Постановление от 30 июля 2020 г. по делу № А55-25779/2018

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-25779/2018
г. Самара
30 июля 2020 г.
Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 30 июля 2020 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Поповой Г.О., Садило Г.М.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ПАО Банк ВТБ - ФИО2 по доверенности от 09.07.2018г.,

от ФИО3 по доверенности от 15.05.2019г.,

от ФИО4 - ФИО5 по доверенности от 18.08.2017г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2

апелляционную жалобу ФИО3,

на определение Арбитражного суда Самарской области от 27 мая 2020 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов

в рамках дела № А55-25779/2018

о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

Определением от 11.01.2019 в отношении ФИО4, введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов в размере 24 660 273,97 рублей.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27 мая 2020 года отказано в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 27 мая 2020 года, удовлетворить заявленные требования, полагает, что судом не учтены все доказательства, представленные по делу. Полагает, что суд необоснованно признал заявителя аффилированным лицом по отношению к должнику, не учел финансовую возможность предоставить заем, а также не дал оценку экспертному заключению по определению давности заключения договора займа.

В судебном заседании представитель ФИО3 апелляционную жалобу поддержал по основаниям изложенным в жалобе.

Представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ПАО Банк ВТБ просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы по основаниям представленных возражений.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От ФНС России поступил отзыв, в котором заявитель возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 27 мая 2020 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов в рамках дела № А55-25779/2018, в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры, применяемой в деле о банкротстве и следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

При этом в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35).

По смыслу названных норм, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, ее размера.

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 АПК РФ), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Обращаясь с настоящим требованием в арбитражный суд, ФИО3 ссылается на неисполнение должником обязательств по договору займа от 10 мая 2015 года (далее -Договор), который в соответствии с пунктом 2.1 Договора является распиской, подтверждающей получение денежных средств.

В соответствии с пунктом 1.1. Договора Заимодавец передает Заемщику заем в размере 20 000 000 рублей, а Заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный срок.

В силу пункта 1.2. Договора, займ является процентным, на сумму займа начисляются проценты из расчета 7% годовых. Начисление процентов начинается с даты, следующей за датой передачи денежных средств, и заканчивается в дату возврата займа/части займа.

Согласно расчету кредитора в связи с неисполнением должником обязанности по возврату заемных средств образовалась задолженность в размере 24 660 273,97 рублей, в том числе сумма основного долга 20 000 000,00 рублей и проценты за пользование в размере 4 660 273,97 рублей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Пунктом 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Вместе с тем, при рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, а также оценка сделки на предмет ее заключенности и ничтожности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (обзоры N 1(2017), N 3(2017), N 5(2017), N 2(2018) со ссылками на определения N 305-ЭС16-12960, N 305-ЭС16-19572, N 301-ЭС17-4784 и N 305-ЭС17-14948, соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения N 308-ЭС18-2197, N 305-ЭС18-413, N 305-ЭС16-20992(3), N 301-ЭС17-22652(1), N 305-ЭС18-3533, N 305-ЭС18-3009, N 305-ЭС16-10852(4,5,6), N 305-ЭС16-2411, N 309-ЭС17-344 и другие). Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу N А41-36402/2012.

В обоснование финансовой возможности заявителем представлены налоговые декларации о полученном доходе за 2013, 2014, 2015года.

Представленная в материалы дела налоговая декларация по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2013, правомерно не принята судом первой инстанции во внимание, поскольку не подтверждает наличие финансовой возможности предоставления денежных средств на дату заключения договора займа в 2015 году.

Налоговая декларация по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2015, также на подтверждает наличие у кредитора денежных средств, поскольку отчетность за 2015 года, а договор заключен 10.05 2015.

Кроме того, доход за первый квартал, согласно налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2015, составил 4603538 руб., тогда как по договору займа ба предоставлена сумма 20 000 000 руб.

Представленные в материалы дела налоговая декларация по налогу на доходы физический лиц (форма 3-НДФЛ) за 2014 год, договор купли-продажи катера «Mastercraft Х-25» от 02.04.2014, расписка о получении денежных средств ФИО3 в размере 5 000 000 руб. также правомерно не приняты судом первой инстанции в качестве доказательств, подтверждающих финансовую возможность представления денежных средств должнику, поскольку доказательств сохранности данных денежных средств на момент заключения договора займа с должником с учетом хозяйственной деятельности кредитора не представлено.

Кроме того, судом первой инстанции правомерно принято во внимание, что из представленной декларации по налогу на доходы физических лиц (форма 3 -НДФЛ) за 2014г., помимо дохода в размере 5 000 000,00 руб., ФИО3 в 2014г. также были осуществлены расходы в размере 5 000 000,00 руб. (стр.№4 декларации).

