Постановление от 29 января 2024 г. по делу № А40-156937/2021

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-156937/21
29 января 2024 года
город Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 января 2024 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от ИП ФИО1: ФИО2, доверенность от 09.01.2024;

от конкурсного управляющего должника: ФИО3, доверенность от 01.11.2023;

от ООО «Производители нерудных материалов»: ФИО4, доверенность от 01.06.2023;

рассмотрев 22 января 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

ИП ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 19 июля 2023 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 03 ноября 2023 года

о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств в пользу ИП ФИО1 на общую сумму 38.961.966,98 руб. и применении последствия недействительности сделок

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Хоумстрой»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.11.2022 в отношении ООО «Хоумстрой» (далее - должник) введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «Производители нерудных материалов» (далее - заявитель) о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств в пользу ИП ФИО1 (далее - ответчик) на общую сумму 38.961.966,98 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ИП ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 38.961.966,98 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19 июля 2023 года заявление ООО «Производители нерудных материалов» удовлетворено.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 ноября 2023 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ИП ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ИП ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы.

Представители конкурсного управляющего должника и ООО «Производители нерудных материалов» возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, 17.04.2023 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление кредитора ООО «Производители нерудных материалов» о признании сделок по перечислению должником в пользу ИП ФИО1 денежных средств на сумму 38.961.966,98 руб. недействительными и применении последствий недействительности сделок.

Удовлетворяя заявление ООО «Производители нерудных материалов», суды первой и апелляционной инстанций правомерно руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. Голоса кредитора, в отношении которого или в отношении аффилированных лиц которого совершена сделка, не учитываются при определении кворума и принятии решения собранием (комитетом) кредиторов по вопросу о подаче заявления об оспаривании этой сделки. Если заявление об оспаривании сделки во исполнение решения собрания (комитета) кредиторов не будет подано арбитражным управляющим в течение установленного данным решением срока, такое заявление может быть подано представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с вышеуказанными лицами конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Судами установлено, что размер требований заявителя в реестре требований кредиторов должника на дату подачи рассматриваемого заявления составлял 24.191.048,40 руб., из которых 6.491.165,20 руб. - основной долг, 17.699.883,20 руб. - финансовые санкции. Размер требований кредитора по основному долгу составил 60,23% соответствующих требований кредиторов должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в Законе о банкротстве помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления № 63, могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и тому подобное).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 8 Постановления № 63, может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие объективные факторы: сделка должна быть заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, либо трех лет (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота), неравноценное встречное исполнение обязательств, или совокупность обстоятельств, квалифицирующих договоры как недействительные сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Суды установили, что при подаче заявления заявитель обозначил отношения родства (отцовства) ФИО1, являющегося ответчиком по обособленному спору, ФИО6, являвшегося руководителем должника, и ФИО7, являющейся учредителем должника. Указанные лица зарегистрированы по одному адресу. При этом ответчик доводы о наличии отношений родства не опровергал. Таким образом, суды обоснованно отметили, что ответчик признается заинтересованным к должнику лицом применительно к критериям статьи 19 Закона о банкротстве.

Также судами установлена мнимость договора от 01.11.2018 № 15 на перевозку грузов автомобильным транспортом.

Суды указали, что ответчиком представлены надлежаще оформленный договор, акты и реестры поездок, документы оформлены верно и формируют внешние атрибуты обычной хозяйственной сделки.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. По смыслу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 по делу № А41-48518/14, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 по делу № А41-36402/12 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Кроме того, судами по аналогии приняты во внимание разъяснения, изложенные в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, и в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу которых если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков недействительности у данной сделки, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Отсутствие у лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с чем она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Суды установили, что представленная копия договора от 01.02.2018 содержит реквизиты должника - банковский счет № <***>, однако в соответствии со справкой ФНС России от 25.11.2022 № 06-13 указанный банковский счет открыт только 14.03.2018. Размер взымаемой платы за услуги в соответствии с пунктом 4.3 договора подлежал согласованию в приложении № 1 к договору, являющемуся его неотъемлемой частью. Однако соответствующие документы судам не представлены, обоснование стоимости услуг отсутствует.

