Решение от 23 октября 2020 г. по делу № А02-158/2020

Арбитражный суд Республики Алтай

649000, г. Горно-Алтайск, ул. Ленкина, 4. Тел. (388-22) 4-77-10 (факс)

http://www.my.arbitr.ru/ http://www.altai.arbitr.ru/

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А02-158/2020
23 октября 2020 года
город Горно-Алтайск


Резолютивная часть решения объявлена 22 октября 2020 года.

Арбитражный суд Республики Алтай в лице судьи Гутковича Е. М., при ведении протокола секретарем судебного заседания Лыковой Н.В., рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя Пупыева Евгения Борисовича (ОГРН 314041104100014, ИНН 222109442665, ул. Энергетиков, д. 19А, с. Майма, р-н Майминский) к обществу с ограниченной ответственностью "Гармония здоровья" (ОГРН 1090411003583, ИНН 0411146165, ул. Ч.Гуркина, 11/1 г.Горно-Алтайск) о признании факта установления арендной платы по договору №1\19 от 01.02.2019 в размере 870 000 руб. в месяц и договора аренды действующим до 31.01.2020; взыскании арендной платы в размере 870 000 руб. за июнь 2019 года.

В судебном заседании участвуют представители: от истца – ФИО3 по доверенности от 08.02.2020 (копи диплома в деле), ФИО4 по доверенности от 07.10.2020 (копия диплома в деле); от ответчика – ФИО5 по доверенности от 05.06.2020 (копия диплома в деле).

Суд установил:

10.02.2020 предприниматель ФИО2 (арендодатель) обратился в суд с иском о взыскании арендной платы в размере 870 000 руб. за июнь 2019 года и обязании общества с ограниченной ответственностью "Гармония здоровья" (далее – арендатор) возвратить медицинское оборудование в количестве 33 наименований в связи с расторжением договора аренды.

В заявлении указано, что ФИО2, находясь с Обществом в трудовых отношениях в качестве лечащего врача, передал в 2018 году во временное пользование Обществу медицинское оборудование в количестве 16 наименований. Позднее 01.02.2019 стороны заключили договор аренды медицинского оборудования № 1/19, во исполнение которого предприниматель дополнительно передал Обществу медицинское оборудование в количестве 33 наименований.

15.11.2019 трудовые отношения ФИО2 с Обществом были прекращены на недружественных началах, доступ истца в помещения ответчика по адресу: <...> был ограничен, в связи с чем истец претензией от 19.12.2019 предложил ответчику расторгнуть договор и возвратить принадлежащее ему имущество.

Ответчик письмом (получено 15.11.2020) дал согласие на прекращение договора и представил проект акта возврата оборудования в количестве 28 наименований.

Поскольку экземпляр договора аренды у истца не сохранился, ответчик недобросовестно сократил перечень фактически полученного имущества поэтому истец обратился в суд с иском об истребовании переданного имущества, по которому судом возбуждено производство по делу №А02-193/2020.

Исковые требования обоснованы положениями статей 619, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации. По заявлению истца ему была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины в размере 26 400 руб.

Определением от 11.02.2020 суд частично удовлетворил заявление истца о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на часть истребуемого имущества в количестве в количестве 28 наименований, перечисленных в проекте акта о возврате оборудования от 30.12.2019, указав, что в отношении дополнительно заявленного оборудования истец не представил доказательств передачи этого оборудования ответчику.

По исполнительному листу суда от 11.02.2020 судебным приставом исполнителем ФИО6 наложен арест на медицинское оборудование в количестве 28 наименований, находящихся по адресу: <...>, которое оставлено на ответственном хранении главного врача ООО «Гармония здоровья» ФИО7

По заявлению ответчика от 17.02.2020 суд определением от 25.02.2020 отменил обеспечительные меры, указав, что ответчиком были представлены доказательства перечисления истцу арендной платы в соответствии с договором в размере 3 480 000 руб., истцу направлено соглашение о расторжении договора аренды и акт возврата арендованного оборудования в количестве 29 наименований.

