильно поврежденном или полуразрушенном состоянии, что не позволяло Подрядчику выполнять какие-либо работы в соответствии с имеющейся у него Проектной и Рабочей документацией Заказчика (о чем Подрядчик неоднократно уведомлял как в переписке, так и в ходе проводимых совещаний).

Руководствуясь п. 21.2 Договора, Подрядчик в письме № D01-2018-0160 от 02.08.18 сообщил, что до начала выполнения объёмов работ по договору необходимо выполнить мероприятия по обследованию ранее выполненных работ по каждому конструктиву каждого титула, произвести ревизию и скомплектовать исполнительную документацию на ранее выполненные работы, составить дефектные ведомости, провести лабораторное обследование конструкций зданий и сооружений незавершённого строительства, провести испытания строительных конструкций и грунтов, а также провести гидравлические тесты бетонных и металлических резервуаров, выполнить водопонижение и осушение всех подтопленных объектов, выполнить испытания грунтов обратной засыпки на уплотнение, выполнить демонтаж разрушенных и повреждённых коррозией конструкций и материалов и т.д.

Полученные заключения предлагалось направить в проектный институт с целью выдачи решений по восстановительным мероприятиям конструктивов незавершённого строительства с последующим заключением дополнительного соглашения к Договору на выполнение восстановительных мероприятий, поскольку они не входили в имеющуюся проектно-сметную документацию.

Письмом № DO 1-2018-0268 от 28.09.18 Подрядчик повторно указал на непригодность объектов незавершенного строительства для проведения работ и предложил создать комиссию для определения объема и стоимости восстановительных работ.

Поскольку, по мнению истца, Заказчик уклонялся от выполнения требований Подрядчика, в связи с чем Подрядчик повторно обратился к Заказчику с письмом № DO 1-2018-0282 от 04.10.18, согласно которому указал на необходимость совместного проведения обследования, определения объемов и цен дальнейшего восстановления объектов незавершенного строительства.

В нарушение условий пункта 2.2. договора, на основании положений, предусмотренных Рабочей документацией со ссылкой на обязательность исполнения (СНиП 3.03.01-87 «Несущие и ограждающие конструкции»), Заказчик обязан был предоставить Подрядчику при передаче Объектов незавершенного строительства документацию, перечисленную в п. 3.23 актуализированной редакции вышеуказанного СНиП (СП -70.13330.2012), согласно которому при приемочном контроле должна быть представлена следующая документация: исполнительные чертежи с внесенными (при их наличии) отступлениями, допущенными предприятием - изготовителем конструкций, а также монтажной организацией, согласованными с проектными организациями - разработчиками чертежей, и документы об их согласовании; заводские технические паспорта на стальные, железобетонные и деревянные конструкции; документы (сертификаты, паспорта), удостоверяющие качество материалов, примененных при производстве строительно-монтажных работ; акты освидетельствования скрытых работ; акты промежуточной приемки ответственных конструкций; исполнительные геодезические схемы положения конструкций; журналы работ; документы о контроле качества сварных соединений; акты испытания конструкций.

Вышеперечисленные и надлежащим образом оформленные документы (в нарушение положений Рабочей документации, предусмотренной Договором) Заказчиком предоставлено не было, что не позволяло Подрядчику приступить к выполнению договорных работ.

Согласно п. 11.5 Договора Заказчик обязан был поставить Материально-технические ресурсы Подрядчику в соответствии с Приложением № 6 к Договору.

Графиком производства работ было предусмотрено, что Подрядчик, начиная с 27.10.2018, должен был приступить к выполнению работ по объектам «Сети водоснабжения, канализации и пожаротушения» (п. 14 Графика). Все указанные объекты, в соответствии с Рабочей документацией, подразумевали первичное выполнение земляных или свайных работ, при этом поставки ключевых инертных материалов (песок, щебень), свайных конструкций и основных трубопроводов находились в ответственности Заказчика.

До направления уведомления о расторжении Договора материалы Заказчик на строительную площадку не поставил и Подрядчику не передал, что не позволило (на основании положений актуализированной версии СНиП 3.02.01-87, п. 6.1.6, Таблица 6.3 строка 6) подрядчику приступить к выполнению земляных работ вплоть до окончания зимнего периода года.

Подрядчик письмом № СО 1-2018-0280 от 03.10.18 обратился к Заказчику с просьбой об указании сроков предоставления материалов, необходимых для выполнения работ, поставка которых, согласно разделительной ведомости, входила в компетенцию Заказчика.

Сопроводительным письмом № 260/12875-Э от 10.10.18 Заказчик направил ведомость поставки ТМЦ с плановыми сроками по объекту «ОЗХ КГ. Сети водоснабжения, канализации и пожаротушения, титул 4365» из приложений к которому следовало, что первая поставка материалов необходимых подрядчику для выполнения земляных работ (песок, щебень) будет осуществлена не ранее апреля 2019 года.

Во исполнение решение Протокола совещания № 2 от 11.10.18 Подрядчик обратился к Заказчику с письмом № СО 1-2018-0302 от 15.10.18, в котором перечислил первоочередные объекты (титулы) для возможного начала производства работ и для которых имелась первоочередная нужда в получении материалов.

Заказчик письмами № 260/13874-Э и № 260/13874-Э от 31.10.18 направил в адрес Подрядчика ведомости поставки по первоочередным титулам, из которых следовало, что поставка необходимых материалов начинается не ранее 30.04.2019.

Намереваясь приступить к выполнению работ, Подрядчик направил в адрес Заказчика письмо № D01-2018-0290 от 11.10.18, в котором предложил перенести поставку свай на ответственность Подрядчика и осуществить закупку свай немедленно, однако письмом № 260/14023-Э от 02.11.18 Заказчик на такое предложение ответил отказом.

Подрядчик обратился к Заказчику с письмом № ach-2018-040 от 16.11.18 в котором предложил заменить песок на песчано-гравийную смесь, а щебень - на гравий, что также позволило бы приступить к немедленному выполнению работ.

Заказчик в письме № 218/16171-э от 18.12.18 сообщил, что предложение Подрядчика было направлено на согласование в проектный институт, доказательств направления представлено не было.

В дальнейшем от Заказчика не поступало какой-либо информации о перспективе рассмотрения проектным институтом указанного предложения.

На основании п. 10.8 Договора, Подрядчик может приступить к производству работ на Объекте только при наличии письменного разрешения Заказчика и Акта проверки производственной готовности Подрядчика к выполнению работ в соответствии с п. 16.2. Согласно указанному пункту, «Выдача разрешений производится Заказчиком по результатам составления Акта проверки производственной готовности Подрядчика к выполнению работ», при этом, «Акт готовности к выполнению работ по Договору должен быть оформлен не позднее, чем за три рабочих дня до начала производства работ». Процедура получения Акта проверки производственной готовности Подрядчика, в свою щ очередь, определяется п. 11.6 Договора, в котором указано, что «Заказчик проводит контроль готовности Подрядчика к выполнению работ и оформляет соответствующее заключение.

