Постановление от 12 ноября 2020 г. по делу № А37-371/2018

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-4536/2020
12 ноября 2020 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 05 ноября 2020 года. Полный текст постановления изготовлен 12 ноября 2020 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Пичининой И.Е.

судей Воронцова А.И., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии в заседании:

ФИО2 (лично)

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение от 14.07.2020

по делу № А37-371/2018

Арбитражного суда Магаданской области

по заявлению ФИО2

к индивидуальному предпринимателю ФИО3, индивидуальному предпринимателю ФИО4

о взыскании убытков в общей сумме 21 090 026 рублей, судебных расходов в

общей сумме 131 754 рублей, включении суммы 15 091 204 рубля в реестр требований кредиторов ФИО3, признании суммы 6 130 576 рублей текущими платежами ФИО3 (вх. 13)

по делу по заявлению ФИО2

о признании индивидуального предпринимателя ФИО3 несостоятельным (банкротом)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ОМВД России по г. Магадану.

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Магаданской области с заявлением о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 02.03.2018 заявление ФИО2 принято к производству суда, определением от 28.04.2018 заявление признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждён ФИО5

Сообщение финансового управляющего о введении в отношении должника реструктуризации долгов опубликовано в газете «Коммерсантъ» 12.05.2018, объявление № 77210110461.

Решением Арбитражного суда Магаданской области от 18.07.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца. Финансовым управляющим должника утверждён ФИО5

Процедура реализации имущества гражданина ФИО3 продлевалась определениями суда от 21.05.2020, от 11.02.2020.

13.07.2018 от ФИО2 поступило заявление о понуждении вернуть неосновательно приобретённое имущество, согласно приложению № 1, или взыскании стоимости неосновательно приобретённого имущества в размере 1 034 346 руб. 24 коп.; взыскании солидарно с ФИО3, ФИО4 дохода от использования имущества, являющегося предметом неосновательного обогащения, за период с 09.06.2015 по 25.04.2018 в размере 26 512 274 руб. 66 коп.; включении требований в реестр требований кредиторов в составе требований третьей очереди.

С учетом изменения в ходе рассмотрения обособленного спора требований, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ, заявитель просил:

Взыскать солидарно с ФИО3 ФИО4 в пользу ФИО2 стоимость убытков (реального ущерба) утраченного имущества в размере 1 873 916 руб.;

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО2 убытки (упущенная выгода) в виде недополученного дохода от использования имущества, за период с 09.06.2015 по 01.03.2018 в размере 13 217 288 руб.;

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО2 убытки (упущенная выгода) в виде недополученного дохода от использования имущества, за период с 02.03.2018 по 18.07.2019 в размере 5 998 822 руб.;

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО2 судебные расходы в сумме 131 754 руб., в том числе оплата проведения оценки по договору № 02-03/18/0991 от 25.07.2018 в размере 120 000 руб.; оплата проведения экспертизы материалов № 49/01/00038 от 14.06.2019 в размере 11 754 руб.;

Включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника, ФИО3 сумму задолженности в размере 15 091 204 руб., в том числе 1 873 916 руб.– убытки (реальный ущерб), 13 217 288 руб. – убытки (упущенная выгода).

Признать сумму 6 130 576 руб. текущими платежами должника, ФИО3

Определением суда от 14.07.2020 требования кредитора удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с определением суда от 14.07.2020, ФИО3 просит его отменить. В обоснование жалобы приводит доводы о том, что судом неправомерно принято уточнение заявленных требований ФИО2, поскольку доказательства направления копии уточнений должнику и ФИО4 не представлено; считает, что в нарушение статьи 49 АПК РФ имело место изменение основания и предмета требования. Указывает, что определенный кредитором размер упущенной выгоды не сопоставим со стоимостью истребованного имущества. Считает, что суд необоснованно признал солидарную ответственность ФИО3 и ФИО4

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 поддерживает доводы заявителя, считает определение суда подлежащим отмене. Полагает необоснованным вывод суда о том, что ФИО4 причиняла вред ФИО2 совместно с ФИО3; приводит доводы о прекращении ФИО2 предпринимательской деятельности с 13.06.2016, который также являлся государственным служащим с 01.09.2016, в связи с чем не фактически не мог предпринимательской деятельностью и получать доход, вменяемый ответчикам в качестве упущенной выгоды.

