Постановление от 7 декабря 2021 г. по делу № А08-10441/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

Дело № А08-10441/2020
07 декабря 2021 года
город Калуга



Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2021 года.

Постановление в полном объёме изготовлено 07 декабря 2021 года.


Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

Крыжскóй Л.А.,


судей

Власова Е.В.,

ФИО1,


при ведении протокола

судебного заседания:


помощником судьи Шишкиной Д.И.,


при участии в заседании:



от заявителя жалобы:



от иных участвующих в деле лиц:

ФИО2 - представитель общества с ограниченной ответственностью «СпецСтройАльянс», доверенность от 01.12.2021, копия диплома, паспорт;


не явились, извещены надлежаще;



рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Белгородской области кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СпецСтройАльянс» на решение Арбитражного суда Белгородской области от 18.06.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021 по делу № А08-10441/2020,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «СпецСтройАльянс» (далее - ООО «СпецСтройАльянс», истец) обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «АМЗ-Техноген» (далее - ООО «АМЗ-Техноген», ответчик) о взыскании 1 930 500 руб. задолженности по договору № 16/20 от 16.01.2020.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 18.06.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021 решение суда области оставлено без изменений.

Не согласившись с состоявшимися по делу судебными актами, ссылаясь на их незаконность и необоснованность, ООО «СпецСтройАльянс» (далее - заявитель, кассатор) обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Белгородской области от 18.06.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021 отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд области.

В обоснование жалобы заявитель указывает, что договор исполнялся в редакции истца. Полагает выводы суда о том, что действия истца по перебазировке бульдозера на объект ответчика - территорию АО «Стойленский ГОК» свидетельствуют о совершении с его стороны действий по исполнению договора в редакции протокола разногласий ошибочными, так как действия по перебазировке техники совершал именно ответчик, истец выполнял только условия договора перевозки. Считает, что суды обеих инстанций пришли к неправомерному выводу о том, что в рассматриваемом случае представленная в материалы дела переписка посредством мессенджера WhatsApp не является надлежащим доказательством направления ответчиком договора в редакции протокола разногласий, поскольку возможность такой переписки условиями договора не предусмотрена, при этом судом не дана должная оценка полномочиям ФИО3 на отправку юридически значимых сообщений от имени ООО «АМЗ-Техноген».

В судебном заседании суда округа представитель кассатора поддержал доводы кассационной жалобы, просит ее удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Центрального округа приходит к выводу о необходимости отмены состоявшихся по делу судебных актов и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, исходя из следующего.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, 16.01.2020 между ООО «СпецСтройАльянс» (исполнитель) и ООО «АМЗ-Техноген» (заказчик) заключен договор № 16/20, предметом которого является оказание услуг по предоставлению специальной строительной техники, машин, механизмов (далее - договор).

Исходя из условий пунктов 1.5 и 8 подписанного договора, в обоснование исковых требований истец указал, что поскольку режим использования техники составляет не менее одиннадцати часов за одну смену, две смены в сутки, в случае уменьшения фактического количества отработанных за смену часов по инициативе заказчика, последний оплачивает стоимость смен полностью, при стоимости одного часа использования бульдозера 1 950 руб., у ответчика образовалась задолженность по оплате использования спецтехники за период с 28.01.2020 по 12.03.2020 на общую сумму 1 930 500 руб.

Возражая против заявленных требований, ответчик заявил о фальсификации договора № 16/20 от 16.01.2020, представленного в материалы дела истцом. С согласия последнего договор, представленный ООО «СпецСтройАльянс», исключен судом из числа доказательств по делу.

Более того, ответчик указал, что, по его мнению, договор № 16/20 от 16.01.2020 между сторонами заключен с протоколом разногласий, согласно которому пункт 1.5 изложен в иной редакции, а именно: «Исполнитель обязан обеспечить время работы техники - не менее 20 (двадцати) часов в сутки.». Ввиду изложенного, основания для оплаты договора и следовательно удовлетворения требований истца, по мнению ответчика, отсутствуют.

Истец отрицал факт получения протокола разногласий от 22.01.2020 к договору.