В данном случае товарно-транспортные накладные, составление которых предусмотрено разделами 3 и 4 договора, а также положениями статьи 785 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам не представлены, в то время как реестры оплаты поездок не являются первичными документами.

Судами установлено, что в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц деятельность автомобильного грузового транспорта является основным видом деятельности ответчика только с 28.10.2020, притом, что последний акт оказания услуг датирован 31.10.2020. Ранее основным видом деятельности ответчика являлась розничная торговля хлебом.

Как указали суды, ответчиком не доказано наличие материальной базы для оказания услуг, в том числе наличия транспортных средств на праве собственности или аренды. Таким образом, суды установили отсутствие действительного встречного предоставления по отношению к перечислению должником в пользу ИП ФИО1 денежных средств на сумму 38.961.966,98 руб.

Также судами установлено причинение вреда кредиторам должника с учетом возникновения обстоятельств недостаточности денежных средств именно в связи с их безвозмездной передачей заинтересованному лицу.

В рассматриваемом случае определением суда от 02.05.2023 по настоящему делу установлен факт уклонения руководителя должника, о родственных связях которого с ответчиком заявлено в настоящем обособленном споре, от передачи документации должника. При этом суды обоснованно отметили, что указанное обстоятельство не может быть принято судом как освобождающее ответчика от доказывания его добросовестности с учетом существенного уменьшения объема имущества должника в результате заключения оспариваемой безвозмездной сделки.

Судами обоснованно отклонены доводы ответчика о том, что отсутствие неплатежеспособности на стороне должника подтверждается определениями Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2021 и от 02.05.2023 по настоящему делу в порядке статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку при проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом предметом исследования являются именно обязательства должника перед заявителем, но не перед всеми иными кредиторами, в то время как в рамках привлечения к субсидиарной ответственности дата наступления неплатежеспособности не установлена именно в связи с отсутствием соответствующих документов и сведений.

Таким образом, суды правомерно признали недействительной сделку по перечислению денежных средств в пользу ИП ФИО1 на общую сумму 38.961.966,98 руб. по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. Таким образом, суды правомерно заключили, что применимым последствием недействительности сделки является взыскание с ИП ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 38.961.966,98 руб.

Довод ответчика относительно мнимости договора от 01.02.2018 № 15, заключенного между ООО «Хоумстрой» и ИП ФИО1, правомерно отклонен апелляционным судом по следующим основаниям.

Апелляционный суд указал, что представленный в материалы дела договор от 01.02.2018 № 15 противоречит справке налогового органа, поскольку расчетный счет должника, указанный в договоре от 01.02.2018, открыт существенно позже, чем сведения о нем внесены в текст договора. Данный договор не содержит сведений о согласовании стоимости (размера оплаты за перевозку, цены).

ИП ФИО1 не представлены судам доказательства реальности исполнения договора, в частности, документация, предусмотренная текстом договора от 01.02.2018 и законодательством о регулировании услуг перевозки, в том числе транспортные, товарно-транспортные накладные, путевые листы, также не представлены сведения о найме персонала для управления транспортными средствами со стороны предпринимателя ФИО1, основным видом деятельности которого в спорный период являлась розничная торговля хлебом, хлебобулочными изделиями и кондитерскими изделиями в специализированных магазинах. Спорные платежи совершались произвольно по сумме и времени, со значительной отсрочкой от периода сформированных должником и ответчиком обязательств, и при указании назначений спорных платежей, не соответствующих существу представленного договора от 01.02.2018 № 15.

Апелляционный суд указал, что данный вывод подтверждается содержанием выписок по расчетным счетам должника и выборки спорных платежей, представленных в материалы дела.

Кроме того, как указал апелляционный суд, ИП ФИО1 и бывший руководитель должника ФИО6 (его сын), являющиеся взаимозависимыми лицами (статья 19 Закона о банкротстве), проявляли отсутствие заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел в отношениях должника и ответчика, и действительный оборот, поскольку указанные документы не были переданы конкурсному управляющему.

ИП ФИО1 представил в суд апелляционной инстанции приложение № 1, договоры и банковские выписки по счетам должника. По мнению суда апелляционной инстанции, указанные документы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку судом первой инстанции не оценивались, при этом уважительных причин непредставления этих документов в суд первой инстанции ФИО1 не приведено.

