Постановление от 31 октября 2024 г. по делу № А45-39470/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск Дело № А45-39470/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 31 октября 2024 года


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Апциаури Л.Н.,

судей Афанасьевой Е.В.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Касьян В.Ф., с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (№07АП-7556/2024) на решение от 05.08.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-39470/2023 (судья Серёдкина Е.Л.) по иску индивидуального предпринимателя Мазманова Марка Кареновича (ОГРНИП <***>), г. Новосибирск, к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП <***>), г. Новосибирск, о взыскании 278560 рублей,

при участии в деле третьих лиц: 1) ФИО3, г. Санкт-Петербург 2) общества с ограниченной ответственностью «ФрэнчМэйкер», г. Москва,


при участии в судебном заседании:

От истца: ФИО4 доверенность - от 26.03.2024 паспорт, диплом,

От иных лиц: без участия (извещены),




УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – истец, ИП ФИО5) обратился в арбитражный суд с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере в размере 160000 рублей, неустойки в размере 231040 рублей.

Решением от 05.08.2024 Арбитражного суда Новосибирской области, в редакции определения об исправлении опечатки от 12.08.2024, с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***>) в пользу индивидуального предпринимателя Мазманова Марка Кареновича (ОГРНИП <***>) взыскано 160000 рублей неосновательного обогащения, 201600 рублей неустойки, 10006 рублей расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано. С индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***>) в доход федерального бюджета Российской Федерации взыскано 1435 рублей государственной пошлины.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает о том, что истцом необоснованно начислены пени с 14.06.2019 по 30.03.2023 (дата расторжения договора), поскольку отсутствует требование о выполнении работ в разумный срок, первое требование о возврате суммы поступило от истца только в марте 2023 г.; ответчиком, в связи с расторжением договора, направлен истцу акт приема-передачи на сумму 280 000 руб., который в настоящее время не оспорен истцом и не в адрес ответчика не направлен мотивированный отказ от приемки работ; ответчик полагает возможным снижение суммы неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) ввиду ее несоразмерности последствиям нарушения, в случае удовлетворения судом исковых требований истца.

Истец в отзыве на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 АПК РФ возражает относительно доводов жалобы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца поддержал свои доводы и возражения.

Ответчик и третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что согласно статье 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие их представителей.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, поступившего отзыва на нее, заслушав представителя истца, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене или изменению по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 26.11.2018 между ИП ФИО5 (заказчик) и ИП ФИО2 (исполнитель) заключен договор №2611-01, по условиям которого исполнитель принимает на себя обязанность оказывать заказчику услуги, связанные с разработкой франчайзинговых пакетов, направленных на привлечение компаний или частного лица именуемых в дальнейшем «Инвестор» для открытия и ведения бизнеса по модели заказчика, а заказчик обязуется оплачивать оказанные ему услуги.

Согласно пункту 3.1 договора стоимость услуг составляет 460000 рублей.

Пунктом 1.1 договора услуги были разделены на два этапа, сроки оказания услуг по каждому этапу установлены в Календарном плане оказания услуг (Приложение № 2 к договору), конечный срок оказания услуг по договору 13.06.2019.

В соответствии с пунктом 2.1.4 договора, исполнитель принял на себя обязательства предоставить заказчику в качестве итогового результата оказания услуг по договору франчайзинговый пакет, соответствующий договору, а также Техническому заданию на оказание услуг, с оформлением акта приеме-передачи услуг.

По окончанию выполнения исполнителем каждого этапа работ, стороны подписывают акт выполненных работ (оказанных услуг), подписание которого со стороны заказчика означает, что соответствующий вид работ выполнен в полном объеме, согласно Техническому заданию, и заказчик претензий к качеству и полноте выполненной работы не имеет (пункт 2.3.3 договора).

В соответствии с пунктом 3.1.2 договора, истец платежным поручением № 638 от 25.12.2018 произвел оплату ответчику 160000 рублей.

Между тем, ответчик своих обязательств по договору не исполнил.

Переписка сторон в отношении исполнения договора осуществлялась посредством мессенджера WhatsApp.

Так, 17.11.2021 на требования истца об исполнении условий договора ответчик сообщил о продаже бизнеса и предложил истцу обратиться к новому владельцу бизнеса, при этом в адрес истца соглашений о переводе прав и обязанностей по договору на иное лицо, договор уступки не поступали.

В связи с существенным нарушением срока оказания услуг истец 27.03.2023 направил в адрес ответчика уведомление о расторжении договора и требование о возврате денежных средств.

Претензия истца оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения с иском в суд.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу об их обоснованности.

Седьмой арбитражный апелляционный суд соглашается с данными выводами суда по следующим основаниям.

В силу статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (часть 1 статьи 781 ГК РФ).

