Постановление от 16 июня 2022 г. по делу № А41-74603/2021

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-9312/2022

Дело № А41-74603/21
16 июня 2022 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 июня 2022 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Миришова Э.С.,

судей Беспалова М.Б., Ханашевича С.К.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «ЗПУ» - представитель ФИО2 по доверенности от 06.05.2022, паспорт, диплом;

от конкурсного управляющего ООО «Союз-Биллион» ФИО3 - представитель ФИО4 по доверенности от 20.05.2022, паспорт, диплом;

от общества с ограниченной ответственностью «Стандарт Сервис» - представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от общества с ограниченной ответственностью «РКК» - представитель не явился, извещен надлежащим образом;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЗПУ» на решение Арбитражного суда Московской области от 25 апреля 2022 года по делу № А41-74603/21 по иску общества с ограниченной ответственностью «Союз-Биллион» к обществу с ограниченной ответственностью «ЗПУ», обществу с ограниченной ответственностью «Стандарт Сервис», обществу с ограниченной ответственностью «РКК» о признании,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Союз-Биллион» (далее – ООО «Союз-Биллион», истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ЗПУ» (далее – ООО «ЗПУ», ответчик), обществу с ограниченной ответственностью «Стандарт Сервис» (далее – ООО «Стандарт Сервис», ответчик), обществу с ограниченной ответственностью «РКК» (далее – ООО «РКК», ответчик) о признании Договор уступки прав (цессии) от 30.09.2020, заключенный между ООО «Стандарт Сервис», ООО «ЗПУ», ООО «Союз-Биллион» на общую сумму уступаемых прав требования в размере 31 296 648 руб. 36 коп., Договор уступки прав (цессии) от 30.09.3030, заключенный между ООО «РКК», ООО «ЗПУ», ООО «Союз-Биллион» на общую сумму уступаемых прав требования в размере 3 596 393 руб. 44 коп.

Решением Арбитражного суда Московской области от 25 апреля 2022 года заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «ЗПУ» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило отменить решение Арбитражного суда Московской области, принять по делу новый судебный акт.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству размещена на официальном сайте в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети интернет - http://kad.arbitr.ru/ в режиме ограниченного доступа.

Законность и обоснованность решения Арбитражного суда Московской области проверены Десятым арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 258, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представители ООО «Стандарт Сервис», ООО «РКК» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Дело рассмотрено в соответствии с нормами ст. 153 АПК РФ или ст. 121-123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителей ООО «Стандарт Сервис», ООО «РКК», надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru. До начала судебного разбирательства заявлений и ходатайств не заявлено.

Выслушав представителей сторон, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены решения суда первой инстанции в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, 18.02.2020 между ООО «Стандарт Сервис» (далее – «Заимодавец-1») и ООО «Союз-Биллион» был заключен Договор процентного займа N 1-3/2020 (далее – «Договор займа-1»), согласно которому Заимодавец-1 передает истцу денежный заем в размере 4,5 млн. руб. под 4,2% годовых со сроком возврата до 31.12.2020 включительно.

16.03.2020 между Заимодавцем-1 и истцом был заключен Договор процентного займа N 3-3/2020 (далее – «Договор займа-2»), согласно которому Займодавец-1 передает истцу денежный заем в размере 17 млн. руб. под 4,2% годовых со сроком возврата до 31.12.2020 г. включительно.

09.06.2020 между Заимодавцем-1 и истцом был заключен Договор процентного займа N 4-3/2020 (далее – «Договор займа-3»), согласно которому Займодавец-1 передает истцу денежный заем в размере 3 млн. руб. под 4,2% годовых со сроком возврата до 31.12.2020 включительно.

11.07.2020 между Заимодавцем-1 и истцом был заключен Договор процентного займа N 5-3/2020 (далее – «Договор займа-4»), согласно которому, с учетом дополнительных соглашений, Займодавец-1 передает истцу денежный заем в размере 8,5 млн. руб. под 4,2% годовых со сроком возврата до 31.12.2020 включительно.

03.02.2020 между ООО «РКК» (далее – «Займодавец-2») и истцом был заключен Договор процентного займа N 1-3/2020 (далее – «Договор займа-5»), согласно которому Займодавец-2 передает истцу денежный заем в размере 3,5 млн. руб. под 4,2% годовых со сроком возврата до 31.12.2020 г. включительно.

30.09.2020 между Заимодавцем-1, ответчиком и истцом был заключен Договор уступки прав требования (далее – «Договор цессии-1»), согласно которому Займодавец-1 уступил в пользу ответчика права требования к истцу на сумму 31 296 648,36 руб. В соответствии с п. 1.4 Договора цессии-1 данный договор является возмездным. Ответчик обязуется в безналичном порядке выплатить в пользу Заимодавца-1 денежные средства в размере 31 296 648.36 руб. путем перечисления денежных средств на расчетный счет Займодавца-1 не позднее 31.08.2021.

30.09.2020 между Займодавцем-2, ответчиком и истцом был Заключен Договор уступки прав требования (далее – «Договор цессии-2»), согласно которому Займодавец-2 уступил в пользу ответчика права требования к истцу на сумму 3 596 393,44 руб.

