Постановление от 6 сентября 2022 г. по делу № А56-93869/2019

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-93869/2019
06 сентября 2022 года
г. Санкт-Петербург
/сд.3


Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 сентября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Сотова И.В.

судей Бурденкова Д.В., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО2: представитель ФИО3, по доверенности от 02.03.2022;

от иных лиц: не явились, извещены надлежащим образом;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-15738/2022) индивидуального предпринимателя ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.04.2022 по делу № А56-93869/2019/сд.3, принятое

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2

к ИП ФИО4

об оспаривании сделок должника

в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Северная Столица»,

установил:

14.08.2019 АО «Выборгтеплоэнерго» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ООО «Северная Столица» (далее – должник, Общество) несостоятельным (банкротом), которое было принято к производству суда определением от 21.08.2019.

Определением арбитражного суда от 02.12.2019 заявление АО «Выборгтеплоэнерго» было признано обоснованным; в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, управляющий).

Решением арбитражного суда от 14.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим также утвержден ФИО2

05.07.2021 в арбитражный суд от конкурсного управляющего ФИО2 поступило заявление, впоследствии уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками перечислений должником в пользу ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) денежных средств в общем размере 368 300 рублей, а также о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу ООО «Северная Столица» денежных средств в указанном размере.

Определением арбитражного суда от 28.04.2022 заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права и указывая на то, что в рамках дела №А56-110627/2020 был установлен факт встречного исполнения по спорным платежам, а именно – факт выполнения ФИО4 для Общества соответствующих работ, что, по мнению подателя жалобы, имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего обособленного спора.

Также апеллянт полагает не доказанной его заинтересованность и недобросовестность по отношению к должнику, наличие признаков неплатежеспособности у Общества на момент совершения оспариваемой сделки, осведомленность об этом ФИО4 и - как следствие – цели причинения вреда кредиторам (его фактическое наличие).

Конкурсный управляющий представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего возражала против удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения мероприятий в процедуре банкротства конкурсным управляющим должником были выявлены платежи, совершенные должником в пользу ИП ФИО4 на общую сумму в размере 368 300 руб., а именно:

- по счету 40702810555400000979: 06.07.2017 - 70 000 руб., 14.07.2017 – 50 000 руб. и 19.07.2017 – 70 000 руб.;

- по счету 40702810655400001195: 10.07.2017 – 58 300 руб. и 13.07.2017 – 40 000 руб.;

- по счету 40702810955400001196: 04.07.2017 – 80 000 руб.

По мнению конкурсного управляющего, оспариваемые сделки в виде платежей на общую сумму 368 300 руб. отвечают признакам недействительности по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку совершены с аффилированным лицом, при наличии у должника признаков неплатёжеспособности и с целью причинения вреда кредиторам, а также являются недействительными по основаниям статьей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод о наличии условий для удовлетворения заявленных требований.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, специальные основания для оспаривания сделок предусмотрены, в том числе статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Так, в силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Как следует из пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из пункта 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления №63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции также являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В данном случае, судом установлено, что оспариваемые сделки совершены в период с 04.07.2017 по 14.07.2017, при том, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением от 21.08.2019.

Таким образом, сделки совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, следовательно, могут быть оспорены по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, в предмет доказывания в рамках настоящего спора в силу указанных норм и разъяснений входит одновременно совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, сам факт причинения вреда в результате совершения сделки, а также осведомленность другой стороны сделки об указанной цели должника. Недоказанность хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению, влечет отказ в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной по заявленным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В этой связи суд отмечает, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2)).

При этом, в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 № 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В данном случае, возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик указал, что между ООО «Северная Столица» и им, как индивидуальным предпринимателем, были заключены договоры оказания услуг от 06.07.2017, от 01.07.2017 и от 10.07.2017.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что договор от 06.07.2017, указанный в назначении платежа при перечислении в пользу ИП ФИО4 денежных средств в размере 70 000 руб., не представлен в материалы настоящего обособленного спора, что (отсутствия сведений о предмете и цене договора) исключает возможность оценить его реальность.

При этом, в соответствии с условиями договора от 01.07.2017 общая цена по договору установлена в размере 40 000 руб., в то же время, как подтверждается выпиской по движению денежных средств на счетах должника, в пользу ответчика было перечислено 258 300, 33 руб., то есть значительно больше, чем предусмотрено условиями данного договора.

Также ответчик получил от должника денежные средства по договору от 10.07.2017.

Кроме того, ответчиком в обоснование своих доводов представлены следующие документы: акты, счета и чеки, однако, без указания реквизитов договоров, к которым они относятся.

В этой связи суд первой инстанции правомерно критически оценил представленные ФИО4 документы в обоснование своих возражений, так как из них невозможно установить, какие именно работы были произведены по каждому из заявленных договоров на оказание услуг, как и их объем (стоимость), подлежащий оплате, а представленные в материалы обособленного спора чеки на покупку материалов неотносимы с предметом договоров, при том, что в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиком не представлено доказательств привлечения работников для выполнения такого объёма работ.

Более того, как обоснованно отмечено судом, соответствующие услуги (работы), принимая во внимание хозяйственную деятельность должника, и приведенные в обоснование реальности сделки гражданско-правовые договоры с согласованным в них предметом, заключенные с ответчиком, как с индивидуальным предпринимателем, фактически входят в перечень его должностных обязанностей как инженера в рамках трудовых отношений, и в частности - обеспечение технической эксплуатации, безаварийной работы горячего и холодного водоснабжения, систем теплоснабжения, систем водоотведения, оборудования и сетей.

