Постановление от 11 марта 2019 г. по делу № А41-239/2015

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-239/15
12 марта 2019 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 12 марта 2019 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Катькиной Н.Н., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Альбион» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 23 ноября 2018 года по делу № А41-239/15, принятое судьей Гилязовой Э.Ф., по заявлению конкурсного управляющего должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Альбион»,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Альбион» ФИО2 - представитель не явился, извещен;

ФИО3 - лично, представлен паспорт;

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 17.06.2015 по делу №А41-239/15 ООО «Альбион» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Сообщение о введении процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» №112 от 27.06.2015.

Конкурсный управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 142 000 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 ноября 2018 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий должника обратился с апелляционной жалобой в Десятый арбитражный апелляционный суд.

В судебном заседании представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил определение суда оставить без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 – 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителя конкурсного управляющего должника, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29 июля 2017 года №266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно п. 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица только при наличии определенных Законом обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

В силу п.3 ст.61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий должника ссылается на то обстоятельство, что ФИО3, осуществляя обязанности единоличного исполнительного органа должника ООО «Альбион» в период с 17.06.2014 по 01.11.2014, совершил от имени должника 4 платежа на общую сумму 1 142 000 руб., а именно:

- 01.09.2014 платеж на сумму 230 000 руб. в пользу ООО «Элиада» в счет взаиморасчетов с ЗАО «Велотайм» по договору аренды нежилого помещения № 3- А от 19.06.2014 и по договору аренды № 4/13 от 25.11.2013;

- 25.09.2014 платеж на сумму 380 000 руб. в пользу ООО «Элиада» в счет взаиморасчетов с ЗАО «Велотайм» по договору аренды нежилого помещения № 3- А от 19.06.2014 и по договору займа 1з/13 от 15.05.2013 (оплата процентов);

- 03.10.2014 платеж на сумму 42 000 руб. в пользу ООО «Джуффин Плаза» в счет взаиморасчетов с ЗАО «Велотайм» по договору аренды нежилого помещения № 3-А от 19.06.2014 и по договору займа 2з/13 от 15.05.2013 (оплата процентов);

- 15.10.2014 платеж на сумму 490 000 руб. в пользу ООО «Элиада» в счет взаиморасчетов с ЗАО «Велотайм» по договору аренды нежилого помещения № 3- А от 19.06.2014 и по договору займа 1з/13 от 15.05.2013.

Определением Арбитражного суда Московской области от 18.05.2018 по делу № А41-239/15 платежи, совершенные АО «Велотайм» в пользу ООО «Элиада» - на сумму 4 929 164,90 руб., признаны недействительными сделками; применены последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ООО «Элиада» в пользу ООО «Альбион» денежных средств в размере 4 929 164,90 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 18.05.2018 по делу № А41-239/15 платежи, совершенные АО «Велотайм» в пользу ООО «Джуффин Плаза», на сумму 547 000 руб. признаны недействительными; применены последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ООО «Джуффин Плаза» в пользу ООО «Альбион» денежных средств в сумме 547 000 руб.

Конкурсный управляющий должник полагает, что вышеуказанные сделки привели к причинению существенного вреда имущественным правам кредиторов, в результате одобрения бывшим руководителем должника сделок по перечислению денежных средств, в последующем признанных недействительными.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Вместе с тем существенная убыточность сделки является оценочной категорией, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи определяет, является ли убыточность существенной с учетом представленных доказательств.

Для привлечения бывшего руководителя должника к гражданско- правовой ответственности за доведение должника до банкротства не требуется наличие у него прямого умысла именно на это, достаточно доказанности факта совершения им как руководителем должника виновных неправомерных действий от имени должника, которые привели к несостоятельности должника.

В нарушение статьи 65 АПК РФ, конкурсным управляющим не доказан и не обоснован вывод о том, что действиями ответчика причинен существенный вред кредиторам, а также не указывается, в чем состоит существенный вред и какими действиями ответчика причинен этот вред.

Как установлено апелляционным судом, до назначения на должность генерального директора ответчика уже существовала задолженность должника перед уполномоченным органом по уплате налогов, недоимки и пени, возникшая с 2009 года. За период осуществления ответчиком функций единоличного исполнительного органа размер существовавшей задолженности не изменился (не увеличился) и его действия не привели к увеличению долговой нагрузки на должника.

Также, должником в 2013 году (до назначения ответчика на должность генерального директора) были заключены договоры займа с обществами, входящими в одну группу лиц с учредителем должника, сроки возврата по которым наступили до назначения ответчика на должность генерального директора, и задолженность по которым не была погашена к моменту назначения ответчика на должность.

Доказательств того, что ответчиком за период исполнения обязанностей генерального директора осуществлялись договора и сделки, влекущие отчуждение активов должника, в материалы дела не представлено.

Доказательств того, что именно данные сделки привели к причинению существенного вреда имущественным правам кредиторов, невозможности полного погашения требований кредиторов и объективному банкротству должника, в материалы дела заявителями не представлено.

В материалы дела также не представлены доказательства того, что ФИО3, исполняя обязанности руководителя должника, при совершении указанных платежей действовал недобросовестно и неразумно, в ущерб интересам должника.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 23 ноября 2018 года по делу № А41-239/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.П. Мизяк

Судьи

Н.Н. Катькина

А.В. Терешин