Постановление от 23 января 2024 г. по делу № А56-62401/2020

134/2024-7286(1)


ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-62401/2020
23 января 2024 года
г. Санкт-Петербург
/уб.2 Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 января 2024 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи И.Н.Барминой, судей Д.В.Бурденкова, И.В.Юркова, при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: конкурсного управляющего ФИО2 лично,

от ФИО3 – представитель ФИО4 по доверенности от 02.09.2022,

от ФИО5 – представитель ФИО6 по доверенности от 08.02.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-38349/2023) конкурсного управляющего ООО «Бест» ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.10.2023 по делу № А5662401/2020/уб.2 (судья Корушова И.М.), принятое

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО5 о взыскании убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Бест»,

Третье лицо: ФИО3

установил:

29.07.2020 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ООО «ЭКОТРАФИК» о признании ООО «БЕСТ» несостоятельным (банкротом).

Определением от 05.08.2020 указанное заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 24.11.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 224 от 05.12.2020.

Решением от 31.03.2021 в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

13.12.2022 от конкурсного управляющего ФИО2 в арбитражный суд поступило заявление о взыскании в пользу ООО «БЕСТ» с ФИО5 убытков в размере 13 641 000.00 руб.

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.10.2023 по делу № А56-62401/2020/уб.2 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании убытков отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, ссылалась на несоответствие определения требованиям ГК РФ в части исчисления процессуальных сроков давности, полагает, что смена генерального директора с ФИО5 на ФИО3 не может считаться началом течения срока исковой давности, поскольку они являются аффилированными лицами (ФИО5 является дочерью ФИО3). Конкурсный управляющий указывает, что ФИО3 в период с 22.10.2012 по 02.03.2018 являлся участником должника и его генеральным директором, с 17.04.2019 по дату открытия конкурсного производства - генеральным директором ООО «БЕСТ». ФИО5 с 02.03.2018 по 22.07.2019 г. являлась участником должника и его генеральным директором с 02.03.2018 по 17.04.2019 г. ООО «Бест» в общей сложности перечислило ФИО5 16134765,00 руб. без каких-либо оснований в период с 13.12.2018 г. по 24.07.2019 г. При этом в период, когда ФИО5 была руководителем ООО «Бест», ей было перечислено 13641000,00 руб., а в последующем после смены руководителя на ФИО3 ей было перечислено еще 2493765,00 руб.

Конкурсным управляющий полагает, что срок исковой давности надлежит отчитывать начиная с 30.03.2021 – даты введения конкурсного производства в отношении должника – в связи с чем заявление о взыскании с ФИО5 убытков от 13.12.2022 подано в трехлетний срок и подлежало удовлетворению, основания для заявления ходатайства о восстановлении пропущенного срока исковой давности отсутствовали.

ФИО5 представлен отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании конкурсный управляющий доводы апелляционной жалобы поддержал, представители ФИО3 и ФИО5 против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, определение просили оставить без изменения.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" также разъяснено, что требования о возмещении убытков, причиненных должнику его органами, предъявляются в деле о банкротстве должника.

Такое требование может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Из разъяснений, данных в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - постановление Пленума N 43), согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Конкурсный управляющий вменяет в вину ответчику безосновательное перечисление денежных средств в период с 13.12.2018 по 22.03.2019. Конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением в суд 13.12.2022 через систему «Мой Арбитр».

Как следует из материалов дела, ФИО5 исполняла обязанности генерального директора должника в период с 21.02.2018 по 05.04.2019.

ФИО3 исполнял обязанности генерального директора должника в период с 23.03.2019 по 10.12.2019. При этом ответчиком по обособленному спору заявлена ФИО5, а не ФИО3

Учитывая изложенное, предусмотренный статьей 200 ГК РФ общий срок давности по взысканию спорных убытков с ФИО5 следует исчислять с 23.03.2019.

Из апелляционной жалобы и материалов дела не следует, что конкурсному управляющему стало известно о совершении спорных перечислений с 13.12.2018 по 22.03.2019 уже после истечения срока на взыскание убытков из таких перечислений – т.е. после 23.03.2022.

Конкурсный управляющий мог достоверно установить факт совершения данных платежей и истребовать по ним документы в разумный срок с момента введения процедуры конкурсного производства, чего им сделано не было.

Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий не заявлял ходатайство о восстановлении пропущенного срока давности, несмотря на неоднократное отложение разбирательства по спору.

Вместе с тем, согласно апелляционной жалобе, конкурсный управляющий полагает, что ООО «Бест» не могло узнать о причинении убытков и, как следствие, о начале отсчета общего срока исковой давности до момента признания общества банкротом и утверждения конкурсного управляющего – то есть первого лица не аффилированного и не заинтересованного по отношению к предшествующему руководству должника.