При этом, доказательств экономической целесообразности в заключении гражданско-правовых договоров со своим работником, трудовые функции которого подразумевают выполнение работ в жилых и многопартийных домах, заключающиеся в промывке и опресовки системы отопления, теплового пункта и вводного трубопровода до теплового пункта, суду не представлено.

Также, как указал управляющий, оспариваемые платежи совершены при наличии аффилированности между ответчиком и должником.

При этом, в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года №135-Ф3 «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

- руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

- лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором пункта 2 статьи 19 Закона №127-ФЗ, в отношениях, определенных пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве;

- лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В данном случае, как установлено определением арбитражного суда от 21.09.2021, оставленным без изменений постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2022 по обособленному спору № А56-93869/2019/сд.1, ФИО4 является аффилированным с должником лицом. Так, ФИО4 является отцом дочери ФИО5 - бывшего руководителя и учредителя должника, что подтверждается свидетельством о рождении ФИО6 от 01.10.2014, и сожительствует с ФИО5, при том, что ответчик факт наличия совместного ребенка не отрицал, указав, что с ФИО5 совместно не проживает.

Также, как установлено в рамках указанного обособленного спора, гражданин ФИО4 был принят на работу в ООО «Северная Столица» в качестве инженера, при этом, приказ о приеме на работу, а также трудовой договор управляющему переданы не были; вместе с тем, согласно выпискам по движению денежных средств на счетах должника, открытых в ПАО «Сбербанк России» и Северо-Западный Банк, ФИО4 получил заработную плату за период с апреля 2017 по март 2019 года в общей сумме 896 991,48 руб.

Таким образом, ФИО4 по смыслу указанных норм предполагается заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Кроме того, как указал конкурсный управляющий, перечисление спорных денежных средств в пользу ФИО4 осуществлялось в течение трех лет до принятия к производству заявления о признании ООО «Северная Столица» банкротом, при том, что в указанный период у должника имелась задолженность перед кредиторами ООО «Стройтранс» в размере 24 668 руб. по договору №03/вм от 01.01.2017 и ОАО «Управляющая компания по жилищно-коммунальному хозяйству Выборгского района Ленинградской области», что подтверждается решением арбитражного суда от 12.03.2018 по делу №А56-105635/2017, которым с должника взыскана задолженность в размере 4 562 008,39 руб., в том числе основной долг в размере 3 845 976,36 руб., неустойка в размере 716 032,03 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 45 810 руб.

С учетом изложенного, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что в результате совершения спорных сделок (перечислений) конкурсная масса должника была уменьшена на сумму в размере 368 300 рублей, поскольку активы должника были безвозмездно выведены в пользу аффилированного лица, при этом, цель причинения вреда, с учетом приведенных фактических обстоятельств, презюмируется.

Довод ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности суд первой инстанции правомерно отклонил, поскольку материалами дела подтверждается, что должник признан несостоятельным (банкротом) решением арбитражного суда от 14.07.2020 (резолютивная часть объявлена 09.07.2020), этим же решением был утвержден конкурсный управляющий, а заявление об оспаривании сделки конкурсным управляющим было направлено в арбитражный суд 05.07.2021, следовательно, годичный срок исковой давности, предусмотренный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ и пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим не пропущен.

Таким образом, поскольку должником были перечислены денежные средства (оплачены услуги) в отсутствие реальных хозяйственных отношений, что привело к уменьшению конкурсной массы, а заключение договоров оказания услуг от 06.07.2017, от 01.07.2017 и от 10.07.2017 совершено лишь для создания видимости правомерного выбытия из собственности Общества денежных средств, суд первой инстанции правомерно признал оспариваемые сделки недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ.

При этом, в качестве последствий признания сделок недействительными в порядке пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве с ответчика в конкурсную массу должника правомерно взыскано 368 300 рублей.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы ответчика, суд апелляционной инстанции исходит из недоказанности им надлежащими и безусловными доказательствами, что для него оказание услуг для должника являлось обычной деятельностью (в том числе не представлены аналогичные договоры и доказательства получения вознаграждения по ним), как не подтвержден объем и конкретный перечень (содержание) оказанных по спорным договорам услуг (например - деловая переписка непосредственно с самим должником (его работниками) и т.д.).

В этой связи, по мнению апелляционной коллегии, судебный акт по делу №А56-110627/2020 не имеет преюдициального значения в силу различия предмета и оснований по этому делу и настоящему спору (специфики оспаривания сделок и доказывания), при том, что в силу принципа распределения бремени доказывания именно на ответчике лежит обязанность по доказыванию соответствующих обстоятельств (вне зависимости от указаний/предложений суда), а именно – факта выполнения работ (оказания услуг), что в данном случае ответчиком сделано не было.

Ввиду этого суд апелляционной инстанции исключительно критически оценивает доводы ответчика о наличии оснований (условий) для перечисления в его пользу денежных средств в размере 368 300 рублей в счет оплаты за оказание услуг по договорам оказания услуг от 06.07.2017, от 01.07.2017 и от 10.07.2017.

Также апелляционный суд, проанализировав представленные заявителем доказательства, сделал вывод о доказанности управляющим как наличия у должника признаков банкротства (неплатежеспособности или недостаточности имущества) на момент совершения сделки (ввиду прекращения исполнения обязательств перед кредиторами), так и того, что ответчик в спорный период знал (должен был знать) о признаках неплатежеспособности должника (и в частности - о превышении размера денежных обязательств должника над стоимостью его имущества (активов)), а равно в данном случае доказано наличие аффилированности между должником и ответчиком, что является презумпцией осведомленности ФИО4 о цели причинения сделками вреда кредиторам.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.04.2022 г. по делу № А56-93869/2019/сд.3 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ИП ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.В. Сотов



Судьи


Д.В. Бурденков


И.В. Юрков