Согласно этому же пункту, Заказчик за три дня до предполагаемой проверки письменно уведомляет Подрядчика. В случае получения отрицательного Заключения о готовности Подрядчика к выполнению работ, Подрядчик должен устранить недостатки и сообщить об этом заказчику для проведения повторной проверки. Ни один из указанных выше пунктов Договора Заказчиком выполнен не был, никакого Акта проверки производственной готовности не составлялось. С учетом положения того же пункта 11.6 Договора, «Подрядчик не допускается к выполнению работ на объекте в отсутствие положительного Заключения о готовности Подрядчика к выполнению работ», нарушение со стороны Заказчика установленного им же соответствующего порядка допуска Подрядчика к работам, дополнительно исключило возможность и легитимность работы Подрядчика на объектах строительства.

Таким образом, согласно фактическим обстоятельствам, выразившимся в невыполнении Заказчиком предшествующих выполнению работ встречных обязательств (проведения технического аудита, выдачи ПСД по результатам аудита, заключения дополнительного соглашения на производство ремонтно-восстановительных работ объектов незавершенного строительства, поставка ТМЦ) и последующему не предоставлению Подрядчику фронта работ, начинать выполнение работ по Договору было невозможно.

Подрядчик направил заказчику письмо № DO 1-2018-0340 от 09.11.2018 «О возможной мобилизации», к которому приложил уточненный график мобилизации персонала и техники при условии обеспечения соответствующих фронтов работ. Ответа не поступил.

В дальнейшем Подрядчик получил от Заказчика уведомление о расторжении Договора от 18.01.19 № 236/0220.

Ввиду того, что обязательства Заказчиком выполнены не были, поставка товарно-материальных ценностей по независящим от Подрядчика причинам перенеслась на существенный срок (более 5 месяцев), Подрядчик не мог приступить к выполнению работ.

На основании вышеизложенного Подрядчик полагает, что совокупные действия Заказчика в установленный период исполнения взаимных обязательств по Договору не способствовали исполнению договора, что привело к необоснованным убыткам, понесенным Подрядчиком.

Учитывая факт исполнения обязательств Подрядчика по мобилизации работников и техники, а также постоянными, в течение срока действия Договора обращениями к Заказчику о предоставлении возможности и его готовности выполнения работ, истец предпринял необходимые меры для реализации принятых на себя обязательств по Договору в целях получения дохода, но по вине Заказчика, которая, в том числе, выразилась в ненадлежащем исполнении обязательств, установленных Графиком производства работ, а также с учетом сложностей, связанных с поставкой ТМЦ, лишился того дохода (выгоды), на который рассчитывал при соответствующем исполнении договорных обязательств Заказчиком.

Согласно расчету суммы упущенной выгоды по Договору, составленному на основании Приложения № 2 к Договору, прибыль Подрядчика, при надлежащем исполнении обязательств со стороны Заказчика в период готовности проведения работ Подрядчиком и нахождения его на строительных площадках (с августа 2018 года по январь 2019), составила бы сумму в размере 18 517 099 рублей 20 копеек (включая НДС).

При расчете неполученной (упущенной) прибыли (дохода) Подрядчик руководствовался тем, что в период запланированного проведения работ с ноября 2018 года по январь 2019 года включительно у Подрядчика имелись необходимые ресурсы (работники, техника), которые позволяли выполнить фронт работ, предусмотренный Графиком, но по вине Заказчика, выразившейся в отсутствии каких-либо поставок стройматериалов, выполнены не были.

Согласно иску, у истца также образовались убытки (расходы), связанные с выполнением обязательств по Договору.

Добросовестно выполняя взятые на себя обязательства по Договору, Подрядчик понес фактические расходы, которые в связи с неисполнением обязательств Заказчиком со своей стороны, а также с учетом расторжения Договора, оплачены (компенсированы) не будут.

По расчету истца размер реальных убытков составляет 25 948 067 рублей 74 копейки.

Подрядчик направил в адрес Заказчика претензию от 03.12.19 № DO 1-2019-0423 (РПО № 11732142016101), в которой потребовал оплатить суммы убытков (упущенной выгоды, понесенных расходов) в размере 44 537 166 рублей 94 копеек.

В ответ на претензию письмом от 26.12.19 № 218/7031 Заказчик не признал нарушение обязательств со своей стороны и выплачивать причиненные подрядчику убытки отказался.

Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

От АО «АНПЗ ВНК» поступил отзыв на иск и дополнительные пояснения к нему, согласно которым истцу было известно фактическое состояние объектов незавершенного строительства до заключения договора, подрядчик не настаивал на включении в него специальных норм о порядке подтверждения их технического состояния. Истец подтвердил, что принял объекты незавершенного строительства в состоянии, позволяющем приступить к выполнению СМР. Истец не приступил к подготовке к ведению СМР, обстоятельства, на которые он ссылается, не создавали препятствий к этому. Недостатки объектов незавершенного строительства не препятствовали выполнению работ на иных подобъектах, а выполнению определенных видов работ на объектах с недостатками. Письменное разрешение и Акт проверки готовности к выполнению работ не были получены по вине Подрядчика. Предусмотренные СНиП 3.03.01-87 «Несущие и ограждающие конструкции» документы не требовались для начала выполнения СМР. Сроки поставки отдельных материалов поставки Заказчика не препятствовали началу выполнения работ на остальных подобъектах, где материалы не требовались. Ответчик правомерно отказался от исполнения договора в связи с его существенным нарушением истцом, причиненные истцу убытки не подлежат возмещению.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Проанализировав представленные доказательства и заслушав пояснения сторон, суд пришел к выводу, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, поскольку истец не доказал причинно-следственной связи между расторжением договора подряда и возникшими у него убытками.

Из материалов дела следует, что между истцом и ответчиком был заключен договор№ 2991818/0654Д от 10.10.2018, правоотношения по которому регулируются нормами главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Пунктом 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (часть 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи (пункт 1). Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2). Если заказчик, несмотря на своевременное и обоснованное предупреждение со стороны подрядчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, в разумный срок не заменит непригодные или недоброкачественные материал, оборудование, техническую документацию или переданную для переработки (обработки) вещь, подрядчик вправе отказаться от исполнения договора подряда и потребовать возмещения причиненных его прекращением убытков (пункт 3).

В соответствии со статьей 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора.

В силу статьи 719 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328) (пункт 1). Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2).

Как усматривается из материалов дела, в установленный договором срок истец не приступил к выполнению работ.

