Постановление от 18 марта 2019 г. по делу № А29-81/2018

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-81/2018
г. Киров
18 марта 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 марта 2019 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Сандалова В.Г.,

судей Кормщиковой Н.А., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,


при участии в судебном заседании (в Арбитражном суде Республики Коми):

представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности от 24.12.2018,

представителя ответчика (ООО «Лукойл-Коми») ФИО3, действующей на основании доверенности от 01.01.2019,


рассмотрев в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Коми»

на решение Арбитражного суда Республики Коми от 29.11.2018 по делу № А29-81/2018, принятое судом в составе судьи Басманова П.Н.,


по иску Министерства промышленности, природных ресурсов, энергетики и транспорта Республики Коми

к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ИНН <***>, ОГРНИП 304110829000063), обществу с ограниченной ответственностью «Лукойл-Коми» (ИНН <***>,ОГРН <***>),

третье лицо – Печорское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору,

о взыскании ущерба,



установил:

Министерство промышленности, природных ресурсов, энергетики и транспорта Республики Коми обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее – первый ответчик, предприниматель) о взыскании 239 490 руб. суммы ущерба, причиненного лесному фонду.

Определением от 19.04.2018 произведено процессуальное правопреемство, Министерство промышленности, природных ресурсов, энергетики и транспорта Республики Коми заменено на Министерство природных ресурсов и охраны окружающей среды Республики Коми (далее – истец, Минприроды Республики Коми, министерство).

К участию в деле в качестве соответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Лукойл-Коми» (далее – второй ответчик, ООО «Лукойл-Коми», общество).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Печорское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее – третье лицо, Печорское управление Ростехнадзора).

Истец уточнил исковые требования, просил взыскать с ООО «Лукойл-Коми» и ИП ФИО4 ущерб в размере 65 603 руб. солидарно, а также с ИП ФИО4 ущерб в размере 173 887 руб.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 29.11.2018 исковые требования удовлетворены.

ИП ФИО4 с принятым решением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований к ИП ФИО4 о взыскании 173 887 руб. суммы ущерба, причиненного лесному фонду, отказать в полном объеме.

