Постановление от 12 января 2023 г. по делу № А07-22247/2019

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-15378/2022, 18АП-15381/2022

Дело № А07-22247/2019
12 января 2023 года
г. Челябинск




Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 января 2023 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В.,

судей Забутыриной Л.В., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.10.2022 по делу № А07-22247/2019 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

В судебном заседании приняли участие:

представитель ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 10.04.2021);

ФИО2.



Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.07.2019 на основании заявления публичного акционерного общества «Сбербанк России» возбуждено дело о признании общества с ограниченной ответственностью «Премьер-Алко» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.10.2019 (резолютивная часть от 23.10.2019) требование кредитора признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Премьер-Алко» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6, член Некоммерческого партнерства «Центра финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №211(6691) от 16.11.2019.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.03.2020 (резолютивная часть от 16.03.2020) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Премьер-Алко» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО7, член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №56(6777) от 28.03.2020.

Конкурсный управляющий ФИО7 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением к ФИО3 (далее по тексту – ответчик, ФИО4) о признании недействительной сделки по перечислению обществом с ограниченной ответственностью «Премьер-Алко» денежных средств ФИО3 со счетов №40702810606000007028 в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк, №40702810429320000233 в АО «Альфа-Банк», № 40702810935100029659 в ПAO АКБ «АВАНГАРД» на общую сумму 3 835 000 рублей и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания указанных денежных средств в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.10.2022 (резолютивная часть от 29.09.2022) заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Премьер-Алко» ФИО7 удовлетворено. Признаны недействительными сделки по перечислению обществом с ограниченной ответственностью «Премьер-Алко» (ИНН <***>, ОГРН <***>) денежных средств в пользу ФИО3 (ИНН <***>) в период с 15.09.2015 по 13.02.2019 в общей сумме 3 835 000 рублей. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Премьер-Алко» денежных средств в сумме 3 835 000 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, ФИО4 обратились с апелляционными жалобами, в которых просили отменить определение суда от 13.10.2022.