В связи с чем уведомлением от 18.01.2019 исх. № 236/0220 заказчик в одностороннем порядке расторгнул договора подряда № 2991818/0654Д от 10.10.2018. Уведомление направлено по юридическому адресу ООО «Синерджетик Проджектс», получено 28.01.2019.

Арбитражный суд Красноярского края в рамках дела № А33-34678/2019 пришел к выводу о доказанности истцом оснований, позволяющим истцу отказаться от исполнения договора подряда, данные обстоятельства установлены в решении от 14.10.2020 по делу № А33-34678/2019.

В силу пункта 3 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации договор подряда № 2991818/0654Д от 10.10.2018 является расторгнутым.

Согласно иску возникновение убытков истец связывает с неисполнением ответчиком обязательств, вытекающих из договора подряда № 2991818/0654Д от 10.10.2018.

В соответствии с пунктом 57 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», если иное не предусмотрено законом или договором, в случае непредоставления обязанной стороной исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации ).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1). Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Положения статей 716, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают механизм действий подрядчика на случай возникновения объективных препятствий к выполнению работ, соблюдение которого отвечает, прежде всего, интересам самого подрядчика.

В соответствии с пунктом 27.8 Договора при его расторжении по любому основанию Заказчик уплачивает Подрядчику только стоимость фактически выполненных и принятых работ, при этом убытки возмещению не подлежат.

Согласно абзацу 1 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства, наличие убытков (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать в том числе факт нарушения обязательства контрагентом.

Поскольку заказчик правомерно отказался от исполнения Договора на основании его пункта 27.4, статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с ненадлежащим исполнением Подрядчиком своих обязательств (данные обстоятельства установлены в решении Арбитражного суда Красноярского края от 14.10.2020 по делу № А33-34678/2019), последний не вправе требовать возмещения убытков, причиненных прекращением договора.

Таким образом, в связи с законностью и обоснованностью расторжения договора подряда по инициативе Заказчика в связи с нарушением условий договора Подрядчиком, убытки, причиненные Подрядчику расторжением договора, возмещению не подлежат.

Оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об отсутствии надлежащих доказательств, подтверждающих факт возникновения у истца заявленных им убытков в виде упущенной выгоды в размере 18 517 099 рублей 20 копеек недополученной сметной прибыли.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды относится на истца, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только неисполнение ответчиком обязательства по договору подряда стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

Согласно пункту 11 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено.

Согласно пунктам 10 и 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что необходимость расходов, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права, и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами. Размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено.

В нарушение статьи 65 АПК РФ истцом не представлены доказательства того, что он не получил доходы, которые он получил бы при обычных условиях гражданского оборота, а также являясь профессиональным участником спорных правоотношений, имеющий непосредственное представление о рисках, связанных с выполняемой им работой, истец не представил доказательств принятия им самим действий, направленных на получение упущенной выгоды, сделанных им приготовлений.

Сметная прибыль как элемент стоимости строительных работ включает в себя расходы подрядчика, не связанные с конкретными строительными работами, при этом ее получение зависит исключительно от объема выполненных работ, так как основанием оплаты работ является доказанный факт их выполнения, следовательно, сметная прибыль не является упущенной выгодой подрядчика.

Сама по себе прогнозируемая выручка не может быть признана упущенной выгодой, поскольку упущенная выгода выражает величину неполученных доходов, зависящую от особенностей ведения предпринимательской деятельности потерпевшей стороны в целом, а не выручку, которая могла быть получена по конкретному обязательству.

Указанный вывод подтверждается разъяснениями абзаца второго пункта 10 Временной методики определения размера ущерба (убытков), причиненного нарушениями хозяйственных договоров, прилагаемой к письму Госарбитража СССР от 28.12.1990 N С-12/НА-225.

Таким образом, ввиду отсутствия вины ответчика в расторжении контракта и отсутствия причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступления неблагоприятных последствий у истца, с учетом того, что обязанность по возмещению заказчиком подрядчику предполагаемой сметной прибыли при расторжении договора по соглашению сторон не предусмотрено, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворении требования о взыскании убытков в части упущенной выгоды в виде недополученной сметной прибыли.

Судом при этом учтено неисполненение обязательств по договору подрядчиком, отсутствие целесообразности сохранения договора и возможности его дальнейшего исполнения, а также то, что взыскание суммы упущенной выгоды повлечет существенные негативные последствия для ответчика, нежели защитит либо восстановит права и законные интересы истца, поскольку фактически истец не приступал к выполнению работ по договору, предъявление требования об уплате сметной прибыли, являющейся частью стоимости строительной продукции, не обосновано.

В случае невыполнения работ убытки не возникают, поскольку не имеется материальных и трудовых затрат на их выполнение.

Истец в исковом заявлении не привел правовые основания для определения упущенной выгоды через категорию сметная прибыль.

Само по себе заключение договора безусловно не гарантирует получение прибыли в указанном размере, поскольку положительный результат производственной деятельности подрядчика зависит от множества факторов, к числу которых относятся, в том числе, производственные мощности, сырьевые и трудовые ресурсы, динамика цен и иные рыночные условия.

Действующее законодательство (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации) определяет предпринимательскую деятельность как самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке (гражданами и юридическими лицами).

Исходя из этого, лицо, ведущее предпринимательскую деятельность, освобождается от ответственности за нарушение обязательств только в случае, если надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (непреодолимой силы), причем к таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов у должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец является профессиональным участником соответствующих правоотношений, и, вступая в договорные отношения, должен был прогнозировать последствия при неисполнении принятых на себя обязательств, обязан был использовать свои профессиональные навыки и специальные знания, проявить должную заботливость, приложить максимум усилий, чтобы обеспечить обязанность по выполнению работ.

Истцом также заявлены к взысканию расходы на участие в производственных совещаниях в размере 679 018 рублей 99 копеек.

Суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку из материалов дела следует, что данные расходы возникли до заключения договора (10.10.2018) и связаны с его подготовкой и подписанием.

Согласно пункту 1 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не отвечают за то, что соглашение не достигнуто, при этом указанные правила применяются независимо от того, был ли заключен сторонами договор по результатам переговоров (пункт 7 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлены доказательства недобросовестного ведения переговоров ответчиком.

Довод о том, что ответчиком не предавалась исполнительная документация по незавершенным строительством объектам, отклонен по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что письмом № С01-2018-0307 от 17.10.2018 истец запросил у ответчика исполнительную документацию на ранее выполненные работы.

Письмом исх. № 218/13437-э от 22.10.2018 ответчиком разъяснен порядок предоставления исполнительной документации через тем обращение к специалисту УОКС уполномоченным представителем с запросом о предоставлении исполнительной документации по конкретному объекту.

Письмом № 011-2018-0007 от 29.10.2018 истец запросил предоставление исполнительной документации по 4 подобъектам, которая была направлена ответчиком письмами исх. № 218/14469-э от 14.11.2018 и исх. № 218/14738-э от 20.11.2018.