В соответствии с п. 1.4 Договора цессии-2 данный договор является возмездным. Ответчик обязуется в безналичном порядке выплатить в пользу Займодавца-2 денежные средства в размере 3 596 393,44 руб. путем перечисления денежных средств на расчетный счет Займодавца-2 не позднее 31.08.2021.

По состоянию на дату подачи настоящего иска права требования к истцу ни по Договору цессии-1, ни по Договору цессии-2 не были оплачены ответчиком в пользу Займодайца-1 и Займодавца-2, в то время как истек срок их оплаты.

У истца есть основания полагать, что Договор цессии-1 и Договор цессин-2 являются притворными сделками, прикрывающими дарение прав требования, заключены ответчиком и третьими лицами при явном злоупотреблении правом, с противоправной целью ущемления прав кредиторов Займодавца-1 и Займодавца-2, которые находятся в предбанкротном состоянии.

В то же время исполнение истцом своей обязанности по перечислению денежных средств в пользу ответчика может повлечь для истца существенные риски двойного взыскания с истца суммы задолженности по договорам займа. Так, в случае дальнейшего оспаривания Договора цессии-1 и Договора цессии-2 по специальным (банкротным) основаниям права требования третьих лиц к истцу будут восстановлены, что повлечет необходимость повторной оплаты истцом задолженности в пользу третьих лиц, а также приведет к дополнительным издержкам по взысканию с ответчика уплаченных в его пользу денежных средств.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения с настоящим иском в суд.

Принимая решение об удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что договоры цессии являются притворными сделками ввиду отсутствия документального подтверждения оплаты. Суд пришел к выводу, что аффилированные цеденты стремятся перевести имеющиеся активы на чистую компанию – ООО «ЗПУ», что противоречит положениям статьи 10 ГК РФ.

Однако судом не учтено следующее.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В пункте 1 статьи 384 ГК РФ установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно пункту 2 статьи 384 ГК РФ право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом.

В соответствии со статьей 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно пункту 2 статьи 389.1 ГК РФ требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

В соответствии с п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Между тем, истцом не обосновано наличие охраняемого законом интереса в признании сделки недействительной.

Пунктом 3 ст. 308 ГК РФ предусмотрено, что обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

Согласно п. 2 Постановления пленума ВС РФ N 54 от 22.01.2016 "О некоторых вопросах применения общих положений гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" следует, что "...По общему правилу, предусмотренному п. 3 ст. 308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют. Например, при переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом...".

Кроме того, в п. 14 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что суд отказывает в удовлетворении заявленного истцом требования, если истец (должник) не доказал, каким образом оспариваемое соглашение об уступке права (требования) нарушает его права и законные интересы.

Само по себе заключение соглашения об уступке права (требования) и замена кредитора не свидетельствуют о нарушении законных прав и интересов должника. Это связано с тем, что нормы ГК РФ (в т.ч. ст. ст. статьями 312, 382, 385 ГК РФ) направлены на защиту интересов должника, исключая возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора в т.ч. и при наличии между ними спора о действительности соглашения об уступке права (требования). Указанная правовая позиция сформулирована в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 18.02.2014 г. N 14680/13.

Согласно п. 2 ст. 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

То есть, само по себе заключение соглашения об уступке права (требования) и замена кредитора по обязательствам не нарушает законных прав и интересов должника (истца).

Суд апелляционной инстанции считает, что истцом в нарушение ст. 65 АПК РФ, не представлены доказательств нарушения оспариваемой сделкой прав и охраняемых законом интересов истца, наступления неблагоприятных последствий и возможности восстановления прав истца избранным способом защиты в материалах дела.

Доводы истца о том, что договор уступки является недействительной сделкой, сводятся к указанию на следующие обстоятельства: действия цедентов направлены на передачу активов новому юридическому лицу – ООО «ЗПУ»; договоры заключены между аффилированными лицами; оспариваемые договоры экономически нецелесообразны для цедентов, что, по мнению истца, свидетельствует о притворности договоров уступки.

Указанные доводы судом отклоняются, в силу следующего.

По общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют. Например, при переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении").

В соответствии с п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120 соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования).

На основании ст. 423 ГК РФ договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным. Договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Как следует из договоров уступки, указанные договоры являются возмездными, в которых установлен порядок и срок оплаты уступленных прав.

Из пункта 1.2 договора цессии-1 следует, что стоимость уступки права требования по настоящему договору составляет 31 296 648 рублей 36 копеек и включает в себя сумму займа и проценты начисленные на дату заключения настоящего договора.

Из пункта 1.2 договора цессии-2 следует, что стоимость уступки права требования по настоящему договору составляет 3 596 393 рубля 44 копейки и включает в себя сумму займа и проценты начисленные на дату заключения настоящего договора.

Условиями договора цессии установлено, что за уступаемые права цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в безналичном порядке путем перечисления денежных средств на расчетный счет цедента либо любым иным не запрещенным действующим законодательством способом. Срок исполнения обязательств по оплате уступаемых прав требования не позднее 31 августа 2021 года.

