Решение от 7 мая 2021 г. по делу № А40-42663/2021

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-42663/21-149-296
г. Москва
07 мая 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 05 мая 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 07 мая 2021 года

Арбитражный суд в составе судьи Кузина М.М.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ООО «Безопасность в промышленности» (117218, Москва, ул.Кржижановского, д.29, корпус 5, этаж 3, помещение II, комната №2, ОГРН <***>)

к Енисейскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору

об оспаривании постановления по делу об административном правонарушении от 18.02.2021 №07/01Юл

с участием:

от заявителя: ФИО2 (дов. от 01.04.2021 №23), ФИО3 (дов. от 03.02.2021 №15), ФИО4 (дов. от 20.02.2020 №20)

от ответчика: не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

ООО «Безопасность в промышленности» (далее – общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Енисейского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 18.02.2021 №07/01Юл о привлечении к административной ответственности по ч.3 ст.9.1 КоАП РФ.

Заявитель поддержал требования в полном объеме по доводам, изложенным в заявлении.

Ответчик в судебное заседание не явился, в материалах дела имеются документы, подтверждающие его надлежащее извещение о времени и месте судебного разбирательства. От ответчика поступил отзыв и копии материалов дела об административном правонарушении, также ходатайство о проведении судебного заседания без его участия. Суд счел возможным рассмотреть дело без участия ответчика в порядке, предусмотренном ст.ст.123, 156 АПК РФ.

Изучив материалы дела, выслушав доводы заявителя, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, суд установил, что требования заявителя подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 30.3 КоАП РФ, ч. 2 ст. 208 АПК РФ заявление об оспаривании постановления по делу об административном правонарушении может быть подано в арбитражный суд в течение десяти дней со дня получения копии оспариваемого постановления.

Судом установлено, что указанный срок заявителем не пропущен.

Согласно ч. 7 ст. 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет решение в полном объеме.

В соответствии с ч.6 ст. 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значения для дела.

Как следует из материалов дела, заместителем руководителя Енисейского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору на основании протокола об административном правонарушении от 18.01.2021г. №07/01Юл вынесено постановление о назначении административного наказания от 18.02.2021г. №07/01Юл, в соответствии с которым Общество с ограниченной ответственностью «Безопасность в промышленности» признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.3 ст.9.1 КоАП РФ, Обществу назначено наказание в виде административного штрафа в размере 1 000 000 рублей.

Из материалов дела следует, что 03.06.2020г. в Управление поступило оперативное сообщение АО «НТЭК» о произошедшей 29.05.2020г. в 08 час. 55 мин. на территории промышленной площадки «Надежда» единого муниципального образования «город Норильск» в 15 км. от г. Норильска, в 300 метрах от промышленной площадки Надеждинского металлургического завода и 10 км. от района Кайеркан г. Норильска Красноярского края аварии на опасном производственном объекте «Топливное хозяйство ТЭЦ-3» (рег.№А70-00165-0018 от 02.11.2005г., II класс опасности) АО «НТЭК».

В связи с поступлением указанного сообщения и на основании изданного в соответствии с «Порядком проведения технического расследования причин аварий, инцидентов и случаев утраты взрывчатых материалов промышленного назначения на объектах, поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору» (утв. приказом Ростехнадзора от 19.08.2011г. №480; далее – Приказ) приказа Управления от 03.06.2020г. №ПР-361-459 сформирована комиссия для проведения технического расследования причин указанной аварии.

По результатам проведенного расследования Управлением утвержден Акт технического расследования причин аварии на опасном производственном объекте «Топливное хозяйство ТЭЦ-3» (рег.№А70-00165-0018 от 02.11.2005, II класс опасности) АО «Норильско-Таймырская энергетическая компания», произошедшей 29.05.2020г. в 08 час. 55 мин., б/н от 13.11.2020г. (далее – Акт расследования).

Как следует из Постановления о назначении административного наказания от 18.02.2021г. №07/01Юл (далее – Постановление) на основании Акта технического расследования и Протокола об административном правонарушении от 18.01.2021г. №07/01Юл Управлением установлено, что в период сентября-декабря 2018 года при проведении экспертизы промышленной безопасности резервуара РВС-30000 (техн. №5, инв. №820035) ХАДТ ТЭЦ-3 АО «НТЭК» Обществом с ограниченной ответственностью «Безопасность в промышленности» при отсутствии смягчающих и отягчающих обстоятельств виновно совершены следующие грубые нарушения установленных правовыми актами Российской Федерации требований в области промышленной безопасности, являющиеся административным правонарушением, ответственность за которое предусмотрена ч.3 ст.9.1 КоАП РФ.