Заявитель жалобы указывает, что 01.08.2017 в кварталах 154 и 118 Нижнеодесского участкового лесничества работала комиссия в составе пяти человек, которой произведен осмотр лесных участков при демонтаже трубопроводов, расположенных в квартале 118, выделы 5 и 18 Нижнеодесского участкового лесничества. Однако комиссией не производился опрос работников, которые находились на месте в балке, трактор стоял с неработающим двигателем, трубы на месте также не было. Имеется значительная разница в акте лесонарушения от 09.08.2017 № 7, составленном лесничим ФИО5 и в акте обследования лесных участков по факту загрязнения НСЖ от 01.08.2017. Из акта № 7 от 08.09.2017 следует, что данный акт был составлен на основании акта патрулирования от 01.08.2017, то есть в день осмотра места происшествия с участием комиссии. Дата обнаружения лесонарушения - 01.08.2017, следовательно, лесничий ФИО5 одновременно участвовал в работе комиссии и патрулировал лесной участок, что невозможно, так как патрулирование лесных участков подразумевает движение на автотранспорте или в пешем порядке по маршруту, указанному в рейдовом задании патрулирования лесных участков. Как следует из акта № 7, совместно с лесничим ФИО5 осуществлял патрулирование лесник Войвожского участкового лесничества ФИО6, однако в акте осмотра комиссии от 01.08.2017 лесник ФИО6 не упоминается. Подпись лесничего ФИО5 имеется в акте № 7 и в акте от 01.08.2017. В Акте обследования комиссией указано, что обнаружен разлив НСЖ на площади около 20 кв.м, то есть 0,002 га, а наличие повреждения, уничтожения надпочвенного покрова не обнаружено. В акте № 7 указано, что разлив СНЖ 83 кв.м, то есть 0,0083 га, повреждение, уничтожение надпочвенного покрова 220 кв.м, то есть 0,022 га. Акт № 7 направлялся в Сосногорский городской комитет по охране окружающей среды с целью возбуждения по отношению к ИП ФИО4 административного производства. Определением № 16-Сос-эк от 30.10.2017 Сосногорский городской комитет по охране окружающей среды отказал ГУ «Сосногорское лесничество» в возбуждении административного производства по отношению к ИП ФИО4, в связи с тем, что в акте № 7 имеются несоответствия, а вина ИП ФИО4 в причастности к указанным нарушениям не доказана. ИП ФИО4 на момент проверки 01.08.2017 являлся арендатором лесного участка по договору аренды лесного участка № 4 от 16.08.2010, заключенному с Комитетом лесов Республики Коми. Вид использования лесов - заготовка древесины. Согласно проекту освоения лесов, прошедшего государственную экспертизу и получившего положительную оценку в выделе 5 квартала 118 Нижнеодесского участкового лесничества, планировалось строительство лесной дороги, как объекта лесной инфраструктуры и противопожарного мероприятия. Для этой цели на указанном месте находились рабочие и трелевочный трактор с почвообрабатывающим оборудованием. Утверждение истца о том, что арендатор должен иметь какие-то дополнительные разрешающие документы, несостоятельно, так как это не предусмотрено условиями договора и лесным законодательством. Соблюдение арендатором противопожарного состояния лесного участка является обязанностью арендатора, а также его обязанностью является осуществление работ в соответствии с проектом освоения лесов. В выделе 5 квартала 118 ранее арендатором уже была создана противопожарная минерализированая полоса, создание которой предусматривает работу тракторной техники с использованием почвообрабатывающего оборудования и удаление надпочвенного покрова до минерального слоя с целью предотвращения распространения лесного пожара. В 2014 году выполнялись работы по созданию противопожарной минирализированой полосы в квартале 118 выделе 5 Нижнеодесского участкового лесничества. 30.06.2014 подписан акт приемки-сдачи выполненных работ лесничим ФИО7 и ИП ФИО4 В 2015 году выполнялись работы по уходу за противопожарными минерализироваными полосами, в том числе и в квартале 118 выделе 5, акт приемки-сдачи выполненных работ от 02.11.2015 подписан ИП ФИО4 и лесничим ФИО7. Таким образом, эти два акта подтверждают факт создания противопожарной минерализированой полосы и ухода за ней. Проверка, проведенная следственным комитетом показала, что состав административного правонарушения, предусмотренного статьей 8.6 КоАП РФ в действиях ИП ФИО4 отсутствует, так как при составлении акта допущены недочеты и нарушения, препятствующие административному производству (не указан способ воздействия при разрушении слоя почвы, лицо виновное в загрязнении не установлено, отсутствуют сведения о лицах, производивших работы и т. п.). Следовательно, акт № 7 от 09.08.2017 не может являться допустимым доказательством. ФИО5 предоставлены в качестве доказательства фотографии, которые доказывают наличие разлива НСЖ в кварталах 118 и 154 и одна из этих фото доказывает наличие уничтожения, повреждения надпочвенного покрова. Однако на указанных фотографиях отсутствует дата, когда они были сделаны, а также нет подтверждения места производства съемки. Фотография, на которой изображено повреждение надпочвенного покрова не доказывает это повреждение, так как на этой фотографии видны следы какого-то механизма (автомобиля или трактора), который когда-то проехал в непосредственной близости от недавно построенного нефтепровода. Следовательно, такая фотография не может быть доказательством причастности ответчика к событию лесонарушения. Доказательства того, что ФИО6 присутствовал, также отсутствуют, так как Орлов в одностороннем порядке составил акт патрулирования от 01.08.2017 и акт № 7, кроме того, в деле нет доказательств того, что лесничий Орлов осуществлял патрулирование 01.08.2017. Лесничий ФИО5, не проводя патрулирования, составил акт патрулирования от 01.08.2017, затем на основании акта патрулирования 09.08.2017 составил акт о лесонарушении по несуществующим фактам лесонарушения. Суд неправомерно не принял во внимание и не отразил в решении показания ответчика в части того, что производить промеры мерной лентой и определять румбы буссолью возможно только не менее двух человек, доказательств присутствия на месте второго человека, с кем бы смог Орлов выполнить работы по промеру и привязке с помощью буссоли и мерной ленты отсутствуют.