Согласно статье 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде и бытовом подряде, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 ГК РФ, по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Целью договора подряда является достижение результата, отделимого от самой работы. Договор подряда заключается по поводу не собственно работ, а работ и их результата. В Гражданском кодексе РФ говорится о передаче результата работ, а это предполагает отделимость результата от работы. Работа не считается самостоятельным предметом договора, поэтому законодатель исходит из принципа, согласно которому если нет результата работы, то нет и права на встречное удовлетворение, поскольку при подряде заказчик оплачивает именно результат, а не работу как таковую. Договор подряда не может считаться исполненным если работа выполнена, однако результат не достигнут.

Согласно пункту 3 статьи 450, пункту 2 статьи 453 ГК РФ в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным. При расторжении договора обязательства сторон прекращаются. Полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено, и обязанность его предоставить отпала, являются неосновательным обогащением получателя и подлежат возвращению другой стороне (пункт 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»).

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Как следует из материалов дела, возражая по заявленным требованиям, ответчик указал, что в связи с расторжением договора, он направил истцу акт приема-передачи на сумму 280 000 руб., который в настоящее время не оспорен истцом и не в адрес ответчика не направлен мотивированный отказ от приемки работ.

Вместе с тем, ответчиком доказательств направления в адрес истца акта приема-передачи оказанных услуг от 23.03.2019 (дата подачи: 17.07.2024 23:14 МСК) не представлено, впервые акт направлен в адрес истца только 28.06.2024, что следует из почтовой квитанции, то есть после обращения истца в суд с настоящим иском.

Обращаясь в суд с исковым заявлением истец указал, что ни в установленный договором срок, ни позднее обязательства со стороны ответчика ни по одному из предусмотренных этапов не выполнены надлежащим образом, акты оказанных услуг в адрес истца не поступали, результат услуг, предусмотренный договором и Техническим заданием, в адрес истца не передавался, а частично оформленные документы требовали существенных доработок, о чем истец неоднократно информировал ответчика.

Ко второму этапу оказания услуг ответчик не приступал, сайт оформлен не был, обучающие материалы, список площадок для размещения объявления о продаже франшизы, а также услуги по подготовке документов для регистрации товарного знака не предоставлялись.

Указанное не опровергнуто ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами, как и не представлено доказательств фактического оказания услуг в виде результата согласованного в пункте 1.1 договора.

Кроме того, ответчик указал, что 16.10.2019 между ИП ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи бизнеса №16-10/ФМ, по условиям которого ответчик продал ФИО3 компанию по упаковке франшиз и масштабированию бизнеса.

По акту приема-передачи от 24.12.2019 ответчик передал ФИО3 все необходимое для ведения бизнеса, в том числе передан заказчик услуг по договору №2611-01 от 26.11.2018 ИП ФИО5, о чем последний был извещен уведомлением №2510-01 от 25.10.2019, согласно которому дальнейшие взаиморасчеты производить с ООО «ФрэнчМэйкер».

Вместе с тем, уведомления об уступке прав и обязанностей по договору №2611-01 от 26.11.2018 в адрес ИП ФИО5, не поступало, ответчиком таких доказательств в материалы дела не представлено.

Согласно представленному договору №023/19-Ц уступки прав требования от 16.10.2019, цедент (ИП ФИО2) уступает цессионарию (ООО «ФрэнчМэйкер» в лице директора ФИО2) в полном объеме права кредитора на получение денежных средств от ИП ФИО5 по договору от 26.11.2018 №2611-01 в размере 300 000 рублей.

Однако, принимая во внимание, что представленный договор не содержит сведений о передачи обязательств ответчика по исполнению договора от 26.11.2018 №2611-01, учитывая, что ответчиком не представлено получение согласия истца на перевод своего долга на другое лицо, при этом ответчиком не доказано оказание услугу по договору, суд первой инстанции пришел к выводу, что перевод прав и обязанностей (перевод долга) ответчика по договору от 26.11.2018 №2611-01 не произошел, право требования задолженности в размере 300 000 рублей не возникло, фактически передача договора от 26.11.2018 №2611-01 ответчиком третьему лицу не состоялась, на момент рассмотрения спора ООО «ФрэнчМэйкер» (ИНН <***>) прекращена деятельность в качестве юридического лица 16.06.2022.

Вопреки возражения ответчика, им в материалы дела не представлено доказательств оказания услуг на сумму полученной предоплаты во исполнение заключенного договора, предварительная выплата, произведенная одной стороной в обязательство другой стороне за выполняемые для нее работы, услуги, должна иметь встречное удовлетворение с контрагента по сделке, и при его отсутствии денежные средства, внесенные в качестве предоплаты (авансовый платеж), подлежат возврату, иначе приводят к неосновательному обогащению.