В отзыве на апелляционную жалобу и на отзыв ФИО4 ФИО2 возражает против доводов ответчиков, считая их несостоятельными, а определение суда - не подлежащим отмене либо изменению.

Жалоба рассмотрена в отсутствие представителей иных участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом, в соответствии со статьей 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены апелляционным судом в порядке главы 34 АПК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В статье 213.11 Закона о банкротстве приведены последствия введения реструктуризации долгов гражданина. В частности, с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Законом.

Согласно п. 2. и 3. ст. 213.8 Закона о банкротстве, для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном ст. 213.7 настоящего Федерального закона. Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном ст. 71 настоящего Федерального закона.

Определением от 28.04.2018 заявление ФИО2 было признано обоснованным, в отношении индивидуального предпринимателя ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждён ФИО5

Сообщение финансового управляющего о введении в отношении должника реструктуризации долгов опубликовано в газете «Коммерсантъ» 12.05.2018, объявление № 77210110461.

Решением Арбитражного суда Магаданской области от 18.07.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца. Финансовым управляющим должника утверждён ФИО5

С настоящим заявлением о включении в реестр требований ФИО2 обратился 12.07.2018. При этом, как верно указано судом, уточнение требований в порядке статьи 49 АПК РФ не является основанием для признания иной даты их предъявления.

Поэтому доводы заявителя жалобы об обращении ФИО2 за пределами установленного срока, правомерно отклонены судом.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав, направленных на восстановление имущественных прав потерпевшего лица.

В пункте 2 статьи 15 ГК РФ определено, что под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, как и любая форма гражданско-правовой ответственности, возмещение убытков является результатом правонарушения и имеет место только тогда, когда поведение должника носит противоправный характер. При этом юридическое значение имеет только прямая (непосредственная) причинная связь между противоправным поведением должника и убытками кредитора. Прямая (непосредственная) причинная связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности. То есть для взыскания убытков, лицо, чье право нарушено, требующее их возмещения должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенными нарушениями и возникшими убытками в размере убытков. Отсутствие хотя бы одного из условий ответственности не влечет удовлетворение иска.

В настоящем обособленном споре кредитором заявлено требование о возмещении убытков в виде реального ущерба в размере 1 873 916 руб. - стоимости имущества ФИО2, утраченного в результате его неправомерного удержания и использования ответчиками, а также в виде упущенной выгоды - недополученного дохода от использования своего имущества, удерживаемого ответчиками, в размере 19 216 110 руб. за период с 18.11.2016 по 09.03.2017.

Из материалов данного обособленного спора в деле о банкротстве следует и судом установлено, что в период с августа 2014 года по 8 июня 2015 года ИП ФИО2 по договоренности с ФИО3 использовал для ведения предпринимательской деятельности часть помещений по адресу: <...> д 16, принадлежащих на праве собственности ФИО3 В помещениях размещались станки и материалы для производства мебели.

За пользование помещениями ФИО3 получал возмещение в виде:

- безвозмездного пользования денежными средствами (займом) после наступления срока возврата займа (приложение 3);

- скидок на производимую ИП ФИО2 продукцию;

- материальных вложений в инфраструктуру используемых помещений.

После получения устного уведомления о том, что ИП ФИО2 планирует покинуть используемые помещения, 08 июня 2015 года ФИО3 без предварительного уведомления сменил замки в используемых помещениях. Факт смены замков зафиксирован актом от 09.06.2015 № 2 (т.1 л.д. 80) и не оспаривался ФИО3

10 июня 2015 года ФИО3 направил в адрес ФИО2 требование уплаты денежных средств в сумме 1 200 000 рублей и требование заключить договор аренды на будущий период под угрозой сохранности имущества (т.1 л.д. 26).