Обществ вменено, что не проанализирована проектная и исполнительная документация на строительство основания (свайного фундамента) резервуара, документы, удостоверяющие качество конструкций и материалов, не проведена оценка фактического состояния основания (в том числе свайного фундамента) резервуара с определением соответствия строительных конструкций проектной документации и требованиям нормативных документов сооружений, при этом сделан необоснованный вывод о возможности применения резервуара со сроком дальнейшем безопасной эксплуатации до 30.09.2022г.

В связи с этим Управлением установлено нарушение Обществом п.13, п/п. «а», «б», «г» п.21.3, п.21.4 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила проведения экспертизы промышленной безопасности» (утверждены приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 14 ноября 2013 года №538, зарегистрированы в Минюсте России 26.12.2013г. №30855; далее – Правила), а также п.3.6.4 Положения о системе технического диагностирования сварных вертикальных цилиндрических резервуаров для нефти и нефтепродуктов. РД 08-95-95 (утверждено постановлением Госгортехнадзора России от 25 июля 1995г. №38; далее – Положение).

Пунктом 13 Правил предусмотрено, что экспертиза промышленной безопасности проводится с целью определения соответствия объекта экспертизы предъявляемым к нему требованиям промышленной безопасности и основывается на принципах независимости, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники.

В соответствии с п.21.3 Правил при проведении экспертизы зданий и сооружений анализируется следующая имеющаяся документация: (а) проектная и исполнительная документация на строительство, реконструкцию здания (сооружения), разрешение на ввод в эксплуатацию здания (сооружения); (б) документы, удостоверяющие качество строительных конструкций и материалов; (в) акты расследований аварий; (г) заключения экспертизы ранее проводимых экспертиз здания (сооружения); (д) эксплуатационная документация, документация о текущих и капитальных ремонтах, реконструкциях строительных конструкций здания (сооружения).

Согласно п.21.4 Правил обследование зданий и сооружений включает: (а) определение соответствия строительных конструкций зданий и сооружений проектной документации и требованиям нормативных документов, выявление дефектов и повреждений элементов и узлов конструкций зданий и сооружений с составлением ведомостей дефектов и повреждений; (б) определение пространственного положения строительных конструкций зданий и сооружений, их фактических сечений и состояния соединений; (в) определение степени влияния гидрологических, аэрологических и атмосферных воздействий (при наличии); (г) определение фактической прочности материалов и строительных конструкций зданий и сооружений в сравнении с проектными параметрами; (д) оценку соответствия площади и весовых характеристик легкосбрасываемых конструкций зданий и сооружений требуемой величине, обеспечивающей взрывоустойчивость объекта (при наличии); (е) изучение химической агрессивности производственной среды в отношении материалов строительных конструкций зданий и сооружений; (ж) определение степени коррозии арматуры и металлических элементов строительных конструкций (при наличии); (з) поверочный расчет строительных конструкций зданий и сооружений с учетом выявленных при обследовании отклонений, дефектов и повреждений, фактических (или прогнозируемых) нагрузок и свойств материалов этих конструкций; (и) оценку остаточной несущей способности и пригодности зданий и сооружений к дальнейшей эксплуатации.

В соответствии с п.3.6.4 Положения на этапе натурного обследования резервуара должны быть выполнены визуальный осмотр всех конструкций с внутренней и наружной сторон, в том числе визуальный осмотр понтона (плавающей крыши); измерение толщины поясов стенки, кровли, днища, понтона (плавающей крыши); измерение геометрической формы стенки и нивелирование днища; измерение расстояний между понтоном (плавающей крышей) и стенкой резервуара; проверка состояния понтона (плавающей крыши); проверка состояния основания и отмостки.

Как следует из объяснений Общества и подтверждается заключением экспертизы промышленной безопасности (заключение №1495/2018-ЭПБ, рег. № 70-ТУ-04810-2019), включая приложения к нему, при проведении экспертизы промышленной безопасности вертикального сварного цилиндрического РВС-30000 Обществом исследована вся представленная ему имеющаяся документация на объект экспертизы, исследовано выданное ООО «СибЭРА» заключение о ранее проведенной экспертизе промышленной безопасности объекта, осуществлен визуальный осмотр всех конструкций резервуара, определено пространственное положение строительных конструкций, их фактических сечений и состояния их соединений, определена фактическая прочность материалов и строительных конструкций, выполнены необходимые измерения, проведена проверка состояния отмостки и основания резервуара в составе и объеме, которые соответствуют установленным требованиям, в том числе предусмотренным п. 3.5.4, 3.6.4, 5, п.7 раздела 3 Положения.

При этом в заключение экспертизы включены фактические достоверные данные о результатах проведенных исследованиях и измерений, о выявленных дефектах, что не оспаривается Управлением и свидетельствует о соответствии проведенной экспертизы требованиям достоверности, всесторонности независимости, объективности и полноты.

