Постановление от 9 ноября 2023 г. по делу № А32-48185/2019

2422/2023-110462(2)


ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/
ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-48185/2019
город Ростов-на-Дону
09 ноября 2023 года
15АП-16613/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 02 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 ноября 2023 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Шапкина П.В., судей М.Г. Величко, Сороки Я.Л. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии: от иску ООО «Сир» – представитель ФИО2 по доверенности от 01.03.2023,

от ООО «АМИКО» – директор ФИО3 (паспорт), представитель ФИО4 по доверенности от 09.01.2023,

от третьих лиц – представители не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Сир»

на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.08.2023 по делу № А32-48185/2019

по иску ООО «Сир» к ООО «АМИКО» об обязани передать оборудование, и по встречному иску о расторжении договора,

при участии третьих лиц: ЗАО «Лайка»; арбитражный управляющий

ФИО5; ООО «Югспецкож»; ФИО6; ООО «Курсор»; ООО «Тройка»,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «СИр» (далее - ООО «СИр», истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Амико» (далее – ООО «Амико», ответчик) об обязании передать следующее оборудование:

- автоматическая ротационная установка крашения с 2 кабинами ROT 3400/12+12 пистолетов, изготовитель Barnini, заводской номер 3521;

- машина проходная для нанесения покрытий 1800 мм DUAL COLOR; - вал отжимной для разводной машины POLETTO АС3200.

В свою очередь, ООО «Амико» обратилось со встречным иском к ООО «СИр» о расторжении договоров купли-продажи № ОС/1 от 26.09.2018, №

ОС/2 от 02.10.2018, договора уступки прав требования от 01.11.2018, акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 (с учетом изменения предмета требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации – т. 1 л.д. 102-104, т. 3 л.д. 19-20).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены закрытое акционерное общество «Лайка», общество с ограниченной ответственностью «Югспецкож», ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Тройка», общество с ограниченной ответственностью «Курсор».

Решением от 14.06.2022 первоначальный иск удовлетворен, суд обязал ответчика передать истцу оборудование: автоматическая ротационная установка крашения с 2 кабинами ROT 3400/12+12 пистолетов, изготовитель Barnini, заводской номер 3521; машина проходная для нанесения покрытий 1800 мм DUAL COLOR; вал отжимной для разводной машины POLETTO АС3200. По встречному иску принят отказ от требований в части расторжения акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018, производство по делу в данной части прекращено. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022 принят отказ ООО «Амико» от встречного иска, производство по делу в указанной части прекращено, в остальной части решение суда оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 21.12.2022 по делу № А32-48185/2019 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.06.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022 по делу № А32- 48185/2019 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.08.2023 отказано в удовлетворении ходатайства ООО «СИр» о приостановлении производства по делу. В удовлетворении исковых требований ООО «СИр» отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «СИр» обжаловало его в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В апелляционной жалобе ООО «СИр» указало на незаконность и необоснованность решения, просило его отменить и принять по делу новый судебный акт.

ООО «СИр» указывает, что судом первой инстанции не обоснованно отклонено ходатайство ООО «СИр» о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу решения по делу № А40-133721/2023. Уступка требования по договору от 01.11.2018 преследовала целью реальную передачу прав требования к ООО «Курсор» от ООО «СИр» в ООО «Амико», что подтверждается подписанным договором уступки прав от 01.11.2018 легитимным исполнительным органом ООО «Амико». Наличие злоупотребления правом со стороны ООО «СИр» отсутствует. Суд первой инстанции фактически сделал вывод об аффилированности истца, ООО «Тройка» и ФИО6, нарушив нормы гражданского законодательства. Довод истца о том, что его обязательство по оплате оборудования по договорам купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и 02.10.2018 № ОС/2 исполнено надлежащим образом, подтверждается имеющимися в материалах настоящего спора доказательствами.