18 июня 2015 года ФИО3 было вручено письмо ФИО2 с требованием возврата незаконно изъятого имущества (т.1 л.д. 84-85). Ответа от ФИО3 не поступило. Акты приемки имущества ФИО2 ФИО3 подписывать отказался.

21 июля 2015 года захваченное имущество было осмотрено сотрудниками ОМВД России по Магаданской области, по результатам составлен протокол осмотра места происшествия от 21.07.2015 (т.1 л.д. 81-83-см.обр.стор.).

Материалами дела также установлено, что в результате неправомерных действий ФИО3 по блокированию с 09.06.2015 ранее арендуемого ФИО6 помещения в помещении осталось его имущество, которое в дальнейшем необоснованно использовалось обоими ответчиками в своих интересах, что подтверждается осмотром 21.07.2015 сотрудниками ОМВД, видеосъемка ВГТРК 10.03.2016, при осмотре 05 марта 2017, при осмотрах 15.05.2017 и 09.06.2017 сотрудниками ОМВД России по г. Магадану (т.6 л.д. 103-109).

Вступившими в законную силу судебными актами по делу №А37-787/2016, имеющими преюдициальное значение в соответствии со статьей 69 АПК РФ, установлено, что в период с 25.07.2014 по 08.06.2015 в помещениях, расположенных по адресу: <...>, по договоренности с ФИО3, размещалось оборудование и материалы, принадлежащие ИП ФИО2, которые использовались ИП ФИО2 для производства мебели.

В рамках названного дела установлено также, что принадлежность ИП ФИО2 имущества, используемого им в предпринимательских целях, нахождение указанного имущества в помещениях, расположенных по адресу: <...>, в спорный период и в настоящее время подтверждается описью имущества из протокола осмотра от 21.07.2015, протоколом осмотра от 15.05.2017, актами осмотра имущества от 27.08.2018, 28.08.2018, 30.08.2018, 26.10.2018 и 02.12.2018.

Право собственности кредитора на указанное в Перечне имущество (т.1 л.д. 7-8, т. 4 л.д. 11-16, т. 7 л.д. 33-38) подтверждается, также, представленными в материалы настоящего обособленного спора копиями товарных накладных, счет-фактур, счетов на оплату и товарных чеков (т.1 л.д. 29-72, т. 7 л.д.48-64 ), выпиской АО Россельхозбанка по счету ИП ФИО2 за период с 01.05.2014 по 31.12.2015 (т.4 л.д. 17-48).

В рамках дела №А37-787/2016 судебными актами также установлено, что, действуя на основании выданной ИП ФИО2 доверенности от 25.06.2014 № 1/2014, ИП ФИО3 заключил от имени кредитора со своей супругой ИП ФИО4 договор аренды от 21.07.2014 № 1П/2014 в отношении части указанных выше помещений площадью 250,4 кв. м (№ 3, 7, 11, 14, 15, 16 и 17 на первом этаже).

Суды пришли к выводу, что совокупность установленных по делу обстоятельств свидетельствует о недобросовестном поведении истца, ФИО3, выразившемся в неправомерном удержании имущества ФИО2 в арендуемых помещениях, и предъявлении требований выплаты денежных средств в виде арендной платы при отсутствии правовых оснований и под угрозой сохранности удерживаемого имущества.

Как следует из постановления апелляционного суда по указанному делу, противоправность указанных действий подтверждается установленными фактами хищения части имущества ФИО2, переданного ОМВД на хранение ФИО3 10.07.2017, возбуждением уголовного дела № 11701440001000913, а также решениями Магаданского городского суда по делам № 2-3108/2015, 13-9/2017, 2-74/2017, 2-1688/2017, которыми установлено, что ФИО3 является должником ФИО2, сумма остатка задолженности по указанным решениям превышает 1 400 000 руб.

Согласно представленной в материалы дела копии договора безвозмездного пользования нежилым помещением от 01.01.2018, ФИО3 передал в безвозмездное пользование ООО «Мебельград-Магадан» нежилое помещение (общей площадью 276 кв.м.), расположенное по адресу: <...> (т.8 л.д. 83-86).