Ответчик отзывом от 11.03.2020 считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, указав на следующие обстоятельства:

в соответствии с пунктом 3.1 договора арендная плата перечислена истцу платежными поручениями № 261 от 10.04.2019 в размере 1 000 000 руб., № 293 от 24.04.2019 в размере 2 100 000 руб. и № 448 от 21.06.2019 в размере 380 000 руб.;

30.12.2019 истцу направлено соглашение о расторжении договора с актом о возврате арендованного имущества, которые истцом не подписаны;

в связи с тем, что арендодатель не указал срок и место возврата оборудования, ему 13.02.2020 была направлена телеграмма с предложением о вывозе возвращаемого оборудования, которое находится в палате пробуждения круглосуточного стационара и согласно приказу от 30.12.2019 № 22 использование оборудования запрещено.

Ответчик считает действия истца недобросовестными и в силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежащими удовлетворению.

Определением от 27.03.2020 суд в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принял к совместному рассмотрению встречное исковое заявление арендатора от 16.03.2020 об обязании истца принять медицинское оборудование 29 наименований по акту приема передачи от 13.03.2020.

В связи с Указом Президента Российской Федерации от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» и принятием совместного постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Совета судей Российской Федерации № 821 от 08.04.2020 судебное разбирательство было перенесено на более позднюю дату.

В судебном заседании 01.06.2020 суд в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принял к рассмотрению уточнение иска, согласно которому истец в связи с уточнением требований по делу № А02-193/2020 отказался по настоящему иску об истребовании медицинского оборудования в составе 29 наименований, перечисленных в акте возврата от 13.03.2020; а перечень истребуемого имущества дополнил следующим: кабель для подключения биполярных зажимов «Термошов» ЕН 333 - 1 шт.; Нетбук Lenovo 110-1 SIBR - 1 шт.; Зажим ЕМ 323 для легирования крупных сосудов - 1 шт.; Облучатель рецеркулятор СН 111-115 - 1 шт.

Суд отказал ответчику в принятии к рассмотрению уточненных встречных исковых требований о взыскании с арендодателя убытков, возникших при хранении имущества с момента расторжения договора аренды (30.12.2019) по день возврата оборудования 20.03.2020 в сумме 2 983 514,85 руб., поскольку статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцу не предоставлено право на одновременное изменение предмета и оснований иска.

В судебном заседании 16.06.2020 суд в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принял к рассмотрению уточнение иска, котором истец просит взыскать с ответчика стоимость утраченного имущества, ранее принятого в рамках договора аренды от 01.02.2019 г. № 1\19 в размере 57 840 руб., из которых: облучатель рецеркулятор СН 111-115-1 шт. - стоимость 4 950 руб. согласно счет-фактуре № 693 от 30.05.2017; зажим ЕМ 323 для легирования крупных сосудов - 1 шт. - стоимость 44 000 руб. согласно договору купли-продажи №8057214)02272 от 28.05.2018; кабель для подключения биполярных зажимов «Термошов» ЕН 333 - 1 шт. - стоимость 8 890 руб. согласно договору купли-продажи №805721\002272 от 28.05.2018. Кроме этого истец просит признать наличие договорных отношений по аренде в части установления ежемесячной арендной платы в размере 870 000 руб. и взыскать с ответчика задолженность по договору аренды оборудования от 01.02.2019 № 1\19 за июнь 2019 года в размере 870 000 руб.

В судебном заседании 03.07.2020 суд принял частичный отказ от иска в части взыскания стоимости зажима ЕМ 323 и кабеля для подключения биполярных зажимов «Термошов» ЕН 333, которые возвращены ответчиком 16.06.2020, а также заявление ответчика об отказе от встречного иска. По ходатайству истца в качестве свидетеля был допрошен юрист ООО «Гармония здоровья» ФИО8, который дал пояснения по обстоятельствам заключения договора аренды.