ООО «Амико» в полном объёме получило надлежащее встречное исполнение по договорам купли – продажи в виде права требования задолженности с ООО «Курсор», действующей на то время организации. Утверждение суда первой инстанции о том, что ООО «СИр» не передало в ООО «Амико» документы, относящиеся к договору уступки прав (цессии) от 01.11.2018, которым в ООО «Амико» переданы права требования задолженности к ООО «Курсор» и что без них ООО «Амико» не смогло бы взыскать задолженность с ООО «Курсор», не имеет правового значения для настоящего дела. Директору ООО «Амико» Самойловой Р.П. в полном объёме передавались все документы, относящиеся к сделкам. В течение четырех месяцев, до обращения ООО «Тройка» в Арбитражный суд г. Москвы с иском о взыскании денежных средств с ООО «Курсор» в ООО «СИр» не поступило не одного заявления от ООО «Амико» о том, что документы, подтверждающие право требования к ООО «Курсор» отсутствуют, что подтверждает наличие данных документов у ответчика. ООО «Амико» не могло не знать об обстоятельствах заключенного договора уступки прав (цессии) от 01.11.2018, поскольку документы подписаны директором общества Самойловой Р.П. ООО «Амико», не могло не знать о судебном споре ООО «Тройка» и ООО «Курсор» в связи с тем, что дело № А40-49986/2019 публиковалось в открытом доступе, на сайте арбитражного суда. Решение по данному делу принято Арбитражным судом г. Москвы 25.02.2020, то есть спустя год после принятия иска ООО «Тройка» к производству. ООО «Амико» было в состоянии реализовать свои права требования и принять участие в деле № А4049986/2019 ещё до принятия решения Арбитражным судом г. Москвы. Наличие у ООО «СИр» прав требования с ООО «Амико» передачи оборудования, являющегося предметом оспариваемых договоров купли – продажи не может ставиться в зависимость от осуществления или неосуществления ООО «Амико» своих прав по договору уступки прав требования от 01.11.2018, так как истец полагался на добросовестное поведение участников гражданского оборота. Неуведомление ООО «Курсор» о состоявшейся переуступке прав также не имеет правового значения для рассмотрения настоящего дела и не влияет на переход права требования от ООО «СИр» к ООО «Амико». Указание суда первой инстанции на то, что ООО «СИр» не представлено доказательств оплаты обществу «Тройка» 5 400 000 руб. по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 является неправомерным, не имеющим отношения к настоящему делу. Договор уступки прав требования, заключенный между ООО «Тройка» и ООО «СИр» является действующим и не был признан недействительным или незаключенным. ООО «СИр» передал в ООО «Амико» действующее, реальное право требование к ООО «Курсор». ООО «СИр» не может влиять на осуществление или неосуществление ООО «Амико» своих прав по взысканию с ООО «Курсор» денежных средств. Указание судом первой инстанции на аффилированность между Самойловой Р.П. и Хмелевским С.И. противоречит нормам законодательства. Описание судом действий Самойловой Р.П., установленных в рамках уголовного дела не имеет никакого отношения к настоящему делу. Утверждение суда первой инстанции на то, что Кириченко В.Е. участвовал в судебных заседаниях от ООО «СИр» 10.09.2020, 26.11.2020, 28.01.2021 по делу № А40-49986/19-7-392 по заявлению ООО «СИр» о процессуальном правопреемстве, является недостоверным. Кириченко В.Е. участвовал в данных процессах в качестве представителя ООО «Тройка». В любом случае данное обстоятельство не имеет значения и не влияет на отношения между ООО «Амико» и ООО «СИр», так как

заявление о процессуальном правопреемстве рассматривалось после вынесения решения по делу № А40-49986/19. Прямых доказательств аффелированности ООО «СИр» и ООО «Тройка» в материалах дела не имеется. Обстоятельства, на которые ссылается суд первой инстанции не указывают на аффилированность ООО «СИр» и ООО «Тройка». Кроме этого, осведомленность или неосведомленность ООО «СИр» о подаче ООО «Тройка» искового заявления о взыскании задолженности с ООО «Курсор» не имеет правового значения, поскольку ООО «СИр» не имеет юридической возможности влиять на принятие решения и осуществление действий или бездействий со стороны других участников гражданского оборота, в том числе и ООО «Тройка», ООО «Амико» и т.д. Судом первой инстанции необоснованно применены нормы статей 10 и 168 ГК РФ. Выводы суда первой инстанции основаны на предположениях. Ссылка суда первой инстанции на дело № А32-8910/2020 является неправомерной.

Посредством электронной подачи документов через систему «Мой арбитр» от ООО «Амико» в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором оно просит оставить решение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.08.2023 по делу № А32-48185/2019 без изменения, апелляционную жалобу ООО «СИр» без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в соответствии с главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебное заседание не явились третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства.

Суд, совещаясь на месте, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определил: рассматривать дело в отсутствие третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Представитель ООО «СИр» в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ООО «Амико» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению на основании нижеследующего.

Как следует из материалов дела, ООО «СИр» (покупатель) и ООО «Амико» (продавец) 26.09.2018 и 02.10.2018 заключили договоры купли-продажи № ОС/1 и ОС/2, согласно которым продавец передает в собственность покупателя следующее оборудование: автоматическую ротационную установку крашения с 2 кабинами ROT 3400/12+12 пистолетов (изготовитель Barnini, заводской номер 3521), машину проходную для нанесения покрытий 1800 мм DUAL COLOR, вал отжимной для разводной машины POLETTO AC 3200, а покупатель обязан принять и оплатить это оборудование в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

Общая стоимость оборудования составила 5 400 000 руб. (пункт 2.1 договоров). Согласно пункту 2.2 договоров купли-продажи оплата производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца. По соглашению сторон оплата может производиться векселями, встречными

поставками, зачетом встречных требований, а также иными способами, не запрещенными действующим законодательством.

В пункте 3.2 договоров купли-продажи стороны согласовали, что после подписания акта о приеме-передаче объекта основных средств оборудование находится у продавца в безвозмездном пользовании по 31.03.2019.

01.11.2018 ООО «СИр» (цедент) и ООО «Амико» (цессионарий) заключили договор уступки прав (требований), в соответствии с которым цедент уступает, а цессионарий принимает принадлежащее цеденту право требования к должнику – ООО «Курсор» по договору уступки прав требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 суммы задолженности в размере 5 400 000 руб.

В соответствии с пунктом 1.3 договора уступка права цедента к должнику, осуществляемая по договору, является возмездной. Общая стоимость уступаемых цедентом и приобретаемых цессионарием прав требования оценивается сторонами в 5 400 000 руб. и подлежит оплате до 02.11.2018 путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет цедента. По соглашению сторон оплата может производиться векселями, встречными поставками, зачетом встречных требований, а также иными способами, не запрещенными действующим законодательством Российской Федерации.