Относительно отсутствия в деле при рассмотрении спора в суде первой инстанции товарно-транспортных накладных и доводов предпринимателя ФИО1 о воспрепятствовании судом первой инстанции в их предоставлении в дело, суд апелляционной инстанции указал следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, определением от 18.04.2023 суд первой инстанции обязал ИП ФИО1 в срок до 08.06.2023 представить в материалы дела мотивированный отзыв с указанием возражений относительно предъявленных требований по каждому доводу, содержащемуся в заявлении.

В силу пункта 2 статьи 785 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 8 Федерального закона от 08.11.2007 № 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта», заключение договора перевозки груза подтверждается составлением и выдачей отправителю груза транспортной накладной (коносамента или иного документа на груз, предусмотренного соответствующим транспортным уставом или кодексом). Форма транспортной накладной и порядок ее оформления или формирования устанавливаются правилами перевозок грузов. Формат электронной транспортной накладной утверждается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору за соблюдением законодательства о налогах и сборах, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере транспорта. В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Ссылки представителя ИП ФИО1 о его неосведомленности о том, что ему ФИО1 документы не переданы, их много и они не найдены, обоснованно отклонены судами первой и апелляционной инстанций.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

При этом апелляционный суд указал, что очевидно, что приобретенная ИП ФИО1 выгода от последовательно реализуемого процессуального поведения, связанного с отсутствием заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел в отношениях должника и ответчика и действительный оборот, сопоставима или превышает закономерно возникшие риски совершения или несовершения ответчиком процессуальных действий (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательств того, что судом первой инстанции нарушены принципы независимости, объективности и беспристрастности при рассмотрении обособленного спора, в суд апелляционной инстанции не представлено.

В части необоснованности доводов ИП ФИО1 относительно содержания дополнительного соглашения от 05.02.2018 № 1 к договору от 01.02.2018 № 15 по формированию списка транспорта суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Апелляционный суд указал, что ИП ФИО1 заявлено, что 05.02.2018 к договору от 01.02.2018 № 15 заключено дополнительное соглашение № 1, в котором указан список транспортных средств для выполнения транспортных услуг ИП ФИО1:

Х242СА 190

Е033ОУ 197

У394РУ 199

В 059 ЕК 97

А834ХА 799

С 001 ХУ750

С665ТН 190

Е811ТР799

М915НН05

О 298 ХУ 750

Н715РН05

Н 890 ТР 799

Х326 0К77

А 834 ХА 799 [второй раз]

М387НТ97

Т451 ХН777

О285УЕ 77

В 103 ТХ 750

Х498НУ 177

Е 664 ЕМ 750

С395РН 177

О 89У4М 31

М523ТР 750

Е 527 ЕН 790

Каких-либо документов, подтверждающих право собственности и (или) владения, пользования ИП ФИО1 указанными транспортными средствами, судам не представлено. Вместе с тем, апелляционный суд указал, что детальный анализ указанных транспортных средств показал следующее:

транспортное средство (по данным объяснений к отзыву ФИО1 к апелляционной жалобе)

период регистрации ТС

гос. номер

вид, марка

начало

конец

влад.

Т451ХН777

Бетоносмеситель 58147А на шасси КАМАЗ 65115 D3 2013 год

01.08.2017

н.в.

ФЛ

В059ЕК97

Бетоносмеситель 69360А КАМАЗ 2003 год

24.04.2003

01.10.2020

ФЛ

Н890ТР799


Бетоносмеситель 6936IT КАМАЗ 65115 А4, 2014 год

не изв.

не изв.


Х242СА190

Бетоносмеситель 69364U на шасси КАМАЗ 6520 61

27.02.2018

н.в.

ФЛ

19.12.2014

27.02.2018

ФЛ

С665ТН190

Бетоносмеситель ISUZU V-SERIE, 1994 регистр. по гос.номеру прекр.

не изв.

не изв.


Е811ТР799

Бетоносмеситель KAMAZ 53229 /6X4/, 2006 год

не изв.

не изв.