Письмом № 0011-2018-0011 от 13.11.2018 истец уведомил ответчика о замечаниях к ранее переданной исполнительной документации.

Письмом исх. № 218/14826-э от 21.11.2018 ответчик уведомил истца о рассмотрении им представленных замечаний.

Доказательства направления истцом иных запросов о выдаче исполнительной документации по оставшимся 17 объектам строительства в адрес ответчика, в материалы дела не представлены.

Ссылки истца на то, что сроки поставки материалов ответчиком препятствовали началу выполнения работ по договору, подлежат отклонению как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела по следующим основаниям.

Письмом № 218/15544-э от 05.12.2018 ответчик направил истцу перечень работ, выполнение которых возможно без привлечения ТМЦ поставки Заказчика и без проведения экспертиз строительных конструкций, истец возражений не заявил.

Письмом № 218/16323-э от 20.12.2018 ответчик повторно предложил истцу представить замечания на указанный перечень, истец возражений не заявил. Доказательства обратного в материалы дела не представлены

Из пояснений ответчика также следует, что отсутствие материалов ответчика не могло повлиять на выполнение работ по возведению Временных зданий и сооружений (пункт 23 Графика производства работ), для проведения которых материалы Заказчика не требовались. Сроки поставки отдельных материалов не были окончательно определены по вине Истца в связи с не предоставлением им ППР по первоочередным объектам строительства, в которых определяется в том числе, график завоза на площадку материалов.

К пояснениям истца о фактической готовности к проведению работ по договору подряда суд относится критически, поскольку истец документально не подтвердил проведение подготовки к выполнению работ, а именно: мобилизацию персонала и техники, не представил на согласование ответчика ПИР по первоочередным работам, не сообщил о готовности к выполнению работ в соответствии с п. 8.2 Договора, не производил завоз на площадку материалов поставки (письмо истца с графиком завоза материалов D01-2018-0349 от 15.08.2018). Доказательства обратного не представлены.

Истец достоверно не подтвердил надлежащее выполнение действий необходимых для выдачи ему ответчиком письменного разрешения и Акта проверки готовности Подрядчика к выполнению работ (п. 10.8, п. 11.6 Договора).

Доводы истца о наличии препятствий к выполнению работ по договору, в связи с бездействием ответчика, документально не подтверждены.

Требование о взыскании расходов на аттестацию и обучение персонала в размере 926 442 рублей, а также расходов на сертификацию, поверку и подготовку техники и оборудования в размере 1 057 099 рублей 92 копеек не подлежат удовлетворению, поскольку вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлены надлежащие доказательства необходимости проведения данного обучения и аттестации, проведения сертификации, поверки и подготовки техники для выполнения работ по договору.

Согласно пункту 10.1. договора в обязательства Подрядчика входит обеспечение своими силами и средствами получение всех необходимых профессиональных допусков, лицензий, разрешений и свидетельств на право производства Работ.

В соответствии с пунктом 10.7 договора в обязательства Подрядчика входит доставка на объект строительной техники, транспортных средств, специальной техники и расходных Материалов, необходимых для выполнения работ, осуществление их разгрузки и складирования, при необходимости выполнения за свой счет ремонта и технического обслуживания машин и механизмов.

Согласно материалам дела, к закупочной документации истцом были приложены сведения о кадровых ресурсах, согласно которым у истца есть обученный персонал, необходимый для производства работ, а также техника, отвечающая предъявляемым заказчиком требованиям.

Истцом также заявлено требование о взыскании расходов на мобилизацию персонала в размере 697 111 рублей 26 копеек.

Суд признает данные требования не подлежащими удовлетворению, поскольку истцом не представлены доказательства мобилизации специалистов.

Из материалов дела и пояснений сторон следует, что для доступа на строительную площадку привлеченным сотрудникам Подрядчика выдавались пропуска.

Согласно пункту 2.21 Приложения № 7 к Договору фактическое количество рабочих, специалистов, техники Подрядчика фиксируется системой контроля доступа Заказчика (СКД).

Таким образом, из условий договора следует, что для подтверждения количества фактически участвующего в выполнении работ персонала необходима информация из СКД заказчика.

Ответчиком в материалы дела представлены документы, согласно которым системой контроля доступа и заявками от подрядчика зафиксирована мобилизация 20 ИТР (с 03.09.- 2, с 17.09.- 1, с 26.09.- 2, с 03.10.- 2, с 17.10.- 2, с 20.10- 1, с 23.10.- 1, с 26.10. - 3, с 01.11.- 4, с 14.11.- 2), 10 рабочих (с 09.11. - 1, с 14.11. -6, с 15.11. по 04.12. (уволены)-3).

Кроме того, под работами понимаются все работы и услуги, подлежащие выполнению в соответствии с условиями договора.

Следовательно, мобилизация техники и специалистов истца, необходимых для выполнения работ по договору, также является видом работ, подлежащим выполнению в рамках договора, которые подлежат сдаче в порядке, предусмотренном договором, то есть по актам о приемке выполненных работ по форме КС-2.

Вместе с тем, как указывалось выше, истец фактически не приступил к выполнению работ по договору подряда от 10.10.2018 №2991818/0654Д.

Расходы на обязательные медосмотры персонала в размере 70 386 рублей 10 копеек, расходы по страхованию персонала в размере 18 576 рублей 91 копейки не отвечают признакам убытков, поскольку необходимость прохождения периодических медицинских осмотров некоторым категориям работников предусмотрена действующим законодательством (статьи 212, 213 Трудового кодекса Российской Федерации), осуществляются за счет работодателя.

Указанные подрядчиком затраты на прохождение обязательных медицинских осмотров и страхование персонала не относятся к реализации СМР по Договору и должны были быть понесены работодателем независимо от выполнения работ по Договору.

Доказательств, позволяющих достоверно определить размер убытков, а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями, истцом не представлено.

Более того, истцом не представлено доказательств подтверждающих сам факт простоя рабочих.

Тот факт, что общество несло расходы, связанные с уплатой страховых взносов, а также выплата заработной платы работникам общества, само по себе не свидетельствует о простое рабочих и причинении в связи с этим обществу убытков в заявленном к взысканию размере.

Требование о взыскании расходов на приобретение спецодежды и индивидуальных средств защиты для персонала в размере 259 263 рублей 02 копеек не подлежит удовлетворению, поскольку истцом не доказано, что соответствующая спецодежда и индивидуальные средства защиты приобретены им для реализации СМР по Договору с ответчиком, а не с иными контрагентами.

Спецодежда и индивидуальные средства защиты для персонала являются собственностью истца, расходы на их приобретение не привели к уменьшению его имущества.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением.

