Постановление от 6 июля 2022 г. по делу № А03-19258/2017

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


город Томск Дело № А03-19258/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 июля 2022 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Апциаури Л.Н.,

судей Усаниной Н.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Калининой О.Д. с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (№ 07АП-7643/19 (12)) на определение Арбитражного суда Алтайского края от 13.05.2022 по делу № А03-19258/2017 (ФИО3) несостоятельности (банкротстве) - общества с ограниченной ответственностью «СоюзАлтай-I» (659316, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СоюзАлтай-I»

В судебном заседании приняли участие: в режиме веб-конференции:

от ФИО4 - ФИО5, доверенность от 26.02.2021;

от иных лиц – без участия.



УСТАНОВИЛ:

23.12.2020 в Арбитражный суд Алтайского края поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СоюзАлтай-I» (далее – ООО «СоюзАлтай», должник) о привлечении ФИО4 (далее – ФИО4) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СоюзАлтай-I».

Заявление со ссылкой на статью 61.11 Федерального закона от 26.02.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) мотивировано причинением вреда кредиторам в результате совершения вышеуказанным лицом действий, направленных на вывод имущества должника.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 28.01.2021 заявление конкурсного управляющего принято к рассмотрению, предварительное судебное заседание назначено на 01.03.2021. Определением Арбитражного суда Алтайского края от 01.03.2021 дело назначено к судебному разбирательству на 09.04.2021.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 13.05.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СоюзАлтай-I» о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СоюзАлтай-I» отказано.

Не согласившись с данным определением ФИО2 (далее – ФИО2, апеллянт) обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Алтайского края от 13.05.2022 по делу № А03-19258/2017 и принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.

В качестве доводов апеллянт указывает, что должник и компания входят в корпоративную группу, которая занимается производством переработкой и реализацией продукции (рыбы). ФИО4 в период с 11.01.2008 года по настоящее время занимает должность генерального директора ОАО «Бийский рыбозавод», где в период с 19.01.2015 года по 07.12.2015 был исполнительным директором ФИО6. 27.11.2015 года ФИО6 был назначен на должность директора ООО «Союзалтай-1», а также вместе с ним с ОАО «Бийский рыбозавод» был переведен весь штат работников в ООО «Союзалтай-1» - были уволены из ОАО «Бийский рыбозавод» 24 декабря 2015 - приняты в ООО «Союзалтай-1» 25 декабря 2015. При этом указанные обстоятельства произошли именно тогда, когда возникла необходимость вывода из кризисного состояния ОАО «Бийский рыбозавод». До конца 2015 года продукция группы производилась ОАО «Бийский рыбозавод» получая готовую продукцию, компания осуществляла его дальнейшую реализацию конечным потребителям, в том числе на экспорт. В дальнейшем финансовые показатели ОАО «Бийский рыбозавод» падают. Нахождение выручки должника на грани себестоимости, по мнению конкурсного кредитора, связано с установлением необоснованно низкой цены по договору. При этом в результате поддержания схемы по производству якобы должником на производственных мощностях у компании отсутствовали затраты, в то время как в процессе производства все расходы нес должник. К числу таких расходов относятся: оплата труда основных рабочих, страховые взносы во внебюджетные фонды, общепроизводственные, общехозяйственные и прочие расходы, услуги по кооперации, расходы на сбыт, резервы на гарантийный ремонт, налоги на добавленную стоимость и прибыль. По мнению апеллянта в корпоративной группе была реализована бизнес-модель, предполагающая получение должником выручки от осуществляемой им деятельности значительно ниже того, на что он вправе был бы рассчитывать в рамках рыночных отношений.

От апеллянта в материалы дела поступили доказательства направления апелляционной жалобы в адрес лиц, участвующих в обособленном споре.

В порядке статьи 262 АПК РФ, от ФИО4 в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу. По тексту отзыва опровергаются доводы, изложенные в апелляционной жалобе. ФИО4 просит, определение Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-19258/2017 от 13.05.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного кредитора без удовлетворения.

В судебном заседании, в режиме веб-конференции принимал участие представитель ФИО4, который настаивал на доводах изложенных в отзыве на апелляционную жалобу. Просил оставить обжалуемый судебный акт без изменений, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Алтайского края от 21.11.2017 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Гермес Трейд» возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Союзалтай-I».

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 22.12.2017 (резолютивная часть объявлена 21.12.2017) общество с ограниченной ответственностью «Союзалтай-I» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства, как ликвидируемый должник, и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО7. Определением от 31.01.2022 суд утвердил конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «СоюзАлтай-I» ФИО8.