ООО «Лукойл-Коми» с принятым решением суда также несогласно, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, исключающий солидарное взыскание с ООО «ЛУКОЙЛ-Коми» ущерба в сумме 65 603 руб., и взыскание с ООО «ЛУКОЙЛ-Коми» в доход федерального бюджета государственной пошлины в сумме 1332 руб.

По мнению заявителя жалобы, суд отразил, как и какими действиями, именно работники ИП ФИО4, а не работники общества, причинили ущерб трем участкам лесного фонда. Поскольку предприниматель проект на демонтаж трубопровода не разрабатывал, разрешение на демонтаж бездействующего трубопровода и на проведение внутрихозяйственных работ, связанных с нарушением поверхности почвы не получал, то он осуществлял незаконную строительную деятельность, в результате которой был причинен ущерб лесному фонду. Все три загрязненные ИП ФИО4 участка в процессе осуществления незаконной строительной деятельности находились в квартале 118 Нижнеодесского участкового лесничества, то есть на арендуемой им территории, в период действия договора аренды. Несмотря на то, что точка координат № 63°39'07.1"/E 055°03'56.9", которой был определен загрязненный участок, где работники ИП ФИО4 резали трубы, должностным лицом Нижнеодесского лесничества в акте № 7 была отнесена к кварталу № 154, выдел 4 Нижнеодесского участкового лесничества, на самом деле данная точка координат находится в квартале № 118 Нижнеодесского участкового лесничества, то есть на арендованном ИП ФИО4 участке. Данное несоответствие было обнаружено маркшейдерской службой общества после получения обжалуемого решения. Скважина № 169 общества также находится в квартале № 118, ее точка координат № 63°39'11.9"/E 55°04'18.9" (справка о местонахождении точек координат прилагается). Договор аренды участка лесного фонда является гражданско-правовым договором. За использование арендованного участка не по назначению и за допущенные нарушения законодательства об охране окружающей среды на арендованном участке, арендатор несет персональную ответственность. Поскольку именно ИП ФИО4 осуществлял в квартале 118 Нижнеодесского участкового лесничества незаконную строительную деятельность, в результате которой был причинен ущерб лесному фонду, то ущерб в полном объеме должен быть уплачен ФИО4 Привлечение общества к солидарной ответственности противоречит и разъяснениям пунктов 9, 10 постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 49. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что общество являлось заказчиком, а ИП ФИО4 – подрядчиком, а также наличие совместных согласованных и скоординированных действий между обществом и предпринимателем, направленных на причинение ущерба лесному фонду. Демонтируемый предпринимателем бездействующий трубопровод не находился и не находится на балансе общества, общество не подавало в Ростехнадзор сведений о включении указанного бездействующего трубопровода в качестве составной части опасного производственного объекта и он в реестре опасных производственных объектов не значится. Суд необоснованно указал, что трубопроводы, демонтированные ИП ФИО4, в результате которых произошло нефтезагрязнение, используются обществом. Непонятно, каким образом общество могло использовать в нефтедобыче бездействующие демонтируемые ИП Щуром подземные трубопроводы, если они не были подключены к системе нефтесбора Западно-Тэбукскского месторождения и не находились на балансе у общества. При этом ни Ростехнадзор в своих письмах, ни суд не указывают, какие именно бездействующие трубопроводы были демонтированы ИП ФИО4, и к какому объекту нефтедобычи они относятся. Истец в судебном заседании не представил доказательств причинения обществом окружающей среде вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) общества как ответчика и причиненным вредом. Таким образом, вина общества в причинении вреда окружающей среде судом не была установлена.