В период осуществления своих полномочий генерального директора как ФИО5, так и ФИО3 имели право действовать от имени ООО «Бест» без доверенности.

При этом, как следует из правовой позиции ФИО5 и не оспаривается ФИО3, ФИО5 осуществляла обязанности генерального директора общества в период болезни ФИО3, который продолжал давать указания о совершении от лица общества тех или иных действий, в том числе давал указания на совершение спорных платежей и фактически их совершал самостоятельно от имени должника, имея в распоряжении ЭЦП.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности по взысканию убытков. При этом управляющим не заявлено о восстановлении пропущенного срока, а также не приведены мотивы, по которым он подал заявление о взыскании убытков с нарушением срока.

Согласно пункту 15 постановления Пленума N 43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 200 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно заявление конкурсного кредитора оставил без удовлетворения.

Согласно пункту 15 постановления Пленума N 43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 200 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии

заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно заявление конкурсного кредитора оставил без удовлетворения.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно, а также нести ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее по тексту - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В пункте 2 постановления № 62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи

юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

В силу положений части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред

В силу статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом, в том числе путем возмещения убытков.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего:

- факт совершения ответчиком правонарушения; - противоправность поведения причинителя вреда;

- наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда;

- размер убытков.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ заявитель должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с подпунктами 1 и 2 пункта 3 постановления Пленума N 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный ликвидатор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Таким образом, доказывая наступление обстоятельств для взыскания убытков, то есть обстоятельств нарушения руководством должника обязанности действовать в интересах общества, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Конкурсным управляющим в нарушение требований статьи 65, 268 АПК РФ не доказано осуществление в пользу ФИО5 документально необоснованных платежей.

Также конкурсным управляющим в пределах срока исковой давности данные платежи, а также сделка-основание для платежа в установленном порядке (на основании общегражданских составов недействительности или на основании специальных составов недействительности) не оспорены и недействительными не признаны. Разумные причины выбора конкурсным управляющим такого способа защиты права как взыскание убытков вместо оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве в заявлении не приведены и апелляционному суду не сообщены.

Как следствие, конкурсным управляющим по существу осуществляется искусственная подмена способов защиты права с целью сокрытия конкурсным управляющим факта пропуска срока на оспаривание сделок должника.

Кроме того, как следует из материалов дела, предшествовавшее конкурсному управляющему руководство должника – ФИО5 иФИО3 – было осведомлено о совершении спорных платежей.

Так, 20.12.2007 между ФИО5 и должником (прежнее наименование ООО «Бест» – ООО «Авиа Консалт») заключен агентский договор, по условиям которого должник поручил, а ФИО5 обязалась за вознаграждение от своего имени, за счет принципала подобрать контрагентов для приобретения товаров, использующихся в коммерческой деятельности должника – запчасти, узлы и агрегаты для воздушных судов.

Должник оплачивал такие услуги платежами в рамках зарплатного проекта совместно с выплатой заработной платы генеральному директору, а также выплатой дивидендов учредителю Общества.

Со спорных платежей в установленном порядке ФИО5 оплачены все причитающиеся налоги и сборы, в подтверждение чего представлены в материалы дела декларации по форме 2 НДФЛ.

При этом действующее законодательство не возлагает на физическое лицо обязанности по ведению бухгалтерского учета, а равно по хранению всех первичных документов за пределами сроков исковой давности.

Кроме того как следует из определения суда первой инстанции от 05 октября 2021 года поNo А56-62401/2020/истреб. обязанность по предоставлению документов должника конкурсному управляющему возложена на последнего директора ФИО7 Неисполнение последним директором обязанности по передаче документов конкурсному управляющему не может быть вменено иным руководителем должника, а равно его контрагентам.

При таких обстоятельствах ООО «Бест» в лице ФИО3 совершило шесть платежей на общую сумму 13 641 000 руб. с согласующимся назначением платежа и во исполнение обязательств должника перед ФИО5

Из доводов конкурсного управляющего не усматривается, что ФИО3 как генеральному директору, назначенному после ФИО5, было известно о причинении спорными платежами убытков обществу с учетом того, что на дату совершения платежей, как и после них общество оставалось платежеспособным и что тот в силу аффилированности с ФИО5 о намеренно проигнорировал возможность взыскания таких убытков с ФИО5, что предопределило пропуск конкурсным управляющим общего срока давности в рамках взыскания убытков.

В целях доказывания цели причинения вреда, конкурсный управляющий должен был доказать наличие неплатёжеспособности и/или недостаточности

имущества должника по состоянию до совершенных сделок (если такие признаки возникли до) или после совершения сделок, а также причинно-следственную связью в последнем случае если сделки стали причиной наступления признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества.

