Постановление от 25 июля 2024 г. по делу № А43-36441/2023

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) телефон 44-76-65, факс 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-36441/2023
25 июля 2024 года
г. Владимир


Резолютивная часть постановления объявлена 11 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 июля 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Устиновой Н.В., судей Наумовой Е.Н., Мальковой Д.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бундиной Ю.И., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Алекс» на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 25.04.2024 по делу № А43-36441/2023, принятое по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Алекс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 92 857 руб., в отсутствие представителей сторон.

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – Предприниматель) обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Алекс» (далее – Общество) о взыскании, с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 359303 путем предложения к продаже контрафактного товара - «маникюрный инструмент», 05.04.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адресной таблички: <...> руб. расходов на приобретение спорного товара, 132 руб. почтовых расходов.

Решением от 25.04.2024 Арбитражный суд Нижегородской области удовлетворил исковые требования в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, Общество обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, которым снизить размер компенсации.

Данная апелляционная жалоба принята и назначена к рассмотрению.

Обжалуя судебный акт, заявитель считает, что судом первой инстанции ошибочно установлено, что нарушения ответчика носят систематический характер, повторяющийся во времени и в нескольких торговых точках. Указал на то, что Общество ранее не привлекалось к ответственности за нарушение исключительных прав. Также полагает, что предусмотренный условиями договора паушальный взнос в размере 1 000 000 руб. не может быть принят во внимание для определения размера компенсации, поскольку договором не предусмотрен срок, за который выплачивается данное вознаграждение. Отметил, что истец по аналогичным делам производит расчет компенсации без учета паушального взноса. Кроме того, по мнению заявителя, при расчете размера компенсации неправомерно не учтено количество товаров 8-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ), в отношении которых истцу предоставлено право использования товарного знака по лицензионному договору. Пояснил, что был продан только одни товар, относящийся к 8-му классу МКТУ. Находит возможным определение компенсации в размере 1648 руб. 35 коп. Сослался на то, что ответчик просил снизить размер компенсации, учитывая, что взыскание компенсации является средством восстановления прав, а не обогащения правообладателя; превентивная цель от применения компенсации на основании контрасчета ответчика в размере 1648 руб. 35 коп. достигается в полной мере, так как соотношение со стоимостью проданного за 150 руб. товара явно выше. Обратил внимание на то, что не является производителем товара, маркированного спорным обозначением; не ведет оптовую торговлю товарами, в отношении которых зарегистрирован товарный знак; правонарушение совершено ответчиком впервые; основным видом деятельности Общества согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц является торговля оптовая писчебумажными и канцелярскими товарами, а не маникюрными инструментами. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Истец в отзыве на апелляционную жалобу возразил по доводам заявителя, считая их несостоятельными, и просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание от 11.07.2024 не обеспечили, заявили ходатайства о рассмотрении апелляционной жалобы в свое отсутствие. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, изучив доводы заявителя апелляционной жалобы и возражения на них, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены (изменения) судебного акта.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Предприниматель является обладателем исключительного права на товарный знак «»по свидетельству Российской Федерации № 359303, зарегистрированный 08.09.2008 в отношении товаров 3, 8, 11, 21, 26 и услуг 35, 44 классов МКТУ (дата регистрации – 08.09.2008, дата приоритета – 19.10.2005, дата истечения исключительного права – 19.10.2015, дата, до которой продлен срок действия исключительного права, – 19.10.2025).

По пояснениям истца, в ходе закупки, произведенной 05.04.2022 в торговой точке, принадлежащей ответчику, расположенной по адресу: <...>, установлена реализация товара - «маникюрный инструмент» с размещением обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 359303.

Истец, полагая, что ответчик нарушил его исключительные права на товарный знак, направил претензию с требованием о выплате компенсации.

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

В пункте 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак (пункт 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Исследовав представленные в дело доказательства, суд первой инстанции верно установил, что истцу принадлежат исключительные права на товарный знак «» по свидетельству Российской Федерации № 266060, которые нарушены ответчиком путем предложения к продаже и реализации 05.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, товара – маникюрного инструмента, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком по свидетельству № 266060, в отсутствие согласия правообладателя.

Указанные обстоятельства ответчиком не оспариваются. Возражений относительно несогласия с выводом суда первой инстанции о нарушении действиями ответчика исключительных прав Предпринимателя на спорный товарный знак в апелляционной инстанции не заявлено.

Доводы заявителя жалобы сводятся к несогласию Общества с порядком определения и размером компенсации, присужденной судом первой инстанции за допущенное ответчиком нарушение исключительного права на принадлежащий истцу товарный знак.

Согласно статье 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без согласия правообладателя является незаконным и влечет ответственность, установленную действующим законодательством (абзац 3 пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

В силу пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Учитывая, что факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак подтвержден документально, требование о взыскании компенсации предъявлено последним правомерно.