Истец в отзывах на апелляционные жалобы просит решение первой инстанции оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Третье лицо в отзыве на апелляционные жалобы указало, что в Печорском управлении Ростехнадзора опасный производственный объект «Система промысловых (межпромысловых) трубопроводов КЦДНГ № 1 ТПП «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтегаз», II класс опасности, эксплуатируемый юридическим лицом ООО «Лукойл-Коми», зарегистрирован в реестре опасных производственных объектов (далее – ОПО) за № А25-00976-0224 от 25.06.2009. Данный ОПО расположен по адресу: Республика Коми, Сосногорский р-н (Западно-Тэбукское, Джьерское, Расьюское, Турчаниновское, Западно-Турчаниновское месторождения). Согласно сведениям, характеризующим ОПО ООО «Лукойл-Коми» «Система промысловых (межпромысловых) трубопроводов КЦДНГ № 1 ТПП «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтегаз» на территории Западно-Тэбукского нефтяного месторождения эксплуатируются технические устройства (сооружения), в том числе нефтепроводы в количестве - 89 штук. (Приложение 1). Трубопроводы, эксплуатируемые в составе опасного производственного объекта «Система промысловых (межпромысловых) трубопроводов КЦДНГ № 1 ТПП «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтегаз», расположенные в кварталах 118, 154 Нижнеодесского участкового лесничества, принадлежат ООО «Лукойл-Коми». Об ином другом собственнике трубопроводов, расположенных в кварталах 118, 154 Нижнеодесского участкового лесничества отдел информацией не располагает. Третье лицо просило рассмотреть дело в отсутствие его представителя.

До рассмотрения апелляционной жалобы ООО «Лукойл-Коми» обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с ходатайством об участии в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи.

Данное ходатайство апелляционным судом рассмотрено и удовлетворено.

Представители истца и общества в порядке статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) участвовали в судебном заседании апелляционной инстанции путем использования систем видеоконференц-связи, в судебном заседании поддержали изложенные в апелляционной жалобе, отзывах на апелляционные жалобы доводы и возражения.

Предприниматель, третье лицо явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей указанных лиц по имеющимся материалам дела.

Законность решения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела, 01.08.2017 руководителем Нижнеодесского участкового лесничества ГУ РК «Сосногорское лесничество» при проведении планового патрулирования обнаружено проведение ИП ФИО4 работ по изыманию трубы из грунта без разрешения на проведение работ, связанных с нарушением почвенного покрова, о чем составлены акт патрулирования территории лесного фонда (Т.1, л.д.-13) и акт обследования лесных участков от 01.08.2017 (Т.1, л.д.-22).

При этом установлено, что на месте лесонарушения в квартале 154 выдел 4 Нижнеодесского участкового лесничества находились рабочие, которые пояснили, что по поручению ИП ФИО4 осуществлялся демонтаж трубы с помощью бензиновой болгарки марки «Штиль» путем резки трубы, расположенной на лесной дороге, примыкающей непосредственно к действующему нефтепроводу. В квартале 118 выдела 5 Нижнеодесского участкового лесничества обнаружен работающий трактор, к которому с помощью троса зацеплен кусок трубы, длиной около 20 метров. С помощью трактора извлекалась труба из грунта на площади 0,022 га, в результате чего произошло разрушение плодородного слоя почвы путем физического воздействия.

В квартале 154 выдел 4 и в квартале 118 выдела 5 Нижнеодесского участкового лесничества обнаружены нефтезагрязнения, образовавшиеся в результате резки трубы. Загрязненная площадь состоит из нескольких участков. Размер участка извлечения трубы из грунта составил 20*11 кв.м на площади 0,022 га. Размеры участков с нефтесодержащей жидкостью составили 4*15 кв.м на площади 0,006 га, 2*9 кв.м на площади 0,0018 га, 2*2 кв.м на площади 0,0004 га, 1*1 кв.м на площади 0,0001 га. Общая площадь загрязнения составила 0,0083 га.

В материалы дела представлен акт о лесонарушении от 09.08.2017 № 7 и Приложение к нему (Т.1, л.д.-23-25, оборотная сторона).

Истец, посчитав, что в результате указанных действий причинен ущерб окружающей среде, обратился в Арбитражный суд Республики Коми с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, и, заслушав лиц, принимающих участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, суд апелляционной инстанции не нашел правовых оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, исходя из нижеследующего.

