Постановление от 4 октября 2021 г. по делу № А57-23338/2018

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-23338/2018
г. Саратов
04 октября 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 сентября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 октября 2021 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю.,

судей Батыршиной Г.М., Грабко О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Товарищества собственников жилья-2 Фрунзенского района ФИО2

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 12 августа 2021 года по делу № А57-23338/2018

по заявлению конкурсного управляющего Товарищества собственников жилья-2 Фрунзенского района ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц: ФИО3 и ФИО4, к субсидиарной ответственности в рамках дела о признании Товарищества собственников жилья-2 Фрунзенского района (ИНН <***>, ОГРН <***>, 410012, <...>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании представителя ФИО3 – ФИО5, действующего на основании доверенности от 12.07.2019, представителя ФИО4 – ФИО5, действующего на основании доверенности от 20.05.2020,




УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратился кредитор - ПАО «Т Плюс» с заявлением о признании должника - ТСЖ-2 Фрунзенского района несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 06 октября 2018 года указанное заявление принято к рассмотрению и назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 30 января 2019 года (Резолютивная часть объявлена 23 января 2019 года) в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО2 (ИНН <***>, регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих - 11054; почтовый адрес: 675002, <...>), член Ассоциации саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Эгида» (170036, <...> Б). Судебный акт вступил в законную силу.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 19(6499) от 02.02.2019, стр. 93.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 03 июля 2019 года (резолютивная часть объявлена 26.06.2019) должник - ТСЖ-2 Фрунзенского района признан несостоятельным (банкротом), и открыто конкурсное производство сроком на пять месяцев, до 26 ноября 2019 года.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 03 июля 2019 года (резолютивная часть объявлена 26.06.2019) конкурсным управляющим должника - ТСЖ-2 Фрунзенского района утвержден ФИО2 (ИНН <***>, регистрационный номер № 11054 в свободном государственном реестре арбитражных управляющих; почтовый адрес: 675002, <...>), член Ассоциации саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Эгида» (170036, <...> Б).

Сообщение о введении в отношении должника конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №117(6597) от 06.07.2019, стр.93.

07.04.2020 в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление конкурсного управляющего ТСЖ-2 Фрунзенского района ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Согласно поданным в порядке статьи 49 АПК РФ и принятым судом к рассмотрению уточнениям, конкурсный управляющий должника просит привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ТСЖ-2 Фрунзенского района за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд, в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» по основаниям ст. 61.12 Закона о банкротстве в размере 16 887 762,52 руб.; привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов по основаниям п.п. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве в размере 21 608 842,35 руб.; привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, по основаниям п.п. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве в размере 21 608 842,35 руб.

12 августа 2021 года Арбитражным судом Саратовской области в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника Товарищества собственников жилья-2 Фрунзенского района, ИНН <***>, ОГРН <***>, ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 и ФИО3 отказано.

Конкурсный управляющий Товарищества собственников жилья-2 Фрунзенского района ФИО2 не согласился с принятым судебным актом и обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Двенадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи, с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, должник согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) должник зарегистрирован в качестве юридического лица 20.07.2001 за ОГРН <***>, основным видом экономической деятельности должника является управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе (код по ОКВЭД 68.32.1).

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ руководителями должника являлись: ФИО4 - в период с 01.11.2008 по 23.01.2018; ФИО3 - в период с 21.11.2018 по 26.06.2019.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что ФИО4 не исполнила обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, которое должно было быть подано руководителем не позднее 01.05.2015, просит привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ТСЖ-2 Фрунзенского района за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» по основаниям ст. 61.12 Закона о банкротстве в размере 16 887 762,52 руб.

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в случае нарушения ими положений действующего законодательства, повлекшего причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, предусмотрены нормами статьи 61.13 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в применимой редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно пункту 3 статьи 4 которого привлечение к субсидиарной ответственности по правилам главы III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве» производится по заявлениям, поданным с 01.07.2017).

С учетом даты, с которой конкурсный управляющий связывает возникновение у ФИО4 обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, к спорным правоотношениям в части материально-правовых норм подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, а с учетом даты поступления заявления в арбитражный суд к спорным правоотношениям в части процессуально-правовых норм подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Пунктами 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, подлежащей применению к настоящим правоотношениям) предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением в арбитражный суд в том числе в случаях, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных названной статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

Контролирующее должника лицо вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Отрицательное значение активов в отсутствие иных доказательств неплатежеспособности не свидетельствует о невозможности должника исполнять обязательства, поскольку наличие у общества задолженности перед кредиторами и по платежам в бюджет, отраженной в бухгалтерской отчетности, не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Данное обстоятельство отражает лишь общие сведения по тем или иным позициям активов и пассивов применительно к определенному отчетному периоду.

Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований указывает, что по состоянию на 01.04.2015 должник имел непогашенную задолженность перед кредиторами в размере 11 386 740,10 руб. (ПАО «Т Плюс»). При этом остаток денежных средств на счетах должника на 01.04.2015 составлял 145 954,46 руб., иное имущество отсутствует. На протяжении 2015-2018 г.г. денежные средства на счетах имелись в количестве недостаточном для погашения существующих требований. Конкурный управляющий также ссылается на данные бухгалтерского баланса должника за 2014 год, в соответствии с которыми общая сумма активов должника составляла 23 045 000 руб. при размере неисполненных в срок требований кредиторов - 25 175 000 руб.

Поэтому, конкурсный управляющий должника полагает, что по состоянию на 01.04.2015 должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества и удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

С учетом изложенного и представленного расчета, конкурсный управляющий полагает, что заявление в порядке п. 2 ст.9 Закона о банкротстве должно было быть подано бывшим руководителем должника ФИО4, которая была осведомлена о формировании у предприятия неудовлетворительного баланса в период с 2014 года и 2015 года, не позднее 01.05.2015.

Судом принято во внимание, что наличие у должника формальных признаков банкротства в любом случае не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры несостоятельности (Определение Верховного Суда РФ от 05.06.2017 № 309-ЭС17- 1801 по делу № А50-5458/2015).

Неудовлетворительная структура баланса должника не отнесена законодателем к обстоятельствам, из которых в силу статьи 9 Закона о банкротстве возникает обязанность руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника. Ухудшение финансового состояния юридического лица также не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Материалами дела установлено, что в период деятельности в пользу должника ресурсоснабжающими организациями поставлялись коммунальные ресурсы, самим ТСЖ-2 оказывались населению услуги по содержанию и ремонту МКД. В период деятельности предприятие производило начисление платы за коммунальные услуги. Состав и характер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ТСЖ-2, свидетельствует о фактическом осуществлении должником хозяйственной деятельности в области управления МКЖД.

Судом учтена специфика деятельности должника по управлению и эксплуатации жилищного фонда, при осуществлении которой большую роль играет своевременная оплата коммунальных услуг населением, чей жилой фонд обслуживается должником. В силу особенностей указанной деятельности кредиторская задолженность управляющей организации, отраженная в бухгалтерской отчетности и в последующем включенная в реестр требований ее кредиторов, фактически представляет собой долги граждан по оплате коммунальных услуг, которые находятся в прямой зависимости от платежеспособности населения и не связаны с результатами экономической деятельности должника. Нахождение должника в процедуре банкротства само по себе не свидетельствует о неэффективном управлении и наличии оснований для привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Из материалов дела следует, что обстоятельства деятельности должника не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на временные финансовые затруднения, бывший руководитель должника добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок и прилагал необходимые усилия для достижения такого результата (проведение работы с населением, в том числе претензионной, взыскание дебиторской задолженности). Банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами (неоплата коммунальных услуг населением, в то время как основной объем кредиторской задолженности составляют долги перед ресурсоснабжающими организациями). Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Таким образом, вывод суда первой инстанции об отсутствии доказательств, свидетельствующих о возникновении у ФИО4, как руководителя должника, безусловной обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд по состоянию на 01.05.2015.

Конкурсный управляющий также просил привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что бывший руководитель должника ФИО4 30.06.2016 заключила договор № 1 управления многоквартирными жилыми домами должника с ООО «Добрый», по условиям которого жилой фонд должника (55 многоквартирных жилых домов) передан в управление ООО «Добрый», чем лишила должника возможности получать доходы для того, чтобы рассчитываться по обязательствам перед кредиторами.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлены основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

К таким обстоятельствам, в частности, относится причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом или в пользу этого лица сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума № 53 следует, что установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве) презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Между тем, доказательств того, что в результате заключения указанного договора причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, не представлено. Материалами дела установлено, что за период действия спорного договора замедлилось увеличение кредиторской задолженности должника по сравнению с предыдущими периодами.

