Постановление от 18 марта 2024 г. по делу № А40-85728/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-3919/2024

Дело № А40-85728/23
город Москва
18 марта 2024 года.
Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 марта 2024года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Яниной Е.Н.,

судей: Сергеевой А.С., Петровой О.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рябкиным Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ПАО «ГМК «Норильский никель»

на Решение Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2023 по делу № А40-85728/23

по заявлению ПАО «Горнометаллургическая компания «Норильский никель» (ИНН <***>)

к ответчику: ООО "ФОРС-центр разработки" (ИНН <***>)

о взыскании денежных средств в размере 8 570 168, 19 руб.,

при участии в судебном заседании представителей :

от истца: ФИО1 по доверенности от 30.08.2023;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 01.01.2024, ФИО3 по доверенности от 01.01.2024.



УСТАНОВИЛ:

ПАО «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» (далее - истец) обратилось в арбитражный суд с требованием о взыскании с ООО "ФОРС-центр разработки" уплаченную за сертификаты на лицензионную техническую поддержку денежную сумму в размере 104 929,10 долларов США по курсу Центрального банка Российской Федерации на день осуществления платежа.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2023 по делу № А40-85728/23 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил указанное решение суда первой инстанции отменить и вынести новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы заявитель ссылается на то, что:

1. Суд не учел положения статьи 421 ГК РФ гарантирующие сторонам свободу в установлении своих прав и обязанностей на основании договора. Судом не приняты во внимание согласованные сторонами положения Договора, ставящие нарушение обязательства по оказанию услуг лицензионной технической поддержки программного обеспечения со стороны правообладателя Огас1е в вину поставщика сертификатов и определяющие, что прекращение оказания технической поддержки влияет на качество поставленного товара

2. Суд не учел, что ООО «ФОРС - Центр разработки» приняло на себя ответственность за исполнение обязательств третьим лицом, а также гарантировало об отсутствии необходимости заключения любого иного соглашения, в том числе лицензионного

3. К отношениям сторон Судом ошибочно применены положения пункта 2 статьи 429.4, пункта 5 статьи 450.1, пункта 1 статьи 451, статьи 476, не подлежащие применению (Разделы III, VI, VII, VIII жалобы). Судом не применены положения статей 313, 403, 421, 469, 470, 477 ГК РФ, подлежащие применению

4. Судебный акт принят с нарушением единообразия судебной практики

5. Необоснованный отказ в удовлетворении иска ПАО «ГМК «Норильский никель» о взыскании стоимости сертификатов лишает покупателя, не получившего надлежащего исполнения по договору, права на судебную защиту

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель истца поддержал доводы жалобы по основаниям, изложенным в ней, просил решение суда первой инстанции отменить.

Представители ответчика возражали в удовлетворении апелляционной жалобы, по доводам, изложенным в отзыве.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ПАО «ГМК «Норильский никель» (далее – Покупатель, Истец) и ООО «ФОРС-Центр разработки» (далее – Поставщик, Ответчик) заключен договор № НН/54-2022 от 14.01.2022 (далее – Договор) на поставку сертификатов, подтверждающих право Покупателя на получение услуг по технической поддержке программного обеспечения Oracle на период с 01.01.2022 по 31.12.2022.

Характеристики сертификатов, в том числе срок действия, согласованы сторонами в спецификации.

17.01.2022 Ответчик передал, а Истец принял без замечаний сертификат, что подтверждается подписанным Сторонами универсальным передаточным документом № 202201170001 от 17.01.2022. Сертификат Истцом был активирован. Истец получал услуги технической поддержки от компании Огас1е.

18.03.2022 платежным поручением № 8720 Истец произвел оплату.

В марте 2022 г. компания Огас1е объявила о приостановке своей деятельности в России и об отключении доступа к технической поддержке и иным сервисам в России. С 10.03.2022 г. услуги по технической поддержке компанией Огас1е Покупателю не оказываются.

Ответчик электронным письмом от 04.03.2022 в адрес Истца уведомил и письмом №939 от 14.06.2022 подтвердил возможность оказания услуг по технической поддержке программного обеспечения Огас1е собственными силами Ответчика до окончания срока технической поддержки, не требуя дополнительной оплаты со стороны Истца.