Истцом не доказано, что указанные вещи как типовые средства защиты не могут быть использованы им в дальнейшем при выполнении иных СМР.

Расходы на аренду строительной техники в размере 339 000 рублей возмещению не подлежат, поскольку истцом не представлены доказательства транспорта ССАНГ ИОНГ Кайрон II (внедорожный легковой автомобиль) и DAEWOO BS 106 (городской автобус) для выполнения СМР по договору.

Расходы на мобилизацию техники и оборудования в размере 158 357 рублей 92 копеек возмещению не подлежат, поскольку из представленных подрядчиком документов невозможно достоверно определить перечень техники и оборудования, документально не подтверждена необходимость мобилизации указанных техники и оборудования для выполнения СМР во исполнение обязательств по договору подряда.

Расходы на приобретение программного обеспечения в размере 25 500 рублей возмещению не подлежат, поскольку документально не подтверждена необходимость указанного программного обеспечения для выполнения СМР по договору.

Расходы на оплату услуг по аренде квартир для персонала (проживание персонала) в размере 798 607 рублей возмещению не подлежат, поскольку из предоставленных подрядчиком документов невозможно идентифицировать сотрудников, для размещения которых заключены договоры аренды отдельных квартир, подтвердить фактическое использование данных помещений для их проживания на постоянной основе.

Из представленных документов следует, что арендная плата оплачивалась подрядчиком до февраля 2019 года, тогда как работы на объекте по договору подряда не велись, присутствие сотрудников на строительной площадке в указанный период СКД Заказчика не зафиксировано, следовательно, наличие причинно-следственной связи между данными расходами и выполнением работ по договору подряда не подтверждено.

В удовлетворении требований о взыскании расходов на заработную плату персонала и налоговые отчисления (НДФЛ, ПФР, ФСС, ФФОМС) в размере 13 572 893 рублей 19 копеек следует отказать, поскольку подрядчиком не доказано, что указанные в списке работники были привлечены для выполнения СМР по договору, не представлены документы, подтверждающие выплату заработной платы, перечисление отчислений в ПФР, ФСС и ФФОМС.

Включение в состав убытков расходов истца по выплате работникам заработной платы является неправомерным, поскольку обязанность по выплате заработной платы работникам возникает у Истца в силу требований статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во исполнение условий трудовых договоров.

Вахтовые (перевахтовка и демобилизация персонала) и командировочные расходы в размере 613 119 рублей 66 копеек взысканию не подлежат, поскольку приложенные истцом к материалам дела документы (электронные авиа и ж/д билеты) достоверно не подтверждают прибытие сотрудников на территорию АО «АНПЗ ВНК» для выполнения СМР по Договору.

В железнодорожных билетах ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 указана станция назначения либо станция посадки г. Красноярск.

Истцом также представлены билеты за период февраль - март 2019 года, т.е. после расторжения договора подряда от 10.10.2018, следовательно, пребывание в г. Ачинск в данный период сотрудников подрядчика не отвечало критериям целесообразности.

Из пояснений ответчика также следует, что системой контроля доступа Заказчика проход указанных лиц на строительную площадку не зафиксирован. Доказательства обратного истцом в материалы дела не представлены.

Расходы на организацию, обустройство и обслуживание офиса и производственной базы в г. Ачинск в размере 1 817 067 рублей 26 копеек не подлежат взысканию, поскольку подрядчиком не представлены доказательства несения затрат по арендной плате по договорам аренды.

Приложенное платежное поручение № 1333 от 02.11.2018 об оплате арендной плате по договору № 019 ВП от 23.10.2018 не является доказательством оплаты по указанному договору в заявленном размере.

Расходы на аренду транспортных средств и строительной техники в размере 29 200 рублей взысканию не подлежат, поскольку подрядчиком не представлены доказательства оплаты оказанных услуг, не доказан факт использования данного транспорта во исполнение договора подряда.

Расходы на обслуживание и ремонт транспортных средств и строительной техники в размере 307 062 рублей 62 копеек возмещению не подлежат, поскольку подрядчиком не представлены доказательства необходимости осуществления данных затрат во исполнение условий договора.

Договор не предусматривает компенсации соответствующих затрат, поскольку согласно пункту 10.7 договора в обязательства подрядчика входит доставка на объект всей строительной техники, транспортных средств, специальной техники, необходимых для выполнения работ, осуществление их разгрузки и складирования, при необходимости выполнение за свой счет ремонта и технического обслуживания машин и механизмов.

Расходы на предрейсовые медицинские осмотры водителей в размере 8 190 рублей не подлежат возмещению, поскольку не относятся к выполнению работ по договору, не представлено доказательств оплаты указанных услуг, истцом представлен исключительно список водителей и транспортных средств.

Требование о взыскании расходов на ГСМ в размере 155 468 рублей не обоснованы, поскольку подрядчиком не представлено доказательств необходимости несения данных расходов в связи с выполнением работ по договору, с учетом того, что истец фактически не приступил к выполнению работ.

Расходы на демобилизацию персонала, техники и оборудования в размере 91 025 рублей 93 копеек возмещению не подлежат, поскольку представленные Подрядчиком документы не подтверждают пребывание его сотрудников в г. Ачинске в целях исполнения договора.

Доводы истца о неисполнение ответчиком обязательств по проведению необходимых согласований схем размещения «Временных зданий и Сооружений», не состоятелен, поскольку согласно письму № 256/12710-э от 08.10.2018 ответчик сообщил о том, что запрашиваемые участки переданы представителям подрядчика с целью обследования, они же будут переданы подрядчику, в том числе, с целью размещения «Временных зданий и Сооружений», после подписания договора, будут выданы технические условия на подключение электрической мощности, водоснабжения и водоотведения (исх. № 218/14194-э от 15.11.2018).

29.10.2018 ответчиком в адрес истца направлено письмо № 256/13731-э о том, что на переданных по актам № 028-1/2018, № 036-1/2018 участках № 1, № 2 (по схеме), разрешается складирование строительных материалов и оборудования, размещение временных зданий и сооружений, за исключением вагонных городков строителей.

Ответчиком в материалы дела представлены подписанные между сторонами акты доступа для производства строительно-монтажных работ на территории от 11.10.2018.

Ссылка истца на то, что до выполнения работ по договору, истец обязан был выполнить мероприятия предшествующие первичной мобилизации работников и техники, возведению «временных зданий и сооружений». Графиком производства работ предусмотрены следующее «организационные мероприятия», а именно: - технический аудит площадки заказчиком, выдача заказчиком ПСД по результатам аудита, дополнительное соглашение на доп. работы. По мнению истца, неисполнение указанных организационных мероприятий заказчиком, препятствовало подрядчику в организации обеспечения трудовыми ресурсами, техникой и возведению временных зданий и сооружений предусмотренных графиком производства работ.