В судебном заседании 09.07.2020 представитель истца, предупрежденный об уголовной ответственности за клевету и заведомо ложный донос, заявил о фальсификации доказательств: договора аренды медицинского оборудования № 1\19 от 01.02.2019 и акта приема-передачи медицинского оборудования от 01.02.2019.

Представитель ответчика, предупрежденный об уголовной ответственности за фальсификацию судебных доказательств, отказался исключить оспариваемые документы из числа доказательств по делу.

На основании статей 82, 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом по заявлению истца была назначена техническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту автономной некоммерческой организации «Институт экспертных исследований» (630003, <...>) ФИО9 для ответа на вопросы: Была ли произведена замена первого листа договора аренды медицинского оборудования № 1\19 от 01.02.2019 заключенного между ИП ФИО2 и ООО «Гармония Здоровья» и замена первого листа акта приема передачи медицинского оборудования от 01.02.2019? Если была произведена замена, то определить в какой период времени выполнен лист № 1 договора аренды и акта приема передачи?

Согласно заключению эксперта № 108/20 от 02.09.2020 в договоре аренды медицинского оборудования № 1\19 от 01.02.2019 и в акте приема передачи от 01.02.2019 была произведена замена первых листов документов. Установить, в какой период выполнены листы № 1 договора аренды и акта приема передачи оборудования не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения эксперта.

Согласно расчету стоимости производства экспертизы услуги автономной некоммерческой организации «Институт экспертных исследований» оценены в размере 83 000 руб.

В судебном заседании 24 сентября суд принял к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнение предмета иска, согласно которому в окончательном варианте заявлено требование о признании договора № 1\19 действующим до 31.01.2020; о признании установленным факта согласования арендной платы из расчета 870 000 руб. в месяц; о взыскании долга по арендной плате за июнь 2019 года в размере 870 000 руб. От требования о возврате арендованного имущества истец отказался в связи с его получением от ответчика после предъявления иска.

ФИО2 в судебном заседании пояснил, что в 2017 году имел устную договоренность с учредителем ООО «Гармония здоровья» ФИО7 о совместной деятельности по оказанию платных медицинских услуг и в качестве вклада в совместную деятельность передал в пользование Общества находящееся в его личной собственности медицинское оборудование и инвентарь, а также в 2018 году приобретал за свой счет дополнительное оборудование, которое было установлено в арендованных Обществом помещениях по адресу: <...>.

Одновременно истец по совместительству исполнял обязанности главного врача медицинской организации «Гармония здоровья». В связи с тем, что ФИО7 уклонялся от принятия ФИО10 в состав участников Общества на паритетной основе, истец в январе 2019 года потребовал заключения договора аренды части медицинского оборудования. При согласовании договора аренды перечень арендуемого имущества неоднократно менялся, но размер ежемесячной арендной платы 870 000 руб. оставался неизменным. После подписания истцом договора и акта приема передачи оборудования, вторые экземпляры ему не были возвращены.