Однако, в Постановлении Управлением не указана имеющаяся проектная и исполнительная документация, которая не была проанализирована при проведении экспертизы, не указаны конкретные действия и мероприятия, которые предусмотрены нормативным правовыми актами и нормативным документами, но не были выполнены Обществом при проведении экспертизы, в том числе при оценке состояния отмостки и основания объекта.

Кроме того, суд учитывает, что, как указано в Акте расследования, проектная документация на резервуар в объеме, позволяющем провести полноценный анализ соответствия фактического исполнения, отсутствует.

Также обществу вменено, что принято решение об увеличении максимального уровня налива хранимого продукта (дизельного топлива) до 16,7м. при установленном техническим паспортом резервуара уровне, равном 12,3м., несмотря на фиксацию отклонений в худущую сторону наружного контура днища от горизонтали по сравнению с 2016 годом, а также несмотря на увеличение разницы между смежными точками.

Таким образом, как следует из Постановления, Обществом нарушены требования, предусмотренные п.21.3 Правил и п.4.7.2 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств» (утверждены приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11.03.2013г. №96; далее – Правила взрывобезопасности).

Согласно содержащимся в Постановлении пояснениям административного органа к пункту 2 Постановления, при проведении экспертизы зданий и сооружений анализируется эксплуатационная документация, документация о текущих и капитальных ремонтах, реконструкциях строительных конструкций здания (сооружения). Помимо этого, с учетом физическо-химических свойств горючих веществ должны осуществляться и регламентироваться порядок выполнения технологических операций по хранению и перемещению горючих жидких веществ, заполнения и опорожнения передвижных и стационарных резервуаров-хранилищ, выбор параметров процесса, определяющих взрывобезопасность этих операций (давление, скорости перемещения, предельно допустимые максимальные и минимальные уровни, способы снятия вакуума). Учитывая указанное, Управлением установлено, что сделанный при проведении экспертизы промышленной безопасности резервуара экспертный вывод Общества о возможности дальнейшей безопасной эксплуатации резервуара является необоснованным, поскольку сделан Обществом без учета установленных отклонений наружного контура днища от горизонтали в худшую сторону, а также без учета увеличения весовых нагрузок на свайный фундамент, оценка фактического состояния которого не проведена.

Вместе с тем, при проведении экспертизы промышленной безопасности резервуара Обществом была изучена вся представленная ему имеющаяся документация на объект экспертизы, в том числе имеющаяся эксплуатационная документация, что свидетельствует об исполнении Обществом требований, предусмотренных п.21.3 Правил, и подтверждается заключением экспертизы.

Пунктом 4.2.7 Правил взрывобезопасности устанавливается обязательные требования к процессу совершения технологических операций с горючими жидкими веществами, но не содержит требований, предъявляемых к проведению экспертизы промышленной безопасности. При этом Правилами взрывобезопасности предусмотрено, что они устанавливают обязательные для в отношении организаций, эксплуатирующих опасные производственные объекты. Помимо этого, пункты 21.3, 21.4 Правил, регламентирующие проведение экспертизы промышленной безопасности, не содержат требований о проведении экспертной оценки порядка выполнения технологических операций, включая выбор параметров процесса.

Содержащийся в Постановлении вывод Управления о том, что экспертное заключение Общества о возможности дальнейшей безопасной эксплуатации резервуара, в том числе о возможности изменения максимального уровня хранимого продукта, сделано без учета отклонений контура днища резервуара и увеличения весовых нагрузок на фундамент, не подтверждается какими-либо доказательствами и опровергается представленными в дело доказательствами.

При этом Управлением не опровергнуты и оставлены без внимания следующие документально подтвержденные фактические обстоятельства.

Из представленных в дело материалов следует, что максимальный налив хранимого продукта был ограничен по сравнению с предусмотренным проектом резервуара (16,7м) до уровня 12,3м. по причине выявленного дефекта формы стенки резервуара, отраженного в заключении экспертизы промышленной безопасности резервуара, подготовленном ООО НПО «СибЭРА» от 08.10.2012г. №ОСЭ.23.8.05.196.2012 рег.№01-ТУ-08929-2012. При этом в технический паспорт объекта эксплуатантом резервуара были внесены изменения об уменьшении ранее установленного проектного уровня максимального налива до отметки 12,3м.

Однако в дальнейшем в целях восстановления соответствия резервуара требованиям технологической документации по промышленной безопасности, включая его эксплуатацию с предусмотренным проектом резервуара максимальным уровнем налива хранимого топлива на уровне 16,7м., собственником резервуара были проведены ремонтные работы по усилению стенки резервуара РВС-30000 на основании разработанной в 2018 году ООО «Интерюнис» рабочей документации «Устройство усиления вертикальной стенки резервуара хранения дизельного топлива РВС-30000 ст.№5».