02.11.2018 ООО «СИр» и ООО «Амико» подписали соглашение о зачете взаимных требований по договорам купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и 02.10.2018 № ОС/2, а также по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018.

Согласно акту о зачете подписанием данного акта определенные в нем суммы взаимных обязательств считаются погашенными.

В претензии от 20.04.2019 ООО «СИр» потребовало от ООО «Амико» передать оборудование, являющееся предметом купли-продажи, ссылаясь на его полную оплату.

Суд кассационной инстанции, направляя дело на новое рассмотрение в кассационный суд указал, что поскольку действующим законодательством при продаже товара в кредит (статья 488 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условиями договора в настоящем деле не предусмотрена возможность покупателя по суду требовать от продавца исполнения обязательства по передаче товара в натуре в отсутствие исполнения своего встречного обязательства по оплате товара, то общество «СИр» как покупатель имеет право на иск к обществу «Амико» как продавцу о возложении обязанности передать товар в натуре только при условии исполнения им своего встречного обязательства по оплате товара.

Сложившаяся судебная практика по данному вопросу исходит из того, что неисполнение покупателем встречной обязанности по оплате товара исключает для него право требовать поставки неоплаченного товара.

Поскольку ООО «Тройка» самостоятельно реализовало требование к ООО «Курсор», получив решение суда о взыскании 5 400 000 руб. задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в свою пользу, то ООО «Амико» утратило уступленное ему по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 требование по не зависящим от него причинам.

Суды не обосновали, каким образом в отсутствие документов, удостоверяющих уступленное право (требование), ООО «Амико» могло его реализовать до момента обращения общества «Тройка» в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «Курсор» о взыскании задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005- У/2016.

В материалах дела отсутствуют доказательства уведомления ООО «Тройка» и ООО «СИр» должника (ООО «Курсор») о состоявшейся уступке.

Признавая ООО «СИр» добросовестным участником сложившихся правоотношений и отдавая приоритет защите его права на получение товара по договорам купли-продажи, суды не учли, что в результате упомянутых сделок цессии ООО «Амико» передано в качестве оплаты требование к ООО «Курсор», которое впоследствии утрачено в результате действий первоначального цедента (ООО «Тройка»).

В свою очередь на ООО «Амико», утратившее возможность получения исполнения по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018, суды возложили обязанность передать ООО «СИр» дорогостоящее оборудование, стоимость которого согласно оценке сторон, выраженной в договорах купли-продажи, составляет 5 400 тыс. рублей, что свидетельствует о нарушении баланса интересов сторон.

Уступка требования по договору от 01.11.2018 без намерения его реальной передачи может свидетельствовать о заведомо недобросовестном осуществлении ООО «СИр» гражданских прав (злоупотребление правом) и являться основанием для вывода о ничтожности договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018.

В случае ничтожности договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 обязанность ООО «СИр» по оплате оборудования, приобретенного по договорам купли-продажи, не может считаться прекращенной.

Также судом кассационной инстанции дано указание при новом рассмотрении спора оценить действия ФИО6, ООО «Тройка» и ООО «СИр» на предмет наличия признаков злоупотребления правом.

Суд первой инстанции, выполняя указания кассационного суда в решении, правомерно исходил из следующего.

Фактически сложившиеся между сторонами правоотношения регулируются положениями ГК РФ о договоре купли-продажи.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно положениям ст. 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

Количество товара, подлежащего передаче покупателю, предусматривается договором купли-продажи в соответствующих единицах измерения или в денежном выражении. Условие о количестве товара может быть согласовано путем установления в договоре порядка его определения (ст. 465 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором куплипродажи и не вытекает из существа обстоятельства.

Согласно ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием

На основании ст. 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (ст. 307 ГК РФ).

По правилам части 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно положениями ст. 70 АПК РФ, обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

При непредставлении доказательств и неисполнении определений суда лица, участвующие в деле несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий в соответствии со ст. 9 АПК РФ.

Суд первой инстанции верно указал, что противоречит имеющимся в материалах настоящего спора доказательствам довод истца о том, что его обязательство по оплате оборудования по договорам купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и 02.10.2018 № ОС/2 исполнено надлежащим образом.

Согласно пункту 1 статьи 456 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли- продажи.

В случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом (пункт 3 статьи 487 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При отказе продавца передать индивидуально-определенную вещь покупатель вправе предъявить продавцу требования, предусмотренные статьей 398 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2 статьи 463 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании норм статьи 398 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения обязательства передать индивидуально-определенную вещь в собственность, в хозяйственное ведение, в оперативное управление или в возмездное пользование кредитору последний вправе требовать отобрания этой вещи у должника и передачи ее кредитору на предусмотренных обязательством условиях. Это право отпадает, если вещь уже передана третьему лицу, имеющему право собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления. Если вещь еще не передана, преимущество имеет тот из кредиторов, в пользу которого обязательство возникло раньше, а если это невозможно установить, - тот, кто раньше предъявил иск.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает в качестве одного из способов защиты гражданских прав присуждение к исполнению обязанностей в натуре.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О

применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», судам следует учитывать, что в соответствии со статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства. При предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным. Разрешая вопрос о допустимости понуждения должника исполнить обязанность в натуре, суд учитывает не только положения Гражданского кодекса Российской Федерации, иного закона или договора, но и существо соответствующего обязательства.