Директор ООО «Гармония здоровья» ФИО11 подтвердила факт осуществления в 2017 – 2019 годах совместной с истцом деятельности по оказанию платных медицинских услуг, при которой использовалось медицинское оборудование, в том числе принадлежащее истцу. Было также подтверждено, что в процессе переговоров условия договора и перечень арендованного имущества изменялись, в том числе в соответствии с требованиями ТФОМС по включению в состав затрат медицинской организации только того оборудования которое могло быть использовано при оказании услуг, предусмотренных Программой медицинского страхования. В связи с этим из перечня арендованного оборудования были исключены томограф и аппарат УЗИ. При этом ответчик отрицает наличие договоренности по размеру арендной платы из расчета 870 000 руб. в месяц за весь период действия договора, указывая, что с учетом стоимости всего используемого медицинского оборудования, принадлежащего истцу, плата за весь период использования была определена в размере 3 480 000 руб.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2020 по делу № А02-193/2020 (резолютивная часть от 24.09.2020) решение суда от 10.07.2020 о частичном удовлетворении иска, исходя из фактических отношений по совместной деятельности сторон в целях оказания платных медицинских услуг, было отменено. Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что никаких надлежащих доказательств достижения сторонами соглашения о совместной деятельности в виде простого товарищества истцом не было представлено. Более того, истцом не представлено доказательств передачи ответчику в качестве вклада или в иной форме имущества, которое истец просит истребовать в порядке статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации. При таких обстоятельствах, квалификация судом первой инстанции отношений сторон как простого товарищества не основана на представленных в материалы дела доказательствах. Кроме того, из содержания искового заявления и действительной воли истца, установленной, в том числе, в суде апелляционной инстанции, следует, что истцом заявлены требования подлежащие квалификации именно в качестве виндикационного иска.

В судебном заседании 12 октября представители истца настаивают на удовлетворении уточненных исковых требований, а представитель ответчика считает эти требования не подлежащими удовлетворению по выше изложенным возражениям.

В процессе исследования доказательств представителем истца было заявлено и судом удовлетворено ходатайство об объявлении перерыва в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

После перерыва представителем истца было заявлено ходатайство о назначении оценочной экспертизы для ответа на вопросы: соответствует ли сумма арендной платы в размере 870 000 руб. в месяц рыночной стоимости аренды переданного ответчику имущества с учетом коммерческой прибыли истца, износа переданного в аренду оборудования и общедоступности на рынке аренды медицинского оборудования? Если сумма не соответствует, то определить рыночную стоимость арендной платы в месяц за аппарат ультразвуковой диагностики и компьютерный томограф, с учетом коммерческой прибыли истца, износа переданного в аренду оборудования и общедоступности на рынке аренды медицинского оборудования в условиях исполнения договора по ценам 2019 года. В качестве экспертной организации предложено НП «Палата судебных экспертов Сибири», на депозитный счет суда перечислено 30 000 руб.

С учетом предмета иска, возражений ответчика и преюдиции по решению Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А02-193/2020, судом был отклонен второй вопрос, истцу разъяснено право заявить ходатайство о проведении оценочной экспертизы только по перечню медицинского оборудования общей стоимостью 771 896,60 руб., переданного в аренду 01.02.2019. В связи с чем истцом было заявлено ходатайство об отложении рассмотрения дела для уточнения правовой позиции по иску.

В судебном заседании 22 октября представителями истца заявлено дополнительное требование о признании факта включения в перечень переданного в аренду имущества аппарата УЗИ и компьютерного томографа, настаивают на назначении оценочной экспертизы для определения рыночной стоимости аренды медицинского оборудования, находящегося в пользовании ответчика.

Представитель ответчика, возражая против принятия к рассмотрению дополнительного требования, указал, что в силу части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцу такое право не предоставлено.

В силу части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" разъяснено, что изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику. Одновременное изменение предмета и основания иска не допускается.

Первоначально истцом не было заявлено требование об установлении состава (наименования и количества) переданного в аренду медицинского оборудования, доказательств передачи аппарата УЗИ и компьютерного томографа именно в аренду Обществу истец не представил.

Исходя из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении от 11.05.2010 N 161/10, отказ судом первой инстанции в уточнении искового требования, не влечет за собой отказа в предоставлении истцу судебной защиты, так как он вправе обратиться в суд с новым иском.

Учитывая изложенное, суд отказал истцу в принятии к рассмотрению дополнительных требований.

Суд, признав отсутствие перспективы назначения оценочной экспертизы для определения рыночной стоимости аренды медицинского оборудования, перечисленного в акте ввода оборудования в эксплуатацию от 01.02.2019 на общую сумму 771 896,60 руб., в целях установления факта согласования сторонами ежемесячной арендной платы в размере 870 000 руб. за весь период действия договора, отказал истцу в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы.

