Постановление от 9 февраля 2025 г. по делу № А14-18049/2022

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А14-18049/2022
г. Воронеж
10 февраля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2025 г.

Постановление в полном объеме изготовлено  10 февраля 2025 г.


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи                                               Потаповой Т.Б.,

судей                                                                                          Ботвинникова В.В.,

                                                                                                    Безбородова Е.А.,     


при ведении протокола судебного заседания секретарем Кретовой А.И.,


при участии:

от АО «Чишминский сахарный завод»: ФИО1, представитель по доверенности от 16.05.2022, паспорт гражданина РФ;

от УФНС России по Воронежской области: ФИО2, представитель по доверенности от 14.05.2024 № 10-11/12508, паспорт гражданина РФ;

от временного управляющего ООО «Вестерос» ФИО3: ФИО3, паспорт гражданина РФ;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО «Чишминский сахарный завод» на определение Арбитражного суда Воронежской области от 05.11.2024 по делу №А14-18049/2022

 по рассмотрению заявления АО «Чишминский сахарный завод» о включении требований в реестр требований кредиторов ООО «Вестерос»,

УСТАНОВИЛ:

ФНС России обратилась в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании ООО «Вестерос» (далее – должник) несостоятельным (банкротом). Определением суда от 28.11.2022 указанное заявление принято к рассмотрению, возбуждено дело о банкротстве, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 30.10.2023 заявление ФНС России признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 02.11.2023, в газете «Коммерсантъ» – от 11.11.2023.

АО «Чишминский сахарный завод» (далее – АО «ЧСЗ», заявитель, кредитор) 03.11.2023 обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 62 202 876 руб. 70 коп. основного долга, процентов и расходов по оплате государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 05.11.2024 установлены требования АО «ЧСЗ» к ООО «Вестерос» в размере 62 142 876 руб. 73 коп., из которых 55 000 000 руб. основного долга и 7 142 876 руб. 73 коп. процентов. Данные требования признаны подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающим имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 указанного закона и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередь, предшествующая распределению ликвидационной квоты). В остальной части производство по заявлению прекращено.

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его незаконность и необоснованность, АО «ЧСЗ» обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Воронежской области от 05.11.2024   отменить и принять новый судебный акт.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель АО «ЧСЗ» поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель уполномоченного органа возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, полагая обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Временный управляющий ООО «Вестерос» ФИО3 с доводами апелляционной жалобы также не согласился, считая обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Представители иных лиц не явились.

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения всех лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие   представителей неявившихся лиц в порядке статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав позиции участников процесса, суд апелляционной инстанции считает, что определение Арбитражного суда Воронежской области от 05.11.2024 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со статьей 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Предъявленные кредиторами требования к должнику рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов (статьи 100, 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ №35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 25.08.2021 между ООО «Управление Агроактивами» (займодавец) и ООО «Вестерос» (заемщик) был заключен договор займа № 3, в соответствии с которым займодавец передает в собственность заемщику 160 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть займодавцу сумму займа и проценты за пользование займом, начисляемые в порядке, установленном договором. Сумма займа может предоставляться единым платежом или несколькими платежами. Срок возврата суммы займа установлен до 31 декабря 2022 года (пункты 1.1-1.2, 1.5). В силу пункта 2.1 договора за пользование суммой займа заемщик выплачивает займодавцу проценты на сумму займа из расчета 7 % годовых.

Займодавец надлежащим образом исполнил обязательства по договору на сумму 80 000 000 руб., предоставив заемщику денежные средства, что подтверждается платежными поручениями от 26.08.2021 №7618, от 02.09.2021 №7834. При этом должником были возвращены денежные средства на сумму 25 000 000 руб., что подтверждается платежным поручением от 09.09.2021 №3999. Обязательства по возврату предоставленной ему суммы займа на сумму 55 000 000 руб. должник не исполнил.

В дальнейшем, между ООО «Управление Агроактивами» (цедент) и АО «ЧСЗ» (цессионарий), был заключен договор об уступке прав требования (цессии) от 01.03.2022 № 4, в соответствии с которым цедент передает, а цессионарий принимает весь объем прав и обязанностей, принадлежащих цеденту на основании договора займа от 25.08.2021 №3, заключенного между цедентом и ООО «Вестерос» (пункт 2.1 договора).

С учетом изложенного, исходя из положений статей 382, 384 Гражданского кодекса РФ, пункта 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения Арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ», суд первой инстанции заключил, что лицом, обладающим правом требования по договору займа №3 от 25.08.2021, является АО «ЧСЗ».