Из приведенных норм следует, что покупатель имеет право на истребование товара по договору купли-продажи в случае его оплаты, а также при наличии истребуемого товара у продавца.

Однако наличие ни одного из этих двух условий нельзя считать доказанным.

В подтверждение факта оплаты истец ссылается на заключение следующих договоров:

– договор займа от 21.11.2013 № 005, на основании которого ООО «Тройка» (займодавец) был предоставлен заем ОАО «Таганрогский кожевенный завод» (заемщик) в сумме 7 500 000 руб.;

– договор уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016, по которому ООО «Тройка» (цедент) было уступлено ООО «Курсор» (цессионарий) требование к ОАО «Таганрогский кожевенный завод» (должник) о возврате займа на сумму 7 500 000 руб.;

– договор уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1, согласно которому ООО «Тройка» (цедент) уступило ООО «СИр» (цессионарий) требование к ООО «Курсор» (должник) об оплате по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 000 руб.;

– договор уступки прав (требований) от 01.11.2018, по которому ООО «СИр» (цедент) переуступило ООО «Амико» (цессионарий) требование к обществу «Курсор» (должник) об оплате по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 000 руб.

Между тем суд первой инстанции верно указал, что обстоятельства заключения и исполнения данных сделок свидетельствуют о том, что фактически ООО «Амико» встречного удовлетворения по договорам купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и 02.10.2018 № ОС/2 не получило.

Оплата товара по договорам купли-продажи обосновывается произведенным между покупателем – ООО «СИр» и продавцом – ООО «Амико» зачетом встречного требования ООО «СИр» к ООО «Амико» об оплате по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018, по которому ООО «СИр» (цедент) переуступило обществу «Амико» (цессионарий) право требования к обществу «Курсор» (должник) оплаты по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 000 руб.

В свою очередь требование к обществу «Курсор» (должник) об оплате по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в сумме 5 400 тыс. рублей получено обществом «СИр» (цессионарий) от общества «Тройка» (первоначальный цедент) по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1.

Переуступленное в пользу ООО «Амико» требование к ООО «Курсор» (должник) 5 400 тыс. рублей являлось задолженностью ООО «Курсор» перед ООО

«Тройка» по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 за уступленное в пользу ООО «Курсор» требование к обществу «Таганрогский кожевенный завод» (должник) о возврате займа на сумму 7 500 000 руб. по договору займа от 21.11.2013 № 005.

Между тем, несмотря на уступку требования к ООО «Курсор» в пользу ООО «СИр» (цессионарий) по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 и последующую его переуступку ООО «СИр» (цедент) в пользу ООО «Амико» (цессионарий) по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018, ООО «Тройка» (первоначальный цедент) 27.02.2019 обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «Курсор» о взыскании 5 400 тыс. рублей задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016.

То есть договор уступки прав (требований) с обществом «Амико» заключен 01.11.2018, а уже 27.02.2019 (через 4 месяца) ООО «Тройка» самостоятельно предъявило иск в Арбитражный суд г. Москвы к ООО «Курсор».

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 25.02.2020 по делу № А4049986/2019 исковые требования ООО «Тройка» удовлетворены в полном объеме.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 04.02.2021 по делу № А4049986/2019 отказано в удовлетворении заявления ООО «СИр» о процессуальном правопреемстве по тому основанию, что переход в материально- правовых отношениях не состоялся.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что поскольку ООО «Тройка» самостоятельно реализовало требование к ООО «Курсор», получив решение суда о взыскании 5 400 000 руб. задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 в свою пользу, то ООО «Амико» утратило уступленное ему по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 требование по не зависящим от него причинам.

Кроме того, как правильно установил суд первой инстанции, ряд обстоятельств неопровержимо свидетельствует о недобросовестном поведении ООО «СИр» и ФИО6 при заключении договоров купли-продажи оборудования и договоров цессии.

В соответствии с пунктом 2.1.1 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 ООО «СИр» (цедент) обязалось в течение 10 календарных дней с момента заключения договора передать ООО «Амико» (цессионарий) все необходимые документы, удостоверяющие права (требования), указанные в пункте 1.1 договора, в том числе договор уступки права требования от 20.05.2016 № 005- У/2016; платежные поручения, подтверждающие перечисление денежных средств по названному договору; иные имеющиеся документы, относящиеся к исполнению названного договора.

Судом первой инстанции верно установлено, что доказательств исполнения ООО «СИр» обязанности, предусмотренной пунктом 2.1.1 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 в материалы дела не представлено.

Неисполнение данной обязанности подтверждается фактом обращения ООО «Тройка» в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «Курсор» о взыскании задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016, без представления подтверждающих наличие права требования документов в иске было бы отказано.

Между тем в отсутствие документов, удостоверяющих уступленное право (требование), ООО «Амико» не имело возможности его реализовать до момента обращения ООО «Тройка» в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО «Курсор»

о взыскании задолженности по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016.

Пунктом 6.5 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 предусмотрена обязанность цедента (ООО «СИр») в трехдневный срок после подписания договора уведомить должника по договору уступки права требования от 20.05.2016 № 005-У/2016 и всех заинтересованных третьих лиц об уступке своего права (требования).

Суд первой инстанции верно отметил, что аналогичная обязанность ООО «Тройка» предусмотрена пунктом 6.5 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1.