ФИО4 в обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что все произведенные в его адрес платежи, оспариваемые арбитражным управляющим, являлись предоплатой за объекты недвижимого имущества, которые он собирался продать ООО «Премьер-Алко». Общая стоимость недвижимого имущества была оценена сторонами сделки в 12 000 000 рублей, 3 800 000 рублей были частичной предоплатой от общей стоимости имущества. Согласно договоренности сторон будущей сделки ФИО4 должен был продать ООО «Премьер-Алко» следующие объекты недвижимости: - Корпус 86-27, четырехэтажное нежилое здание, общей площадью 2576,4 кв.м., адрес объекта: РБ, г.Уфа, Орджоникидзевский район, ул. Путейская, д.25; - Трехэтажное нежилое административное здание — здание столовой общей площадью 2555 м2, адрес объекта: РБ, г.Уфа, Орджоникидзевский район, ул. Путейская, д. 25; - Двухэтажное нежилое административное здание общей площадью 1371.2 м2, адрес объекта: РБ, г.Уфа, Орджоникидзевский район, ул. Путейская, д. 25. Перечисленные объекты недвижимости в 2015 году находились в собственности у ООО «ЭКОМ» (ИНН <***>, OГРН <***>, 450029, <...>), в котором ФИО3 принадлежала (также, как и принадлежит сейчас) 1/2 доля в уставном капитале. На тот момент ФИО4 собирался выйти из состава участников Общества, и по договоренности со вторым соучредителем ФИО8 оплата действительной стоимости доли должна была быть осуществлена недвижимым имуществом, принадлежавшим Обществу, которое он в свою очередь планировал продать ООО «Премьер-Алко». Между тем, 17.08.2015 в Арбитражный суд Республики Башкортостан поступило заявление ООО «БашХимИнвест» о признании ООО «ЭКОМ» банкротом, которое 24.08.2015 года было принято судом к производству, а 25.09.2015 г. удовлетворено, в результате чего введена процедура банкротства - наблюдение. О наличии у Общества такого кредитора, как ООО «БашХимИнвест» ФИО4 на момент заключения сделки с ООО «Премьер-Алко» не знал, и не знал о предпринятых кредитором действиях, направленных па признание ООО «ЭКОМ» банкротом, поскольку оперативным руководством в Обществе он не занимался и не в полной мере ориентировался в текущем состоянии дел на предприятии. Однако, именно введение в ООО «ЭКОМ» процедуры банкротства стало препятствием для выхода ФИО3 из состава его учредителей с выплатой действительной стоимости доли в виде недвижимого имущества. По этой причине ФИО4 не смог исполнить принятые на себя перед ООО «Премьер-Алко» обязательства по продаже вышеуказанного недвижимого имущества. Далее, по договоренности с учредителем ООО «Премьер-Алко» ФИО9 в счет своего долга он передал в собственность Обществу автомобиль марки Infiniti QХ 70, VIN <***>, № двигателя: VQ37 679384А, 2015 года выпуска, цвет черный. До передачи в собственность ООО «Премьер-Алко» указанный автомобиль принадлежал гражданке ФИО10, которая была должна ФИО3 денежные средства. Денежными средствами в наличной форме она не располагала и предложила ФИО3 в счет погашения своего долга автомобиль марки Infinity, рыночная стоимость, которого на тот момент составляла 4 000 000 рублей. Т.к. ФИО4 был должен ООО «Премьер-Алко» он предложил ФИО10 заключить прямой договор купли-продажи с ООО «Премьер-Алко» и передать автомобиль непосредственно Обществу. ФИО4 специально не стал оформлять право собственности на автомобиль на себя, чтобы избежать уплаты НДФЛ с продажи автомобиля. В результате совершенной сделки гражданка ФИО10 погасила свой долг перед ФИО3, а ФИО4 в свою очередь погасил свой долг перед ООО «Премьер-Алко», а ООО «Премьер-Алко» стало собственником автомобиля марки Infinity QX 70. Относительно денежного перевода в размере 35 000 рублей, произведенного ООО «Премьер-Алко» в 2019 г., то в этой части ФИО4 согласился с предъявленными ему требованиями, пояснив что, данные денежные средства были перечислены ему под отчет, как работнику предприятия для целей оплаты расходов, связанных с выполнением трудовых обязанностей. В связи с тем, что своевременно он не отчитался перед бухгалтерией о расходовании данных денежных средств, то возникла соответствующая задолженность. Данные объяснения ФИО3 полностью согласуются с собранными по делу доказательствами, в том числе сведениями о составе учредителей ООО «ЭКОМ» (л.д. 66-67), о наличии у ООО «ЭКОМ» недвижимого имущества (л.д. 73-75), договором купли-продажи автомобиля марки Infinity QX 70 (л.д. 139). Кроме того, позиция ФИО3 подтверждается тем обстоятельством, что все платежи, произведенные в его адрес совершены ООО «Премьер-Алко» в относительно короткий период времени с 27.08.2015 по 29.09.2015 г., при этом перевод денежных средств в адрес ФИО3 прекращен, сражу же после введения в отношении ООО «ЭКОМ» процедуры банкротства. Указывая на возможное участие ФИО2 в переводах денежных средств ФИО3, фактически признавая его стороной сделки, совершенной с целью причинить вред кредиторам ООО «Премьер-Алко», суд первой инстанции не привлекает его к участию в деле в качестве третьего лица и не предлагает ему представить объяснения по ситуации, в том числе, подтвердить или опровергнуть его статус лица, контролировавшего деятельность ООО. Конкурсным управляющим не доказан факт совместных согласованных действий ООО «Премьер-Алко» и ФИО3, направленных на вывод активов Общества, и как следствие не доказан факт безвозмездности произведенных ООО «Премьер-Алко» в августе-сентябре 2015 года денежных платежей в адрес ФИО2 В ходе судебного разбирательства ФИО3 было заявлено ходатайство о применении последствий пропуска Заявителем срока исковой давности. Суд первой инстанции заявленное Ответчиком ходатайство отклонил, мотивируя свое решение тем, что обе стороны сделки действовали с единым умыслом причинить вред кредиторам ООО «Премьер-Алко» и преследовали единую цель по выводу активов Общества. Между тем, как было указано выше данные выводы суда не подтверждаются доказательствами, а являются предположением суда.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 сводятся к тому, что лицо не было привлечено к участию в деле, вместе с тем, судом сделаны выводы относительно осуществления им фактического контроля за деятельностью должника ООО «Премьер–Алко».

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2022 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 11.01.2023.

Судом на основании статей 49, 260, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняты к рассмотрению дополнения к апелляционной жалобе ФИО2 (вх.№71043 от 20.12.2022).