Согласно выписки из ЕГРЮЛ от 31.05.2018 (т.1 л.д. 76-78-см.обр.стор.) директором и единственным участником ООО «Мебельград-Магадан» является ФИО4 - супруга ФИО3, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака, и не оспаривалось ответчиками.

Оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства, а также проанализировав установленные, в том числе, преюдициальными для настоящего спора судебными актами в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд обоснованно исходил из доказанности заявителем факта незаконного удержания имущества ФИО2 ФИО3 совместно с ФИО4 при отсутствии правовых оснований, как и факта неправомерности и недобросовестности ответчиков при осуществлении указанных действий.

В соответствии со ст. 1080 Гражданского кодекса РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Согласно части 1 статьи 322 Гражданского кодекса РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

На основании статьи 323 Гражданского кодекса РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом, как полностью, так и в части долга.

В деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов.

ИП ФИО4 является лицом, которое причинило ФИО2 вред совместно с ИП ФИО3, что в силу статьи 1080 Гражданского кодекса РФ определяет ответственность ИП ФИО4 как солидарную с ИП ФИО3

В этой связи доводы апелляционной жалобы, противоречащие данному выводу, как и соответствующие доводы ИП ФИО4, подлежат отклонению апелляционным судом.

В материалы дела представлен Отчет № 02-03/18/0991 «Об оценке прав требований» от 10.01.2019, выполненный ООО «Экспертная компания «VETA» (т.3 л. д. 92-206).

Согласно п. 1.4 «Итоговая величина стоимости объекта оценки» (Таблица 1.4.1, т. 3 л.д. 95):

- право требования возмещения убытков в виде реального ущерба, понесенного физическим лицом ФИО2 вследствие удержания 138 позиций товаров и комплектующих для производства мебели общей суммой 2 225 089, 47 руб. (согласно перечню) в помещении по адресу: <...>, в период с 09.06.2015 по 21.06.2018, к ИП ФИО3 и ИП ФИО4, в том числе: вследствие удержания имущества, имеющегося в наличии на момент осмотра и пригодного к дальнейшей эксплуатации – рыночная стоимость в сумме 618 465 руб. 00 коп. (НДС не облагается); вследствие удержания имущества, фактически отсутствующего на момент осмотра либо непригодного к дальнейшей эксплуатации – рыночная стоимость 2 025 831 руб. 00 коп. (НДС не облагается);

- право требования возмещения убытков в виде реального ущерба, понесенного физическим лицом ФИО2 вследствие удержания 3 позиций оборудования (основных средств) общей суммой 756 474,57 рублей (согласно перечню) в помещении по адресу: <...> период с 09.06.2015 по 21.06.2018, к ИП ФИО3 и ИП ФИО4 - рыночная стоимость в сумме 892 669 руб. 00 коп. (НДС не облагается).

При этом, материалами дела подтверждается, что финансовым управляющим должника в порядке осуществления своих полномочий ФИО2 возвращено имущество на общую сумму 1 663 049 руб., из них 770 380 руб. – стоимость товаров; 892 669 руб. – стоимость комплектующих частей.

Стоимость невозвращенного (утраченного) товаров и комплектующих для производства мебели составила 1 873 916 руб. (2 644 296 – 770 380), в связи с чем заявитель уточнил требование о взыскании реального ущерба до указанной суммы. Доказательств наличия невозвращенного имущества в натуре ответчиками не представлено, как и иной стоимости утраченного в результате неправомерных действий имущества заявителя.

На основании вышеизложенного, с учетом установленных по делу фактических обстоятельств, апелляционный суд поддерживает вывод суда о доказанности кредитором наличия совокупности условий для удовлетворения заявленного к ответчикам солидарно требования о возмещении реального ущерба в размере 1 873 916 руб. и включении данного требования, как по обязательству, возникшему до возбуждения дела о банкротстве должника, в реестр требований кредитора ФИО3

ФИО2 также предъявлено требование должнику и ИП ФИО4 о взыскании убытков в виде упущенной выгоды за период с 09.06.2015 по 18.07.2019 в размере 19 216 110 руб. со ссылкой на неполучение дохода в указанном размере от использования своего имущества в предпринимательской деятельности ввиду неправомерного удержания его ответчиками.