Как следует из представленного в материалы дела Акта №896/2019-ТО-02 от 19.07.2019 проведения нивелирования выявленное при гидравлических испытаниях резервуара 13.10.2018г. незначительное отклонение разности отметок между смежными точками по периметру резервуара между образующими 12 и 13 (102 мм > 100 мм) не нашло подтверждение при первом наливе продуктом 10.07.2019г., при котором отклонение разности отметок между смежными точками по периметру резервуара между образующими 12 и 13 составило 13 мм (13 мм < 100 мм). При этом предусмотренный экспертным заключением Общества возможный уровень максимального налива хранимого топлива соответствовал уровню, предусмотренному проектом (16,7м.). Использование резервуара с хранением топлива на указанном уровне, предусмотренном проектом, осуществлялось в течение длительного времени с момента сооружения резервуара до ограничения указанного уровня в 2012 году, что свидетельствует об отсутствии при наполнении резервуара топливом до отметки 16,7м. нагрузок на стенки, основание и фундамент резервуара, не соответствующих проектным.

Однако, как следует из Протокола и иных материалов дела, Управлением не обоснован и ничем не подтвержден вывод о том, что восстановление максимального уровня налива хранимого топлива до предусмотренного проектом резервуара (16,7м.) не соответствует проекту и техническому состоянию резервуара, а также приведет к увеличению нагрузок на его фундамент, превышающему предусмотренные технической документацией, в том числе проектом, резервуара.

Также оспариваемым постановлением обществу вменено то, что отсутствует подтверждение проведения анализа результатов контроля конструкций и сварных соединений при изготовлении, монтаже и ремонте резервуара, подтверждение проведения анализа сведений о технологии сварки и примененных сварочных материалах, а также не проведен обязательный визуальный осмотр сварных соединений днища резервуара, что является нарушением требований, установленных п.21, п/п. «а» п.21.3, п/п. «а» п.21.4 Правил, п. 5.2.1, 9.2, 9.2.6, 9.2.7 Положения.

Как следует из пояснений Управления к п.3, 4 Постановления, при отсутствии в заключении экспертизы промышленной безопасности №1495/2018-ЭПБ подтверждений проведенного анализа результатов контроля конструкций и сварных соединений при изготовлении, монтаже и ремонте резервуара, а также проведенного анализа сведений о технологии сварки и использованных материалах, экспертное заключение №1495/2018-ЭПБ не содержит сведений об отсутствии или непредставлении соответствующей документации.

В соответствии с п.21, п/п. «а» п.21.3 Правил при проведении экспертизы промышленной безопасности, в частности, устанавливается полнота и достоверность относящихся к объекту экспертизы документов, предоставленных заказчиком, анализируется имеющаяся проектная и исполнительная документация на строительство, реконструкцию здания (сооружения), разрешение на ввод в эксплуатацию здания (сооружения).

Согласно п/п. «а» п.21.4 Правил обследование зданий и сооружений включает в себя определение соответствия строительных конструкций зданий и сооружений проектной документации и требованиям нормативных документов, выявление дефектов и повреждений элементов и узлов конструкций зданий и сооружений с составлением ведомостей дефектов и повреждений.

В соответствии с п.5.2.1 Положения при визуальном осмотре конструкций обязательной проверке подлежат состояние основного металла стенки, днища, настила и несущих элементов кровли; местные деформации, вмятины и выпучины; размещение патрубков на стенке резервуара по отношению к вертикальным и горизонтальным сварным соединениям в соответствии с требованиями проекта и норм; состояние сварных соединений конструкций резервуаров в соответствии с требованиями проектов, СНиП 3.03.01-87, стандартов на соответствующие виды сварки и типы сварных швов; состояние уплотнения между понтоном (плавающей крышей) и стенкой резервуара.

При этом пунктами 9.2, 9.2.6, 9.2.7 Положения предусмотрен перечень сведений, которые должны быть взяты из эксплуатационно-технической документации и включены в содержание технического заключения: сведения о технологии сварки и примененных материалах, а также данные по объемам, методам и результатам контроля конструкций и сварных соединений при изготовлении, монтаже и ремонте резервуара.

Как следует из представленного в материалы дела заключения экспертизы промышленной безопасности №1495/2018-ЭПБ рег. № 70-ТУ-04810-2019 сведения об имеющейся документации, представленной заказчиком Обществу, указаны в п.5 заключения (стр.4-9). Данные по анализу предоставленной документации содержатся в экспертном заключении (п.7.1, стр.13).

Действующее законодательство, в том числе указанные в Постановлении нормативные акты и документы, не содержат требование указывать в заключении экспертизы те документы и информацию, которые при проведении экспертизы промышленной безопасности не были представлены.

