Постановление от 2 апреля 2018 г. ФАС СЗО (ФАС Северо-Западного округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


03 апреля 2018 года

Дело №

А56-60904/2014

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Ковалева С.Н., Яковца А.В.,

при участии ФИО1 (паспорт), конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МВ Лоджистик» ФИО2 (паспорт), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 05.10.2017), от общества с ограниченной ответственностью «МВ Лоджистик» ФИО5 (доверенность от 14.08.2017), от ФИО6 представителя ФИО7 (доверенность от 28.03.2018), от ФИО8 представителей ФИО9 (доверенность от 16.05.2017) и ФИО10 (доверенность от 14.03.2018),

рассмотрев 28.03.2018 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО3, ФИО1, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МВ Лоджистик» ФИО2, представителя кредиторов общества с ограниченной ответственностью «МВ Лоджистик» ФИО6 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2017 по делу № А56-60904/2014 (судьи Медведева И.Г., Зайцева Е.К., Масенкова И.В.),

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.09.2014 принято к производству заявление индивидуального предпринимателя ФИО3 о признании общества с ограниченной ответственностью «МВ Лоджистик», место нахождения: Санкт-Петербург, 9-я Советская ул., д. 4-6, лит. А, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 29.10.2014 заявление признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2 (с учетом определений об исправлении опечаток от 10.11.2014 и 06.02.2015).

Решением от 27.05.2015 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий Общества ФИО2 обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя Общества ФИО8 (Санкт-Петербург) к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и взыскании с него в пользу должника 6 661 911,32 руб. реестровых платежей и 400 474,93 руб. в счет текущих обязательств.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на положения пункта 1 статьи 9, пунктов 2 и 5 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указав, что действиями ФИО8 был причинен вред кредиторам, он не обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом при наличии оснований для этого и не представил документы должника временному управляющему. Конкурсный управляющий указал, что, несмотря на то, что смена руководителя должника с ФИО8 на ФИО1 произошла 05.06.2012, последний являлся номинальным руководителем, а фактическое руководство осуществлял ФИО8

ФИО1 привлечен к рассмотрению настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.09.2015 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, с ФИО8 в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу должника взыскано 6 661 911,32 руб. реестровых платежей и 400 474,93 руб. текущих обязательств.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд установил наличие оснований для безусловной отмены судебного акта, предусмотренных пунктом 2 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), и определением от 05.10.2016 перешел к рассмотрению дела по правилам, предусмотренным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2016 определение суда первой инстанции от 21.09.2015 отменено, принят новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. Апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 9, пункта 2 статьи 10, а также пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, установив отсутствие у должника признаков неплатежеспособности в 2011-2012 годах, а также сделав вывод о непредоставлении доказательств исполнения ФИО8 обязанностей руководителя должника после смены генерального директора (с 05.06.2012). Кроме того, апелляционный суд пришел к выводу, что представленные в материалы дела доказательства опровергают довод конкурсного управляющего о номинальном исполнении ФИО1 обязанностей генерального директора должника.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.02.2017 апелляционное постановление от 03.11.2016 в части отмены определения суда от 21.09.2015 оставлено без изменения, в остальной части отменено и дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суд кассационной инстанции указал на правильность вывода суда апелляционной инстанции о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия условий, позволяющих привлечь руководителя ФИО8 к ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве в связи с необращением руководителя должника в суд с заявлением о банкротстве, поскольку отсутствуют обязательства должника, возникшие после указанного управляющим срока (09.08.2012), а также доказательства неплатежеспособности должника в 2011 и 2012 годах.

Вместе с тем суд кассационной инстанции указал, что суд в нарушение требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не рассмотрел все доводы, указанные в заявлении конкурсного управляющего. Кассационный суд указал, что суду следовало установить, заключен ли договор поставки, по которому возникли обязательства Общества перед предпринимателем, и списаны ли денежные средства, поступившие в качестве предоплаты по этому договору, со счета должника в период, когда ФИО8 руководил Обществом.