Покупатель официальный ответ на вышеуказанное письмо Поставщика не направил, однако в течение всего срока технической поддержки по Договору (по 31.12.2022) имел возможность получать и фактически получал услуги технической поддержки в центре технической поддержки Ответчика.

От Истца в центр технической поддержки Ответчика было подано 6 заявок на консультацию и техническое сопровождение.

Все заявки были взяты в работу Ответчиком, решение было предоставлено Истцу.

30.12.2022 г. Ответчик получил от Истца уведомление об одностороннем отказе от исполнения Договора и требование о возврате денежных средств (письмо № ГМК/19469-исх от 26.12.2022). В удовлетворении требования о возврате Ответчик отказал.

Истец обратился в Арбитражный суд с г. Москвы с требованием о взыскании с Ответчика денежной суммы в размере 104 929,10 долларов США.

Суд первой инстанции, придя к выводу о недоказанности истцом противоправности действий ответчика, отсутствии неблагоприятных последствий для Общества и причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями, отказал в удовлетворении иска.

Апелляционный суд, повторно исследовав и оценив, представленные в дело доказательства, доводы апелляционной жалобы истца, не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции по примененным нормам материального права и переоценке фактических обстоятельств дела.

ПАО "ГМК "Норильский никель" (покупатель) и ООО "ФОРС-Центр разработки" (поставщик) заключен договор N НН/54-2022-1DS от 22.02.2022, по которому поставщик обязуется передать, а покупатель принять и оплатить сертификаты, подтверждающие право покупателя на получение услуг по лицензионной технической поддержке программного обеспечения.

Данные сертификаты приняты и полностью оплачены истцом, и не оспаривается истцом.

Исковые требования мотивированы тем, что техническая поддержка сертификатов на программное обеспечение предусматривает длительный срок доступа - календарный год, однако, начиная с 10.03.2022 доступ и техническая поддержка сертификатов перестали функционировать, а именно истец не имеет доступа к электронной информационной системе технической поддержки Oracle (My Oracle Support - https://support.oracle.com/portal/), не может открывать новые запросы и получать решения по ранее открытым запросам, не может получать обновления/патчи, не может получать консультационную поддержку, телефон технической поддержки Oracle недоступен.

Товар (сертификаты) были приняты истцом без замечаний/

Истец не отрицает использование сертификатов до 10.03.2022, что свидетельствует о том, что в момент передачи покупателю товар отвечал своим потребительским свойствам, недостатков, возникших до передачи товара покупателю или по причинам, возникшим до этого момента, установлено не было.

При этом факт приостановления компанией-правообладателем Oracle деятельности на территории Российской Федерации не свидетельствует о поставке ответчиком товара ненадлежащего качества.

Довод в апелляционной жалобе о том, что судом первой инстанции дано неверное толкование условий договора, отклоняется судом в виду следующего.

П. 1 Договора прямо и недвусмысленно предусмотрено, что обязанность Поставщика состоит в том, чтобы передать Покупателю сертификаты, подтверждающие право Покупателя на получение услуг по технической поддержке программного обеспечения.

П. 7 Приложения № 2 к Договору стороны согласовали, что техническая поддержка оказывается компанией Огас1е на условиях политики технической поддержки Огас1е, в объеме, указанном в документе Software Technical Support Policies, размещенных на официальном сайте компании Огас1е.

Огас1е вправе по своему усмотрению вносить изменения в Политику технической поддержки.

Подписывая Договор, Покупатель подтвердил, что ознакомился с условиями, изложенными в Политике технической поддержки, и принимает их.

В материалах дела имеется документальное подтверждение факта передачи Ответчиком Истцу и принятия Истцом сертификата надлежащего качества - подписанный сторонами универсальный передаточный документ УПД № 202201170001 от 17.01.2022.

Сертификат, приобретенный Истцом в качестве товара, представляет собой документ, удостоверяющий право его держателя/предъявителя (Истца) на получение услуг технической поддержки не от стороны Договора — Ответчика, а от иного лица — компании Огас1е.

Истец подтверждает, что ему был предоставлен доступ к технической поддержке по приобретенным сертификатам. Истец пользовался поставленными сертификатами. Следовательно, спорные сертификаты на момент поставки были действительными и надлежащего качества, поставлены Истцу в полном объеме.