В силу части 2 статьи 96 Лесного кодекса Российской Федерации (далее – ЛК РФ) федеральный государственный лесной надзор (лесная охрана) осуществляется уполномоченными федеральным органом исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации в рамках переданных полномочий Российской Федерации по осуществлению федерального государственного лесного надзора согласно их компетенции в соответствии с законодательством Российской Федерации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.06.2007 № 394 утверждено Положение об осуществлении федерального государственного лесного надзора (лесной охраны) (далее – Положение), согласно пункту 3 которого федеральный государственный лесной надзор (лесную охрану) осуществляют Федеральное агентство лесного хозяйства, Федеральная служба по надзору в сфере природопользования и органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в рамках переданных полномочий Российской Федерации по осуществлению федерального государственного лесного надзора (лесной охраны) согласно их компетенции в соответствии с законодательством Российской Федерации.

По пункту 4 Положения органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации осуществляют федеральный государственный лесной надзор (лесную охрану) на землях лесного фонда в отношении лесничеств и лесопарков, находящихся на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, в пределах полномочий, определенных в соответствии с частью 1 статьи 83 Лесного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 83 ЛК РФ Российская Федерация передает органам государственной власти субъектов Российской Федерации осуществление полномочий в области лесных отношений по осуществлению на землях лесного фонда федерального государственного лесного надзора (лесной охраны).

Таким образом, полномочия по осуществлению функции федерального лесного надзора на землях лесного фонда, находящихся на территории Республики Коми осуществляет орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации – Министерство природных ресурсов и охраны окружающей среды Республики Коми.

Согласно статье 3 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Закон № 7-ФЗ) хозяйственная и иная деятельность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе принципов платности природопользования и возмещения вреда окружающей среде.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

По пункту 2 указанной нормы права под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 2 указанной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Из анализа статей 15, 1064 ГК РФ следует, что для наступления ответственности за причинение вреда необходимо наличие совокупности следующих элементов: наступление вреда, причинная связь между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Удовлетворение исковых требований возможно при доказанности всей совокупности вышеуказанных элементов.

По пункту 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно статье 1082 ГК РФ способами возмещения вреда являются возмещение его в натуре (предоставление вещи того же рода и качества, исправление поврежденной вещи и т.п.) или возмещение причиненных убытков).

Статьей 2 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее – Закон № 116-ФЗ) установлено, что опасными производственными объектами являются предприятие или цехи, участки, площадки, а также иные производственные объекты, на которых получаются, используются, перерабатываются, образуются, хранятся, транспортируются, уничтожаются горючие вещества жидкости, газы, пыли, способные самовозгораться, а также возгораться от источника зажигания и самостоятельно гореть после его удаления.

С учетом изложенного, нефтепровод относится к категории опасных производственных объектов, а деятельность общества - эксплуатация нефтепровода - связана с повышенной опасностью для окружающей природной среды.

Специальным актом, регулирующим отношения по рациональному использованию и охране почв, является Земельный кодекс Российской Федерации (далее – ЗК РФ).

В соответствии с абзацем 2 статьи 42 ЗК РФ собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением и принадлежностью к той или иной категории земель и разрешенным использованием способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле.

В силу статьи 76 ЗК РФ юридические лица, граждане обязаны возместить в полном объеме вред, причиненный в результате совершения ими земельных правонарушений.

Частью 1 статьи 101 ЗК РФ определено, что к землям лесного фонда относятся лесные земли (земли, покрытые лесной растительностью и не покрытые ею, но предназначенные для ее восстановления, - вырубки, гари, редины, прогалины и другие) и предназначенные для ведения лесного хозяйства нелесные земли (просеки, дороги, болота и другие).

Как следует из статьи 3 Закона № 7-ФЗ, одним из основных принципов охраны окружающей среды является ответственность за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды.

В соответствии со статьей 100 ЛК РФ граждане и юридические лица обязаны возместить вред, причиненный лесному фонду и не входящим в лесной фонд лесам в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, а именно: лица, причинившие вред лесам, возмещают его добровольно или в судебном порядке.

Размер возмещения вреда, причиненного лесам как экологической системе, определяется исходя из присущих лесам природных свойств (уникальности, способности к возобновлению, местоположения и других свойств) в порядке, предусмотренном Законом № 7-ФЗ.

Таксы и методики исчисления размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства, утверждаются Правительством Российской Федерации.