При этом содержащийся в заключении экспертизы перечень документов, представленных заказчиком, свидетельствует о том, что документы, содержащие сведения о результатах контроля конструкций и сварных соединений при изготовлении, монтаже и ремонте резервуара Обществу представлены не были. Данные по объемам, методам и результатам контроля конструкций и сварных соединений при ремонте, взятых из эксплуатационно-технической документации на резервуар, предоставленной заказчиком, в заключении экспертизы промышленной безопасности приведены.

Сведения о технологии сварки и примененных сварочных материалах указаны Обществом в экспертном заключении, что не оспаривается Управлением. Пунктом 9.2.6 Положения требование о проведении анализа сведений о технологии сварки и примененных при изготовлении и монтаже резервуара материалах не предусмотрено. То обстоятельство, что указанные в таблице 6.1 экспертного заключения сведения не являются, по мнению административного органа, полноценными сведениями о технологии сварки и примененных материалах опровергает содержащуюся в Постановлении позицию Управления об их отсутствии в экспертном заключении, а также свидетельствует о том, что в числе имеющихся документов, представленных Обществу при проведении экспертизы, документы, содержащие сведения о днище и кровле резервуара отсутствовали.

Помимо этого, Управлением также не представлены доказательства того, что необходимая для проведения указанного анализа документация имелась и была представлена при проведении экспертизы. Отсутствуют указания на такие документы в Постановлении. При этом, как следует из утвержденного Управлением Акта расследования, проектная и иная документация в объеме, позволяющем произвести полноценный анализ соответствия фактического исполнения, отсутствует.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, результаты проведенного визуального осмотра, соответствующего требованиям п.5.2.1 Положения, указаны в акте проведенного осмотра от 28.09.2018г., содержащемся в экспертном заключении.

Помимо этого, определение соответствия строительных конструкций резервуара требованиям нормативной документации отражено в п.7.3 и Приложении Б Заключения № 1495/2018-ЭПБ. Дефекты и повреждения элементов и узлов конструкций резервуара были выявлены и внесены в дефектную ведомость, которая представлена в таблице Б.1.1 п. Б.1 Приложения Б к заключению № 1495/2018-ЭПБ.

Представленным в материалы дела Актом проведения осмотра №1495/2018-ЭПБ-01 от 28.09.2018г. подтверждается проведение при визуальном осмотре резервуара проверки основного металла стенки, днища, настила и несущих элементов кровли, вмятин и выпучин на стенке резервуара, размещение патрубков по отношению к вертикальным и горизонтальным сварным соединения на предмет их соответствия установленным нормам.

В оспариваемом постановлении указано, что не проведена работа по контролю за состоянием (визуальный осмотр и измерение геометрических размеров) всех сварных соединений четырех нижних поясов, и прилегающие к ним зоны основного металла на расстоянии не менее 20 мм.; не уделено внимание сварным соединениям в вертикальных монтажных стыках стенки, в пересечениях вертикальных и горизонтальных швов в I - III-м поясах стенки (считая снизу), сварного шва между стенкой и днищем, местам стенки у нижнего уторного шва, соединяющего стенку с днищем.

Как указано в Постановлении, Управление усматривает в этом нарушение Обществом п.21, п/п. «а» п.21.4 Правил, п. 4.2, 5.2.9, 5.2.11, 9.2.14 Положения.

Согласно п.21, п/п. «а» п.21.4 Правил учитывая документы, представленные заказчиком, при обследовании зданий и сооружений определяется соответствие строительных конструкций зданий и сооружений проектной документации и требованиям нормативных документов, выявление дефектов и повреждений элементов и узлов конструкций зданий и сооружений с составлением ведомостей дефектов и повреждений.

Согласно п.4.2, 5.2.9, 5.2.11 Положения при визуальном осмотре резервуара проводится визуальный осмотр сварных швов, измерения шаблонами их геометрических размеров в целях выявления таких наружных дефектов, как несоответствие размеров швов требованиям проекта, СНиП и стандартов; наличие трещин всех видов и направлений; наличие наплывов, подрезов, прожогов, незаваренных кратеров, непроваров, пористости и других технологических дефектов; отсутствие плавных переходов от одного сечения к другому; несоответствие общих геометрических размеров сварного узла требованиям проекта. Расположение швов приварки отдельных элементов оборудования на первом поясе относительно друг друга, а также вертикальных и горизонтальных швов стенки должно соответствовать требованиям проекта. На конструктивной схеме резервуара отмечают элементы (участки) конструкции, которые представляются наиболее предрасположенными к разрушению.

Как следует из материалов дела, проектная документация Обществу не представлена. Управлением не опровергается и Актом расследования подтверждается отсутствие проектной и иной документации в объеме, позволяющем произвести полноценный анализ соответствия фактического исполнения.