Кроме того, суд кассационной инстанции посчитал недостаточно обоснованным вывод апелляционного суда о том, что ФИО8 не может быть признан лицом, контролировавшим должника в преддверии банкротства (статья 2 Закона о банкротстве), с учетом представленной в материалы дела конкурсным управляющим копии бухгалтерского баланса с отметкой налогового органа, который подписан руководителем ФИО8 и датирован 27.07.2012. Суд кассационной инстанции отметил, что в материалы дела не представлено доказательств, отвечающих требованиям статей 66, 67, 68 АПК РФ, свидетельствующих о том, что ФИО8 не подписывал финансовые документы Общества после 05.06.2012.

При новом рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО8 были заявлены ходатайства о фальсификации доказательств, назначении экспертизы в целях определения принадлежности подписей на спорных документах, о вызове свидетелей, об истребовании доказательств.

Конкурсный управляющий должника уточнил свои требования, определив общий размер субсидиарной ответственности в сумме 7 727 388,60 руб., указав на то, что в связи с неправомерными действиями ответчика в реестр требований кредиторов должника была включена задолженность в размере

6 878 678,92 руб., которая не погашена по причине отсутствия у должника денежных средств. Также указал на наличие непогашенной текущей задолженности по выплате вознаграждения временного и конкурсного управляющих в размере 848 709,68 руб.

Определением от 30.06.2017 арбитражный суд первой инстанции привлек к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника

ФИО8, взыскав с него в конкурсную массу должника 7 062 659,25 руб. При этом суд отклонил заявление ФИО8 о фальсификации доказательств и ходатайства о назначении экспертизы, о вызове свидетелей и об истребовании доказательств, признав, что все необходимые доказательства имеются в материалах дела, а обстоятельства, которые отрицаются ФИО8, установлены вступившими в силу судебными актами арбитражного суда по делу № А56-50447/2012.

Постановлением апелляционного суда от 20.12.2017 определение от 30.06.2017 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Общества о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности отказано.

В кассационных жалобах ФИО3, ФИО1, конкурсный управляющий ФИО2, представитель кредиторов Общества ФИО6, ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм материального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просят отменить постановление и оставить в силе определение суда первой инстанции.

Конкурсный управляющий ФИО2 оспаривает вывод суда апелляционной инстанции о том, что ФИО8 обосновал перечисление денежных средств, полученных от предпринимателя ФИО3, в Китайскую Народную Республику (далее – КНР), а также о том, что конкурсный управляющий должника должен был обратиться к контрагентам из КНР за возвратом денежных средств или с требованием об обязании отгрузить товар. Поскольку между Российской Федерацией и КНР отсутствуют действующие международные соглашения по исполнению судебных актов, конкурсный управляющий считает, что обращение к контрагентам с исками либо оспаривание указанных сделок не приведут к защите нарушенного права должника, так как указанные судебные решения на территории КНР не будут исполнены. По мнению конкурсного управляющего, возможность обращения к контрагентам, вопреки выводам суда апелляционной инстанции, не исключает наличие вины контролирующего лица и не уменьшает размер его ответственности.

Податель жалобы также не согласен с выводом апелляционного суда о том, что результаты экспертизы доказывают, что с момента назначения директором ФИО1 (05.06.2012) ФИО8 не подписывал бухгалтерских балансов, а значит, и не контролировал деятельность Общества. Податель жалобы утверждает, что даже в период, когда ФИО8 руководил Обществом, бухгалтерские балансы (например, за 2011 год) подписывал не он, а иное лицо.

Конкурсный управляющий отмечает, что определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.09.2015 по настоящему делу удовлетворено его ходатайство об обязании ФИО8 передать оригиналы бухгалтерской документации Общества (т. 5, л. д. 229-231). Указанный судебный акт вступил в законную силу, не обжалован и не исполнен ФИО8 Конкурсный управляющий отмечает, что в рамках спора по истребованию документации, к участию в котором судом были привлечены как ФИО1, так и ФИО8, суд надлежащим образом уведомил стороны и разрешил вопрос о том, у кого находится документация Общества. По указанному спору выдан исполнительный лист ФС от 07.10.2015 № 004999004.