Также в материалы дела представлены дополнительные соглашения к договорам (т.2, л.д. 27-28), согласно которым срок исполнения обязательств по оплате договоров цессии установлен не позднее 31 декабря 2022 года.

Таким образом, исходя из условий договоров уступки об оплате стоимости за уступку права требования и учитывая отсрочку данного платежа, довод истца о безвозмездности договора уступки является несостоятельным.

Довод истца относительно отсутствия экономической целесообразности заключения договора уступки для цедентов судом отклоняется, т.к., стороны договора уступки заключили его в соответствии со ст. ст. 421, 423, 424 ГК РФ, действуя в своем праве и устанавливая согласованную цену.

Более того, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельной и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов (правовая позиция отражена в Определении ВАС РФ от 01.02.2013 г. N ВАС-15570/12 по делу N А60-40529/2011, Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 г. N 3-П).

Наличие аффилированности между цедентами не может однозначно свидетельствовать о намерении последних причинить вред истцу и не влечет безусловного признания оспариваемой сделки недействительной.

Не могут быть приняты судом и доводы истца относительно притворности договора уступки.

На основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Вместе с тем, факт реального исполнения сторонами договора цессии подтверждается материалами дела:

- пунктами 2.3 договоров цессии предусмотрено, что должник уведомлен о состоявшейся уступке, о чем свидетельствуют также подпись должника;

- доказательства частичной оплаты договоров цессии (т.1, л.д. 162-164, т.1 л.д. 167 - 170).

Таким образом, отсутствуют правовые основания и для признания действий сторон договоров цессии, совершенных исключительно с намерением причинить вред должнику (истцу).

Кроме того, из вступившего в судебную силу судебного акта, а именно решения Арбитражного суда города Москвы от 03 сентября 2021 года по делу № А40-131170/21 следует, что гарантийным письмом (Исх. № 26/04 от 26.04.2021), направленным в адрес

ООО «ЗПУ», должник подтвердил получение досудебных претензий и наличие задолженности по всем вышеуказанным Договорам займа в общей сумме 34 893 041,80 рубль 80 копеек.

Данное обстоятельство свидетельствует о противоречивости поведения истца.

Принцип эстоппель (estoppel) означает лишение стороны в споре права ссылаться на какие-либо факты, оспаривать или отрицать их ввиду ранее ею же сделанного заявления об обратном в ущерб противоположной стороне в процессе судебного/арбитражного разбирательства, применение которой означает утрату права на защиту посредством лишения стороны права на возражение.

Основным критерием его применения является непоследовательное, непредсказуемое поведение участника гражданского правоотношения.

Данное понятие указывает на то, что поведение стороны для оценки ее добросовестности нужно рассматривать во времени, в некой хронологической протяженности, учитывая последовательность либо непоследовательность действий, возражений и заявлений этой стороны.

Переменчивое поведение хоть и не является гражданским правонарушением, но это явление небезразлично праву, так как лицо, изменив выбранный ранее порядок поведения, получает преимущество по сравнению с теми лицами, которые следуют своему предшествующему поведению и отношению к юридическим фактам.

Главная задача принципа эстоппеля состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Принцип эстоппеля предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства (заявлять возражения) в рамках гражданско-правового спора, если данные возражения существенно противоречат его предшествующему поведению (Обзор практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017)).

Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Пункт 4 ст.1 ГК РФ на котором основан принцип эстоппель гласит, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Под злоупотреблением правом также понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом.

В силу международного принципа эстоппель, который признается Конституцией Российской Федерации (ст.15), сторона лишается права ссылаться на возражения в отношении ранее совершенных действий и сделок, а также принятых решений, если поведение свидетельствовало о его действительности.

Как указано в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

Указанные разъяснения Пленума ВС РФ закрепляют положения международного принципа эстоппель, который предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства (заявлять возражения) в рамках гражданско-правового спора, если данные возражения существенно противоречат его предшествующему поведению. Основным критерием его применения является непоследовательное, непредсказуемое поведение участника гражданского правоотношения.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности.

Согласно положений п. 2 ст. 388 ГК РФ, п. 10 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" следует, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения п. 2 ст. 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа, возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (п. 2 ст. 382 ГК РФ).

Из условий, заключенных договоров займа не следует, что у кредиторов отсутствовало право на заключение уступки права требования.

Оценивая в совокупности имеющиеся в материалах дела документы в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что истцом не доказано в соответствии со ст. 65, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наличие обстоятельств недействительности сделки, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения заявленных истцом требований.

Принимая во внимание вышеизложенное, в удовлетворении искового заявления надлежит отказать.

Согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 176, пунктом 2 статьи 269, пунктом 1 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 25 апреля 2022 года по делу № А41-74603/21 отменить.

В иске отказать.

Взыскать с ООО «Союз-Биллион» в пользу ООО «ЗПУ» расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в порядке кассационного производства в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу.


Председательствующий судья Э.С. Миришов

Судьи М.Б. Беспалов

С.К. Ханашевич