Договор не содержит указания на обязательства Ответчика совершать какие-либо иные действия по отношению к Истцу, кроме поставки сертификатов. Ответчик не принимал на себя ответственность за действия компании Огас1е. Ответчик ни от своего имени, ни от имени Огас1е гарантий качества, как предусмотрено п. 2 ст. 476 ГК РФ не предоставлял. Именно на этих условиях был заключен Договор между Истцом и Ответчиком.

Как указано в п. 11 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 «О свободе договора и ее пределах», «толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия».

Пункты Отдельных условий договора и Общих условий договора, на которые ссылается Истец, были размещены на официальном сайте Истца без возможности внесения изменений, определялись односторонне ПАО «ГМК Норильский никель» для всех контрагентов, которые заключали договоры с Истцом. Контрагенты ПАО «ГМК Норильский никель», подписывая Договор с последним, подтверждали, что ознакомлены с этими условиями.

Однако п. 7 Договора сторонами было предусмотрено, что при расхождении между условиями Договора и Общих условий или Отдельных условий, на которые ссылается Истец, применяются условия Договора. Условиями Договора гарантийные обязательства Ответчика в отношении поставленных сертификатов технической поддержки, равно как и сроки такой гарантии, не предусмотрены.

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Вынося Решение, Суд первой инстанции указал, что, в соответствии с Постановлением Пленума ВС РФ №49 от 25.12.2018 «значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование»).

На основании чего Судом делается вывод о том, что «положения п. 1.1.5 Отдельных условий должны толковаться с учетом Положений № 2 к Договору, закрепляющих, что оказание услуг технической поддержки осуществляется третьим лицом, которое не находится под контролем Ответчика — компанией Огас1е.

Следовательно Поставщик не несет ответственности за качество или изменение порядка оказания компанией Огас1е услуг технической поддержки (стр. 4 Решения Суда).

Таким образом, судом дано верное толкование условий договора, не позволяющее какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения, как того и требует пункт 4 статьи 1 ГК РФ.

Принцип свободы договора, на который ссылается Истец в апелляционной жалобе, - один из основополагающих принципов гражданского законодательства и, как закреплено в ст. 421 ГК РФ, состоит он в том, что «условия договора определяются по усмотрению сторон».

Закрепленный в нормах статьи 421 ГК РФ принцип свободы договора предполагает добросовестность действий его сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

В ходе рассмотрения дела однозначно подтвержден факт передачи Ответчиком Истцу и принятия Истцом сертификата надлежащего качества. Истец не оспаривает того, что ему был предоставлен доступ к технической поддержке по приобретенным сертификатам. Истец пользовался поставленными сертификатами и получал техническую поддержку компании Огас1е.

После того, как техническая поддержка компанией Огас1е перестала предоставляться, не смотря на отсутствие соответствующих обязанностей Ответчика по Договору, Ответчик, имея необходимые компетенции для оказания услуг, незамедлительно уведомил Истца о возможности предоставить техническую поддержку силами Ответчика.

Поэтому утверждение Истца в апелляционной жалобе о том, что Ответчик письмом № 939 от 14.06.2022 г. «фактически подтвердил невозможность устранения, признав недостатки неустранимыми» несостоятельно и не подтверждается материалами Ддела.

Если руководствоваться позицией Истца со ссылками на п. 3 ст. 475 ГК РФ об устранении недостатков и ссылками на п. 1.1.5. отдельных условий к Договору, оказывая услуги технической поддержки после 10 марта 2022 г. собственными силами, Ответчик фактически произвел замену поставленных сертификатов на сертификаты надлежащего качества (как и предусмотрено п. 1.1.5 Отдельных условий к Договору), а Истец принял и получал услуги от Ответчика.

В соответствии с содержанием журнал технической поддержки программного обеспечения Огас1е, после 10.03.2022 от Истца в центр технической поддержки Ответчика было подано 6 (шесть) заявок на консультацию и техническое сопровождение: №12927 от 24.06.2022, №12928 от 24.06.2022, №13120 от 29.08.2022, №13365 от 27.10.2022, №12543 от 17.03.2022, №13210 от 22.09.2022.

Все заявки были взяты в работу Ответчиком, решение было предоставлено Истцу.