Однако в материалах дела отсутствуют доказательства уведомления ООО «Тройка» и ООО «СИр» должника (ООО «Курсор») о состоявшейся уступке.

В соответствии с пунктом 3.1 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 общество «СИр» (цессионарий) обязалось уплатить обществу «Тройка» (цедент) за уступленное требование 5 400 000 руб. в срок до 31.12.2019.

Согласно пункту 5.3 договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 при неоплате цессионарием стоимости прав (требований), передаваемых по настоящему договору, в сроки, указанные в пункте 1.3 договора, договор считается прекратившим свое действие.

ООО «СИр» не представлено доказательств оплаты обществу «Тройка» 5 400 000 руб. по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1.

При этом ООО «Тройка» последняя бухгалтерская отчетность была сдана за 2017 год, отчетность за 2018 год и позднее отсутствует.

Между тем из вышеприведенных обстоятельств следует, что ООО «СИр», получив от общества «Тройка» требование к обществу «Курсор» по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 в отсутствие какой-либо оплаты, и переуступив его в тот же день обществу «Амико», не понесло никаких финансовых затрат.

В связи с исключением общества «Тройка» из ЕГРЮЛ 30.12.2020 обязательство общества «СИр» по оплате уступленного права по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 прекратилось на основании статьи 419 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В то же время истец требует от ООО «Амико», утратившего возможность получения исполнения по договору уступки прав (требований) от 01.11.2018, передать ООО «СИр» дорогостоящее оборудование, стоимость которого согласно оценке сторон, выраженной в договорах купли-продажи, составляет 5 400 тыс. рублей, что свидетельствует о нарушении баланса интересов сторон.

Судом первой инстанции верно установлено наличие признаков фактической аффилированности между ФИО6 (директор ООО «Амико» на дату заключения договоров купли-продажи и цессии с истцом) и Х.С.ИБ. (руководитель ООО «СИр»), на что указывает следующее.

ООО «Амико» стало известно о существовании договоров купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и от 02.10.2018 № ОС/2, договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 после получения 01.03.2019 от ООО «СИр» почтового отправления (почтовый идентификатор 34400030030447), в котором находились оригиналы указанных документов.

До 01.03.2019 какие-либо сведения о заключении таких договоров у ООО «Амико» отсутствовали. Бывший директор ООО «Амико», подписавшая указанные

договоры, каких-либо документов, свидетельствующих о заключении договоров между ООО «Амико» и ООО «СИр», новому руководителю не передавала.

Как следует из постановления о прекращении уголовного дела от 25.12.2020 № 1-43/2020, печать у бывшего руководителя ООО «Амико» ФИО6 была изъята в процессе следственных действий.

02.11.2018 единственным участником общества «Амико» принято решение об освобождении ФИО6 от занимаемой должности директора. Заявление о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ подано 09.11.2018,запись в ЕГРЮЛ внесена 16.11.2018.

Таким образом, договоры купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и от 02.10.2018 № ОС/2, договор уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акт о зачете взаимных требований от 02.11.2018 подписаны от имени общества «Амико» директором ФИО6 незадолго до освобождения ее от должности директора (02.11.2018).

Как следует из постановления мирового судьи судебного участка № 261 Кущевского района Краснодарского края от 25.12.2020 по делу № 1-43/2020 уголовное дело в отношении подсудимой ФИО6 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 330 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В данном постановлении указано, что на основании решения участника общества «Амико» от 02.11.2018 с указанной даты ФИО6 освобождена от занимаемой должности директора общества «Амико» с назначением на должность директора другого лица. В период с 06.11.2018 по 15.11.2018 у ФИО6, достоверно осведомленной 09.11.2018 о том, что 02.11.2018 она не является директором общества «Амико» и не имеет права распоряжаться имуществом и денежными средствами общества, возник умысел, направленный на самовольное, вопреки установленному законом и иным нормативным правовым актам порядку совершение действий по перечислению денежных средств размере 2 300 тыс. рублей с расчетного счета общества «Амико» на расчетный счет ООО «Индастриал Груп» (ИНН <***>, ОГРН <***>), с использованием средства электронного доступа к расчетному счету. Реализуя указанный умысел, ФИО6 15.11.2018 в неустановленное время, находясь в неустановленном месте, действуя умышленно, осознавая, что с 02.11.2018 она не является директором (единоличным исполнительным органом) ООО «Амико», в связи с чем не имеет права распоряжаться имуществом и денежными средствами общества, в нарушение положений пункта 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, подпункта 2 пункта 2.1 статьи 32, подпункта 4 пункта 2 статьи 33, статьи 39, пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьи 25 устава ООО «Амико», утвержденного решением единственного учредителя от 27.11.2012 № 1, с использованием средства электронного доступа перечислила денежные средства в размере 2 300 тыс. рублей с расчетного счета ООО «Амико» на расчетный счет ООО «Индастриал Груп» с указанием назначения платежа «за вет-блю по договору № 54/8 от 30.10.2018г.», причинив тем самым ООО «Амико» существенный вред в виде лишения общества права на распоряжение денежными средствами для осуществления своей хозяйственной деятельности и исполнения возложенных на него обязательств, невозможности своевременного погашения налоговых платежей и выплаты

заработной платы работникам общества в соответствии с очередностью, предусмотренной статьей 855 Гражданского кодекса Российской Федерации. Действия Самойловой Р.П. органом предварительного расследования квалифицированы по части 1 статьи 330 Уголовного кодекса Российской Федерации – самоуправство, то есть самовольное вопреки установленному законом и иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред.