С395РН177

Бетоносмеситель MAN без модели 32 314, 1999 год

19.02.2015

27.01.2021

ФЛ

Е664ЕМ750

Бетоносмеситель без марки 58149Z на шасси К 6520 61, 2013 год

27.03.2014

05.10.2018

ЮЛ

05.10.2018

24.07.2023

ЮЛ

М523ТР750

Бетоносмеситель ВОЛЬВО F12 1984 год

27.12.2019

н.в

ФЛ

07.04.2015

27.12.2019

ФЛ

М387НТ97

Бетоносмеситель КАМАЗ 55111, 1995 год

не изв.

не изв.


М915НН05

Бетоносмеситель КАМАЗ 58146С, 2004 год

30.06.2011

н.в.

ФЛ

Н715РН05

Бетоносмеситель МАЗ 69361 С/63035/100 С, 2005 год

17.11.2017

н.в.

ФЛ

Е033ОУ197

Бетоносмеситель МАН 1932 TGA 35.400, 2008 год

28.11.2017

12.03.2019

ФЛ

13.03.2019

н.в.

ФЛ

С001ХУ750

Бетоносмеситель МЕРСЕДЕС-БЕНЦ без модели 3234В, 1993 год

11.07.2018

12.12.2019

ФЛ

12.12.2019

19.07.2022

ФЛ

Х498НУ177

Легковой ВАЗ 21093, 2001 год

27.10.2006

16.04.2020

ФЛ

0894УМ31

Легковой ШКОДА РАПИД, 2019 год

09.04.2019

н.в.

ФЛ

А834ХА799

Самосвал Faw 658983, 2019 год, Китай (указан ответчиком дважды)

10.08.2020

н.в.

ФЛ

н.в.

ФЛ

Е527ЕН790

Самосвал без марки 658983, 2019 год, Китай

04.08.2020

н.в.

ЮЛ

У394РУ199

Самосвал БЦМ (ХЗ\У) 51 на шасси VOLVO FM TRUCK 8 x 4, 2007 год

14.12.2017

н.в.

ФЛ

Х3260К77

Самосвал КАМАЗ 65115-L4, 2015 год

27.03.2019

н.в.

ФЛ

17.02.2015

27.03.2019

ЮЛ

В103ТХ750

Самосвал КАМАЗ 65115-А4, 2014 год

04.03.2015

20.12.2018

ЮЛ

20.12.2018

06.04.2019

ЮЛ

06.04.2019

н.в.

ЮЛ

О298ХУ750

Самосвал КАМАЗ 6520-63, 2013 год

31.12.2013

26.01.2018

ФЛ

26.01.2018

19.12.2019

ФЛ

19.12.2019

н.в.

ФЛ

0285УЕ77

Самосвал САМС HN 3310P38C3M, 2013 год

02.12.2017

н.в.

ФЛ

Сведения о типе, марке, годе выпуска транспортных средств, периодов их регистрации получены из публичных источников, в частности, сервис «Номерограм» (https://www.nomerogram.ru), сервис Российского Союза Автостраховщиков (https://dkbm-web.autoins.ru/dkbm-web-1.0/policyInfo.htm), сервис ГИБДД (https.//gibddgov.com).

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что условия дополнительного соглашения от 05.02.2018 № 1 содержат сведения о трех транспортных средствах, которые не могли быть включены в него в указанную дату, поскольку произведены (изготовлены) только в 2019 году (А834ХА799; самосвал Faw 658983, 2019 год, Китай (указан дважды); Е527ЕН790; самосвал без марки 658983, 2019 год, Китай и легковой автомобиль Шкода-Рапид, 2019 год, 0894УМ31). Также соглашение от 05.02.2018 № 1 содержит сведения о двух транспортных средствах, конструктивные особенности которых не предназначены для перевозки бетона (иных строительных грузов) (Х498НУ177; легковой автомобиль ВАЗ 21093, 2001 год; 0894УМ31; легковой автомобиль Шкода-Рапид, 2019 год). Реестры за 2018-2020 годы содержат записи не менее, чем о 1.060 рейсах легковых автомашин, которые в реальности не могли быть осуществлены. Предоставляемые ответчиком в суд апелляционной инстанции в качестве дополнительных доказательств транспортные накладные, по заверению ответчика, согласуются по содержанию с представленными в суд первой инстанции реестрами поездок.