Рассмотрев материалы дела, выслушав представителей сторон, суд считает иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно пункту 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Оригинал договора № 1\19, представленный ответчиком, представляет собой несшитые листы с печатями и подписями от имени сторон только на второй странице в разделе реквизитов сторон. Как следует из заключения эксперта, первый лист договора, содержащий условия о стоимости аренды и порядка внесения арендных платежей был исполнен на листе бумаги, имеющем существенные отличия от бумаги второго листа и отпечатан на другом принтере.

Истец, указавший об утрате своего экземпляра договора, настаивает на том, что в феврале 2019 года стороны достигли соглашения о ежемесячном внесении арендных платежей из расчета 870 000 руб. с учетом стоимости медицинского оборудования, в том числе не включенного в акты приема-передачи и в акт о вводе оборудования в эксплуатацию от 01.02.2019, а также без ограничения стоимости аренды (3 480 000 руб.) за весь период действия договора.

По общему правилу, установленному статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой названной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно пункту 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - Постановление № 49) при толковании условий договора суд с учетом особенностей конкретного договора вправе применить как приемы толкования, прямо установленные статьей 431 ГК РФ, иным правовым актом, вытекающие из обычаев или деловой практики, так и иные подходы к толкованию. В решении суд указывает основания, по которым в связи с обстоятельствами рассматриваемого дела приоритет был отдан соответствующим приемам толкования условий договора.

Требование истца об установлении факта заключения договора аренды на условиях ежемесячной оплаты за аренду медицинского оборудования в размере 870 000 руб. за весь период действия договора от 01.02.2019 по 31.12.2019 или 9 570 000 руб. обосновано тем, что договором аренды была оформлена передача в пользование ответчика только части оборудования, а арендная плата установлена за все оборудование, в том числе за аппарат ультразвуковой диагностики, компьютерный томограф, а также за оборудование, которое являлось предметом иска об истребовании из чужого незаконного владения по делу № А02-193/2020.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные в постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2020 по делу № А02-193/2020, имеют преюдициальное значение.

Апелляционным судом установлено, что истец не доказал факт передачи медицинского оборудования ответчику в процессе совместной деятельности. Довод истца о том, что место поставки оборудования совпадает с местом предпринимательской деятельности истца и ответчика в качестве доказательства факта незаконного нахождения исстребуемого оборудования у ответчика, признан судом ошибочным.

Истец на основании заключения экспертизы оспаривает условие, изложенное в пункте 3.1 договора аренды № 1/19 от 01.02.2019 (на 1 замененном листе), в части установления общей цены аренды в размере 3 480 000 руб., а также общий состав (наименование и количество) медицинского оборудования, которое не принадлежало ответчику, но использовалось им при оказании платных медицинских услуг, указывая, что данное имущество фактически было им передано в аренду обществу.

Ответчик не оспаривает, что в 2019 году владел и пользовался медицинским оборудованием, предоставленным истцом, но настаивает на том, что общий состав оборудования, указанный на 1 листе акта приема передачи, и общий размер годовой арендной платы, указанный на 1 листе договора аренды, были согласованы, а замена этих листов в процессе переговоров между ФИО2 и ФИО7, что подтверждается показаниями свидетеля.

О замене первого листа договора аренды, в том числе в процессе переговоров по существенным условиям договора, свидетельствует также указание в пункте 3 акта ввода оборудования в эксплуатацию даты составления спецификации №1 от 09.01.2019 к договору аренды оборудования от 09 января 2019 года, при этом, в самой спецификации указано, что она является приложением № 1 к договору от 01.02.2019.

При недостижении сторонами существенных условий договора (наименование и количество движимого имущества, переданного в аренду) договор по общему правилу, установленному в статьях 420, 606 Гражданского кодекса Российской Федерации считается не заключенным.