Доводы о продаже катера «Mastercraft Х-25» за 5 000 000 руб., правомерно не приняты судом первой инстанции во внимание.

Из материалов дела следует, по договору купли-продажи от 01.09.2014 ФИО3(покупатель) у ООО «ГС ФИО7» (продавец) приобретен этот же катер «Mastercraft Х-25» за 5 000 000 руб. (т.2 л.д.140-141).

02.09.2014 года ФИО3 приобретен катер «TARGA 34» за 5 000 000 руб. (т.2 л.д.137-139).

В соответствии с условиями указанных договоров, ФИО3 должна была оплатить товар в течение 10 дней с момента подписания договоров.

Доказательств, подтверждающих, что катер «TARGA 34» был приобретен на иные денежные средства, а не вырученные от продажи катера «Mastercraft Х-25» материалы дела не содержат.

ФИО3, являясь индивидуальным предпринимателем, применяет упрощенную систему налогообложения, в соответствии с которой налог уплачивается только с доходов по ставке 6%, без учета расходов.

Из анализа представленных выписок по лицевым счетам следует, у ФИО3 в 2013г. и 2014г. было открыто три расчетных счета.

При анализе движения денежных средств выявлено, что выручка, которая поступала на счета ФИО3 в 2013г. и 2014г. от предпринимательской деятельности в этот же период времени и практически в тех же объемах расходовалась. Большинство операций по списанию денежных средств было направлено на оплату ФИО3 эксплуатационных платежей связанных с обслуживанием объектов недвижимого имущества.

Представленные кредитором договоры купли-продажи транспортных средств также не могут достоверно свидетельствовать о достаточности у заявителя денежных средств.

Договор купли-продажи от 29.12.2015г. автомобиля «Mercedes-Benz ML 350» заключен после договора займа с должником.

Договор купли-продажи от 13.08.2012 заключен практически за три года до выдачи займа ФИО4 Доказательств, подтверждающих, что указанные денежные средства не были направлены на собственные нужду материалы дела не содержат.

Представленная в материалы дела выписка по расчетному счету также не подтверждает возможность предоставления должнику денежных средств, поскольку кредитором денежные средства были сняты в 2014, 2015 годах на общую сумму 17 800 000 руб.

Доказательства, подтверждающие, что данные денежные средства не были израсходованы кредитором на собственные нужды, в материалы дела не представлено.

Представленные в материалы дела справки 2-НДФЛ не подтверждают возможность представления денежных средств, поскольку полученный доход значительно ниже размера предоставленных денежных средств.

Несостоятельным является довод и том, что ФИО3 не является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Из материалов дела следует, в рамках рассмотрения дела о банкротстве АО «Региональный коммерческий банк» А72-14829/2016 установлено, что ФИО3 и ФИО8 являются заинтересованными лицами по отношению к Банку «РКБ» и соответственно входят в одну группу лиц исходя из смысла Федерального закона от 26.07.2006г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

В соответствии с п.8 ст.9 Федерального закона от 26.07.2006г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» в одну группу лиц входят лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 -7 настоящей части признаку входит в группу с одним и теми же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении ВС РФ от 15.06.2016г. №308-ЭС16-1475 (дело №А53-885/2014) и определении ВС РФ от 26.05.2017г. №306-ЭС 16-20056 (6) (дело №А12-45752/2015), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, кредитором не обоснована экономическая целесообразность в предоставлении денежных средств должнику под 07% годовых, тогда как в Банке средневзвешенная процентная ставка по депозитам физических лиц на срок более 1 года в мае 2015г. составляла 11,72%. Договор займа на 20 000 000,00 руб. заключен сроком на 5 лет. При этом, в договоре отсутствуют положения об обеспечении возврата денежных средств, а также нет положений, касающихся возможности досрочно (при определенных обстоятельствах) истребовать заем у ФИО4

При этом, представленный в материалы дела договор купли-продажи от 22.05.2015 земельных участков правомерно не принят судом первой инстанции, поскольку заключен между ФИО4 (покупатель) и родным отцом ФИО8 (продавец).

Следовательно, договор займа заключен на нерыночных условиях.

Доводы кредитора о том, что судом первой инстанции не принято во внимание заключение эксперта №807/8-3 от 17.02.2020г. отклоняются судебной коллегией.

В соответствии с п.5 ст.71 АПК РФ никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Учитывая, что в ходе проведения экспертизы, эксперту не удалось установить время выполнения подписей от имени ФИО3 и ФИО4 в Договоре займа от 10.05.2015г., следовательно заключение эксперта не влияет на правильность выводов суда первой инстанции и не подтверждает обоснованность заявленного требования.

Поскольку доказательств обоснованности заявленного требования не представлено суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного требования.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 27 мая 2020 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов в рамках дела № А55-25779/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Е.А. Серова

Судьи Г.О. Попова

Г.М. Садило