Таким образом, ответчиком в суды первой и апелляционной инстанций в качестве дополнительных документов предоставлены на разных стадиях судебного разбирательства документы, в которых отражены не имевшие места факты хозяйственной деятельности, в том числе, лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции признал обоснованным вывод суда первой инстанции о мнимости договора от 01.02.2018 № 15 на перевозку грузов автомобильным транспортом, поскольку представленные ИП ФИО1 надлежаще оформленный договор, акты и реестры поездок, формируют только внешние атрибуты обычной хозяйственной сделки и реальности взаимоотношений не подтверждают.

Относительно видов деятельности ИП ФИО1 суд апелляционной инстанции установил, что до 28.10.2020 основным видом деятельности предпринимателя ФИО1 являлась розничная торговля хлебом, хлебобулочными изделиями и кондитерскими изделиями в специализированных магазинах. Деятельность автомобильного грузового транспорта основным видом деятельности ИП ФИО1 стала только с 28.10.2020. Подтверждение вида деятельности необходимо для получения индивидуального тарифа взносов на травматизм. Ставку по страховым взносам рассчитывают от основного кода ОКВЭД, которым присвоен определенный класс опасности проводимых работ.

Приказ Минтруда России от 30.12.2016 № 851н «Об утверждении Классификации видов экономической деятельности по классам профессионального риска» устанавливает 32 класса опасности. Минимальный размер ставки - 0,2%, максимальный - 8,5%.

В соответствии с пунктом 10 постановления Правительства Российской Федерации от 01.12.2005 № 713 «Об утверждении Правил отнесения видов экономической деятельности к классу профессионального риска», основной вид экономической деятельности страхователя - физического лица, нанимающего лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, соответствует основному виду деятельности, указанному в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей.

Апелляционным судом также установлено, что ИП ФИО1, эксплуатируя в реальности грузовой автомобильный транспорт, в том числе транспортные средства должника, которыми он пользовался (осуществлял автомобильные перевозки), обязан был осуществлять наем водительского состава и уплачивать за них установленные страховые взносы в соответствующем размере. Однако из обстоятельств деятельности ИП ФИО1 не следует, что он в период спорных отношений имел соответствующий вид основной деятельности, осуществлял отчисление соответствующих взносов за травматизм необходимого водительского состава. Указанное ставит под сомнение реальность осуществления перевозочной деятельности. Доказательств обратного судам ИП ФИО1 не представлено.

Суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что само по себе изложение в письменных объяснениях к апелляционной жалобе сведений о наличии права собственности ответчика на отдельные транспортные средства (без раскрытия их государственных регистрационных знаков) не свидетельствует об оказании ИП ФИО1 услуг в интересах должника.

Доводы ИП ФИО1 о наличии у него хозяйственных отношений с ООО «Меридиан», что подтверждается, по его мнению, актами от 09.07.2018, от 31.08.2018, от 18.07.2018, от 31.01.2019, от 28.02.2019, от 13.07.2018, от 25.07.2018 и от 21.07.2018 на общую сумму 547.500 руб. обоснованно отклонены апелляционным судом, поскольку содержание данных актов не соответствует размеру и периоду оплаты, полученной ИП ФИО1 от должника.

Апелляционный суд отметил, что ИП ФИО1 также указано, что факт оказанных им услуг подтверждается следующими документами:

№ акта

Период оказания услуг (согласно реестру и оригиналам товарных накладных)

Сумма (руб.)