В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО2 указывает, что суд первой инстанции, рассматривая данный обособленный спор, был не вправе выходить за рамки заявленных требований и устанавливать в данном споре правовой статус контролировавших деятельность должника лиц, а также делать выводы об аффилированности между собой и с должником лиц, не привлеченных к участию в обособленном споре.

Судебной коллегией на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела отзыв на апелляционную жалобу, поступивший от конкурсного управляющего ФИО7 (вх.№73038 от 29.12.2022).

В судебном заседании представитель ФИО3, ФИО2 поддержали доводы апелляционных жалоб, просили отказать в удовлетворении заявленных требований.

Иные лица, участвующие в деле о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Как следует из материалов дела, должником с 27.08.2015 по 29.09.2015 в пользу ответчика производилось перечисление денежных средств на общую сумму 3 800 000 рублей, с назначением платежей «на карту ***4966 ФИО3 возврат займа по дог. займа», «на карту ***4966 ФИО3 выдача займа», «на карту ***4966 ФИО3 возврат по договору купли-продажи векселя», а также платеж на сумму 35 000 рублей с назначением «Перевод подотчетных средств на счет сотрудника ФИО3».

Полагая, что денежные средства перечислены должником ответчику безосновательно в отсутствие встречного представления, что позволяет квалифицировать указанные сделки в качестве безвозмездных, совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, указывая, что документы, такие как договоры займа, договоры купли-продажи векселей, подтверждающие правомерность получения денежных средств, не представлены, документы, подтверждающие расходование денежных средств, полученных ответчиком под отчет, также не представлены, таким образом, денежные средства перечислены должником ответчику безосновательно, в отсутствие встречного предоставления, что позволяет квалифицировать указанные сделки в качестве безвозмездных, совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок по перечислению денежных средств обществом «Премьер-Алко» ФИО3 недействительными и применении последствий недействительности сделки.

Правовым основанием оспаривания указанных сделок конкурсный управляющий должника указывает ст. 10, 168 ГК РФ.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявления, ссылаясь на то, что все оспариваемые денежные переводы произведены в 2015 году, в связи с чем, ООО «Премьер-Алко» в случае наличия правовых оснований имело возможность обратиться в суд с иском о защите нарушенных прав, срок исковой давности для защиты нарушенного права путем предъявления исковых требований истек, оспариваемая сделка совершена за пределами трехлетнего срока, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Впоследствии ответчиком в материалы дела представлено дополнение к отзыву, в котором им указывалось на то, что перечисленные должником в его пользу денежные средства являлись предоплатой за недвижимое имущество, которые он собирался продать должнику, в частности три здания по адресу <...>. Предварительный договор купли-продажи не сохранился, вместе с тем, после его подписания стороны отказались от этой сделки, а долг в размере авансовых платежей перед ООО «Премьер-Алко» ФИО4 погасил, предоставив в качестве отступного автомобиль марки Infiniti. Указанное недвижимое имущество находилось в собственности ООО «ЭКОМ», в котором ответчику принадлежала доля ½ в уставном капитале. Продать объекты недвижимости ответчик планировал после выхода из состава участников и получения своей доли в Обществе в виде недвижимого имущества ООО «Эком». По причине введения в отношении ООО «Эком» процедуры банкротства, исполнить обязательства по продаже должнику указанного недвижимого имущества ответчик не смог. Также ответчик указывает, что в счет своего долга перед ООО «Премьер-Алко» он передал в собственность обществу автомобиль марки Infiniti QX 70, принадлежавший до передачи гражданке ФИО10, которая должна была ФИО3 денежные средства. ФИО10 денежными средствами не располагала и предложила в счет погашения своего долга автомобиль марки Infiniti, рыночная стоимость которого составляла на тот момент 4 000 000 рублей. На что ответчик предложил ФИО10 заключить договор купли-продажи автомобиля напрямую с обществом «Премьер-Алко» и в результате указанной сделки был погашен долг ФИО10 перед ФИО3 и долг ФИО3 перед ООО «Премьер-Алко».

Также ответчик указал, что признает заявление в части платежа на сумму 35 000 рублей и готов возместить указанные денежные средства.

Удовлетворяя заявленные требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из наличия всей совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по заявленным правовым основаниям, принял во внимание отсутствие доказательств встречного предоставления со стороны ответчика.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Производство по делу о банкротстве возбуждено определением суда от 11.07.2019, перечисления денежных средств в пользу ответчика на сумму 3 800 000 рублей совершены в период с 27.08.2015 по 29.09.2015, то есть за переделами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, за исключением последнего платежа от 13.02.2019 на сумму 35 000 рублей.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

На основании статьи 170 ГК РФ сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях), ничтожные сделки.

Разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86-88 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения (пункт 86), а притворной - сделка или несколько сделок, совершенных на иных условиях, например, на иную сумму, в сравнении с действительной суммой исполнения (пункты 87 и 88).

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Приведенные подходы к оценке мнимости (притворности) сделок являются универсальными и в полной мере применимы к тем случаям, когда совершение таких сделок обусловлено намерением придать правомерный вид передаче денежных средств или иного имущества, полученного с нарушением закона.

Верховным Судом РФ в связи с необходимостью выполнения судами требований закона, направленных на противодействие незаконным финансовым операциям, в целях обеспечения единообразного применения законодательства, даны разъяснения в «Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020), отмечено, что выявление при разрешении экономических и иных споров, возникающих из гражданских отношений, обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий участников оборота на придание правомерного вида доходам, полученным незаконным путем, может являться основанием для вывода о ничтожности соответствующих сделок как нарушающих публичные интересы и для отказа в удовлетворении основанных на таких сделках имущественных требований, применении последствий недействительности сделок по инициативе суда.

Из материалов дела следует, что в реестр требований кредиторов ООО «Премьер-Алко» включено требование ПАО «Сбербанк России» в размере 15 005 633,02 руб. определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.10.2019 (обязательства возникли в 2018 году), требование Федеральной налоговой службы России в размере 146 572,55 руб. определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.02.2020 и определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.08.2020, требование АО «Башспирт» в размере 43 325 653,58 руб. определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.02.2020 (неисполнение обязательств имело место с 2014 года), требование Комитета по управлению собственностью Министерства земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан по г. Сибаю в размере 1 278 836,61 руб. определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.11.2020 (обязательства не исполняются с 30.04.2015).

При этом ООО «Премьер-Алко» имело неисполненные обязательства перед кредитором АО «Башспирт» на протяжении всего периода перечисления денежных средств в пользу ответчика ФИО3 согласно представленным конкурсным управляющим актам сверок с 2014 г. по 2018 гг. Сумма неисполненных должником обязательств перед АО «Башспирт», включенных в реестр требований кредиторов, составляет 43 325 653,58 руб.

Обязательства перед Комитетом по управлению собственностью Министерства земельных и имущественных отношений Республики Башкортостан по г. Сибаю в размере 1 278 836,61 руб. не исполняются с 30.04.2015, что установлено определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 12.11.2020 г.

Оспариваемые платежи осуществлялись в пользу ответчика с назначением «на карту ***4966 ФИО3 возврат займа по дог. займа», «на карту ***4966 ФИО3 выдача займа», «на карту ***4966 ФИО3 возврат по договору купли-продажи векселя», а также платеж на сумму 35 000 рублей с назначением «Перевод подотчетных средств на счет сотрудника ФИО3».

Ответчик указал, что перечисленные должником в его пользу денежные средства являлись предоплатой за недвижимое имущество, которые он собирался продать должнику, указал, что предварительный договор купли-продажи не сохранился, а после его подписания стороны отказались от этой сделки, при этом долг в размере авансовых платежей перед ООО «Премьер-Алко» ФИО4 погасил предоставив в качестве отступного автомобиль марки Infiniti, принадлежащий ФИО10, которая в свою очередь имела долг перед ФИО3

Указанное недвижимое имущество находилось в собственности ООО «ЭКОМ», в котором ответчику принадлежала доля ½ в уставном капитале. Продать объекты недвижимости ответчик планировал после выхода из состава участников и получения своей доли в обществе в виде недвижимого имущества ООО «Эком». По причине введения в отношении ООО «Эком» процедуры банкротства, исполнить обязательства по продаже должнику указанного недвижимого имущества ответчик не смог.

Судом первой инстанции истребованы сведения из органов ГИБДД о сделке по продаже автомобиля марки Infiniti QX 70 гражданкой ФИО10 должнику.

Из представленного в материалы дела договора купли-продажи от 25.08.2017 следует, что общество «Премьер-Алко» в лице ФИО3 приобрело у гр. ФИО10 автомобиль марки Infiniti QX 70, 2015 г.в. При этом, из содержания договора следует, что продавец (ФИО10) получила от покупателя (ООО «Премьер-Алко») денежные средства в размере 2 500 000 рублей.