Удовлетворяя требование в полном объеме, суд первой инстанции, с учетом установленного обстоятельства неправомерного удержания ответчиками имущества ФИО2, используемого им в предпринимательской деятельности по изготовлению мебели, и установленного отчетом № 02-03/18/0991 «Об оценке прав требований» размера среднедневной прибыли ИП ФИО2 по состоянию на июнь 2015 года, скорректированной с учетом индексов и коэффициентов на последующий, исходил из правомерности требований заявителя о взыскании упущенной выгоды.

Повторно рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, арбитражный апелляционный суд считает определение суда первой инстанции в указанной части подлежащим отмене в связи со следующим.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда.

Из материалов дела следует, что в рамках дела №А37-774/2016 Арбитражным судом Магаданской области рассмотрен спор по иску ФИО2 к Управлению МВД РФ по Магаданской области, Отделу МВД РФ по городу Магадану, ИП ФИО3, ИП ФИО4 о взыскании солидарно упущенной выгоды за период с июня 2015 года по июль 2016 году.

Решением суда от 05.09.2016, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2016, в удовлетворении отказано.

Обстоятельства, на которых истец основывает исковые требования о взыскании убытков к ИП ФИО3 и ИП ФИО4 по обоим делам, одни и те же - неправомерное прекращение доступа ФИО2 в помещение, где располагалось принадлежащее ему оборудование и материалы, неполучение в связи с этим дохода от использования этого имущества в предпринимательской деятельности.

Доводы ФИО2 о том, что в удовлетворении иска по названному делу было отказано ввиду избрания неверного способа защиты истцом, подлежат отклонению апелляционным судом. Из названного решения суда не следует, что суд пришел к выводу об отказе в иске ввиду того, что истцом избран ненадлежащий способ защиты, и, кроме того, процессуальная идентичность исков, на которой прежде всего основан запрет повторного рассмотрения дела в суде, имеющий целью соблюдение принципа правовой определенности, общеобязательности вступивших в законную силу судебных актов и недопустимости их преодоления помимо установленных процедур обжалования, определяется по двум качественным характеристикам - по предмету и основанию требований, которые и следует оценивать на предмет тождественности исков, что в данном случае имеет место.

Доводы ФИО2 о том, что в рамках названного дела он не предъявлял виндикацинный иск, и виндикационные требования с требованием о неосновательном обогащении судом не рассматривались, не влияют на вывод апелляционного суда о тождественности заявленного в рамках настоящего спора , с учетом изменения требований в порядке статьи 49 АПК РФ, о взыскании упущенной выгоды - рассмотренному по делу №А37-774/2016.

Учитывая, что на момент принятия судом решения по настоящему делу имелся вступивший в законную силу судебный акт, принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям, производство по заявлению ФИО2 о взыскании упущенной выгоды за период с июня 2015 года по июль 2016 года в сумме 5 682 659 руб. подлежит прекращению на основании пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Доводы ФИО2 о том, что суд в данном случае вправе был самостоятельно применить нормы о неосновательном обогащении, указывая, что из формулировки его требований указаны основания взыскания – имущество, являющееся предметом неосновательного обогащения ответчиков, отклоняются апелляционным судом.

В силу ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец самостоятельно реализует право на иск и определяет свое требование к ответчику.

Заявитель, действительно, ссылался на нормы о возмещении убытков (статьи 15, 393 ГК РФ) так и на нормы о неосновательном обогащении (статья 1107 ГК РФ). Однако, при изменении на основании статьи 49 АПК РФ иска, заявитель однозначно сформулировал требование как о взыскании убытков, мотивированное обстоятельством неполучения им доходов от использования своего имущества, что регулируется нормами статей 15, 393 ГК РФ.

Основания для самостоятельной переквалификации заявленных требований у суда отсутствовали ввиду различия предметов доказывания при рассмотрении споров о взыскании неосновательного обогащения и взыскания убытков.