б/н от 31.10.2019

декабрь 2018 года, январь, февраль, март 2019 года

2.691.598

б/н от 30.11.2019

январь, февраль, март, апрель, май 2019 года

2.688.092

б/н от 31.12.2019

май, июнь 2019 года

2.996.440

б/н от 31.01.2020

январь 2020 года

629.707

б/н от 29.02.2020

февраль 2020 года

1.044.989

б/н от 31.03.2020

март 2020 года

1.060.000

б/н от 30.04.2020

апрель 2020 года

305.000

б/н от 31.05.2020

май 2020 года

607.807

б/н от 30.06.2020

июнь 2020 года

636.505

б/н от 31.07.2020

июль 2020 года

1.890.000

б/н от 31.08.2020

август 2020 года

930.000

б/н от 30.09.2020

сентябрь 2020 года

2.875.000

б/н от 31.10.2020

октябрь 2020 года

1.010.000

ИТОГО

21.365.138

Таким образом, как указал апелляционный суд, ИП ФИО1 заявлено, что у него имеются документы, которые, по его мнению, могут подтвердить оказание услуг на сумму 21.365.138 руб., однако в рамках настоящего обособленного спора оспаривались сделки (финансовые операции) на общую сумму 38.961.966,98 руб. Ответчиком констатировано, что документы, которыми может быть подтверждено встречное исполнение ответчика должнику на сумму 17.596.828,98 руб., у ИП ФИО1 отсутствуют. Вместе с тем, апелляционный суд отметил, что и в отношении указанной ответчиком суммы - 21.365.138 руб. ИП ФИО1 не предоставлено доказательств, которые бы суд первой инстанции признал достаточными для подтверждения реальности оказанных ответчиком услуг по перевозке грузов в интересах должника и которые бы опровергали выводы суда первой инстанции.

Иные доводы ИП ФИО1 судом апелляционной инстанции также обоснованно отклонены. При этом апелляционный суд указал, что в качестве сопоставления разумности цен в рамках спорного договора ответчик ходатайствовал о приобщении договоров, заключенных между должником и третьими лицами в спорный период, в частности:

- договор от 16.12.2019 № 16/12/2019 услуг перевозки продукции между ИП Нарочным М.В. и ООО «Хоумстрой»;

- договор грузоперевозки от 03.08.2018 № 14 между ООО «АвтоКПДТранс» и ООО «Хоумстрой» с приложением № 1;

- договор на перевозку грузов автомобильным транспортом от 01.03.2018 между ООО «Мистер Бетон» и ООО «Хоумстрой» с приложением № 1;

- договор на оказание транспортных услуг от 01.10.2019 № КП 01/10-19 между ООО «КУБИК» и ООО «Хоумстрой» с приложением № 1.

Суд апелляционной инстанции правомерно заключил, что указанные документы не отвечают требованиям статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правоотношения ответчика и должника указанными документами не опосредуются, взаимная связь указанных документов с правоотношениями сторон отсутствует, обстоятельства отсутствия реальности взаимоотношений, установленные Арбитражным судом города Москвы, такие документы не опровергают. В свою очередь, предоставление указанных документов именно стороной ответчика подтверждает следующие обстоятельства: фактической и юридической аффилированности ИП ФИО1 и ООО «Хоумстрой»; вовлеченности ИП ФИО1 в хозяйственную жизнь стороннего независимого хозяйствующего субъекта - ООО «Хоумстрой».

Данные обстоятельства, как обоснованно отметил апелляционный суд, свидетельствуют не только об осведомленности ИП ФИО1 о финансовом состоянии должника на протяжении всего периода осуществления должником хозяйственной деятельности, но и достаточности оснований для признания ФИО1 контролирующим должника лицом (статья 61.10 Закона о банкротстве). Фактически ответчиком подтвержден статус контролирующего должника лица, в том числе и по доказательствам того, что ИП ФИО1, не являясь стороной сделок, представляет документы по ним за должника, у конкурсного управляющего такие документы отсутствуют, бывшим руководителем должника не представлялись.

Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу о том, что вызывает обоснованное сомнение, каким образом ИП ФИО1 получил доступ к таким документам, притом, что независимым участникам гражданского оборота доступ к документам иных хозяйствующих субъектов объективно отсутствует.

Также суд апелляционной инстанции обоснованно отклонил довод ответчика о том, что в качестве доказательства наличия взаимоотношений между ООО «Хоумстрой» и ИП ФИО1 также может служить договор от 01.01.2020 № 002020-00176 между ООО «Системы контроля» и ООО «Хоумстрой», по которому ООО «Системы контроля» устанавливало системы мониторинга на транспортные средства ООО «Хоумстрой», которыми пользовался ИП ФИО1 для перевозки грузов, а также договор от 20.03.2018 № 290 между ООО «КГК» и ООО «Хоумстрой», по которому ООО «КГК» также устанавливало на транспорт ООО «Хоумстрой», которыми ИП ФИО1 осуществлял перевозки по спорному договору, устройства мониторинга и датчики.