Соответственно, Судом первой инстанции были сделаны верные выводы, о том, что Ответчик (Поставщик) со своей стороны выполнил все необходимые обязательства для обеспечения Покупателя технической поддержкой.

Как следует из содержания стр. 6 и 7 Решения, вопреки утверждению Истца об обратном, Суд первой инстанции произвел анализ и дал оценку положениям пунктов 1.1.5,1.4.4 Договора, указав, что «фактические отношения Сторон и материалы дела подтверждают факт получения Истцом (Покупателем) квалифицированной технической поддержки в течение всего срока технической поддержки, указанного в Приложении № 1 к Договору и соответствующих Сертификатах (стр. 7 Решения).

К отношениям сторон Судом верно применена ст. 476 ГК РФ, что также соответствует сложившейся судебной практики.

Суд первой инстанции указывает, что «факт приостановки/прекращения компанией Огас1е деятельности на территории РФ, включая оказание услуг по технической поддержке, не свидетельствует о поставке Ответчиком товара ненадлежащего качества и не является результатом действий (бездействия) Ответчика (Поставщика).

На момент передачи сертификаты были действительными, последующий отказ в техподдержке вызван не недостатками сертификатов, а совершением действий со стороны производителя, что не может быть поставлено в вину Ответчика, и в силу ст. 476 ГК РФ это исключает ответственность Ответчика как поставщика перед Истцом (стр. 5 Решения Суда).

Утверждение Истца о том, что Ответчик принял на себя ответственность за исполнение обязательств третьим лицом, не соответствует условиям заключенного сторонами Договора. Договор не содержит указанных Истцом гарантий.

В соответствии с договором партнерской сети Огас1е на продление поддержки заключенному между Ответчиком и компанией Огас1е Nederrland B.V., Ответчик имел право обрабатывать и размещать в Огас1е заказы на продление технической поддержки для конечных пользователей, которым и являлся Истец.

Во исполнение Договора с Истцом Поставщик разместил в компании Огас1е заказ на продление услуг технической поддержки (номер заказа (номер технической поддержки) № 20296815, № 20192342. Заказ был принят компанией Огас1е.

После чего Ответчик передал Истцу действительный Сертификат на получение технической поддержки Огас1е, который успешно был активирован Покупателем, что последним не оспаривается.

В соответствии с пунктами 1 и 6 Приложения № 2, условием предоставления технической поддержки Огас1е является регистрация Покупателя в информационной системе технической поддержки компании Огас1е посредством присвоения Покупателю регистрационного номера для входа в систему компании Огас1е. Информационная система технической поддержки компании Огас1е «Му огас1е support» принадлежит и полностью контролируется компанией Огас1е.

Таким образом, условия оказания услуг технической поддержки производителем - компанией Огас1е были определены в документе - Правила технической поддержки, которые были опубликованы на сайте производителя, согласно которым после передачи сертификата на техническую поддержку конечному пользователю у последнего возникают правоотношения с лицом, оказывающим услуги, конечный пользователь получает право требовать, а производитель обязуется оказать услуги технической поддержки.

Как следует из обстоятельств, изложенных выше и подтвержденных материалами Дела, Ответчик к исполнению своих обязательств, указанных в п. 1 Договора и состоящих в обязанности передать Истцу сертификаты, третьих лиц не привлекал, а, являясь, уполномоченным партнером Огас1е, осуществил поставку Сертификата Истцу самостоятельно. Ответчик выполнил функции посредника между правообладателем - компанией Огас1е, с одной стороны, и Истцом, с другой стороны.

Необходимо разграничивать обязательства Ответчика, как поставщика сертификата и обязательства производителя по оказанию услуг технической поддержки, что подтверждается многочисленной судебной практикой.

Ответчик не принимал на себя ответственность за действия компании Огас1е. Ни от своего имени, ни от имени Огас1е ни гарантий качества, как предусмотрено п. 2 ст. 476 ГК РФ, ни гарантий отсутствия изменений в правилах работы компании Огас1е Поставщик Покупателю не предоставлял.

Более того, Истец в апелляционной жалобе признает, что «гарантия качества»и «гарантийный срок» прямо не поименованы в Договоре, однако «по смыслу Истца считаются гарантией качества».