Утвержденные в установленном порядке таксы и методики исчисления размера вреда (ущерба), причиненного окружающей среде, отдельным компонентам природной среды (землям, водным объектам, лесам, животному миру и др.), подлежат применению судами для определения размера возмещения вреда, причиненного юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем (пункт 3 статьи 77, пункт 1 статьи 78 Закона № 7-ФЗ, части 3, 4 статьи 100 ЛК РФ, часть 2 статьи 69 ВК РФ, статья 51 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах») (пункт 14 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее – Постановление № 49).

Согласно акту обследования лесных участков от 01.08.2017 в квартале 118 Нижнеодесского участкового лесничества были выявлены три очаговых участка загрязнения нефтесодержащей жидкостью на общей площади около 20 кв.м, в том числе два участка представляли собой неглубокие ямы, заполненные водой и покрытые плотной нефтяной пленкой, образовавшейся при резке трубопровода, непосредственно примыкающего к действующему нефтепроводу. Третий участок обнаружен в коридоре трубопроводов, ведущего к скважине № 169, представляет собой земельный участок, загрязненный нефтью. Также на осматриваемом участке обнаружены куски брошенных труб, а также разрезанные трубы, находящиеся на поверхности земли и в земле. Рядом со скважиной № 169 обнаружен трелевочный трактор без регистрационных номеров, автомобиль под управлением ИП ФИО4, который пояснил, что данная техника и балок принадлежат ему, а рабочие выполняют его указания по обустройству минерализованных полос и дорог противопожарного назначения (Т.1, л.д.-22).

В соответствии с актом патрулирования территории лесного фонда от 01.08.2018 лесничим проведен осмотр кварталов 118, 154 Нижнеодесского участкового лесничества в связи с поступившим сообщением сотрудника ООО «Лукойл-Коми» ФИО8 о том, что в указанном месте ведутся работы ИП ФИО4 по изыманию трубы. В квартале 154 выделе 4 Нижнеодесского участкового лесничества обнаружены рабочие, которые по поручению ФИО4 осуществляли демонтаж труб путем их резки. В квартале 118 выделе 5 Нижнеодесского участкового лесничества обнаружен работающий трактор, за который с помощью металлического троса был зацеплен кусок трубы длиной около 20 метров. С помощью трактора извлекалась труба из грунта на площади 0,022 га, в результате чего произошло разрушение плодородного слоя почвы путем физического воздействия. В квартале 118 и 154 Нижнеодесского участкового лесничества обнаружены нефтезагрязнения, которые образовались в результате резки трубы, площадь составила 0,0083 га (4 участка: 0,006 га, 0,0018 га, 0,0004 га, 0,0001 га) (Т.1, л.д.-13-17).

Как следует из акта о лесонарушении от 09.08.2017 № 7 в квартале 154 выделе 4 и в квартале 118 выделе 5 Нижнеодесского участкового лесничества выявлены нарушения, выразившиеся:

- в самовольном снятии, уничтожении или порчи почв на площади 220 кв.м (ущерб составил 173 887 руб.);

- в загрязнении или порчи лесных почв вредными веществами на площади 83 кв.м, в том числе 60 кв.м (квартал 154), 18 кв.м, 4 кв.м, 1 кв.м (квартал 118), (ущерб 65 603 руб.) (Т.1, л.д.-23-29).

Акт обследования территории от 01.08.2018 содержит информацию только по кварталу 118 Нижнеодесского участкового лесничества, при этом какие-либо измерения не производились, точные координаты участков не устанавливались. Тем самым, данный документ следует рассматривать в совокупности с иными доказательствами.

Действующее законодательство не обязывает контролирующий орган осуществлять ознакомление с актами патрулирования и обследования территории лесного фонда по результатам проведения рейдовых мероприятий.

ИП ФИО4 был уведомлен 02.08.2017 о составлении 09.08.2017 акта о лесонарушении (Т.1, л.д.-23). Неявка в Минприроды Республики Коми по данному уведомлению не является основанием для несоставления акта о лесонарушении. Отсутствие подписи лесника ФИО6 в составленном акте при наличии подписи иного уполномоченного лица (ФИО5) не свидетельствует о недопустимости представленного доказательства, а также о том, что ФИО6 не присутствовал при производстве данного осмотра.