Суд апелляционной инстанции указал, что фактически по тексту письменных объяснений ответчиком раскрыта схема взаимодействия, по которой ООО «Хоумстрой» несло бремя содержания определенных транспортных средств, которые в последующем передавались ИП ФИО1 якобы для перевозки грузов ООО «Хоумстрой», при этом ООО «Хоумстрой» обязывалось предоставить ИП ФИО1 встречное предоставление за оказание услуг по перевозке грузов с использованием таких транспортных средств. Указанная схема взаимодействия, как обоснованно отметил апелляционный суд, подтверждает выводы Арбитражного суда города Москвы о мнимости взаимоотношений сторон, при квалификации того, что волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей; совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, а реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной.

Апелляционный суд указал, что по тексту письменных объяснений ответчиком также заявлено, что между тем, у ответчика по состоянию на дату заключения договора и исполнения им своих обязательств имелись следующие транспортные средства:

- Мерседес Бенц Аксор 184010 - грузовой тягач седельный (паспорт транспортного средства 50 ОС: 088739) - ФИО1 является собственником с 20.11.2017;

- полуприцеп-самосвал ТОНАР-9523 (паспорт транспортного средства 40 ОМ 967114) - ФИО1 является собственником с 20.11.2017;

- Бетоносмеситель Вольво Е12 - согласно договору от 26.12.2019 № 24/12-19Т между ФИО8 и ФИО1, который в дальнейшем продан 12.02.2022 согласно договору купли-продажи автомобиля ФИО1 ФИО9;

- Мерседес Бенц Аксор 184010 по заявлению ответчика является седельными тягачом, седельный тягач - вид тягача, работающий с полуприцепами, присоединяемыми к машине с помощью специального сцепного механизма - седельно-сцепного устройства. Таким образом, апелляционный суд указал, что заявленное ответчиком транспортное средство - Мерседес Бенц Аксор 184010 само по себе не имеет возможности перевозить какие-либо грузы (бетон, иные строительные материалы). Доказательств того, что указанное транспортное средство согласовано сторонами в приложении от 05.02.2018 № 1 (при отсутствии установочных данных о государственном регистрационном знаке) ответчиком судам не предоставлено, кроме того, среди «согласованных» в дополнительном соглашении от 05.02.2018 № 1 к договору от 01.02.2018 № 15 транспортных средств «тягач» не значится, в него включены только бетоновозы, самосвалы и 2 легковых автомобиля;

- полуприцеп-самосвал ТОНАР-9523 является полуприцепом. Полуприцеп - транспортное средство, не оборудованное двигателем и предназначенное для движения в составе с механическим транспортным средством, несамоходное устройство, как и прицеп, которое спроектировано и изготовлено для его буксировки транспортным средством; разновидность прицепа, которая своей передней частью опирается на тягач. Таким образом, апелляционный суд указал, что заявленное ответчиком транспортное средство - полуприцеп-самосвал Тонар-9523 само по себе не имеет возможности перевозить какие-либо грузы (бетон, иные строительные материалы). Доказательств того, что указанное ТС согласовано сторонами в приложении от 05.02.2018 № 1 от 05.02.2018 (при отсутствии установочных данных о государственном регистрационном знаке) ответчиком судам не предоставлено;

- бетоносмеситель Вольво Е12, заявлено, что ИП ФИО1 является собственником указанного транспортного средства с 26.12.2019. Таким образом, апелляционный суд указал, что названное обстоятельство находится в противоречии с заявлением ответчика о том, что данное транспортное средство имелось у ответчика на дату заключения договора от 01.02.2018 или на 05.02.2018 (дата дополнительного соглашения № 1 к договору № 15). При этом существует объективная невозможность согласования указанного транспортного средства, приобретенного 26.12.2019, условиями дополнительного соглашения от 05.02.2018, а в случае такого согласования и внесения записи о нем в текст дополнительного соглашения от 05.02.2018 следует вывод, что дополнительное соглашение от 02.05.2018 № 1 изготовлено намного позднее заявленной даты и не может быть признано достоверным, не отражает действительных фактов хозяйственной жизни ни ИП ФИО1, ни должника.