Ст. 476 ГК РФ предусмотрено, что продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого. Истцом в ходе рассмотрения Дела не приведено ни одного доказательства, подтверждающего, что недостатки Сертификата возникли до его передачи, что Ответчиком был поставлен товар ненадлежащего качества.

Как подтверждается материалами Дела, качество переданного Ответчиком сертификата на момент передачи Истцу соответствовало Договору и законодательству РФ: сертификат соответствовал характеристикам, согласованным Сторонами в Договоре, отвечал своим потребительским свойствам. Сертификат был активирован Истцом, и Истец получил доступ к услугам технической поддержки производителя - компании Огас1е.

Причиной прекращения оказания услуг технической поддержки со стороны Огас1е не было неподтверждение Огас1е действительности сертификата и/или срока действия сертификата.

Сам Истец в своем уведомлении (письмо № ГМК/19467 от 26.12.2022) указывает, что причиной требований Истца является не ненадлежащее качество сертификата, а тот факт, что «услуги по технической поддержке не оказываются Огас1е Покупателю в связи с приостановлением/прекращением деятельности компании Огас1е в РФ».

Вывод Суда первой инстанции о том, что фактически Истец получил услуги технической поддержки силами сотрудников Ответчика верен и подтвержден материалами, имеющимися в деле.

Тот факт, что Ответчик являлся официальным партнером компании Огас1е с возможностью оказания услуг технической поддержки (включая, достаточные компетенции и наличие сертифицированных инженеров Огас1е), как в ходе исполнения Договора, так и в ходе рассмотрения Дела Истцом не оспаривался.

Более того, данный факт подтвержден материалами, имеющимися в Деле и был подтвержден Истцом в ходе закупочной процедуры, по итогам которой Истец признал Ответчика соответствующим всем требуемым критериям и заключил с Ответчиком Договор.

После ухода компании Огас1е с рынка РФ Ответчик незамедлительно в рабочем порядке посредством электронной почты уведомил Покупателя о приостановке Огас1е своей деятельности на территории РФ и об оказании услуг по технической поддержке программного обеспечения Огас1е собственными силами Ответчика.

После того, как стало известно об уходе Огас1е с рынка РФ, а Ответчик направил Истцу письмо о том, что услуги технической поддержки может оказывать сам Ответчик силами своих специалистов, а именно - 18 марта 2022 платежным поручением № 8720 Истец произвел оплату Ответчику.

17 марта 2022 года Ответчик принял обращение специалиста Истца, по которому предоставил решение.

14 июня 2022 года Ответчик направил Истцу официальное письмо № 939 и предложил Истцу заключить дополнительное соглашение к Договору для внесения фактических изменений в состав технической поддержки (приложение № 1 к письму № 939 от 14.06.2022 г.), не требуя дополнительной оплаты со стороны Истца.

При этом Покупатель официальный ответ на вышеуказанное письмо Поставщика не направил, однако в течение всего срока технической поддержки по Договору (по 31.12.2022 г.) имел возможность получать и фактически получал услуги технической поддержки в центре технической поддержки Ответчика, что подтверждается журналом технической поддержки.

В соответствии с содержанием журнала, после 10.03.2022 г. от Истца в центр технической поддержки Ответчика было подано 6 заявок на консультацию и техническое сопровождение: №12927 от 24.06.2022, №12928 от 24.06.2022, №13120 от 29.08.2022, №13365 от 27.10.2022, №12543 от 17.03.2022, №13210 от 22.09.2022). Все заявки были взяты в работу Ответчиком, решение было предоставлено Истцу.

Содержащееся в апелляционной жалобе утверждение Истца о том, что полученные им консультации и услуги от Ответчика были в рамках не спорного Договора, а иного (договора № НН/82-2022 г. от 19.01.2022 г.) недобросовестно и не соответствует действительности.

С уходом компании Огас1е с рынка России для конечных пользователей была прекращена возможность заведения технических запросов через информационную систему технической поддержки Му Огас1е suрроrt.

Соответственно, уведомляя Истца о возможности оказания услуг по технической поддержке программного обеспечения Огас1е собственными силами Ответчика, Ответчик предложил взамен отключенного компанией Огас1е Му Огас1е suрроr использовать автоматизированную информационную систему центра технической поддержки Ответчика (АИС «ЦТП») - что зафиксировано письмом № 939 от 14.06.2022, а также в переписке представителей сторон.