Податель жалобы считает, что апелляционный суд уклонился от исследования платежа на сумму 200 000 руб., совершенного платежным поручением от 17.08.2012 № 97 с назначением «оплата по договору от 14.02.2012 № 11». По мнению конкурсного управляющего, указанный перевод, совершенный после 05.06.2012, когда была осуществлена смена директоров, говорит о том, что именно ФИО8 распоряжался расчетным счетом Общества.

ФИО1 в своей кассационной жалобе ссылается на необоснованность выводов апелляционного суда относительно того, что он не являлся номинальным директором Общества, а исполнял руководящие обязанности. ФИО1 указывает, что расчетным счетом Общества распоряжался только ФИО8 Также податель жалобы утверждает, что обращение ФИО8 в суд с заявлением от 09.09.2016 о пересмотре судебных актов по делу № А56-50447/2012 на основании представленных им новых доказательств – подлинных товарно-транспорных накладных свидетельствует о наличии у ФИО8 документации Общества, которую он не передавал ни ФИО1, ни конкурсному управляющему должника.

Представитель собрания кредиторов ФИО6 в своей жалобе указывает, что судом апелляционной инстанции в нарушение требований статьи 69 АПК РФ не принято во внимание вступившее в законную силу определение суда первой инстанции об истребовании документации должника у

ФИО8 Податель жалобы указывает, что в рамках рассмотрения заявления об истребовании документов суд установил их наличие именно у ФИО8, но не у ФИО1 Кроме того, податель жалобы ссылается на документы, представленные ФИО8 при рассмотрении судом настоящего спора о его привлечении к субсидиарной ответственности. ФИО6 считает, что тем самым подтверждается наличие у ФИО8 документации Общества. Кроме того, представитель собрания кредиторов поддерживает доводы конкурсного управляющего о наличии в материалах дела доказательств вывода ФИО8 активов должника в преддверии банкротства.

Предприниматель ФИО3 в своей кассационной жалобе ссылается на нарушение апелляционным судом норм процессуального права в связи с нерассмотрением заявленного им ходатайства об истребовании из материалов дела № А56-50447/2012 оригинала отзыва на иск, подписанного

ФИО8, и копий счетов Общества, выставленных предпринимателю, на которых имеется подпись ФИО8 Податель жалобы считает, что эти документы свидетельствуют об исполнении ФИО8 обязанностей руководителя Общества после 05.06.2012. Также податель жалобы указывает на несоответствие выводов апелляционного суда представленным в материалы дела доказательствам. По мнению подателя жалобы, в материалы дела представлены доказательства того, что в период, когда ФИО8 являлся генеральным директором Общества, был получен товар из КНР на сумму 27 905 722,06 руб., однако отсутствуют документы, подтверждающие последующую реализацию данного товара или его передачу ФИО1

В отзыве на кассационные жалобы ФИО8 просит оставить в силе обжалуемое постановление, считая его обоснованным и законным.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника, представитель должника, ФИО1, представитель представителя собрания кредиторов Общества, а также представитель кредитора–заявителя поддержали доводы, приведенные в кассационных жалобах, а представители ФИО8 возражали против удовлетворения жалоб по основаниям, указанным в отзыве.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, 27.04.2011 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) внесены сведения о том, что руководителем должника является ФИО8

Общество в лице генерального директора ФИО8 (поставщик) и предприниматель ФИО3 (покупатель) заключили договор поставки продукции от 22.08.2011 № 05-И/0811 (далее - договор поставки), по условиям которого поставщик обязался поставить покупателю продукцию, а покупатель - принять и оплатить товар. На основании выставленных Обществом счетов от 28.03.2012 № 45, от 12.05.2012 № 77, от 30.05.2012 № 91, от 20.06.2012 № 105 и 106 предприниматель ФИО3 произвел предварительную оплату товара в сумме 6 605 881,19 руб., что подтверждается платежными поручениями от 30.03.2012 № 351, от 12.05.2012 № 2132, от 01.06.2012 № 2260, от 20.06.2012 № 2387 и 2386.