Ответчик в подтверждение факта направления истцу протокола разногласий от 22.01.2020 посредством мессенджера WhatsApp в материалы дела представил нотариально заверенные протоколы осмотра от 15.03.2021 и 14.04.2021, согласно которым 22.01.2020 представителем ответчика ФИО3 в адрес генерального директора истца направлен файл «СпецСтройАльянс Договор № 16.20 от 16.01.2020.pdf» на 11 страницах. 15.01.2020, 16.01.2020 генеральным директором истца в адрес представителя ответчика ФИО3 направлены фотографии, а также файл «payment_2.pdf». В свою очередь, представитель ответчика ФИО3 в адрес генерального директора истца направил файл «Отсканированный документ.pdf» на 5 страницах.

Также ответчик представил в материалы дела заключение специалиста ООО «Независимая экспертиза» № 8/231и-21 от 28.04.2021, согласно которому пользователь телефонного устройства, имеющего приложение WhatsApp и осуществляющего посредством этого приложения переписку и пересылку файлов в формате PDF, имеет техническую возможность и может открывать, и просматривать файлы в формате PDF, используя ресурсы: самого телефонного устройства, ресурсы сети Интернет, ресурсы персонального компьютера с установленным программным обеспечением для просмотра/редактирования PDF файлов.

Истцом в материалы дела представлено экспертное заключение ООО ЭУ «Воронежский центр Экспертизы» № 366-21 от 12.05.2021, согласно которому получение сообщения с приложенным документом в системе обмена сообщениями WhatsApp не подтверждает факт загрузки документа в память устройства для возможности его открытия и просмотра. Установить загружался ли документ в память устройства, а также время загрузки и просмотра документа, полученного через систему обмена сообщениями WhatsApp, не представляется возможным без исследования устройств, которые использовались пользователем.

Истец, настаивая на исковых требованиях, указал, что им 11.08.2020 в адрес ответчика направлены акты № 6 от 31.01.2020, № 9 от 29.02.2020, № 10 от 12.03.2020 со счетами-фактурами на общую сумму 1 930 500 руб., однако указанные акты ответчиком не подписаны, стоимость оказанных услуг не оплачена.

Руководствуясь разъяснениями, содержащимися в пункте 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.11.2013 № 18002/12, и принимая во внимание, что ФИО3 является работником ответчика (приказ № 23 от 09.01.2020 о приеме на работу на должность руководителя проектов, трудовой договор № 330 от 30.12.2019, дополнительное соглашение к трудовому договору № 1 от 09.01.2020), суды двух инстанций установили факт направления ответчиком истцу протокола разногласий от 22.01.2020 к договору, и пришли к выводу о том, что договор между сторонами заключен с протоколом разногласий, о чем, по мнению арбитражного суда, также свидетельствует совершение истцом действий по исполнению названного договора в редакции протокола разногласий, в частности, по перебазировке бульдозера на объект производства работ, указанный в пункте 1.7 договора в редакции протокола разногласий, - территорию АО «Стойленский ГОК», что подтверждается представленной истцом в материалы дела транспортной накладной от 27.01.2020.

Разрешая требования по существу, суды обеих инстанций исходили из того, что доказательства, подтверждающие направление в адрес заказчика документов об оказании услуг, в установленный пунктом 2.2 договора срок, в материалы дела не представлены; направление актов за спорный период в августе 2020 года не может быть признано своевременным; истец не представил сменные рапорты, путевые листы, подтверждающие работу техники на объекте ответчика с 28.01.2020 по 12.03.2020; договор в редакции протокола разногласий не содержит обязанности заказчика оплачивать простой техники.

Между тем, суд кассационной инстанции не может согласиться с данными выводами судов первой и апелляционной инстанций, как преждевременными, сделанными при неполном исследовании фактических обстоятельств дела и неправильном применении норм права.

Так, согласно условиям договора исполнитель обязуется оказывать услуги по представлению по заявкам заказчика специальной строительной техники, машин, механизмов, перечень которой указан в разделе 8 настоящего договора, а заказчик обязуется оплачивать оказываемые исполнителем услуги в порядке и сроки, предусмотренные настоящим договором (п. 1.1).

Существенным условием договора является предоставление исполнителем услуг по управлению техникой (услуги оператора/машиниста) (п. 1.2).