Также апелляционный суд отмечает, что изначально, заявляя требование о взыскании неосновательного обогащения на основании статей 1102, 1105 ГК РФ, заявитель в обоснование ссылался на те же фактические обстоятельства неправомерного удержания его имущества ответчиками и обстоятельства получения заявителем прибыли от предпринимательской деятельности до неправомерного поведения ответчиков, в связи с чем изменение требований на взыскание убытков на основании статьи 15 ГК РФ судом принято в соответствии со статьей 49 АПК РФ, а доводы ответчиков об одновременном изменении предмета и основания кредитором, отклоняются ввиду их несостоятельности.

В остальной части требование о взыскании упущенной удовлетворению не подлежит в связи со следующим.

На основании пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенная выгода представляет собой доходы, которые получило бы лицо при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7) при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

В пункте 5 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 от 24.03.2016 № 7 указано, что должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Таким образом, размер упущенной выгоды определяется с учетом реальности получения дохода при обычных условиях гражданского оборота, мер, предпринятых потерпевшим для его получения, сделанных с этой целью приготовлений, а также разумных затрат, которые мог понести участник оборота, если бы другой участник гражданского оборота действовал в соответствии с законом.

Для удовлетворения иска о возмещении убытков в виде упущенной выгоды одним из обязательных условий является доказанность совершения истцом всех необходимых действий для получения соответствующей выгоды и неполучения этой выгоды исключительно в связи с неисполнением ответчиком своих обязательств.

Помимо доказывания наличия совокупности общих условий для наступления ответственности в виде возмещения убытков, для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду; все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны.

Материалами дела установлено и не оспаривается, что в результате неправомерных действий ответчиков ФИО2 был лишен доступа в помещение с принадлежащим ему имуществом, используемым для предпринимательской деятельности по изготовлению мебели. Материалами дела подтверждается также, что ИП ФИО2 осуществлял предпринимательскую деятельность по изготовлению мебели, получая от этого доход. Согласно отчету №02-03/18/0991 от 10.01.2019, среднедневная прибыль ИП ФИО2 по состоянию на июнь 2015 года составляла 10 085 руб.

Кредитор обосновывает свои требования исключительно тем, что до осуществления неправомерного захвата его имущества, он получал ежедневную прибыль в указанном размере.

Наряду с этим, апелляционный суд приходит к выводу о том, что кредитор в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказал, что единственным препятствием для получения заявленного им дохода от предпринимательской деятельности в период с августа 2016 года по 18.07.2019 явилось прекращение доступа к имуществу, находящемуся в арендуемых им ранее помещениях

Как установлено выше, вступившим в законную силу решением суда по делу №А37-774/2016 ИП ФИО2 отказано во взыскании упущенной выгоды за период с июня 2015 года по июль 2016 года.

Судебные акты по названному спору имеют обязательное значение (ст. 16 и 69 АПК РФ) впоследствии при рассмотрении дела о взыскании упущенной выгоды за последующий период.

Так, судами первой и апелляционной инстанции по данному делу установлено, что в период с июня 2015 года по июль 2016 года истец занимался изготовлением мебели, заключив договор аренды от 17.06.2015 с другим арендодателем на другие нежилые помещения.

И истец не доказал, что именно допущенное ответчиками поведение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду в заявленной сумме, а все остальные необходимые приготовления для получения им прибыли были сделаны. Заявитель не представил доказательств осуществления соответствующих приготовления по изготовлению соответствующего объема мебели, указанного в расчете упущенной выгоды, равно как и доказательства наличия заключенных с потребителями (заказчиками) договоров на изготовление мебели в спорный период.

Наряду с преюдициально установленными обстоятельствами осуществления производства мебели ИП ФИО2 на иных площадях в период с июня 2015 года по июль 2016 года, и отсутствия при этом доказательств осуществления соответствующих приготовления по изготовлению объема мебели, указанного в расчете упущенной выгоды, из материалов дела также следует, что в последующий период отсутствие предпринимательской деятельности ФИО2 с извлечением соответствующих доходов связано с иными обстоятельствами.

Так из материалов дела следует, что 01.09.2016 ФИО7 был назначен на должность уполномоченного по защите прав предпринимателей Магаданской области.