Предприниматель ФИО3 в рамках дела № А56-50447/2012 просил суд взыскать с Общества 6 605 881,91 руб. предварительной оплаты за непоставленный товар по договору поставки.

Судом при рассмотрении указанного дела установлено, что после получения предварительной оплаты Общество представило предпринимателю для согласования новые спецификации, предусматривающие повышение цен, и заявило о прекращении поставки ввиду наличия у предпринимателя задолженности по оплате товара.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.04.2013, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2013, иск

ФИО3 к Обществу удовлетворен, с последнего в пользу предпринимателя взыскано 6 605 881,91 руб. предварительной оплаты за непоставленный товар по договору поставки.

ФИО3 18.09.2014 обратился с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), определением от 29.10.2014 в отношении должника введена процедура наблюдения. Решением от 27.05.2015 Общество признано банкротом, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства.

Согласно реестру требований кредиторов у должника имеется один конкурсный кредитор-заявитель - предприниматель ФИО3 с требованием в размере 6 661 911,32 руб.

В ЕГРЮЛ 05.06.2012 внесены сведения о смене руководителя должника, которым с указанной даты и до даты открытия в отношении Общества конкурсного производства являлся ФИО1

Конкурсный управляющий Общества в 2015 году обращался к

ФИО1 и к ФИО8 с требованиями о предоставлении документов финансовой отчетности организации.

Определением от 08.09.2015 суд обязал бывшего руководителя Общества ФИО8 передать конкурсному управляющему ФИО2 документацию Общества.

Ссылаясь на то, что доведение Общества до банкротства связано с действиями ФИО8, поскольку долговые обязательства, имеющиеся в настоящее время у Общества, возникли в связи с подписанием и неисполнением ФИО8 договора поставки, а также указывая на непередачу документации Общества конкурсному управляющему, последний обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности и взыскании с него 7 727 388,60 руб. реестровой задолженности и непогашенной текущей задолженности по оплате вознаграждения временного и конкурсного управляющих.

По результатам нового рассмотрения спора суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования, установив, что до момента возбуждения в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве) фактическое руководство его деятельностью осуществлял ФИО8, в результате действий которого предпринимателем ФИО3 было возбуждено дело о банкротстве Общества. Также судом установлено неисполнение ФИО8 вступившего в законную силу определения суда от 08.09.2015.

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд получил запрошенные от Балтийской таможни сведения, из которых следует, что между должником и фирмами КНР были заключены в 2011 году договоры поставки, на основании которых Обществу должен был быть поставлен товар, в связи с чем денежные средства перечислялись должником в КНР. Суд апелляционной инстанции пришел к выводам, что ФИО8 обосновал перечисление денежных средств, полученных от предпринимателя

ФИО3, в КНР. Апелляционный суд сделал вывод о том, что конкурсный управляющий должен был обратиться к контрагентам из КНР за возвратом денежных средств или с требованием об обязании отгрузить товар.

В целях установления принадлежности ФИО8 подписи на договоре поставки, а также на бухгалтерских балансах за 2011, 2012 годы суд апелляционной инстанции по ходатайству ФИО8 назначил проведение судебной почерковедческой экспертизы по делу.

По результатам проведенной экспертизы экспертом ФИО11 в заключении от 20.11.2017 № 494/01-СЗ были сделаны следующие выводы:

- установление принадлежности подписи, исполненной от имени ФИО8 на копии договора поставки, невозмежно;

- подписи от имени ФИО8 на бухгалтерских балансах Общества за 2011, 2012 годы выполнены не ФИО8, а другим лицом.

