Постановление от 26 февраля 2025 г. по делу № А56-78318/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-78318/2023
27 февраля 2025 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена     18 февраля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 февраля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Слоневской А.Ю., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Дмитриевой Т.А.

при участии: 

от ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России»: ФИО1 по доверенности от 17.12.2024 (посредством системы «веб-конференция»),  ФИО2 по доверенности от 17.12.2024

от ФИО3 и ФИО4: ФИО5 по доверенности от 05.12.2023

от ФИО6: ФИО5 по доверенности от 19.10.2023

от ФИО7: ФИО5 по доверенности от 19.08.2023


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-39488/2024) ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России» на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.10.2024 по делу № А56-78318/2023, принятое по иску  ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России» к ФИО3, ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО4 и  ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Прогресс»

установил:

ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России» (далее – истец, Предприятие) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в котором истец (с учетом уточнения требований, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)) просил привлечь ФИО3, ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО4 и  ФИО7 (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - общества с ограниченной ответственностью  «Прогресс» (далее – должник, Общество) и взыскать ФИО3, ФИО6, ФИО4 и  ФИО9 в пользу истца денежные средства в размере 2 650 719,51 руб.,  при этом в части требований к умершему ФИО8  взыскать с его наследников -  ФИО9 и ФИО7 солидарно 2 650 719,51 руб. -  в пределах стоимости унаследованного имущества.

Решением арбитражного суда от 31.10.2024 г. в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе Предприятие просит решение от 31.10.2024 г. отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении  исковых требований, ссылаясь на то, что система управления в Обществе была направлена на извлечение выгоды в ущерб кредиторам, в этой связи апеллянт указывает, что в период возникновения задолженности перед ним участники должника выплачивали себе дивиденды по 2021 г. (включительно), при том, что уже с 2019 г. у Общества имелась задолженность и ответчики были осведомлены об этом; также истец полагает, что действия ответчиков были направлены на вывод активов должника при постепенном наращивании задолженности  и наличии прибыли от субаренды.

В суд от Общества и ответчиков (ФИО3, ФИО6, ФИО4 и ФИО7) поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых указанные лица возражают против ее удовлетворения, ссылаясь на необоснованность изложенных в ней доводов и их несоответствие фактическим обстоятельствам дела.

В судебном заседании апелляционного суда представители истца поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просили решение суда первой инстанции отменить.

Представитель ответчиков ФИО3, ФИО6, ФИО4 и ФИО7  против удовлетворения жалобы возражала по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156 и 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)  рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела,  решением Арбитражного суда города Москвы от 26.10.2021 по делу №А40-112692/2021 с должника в пользу Предприятия взыскана задолженность по  эксплуатационным платежам по договорам аренды от 29.12.2015 № 2015/167, от 29.12.2015 № 2015/168, от 01.02.2016 № 2016/14, от 01.02.2016 № 2016/15, от 22.03.2016 № 2016/26, от 22.03.2016 № 2016/27, от 12.09.2016 №2016/58, от 12.09.2016 № 2016/59, от 12.09.2016 № 2016/60 и  от 01.06.2021 № 2021/16 в сумме 1 114 100,72 руб. и расходы по оплате госпошлины  в размере 24 141 руб.

Также решением Арбитражного суда Москвы от 14.06.2022 по делу №А40-79079/22 с должника в пользу Предприятия взыскано 380 365,86 руб.  арендной платы, 581 202 руб.  пени и 22 231 руб. госпошлины.

Кроме того, решением Арбитражного суда Москвы от 08.09.2022 по делу №А40-95072/22 с должника в пользу Предприятия взыскано 515 370,99 руб. арендной платы  и 13 307 руб.  госпошлины.

Указанные судебные акты вступили в законную силу, однако ООО «Прогресс» не были исполнены, в связи с чем Предприятие обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Определением  арбитражного суда от 23.03.2023 по делу № А56-122135/2022 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Прогресс» было прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) - в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур.

При этом, как сослался истец, ФИО8 являлся участником должника с долей 12 % и его генеральным директором в период с  11.11.2016 по 23.08.2021, а  в связи со смертью ФИО8 предъявленные к нему требования адресованы к наследникам - ФИО9 и ФИО7; с 23.08.2021 генеральным директором  общества числился ФИО3; ФИО4  в период с 26.09.2016 по 26.01.2021  являлась  участником общества с долей 88% в уставном капитале;  ФИО6 с 26.01.2021 по настоящее время является участником общества с долей 88% в уставном капитале, а ФИО9  с 05.04.2022 по настоящее время - участником общества с  долей 12 % в уставном капитале.

В связи с тем, что требования Предприятия не были погашены в полном объеме, а дело о банкротстве ООО «Прогресс» прекращено, истец на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве (с учетом уточнения требований) обратился в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал со ссылкой на недоказанность истцом наличия условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В частности, как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с соответствующим иском вне рамок дела о банкротстве, а в силу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом; равным образом, в силу пункта 4 статьи 61.14 Закона, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

 При этом, пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, а согласно пункту 2 этой статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, в том числе, если: заявление о признании сделки недействительной не подавалось; заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен; судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При этом, из разъяснений пунктов 16 и 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника. Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания, установленного в статье 65 АПК РФ, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд. Несостоятельность (банкротство) должника считается вызванной действиями (бездействием) его учредителем или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанные право и (или) возможность в целях совершения предприятием действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

Также, как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления N 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В данном случае из материалов дела следует, что в период с 29.12.2015 по 10.01.2022 в долгосрочной аренде ООО «Прогресс» находились помещения в нежилом здании, расположенном по адресу: <...>, лит. Б, общей площадью 5 249,1 кв.м, кадастровый номер 78:14:0007602:1029, принадлежавшем на праве хозяйственного ведения Предприятию, на основании договоров аренды федерального недвижимого имущества № 2015/167 от 29.12.2015, № 2015/168 от 29.12.2015, № 2016/14 от 01.02.2016, № 2016/15 от 01.02.2016, № 2016/26 от 22.03.2016, № 2016/27 от 22.03.2016 г., № 2016/58 от 12.09.2016 г., № 2016/59 от 12.09.2016, № 2016/60 от 12.09.2016 г. и № 2021/16 от 01.06.2021г, заключенных между Обществом и Предприятием по результатам публичных торгов сроком на 10 лет (далее - договоры аренды федерального имущества).