Таким образом, довод ответчика о том, что передачей гр. ФИО10 автомобиля обществу «Премьер-Алко» погашены обязательства ФИО10 перед ФИО3, а также погашены обязательства ФИО3 перед обществом «Премьер-Алко», опровергается материалами дела.

Кроме того, цена договора купли-продажи от 25.08.2017 составляет 2 500 000 рублей, что значительно ниже размера полученных ФИО3 денежных средств должника – 3 800 000 рублей.

Какие-либо иные документы в подтверждение наличия оснований для получения ответчиком денежных средств в материалы дела не представлены.

Более того, судом первой инстанции установлено, что общество с ограниченной ответственностью «ЭКОМ» не являлось собственником недвижимого имущества, на которое ссылается ответчик. Так, в рамках дела о банкротстве № А07-18714/2015 общества «ЭКОМ» установлено, что 23.12.2013 между ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» и ООО «Эком» в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № <***> был заключен договор об ипотеке (залоге здания/помещения/сооружения) № 20-13/И1-4Ф.9, по условиям которого должник передал в залог кредитору спорное недвижимое имущество. То есть на момент совершения спорных платежей указанный объекты недвижимости уже находились в залоге Банка.

Как верно отметил суд первой инстанции, ни один из оспариваемых платежей не содержит в назначении указания на оплату по предварительному договору купли-продажи, на который ссылается ответчик в качестве встречного предоставления.

На основании изложенного, суд пришел к верному выводу, что действительная воля сторон оспариваемой сделки была направлена на вывод ликвидного имущества должника посредством перечисления ФИО3 денежных средств платежными поручениями с назначениями платежей «на карту ***4966 ФИО3 возврат займа по дог. займа», «на карту ***4966 ФИО3 выдача займа», «на карту ***4966 ФИО3 возврат по договору купли-продажи векселя», которые в действительности прикрывали договор дарения денежных средств в сумме 3 835 000 рублей; в данном случае имел место вывод из активов должника денежных средств путем их перечисления на счета ФИО3, в результате которого был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку денежные средства были перечислены без равноценного встречного предоставления, что уменьшило объем конкурсной массы должника и привело к фактической утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Относительно доводов конкурсного управляющего о наличии аффилированности участников сделки, суд указал на следующее.

ФИО4 является сыном ФИО2, что сторонами не оспаривается.

ФИО2 взаимосвязан с ООО «Премьер-Алко» в виду следующих обстоятельств. ФИО11 (последний руководитель ООО «Премьер-Алко» до открытия конкурсного производства), при рассмотрении обособленного спора о взыскании с него убытков указывает, что предприятие находилось под контролем ФИО2, который привлек его на работу в ООО «Премьер-Алко», а также нанял бухгалтера, которая строго выполняла все указания ФИО2 по платежам и другим бухгалтерским операциям. Бухгалтерский учет находился под контролем ФИО2, все первичные документы находились у ФИО2 Флеш-носитель с ЭЦП счета в банке был передан им ФИО2

В ходе судебного разбирательства об оспаривании сделок по заявлениям к ответчикам ООО «Уральский лизинговый центр», ООО «Ферроком» последними были представлены документы, согласно которым общество «Премьер-Алко» в 2014-2017 гг. принимало на себя обязательства ФИО2 перед указанными лицами по договорам перевода долга и в дальнейшем эти обязательства исполняло, встречное исполнение со стороны ФИО2 должник при этом не получал. Подобные сделки недоступны обычным (независимым) участникам оборота.

В ходе судебного разбирательства об оспаривании сделок по заявлениям к ФИО2 в материалы дела представлено определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.10.2017 по делу № А07-4549/2017 о включении требований ООО «Премьер-Алко» в реестр требований кредиторов должника ФИО2 в деле о его личном банкротстве, из которого усматривается, что должником в пользу ФИО2 в период с августа по декабрь 2015 года перечислено 9 155 538 рублей по договорам беспроцентных займов, указанные денежные средства ФИО2 обществу «Премьер-Алко» не возвращены.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о наличии фактической аффилированности ФИО2 и общества «Премьер-Алко». Следовательно, ФИО4, являясь сыном ФИО2, заинтересован по отношению к должнику и, таким образом, знал о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Кроме того, при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки (ФИО4) знать об указанных обстоятельствах, суд исходил из того, что ФИО4, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, не мог не знать о безвозмездности платежей в его пользу и причинении такой сделкой вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Также ФИО4 являлся работником должника (со слов ФИО3 занимал должность менеджера).