Доступ к АИС ЦТП позволял Покупателю получать информацию и документацию из базы знаний, а также круглосуточно заводить технические запросы, запрашивать и получать помощь в отношении поиска, идентификации неисправностей, по разработке предложений по их устранению, получать техническое консультирование.

Касательно номеров лицензий, на которые ссылается Истец, то ни в одном из договоров (ни в спорном договоре № НН/54-2022 от 14.01.2022, ни в договоре № НН/82-2022) номера лицензий не указаны, они не являлись необходимым идентификатором для получения услуг технической поддержки. Стороны заключили договоры об оказании услуг технической поддержки в отношении, определенного в спецификациях программного обеспечения, и договоры № НН/54-2022 и № НН/82-2022 содержали различные спецификации именно в части программного обеспечения.

Спецификацией к Договору № НН/82-2022 от 19.01.2022 предусмотрено оказание услуг технической поддержки для программного обеспечения, не входящего в спецификацию спорного Договора.

При формировании специалистами Истца заявок № 12927, № 13120, № 13365 и № 13210 в разделе «лицензия» указан номер лицензии 3-GVJOSD, что соответствует номеру лицензии, указанной в пп. 1.и 2 Спецификации (Приложения № 1) к Договору № НН/54-2022 от 14.01.2022.

В заявке № 12543 говорится о программном обеспечении Primavea P6, которое не указано в спецификации к Договору № НН/82-2022 от 19.01.2022, но указано в спецификации к Договору № НН/54-2022.

В отношении довода Истца, что переписка велась не от сотрудников ПАО ГМК «Норильский никель», а от ООО «Норникель-Спутник»/ООО «Норникель - Общий центр обслуживания», то заявки поступали от представителей Истца, так как, помимо того, что заявки поступали в отношении программного обеспечения, указанного в Договоре между Истцом и Ответчиком:

- Условиями спорного Договора не установлено, что представителями Истца могут быть исключительно лица, состоящие в трудовых отношениях с ПАО «ГМК «Норильский никель».

В п. 6 Приложения № 2 к Договору указано, что обращения принимаются от представителей Покупателя, зарегистрированных в качестве контактных лиц покупателя. Их круг не ограничен.

- Общими условиями Договоров в р. «Определения» определено, что Покупатель — это ПАО «ГМК «Норильский никель» или организация, входящая в его группу лиц. Более того, если бы у Ответчика был бы заключен отдельный договор с ООО «Норникель-Спутник/ООО «Норникель-Общий центр обслуживания», то Истец непременно бы представил эти договоры, но этого им не сделано и сделано быть не могло.

- Все обращения по заявкам поступали с электронной почты с домена @nornik.ru.

- В т.д. 2 л.д. 99-101 приведена переписка представителей Истца и Ответчика. Со стороны Истца переписку ведет ФИО4 (AstahovRV@ nornik.ru), при этом в подписи ФИО4 фигурирует ООО «Норникель-Общий центр обслуживания». Истец называет ФИО4 своим работником.

Как следует из Определения Верховного Суда РФ от 30.07.2013 N 18-КГ13-70критериями применения ст. 451 ГК РФ является: наличие существенного изменения обстоятельств, время его наступления, возможность разумно предвидеть это изменение.

На момент подписания спорного Договора (14.01.2022) ни Истец, ни Ответчик не предвидели и не могли предвидеть прекращение деятельности иностранных компаний и их массовый уход с рынка РФ в марте 2022 г. Если бы у Сторон присутствовала возможность разумно предвидеть это изменение, то договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Суд первой инстанции в своем Решении верно указывает, что «производитель технических средств прекратил оказание услуг не в связи с их недействительностью, а в связи с решением самой компании прекратить оказание услуг на территории РФ.

Прекращение компанией Огас1е оказания услуг не является нарушением Ответчиком своих обязательств, а является существенным изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении Договора» (стр. 5 Решения).

Оснований для применения ч. 3 ст. 401 ГК РФ об ответственности за ненадлежащее исполнение, не имеется, так как обязательства Ответчика, предусмотренные п. 1 Договора были исполнены в полном объеме, своевременно и надлежащего качества.