При этом довод Управления об указанных нарушениях, допущенных Обществом при проведении экспертизы, опровергается материалами дела.

Определение соответствия строительных конструкций резервуара требованиям нормативной документации отражено в п. 7.3 заключения. Содержащиеся в экспертном заключении результаты обследования содержат основные данные, характеризующие состояние как отдельных элементов резервуара, так и его техническое состояние в целом. Дефекты и повреждения элементов и узлов конструкций резервуара были выявлены и внесены в дефектную ведомость (п. Б.1 Приложения Б стр. 20-21 Заключения № 1495/2018-ЭПБ).

В экспертном заключении содержится конструктивная схема резервуара, которая представлена в виде нескольких схем развертки, подготовленных после каждого вида неразрушающего контроля.

Расположение швов приварки отдельных элементов оборудования на первом поясе относительно друг друга, а также вертикальных и горизонтальных швов стенки в заключении № 1495/2018-ЭПБ приведено.

При проведении экспертизы проведен визуальный осмотр и измерительный контроль сварных соединений, что подтверждается представленными в материалы дела Актом проведения осмотра №1495/2018-ЭПБ-01 от 28.09.2018г., Актом проведения визуального и измерительного контроля №1495/2018-ЭПБ-02 от 28.09.2018г., Актом проведения ультразвуковой толщинометрии №1495/2018-ЭПБ-05 от 28.09.2018г., Актом проведения геодезических измерений отклонений №1495/2018-ЭПБ-03 от 30.10.2018г., Актом проведения нивелирования №1495/2018-ЭПБ-04 от 03.11.2018г., Актом проведения ультразвукового контроля №1495/2018-ЭПБ-06 от 28.09.2018г.

В постановлении также указано, что не проведены измерения толщины поясов кровли и днища. При этом заключение содержит ссылки на акты визуально-измерительного контроля листов днища, проведенного в 2018 году АО «НТЭК» и ООО «Норильскремонт», объем которых не обозначен. Акт №1495/2018-ЭПБ-05 от 28.09.2018г. содержит только результаты проведённой ультразвуковой толщинометрии поясов стенки резервуара.

Как следует из Постановления, в подтверждение совершения Обществом указанного нарушения административный орган ссылается на п.5.3.3 и п.9.1 Положения, п.20 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Основные требования к проведению неразрушающего контроля технических устройств, зданий и сооружений на опасных производственных объектах» (утверждены приказом Ростехнадзора от 21.11.2016г. №90; далее – Правила неразрушающего контроля).

Как следует из материалов дела, в период 2017-2018г. резервуар был выведен в ремонт, в ходе которого специализированными ремонтными организациями были осуществлены замена листов центральной части днища, усиление вертикальной стенки, а также полное восстановление антикоррозийного покрытия. При осуществлении указанного ремонта был применен документально подтвержденный входной контроль листов днища резервуара, что не оспаривается административным органом. Документально подтвержденные факт проведения ремонта, а также факт использования при его выполнении материалов с определенными техническими характеристиками административным органом не оспариваются. Кроме того, полученные при проведении толщинометрии настила кровли и днища результаты ультразвукового исследования, отраженные в Акте №1495/2018-ЭПБ-05 от 28.09.2018г. и в Таблице 7.1 экспертного заключения, также не подвергаются административным органом сомнению и не опровергаются материалами дела, в том числе Актом расследования.

Управлением также не представлены доказательства того, что указанные сведения являются недостоверными и не соответствующими действительности. Кроме того, административным органом не обоснован вывод о технической необходимости повторного изменения указанных толщин, принимая во внимание фактические обстоятельства, связанные с проведением ремонтных работ резервуара непосредственно перед проведением экспертизы его промышленной безопасности.

Помимо этого, Управлением не обоснован вывод о том, что с учетом указанных фактических обстоятельств и полученных при проведении экспертизы результатов ультразвуковой толщинометрии настила кровли и днища, отсутствие повторного измерения толщины поясов кровли и днища влияют на безопасность объекта и являются существенными нарушениями проведения экспертизы промышленной безопасности.

Обществу также вменяется не проведение расчетов конструктивных элементов (днища и кровли) на прочность и устойчивость с определением остаточного ресурса при наличии дефектов в сварных соединениях днища.

Как следует из Протокола, указанные обстоятельства свидетельствуют о нарушении Обществом п.21, п/п. «з» п.21.4, п.28 Правил, п.7.3, 7.5, 8, 9 Положения.

В соответствии с п.21 Правил при проведении экспертизы промышленной безопасности не только устанавливается полнота и достоверность относящихся к объекту экспертизы документов, предоставленных заказчиком, но и оценивается фактическое состояние технических устройств, зданий и сооружений на опасных производственных объектах.