По условиям пункта 1.3 договора транспортировка техники до объекта осуществляется за счет заказчика, обратно - за счет исполнителя.

Указанные пункты договора сторонами не оспариваются.

В силу пункта 1.5 договора режим использования техники составляет не менее одиннадцати часов за одну смену, две смены в сутки, в случае уменьшения фактического количества отработанных за смену часов по инициативе заказчика, последний оплачивает стоимость смен полностью.

Согласно тому же пункту 1.5 договора в редакции протокола разногласий исполнитель обязан обеспечить время работы техники - не менее двадцати часов в сутки.

Согласно пункту 2.1 договора заказчик обязуется ежедневно давать задания экипажу техники и контролировать их выполнение; за свой счет и своими силами обеспечить своевременное получение пропусков и разрешений для прохода и проезда на место оказания услуг для экипажа техники; ежедневно подписывать сменные рапорты и /или путевые листы и предоставлять их исполнителю.

В отношении пункта 2.1 договора разногласия у сторон отсутствуют.

Пунктом 2.2 договора в редакции протокола разногласий предусмотрено, что исполнитель обязуется, в том числе, ежедневно оформлять и подписывать уполномоченным представителем исполнителя у представителя заказчика сменные рапорты и/или путевые листы, оформленные по унифицированным формам; ежемесячно в срок не позднее 10 и 25 числа каждого месяца, следующего за отчетным, не чаще чем 2 раза в месяц направлять заказчику акт выполненных работ с указанием общего количества отработанных часов за отчетный период, счет на оплату, счета- фактуры и копии сменных рапортов и/или путевых листов, подписанных представителем заказчика; предоставить первичные учетные документы (в т.ч. ЭСМ-7), путевые листы, акты, счет-фактуру, копию выписки из книги продаж, заявленную в декларацию по НДС.

Судами двух инстанций установлено и сторонами спора не отрицается тот факт, что техника принята ответчиком, ввезена на объект и находилась на объекте с 28.01.2020 по 12.03.2020.

На основании выставленных истцом счетов № 4 от 26.01.2020 и № 5 от 12.03.2020 ответчиком оплачена перебазировка техники, что подтверждается платежными поручениями от 19.03.2020 № 2752 на сумму 30 000 руб. и № 2751 на сумму 30 000 руб., а также актами № 5 от 27.01.2020 и № 7 от 13.03.2020, подписанными обеими сторонами.

Из материалов дела следует, что стороны спора квалифицируют сложившиеся между ними правоотношения по-разному. Так, истец полагает, что между ними заключен смешанный договор, который объединяет в себе элементы договора аренды и возмездного оказания услуг. Ответчик же считает, что для заказчика ценность в эксплуатации спецтехники заключается в том, чтобы исполнитель по договору осуществлял с использованием техники определенную деятельность, согласно заявкам заказчика, а не в аренде этой техники, поэтому в соответствии с договором, по мнению заказчика, техника в пользование и владение ответчику не передавалась. В связи с чем, договор содержит в себе элементы договора подряда и возмездного оказания услуг.

Между тем, как указывалось выше, согласно пунктам 1.1 и 1.2. договора исполнитель обязуется оказывать услуги по представлению по заявкам заказчика специальной строительной техники, машин, а заказчик обязуется оплачивать оказываемые исполнителем услуги в порядке и сроки, предусмотренные настоящим договором; существенным условиям договора является предоставление исполнителем услуг по управлению техникой (услуги оператора/машиниста).

Так, в силу статьи 632 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование и оказывает своими силами услуги по управлению им и по его технической эксплуатации.

По мнению суда округа, определение правовой природы спорных правоотношений является необходимым в рассматриваемом случае в целях верного разрешения спора, в том числе определения обоснованности иска, заключающегося в требовании оплаты простоя техники.

Настаивая на исковых требованиях, ООО «СпецСтройАльянс» указало, что выполнило обязательство по предоставлению специальной строительной техники ответчику; доказательства неисправности техники отсутствуют; техника находилась в распоряжении ответчика с 28.01.2020 по 12.03.2020; в указанный период произошел простой техники по вине ответчика, поскольку последний не обеспечил фронт работы; факт простоя не может в силу пункта 1.5 договора и положений статей 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации освобождать заказчика от оплаты договора.