Договор, приложения к нему, действующее законодательство не содержат положений, позволяющих определить конкретные мероприятия «технического аудита», Договор не предусматривает обязанностей Заказчика по выполнению полного объема технического обследования абсолютно всех результатов работ, выполненных предыдущим подрядчиком.

Согласно статье 413 Гражданского кодекса Российской Федерации, если содержание условия договора не может быть установлено на основе буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений или путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, последующее поведение сторон.

Письмом исх. № 236/12082-э от 26.09.2018 сообщил истцу, что технический аудит будет проводиться только в отношении объектов, имеющих замечания, в отношении 7 из 23 объектов ни осмотр, ни технический аудит не требуются, так как работы по этим объектам либо не начаты, либо выполнены только начальные (подготовительные) этапы работ, не имеющие результата.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что истцу достоверно было известно о фактическом состоянии объектов незавершенного строительства до заключения договора подряда.

Согласно пункту 2.2. договора истец взял на себя обязательство выполнить все работы собственными силами и силами привлеченных субподрядных организаций и сдать результат работ Заказчику.

Часть работ подлежала выполнению на объектах незавершенного строительства, что следует из содержания технического задания (приложение № 5 к Договору).

Доказательства включения в условия договора специальных норм о порядке подтверждения технического состояния объектов, либо проявления инициативы по данному вопросу, истцом в материалы дела не представлены.

Из пункта 9.1. договора следует, что подрядчик ознакомлен с проектной и рабочей документацией, техническим заданием и документацией, указанной в пункте 11.2 договора, ознакомлен со всеми условиями, связанными с выполнением работ, и принимает на себя все расходы, риск и трудности выполнения Работ на условиях Договора.

В приложении № 5 к Договору (Техническое задание) и приложениях № 1, № 2 к нему приведен перечень незавершённых строительством объектов, процент их готовности, а также обозначен объем необходимых работ для окончания строительства (приложение № 2 к Техническому заданию), определена сметная стоимость остаточных работ (приложение № 1 к Техническому заданию).

Таким образом, подрядчик надлежащим образом был осведомлен о характере и объеме СМР по договору.

В письмах № DO 1-2018-0160 от 02.08.2018, № D01 -2018-0268 от 28.09.2018 и № D01 -2018-0282 от 04.10.2018 истец ссылался на необходимость проведения мероприятий по обследованию ранее выполненных работ и указывал на лабораторные и иные обследования всех строительных конструкций, которые по его мнению необходимо выполнить Заказчику в полном объеме до начала выполнения работ по Договору.

Проведение данных мероприятий, а также необходимость их выполнения до начала работ по договору, противоречили условиям Договора, включая график работ (приложение № 4 к Договору).

В письме исх. № 236/12082-э от 26.09.2018 Заказчик сообщил подрядчику, что технический аудит будет проводиться только в отношении объектов, имеющих замечания, в отношении 7 из 23 объектов ни осмотр, ни технический аудит не требуются, так как работы по этим объектам либо не начаты, либо выполнены только начальные (подготовительные) этапы работ.

Письмом исх. № 218/13567-э от 25.10.2018 Заказчик указал на необходимость выполнения основных работ по договору на тех объектах, где дефекты отсутствуют.

В письме № DO 1-2018-0327 от 29.10.2018 подрядчик направил перечень объектов, к выполнению работ по которым он был готов приступить в ближайшее время.

Таким образом, представленная в материалы дела переписка сторон достоверно подтверждает осведомленность истца об объемах необходимых ремонтно-восстановительных работ по договору до фактического подписания.

Истец направил перечень объектов, к выполнению работ по которым он был готов приступить, следовательно, с учетом последующего поведения сторон можно установить, что стороны осуществили первоочередные мероприятия по техническому аудиту площадки, по результатам которой определили как перечень работ, препятствия к выполнению которых отсутствуют, так и перечень экспертиз и иных технических обследований, которые должны быть выполнены до начала производства остальных работ.

Договор подряда подписан подрядчиком без протокола разногласий.

На основании вышеизложенных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что при заключении договора подряда, подрядчик, ознакомившись с документацией, не возражал против выполнения работ с учётом наличия недостатков незавершенных строительством объектов, на момент подписания договора недостатки не являлись для истца обстоятельством, препятствующим принятию обязательств по выполнению СМР.

Исходя из буквального толкования договора, мобилизация персонала и техники, возведение временных зданий и сооружений подрядчиком не поставлена в зависимость от выполнения организационных мероприятий предусмотренных в графике производства работ.

Истец принял объекты незавершенного строительства в состоянии, позволяющем приступить к выполнению СМР, что следует из представленных в материалы дела доказательств.

01.11.2018 строительная площадка передана Заказчиком Подрядчику для производства строительно-монтажных работ (СМР) в соответствии с пунктом 11.4 Договора.

По результатам совместного осмотра объектов незавершенного строительства в период с 15.11.2018 по 19.11.2018 сторонами составлены Акты приема-передачи объектов незавершенного строительства с указанием объемов строительно-монтажных работ, возможных к выполнению до проведения Заказчиком экспертизы объектов, которые подписаны Подрядчиком без замечаний.

Из пояснений ответчика и материалов дела следует, что работы по десяти подобъектам предыдущим подрядчиком не выполнены (готовность составляет 0 % от проектных показателей), следовательно, истец мог выполнить предусмотренные проектной документацией работы в полном объеме, как указано в актах:

-Насосная станция дренажных вод. Тит. 4432/12. Акт № 17 от 16.11.2018 (п. 15 Графика производства работ);

-Сооружения очистки сточных вод комплекса гидрокрекинга. Блок нейтрализации кислотно-щелочных стоков. Тит. 4468/28. Акт № 16 от 16.11.2018 (п. 15 Графика производства работ);

-Площадка отключающей арматуры № 2. Тит. 4432. Акт № 28 от 19.11.2018 (п. 15 Графика производства работ);

-Внутризаводские автодороги. Внутризаводские дороги вокруг комбинированной установки гидрокрекинга. Тит. 4335. Акт № 27 от 19.11.2018 (п. 16 Графика производства работ);

-Сооружения очистки сточных вод комплекса гидрокрекинга. Приемные резервуары. Тит. 4432/10.1-10.2. Акт № 25 от 19.11.2018 (п. 15 Графика производства работ);

-Сооружения очистки сточных вод комплекса гидрокрекинга. Установка очистки ливневых и талых вод с незастроенной территории. Тит. 4470. Акт № 23 от 19.11.2018;

-Насосная станция хозяйственно-бытовых сточных вод. Тит. 4432/13. Акт № 20 от 16.11.2018 (п. 15 Графика производства работ);

-Сооружения очистки сточных вод комплекса гидрокрекинга. Центральный тепловой пункт. Тит. 4432/24. Акт № 21 от 16.11.2018;

-Сооружения очистки сточных вод комплекса гидрокрекинга. Насосная станция при аварийных резервуарах. Тит. 4432/7. Акт № 22 от 16.11.2018 (п. 15 Графика выполнения работ);

-Насосная станция подачи технической воды на завод с узлом очистки речной воды. Тит. 4353. Акт № 8 от 16.11.2018.