Так, согласно представленным в материалы дела бухгалтерским балансам должника, соотношение дебиторской и кредиторской задолженности должника в период с 2013 по 2018 г.г. выглядит следующим образом:

На 2013 год дебиторская задолженность должника составляла - 19 045 000 руб., кредиторская задолженность - 26 306 000 руб.

На 2014 год дебиторская задолженность должника составляла - 22 337 000 руб., кредиторская задолженность - 25 175 000 руб.

На 2015 год дебиторская задолженность должника составляла - 21 728 000 руб., кредиторская задолженность - 28 461 000 руб.

На 2016 год дебиторская задолженность должника составляла - 19 305 000 руб., кредиторская задолженность - 25 413 000 руб.

На 2017 год дебиторская задолженность должника составляла - 17 652 000 руб., кредиторская задолженность - 25 530 000 руб.

На 2018 год дебиторская задолженность должника составляла - 17 079 000 руб., кредиторская задолженность - 20 963 000 руб.

Кроме того, из содержания договора не следует, что он заключен на невыгодных для должника условиях, что он содержит условия, согласно которым всю выгоду от исполнения данного договора приобретает ООО «Добрый», а должник приобретет только обязанности и необходимость оплачивать предоставленные коммунальные ресурсы от ресурсоснабжающих организаций, договоры с которыми заключены ООО «Добрый» от имени должника.

Судом учтено, что решения о передаче жилых домов в управление ООО «Добрый» принимались собранием собственников жилья.

Согласно пояснениям ФИО4, все протоколы собраний и бюллетени голосований были переданы в Госжилинспекцию, вопросов по законности передачи жилого фонда не возникало, передача жилого фонда в новую управляющую компанию была связана с изменениями в законодательстве и вызвано объективными причинами. Спорный договор фактически исполнен, все переданные многоквартирные жилые дома находятся в управлении ООО «Добрый».

Доводы конкурсного управляющего о допущенных на собрании нарушениях по кворуму документально не подтверждены.

Доказательств того, что в результате заключения данного договора причинен существенный вред имущественным правам кредиторов либо причинен вред самому должнику, либо этот договор был заключен при наличии злоупотребления своими правами со стороны ФИО4, конкурсным управляющим не предоставлено.

При этом, для возложения на ФИО4 субсидиарной ответственности по обязательствам должника, признанного несостоятельным (банкротом), необходимы доказательства того, что ФИО4 как руководитель должника давала указания, прямо или косвенно направленные на доведение предприятия до банкротства, и заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) предприятия. Таких доказательств конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлено.

Исходя из совокупности вышеназванных установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, принимая во внимание отсутствие в деле доказательств того, что ФИО4 своими действиями способствовала доведению должника до неспособности удовлетворить требования кредиторов, принимала какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности, или давала указания на совершение должником убыточных сделок, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что в данном случае не доказано наличие совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности. Надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют.

Совокупность обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему обособленному спору, отсутствует, в связи с чем, оснований для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 как за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд, так и по п.п. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, у суда первой инстанции не имелось.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что бывшим руководителем должника ФИО3 не исполнена обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, истребованной определением Арбитражного суда Саратовской области от 22.10.2019 по настоящему делу, просил также привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по п.п. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве в размере 21 608 842,35 руб.

Отказывая в удовлетворении заявления в данной части, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1, подпунктом 2 пункта 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Таким образом, в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) разъяснено, что для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Привлечение контролирующих должника лиц на основании презумпции, установленной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, без определения причин, как отсутствие такой документации повлияло на невозможность полного исполнения требований кредиторов должника, в том числе привело к невозможности формирования конкурсной массы, невозможно, поскольку субсидиарная ответственность по своей природе является гражданско-правовой и указанные отношения сходны с отношениями по возмещению вреда, что, в свою очередь, свидетельствует о том, что при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба.

ФИО3 с 21.11.2018 являлась председателем правления должника и лицом, на которое возложена обязанность по организации и ведению бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Саратовской области от 22.10.2019 по настоящему делу № А57-23338/2018 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего должника и у бывшего руководителя должника ФИО3, для передачи конкурсному управляющему должника ФИО2 истребованы следующие сведения и документы должника: 1. по должникам, задолженность которых не подтверждена в судебном порядке - расшифровку задолженности (в разрезе лицевых счетов, помесячно, с указанием видов услуг, тарифов, сумм начисления и оплат); 2. акты приема-передачи документации по домам, находящимся в управлении должника, в новые управляющие компании (за исключением документов, ранее переданных временному и конкурсному управляющему должника).