Согласно статье 807 Гражданского кодекса РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В силу пункта 1 статьи 809 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Согласно пункту 1 статьи 810 Гражданского кодекса РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Из пункта 3 постановления Пленума ВАС РФ №63 от 23.07.2009 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» следует, что при применении пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве судам следует учитывать, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 ГК РФ) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

В соответствии со статьями 307, 309, 310 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Арбитражный суд Воронежской области, установив, что платежными поручениями от 26.08.2021 № 7618, от 02.09.2021 №7834 подтвержден факт предоставления займа должнику, признав арифметически верным расчет процентов за период с 27.08.2021 по 30.06.2023, в отсутствие доказательств возврата суммы займа, а также выплаты процентов на дату рассмотрения требования, пришел к выводу о том, что требования в размере 55 000 000 руб. основного долга и 7 142 876 руб. 73 коп. процентов за пользование займом являются обоснованными.

Суд также заключил, что требование АО «ЧСЗ» в части включения 60 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при рассмотрении дела №А07-10468/2023, является текущим и включению в реестр требований кредиторов должника не подлежит, поскольку определение об утверждении мирового соглашения по данному делу вступило в законную силу после принятия заявления о признании должника банкротом к производству (пункты 1, 2 статьи 5 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 16 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 №63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»).

В апелляционной жалобе АО «ЧСЗ», по сути не оспаривая вывод суда о размере подлежащей включению в реестр требований кредиторов задолженности, полагает необходимым принять новый судебный акт, которым установить, что требования подлежат учету в составе третьей очереди удовлетворения реестра требований кредиторов должника, а не удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, как определил суд первой инстанции. Данные доводы подлежат отклонению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения спора судом первой инстанции уполномоченный орган просил признать требования АО «ЧСЗ» подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, сославшись на то, что исполнение по договору займа предоставлено должнику в ситуации, когда финансовое положение должника не соответствовало обычному состоянию, т.е. ООО «Вестерос» находилось в состоянии имущественного кризиса, что расценено уполномоченным органом как компенсационное финансирование аффилированным должнику лицом.

В силу пункта 1 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Пунктом 2 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 (ред. от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами юридического лица являются лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. Судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Аффилированные лица не заинтересованы в раскрытии своего статуса. Наоборот, они обычно скрывают наличие заинтересованности, их отношения не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила или стандарты поведения.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО4 в период с 26.02.2021 по 22.02.2022 являлся учредителем ООО «Вестерос» с долей участия в уставном капитале 26,08%; он же являлся председателем совета директоров АО «ЧСЗ» в период с 03.06.2011 по 21.06.2012.

Арбитражным судом Воронежской области также обращено внимание на то, что ООО «Вестерос» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 01.08.2019. При этом уже 03.11.2020 и 19.02.2021 между должником и кредитором были заключены договор поставки технологического оборудования на сумму 818 811 444 руб. 74 коп. и договор подряда на сумму 305 445 080 руб. Требования, вытекающие из неисполнения должником взятых на себя обязательств по указанным договорам, находятся на рассмотрении Арбитражного суда Воронежской области.

В условиях наличия непогашенной задолженности ООО «Вестерос» перед АО «ЧСЗ» по указанным договорам кредитор приобрел обязательства должника в размере 57 006 027 руб. 40 коп. по спорному договору займа, заключив договор цессии №4 от 01.03.2022 с ООО «Управление Агроактивами», тем самым увеличив размер дебиторской задолженности должника. Данные действия кредитора суд оценил как нецелесообразные, противоречащие нормальной предпринимательской деятельности, направленной на получение прибыли.

При этом согласно представленному уполномоченным органом отчету о финансовых результатах и решению Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.12.2023 по делу №А07-14041/2022 основным источником получения средств на ведение должником хозяйственной деятельности явились поступления от АО «ЧСЗ», при этом доля поступлений на расчетный счет должника от АО «ЧСЗ» составляет более 75% от поступлений со счетов всех контрагентов.

Апелляционная коллегия считает возможным согласиться с позицией суда первой инстанции о том, что приведенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют об общности экономических интересов и тесных хозяйственных связях ООО «Вестерос» и АО «ЧСЗ», а также о том, что деятельность должника с самого начала находилась под контролем заявителя, что является достаточным доказательством фактической аффилированности кредитора и должника.