Как указано в Постановлении, в соответствии с п.7.3, 7.5, 8, 9. Положения расчеты на прочность и устойчивость при определении остаточного ресурса резервуара должны были выполняться с учетом эксплуатационной нагрузки, экспертное заключение на содержит расчетов конструктивных элементов (днища и кровли) на прочность и устойчивость с определением остаточного ресурса.

В соответствии с п.7.3 Положения расчеты конструктивных элементов на прочность (в том числе с учетом сопротивления стали хрупкому разрушению) и устойчивость производятся специализированной организацией в случае отклонения фактических толщин от проектных в сторону уменьшения и внесения в конструкцию при сооружении или ремонте отклонений от проекта, не согласованных с проектной организацией и не подтвержденных расчетом, при отклонениях геометрической формы элементов и сварных швов от нормативов на изготовление, а также в случае отсутствия проектной и исполнительной документации.

Согласно п.7.5 Положения расчеты на прочность и устойчивость при определении остаточного ресурса резервуаров должны выполняться с учетом эксплуатационной нагрузки (гидростатическое давление жидкости и избыточное давление газа, аварийный вакуум), концентрации напряжений, вызванных местными дефектами в сварных швах, отклонениями в геометрической форме стенки и другими дефектами, а также фактической (остаточной) толщины стенки.

Как следует из материалов дела, при проведении экспертизы промышленной безопасности были выполнены расчет строительных конструкций зданий и сооружений с учетом выявленных при обследовании отклонений, дефектов и повреждений, фактических (или прогнозируемых) нагрузок и свойств материалов этих конструкций, что подтверждается экспертным заключением (пункт Б.7 приложения Б к заключению №1495/2018-ЭПБ).

Кроме того, материалами дела также подтверждается, что в рамках расчетных и аналитических процедур оценки и прогнозирования технического состояния объекта экспертизы, включающих определение остаточного ресурса (срока службы), выполнена оценка остаточной несущей способности с расчетом на статическую прочность и устойчивость при определении остаточного ресурса резервуара с учетом эксплуатационной нагрузки и концентрации напряжений, сделан вывод не только о сроке дальнейшей безопасной эксплуатации резервуара, но и об обязательных условиях и параметрах такой эксплуатации, что подтверждается экспертным заключением (пункт 7.3, 8 №1495/2018-ЭПБ заключения, пункт Б.8 Приложения Б к заключению №1495/2018-ЭПБ).

При таких обстоятельствах, оценивая все представленные по делу доказательства в их совокупности и системной взаимосвязи, арбитражный суд приходит к выводу о недоказанности административным органом совершения Обществом нарушений требований промышленной безопасности при проведении экспертизы промышленной безопасности, а также о недоказанности того, что такие нарушения являются грубыми.

В соответствии с ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Частью 3 статьи 9.1 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за грубое нарушение требований промышленной безопасности в виде наложения административного штрафа в размере от 500 000 руб. до 1 000 000 руб. или административного приостановления деятельности на срок до 90 суток.

Исходя из смысла данной правовой нормы, объективная сторона указанного административного правонарушения заключается в грубом неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательных требований, установленных нормативными правовыми актами в сфере промышленной безопасности.

Согласно п.3 ст.4 Федерального закона от 21.07.1997г. №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» федеральные нормы и правила в области промышленной безопасности разрабатываются и утверждаются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и устанавливают требования к деятельности в области промышленной безопасности.

Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 16.12.2020г. №539 «Об утверждении перечней нормативных правовых актов (их отдельных положений), содержащих обязательные требования, оценка соблюдения которых осуществляется в рамках государственного контроля (надзора), привлечения к административной ответственности» (далее – Приказ №539) утвержден перечень нормативных правовых актов (их отдельных положений), содержащих обязательные требования, оценка соблюдения которых осуществляется в рамках государственного контроля (надзора) при осуществлении федерального государственного надзора в области промышленной безопасности, привлечения к административной ответственности (Приложение №1 к Приказу №539).

Положение о системе технического диагностирования сварных вертикальных цилиндрических резервуаров для нефти и нефтепродуктов. РД 08-95-95 (утверждено постановлением Госгортехнадзора России от 25 июля 1995г. №38) Приложением №1 к Приказу №539 не предусмотрено.

С учетом изложенного, нарушение требований указанного Положения не образует объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.9.1 КоАП РФ.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 22.06.2012 N 37 "О некоторых вопросах, возникающих при устранении ответственности за совершение публично-правового правонарушения" разъяснил (пункт 1), что в целях реализации положений части 2 статьи 54 Конституции Российской Федерации, согласно которым, если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон, привлекающий к ответственности орган обязан принять меры к тому, чтобы исключить возможность несения лицом ответственности за совершение такого публично-правового правонарушения полностью или в части.