Судом первой инстанции установлено, что с 04.03.2021 должник состоит на налоговом учете в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 16 по Алтайскому краю. Основным видом деятельности должника является торговля розничная преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки, и табачными изделиями в неспециализированных магазинах (код по ОКВЭД 47.11).

До даты признания должника банкротом его единственным участником и руководителем был ФИО6.

Полагая, что имеются основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий обратился в суд с соответствующем заявлением.

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции, не находит оснований для удовлетворения заявления о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности должника, как следствие для удовлетворения апелляционной жалобы.

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 настоящей статьи.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением.

Как отмечено высшей судебной инстанцией (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, от 25.09.2020 N 310-ЭС20-6760, предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53).

Как следует из разъяснений, приведенных в пунктах 4, 16 постановления N 53, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Апелляционный суд исследуя материалы дела не установил доказательств того, что ФИО4 имел юридическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Также, ни при рассмотрении заявления в суде первой инстанции ни при последующем его обжаловании лицами, заинтересованными в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО4 оказывал влияние на деятельность должника, участвовал в выводе активов должника или являлся выгодоприобретателем.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление Пленума N 53) презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Указанная презумпция совершения невыгодной сделки может применяться только тогда, когда инициированная контролирующим лицом невыгодная сделка являлась существенно невыгодной, в том числе применительно к масштабам деятельности должника. В частности, судам надлежит дать правовую оценку существенности произведенным ответчиком манипуляциям с конкурсной массой, а именно, сопоставить размер неудовлетворенных требований кредиторов с размером потерь от невыгодных сделок (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079).

Суд первой инстанции указал, что объективное банкротство должника возникло в результате вывода активов на аффилированные с должником фирмы, и произошло это после расторжения договора аренды с ОАО «Бийский рыбозавод», т.е. в момент, когда у ФИО4 не было даже теоретической возможности каким-либо образом влиять на деятельность должника. Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

В материалы дела, на этапе рассмотрения апелляционной жалобы, не представлено доказательств того, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия вышеуказанного лица.

Доводы заявителя апелляционной жалобы основаны на предположениях, не имеют доказательной основы, опираясь на которую можно без сомнений говорить о необходимости привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В опровержение данных доводов, в материалы дела были представлены документы, свидетельствующие о продаже ФИО4 своего личного имущества и гашении кредитных обязательств ОАО «Бийский рыбозавод», своими личными средствами.

Более того, в материалы дела так и не было представлено доказательств того, что ФИО4 получил какую-либо выгоду. Все денежные средства, полученные от ООО «Союзалтай 1» в качестве оплаты за аренду, были получены обосновано. ОАО «Бийский рыбозавод» доказало, что размер арендной платы и коммунальных платежей был установлен правомерно.

Апеллянт указал, что ФИО4 в период с 11.01.2008 года по настоящее время занимает должность генерального директора ОАО «Бийский рыбозавод», где в период с 19.01.2015 года по 07.12.2015 был исполнительным директором ФИО6. 27.11.2015 года ФИО6 был назначен на должность директора ООО «Союзалтай-1», а также вместе с ним с ОАО «Бийский рыбозавод» был переведен весь штат работников в ООО «Союзалтай-1» - были уволены из ОАО «Бийский рыбозавод» 24 декабря 2015 - приняты в ООО «Союзалтай-1» 25 декабря 2015.

Данный довод рассматривался судом первой инстанции и был обоснованно отклонен.

Так, суд первой инстанции указал, что данные обстоятельства сами по себе не подтверждают факт аффилированности ФИО4 и ООО «Союзалтай-1». Доказательств того, что ФИО4 имел возможность оказывать влияние на ФИО6, не представлено.

Апелляционная коллегия учитывает, что в связи с прекращением деятельности по производству продукции ОАО «Бийский рыбозавод», вполне логично, что часть сотрудников перешла на работу к ФИО6 Причем, основную массу сотрудников, составили работники цеха, которые впоследствии, после прекращения деятельности должника – ООО «Союзалтай 1», перешли в штат аффилированных фирм, где учредителем являлся ФИО6, что еще раз подтверждает факт того, что банкротство не было реальным, так как ФИО6 продолжал свою деятельность, и более того, не прекратил сотрудничество с основным кредитором – ООО «Гермес Трейд».

То обстоятельство, что ООО «Союзалтай-1» продолжило выпускать продукцию ОАО «Бийский рыбозавод» под брендом ОАО «Бийский рыбозавод», а также используя сертификаты и технические условия ОАО «Бийский рыбозавод», используя помещения и оборудование ОАО «Бийский рыбозавод» также было исследовано судом первой инстанции.