В рассматриваемом случае Предприниматель, заявляя требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на спорный товарный знак в размере 92 857 руб., избрал вид компенсации, предусмотренный подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

По мнению Общества, определенный Предпринимателем двукратный размер стоимости использования товарного знака не соответствует характеру нарушения.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления Пленума № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята стоимость права за аналогичный способ использования.

Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, в отношении того, что определение размера компенсации не может быть произведено судом произвольно.

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Само по себе отличие обстоятельств допущенного нарушения от условий лицензионного договора не является основанием для признания указанного договора не относимым доказательством.

Суд может определить другую стоимость права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Из материалов дела следует, что размер заявленной компенсации (с учетом уточнения исковых требований) рассчитан истцом исходя из лицензионного договора от 06.04.2021. Также Предпринимателем представлены платежные поручения об оплате вознаграждения по указанному договору.

По условиям лицензионного договора от 06.04.2021 истец (лицензиар) предоставляет лицензиату право использования товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 359303 в отношении товаров и услуг по семи классам МКТУ путем его размещения 4 способами.

Согласно пунктам 1.3, 2.1.1, 2.4 данного лицензионного договора лицензиат вправе использовать товарный знак на всей территории Российской Федерации путем его размещения на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые ввозятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся с этой целью. За использование товарного знака подлежит уплате разовый паушальный платеж в сумме 1 000 000 руб. и последующие ежемесячные платежи в форме роялти в сумме 300 000 руб.

Расчет компенсации произведен истцом в рассматриваемом случае следующим образом: (1 300 000 руб. / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ / 4 способа применения) x 2, в соответствии с которым ее размер составил 92 857 руб.

Из данного расчета следует, что при определении размера компенсации истцом учтено, что ответчиком допущено нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 359303 путем предложения к продаже и реализации товара - «маникюрный инструмент», относящегося к 8-му классу МКТУ.

Суд первой инстанции, проверив произведенный истцом расчет и признав обоснованной примененную истцом при расчете цену, которая подлежит оплате при сравнимых обстоятельствах за правомерное пользование товарного знака с учетом условий вышеназванного лицензионного договора применительно к допущенному ответчиком нарушению исключительных прав Предпринимателя на товарный знак по свидетельству № 359303 путем предложения к продаже и реализации товара, относящегося к 08 классу МКТУ, удовлетворил требование о взыскании компенсация в полном объеме – в сумме 92 857 руб.

В рассматриваемом случае суд счел, что заявленный истцом размер компенсации отвечает принципу разумного и справедливого подхода к определению размера компенсации.

Довод ответчика относительно несогласия с размером компенсации отклоняется.

В случае, если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 № 310-ЭС20-9768).

Определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению.

Как следует из материалов дела, вменяемое ответчику нарушение исключительного права истца совершено в период действия лицензионного договора от 06.04.2021, что сопоставимо с моментом предоставления права использования товарного знака; ответчиком допущено нарушение исключительных прав истца путем предложения к продаже и реализации товара, относящегося к 08 классу МКТУ.

Судом апелляционной инстанции установлено, что примененный истцом алгоритм определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, не противоречит положениям статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 61 Постановления Пленума № 10.

Довод ответчика о том, что разовый паушальный платеж не подлежит учету при расчете компенсации, фактически продублированный в апелляционной жалобе, был предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отклонен, поскольку в силу пункта 5 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

Таким образом, в лицензионном договоре можно одновременно установить как фиксированный разовый лицензионный платеж (паушальный платеж), так и периодические платежи (например, процент от продаж).

Поскольку и паушальный взнос, и периодические платежи составляют стоимость права использования объекта интеллектуальных прав, обе суммы подлежат учету при расчете компенсации за нарушение исключительного права на этот объект.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции обоснованно констатировал, что разовый паушальный платеж подлежит учету при определении размера компенсации.

Ссылка заявителя жалобы на то, что при расчете компенсации не были учтены конкретное количество товаров 8-го класса МКТУ, в отношении которых заключен лицензионный договор, и то обстоятельство, что ответчиком реализован лишь один товар, входящий в данный класс МКТУ, несостоятельна.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 № 310-ЭС20-9768 по делу № А48-7579/2019 отмечена необходимость соотнесения условий лицензионного договора, которым истец обосновывает расчет компенсации, и обстоятельств допущенного ответчиком нарушения, в том числе в части перечня товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам).

При определении цены, взимаемой при сравнимых обстоятельствах за правомерное использование спорного товарного знака, необходимо также учитывать виды товаров в рамках одного класса МКТУ, поскольку это может оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом правообладателю вознаграждения, однако это не означает, что размер вознаграждения по лицензионному договору должен быть арифметически поделен на количество наименований товаров, указанных в лицензионном договоре.