Согласно содержащимся в ЕГРЮЛ сведениям единственным участником и директором ООО «Индастриал Груп» является ФИО7

При этом ФИО7 является единственным участником и директором общества «СИр».

Таким образом, неправомерные и направленные на причинение ущерба интересам ООО «Амико» действия ФИО6 совершаются в период осведомленности ее об освобождении от должности директора общества «Амико» причем - в пользу ООО «Индастриал Груп», единственным участником и директором которого является ФИО7

06.11.2018 ФИО6 (директором ООО «Амико») выдана доверенность ФИО9 (директору и участнику ООО «СИр») с правом представлять интересы ООО «Амико» во всех организациях и учреждениях в полном объеме, распоряжаться имуществом ООО «Амико».

Как следует из определения Арбитражного суда города Москвы от 28.01.2021 по делу № А40- 49986/19-7-392, в споре по заявлению ООО «КУРСОР» о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения Арбитражного суда г. Москвы от 25.02.2020г. по делу № А40-49986/19-7- 392 (о взыскании денежных средств в размере 5 400 000 руб.), определений Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2020, 26.11.2020, 28.01.2021 по делу № А40-49986/19-7-392 по заявлению ООО «СИр» о процессуальном правопреемстве, интересы ООО «СИр» в данных спорах представлял ФИО8

Как следует из решения Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2020 по делу № А40- 49986/19-7-392 по иску ООО «Тройка» к ООО «Курсор» о взыскании денежных средств в размере 5 400 000 руб., постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2019, определения Арбитражного суда города Москвы от по делу № А40-119143/19 от 18.06.2019 по иску ООО «Курсор» к ООО «Тройка» о признании сделки недействительной, интересы ООО «Тройка» в данных спорах представлял ФИО8, который в период с 09.01.2019 года являлся и участником ООО «Тройка».

То есть по делу № А40-49986/2019 интересы общества «Тройка» при рассмотрении указанного дела по существу и при рассмотрении заявления ООО «СИр» о процессуальном правопреемстве представлял один и тот же представитель – ФИО8 (решение суда от 25.02.2020, определение от 04.02.2021).

При наличии у ООО «Тройка» и ООО «СИр» общего представителя по делу № А40-49986/2019 суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о наличии осведомленности ООО «СИр» о самостоятельном обращении общества «Тройка» в Арбитражный суд города Москвы в рамках упомянутого дела о взыскании задолженности с общества «Курсор».

Итогом согласованных действий ФИО6 и ФИО7 является заключение договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и подписание акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018, экономическим

результатом чего становится возникновение у ООО «СИр» права требования передачи оборудования стоимостью 5 400 000 руб. и получение обществом «Амико» в счет оплаты оборудования утраченного по не зависящим от него обстоятельствам права требования к ООО «Курсор».

Как следует из приложенных к отзыву ответчика копий документов, в период с 06.08.2018 по 26.12.2019 ООО «Амико» заключено 10 государственных контрактов на общую сумму 13,7 млн. руб. с предметом исполнения: «Прочая закупка товаров, работ и услуг (кожа для пошива обуви, кирза универсальная), что подтверждает отсутствие для ООО «Амико» экономической целесообразности отчуждения оборудования для изготовления и обработки кожи по договорам купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и 02.10.2018 № ОС/2.

Таким образом вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что изложенные обстоятельства в своей совокупности подтверждают согласованность действий ФИО6, общества «Тройка» и общества «СИр» и свидетельствуют о том, что при подписании договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1, договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 указанные лица не предполагали реальный переход к ООО «Амико» права требования к ООО «Курсор», что напрямую свидетельствует о наличии в их действиях признаков злоупотребления правом.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

В пункте 7 постановления № 25 указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно сделал вывод о том, что уступка требования по договору от 01.11.2018 без намерения его реальной

передачи свидетельствует о заведомо недобросовестном осуществлении ООО «СИр» гражданских прав (злоупотребление правом) и является основанием для вывода о ничтожности договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018.

В случае же ничтожности договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 обязанность ООО «СИр» по оплате оборудования, приобретенного по договорам купли-продажи, не может считаться прекращенной.

Кроме того, в судебных актах, принятым по иным делам с участием этих же лиц, был сделан аналогичный вывод.

В мотивировочной части постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2021 по делу № А32-8910/2020 (абз. 5 стр. 7) изложен вывод об отсутствии встречного удовлетворения (оплаты) по договорам купли- продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и от 02.11.2018 № ОС/2:

«Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу, что по договорам купли- продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и от 02.11.2018 № ОС/2 общество с ограниченной ответственностью «Амико» (продавец) не получило от общества с ограниченной ответственностью «СИр» встречного удовлетворения (оплаты) за отчуждаемое имущество. Предложенное в качестве встречного удовлетворения цессия права требования таковой считаться не может ввиду отсутствия у ООО «СИр» субъективного материального права, которое могло бы быть передано по указанному договору цессии.»

Далее в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2021 по делу № А32-8910/2020 было указано:

«С учетом того обстоятельства, что покупатель не предоставил продавцу встречного удовлетворения, продавец вправе приостановить исполнение своего обязательства по передаче имущества на основании статьи 328 ГК РФ, пункта 57 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении».