Надлежащих доказательств того, что указанные акты составлены не теми лицами, которые их подписали, или в отсутствие лиц, их подписавших, в материалы дела заявителем жалобы не представлено.

Факты, указанные в данных актах документально заявителями жалобы не опровергнуты.

16.08.2010 Комитет лесов Республики Коми (арендодатель) и ИП ФИО4 (арендатор) заключили договор аренды лесного участка от № 4 (Т.1, л.д.-48-57), в соответствии с которым арендатору передан лесной участок, площадью 17,56 га, расположенный в <...>, 40-55, 76-91, 112-127, 157-163, 193-203, 231-241 Нижнеодесского участкового лесничества, а также в кварталах № 56 и 81 Конашъельского участкового лесничества ГУ РК «Сосногорское лесничество».

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 30.09.2017 по делу № А29-9058/2017 расторгнут договор аренды лесного участка № 4 от 16.08.2010. Судебный акт вступил в законную силу 20.12.2017.

26.11.2015 ООО «Лукойл-Коми» (арендатор) и Комитет лесов Республики Коми (арендодатель) заключили договор аренды лесного участка земель лесного фонда в целях не связанных с созданием лесной инфраструктуры № С0990517/45/15-АЗ//15У3299, в соответствии с которым ООО «Лукойл-Коми» принят в пользование, в том числе участок, расположенный в выделе 5 квартала 118, а также в выделе 4 квартала 154 Нижнеодесского участкового лесничества (Т.2, л.д.-38-57).

Постановлением Министерства промышленности, природных ресурсов, энергетики и транспорта Республики Коми от 10.11.2017 № 356 ИП ФИО4 признан виновным в нарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 8.31 КоАП РФ, наложен административный штраф в размере 10 000 руб.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 11.10.2017 следует, что в квартале 118 Нижнеодесского участкового лесничества ИП ФИО4 совместно с привлеченными работниками осуществлял очистку территории лесного фонда от захламления (заброшенных труб, недействующего трубопровода), в изымаемых трубах имелись остатки нефти, которые стекали на почву. Аналогичные сведения отражены в объяснениях ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 (Т.1, л.д.-33-35).

Из материалов дела следует, что разлив нефтесодержащей жидкости произошел в результате резки ИП ФИО4 труб нефтепровода, непосредственно примыкающего к действующему нефтепроводу, на территории Западно-Тэбукского нефтяного месторождения, эксплуатируемого ООО «Лукойл-Коми», географические координаты резки труб непосредственно примыкают к арендованным ООО «Лукойл-Коми» участкам земель лесного фонда, сообщение о лесонарушении поступило от сотрудника ООО «Лукойл-Коми».

Доказательств, опровергающих данные факты, заявителем жалобы не представлено.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Печорское управление Ростехнадзора в отзыве на апелляционные жалобы указало, что в Управлении опасный производственный объект «Система промысловых (межпромысловых) трубопроводов КЦДНГ № 1 ТПП «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтегаз», II класс опасности, эксплуатируемый юридическим лицом ООО «ЛУКОЙЛ-Коми», зарегистрирован в реестре опасных производственных объектов (далее – ОПО) за № А25-00976-0224 от 25.06.2009. Данный ОПО расположен по адресу: Республика Коми, Сосногорский р-н (Западно-Тэбукское, Джьерское, Расьюское, Турчаниновское, Западно-Турчаниновское месторождения). Согласно сведениям, характеризующим ОПО ООО «Лукойл-Коми» «Система промысловых (межпромысловых) трубопроводов КЦДНГ № 1 ТПП «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтегаз» на территории Западно-Тэбукского нефтяного месторождения эксплуатируются технические устройства (сооружения), в том числе нефтепроводы в количестве - 89 штук. (Приложение 1). Трубопроводы, эксплуатируемые в составе опасного производственного объекта «Система промысловых (межпромысловых) трубопроводов КЦДНГ № 1 ТПП «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтегаз», расположенные в кварталах 118, 154 Нижнеодесского участкового лесничества, принадлежат ООО «Лукойл-Коми». Об ином другом собственнике трубопроводов, расположенных в кварталах 118, 154 Нижнеодесского участкового лесничества Отдел информацией не располагает.

Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

В суде первой инстанции ООО «Лукойл-Коми» в письме от 18.05.2018 № 11-01-03-165 поясняло, что в квартале 118 Нижнеодесского участкового лесничества находятся трубопроводы ООО «Лукойл-Коми», включенные в состав опасного производственного объекта «Система промысловых (межпромысловых) трубопроводов КЦДНГ-1», информацией о принадлежности демонтированного трубопровода ИП ФИО4 не обладает (Т.1, л.д.-144, 145).

В то же время Печорское управление Ростехнадзора в письмах от 04.07.2018 № 25/6224, от 21.09.2018 № 25/8600 указало, что в кварталах 118 и 154 Нижнеодесского участкового лесничества имеются недействующие трубопроводы, которые включены в состав трубопроводов, эксплуатируемых ООО «Лукойл-Коми» (Т.2, л.д.-60-64, 141-144, Т.3, л.д.-1-31).

Сведений об иных собственниках трубопроводов не имеется, что подтверждается информацией Печорского управления Ростехнадзора от 20.11.2018 № 25-07/936 (Т.3, л.д.-95).

Документально данные факты не опровергнуты.

Таким образом, трубопроводы, в результате извлечения которых произошло нефтезагрязнение, используются ООО «Лукойл-Коми».

Иное из материалов дела не следует.

Осуществление работ ИП ФИО4 по извлечению и разрезанию труб с использованием трактора в кварталах 118 и 154 Нижнеодесского участкового лесничества подтверждается совокупностью представленных доказательств.

Другие выводы противоречат материалам дела.

Надлежащего подтверждения того, что предпринимателем проводились работы, на которые у него имелись разрешительные документы, или работы, на которые не требуется разрешительных документов, в том числе и проведение противопожарных мероприятий, в материалы дела не представлено.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления № 49, непривлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не исключает возможности возложения на него обязанности по возмещению вреда окружающей среде. Равным образом привлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не является основанием для освобождения лица от обязанности устранить допущенное нарушение и возместить причиненный им вред.

Правоотношения по возмещению вреда, причиненного окружающей среде, являются гражданско-правовыми правоотношениями и разрешение данного спора не находится в зависимости от возникающих административных правоотношений.

Привлечение или не привлечение к административной не исключает обязанности лиц, причинивших вред окружающей среде, возместить данный вред.

Иное основано на неверном толковании норм права.

В пункте 8 Постановления № 49 разъяснено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, независимо от наличия вины, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). В связи с этим, например, владелец нефтепровода отвечает за вред окружающей среде, причиненный вследствие осуществления третьими лицами незаконной врезки в нефтепровод.

При причинении вреда окружающей среде в результате взаимодействия нескольких источников повышенной опасности их владельцы отвечают солидарно (пункт 3 статьи 1079 ГК РФ). Например, к солидарной ответственности могут быть привлечены владелец нефтепровода и владелец строительной техники, в результате эксплуатации которой произошел разлив нефтепродуктов (пункт 10 постановления).

Таким образом, имеются основания для солидарного возмещения ответчиками причиненного вреда окружающей среде, вследствие разлива нефтесодержащей жидкости в сумме 65 603 руб.

Ущерб, причиненный землям лесного фонда, путем снятия почвенного покрова в результате изъятия труб, подлежит взысканию с ИП ФИО4

ИП ФИО4 производились работы по изъятию труб и их перемещению при помощи трелевочного трактора, что привело к нарушению и загрязнению почвенного покрова.

Документальное подтверждение того, что измерение площади лесонарушения проведено неверно, в деле отсутствует.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования.

Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о нарушении судом норм права, не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, а по существу сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных обстоятельств по делу.

Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм права, отмене по доводам жалоб не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Коми от 29.11.2018 по делу № А29-81/2018 оставить без изменения, а апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Коми» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий

В.Г. Сандалов

Судьи


Н.А. Кормщикова


Е.В. Шаклеина