В соответствии с абзацем 4 пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

На основании изложенного, суд пришел к верному выводу о том, что имел место вывод из активов должника денежных средств путем их перечисления на счета ФИО3 Причинение вреда имущественным правам кредиторов наступило вследствие перечисления должником в пользу ответчика денежных средств без равноценного встречного предоставления, что не соответствует принципам разумности и добросовестности и повлекло для должника негативные финансовые и экономические последствия. Спорные выплаты преследовали цель и были направлены на вывод наиболее ликвидных активов должника, что в свою очередь опосредованно уменьшило объем конкурсной массы должника, привело к фактической утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В суде первой инстанции ответчик заявил о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Оспариваемые сделки совершены в период с 27.08.2015 по 13.02.2019, конкурсное производство введено и утвержден конкурсный управляющий 24.03.2020, с заявлением о признании сделки недействительной конкурсный управляющий обратился 04.03.2021, т.е. в пределах одного года с момента его утверждения и, соответственно, трех лет с даты, когда он узнал или должен был узнать о начале исполнения ничтожной сделки.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 об отсутствии заинтересованности и, соответственно, об отсутствии осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника, наличии кредиторов и причинении вреда кредиторам, опровергаются материалами дела.

Доводы жалобы о наличии финансовой возможности ответчика подробно оценены судом первой инстанции, им дана надлежащая оценка.

Относительно доводов апелляционной жалобы ФИО2, судебная коллегия полагает, что производство по апелляционной жалобе подлежит прекращению в силу следующего.

Согласно статье 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным настоящим Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

Для признания права на обжалование судебного акта недостаточно того, чтобы принятый судебный акт затрагивал права и обязанности лица, не привлеченного к участию в деле. Необходимо, чтобы этот судебный акт был принят непосредственно о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" разъяснено, что судебный акт считается принятым о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Таким образом, необходимым условием для возникновения у лица, не участвующего в деле, права на обжалование судебного акта является то, что данный судебный акт должен касаться его прав и обязанностей.

Как указано судом первой инстанции, конкурсный управляющий в подтверждение аффилированности должника и подателя жалобы ФИО2 сослался на пояснения бывшего руководителя должника. Вместе с тем, выводы суда о фактическом контроле ФИО2 над деятельностью должника не будут иметь преюдициального значения по отношению к ФИО2, поскольку сделаны в отсутствие его привлечения к участию в деле. В свою очередь, ФИО2 не лишен возможности защищать свои права и законные интересы в спорах, в случае предъявления к нему каких-либо требований, и доказывать обратное.

Судебная коллегия отмечает, что из материалов дела, а также доводов, приведенных в апелляционной жалобе ФИО2, не усматривается, что определение суда по настоящему делу принято о правах и обязанностях данного лица.

Наличие заинтересованности ФИО2 в результатах рассмотрения спора по настоящему делу само по себе не создает правовых оснований для обжалования принятого по делу судебного акта.

Обжалуемое определение ни в мотивировочной, ни в резолютивной частях не содержит суждений и выводов непосредственно о правах и об обязанностях ФИО2, права указанного лица относительно предмета спора не установлены, какие-либо обязанности на него не возложены, участником правоотношений, рассматриваемых судом, данный податель апелляционной жалобы не является.

При таких обстоятельствах, ФИО2 не может быть признан апелляционным судом, ни в качестве лица, участвующего в арбитражном процессе по данному делу, ни в качестве лица, чьи права и интересы затронуты обжалуемым судебным актом.

В отношении апелляционной жалобы ФИО2 судебная коллегия приходит к выводу, что производство по указанной жалобе подлежит прекращению применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, так как лицом, участвующим в деле, он не является, его права обжалуемым судебным актом не затронуты.

Принимая во внимание изложенное, оснований для отмены определения и удовлетворения жалобы, исходя из доводов, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 150, 176, 265, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

производство по апелляционной жалобе ФИО2 прекратить. Определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.10.2022 по делу № А07-22247/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета излишне уплаченную по чеку-ордеру №1933 от 24.11.2022 государственную пошлину в размере 3 000 руб. 00 коп.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья И.В. Калина


Судьи:Л.В. Забутырина


Т.В. Курносова