Однако из материалов дела следует, что договор аренды в период срока его действия, указанного в договоре как с 01.02.2019, до письма ответчика от 30.12.2019 на заявление истца от 12.12.2019 исполнялся, как истцом, так и ответчиком. Истец не оспаривает, что получил от ответчика арендную плату в размере 3 480 000 руб., а ответчик не оспаривает, что оборудование, как перечисленное в акте приема передачи от 01.02.2019, так и не принятое в эксплуатацию по договору аренды и находящееся в арендованных помещениях по адресу: <...>, фактически использовалось для оказания платных медицинских услуг как истцом, так и ответчиком.

Из акта ввода медицинского оборудования в эксплуатацию от 01.02.2019 (приложение № 3 к договору) следует, что истец передал ответчику в аренду оборудование в количестве 29 наименований. Состав и стоимость переданного в эксплуатацию оборудования, указанного в акте, истцом не оспаривается.

Согласно разъяснению в пункте 3 Постановления № 49 несоблюдение требований к форме договора (согласно заключению экспертизы письменная форма договора была нарушена) не свидетельствует о том, что договор не был заключен. В этом случае последствия несоблюдения формы договора определяются в соответствии со специальными правилами о последствиях несоблюдения формы отдельных видов договоров, а при их отсутствии - общими правилами о последствиях несоблюдения формы договора и формы сделки (статья 162, пункт 3 статьи 163, статьи 165 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 609 ГК РФ договор аренды движимого имущества на срок более года, а если хотя бы одной из сторон договора является юридическое лицо, независимо от срока, должен быть заключен в письменной форме, при несоблюдении которой стороны не вправе ссылаться на свидетельские показания в подтверждение договора и его условий (пункт 1 статьи 162 ГК РФ).

Договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса).

Истец не заявлял требования о проведении экспертизы акта ввода оборудования в эксплуатацию от 01.02.2019, который также содержит перечень из 29 наименований оборудования, перечисленных в акте приема передачи от 01.02.2019, при этом оборудование за порядковыми номерами 28 и 29 в акте приема передачи удостоверено подписями сторон и заверено их печатями, аналогично в акте ввода оборудования в эксплуатацию позиции с 23 по 29.

Таким образом, суд считает установленным, что юридически договором аренды была оформлена передача 29 наименований медицинского оборудования общей стоимостью 771 896,60 руб., при этом как размер ежемесячного платежа, так и общая стоимость аренды были определены сторонами с учетом стоимости оборудования как переданного в аренду, так и используемого ответчиком на иных правовых основаниях.

Требуя признания в судебном порядке факта согласования ежемесячного арендного платежа за весь период действия договора в размере 870 000 руб., истец не представил относимых и допустимых доказательств того, что воля сторон на момент заключения договора была направлена на получение арендодателем годового вознаграждения в размере 9 570 000 руб.

Согласно пункту 3 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена исходя из условий договора, исполнение договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные и недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Презумпция добросовестности субъектов гражданских правоотношений также предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности этих действий.

Поскольку предметом иска является установление размера именно арендной платы, а не платы за иное использование медицинского оборудования, суд считает требования истца:

об установлении факта согласования ежемесячного арендного платежа за весь период действия договора в размере 870 000 руб., при общей стоимости переданного в аренду оборудования на сумму 771 896,60 руб.;

и о взыскании арендной платы за июнь 2019 года в размере 870 000 руб. при условии получения в апреле – июне 2019 года платы в размере 3 480 000 руб.,

только на том основании, что он не получил от ответчика свой экземпляр договора в подтверждение договоренности о фактах, которые он просит установить уточненным иском, не отвечают принципам разумности и добросовестности, поэтому иск удовлетворению не подлежит.