В связи с неисполнением должником обязательств по вышеуказанным договорам истец обратился в суд с исковыми заявлениями о взыскании долга по возмещению эксплуатационных платежей и арендной платы, которые были удовлетворены судом.

При этом, 20.12.2021 между Комитетом по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга и Предприятием было заключено соглашение (представлено в материалах дела) об изъятии для государственных нужд нежилого здания с кадастровым номером 78:14:0007602:1029, в состав которого входили арендованные Обществом помещения на основании договоров аренды федерального имущества.

Впоследствии истец уведомлениями от 21.12.2021 №1236-1245 сообщил Обществу о расторжении договоров аренды федерального имущества.

Как сослался истец, в период возникновения у Общества задолженности перед Предприятием по указанным договорам ответчики, как контролирующие должника лица, при наличии дохода от сдачи арендуемых Обществом помещений в субаренду, не приняли мер по погашению долга перед Предприятием за счет этого дохода, а направили его на выплату себе дивидендов и, кроме того, заключили сделки по выводу средств из Общества, что, по мнению истца, повлекло невозможность погашения долга перед ним.

Суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными нормами и разъяснениями, в т.ч. пунктами 4, 9, 16, 18, 20, 23 и 51 Постановления № 53 и пунктом 2 Постановления № 62, а также пунктами 1 и 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»,  пришел к выводу о недоказанности истцом, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей ответчики действовали недобросовестно или неразумно (неисполнение обязательств перед кредиторами стало следствием их недобросовестных или неразумных действий), в том числе - что их действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В частности, суд признал неподтвержденными материалами дела совершение или одобрение ими сделок, являющихся значимыми для деятельности должника и находящимися в прямой причинно-следственной связи с его банкротством (причинивших ему значительный ущерб), а также с невозможностью удовлетворения требований истца, исходя, помимо прочего, из того, что в период с 01.01.2019 по 31.12.2021 Общество не прекращало исполнение своих денежных обязательств, регулярно и в полном объеме производило выплаты по заработной плате, расчеты по налогам и сборам, страховым взносам и другим обязательным платежам, а также осуществляло платежи в пользу контрагентов, включая истца, и не испытывало дефицита денежных средств, равно как отсутствовали на тот момент и возбужденные в отношении Общества исполнительные производства, административные или судебные споры, за исключением судебного спора по иску Предприятия о взыскании задолженности по возмещению расходов на содержание и техническое обслуживание здания за период с мая 2019 года по апрель 2021 года на сумму 1114100,72 руб., которая образовалась в связи с оспариванием Обществом таких расходов как необоснованных, а невозможность исполнения (погашения) обязательств перед истцом возникла вследствие изъятия для государственных нужд здания, значительная часть которого находилась в аренде у Общества, и расторжения договоров аренды федерального имущества, арендные права по которым являлись основным активом, обеспечивающим  хозяйственную деятельность должника на тот момент (дохода за счет поступления выручки от субаренды составлял  97% от всех денежных поступлений), и – как следствие - прекращения его основного вида деятельности.

В этой связи суд полагал, что истцом не доказано (надлежащим образом не подтверждено) и из материалов дела это не следует, что ответчики при возникновении у Общества кредиторской задолженности и при ее сохранении (непогашении) в последующем действовали (бездействовали)  недобросовестно или неразумно, т.е. имеется их вина (в форме умысла или грубой неосторожности) в непогашении требований истца.

Апелляционный суд не находит оснований для пересмотра изложенных выводов, как сделанных в результате в достаточной степени подробного и всестороннего исследования и анализа обстоятельств дела (включая доводы (возражения) сторон) и правильного применения норм материального (и процессуального) права, и отклоняя доводы апелляционной жалобы, исходя, в частности, из того, что  вплоть до принятия Комитетом решения об изъятии имущества и  расторжения договоров аренды у Общества отсутствовала задолженность по арендной плате (имелся долг только по оплате услуг, связанных с техническим обслуживанием, но эта задолженность (объем, качество и – соответственно – стоимость этих услуг) находилась в споре; в этой связи со стороны ответчиков отсутствовала вина во вменяемых им действиях (бездействии), а именно – создание схемы бизнеса, направленного исключительного на собственное обогащение в ущерб кредиторам, при том, что иные кредитора (помимо истца) у должника отсутствовали, а прекращение им исполнения обязательств перед истцом стало следствием расторжения договоров аренды,  потери должником единственного источника дохода и прекращения хозяйственной деятельности Общества (иного апеллянтом не доказано (не обосновано).

Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое решение соответствующим нормам  материального  и  процессуального  права и фактическим

обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ), а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.10.2024 г. по делу № А56-78318/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий

И.В. Сотов


Судьи


А.Ю. Слоневская


И.Ю. Тойвонен