Суд первой инстанции, отклоняя данный довод указал, что в материалы дела не представлены доказательства того, что ООО «Союзалтай-1» продолжило выпускать продукцию ОАО «Бийский рыбозавод» под брендом ОАО «Бийский рыбозавод», а также использовало сертификаты и технические условия ОАО «Бийский рыбозавод».

Приложенные к заявлению копии ветеринарного свидетельства, ветеринарной справки и сертификатов соответствия не подтверждают указанное обстоятельство.

Использование помещения и оборудования ОАО «Бийский рыбозавод» должником происходило на основании договора аренды.

Так, из материалов дела следует, что согласно постановлению Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2022 по делу № А03-12806/2018 между ОАО «Бийский рыбозавод» (арендодатель) и ООО «СоюзАлтай1» (арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения от 15.12.2015 № ДАН017/20151215, по условиям которого арендодатель обязался предоставить арендатору во временное владение и пользование за плату часть нежилого помещения, а именно помещения согласно приложению № 1 к договору общей площадью 536,45 кв. м, расположенные в здании холодильник, коптильный цех, цех горячего копчения (площадь объекта: 1733,1 кв. м, кадастровый номер 22:65:011702:2090, адрес объекта: <...>); склад панельный (площадь объекта 154,1 кв. м, кадастровый номер 22:65:011702:87, адрес объекта: <...>); здание гараж (площадь объекта: 384,7 кв. м, кадастровый номер 22:65:011702:2079, адрес объекта: <...>. Границы передаваемых помещений, расположенных в вышеуказанных недвижимости, определены сторонами приложением № 2 к договору. Пунктом 1.2 договора установлено, арендуемое помещение предоставляется арендатору для переработки и реализации рыбо- и морепродуктов, а также сопутствующих товаров. Срок аренды 11 месяцев с 15.12.2015 по 14.11.2016 (пункт 4.1 договора). Согласно пункту 5.1 договора арендная плата за арендуемые помещения составляет 295 790 руб. в месяц с учетом НДС и оплачивается в следующем порядке: предоплата в сумме 295 790 руб. с учетом НДС уплачивается арендатором не позднее 15 числа каждого месяца, предшествующего оплачиваемому месяцу в соответствии с выставленными счетами арендодателя. Пунктом 5.4 договора предусмотрено, что стоимость затраченной арендатором электроэнергии возмещается арендодателю на основании данных показания опломбированного сторонами прибора учета, установленного на границе арендуемых площадей, согласно акту № 3. Цена затраченной электроэнергии определяется на основании счета ресурсоснабжающей организации, выставленного арендодателю за отчетный период.

На аналогичных, приведенным выше условиям, те же помещения и в тех же целях их использования переданы ОАО «Бийский рыбозавод» (арендодатель) ООО «СоюзАлтай-1» (арендатор) в аренду на основании договора аренды нежилого помещения от 01.03.2017 № ДАН017/20170301, заключенного на срок с 01.03.2017 по 31.12.2017.

Судом первой инстанции установлено, что в период между подписаниями указанных договоров пользование имуществом не прерывалось.

При этом в деле № А03-12806/2018 доказательств того, что ответчик является контролирующим должника лицом не представлено, доводов, позволяющих суду прийти к такому выводу, не приведено.

Судом первой инстанции верно отмечено, что ведение предприятиями деятельности в одной хозяйственной сфере и наличие у них соответствующих хозяйственных связей, не свидетельствует о подконтрольности одного общества другому. Наличие общих экономических интересов в единой сфере экономике также о наличии таких обстоятельств не свидетельствует.

Из представленных в материалы дела документов следует, что договор аренды являлся экономически целесообразным как для должника-истца, так и для ответчика-арендодателя, извлекавших прибыль в результате совместного сотрудничества, и иного суду не доказано.

Из представленных документов не следует, что воля сторон была направлена на создание фиктивной кредиторской задолженности (последняя включена в реестр в деле о банкротстве в весьма незначительном размере), ни о выводе денежных средств с учетом установленной условиями договора аренды обязанности арендатора по содержанию переданного ему имущества, что, по убеждению суда, с учетом цели передачи такого имущества, является экономически оправданным.

Довод кредитора о том, что согласно заключению эксперта № 02-20-04-01 по данному делу руководитель и сотрудники ответчика имели обширный доступ к наличным денежным средствами истца, которые регулярно изымались из кассы опровергается именно указанным заключением на четвертой странице которого эксперт приходит к выводу о том, что денежные средства сотрудникам ответчика не выдавались. Имеются расходные кассовые ордера, оформленные на выдачу в подотчет ФИО6 для расчетов с ОАО «Бийский рыбозавод». Из этого же заключения следует, что денежные средства представителям ответчика выдавались по расходным кассовым ордерам, что не идентично свободному доступу к кассе истца.