Поскольку ответчик обязательства по договору не исполнил, ответчик не вправе удерживать у себя уплаченные заказчиком денежные средства в размере 160 000 руб., данная сумма является неосновательным обогащением ответчика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

В пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) указано, что на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа - пени (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Из указанных норм права, а также из правовой природы неустойки следует, что обязанность должника уплатить кредитору неустойку в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения основного обязательства представляет собой обязанность, являющуюся дополнительным (акцессорным) денежным обязательством.

Следовательно, правовым основанием для взыскания неустойки является положение договора или закона, предусматривающие ответственность стороны за нарушение установленного обязательства.

В случае неуплаты или несвоевременной уплаты арендной платы согласно условиям договоров, арендодатель вправе взыскать с арендатора пени за каждый день просрочки исполнения обязательств.

Согласно пункту 4.1 договора, за нарушение срока оказания услуг, заказчик вправе требовать с исполнителя уплаты неустойки в размере 0,1 процента от стоимости не оказанных в срок услуг за каждый календарный день просрочки.

Истцом заявлено о взыскании неустойки за период с 14.06.2019 по 27.11.2023 размере 231040 рублей с учетом периода действия моратория, установленного Постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников» на период с 06.04.2020 на 6 месяцев.

Суд первой инстанции, проверив расчет неустойки, с учетом возражений ответчика, признал его не верным, произведенным без учета периода действия моратория, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

По расчету суда, неустойка за период с 14.06.2019 по 27.11.2023 с учетом применения мораториев, установленных Постановлениями Правительства РФ от 03.04.2020 № 428, от 28.03.2022 № 497, составляет 201600 рублей, в остальной части требование истца удовлетворению не подлежит.

Доводы ответчика о том, что истцом необоснованно начислены пени с 14.06.2019 по 30.03.2023 (дата расторжения договора), поскольку отсутствует требование о выполнении работ в разумный срок, первое требование о возврате суммы поступило от истца только в марте 2023 г., не принимаются судом, поскольку сроки оказания услуг по каждому этапу установлены в Календарном плане оказания услуг (Приложение № 2 к договору), подписанном ответчиком, согласно Календарному плану, конечный срок оказания услуг по договору 13.06.2019.

Возражая относительно Календарного плана со сроками исполнения работ, ответчик не предлагает собственного варианта расчета сроков, по всей видимости полагая, что в отсутствие сроков эти работы могут длиться бесконечно, при этом с момента заключения договора прошло уже 6 лет, а с периода, когда работы должны быть завершены (13.06.2019) прошло уже 5 лет.

В суде первой инстанции ответчиком заявлено ходатайство об уменьшении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод апеллянта о том, что суд первой инстанции необоснованно не применил положения статьи 333 ГК РФ.

Как следует из пункта 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку по заявлению должника о таком уменьшении.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 № 683-О-О указано, что пункт 1 статьи 333 ГК РФ закрепляет право суда уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.01.2011 № 11680/10, необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия. Неисполнение должником обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами. Между тем никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Применение такой меры как взыскание договорной неустойки носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить лицу убытки, возникшие в результате просрочки исполнения обязательства, но и удержать контрагента от неисполнения (просрочки исполнения) обязательства в будущем.

Согласно пункту 73 Постановления № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Из пункта 77 Постановления № 7 следует, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период. Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки (пункт 75 Постановления № 7).

В соответствии с требованиями статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исследовав и оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства, установив факт просрочки ответчиком оплаты по договору, доводы ответчика судом отклоняются, поскольку не могут служить основанием для снижения неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, при этом размер неустойки 0,1% от суммы основного долга за каждый день просрочки является обычным и широко распространенным в современной коммерческой практике, не свидетельствует о чрезмерности, несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства судом не установлено.

Размер предусмотренной договором неустойки (0,1% в день) соответствует сложившейся практике делового оборота, не является чрезмерным (например, определение Верховного Суда РФ от 29.10.2021 № 310-ЭС21-19718, постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 24.03.2020 по делу № А75-4854/2019, от 12.03.2020 по делу № А45-34508/2019, от 29.04.2021 по делу № А75-4815/2020, от 26.08.2021 по делу № А75-24210/2019).

Принимая во внимание требования вышеназванных норм материального и процессуального права, а также учитывая конкретные обстоятельства по настоящему делу, суд апелляционной инстанции считает, что ответчик не доказал обоснованность доводов апелляционной жалобы, приведенные апеллянтом доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных арбитражным судом первой инстанции, у апелляционного суда отсутствуют.

При изложенных обстоятельствах принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 АПК РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины в связи с отсутствием оснований для удовлетворения апелляционной жалобы относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 268, частью 1 статьи 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 05.08.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-39470/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно - Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд принявший решение.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий Л.Н. Апциаури


Судьи Е.В. Афанасьева


ФИО1