Возражая против заявленных требований, ответчик указал, что пункт 1.5 договора в редакции протокола разногласий изложен таким образом, что освобождает заказчика от оплаты простоя техники. Так, по мнению последнего, в соответствии с указанным пунктом оплата производится за фактически оказанные услуги при условии предоставления истцом первичных учетных документов. Более того, указал, что поскольку место оказания услуг являлось опасным производственным объектом, к исполнителю по договору, а также используемой им технике предъявлялись дополнительные требования, неисполнение которых не позволяло выполнять работы на объекте.

По мнению суда округа, в части указанных обстоятельств в судебных актах отсутствует четкая квалификация правоотношения, возникшего между сторонами; как следствие, не имеется правового обоснования мотивов непринятия во внимание ссылки истца на положения статей 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также того факта, что в материалах дела отсутствуют доказательства несоответствия техники исполнителя соответствующим требованиям. При этом, как усматривается из материалов дела, 15.01.2020 спорный бульдозер прошел экспертизу промышленной безопасности.

Ответчик в ходе рассмотрения спора не оспорил факт простоя техники. При этом, как указывалось выше, доказательств простоя по вине исполнителя не представил. Напротив, в обоснование собственной позиции сослался на положения статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей последствия невозможности исполнения обязательства, возникшие по вине заказчика.

В обоснование вины исполнителя в простое техники ответчик сослался на тот факт, что акты выполненных работ были получены им только в сентябре 2020 года, спустя 5 месяцев после вывоза техники с объекта, тогда как согласно п. 2.2 договора в редакции протокола разногласий, акты должны выставляться исполнителем ежемесячно в срок не позднее 10 и 25 числа каждого месяца, следующего за отчетным, и направляться заказчику. При этом, истец весь период нахождения техники на объекте не предоставлял ответчику путевые листы/сменные рапорты с отметками о простое, как и не предоставлял своевременно акты на часы простоя. В связи с чем, предоставленные истцом акты, подписанные в одностороннем порядке и направленные ответчику со значительным нарушением сроков, установленных договором, по мнению заказчика, не могут являться надлежащим доказательством вины ответчика и возникновения на стороне ответчика обязанности по оплате простоя.

Суды двух инстанций, отклоняя доводы истца, согласились с ответчиком в том, что доказательства, подтверждающие направление в адрес заказчика необходимых документов, в установленный пунктом 2.2 договора срок, в материалы дела не представлены; направление актов № 6 от 31.01.2020, № 9 от 29.02.2020, № 10 от 12.03.2020 в августе 2020 года не может быть признано своевременным; истец не представил в материалы дела сменные рапорты, путевые листы, подтверждающие работу техники на объекте ответчика с 28.01.2020 по 12.03.2020, и подтвердил факт простоя; положения договора в редакции протокола разногласий обязанности заказчика оплачивать денежные средства за простой техники не предусматривают.

Между тем, суд округа не может согласиться с данными выводами в силу следующего.

Пункту 2.2 договора в редакции протокола разногласий предшествует пункт 2.1 договора, содержание которого не вызывает разногласий у сторон, согласно которому заказчик обязуется ежедневно давать задания экипажу техники и контролировать их выполнение и ежедневно подписывать сменные рапорты и /или путевые листы и предоставлять их исполнителю.

Таким образом, обязанности исполнителя по оформлению сменных рапортов/путевых листов, предусмотренной пунктом 2.2 договора в редакции протокола разногласий, коррелирует обязанность заказчика ежедневно давать задания экипажу техники и контролировать их выполнение (то есть обеспечивать фронт работы) и подписывать сменные рапорты и /или путевые листы и предоставлять их исполнителю.

Между тем, указанный факт правовой оценки со стороны судов двух инстанций не получил.

При этом, арбитражный суд, учитывая признание обеими сторонами спора в рассматриваемом случае факта простоя техники, не исследовал того обстоятельства, какие первичные учетные документы подлежали составлению (в т.ч., необходимы ли были путевые листы).

Суд округа не может признать обоснованной ссылку суда на несвоевременность отправки заказчику актов выполненных работ, поскольку исходя из условий договора факт нарушения сроков отправки не лишает исполнителя, надлежащим образом исполнившего обязательства, получить оплату по договору.