Определением суда первой инстанции от 15.07.2021 по настоящему делу в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника - Товарищества собственников жилья-2 Фрунзенского района ФИО2 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 судебной неустойки за неисполнение судебного акта отказано.

Вступившим в законную силу судебным актом установлено, что определение Арбитражного суда Саратовской области от 22.10.2019 по делу № 57-23338/2018 в части передачи конкурсному управляющему истребованной документации должника и сведений на момент рассмотрения настоящего заявления фактически исполнено. Конкурному управляющему передана истребуемая документация в том виде и составе, в котором она велась бывшими руководителями должника. Доказательств наличия у ФИО3 истребуемой документации и сведений иного качества, чем были переданы конкурсному управляющему, в дело не представлено.

В связи с чем, при рассмотрении вопроса о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основанию подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, судом учтена фактическая передача ФИО3 всей находившейся в ее распоряжении документации должника.

Доводы конкурсного управляющего о ненадлежащем ведении ФИО3 бухгалтерского учета и наличия недостатков в документах бухгалтерского учета, что, по мнению конкурсного управляющего, существенно затруднило проведение процедур конкурсного производства должника, а именно взыскание дебиторской задолженности, отклоняются апелляционным судом.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что наличие в переданной ФИО3 документации недостатков повлекло невозможность удовлетворения требований кредиторов должника в заявленном размере - 21 608 842,35 руб., а также не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО3 и наступившими последствиями в виде неудовлетворения требований кредиторов на сумму 21 608 842,35 руб.

Согласно пояснениям ФИО4, все необходимые сведения по дебиторам находились в карточках по лицевым счетам, которые были переданы в ООО «Добрый» после передачи обществу в управление многоквартирных жилых домов. По пояснениям конкурсного управляющего, ООО «Добрый» отказало ему в предоставлении необходимых сведений со ссылкой на невозможность передачи персональных данных граждан. Доказательств обращения за истребованием сведений в судебном порядке не представлено.

В материалы дела конкурсным управляющим представлены копии только двух судебных актов, вынесенных по результатам обращения конкурсного управляющего к мировым судьям с заявлениями о взыскании с граждан задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг. Так, в деле имеется копия определения мирового судьи судебного участка №2 Фрунзенского района г. Саратова от 17.06.2021, которым возвращено заявителю - конкурсному управляющему должника заявление о взыскании с ФИО6 задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг в размере 8 936,86 руб., в связи с отсутствием документов, подтверждающих заявленные требования. В данном определении указан целый ряд недостатков, явившихся причиной возврата заявления. При этом конкурсным управляющим не доказано, что именно недостатки в переданной ФИО3 документации, которые носят неустранимый характер, привели к невозможности взыскания указанной задолженности с ФИО6

Также, в дело представлена копия определения Мирового судьи судебного участка №1 Фрунзенского района г. Саратова от 15.06.2021 о возврате конкурсному управляющему должника заявления о взыскании с ФИО7 задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг. Причиной возврата заявления явилось то обстоятельство, что судебный приказ о взыскании такой задолженности в размере 70 699,64 руб., соответствующей требованиям, заявленным конкурсным управляющим, уже был вынесен Мировым судьей судебного участка №1 Фрунзенского района г. Саратова ранее, 30.12.2016.

Судом первой инстанции на обсуждение выносился вопрос о возможности уточнения конкурсным управляющим заявленных требований и предъявления требований о взыскании с ФИО3 убытков, возникших в результате передачи документов должника с недостатками, которые привели к невозможности взыскания дебиторской задолженности по каждому дебитору должника с указанием конкретных недостатков, размера причиненного вследствие этого должнику убытка. Таких уточнений, доказательств и расчета убытков от конкурсного управляющего не поступило.

С учетом отсутствия доказательств, достаточных для установления оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по п.п. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве в размере 21 608 842,35 руб.

Учитывая вышеизложенное, правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывших руководителей должника ФИО4, ФИО3 у суда первой инстанции не имелось.

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

Апелляционный суд также учитывает, что в апелляционной жалобе не содержится доводов о том, какие нормы материального или процессуального права были нарушены судом первой инстанции при принятии обжалуемого судебного акта.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

руководствуясь статьями 188, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 12 августа 2021 года по делу № А57-23338/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме, через Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший определение.




Председательствующий А.Ю. Самохвалова



Судьи Г.М. Батыршина



О.В. Грабко