На основании выводов эксперта о неподписании ФИО8 бухгалтерских балансов Общества апелляционный суд пришел к выводу, что представленные конкурсным управляющим доказательства не могут с безусловностью подтверждать фактическое исполнение ФИО8 обязанностей руководителя должника с 05.06.2012 по 27.05.2015.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий должника связывает основания для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности, произошли в 2011 – 2012 годах (подписание договора поставки, получение от предпринимателя ФИО3 авансового платежа и перечисление этих денежных средств со счета Общества), а также в 2015 году (обращение конкурсного управляющего с заявлением о передаче документации Общества).

В указанные спорные периоды порядок привлечения должностных лиц должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам был определен в статье 10 Закона о банкротстве.

Федеральными законами от 28.04.2009 № 73–ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ) и от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) в указанную статью были внесены изменения.

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Закон № 73-ФЗ вступил в силу 05.06.2009, Закон № 134-ФЗ - 01.07.2013.

Как видно из материалов дела, обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает наличие оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, имели место как в период действия Закона № 73-ФЗ, так и после вступления в силу Закона № 134-ФЗ.

На дату возникновения у руководителя должника обязанности по передаче документации конкурсному управляющему действовала статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии в том числе и такого обстоятельства как:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.09.2015 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об обязании ФИО8 передать оригиналы бухгалтерской документации, печати и штампы Общества.

При рассмотрении ходатайства управляющего об истребовании документации у ФИО8 суд установил, что хотя последним руководителем должника являлся ФИО1 бухгалтерскую документацию и активы должника он от ФИО8 не получал; бухгалтерские балансы не сдавал, заработной платы в Обществе не получал; с момента назначения его руководителем каких-либо действий по управлению Обществом, заключению договоров с контрагентами, найму либо увольнению персонала не производил; расчетным счетом должника не распоряжался.

Указанные обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по этому делу, с учетом надлежащего извещения судом ФИО8 о рассмотрении заявленного ходатайства об истребовании документов, в соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ не подлежат доказыванию при рассмотрении настоящего спора.

С учетом изложенного вывод апелляционного суда об отсутствии доказательств, безусловно подтверждающих фактическое исполнение ФИО8 обязанностей руководителя должника с 05.06.2012 по 27.05.2015 и наличие у него документации Общества, противоречит обстоятельствам, установленным судом при рассмотрении обособленного спора об истребовании документов (определение от 08.09.2015). Заключение эксперта о неподписании ФИО8 бухгалтерской документации за отчетный период 2012 года не опровергает выводов, сделанных судом в определении от 08.09.2015, поскольку подпись ФИО8 отсутствует и на балансах за 2011 год, когда запись о нем как о руководителе содержалась в ЕГРЮЛ.

В соответствии с положениями пункта 4 статьи 10 Закона № 134-ФЗ контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Бывший руководитель должника ФИО8 не доказал, что при увольнении с должности генерального директора Общества передал его документацию вновь назначенному директору. Определение суда от 08.09.2015 ФИО8 не обжаловано и не исполнено.

Поскольку непередача документации конкурсному управляющему является самостоятельным основанием для привлечения виновного лица к субсидиарной ответственности, у апелляционного суда отсутствовали основания для отказа в удовлетворении требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленное конкурсным управляющим требование на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

В своем заявлении конкурсный управляющий также указал, что доведение Общества до банкротства связано с действиями ФИО8, поскольку долговые обязательства, имеющиеся в настоящее время у Общества, возникли в связи с неисполнением договора поставки.

Согласно пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно отчету конкурсного управляющего в реестре кредиторов указано только требование предпринимателя ФИО3, основанное на вступивших в законную силу судебных актах по делу № А56-50447/2012 о взыскании с Общества в пользу предпринимателя 6 605 881,91 руб. предварительной оплаты за непоставленный товар по договору поставки.

Арбитражный суд Северо-Западного округа, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в постановлении от 01.02.2017 указал на необходимость установить, заключен ли договор поставки, по которому возникли обязательства Общества перед предпринимателем, и списаны ли денежные средства, поступившие в качестве предоплаты по этому договору, со счета Общества в период, когда им руководил ФИО8

В целях установления принадлежности подписи в договоре поставки ФИО8 последний при новом рассмотрении дела ходатайствовал о проведении почерковедческой экспертизы.