При этом, по мнению суда округа, судами двух инстанций не учтено, что также исходя из условий договора, на исполнителя не возложена обязанность составления актов на часы простоя, а также не определено, что простой оплачивается по иной цене, нежели фактически оказываемые услуги.

Приходя к выводу о том, что договор между сторонами исполнялся в редакции протокола разногласий, суды обеих инстанций исходили из того, что сам истец совершил действия по исполнению названного договора в редакции протокола разногласий, в частности, перебазировал бульдозер на объект производства работ, указанный в пункте 1.7 договора в редакции протокола разногласий, - территорию АО «Стойленский ГОК», что подтверждается представленной истцом в материалы дела транспортной накладной от 27.01.2020.

Возражая против данного обстоятельства, истец указал, что в соответствии с пунктом 1 транспортной накладной от 27.01.2020, грузоотправителем является ответчик; в соответствии с пунктом 2 транспортной накладной грузополучателем является ответчик; согласно пункту 6 транспортной накладной 27.01.2020 сотрудник ответчика (ФИО3) принял бульдозер на объекте истца, расположенном по адресу: Белгородская область, г. Валуйки; согласно пункту 7 транспортной накладной и требованию-накладной № 5 от 27.01.2020 сотрудник ответчика 27.01.2020 сдал груз начальнику участка на объекте ответчика, расположенном по адресу: Белгородская область, г. Старый Оскол; согласно пункту 10 транспортной накладной истец является перевозчиком. Таким образом, техника передана стороне заказчика в городе Валуйки Белгородской области.

В судебном заседании суда округа представитель истца пояснил, что ввиду наличия специальной техники для перебазирования бульдозера у ИП ФИО4, являющегося одновременно директором истца, ответчику были оказаны услуги по перевозке бульдозера за счет последнего.

Из транспортной накладной от 27.01.2020, подтверждающей перебазировку техники, усматривается, что бульдозер доставлен в город Старый Оскол; ссылок на территорию АО «Стойленский ГОК» указанный документ не содержит.

По мнению суда округа, придя к выводу о том, что договор исполнялся в редакции протокола разногласий со ссылкой на доставку техники на территорию АО «Стойленский ГОК», судами двух инстанций необоснованно не дана оценка вышеуказанным возражениям истца, а также иным действиям сторон по фактическому исполнению условий договора.

Так, как указывалось выше, пунктом 1.3 договора предусмотрено, что транспортировка техники до объекта осуществляется за счет заказчика.

Указанный пункт договора не вызвал у сторон разногласий.

Между тем, согласно пункту 3.7 договора в редакции протокола разногласий транспортировку техники к месту оказания услуг и обратно обеспечивает исполнитель за свой счет.

Однако, материалы дела свидетельствуют о том, что перебазирование техники осуществлено за счет заказчика, которому истцом выставлены счета от 26.01.2020 и 12.03.2020 на основании подписанных сторонами актов от 27.01.2020 и 13.03.2020 и они добровольно оплачены заказчиком. Причем, доставка бульдозера как к объекту, так и обратно оплачена заказчиком по платежным поручениям 19.03.2020, то есть, по мнению ответчика, в период действия договора в редакции протокола разногласий.

Таким образом, вывод суда о том, что договор исполнялся в редакции протокола разногласий не может быть признан судом округа достаточно мотивированным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Ввиду изложенного, учитывая конкретные обстоятельства настоящего спора, окружная коллегия не может признать решение суда области и апелляционное постановление отвечающими признакам законности и обоснованности.

Суд округа считает необходимым отменить обжалуемые судебные акты в полном объеме с направлением дела на новое рассмотрение в суд области, при котором арбитражному суду следует учесть изложенное в настоящем постановлении, и разрешить спор в соответствии с подлежащими применению нормами процессуального и материального права, установив обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения данного спора, и оценить представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ.

Руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 287, ч. 1 - ч. 3 ст. 288, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Белгородской области от 18.06.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021 по делу № А08-10441/2020 отменить. Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Белгородской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок со дня вынесения в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Л.А. Крыжскáя



Судьи Е.В. Власов



ФИО1