Также судом апелляционной инстанции обоснованно отклонен довод о том, что наличие у ИП ФИО1 техники и возможности для исполнения спорного договора подтверждается следующими документами:

- акт от 09.07.2018 № дпж на перевозку щебня между ИП ФИО1 и ООО «МЕРИДИАН» на сумму 75.000 руб.;

- акт от 31.07.2018 № орао на перевозку щебня между ИП ФИО1 и ООО «МЕРИДИАН» на сумму 50.000 руб.;

- акт от 18.07.2018 № орппр на перевозку щебня между ИП ФИО1 и ООО «МЕРИДИАН» на сумму 75.000 руб.;

- акт от 31.01.2019 № хх на перевозку песка между ИП ФИО1 и ООО «МЕРИДИАН» на сумму 142.500 руб.;

- акт от 28.02.2019 № эждо на перевозку песка между ИП ФИО1 и ООО «МЕРИДИАН» на сумму 157.500 руб.;

- акт от 13.07.2018 № прап на перевозку щебня между ИП ФИО1 и ООО «МЕРИДИАН» на сумму 75.000 руб.;

- акт от 25.07.2018 № ждола на перевозку щебня между ИП ФИО1 и ООО «МЕРИДИАН» на сумму 65.000 руб.;

- акт от 21.07.2018 № опра на перевозку щебня между ИП ФИО1 и ООО «МЕРИДИАН» на сумму 65.000 руб.;

- акт сверки взаимных расчетов за 3 квартал 2018 года между ООО «МЕРИДИАН» и ИП ФИО1 по договору от 02.07.2018 № 09-07.

По мнению суда апелляционной инстанции, указанные документы не отвечают требованиям доказательств, подтверждающих осуществление встречного предоставления ИП ФИО1 ООО «Хоумстрой» на общую сумму 38.961.966,98 руб., и выводов суда первой инстанции о мнимости взаимоотношений не опровергают.

Также ссылка ответчика на заключение 01.06.2018 между ИП ФИО1 и ФИО10 договора на перевозку грузов автомобильным транспортом № 11 и на заключение 30.05.2018 между ФИО11 и ИП ФИО1 договора на перевозку грузов автомобильным транспортом № 08, как обоснованно указал апелляционный суд, не имеет отношения к рассматриваемому обособленному спору, указанные взаимоотношения ответчиком к проверке Арбитражным судом города Москвы не заявлялись и реальности правоотношений ИП ФИО1 и ООО «Хоумстрой» не подтверждают.

Судом апелляционной инстанции признан необоснованным довод ответчика о том, что у него отсутствовала цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, так как в момент исполнения сделки должник не отвечал признакам неплатежеспособности / недостаточности имущества. Арбитражным судом города Москвы при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции установлено отсутствие действительного встречного представления по отношению к перечислению должником в пользу ИП ФИО1 денежных средств на сумму 38.961.966,98 руб., суд также установил факт причинения вреда кредиторам должника с учетом возникновения обстоятельств недостаточности денежных средств именно в связи с их безвозмездной передачей заинтересованному лицу. Также судом первой инстанции установлено, что определением Арбитражного суда города Москвы от 02.05.2023 по настоящему делу установлены факты, в частности, о наличии родственных связей должника с ответчиком, о наличии которых заявлено в настоящем обособленном споре, об уклонении от передачи документации должника.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств в пользу ИП ФИО1 на общую сумму 38.961.966,98 руб. и применении последствия недействительности сделок.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 19 июля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 ноября 2023 года по делу № А40-156937/21 оставить без изменения, кассационную жалобу ИП ФИО1 - без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда города Москвы от 19 июля 2023 года и постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 ноября 2023 года по делу № А40-156937/21, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 08 декабря 2023 года.


Председательствующий-судья В.В. Кузнецов


Судьи Н.А. Кручинина


Н.Н. Тарасов