Между Истцом и Ответчиком был заключен договор на поставку сертификатов, подтверждающих право Покупателя на получение услуг по технической поддержке программного обеспечения Огас1е (п. 1 Договора).

При этом, как справедливо указал суд первой инстанции, сами услуги технической поддержки по своей сути оказывались Истцу по модели абонентского договора (ст. 429.4 ГК РФ).

Согласно ст. 429.4 ГК РФ, договором с исполнением по требованию (абонентским договором) признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных, в том числе периодических, платежей или иного предоставления за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом.

Как следует из Приложения № 2 к Договору (т.д. 1, л.д. 8) и из Приложения № 1 к письму № 939 от 14.06.2022 г. (т.д.1, л.д 30-31), Поставщик, как и компания Огас1е, обеспечивал возможность обращения Покупателя за получением консультаций и технической помощи, то есть услуги технической поддержки предоставлялись Покупателю по требованию последнего.

Так в Приложении № 1 и Приложении № 2 к Договору указано, что сертификаты предусматривают обеспечение технической поддержки, возможность заведения технических запросов. При этом фактически условием оказание услуг является регистрации Покупателя в соответствующей информационной системе, технические консультации осуществляются по обращениям представителей Покупателя (п. 6 Приложения № 2 к Договору).

Аналогичный подход фигурирует и в письме № 939 от 14.06.2022 г., в приложении № 1 которого указано, что Поставщик обязуется обеспечить возможность получения Покупателем услуг, при этом фактически услуги оказываются по заявкам Покупателя. При этом стоимость услуг фиксирована и не зависит от количества обращений.

Таким образом, очевидно, что Истцу была предоставлена возможность в любой момент в течение определенного периода воспользоваться согласованными услугами (на которые Истец приобрел сертификат). Пользоваться ли данными услугами или нет - выбор Истца, на стоимость это не влияло.

Учитывая, фактически сложившиеся отношения между Истцом и Ответчиком после ухода компании Огас1е, состоящие в том, что Истец запрашивал, а Ответчик оказывал услуги технической поддержки, Суд первой инстанции правомерно применил ст. 450.1 ГК РФ.

Окончание периода технической поддержки, согласно Договору, приходится на 31 декабря 2022. При этом 30 декабря 2022 г. Поставщик получил от Покупателя уведомление об одностороннем отказе от исполнения Договора и требование о возврате денежных средств (письмо № ГМК/19469 от 26.12.2022).

Фактические отношения Сторон и материалы дела подтверждают факт получения Истцом (Покупателем) квалифицированной технической поддержки в течение всего срока технической поддержки, указанного в Приложении № 1 к Договору.

Претензий к срокам и качеству оказания услуг технической поддержки Истец до момента получения Ответчиком уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора (исх. № ГМК/19469 от 26.12.2022 г.) не предъявлял. Истец также не заявлял, что он не мог воспользоваться вышеуказанными услугами в центре технической поддержки Ответчика.

Вынося Решение, суд сделал верный вывод о том, что «в соответствии с п. 5 ст. 450.1 ГК РФ «В случаях, если при наличии оснований для отказа от договора (исполнения договора) сторона, имеющая право на такой отказ, подтверждает действие договора, в том числе путем принятия от другой стороны предложенного последней исполнения обязательства, последующий отказ по тем же основаниям не допускается».

Истец, производя оплату услуг (платежное поручение № 8720 от 18.03.2022 г., т.д.1, л.д 24) после ухода компании Огас1е, а также осуществляя обращения в Центр технической поддержки Ответчика фактически принял предложенное Ответчиком исполнение.

Таким образом, Истец имел возможность и фактически получал услуги технической поддержки на протяжении всего периода, указанного в Сертификате. Доказательств обратного в материалах дела не представлено, на что справедливо указывает Суд первой инстанции (стр. 7 Решения Суда).

Аналогичная правовая позиция изложена в судебном акте по делу № А40-87874/23, принятого по делу со схожими фактическими обстоятельствами дела и между теми же сторонами.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, безусловными основаниями для отмены решения, апелляционным судом не установлено.

Судебные расходы в виде уплаты государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы распределяются в порядке, предусмотренном ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 176, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2023 по делу № А40-85728/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.


Председательствующий судья: Е.Н. Янина


Судьи: А.С. Сергеева


О.О. Петрова