Согласно ГОСТ Р 51303-2023 под видом товаров понимается совокупность товаров определенной группы, объединенных общим названием и назначением (примерок конкретного вида товаров являются плащи и куртки, принадлежащие к группе верхней одежды, а также представители других групп (классов), такие как телевизоры, холодильники, кровати). В соответствии с ГОСТ Р 51303-2023 группа товаров: совокупность товаров определенного класса, обладающих сходными потребительскими свойствами и показателями, а также общим назначением (например, верхняя одежда, белье, обувь, молочные продукты).

Заключение лицензионного договора на использование товарного знака в отношении нескольких наименований товаров, входящих в один класс МКТУ, является обычной хозяйственной практикой. Например, если товарный знак зарегистрирован в отношении товаров 8-го класса МКТУ: кусачки для ногтей; ножницы; пилочки для ногтей, то разумно предположить, что по лицензионному договору будет предоставлено право использования в отношении всей группы указанных товаров (вид товаров: маникюрные инструменты). Соответственно, вознаграждение по такому лицензионному договору будет охватывать всю эту группу товаров.

Как правило, готовые изделия классифицируются в соответствии с их функцией или назначением (общие замечания к МКТУ). В связи с этим видится разумным исходить из того, что вознаграждение за использование товаров из одного класса МКТУ - это стоимость права использования, взимаемая при сравнимых обстоятельствах за использование любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары не относятся к одному виду.

Таким образом, если по лицензионному договору предоставлено право использования в отношении товаров одного класса МКТУ, то вознаграждение по такому договору, по общему правилу, составляет стоимость права использования, взимаемую при использовании любого товара из этого класса.

Применительно к рассматриваемому делу ответчик, предлагая производить расчет компенсации с учетом деления размера платежа на количество товаров 8-го класса МКТУ, в отношении которых предоставлено право использования товарного знака по лицензионному договору, ответчик не учел факт отнесения данных товаров к одному виду товаров.

Удовлетворяя требование о взыскании компенсации в полном объеме, суд первой инстанции в полной мере принял во внимание обстоятельства допущенного ответчиком нарушения исключительных прав истца на товарный знак и условия имеющегося в деле лицензионного договора.

Оснований для снижения размера компенсации суд первой инстанции с учетом оценки имеющихся в деле доказательств обоснованно не усмотрел.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 № 310-ЭС20-9768 изложена правовая позиция о том, что установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40-П).

Правовых оснований для применения в рассматриваемом случае положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при нарушении одним действием исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности и при следующих условиях: размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Согласно абзацу 2 пункта 4.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Таким образом, снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием совокупности ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

Вместе с тем, ответчик не представил доказательства, которые свидетельствовали бы о возможности снижения компенсации, что им предпринимались необходимые меры, проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу.

Приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара (статья 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Также Общество не представило доказательства многократного превышения компенсацией размера причиненных истцу убытков, при том, что такое превышение должно быть доказано ответчиком, равно как не представила и доказательств того, что правонарушение совершено ей впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью ее предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Следует отметить, что размер возможных убытков не связан со стоимостью реализуемого нарушителем контрафактного товара.

Сами по себе указания ответчика на то, что контрафактный товар продан в одном экземпляре и имеет незначительную стоимость; нарушение права выражено в товаре, производителем которого ответчик не является; ответчик ранее не привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав, не влекут вывод о безусловной необходимости снижения взыскиваемой компенсации. Данные обстоятельства в силу норм действующего законодательства и правоприменительной практики не являются достаточными для снижения компенсации, предусмотренной статьей 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного оснований для снижения размера компенсации применительно к постановлениям Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и от 24.07.2020 № 40-П в рассматриваемом случае не имеется.

Требование истца о взыскании с ответчика компенсации в сумме 92 857 руб. удовлетворено судом первой инстанции на законных основаниях.

Учитывая результат рассмотрения спора, суд первой инстанции обоснованно в порядке статей 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнес на ответчика документально подтвержденные судебные расходы истца в виде расходов по государственной пошлине в сумме 2000 руб. и судебных издержек - расходов по приобретению товара в сумме 150 руб. и почтовых расходов в сумме 132 руб.

Мотивированных возражений относительно распределения судебных расходов в апелляционной инстанции не заявлено.

Доводы заявителя жалобы судом апелляционной инстанции проверены в полном объеме и отклонены с учетом вышеизложенного.

Разрешая спор, суд первой инстанции полно, всесторонне и объективно исследовал представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований сторон, не допустив неправильного применения норм материального и процессуального права.

Аргументы, приведенные заявителем жалобы, не содержат фактов, которые не были бы проверены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для принятия судебного акта по существу. Каких-либо обстоятельств, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить либо изменить обжалуемый судебный акт, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, поскольку оно принято с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (изменения) судебного акта по доводам заявителя не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 25.04.2024 по делу № А43-36441/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Алекс» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок со дня его принятия.

Председательствующий судья

Судьи

Н.В. Устинова

Е.Н. Наумова

Д.Г. Малькова