Кроме этого в силу преюдициальности выводов, к которым пришел Седьмой арбитражный апелляционный суд при рассмотрении жалобы ООО «Гармония здоровья» по делу № А02-193/2020, суд по настоящему делу не может оценить произведенные ответчиком платежи, как частичное вознаграждение истцу по результатам совместного оказания сторонами платных медицинских услуг под брендом «Гармония здоровья» либо как плату за использование медицинского оборудования, в отношении которого истцом заявлялось требование о его возврате в порядке статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Как следует из материалов дела, именно истец уклонялся от принятия оборудования по акту о возврате оборудования от 30.12.2019 в связи с расторжением договора аренды, поэтому его требование о признании договора аренды действующим до 31.01.2020 противоречит его волеизъявлению от 19.12.2019 о расторжении договора и возврате имущества и связано с увеличением периода, за который может быть начислена арендная плата.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Механизм определения выигравшей стороны строится на основе выводов суда о правомерности или неправомерности заявленного требования в итоговом судебном акте.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (статья 101 АПК РФ).

С учетом уточнения исковых требований в окончательном варианте истцом было заявлено одно неимущественное требование об установлении содержания договора аренды и одно имущественное требование о взыскании арендной платы в размере 870 000 руб. за июнь 2019 года, поэтому на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации подлежало зачислению в бюджет 26 400 руб.

Определением от 11.02.2020 истцу была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины в бюджет. В связи с отказом в удовлетворении иска, госпошлина в размере 26 400 руб. подлежит взысканию с истца.

08.02.2020 истцом была уплачена госпошлина в размере 3 000 руб. по заявлению об обеспечении иска. Суд определением от 11.02.2020 частично удовлетворил заявление, наложив арест на медицинское оборудование 28 наименований, из перечисленных в акте приема передачи от 01.02.2019. Определением от 25.02.2020 суд по заявлению ответчика отменил обеспечительные меры.

Ответчик 16.03.2020 предъявил встречный иск об обязании истца принять медицинское оборудование в связи с прекращением договора аренды, уплатив госпошлину в размере 6 000 руб. В связи с отказом ответчика от встречного иска, который был принят судом 03.07.2020, в соответствии со статьей 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации 70% уплаченной госпошлины подлежит возврату ответчику из федерального бюджета, а производство по заявленному встречному иску прекращению в порядке пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По заявлению истца от 09.07.2020 о фальсификации доказательств определением суда от 09.07.2020 судом была назначена экспертиза, истцом на депозитный счет суда перечислено 68 000 руб. За проведенную экспертизу с депозитного счета суда перечислено ООО «Институт экспертных исследований» 68 000 руб.

Несмотря на то, что заключением экспертизы была подтверждена замена первых листов договора аренды и акта приема передачи от 01.02.2019, заключение эксперта не повлияло на результат рассмотрения дела, поэтому суд не усматривает оснований для возмещения расходов на экспертизу за счет ответчика.

Истец 16.10.2020 обратился в суд с заявлением о назначении оценочной экспертизы, перечислив на депозитный счет суда 30 000 руб. Поскольку суд отказал в удовлетворении заявления о назначении экспертизы, 30 000 руб. подлежат возврату истцу с депозитного счета суда.

Руководствуясь статьями 110, 150, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

1. В удовлетворении иска отказать.

2. Взыскать с предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>, ул. Энергетиков, д. 19А, с. Майма) в доход федерального бюджета госпошлину в размере 26 400 (двадцать шесть тысяч четыреста) рублей.

3. Прекратить производство по встречному иску.

4. Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Гармония здоровья» (ОГРН <***>, ИНН <***>, ул. Ч.Гуркина, д. 11/1, г. Горно-Алтайск) из федерального бюджета госпошлину в размере 4 200 (четыре тысячи двести) рублей.

5. Возвратить предпринимателю ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>, ул. Энергетиков, д. 19А, с. Майма) с депозитного счета Арбитражного суда Республики Алтай 30 000 (тридцать тысяч) рублей, уплаченных по чек-ордеру от 15.10.2020.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) путем подачи жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай.

Судья

Е.М. Гуткович