Конкурсный управляющий в своем заявлении указал, что в материалах дела имеются расходные кассовые ордера, согласно которым в период со 02.02.2016 по 15.02.2017 ФИО4 регулярно получал наличные денежные средства из кассы ООО «Союзалтай-1».

Однако, как было установлено судом первой инстанции, согласно представленным заявителем расходным кассовым ордерам денежные средства выдавались ФИО6 из кассы ООО «Союзалтай-1» для расчетов с ОАО «Бийский рыбозавод», а также денежные средства выдавались ФИО4 в качестве арендной платы в рамках заключенного между ООО «Союзалтай-1» и ОАО «Бийский рыбозавод» договора аренды.

Доказательств необоснованного получения ФИО4 денежных средств из кассы ООО «Союзалтай-1» не представлено.

Доводы управляющего о том, что ФИО4 давал распоряжения директору ООО «Союзалтай-1» ФИО6 совершать платежи за ОАО «Бийский рыбзавод» с расчетного счета ООО «Союзалтай-1» в адрес указанных им третьих лиц, были вполне обоснованно отклонены судом первой инстанции.

Представленные в подтверждение указанного обстоятельства письма ОАО «Бийский рыбозавод», подписанные ФИО4 и адресованные директору ООО «Союзалтай-1» ФИО6, содержат лишь просьбу произвести оплату за содержание переданного в аренду должнику имущества на счета ресурсоснабжающих организаций, что направлено на исполнение условий заключенного между указанными лицами договора аренды и не выходит за рамки обычного хозяйственного оборота.

ФИО4 в свою очередь представил в материалы дела доказательства реализации принадлежащего ему на праве собственности имущества с целью погашения обязательств ОАО «Бийский рыбозавод» по кредитным договорам.

Доводы апеллянта о подтверждении осуществления контролирующей функции представленными в материалы дела соглашениями и протоколами отклоняется судом апелляционной инстанции. В материалы дела представлены протокол (соглашение) о намерениях от 16.01.2017, соглашение между ТД «Аникс» и «Бийским рыбозаводом» (меморандум о взаимопонимании), соглашение о распределении ролей, дополнение к соглашению между ТД «Аникс» и «Бийским рыбозаводом» от 02.12.2015, протоколы встречи руководителей Бийский рыбозавод от 28.10.2016, от 18.10.2016, соглашение о распределении ролей. Суд апелляционной инстанции считает данные доказательства недопустимыми в связи с тем, что данные документы не подписаны ни одной из сторон, доказательств направления их в адрес ФИО4 не представлено, не представляется возможным установить от кого исходят данные документы и кому они были адресованы, нет доказательств того, что условия данных соглашений исполнялись.

Как верно указано апеллянтом, согласно позиции, изложенной в определении № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Суд первой инстанции исследовал этот вопрос и указал, что объективное банкротство должника возникло в результате вывода активов на аффилированные с должником фирмы, и произошло это после расторжения договора аренды с ОАО «Бийский рыбозавод», т.е. в момент, когда у ФИО4 не было даже теоретической возможности каким-либо образом влиять на деятельность должника.

Представленная управляющим, при рассмотрении заявления в суде первой инстанции, переписка по электронной почте не подтверждает изложенные им доводы.

Ссылки апеллянта на судебную практику по иным делам не свидетельствуют о нарушении судом единообразия в толковании и применении норм материального права, поскольку при рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции учел фактические обстоятельства, установленные по данному конкретному делу.

В настоящем случае, суд апелляционной инстанции установил, что ни конкурсным управляющим, при обращении в суд первой инстанции с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, ни апеллянтом при апелляционном обжаловании судебного акта, с учетом доказательств представленных в материалы дела, не доказано, как ФИО4 осуществлял контроль, давал обязательные для должника указания, как участвовал в выводе активов, был выгодоприобретателем, каким образом осуществлял управление должником.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, основаны на предположении, представляют собой изложение правовых позиций и практики безотносительно к имеющимся в деле доказательствам, которыми бы подтверждались изложенные позиции. Вопреки статье 65 АПК РФ, в материалы дела не представлены доказательства обосновывающие доводы апелляционной жалобы. Доводы апеллянта выражают несогласие с позицией суда первой инстанции, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 13.05.2022 по делу № А03-19258/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий Л.Н. Апциаури


Судьи Н.А. Усанина


ФИО1