Таким образом, истец не лишен права требовать применения последствий просрочки оплаты по договору купли-продажи (поставки), установленных законом, но не вправе по указанному основанию требовать признания недействительными договоров купли-продажи.»

Указание на наличие определенных последствий неисполнения покупателем обязательства по оплате также подтверждает, что вывод об отсутствии встречного предоставления сделан именно в отношении отсутствия такого предоставления со стороны ООО «СИр» по договорам купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1 и от 02.11.2018 № ОС/2.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.01.2022 по делу № А32- 8910/2020 в удовлетворении кассационной жалобы ООО «СИр» было отказано, суд отметил, что апелляционный суд с учетом оспаривания стороной сделок со ссылкой на их мнимый характер правомерно оценил факт оплаты по указанным сделкам, поскольку это входило в предмет доказывания по рассматриваемому спору и требовалось для констатации их реального характера, а несогласие ООО «СИр» с выводами апелляционного суда, сделанными в мотивировочной части постановления, не основано на обстоятельствах дела и нормах права.

Таким образом, установленные при рассмотрении настоящего дела следующие обстоятельства: заключение договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 № 1 обществом «Тройка» с обществом «СИр» и договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 обществом «СИр» с обществом «Амико» в один день; неисполнение обществом «Тройка» и обществом «СИр» своих обязательств по договорам уступки в части передачи цессионарию документов, удостоверяющих требования к должнику (обществу «Курсор»), и по уведомлению должника о состоявшейся уступке; отсутствие оплаты со стороны общества «СИр» в пользу общества «Тройка» за уступленное требование; подписание обществом «СИр» и обществом «Амико» акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 в последний день исполнения Самойловой Р.П. полномочий директора; подписание Самойловой Р.П. договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 без получения от цедента документов, удостоверяющих уступленное требование, и доказательств уведомления должника о состоявшейся уступке и непринятие Самойловой Р.П. мер к какому-либо взаимодействию с должником; совершение Самойловой Р.П. после освобождения от должности директора общества «Амико» незаконных действий по перечислению денежных средств с расчетного счета общества «Амико» на расчетный счет общества «Индастриал Груп», единственным участником и директором которого является Хмелевской С.И.; наличие связи между обществом «Тройка» и обществом «СИр» через общего представителя Кириченко В.Е.; наличие связи между Самойловой Р.П. и обществом «СИр» через директора и единственного учредителя Хмелевского С.И.; самостоятельная реализация обществом «Тройка» уступленного по спорным договорам права путем обращения в Арбитражный суд г. Москвы без привлечения цессионария к участию в деле; направление обществом «СИр» в адрес общества «Амико» оригиналов договоров купли-продажи от 26.09.2018 № ОС/1, от 02.10.2018 № ОС/2, договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 от общества «СИр» по почте только 18.01.2019 свидетельствуют об отсутствии у общества «Тройка», общества «СИр» и Самойловой Р.П. намерений реально передать обществу «Амико» требование к обществу «Курсор».

На основании изложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводам о том, что уступка требования по договору от 01.11.2018 без намерения его реальной передачи свидетельствуют о заведомо недобросовестном осуществлении обществом «СИр» гражданских прав (злоупотребление правом) и являются основанием для вывода о ничтожности договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018. В случае ничтожности договора уступки прав (требований) от 01.11.2018 и акта о зачете взаимных требований от 02.11.2018 обязанность общества «СИр» по оплате оборудования, приобретенного по договорам купли-продажи, не может считаться прекращенной.

Суд первой инстанции также верно отметил, что сложившаяся судебная практика исходит из того, что неисполнение покупателем встречной обязанности по оплате товара исключает для него право требовать поставки неоплаченного товара.

Исходя из разъяснений о применении норм права, содержащихся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7), право кредитора (покупателя) требовать по суду от продавца (поставщика) исполнения

обязательства по передаче товара в натуре может быть реализовано только с учетом норм права, регулирующих правоотношения купли-продажи (поставки), а также существа обязательств между покупателем и продавцом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – постановление № 54), ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее обязательства другой стороне.

Встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств, вне зависимости от того, предусмотрели ли стороны очередность исполнения своих обязанностей (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, по общему правилу в договоре купли-продажи обязанность продавца передать товар в собственность покупателя и обязанность последнего оплатить товар являются встречными по отношению друг к другу (пункт 57 постановления № 54).

Поскольку действующим законодательством при продаже товара в кредит (статья 488 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условиями договора в настоящем деле не предусмотрена возможность покупателя по суду требовать от продавца исполнения обязательства по передаче товара в натуре в отсутствие исполнения своего встречного обязательства по оплате товара, то ООО «СИр» как покупатель имеет право на иск к ООО «Амико» как продавцу о возложении обязанности передать товар в натуре только при условии исполнения им своего встречного обязательства по оплате товара.

Помимо недоказанности наличия встречного предоставления истцом не доказано, что истребуемое оборудование находится у ответчика.

В подтверждение вывода о нахождении оборудования во владении ООО «Амико» истцом в материалы дела представлено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.04.2022.

Ответчик заявил о фальсификации представленного доказательства, представил доказательства обращения в правоохранительные органы по данному факту, на дату рассмотрения спора результат обращения не представлен.

Представителю истца судом первой инстанции было предложено исключить данное доказательство из числа представленных документов. Представитель истца отказался от его исключения.