В соответствии с правовой позицией ВС РФ, отраженной в определении от 10.12.2020 по делу №№ 305-ЭС20-11412 недопустимо отождествление неплатежеспособности должника с неоплатностью конкретного долга. Неоплатность конкретного долга само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника и объективном банкротстве как критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей.

Как следует из постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2022 по спору А56-62401/2020/сд.1, неисполнение обязательства перед кредиторами ООО «ТД «Бимекс», ООО «Экотрафик», ООО «ГК Поли-Групп», ФНС России имело место уже в 2020 году, т.е. после совершения оспариваемой сделки. Причинно-следственной связи спорных сделок и наступившим банкротством в материалы дела не представлено.

Согласно заключению специалиста № 81-22-ФЭ по анализу финансового состояния ООО «БЕСТ», представленному в дело о банкротстве, согласно размещенной в картотеке арбитражных дел информации, должник в период с 01.01.2017 по 31.12.2019 имел устойчивое финансовое состояние. Неплатежеспособным на 31.12.2019 общество не являлось. Более того, специалистом указано, что структура имущества и обязательств организации, ее финансовые результаты указывали на способность в конце 2019 года вести нормальные расчеты с кредиторами, отвечать по своим обязательствам за счет имеющегося имущества.

Кроме того должник с учетом его валюты баланса обладал достаточными активами для расчетов с кредиторами по заявленным обязательствам. Иных доказательств неплатёжеспособности и/или недостаточности имущества в материалы дела в нарушение статей 65, 268 АПК РФ не представлено.

Возникновение задолженности перед указанными контрагентами не находится в прямой причинно-следственной связи с совершением должником спорной сделки.

Конкурсным управляющим не представлен анализ финансового состояния должника с приложениями, из которого бы следовало установление иного момента неплатежеспособности должника, а также, что данная неплатежеспособность наступила или могла наступить в результате совершения спорной сделки.

В результате совершения спорной сделки должником исполнены обязательства перед ответчиком, при этом управляющим в установленном порядке не оспорены ни размер такой задолженности, ни основания ее возникновения. Доказательств возникновения имущественного кризиса, который объективно имелся в деятельности должника на дату совершения спорной сделки, не имеется.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. Согласно сложившейся судебной практики аффилированность может носить фактический характер без наличия формально юридических связей между лицами (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 года N 308ЭС16-1475).

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать нестандартное поведения лиц в хозяйственном обороте, например, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий сторон оспариваемой сделки. При этом доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

В условиях банкротства должника возможны ситуации, когда "дружественное" с должником лицо и сам должник, создают формальные условия наличия правоотношений по оспариваемой сделке. Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы "дружественного" лица и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. При этом сама по себе аффилированность сторон (юридическая или фактическая) сделки не свидетельствует о ничтожности или оспоримости сделки, а лишь влечь необходимость применения к сделке повышенного стандарта доказывания.

Аффилированность ответчика и должника, чьи директором являлся зять ответчика, при неподтвержденности иных подлежащих доказыванию обстоятельств, сама по себе не создает оснований для применения норм главы III.1 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 179 ГК РФ.

В данном случае, конкурсный управляющий указывал на аффилированность ответчика с одним из генеральных директоров должника, но не подтвердил достаточными, относимыми и допустимыми доказательствами, что ответчик является контролирующим должника лицом, бенефициаром должника или его выгодоприобретателем в результате его банкротства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П, от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.).

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10 по делу N А464670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ). В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В данном случае, в нарушение статей 65, 268 АПК РФ конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что при заключении спорной сделки между сторонами имелся противоправный сговор с целью вывода имущества из конкурсной массы должника.

Более того, фактически заявляя о мнимости отношений между должником и ФИО5, конкурсный управляющий не доказал в соответствии со статьями

168 и 170 ГК РФ соответствующие обстоятельства, не указал, какую реальную, отличную от договорной цель преследовали обе стороны.

Какие-либо признаки мнимости как самого договора, так и встречных распорядительных сделок в пользу должника (исполнение обязательств ФИО5) конкурсным управляющим не приведены, доказательства не представлены, платеж как неосновательное обогащение с Ответчика не взыскивался в судебном порядке.

Ссылка управляющего на судебные акты по делу А56- 62401/2020/уб.1 не имеет преюдициального значения по смыслу статьи 69 АПК РФ с учетом разного состава участников споров, различных сделок (платежей), а также различной доказательственной базы по данным спорам.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 20.10.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий И.Н. Бармина

Судьи Д.В. Бурденков

И.В. Юрков