Нарушение нормативного документа, указанного в п.1-8 постановления Енисейского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 18.02.2021г. №07/01Юл, а именно Положения о системе технического диагностирования сварных вертикальных цилиндрических резервуаров для нефти и нефтепродуктов. РД 08-95-95 (утверждено постановлением Госгортехнадзора России от 25 июля 1995г. №38) само по себе не является событием административного правонарушения, ответственность за которое наступает в соответствии с ч.3 ст.9.1 КоАП РФ в связи с тем, что данный документ не является нормативным правовым актом, содержащим обязательные требования, оценка соблюдения которых осуществляется в рамках государственного контроля (надзора) при осуществлении федерального государственного надзора в области промышленной безопасности, привлечения к административной ответственности.

При этом административный орган не вправе по своему усмотрению, произвольно изменять и дополнять объективную сторону состава административного правонарушения.

С учетом изложенного нарушение требований Положения, указанных в обжалуемом Постановлении, не образует объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.9.1 КоАП РФ в связи с отсутствием указанного нормативного документа в перечне, утвержденном Приказом №539.

При вышеуказанных обстоятельствах арбитражный суд приходит к выводу о том, что административным органом не доказано наличие в действия ООО «Безопасность в промышленности» события и состава административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.9.1 КоАП РФ.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии события административного правонарушения.

Согласно п.10 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 г. №10 нарушение административным органом при производстве по делу об административном правонарушении процессуальных требований, установленных КоАП РФ, является основанием для признания незаконным и отмены оспариваемого постановления административного органа (ч.2 ст.211 АПК РФ) при условии, если указанные нарушения носят существенный характер и не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Протокол составлен и оспариваемое Постановление вынесено должностным лицом в пределах его полномочий. Административный орган является уполномоченным органом, его должностные лица вправе в соответствии с ч. 2 ст. 28.3, ст. 23.31 КоАП РФ составлять протоколы об административных правонарушениях по ч.3 ст.9.1 КоАП РФ и рассматривать дела об административных правонарушениях в соответствии со ст. 23.56 КоАП РФ.

В соответствии с ч.1 ст.4.5 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении за нарушение законодательства Российской Федерации о промышленной безопасности не может быть вынесено по истечении одного года со дня совершения административного правонарушения.

В соответствии с п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ истечение срока давности привлечения к административной ответственности является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении, в связи с чем при наличии указанного обстоятельства производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению.

Как следует из материалов дела, в том числе из протокола об административном правонарушении и оспариваемого Постановления, а также из объяснений заявителя, Управлением установлено, что предполагаемое административное правонарушение, выразившееся в нарушении Обществом законодательства Российской Федерации о промышленной безопасности, совершено Обществом при проведении экспертизы промышленной безопасности в сентябре-декабре 2018 года, то есть административное правонарушение совершено Обществом в период с сентября по декабрь 2018 года.

При таких обстоятельствах по состоянию на 18.01.2021 (дата составления Управлением протокола об административном правонарушении) установленный Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях срок давности привлечения Общества к административной ответственности за совершение указанного административного правонарушения истек. Истечение указанного срока является обстоятельством, исключающим возбуждение производства по делу о таком административном правонарушении.

При указанных обстоятельствах, возбуждение дела об административном правонарушении в отношении Общества, его рассмотрение и вынесение Постановления не могут быть признаны законными по причине истечения срока давности привлечения к административной ответственности, предусмотренной ч.3 ст.9.1 КоАП РФ.

Согласно ч.2 ст.211 АПК РФ в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что оспариваемое решение или порядок его принятия не соответствует закону, либо отсутствуют основания для привлечения к административной ответственности или применения конкретной меры ответственности, либо оспариваемое решение принято органом или должностным лицом с превышением их полномочий, суд принимает решение о признании незаконным и об отмене оспариваемого решения полностью или в части либо об изменении решения.

Таким образом, постановление Енисейского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 18.02.2021 №07/01Юл о привлечении ООО «Безопасность в промышленности» к административной ответственности по ч.3 ст. 9.1 КоАП РФ подлежит отмене.

В соответствии с ч.4 ст. 208 КоАП РФ заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь ст. ст.27, 29, 65, 71, 123, 156, 167-170, 176, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным и отменить постановление Енисейского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 18.02.2021 №07/01Юл о привлечении ООО «Безопасность в промышленности» (117218, Москва, ул.Кржижановского, д.29, корпус 5, этаж 3, помещение II, комната №2, ОГРН <***>) к административной ответственности по ч.3 ст.9.1 КоАП РФ.

Решение может быть обжаловано в течение десяти дней с даты принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: М.М. Кузин