Суд первой инстанции недостаточно обоснованно отказал в удовлетворении заявленного ходатайства, ссылаясь на то, что обстоятельства, которые ответчиком отрицаются, установлены вступившими в силу судебными актами арбитражного суда по делу № А56-50447/2012.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции по ходатайству ФИО8 назначил проведение судебной почерковедческой экспертизы по делу. По результатам проведенной экспертизы экспертом ФИО11 в заключении от 20.11.2017 № 494/01-СЗ был сделан вывод о невозможности установления принадлежности подписи, исполненной от имени ФИО8 на копии договора поставки.

Поскольку экспертиза не дала точных ответов на поставленный судом вопрос, суду следовало оценить иные представленные сторонами доказательства и обстоятельства дела.

Конкурсный управляющий ссылался на заключение в период, когда директором Общества являлся ФИО8, договора поставки, неисполнение которого привело Общество к банкротству. Также конкурсный управляющий указал, что в этот же период были перечислены в КНР денежные средства, полученные от предпринимателя ФИО3 При этом конкурсный управляющий отметил, что платежным поручением от 17.08.2012 № 97 (то есть совершенным после 05.06.2012) 200 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору от 14.02.2012 № 11» были перечислены на банковскую карточку ФИО8 Также конкурсный управляющий ссылался на информацию, поступившую в ответ на его обращения из банка, где был открыт расчетный счет должника. В частности, из ответа открытого акционерного общества «СИАБ» (л.д. 66), в котором у должника открыт расчетный счет, следует, что правом подписи распоряжения денежными средствами должника с 04.05.2011 по дату введения процедуры конкурсного производства обладал только ФИО8

Данные обстоятельства не были оценены судом апелляционной инстанции. Суд сослался на сведения, полученные от Балтийской таможни, которые свидетельствуют о наличии договорных отношений между Обществом и контрагентами из КНР. Однако данные сведения не подтверждают правомерность перечисления этим контрагентам денежных средств, полученных от предпринимателя ФИО3 в качестве предоплаты по договору поставки, заключенному и не исполненному в период, когда ФИО8, по сведениям, указанным в ЕГРЮЛ, являлся директором Общества.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) разъяснено, что если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В пункте 2 Постановления № 62 указано, что директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Вопреки требованиям закона, бывшим генеральным директором Общества ФИО8 не представлено доказательств правомерного перечисления денежных средств, полученных от предпринимателя ФИО3 на основании договора поставки.

Поскольку данные убытки послужили основанием для возбуждения в отношении Общества дела о несостоятельности (банкротстве), конкурсный управляющий обоснованно заявил требование о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции надлежащим образом оценил представленные в материалы дела доказательства в совокупности, что соответствует требованиям статьи 71 АПК РФ, правильно распределив бремя доказывания по делу. Суд указал, что, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, ФИО8 не представлено доказательств исполнения Обществом обязательств перед предпринимателем ФИО3

Соблюдение судом первой инстанции требований статьи 71 АПК РФ подтверждается содержанием принятого определения, в котором изложены мотивы его принятия, имеются ссылки на соответствующие нормы материального права и представленные доказательства, указаны обстоятельства, которые документально не опровергнуты ответчиком в нарушение требований статьи 65 АПК РФ.

На основании изложенного суд кассационной инстанции, проверив законность принятых по делу судебных актов и исходя из полномочий, установленных пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ, считает постановление суда апелляционной инстанции подлежащим отмене как принятое с неправильным применением норм материального права с оставлением в силе определения суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

постановил:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2017 по делу № А56-60904/2014 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.06.2017 по настоящему делу оставить в силе.

Возвратить ФИО1 3000 руб. государственной пошлины, ошибочно уплаченной по чеку-ордеру от 18.01.2018 № 71.


Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи


С.Н. Ковалев

А.В. Яковец