Согласно акту № 13 от 16.11.2018 подрядчик мог выполнить предусмотренные проектной документацией работы по подобъекту Шламонакопитель ХВО. Тит. 4030. (п. 10 графика производства работ), несмотря на наличие выполненных предыдущим подрядчиком работ.

Подрядчик подтвердил, что до момента проведения заказчиком независимой экспертизы Объекта имеет возможность приступить к выполнению отдельных видов СМР по всем остальным подобъектам, указав в соответствующих актах перечень этих работ.

Согласно данным актам не имеется подобъектов, по которым могут выполняться исключительно дополнительные работы, требующие их оформления дополнительными соглашениями к договору.

Таким образом, вышеприведенные Акты приема-передачи объектов незавершенного строительства подтверждают возможность начала выполнения Подрядчиком СМР в сроки, предусмотренные Договором.

С учетом изложенного довод истца о невозможности ведения работ до завершения технического аудита объектов незавершенного строительства, подлежит отклонению как противоречащий фактическим обстоятельствам дела.

Суд приходит к выводу о наличии у истца объективной возможности приступить к выполнению работ на объекте «Сети водоснабжения, канализации и пожаротушения, титулы 4360-4365, 4457,4458,4460 и 4471» по следующим основаниям.

Объект «Сети водоснабжения, канализации и пожаротушения, титулы 4360-4365, 4457, 4458, 4460 и 4471» (далее -«Сети водоснабжения») был частично выполнен предыдущим подрядчиком (ООО «Генэнергомонтаж»).

Поскольку прокладка инженерных сетей является скрытыми работами, осмотреть которые визуально невозможно, то проведение осмотра указанного объекта незавершенного строительства не требовалось.

Ранее проложенные предыдущими подрядчиками участки трубопроводов нанесены на генеральный план завода, следовательно, истец мог приступить к строительству участков трубопроводов. Из материалов дела следует, что истец в период действия договора подряда запросил у ответчика исполнительную геодезическую документацию по одному подобъекту.

Поскольку ранее выполненные работы по данному объекту отсутствовали, запрашиваемая документация также отсутствовала, в связи с чем Заказчик сообщил подрядчику о необходимости руководствоваться при производстве работ на указанном объекте генеральным планом АО «АНПЗ ВНК» (письмо от 16.10.2018 исх. № 256/13134-э).

Подрядчик подписал Акт-допуск № 047-3/2018 от 11.10.2018 для производства работ на указанном титуле без возражений, подтвердил передачу объекта от Заказчика к Подрядчику для проведения строительных работ, согласовал начало работ согласно выкопировке из генплана.

Наличие замечаний относительно состояния объекта в акте не отражено.

Из пояснений ответчика следует, что Объект «Сети водоснабжения» был первоочередным объектом строительства, на котором согласно Графику производства работ (приложение № 4 к Договору) на начальном этапе Истцу необходимо было выполнить разработку грунта (устройство траншеи под прокладку трубопровода и устройство колодцев) - 2900 м/35 800 м ; перевозку разработанного грунта в отвал - 35 800 м.

Довод истца относительно о невозможности проведения указанных работ в период отрицательных температур подлежит отклонению, поскольку противоречит пункту 6.1.5 СП 45.13330.2017 «Земляные сооружения, основания и фундаменты. Актуализированная редакция СНиП 3.02.01-87», согласно которому разработку грунтов, меняющих свои свойства под влиянием атмосферных воздействий (силы морозного пучения), следует осуществлять, оставляя защитный слой, величина которого и допустимая продолжительность контакта вскрытого основания с атмосферой установлены проектом, но не менее 0,2 м.

Таким образом, по верху котлована создается слой разрыхленного грунта толщиной более 0,2 м, который задерживает на поверхности снег, предохраняющий грунт от промерзания. Одним из эффективных способов предохранения грунтов от промерзания является их предварительное рыхление. Образующаяся при рыхлении гребенчатая поверхность задерживает снег, который, в свою очередь, также защищает грунт от промерзания. Глубина промерзания разрыхленного слоя, даже в суровую зиму, значительно меньше глубины промерзания грунта в естественном состоянии.

Таким образом, соблюдая строительные нормы и правила, обеспечивающие защитные мероприятия от промерзания грунтов, было возможно разрабатывать траншею на всю проектную длину -2900 м.

Ссылка истца на то, что для выполнения работ необходимы инертные материалы (песчано-гравийная смесь, щебень) поставки Заказчика, подлежит отклонению как несоответствующая фактическим обстоятельствам дела, поскольку к первоочередными работам на объекте «Сети водоснабжения» относились разработка грунта, его перевозка на полигон, началу которых отсутствие материалов для последующей засыпки не отрытой истцом траншеи не препятствует.

Для выполнения указанных работ необходима техника и персонал, тогда как истец не представил доказательств готовности к производству указанных видов земляных работ.

Из материалов дела не следует, что истец разработал и направил на согласование ответчику проект производства работ (далее - ППР) в отношении данного объекта, что является нарушением пункта 8.1 Договора, ППР по иным объектам, которые подлежали строительству, но в более поздние сроки, Истцом на согласование Ответчику предоставлялись, что подтверждается пояснениями истца от 25.06.2020 представленными в материалы дела.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о наличии у истца объективной возможности приступить к организации производства работ на объекте «Сети водоснабжения».

Довод истца о невозможности начать выполнение работ по Договору без разработки нового графика производства работ с измененным сроком начала работ не обоснован и подлежит отклонению по следующим основаниям.

Договор не содержал императивных условий досрочно приступить к выполнению работ на отдельных подобъектах, на которых отсутствовали препятствия к выполнению работ, не содержал условий обязательного утверждения нового графика с переносом сроков выполнения работ, к исполнению которых имелись препятствия.

Начало производства работ по Договору было возможно без увеличения сроков строительства, что подтверждается Актами приема-передачи объектов незавершенного строительства и наличием объектов, на которых возможно выполнение работ.

Ответчик направлял в адрес Истца письма с указанием фронта работ, в отношении которого отсутствовали сдерживающие факторы, требовалась поставка МТР ответственности Истца (исх. № 218/14836-э от 21.11.2018, исх. № 218/14473-э от 14.11.2018, № 218/14903-э от 22.11.2018, № 218/15544-э от 05.12.2018, № 218/16323-э от 20.12.2018).