В силу ограничений на виды деятельности, совместимой с выполнением Уполномоченным своих обязанностей по защите прав предпринимателей (пункт 1 статьи 5 Закона №78-ФЗ), ФИО2 не имел права осуществлять предпринимательскую деятельность по указанным основаниям. Согласно сведениям из ЕГРП, 13.09.2016 ФИО2. прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

С учетом изложенного, проанализировав установленные, в том числе, в рамках дела №А37-774/2016 обстоятельства в их совокупности, апелляционный суд приходит к выводу о недоказанности заявителем того, что именно допущенное ответчиками поведение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду в заявленной сумме.

При этом апелляционный суд не усматривает препятствий в силу пункта 2 статьи 168 АПК РФ для приобщения к материалам дела представленных ИП ФИО4 документов в обоснование невозможности осуществления предпринимательской деятельности кредитором в спорный период, поскольку указанная информация относительно должности ФИО2 следует и из иных имеющихся в деле документов, в частности, из его объяснений, данных в рамках уголовного дела (том 7 стр. 135).

При том, что обстоятельства реальной возможности получения заявителем предъявленных, как упущенные по вине ответчиков, входило в предмет исследования суда при рассмотрении спора.

Подлежат отклонению и доводы о наличии иной возможности получить доход от удерживаемого ответчиками имущества (продажа бизнеса, передача в доверительное управление, использование в предпринимательской деятельности супруги) поскольку заявитель фактически изменяет основание иска (фактические обстоятельства, положенные в обоснование иска), что недопустимо в суде апелляционной инстанции.

С учетом изложенного, ввиду недоказанности совокупности условий для возникновения ответственности в требованиях о взыскании убытков - упущенной выгоды следует отказать.

Материалами дела подтверждается несение ФИО2 расходов на оплату услуг по оценке прав требований от 10.01.2019, выполненный ООО «Экспертная компания «VETA» в размере 120 000 руб., которые по правилам статьи 110 АПК РФ подлежат отнесению на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям. С ФИО3 и ИП ФИО4 солидарно в пользу ФИО2 подлежит взысканию 14 604 руб. Как возникшее после даты принятия заявления о признании должника банкротом, согласно пунктам 1, 2 статьи 5 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» соответствующее требование признается текущим и не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

ФИО2 также заявлены судебные расходы по экспертизе, проведенной на основании заявления ФИО2, поступившего в ООО «Центр Экспертиз и Оценки при Магаданской Торгово-Промышленной Палате» 17.05.2019, согласно штампа входящего с целью получения доказательств использования ответчиками принадлежащих ему материалов, оплаченной ФИО2 с карточного счета в ПАО Сбербанк, платеж в сумме 11 754 руб. 00 коп. также подтверждаются материалами дела.

Между тем, в данной части расходы ФИО2 не могут быть отнесены к судебным расходам исходя из формулировки ст. 110 АПК РФ, поскольку обстоятельства использования ответчиком принадлежащих истцу материалов не входят в предмет доказывания по спору о взыскании упущенной выгоды.

В удовлетворении заявления в указанной части отказано в полном объеме.

Исходя из изложенного, определение суда первой инстанции подлежит изменению на основании части 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение от 14.07.2020 по делу № А37-371/2018 Арбитражного суда Магаданской области изменить, изложив резолютивную часть определения в следующей редакции:

Производство по заявлению в части требования упущенной выгоды за период с 09.06.2015 по 31.07.2016 в сумме 5 682 659 руб. прекратить.

Взыскать солидарно с ФИО3 (ИНН <***>), ФИО4 (ОГРНИП 314491010500022, ИНН <***>) в пользу ФИО2 в возмещение убытков (реального ущерба) 1 873 916 руб. стоимости утраченного имущества и судебные расходы в размере 14604 руб.

В остальной части требований отказать.

Включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника, ФИО3 (ИНН <***>) требование ФИО2 в размере 1 873 916 руб. - убытки (реальный ущерб).

Признать сумму 14 604 руб. текущими платежами должника ФИО3

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

И.Е. Пичинина

Судьи

А.И. Воронцов

С.Б. Ротарь