В связи с изложенным, суд области обоснованно обратил внимание на то, что кредитор не мог не знать о возбужденном деле о банкротстве ООО «Вестерос» и признаках неплатежеспособности должника.

Доводы апелляционной жалобы, по сути сводящиеся к необоснованности вывода об аффилированности кредитора и должника подлежат отклонению как несостоятельные, с учетом установленных обстоятельств и представленных доказательств. Каких-либо доказательств, опровергающих указанный вывод суда, материалы дела не содержат (статьи 9, 65 АПК РФ).

В определении ВС РФ от 07.06.2018 №305-ЭС16-20992(3) отражено, что заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют основания полагать, что данный факт безусловно указывает на необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования или понижения очередности при его удовлетворении.

Однако, если степень аффилированности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника. Проверка таких требований осуществляется судом более тщательно.

Согласно положениям статей 71, 100 Закона о банкротстве, а также сложившейся судебной практике рассмотрения требований аффилированных к должнику лиц, рассмотрение заявлений о замене кредитора в реестре требований кредиторов и рассмотрение требования о включении в реестр производится судом по аналогичным правилам (строгий стандарт доказывания, определенное распределение бремени доказывания и так далее).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем, в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном 29.01.2020 Президиумом ВС РФ (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно позиции, изложенной в определении ВС РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6), о наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. В таком случае судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Исходя из смысла разъяснений и подходов, выработанных ВС РФ при рассмотрении подобных споров, основным мотивом субординации требований лиц, имеющих общие экономические интересы с должником, является понижение очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, участвующие в предпринимательской деятельности должника, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.

В силу пунктов 3.1-3.2 Обзора от 29.01.2020 контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее – компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее – очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статьи 813 Гражданского кодекса РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 6.2 Обзора от 29.01.2020 в случае, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника. Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве.

Применительно к рассматриваемой ситуации суд первой инстанции  установил, что кредитор, приобретя право требования по договору займа, заключил с должником, имеющим перед ним неисполненные обязательства по иным договорам, мировое соглашение, отсрочив тем самым их исполнение до 31.10.2024 (определение Арбитражного суда Республики Башкортостан об утверждении мирового соглашения от 21.08.2023 по делу №А07-10468/2023). В связи с изложенным, суд отметил, что кредитор должен был оценить риски невозврата денежных средств и понимать возможные последствия. Доказательств, опровергающих приведенную позицию суда, заявителем и иными лицами, участвующими в деле, не представлено.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении судом критериев компенсационного финансирования, установленных Обзором от 29.01.2020, мотивированные тем, что кредитор организовал предоставление третьим лицом денежных средств для предотвращения приостановки должником работ по заключенному между кредитором и должником договору подряда, о несостоятельности выводов суда в отношении характера требований АО «ЧСЗ», и об отсутствии видимых посторонним лицам признаков имущественного кризиса должника, подлежат отклонению как необоснованные и документально не подтвержденные с учетом установленных обстоятельств и представленных в дело доказательств.

При этом неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

В данном случае АО «ЧСЗ» доказательств в опровержение установленных судом обстоятельств не представлено ни при рассмотрении заявления судом первой инстанции, ни апелляционной жалобы, равно как и не представлено доказательств того, что оно действовало, исходя из иных условий и в иных целях, а не осуществляло компенсационное финансирование в условиях убыточной деятельности должника и при наличии перед ним задолженности  (статьи 9, 65 АПК РФ).

Таким образом, по мнению апелляционной коллегии, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Обзора от 29.01.2020, приняв во внимание вышеназванные обстоятельства, пришел к обоснованному выводу о том, что требования АО «ЧСЗ» в размере 62 142 876 руб. 73 коп. подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Доводы апелляционной жалобы, фактически сводящиеся к несогласию с приведенной позицией суда о понижении очередности удовлетворения требований кредитора, подлежат отклонению по основаниям, изложенным выше, как  опровергающиеся материалами дела.

Несогласие кредитора с оценкой суда представленных доказательств,  а также выводами суда не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно статье 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

С учетом вышеизложенного, определение Арбитражного суда Воронежской области от 05.11.2024 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 30 000 руб. согласно статье 110 АПК РФ относится на заявителя (уплачено по платежному поручению №4392 от 29.11.2024).

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 05.11.2024 по делу №А14-18049/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


      Председательствующий судья                                        Т.Б. Потапова


      Судьи                                                                                  В.В. Ботвинников


                                                                                                   Е.А. Безбородов