Работы по вышеуказанным объектам должны были производиться частично с использованием материалов ответчика, однако истец не запрашивал у ответчика сведения о поставке давальческих материалов для строительства указанных объектов, доказательства обратного не представлены.

Из пояснений ответчика следует, что им было предложено истцу самостоятельно определить порядок строительства объектов, ограничиваясь конечными сроками, предусмотренными договором, истец не воспользовался данным правом, не приступил к подготовке и выполнению работ, что также говорит о невозможности исполнения договора в целом со стороны истца.

Из материалов дела следует, что объемы работ, выполнение которых возможно, доводились Заказчиком до сведения Подрядчика (исх. № 218/14836-э от 21.11.2018, исх. № 218/14473-э от 14.11.2018, № 218/14903-э от 22.11.2018, № 218/15544-э от 05.12.2018, № 218/16323-э от 20.12.2018.

Для оперативного начала СМР Заказчик предложил Подрядчику пересмотреть График производства работ (приложение №4 к Договору) и предоставить Оперативный График производства работ согласно п. 8.3 Договора (исх. №236/15100-э от 27.11.2018, №218/15544-э от 05.12.2018).

Вместе с тем истец не приступил к подготовке к ведению СМР, включенной в График производства работ.

Довод о неисполнении ответчиком обязанности по выдаче письменного разрешения и Акта проверки готовности Подрядчика к выполнению работ (п. 10.8, п. 11.6 Договора) подлежит отклонению, поскольку из условий договора следует, что данные документы не могли быть выданы подрядчику в связи с непредставлением им документов, невыполнением мероприятий, предусмотренных Договором (письмо 218/14673-Э от 19.11.2018), а именно: непредставление проекта производства работ (п. 8.1 Договора); непредставление оперативного Графика производства работ на шесть месяцев вперед (п. 8.3 Договора); отсутствие мобилизации и персонала Подрядчиком (п. 10.7 Договора); отсутствие согласования с местными органами власти и владельцами дорог схемы перевозки механизмов, материалов и оборудования с составлением Акта о состоянии дорог (п. 15.2 Договора); отсутствие договора страхования от несчастных случаев на производстве (п. 29.2.5 Договора).

Сведения о наличии недостатков объектов незавершенного строительства, содержащиеся в судебном акте по делу № А33-30406/2018 в рамках спора между АО «АНПЗ ВНК» и подрядчиком ООО «Генэнергомонтаж», не относятся к настоящему спору, так как предметом исследования в рамках данного спора не являлись характер и влияние конкретных недостатков работ по каждому объекту на последующее ведение работ по продолжению его строительства. Установленные в рамках данного дела обстоятельства не имеют правового (преюдициального) значения для настоящего спора. Доказательства обратного истцом не представлены (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод истца на непредставление ответчиком документов, предусмотренных СНиП 3.03.01-87 «Несущие и ограждающие конструкции» как на непреодолимое препятствие в организации мобилизации персонала и техники, возведению «Временных зданий и сооружений» подлежит отклонению, поскольку предоставление документов указанных в СНиП 3.03.01-87, является обязанностью подрядчика на этапе приемочного контроля законченного строительством объекта, кроме того, выполнение обязанности истцом, по мобилизации персонала и техники, возведение временных зданий и сооружений, не поставлено в зависимость от предоставления каких-либо документов заказчиком, связанных с незавершенным строительством.

Статьей 719 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено право подрядчика не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец не воспользовался указанными правами и не приостановил выполнение работ, а также не обратился в суд с требованием о расторжении договора по указанным основаниям.

Истец не представил безусловных доказательств невозможности приступить к выполнению работ по устройству временных зданий и сооружений.

Истец не воспользовался своим правом, не приостановил выполнение работ (поскольку не начал их выполнять), что является необходимым условием для предъявления требования о возмещении убытков и не потребовал в судебном порядке о расторжении договора (статьи 716, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, истец осуществлял предпринимательскую деятельность в своих интересах, и на свой риск.

Таким образом, учитывая отсутствия надлежащих доказательств совокупности условий, необходимых для удовлетворения исковых требований о взыскании убытков и упущенной выгоды, учитывая, что, как указывалось выше, стороны своими действиями подтвердили согласования условий договора, суд делает вывод о том, что заявленные ко взысканию убытки, связанные с выполнением Подрядчиком собственной обязанности по исполнению договора подряда, выполнению работ, не подлежат удовлетворению. Истец обязан был рассчитывать свои риски и имел право приостановить выполняемые им работы, в случае начала их выполнения, чего сделано не было.

Доводы истца о недопустимости применения пункта 27.8 договора как несправедливого условия со ссылкой на пункт 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», являются несостоятельными.

Пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» установлено, что при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела.

Договор заключен по результатам проведенных Заказчиком конкурсных процедур, Истец, соглашаясь на участие в тендере, должен был ознакомиться и изучать условия договора, входящего в конкурсную документацию (блок 6 «Проект договора»).

Располагая возможностью ознакомления с условиями Договора еще до подачи заявки на участие в тендере, Подрядчик не мог не осознавать последствия его заключения и должен был оценить для себя его положения.

Подрядчик мог отказаться от участия в конкурсе на заключение договора с Заказчиком на заведомо неприемлемых для себя условиях, однако, оценив риски и экономическую целесообразность сделки, принял участие в тендере и в последующем подписал Договор без замечаний.

Истец является профессиональным участником рынка в сфере строительного подряда, а поэтому не может считаться слабой стороной в договоре, регулирующем подрядные правоотношения.

Положение п. 27.8 Договора, предусматривающее, что при расторжении договора по любому основанию Заказчик уплачивает Подрядчику только стоимость фактически выполненных работ, при этом убытки возмещению не подлежат, защищает ответчика от необоснованного предъявления дополнительных, не предусмотренных Договором и проектно-сметной документацией издержек. Предполагается, что расходы которые понесет подрядчик в ходе проведения работ должны входить в стоимость произведенных работ и оплачиваться заказчиком в соответствии с приемо-сдаточной документацией (как предусмотрено п. 6.1.4 Договора) и иных затрат (убытков) у подрядчика не должно быть.

Истец при толковании п. 24.14 Договора не придерживается буквального толкования Договора (ст. 431 ГК РФ), а также смысла Договора в целом.

Пункт 24.14 договора предусматривает положения об ответственности обоих сторон за нарушения своих обязательств в ходе исполнения договора, предписывает устранить эти нарушения и возместить убытки, причиненные нарушением, а п. 27.8 Договора регулирует взаимоотношения сторон при расторжении Договора.

Таким образом, положения п. 24.14 и п. 27.8 договора не взаимосвязаны и не нарушают права и интересы истца.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска в полном объеме.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы истца по уплате государственной пошлины за рассмотрение искового заявления в арбитражном суде относятся на истца.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

С.А. Красовская