В связи с этим суд оценил данное доказательство наряду с иными доказательствами и верно отметил следующее.

Представленное истцом постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.04.2022 никем не подписано: ни лицом, его составившим (уполномоченным дознавателем-участковым уполномоченным полиции ОМВД России по Кущевскому району), ни лицом, его согласовывающим (начальником ОУУП и ПДН ОМВД России по Кущевскому району), ни лицом, его утверждающим (зам. начальника полиции по ООП ОМВД России по Кущевскому району), также в данном документе отсутствует дата его составления.

Таким образом, данный документ не соответствует установленному статьей 68 АПК РФ принципу допустимости доказательств и не может быть принят в качестве такого.

Представленная ответчиком копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.04.2022 обладает всеми вышеуказанными реквизитами, при этом в нем отсутствует какая-либо информация о месте нахождения оборудования на дату его вынесения, на странице 3 постановления указано, что место нахождения оборудования устанавливалось в рамках предыдущей проверки, по итогам которой было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.05.2021, то есть более чем год до вынесения обжалуемого судебного акта.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к вывод, что имеющимися в материалах дела доказательствами подтверждается отсутствие оборудования в распоряжении ответчика на момент вынесения обжалуемых судебных актов.

Кроме того, суд первой инстанции верно отметил, что в соответствии с пунктом 2 статьи 328 ГК РФ в случае непредоставления обязанной стороной исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков.

Согласно пункту 1 ст. 523 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450).

Нарушение договора поставки покупателем предполагается существенным в случае неоднократного нарушения сроков оплаты товаров (п. 3 ст. 523 ГК РФ).

Согласно п.п. 1 и 2 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Как пояснил ответчик, так как стало очевидно, что ООО «СИр» существенно просрочило исполнение обязательств по оплате оборудования и отсутствовали основания полагать, что такое исполнение будет произведено, ООО «Амико» направило в адрес ООО «СИр» уведомление об отказе ООО «Амико» от исполнения обязательств по передаче имущества и расторжении договоров № 26 от 22.10.2021.

С учетом допущенного нарушения обязательств по оплате со стороны ООО «СИр», суд первой инстанции обоснованно сделал вывод о том, что действия ООО «Амико» по отказу от исполнения договора № ОС/1 от 26.09.2018 и договора № ОС/2 от 02.10.2018 являются правомерными, причиной таких действий явилось нарушение обязательств по оплате со стороны ООО «СИр».

Таким образом, суд первой инстанции, выполняя указания суда кассационной инстанции, законно и обоснованно пришел к выводу о том, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Апеллянт в жалобе указывает, что судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства.

Ходатайство мотивированно тем, что в Арбитражном суде города Москвы рассматривается дело № А40-133721/2023 по иску ООО «СИр» к ООО «Амико» и ООО «Югспецкож» о признании недействительным договора купли-продажи оборудования № КП-12/2021 от 30.12.2021, заключенного между ООО «Амико» и ООО «Югспецкож».

Пунктом 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

На основании части 1 статьи 145 Арбитражного процессуального кодекса производство по делу в этом случае приостанавливается до вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

По смыслу изложенных правовых норм рассмотрение дела невозможно, если оно связано с другим делом, находящимся в производстве арбитражного суда, в том числе если обстоятельства, исследуемые в другом деле, либо результат рассмотрения другого дела имеют значение для данного дела, то есть могут повлиять на результат его рассмотрения по существу. Приостанавливая производство по делу, суд должен обосновать невозможность рассмотрения дела, находящегося у него в производстве, до разрешения другого дела.

Такая невозможность означает, что, если производство по делу не будет приостановлено, разрешение дела может привести к незаконности судебного решения, неправильным выводам суда или вынесению противоречащих судебных актов. Кроме того, при принятии определения о приостановлении производства по делу суд должен указать обстоятельства, свидетельствующие о невозможности разбирательства данного дела и принятии по нему решения, а также о необходимости приостановления процессуальных действий.

В рамках дела № А40-133721/2023 рассматривается заявления о недействительности договора купли-продажи оборудования № КП-12/2021 от 30.12.2021, заключенного между ООО «Амико» и ООО «Югспецкож».

В качестве оснований недействительности указывается на то, что ООО «Амико», зная о наличии спора в отношении оборудования, передало его третьему лицу.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что предметом спора по настоящему делу является установление наличия или отсутствия права у ООО «СИр» требовать от ООО «Амико» передачи спорного оборудования, следовательно, оценка действительности договора купли-продажи оборудования № КП-12/2021 от 30.12.2021 по заявленным в деле № А40-133721/2023 основаниям зависит от установленных в деле № А32-48185/2019.

Таким образом, оснований для приостановления производства по делу № А32- 48185/2019 не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в своей совокупности не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, не подтверждены отвечающими требованиям главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами, основаны на ином толковании правовых норм, направлены на переоценку выводов суда первой

инстанции, сделанных при правильном применении норм материального права, и не могут быть признаны основанием к отмене или изменению решения.

С учетом изложенного решение суда является правильным, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, имеющимся в деле доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Исходя из установленных фактов и сделанных выводов, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения.

Расходы по уплате государственной пошлины за обращение с апелляционной жалобой относятся на заявителя жалобы в порядке, установленном статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.08.2023 по делу № А32-48185/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий П.В. Шапкин

Судьи М.Г. Величко

ФИО10